ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-14633/2013

г. Вологда

21 мая 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2020 года.

В полном объеме постановление изготовлено 21 мая 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Виноградова О.Н. и Кузнецова К.А. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 26 декабря 2019 года по делу № А05-14633/2013, 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Архангельской области от 22.01.2014  по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Альтман» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества  «Беломорская рыбоперерабатывающая компания» (место нахождения: 164512, 

<

...>; ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; далее – ЗАО «БРК», Общество, должник). 

Решением от 16.05.2014 ЗАО «БРК» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий 15.02.2016 обратился в суд с заявлением о привлечении  бывшего руководителя должника ФИО4  к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в размере 61 280 268 руб. 96 коп.

Определением от 21.03.2016 (резолютивная часть объявлена 14.03.2016) производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 приостановлено.

Определением суда 29.05.2019 производство по делу возобновлено, к участию в деле в качестве второго ответчика привлечена ФИО5. Приняты уточнения конкурсного управляющего о взыскании с ответчиков 55 764 176 руб. 86 коп.

Конкурсный кредитор Общества – ФИО2 22.07.2019 обратился в суд с заявлением  о привлечении бывшего руководителя должника ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 61 280 268 руб. 96 коп.

Определением суда от 30.09.2019 заявления конкурсного управляющего и кредитора ФИО2 объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Обращаясь с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий и кредитор сослались на пункт 4 статьи  10  Федерального закона от 26.09.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и неправомерные действия ответчиков, выразившиеся в том, что фактический руководитель  Общества ФИО4 и  генеральный директор  ФИО5 взяли  неисполнимые обязательства, заключив с акционерным обществом  «Россельхозбанк» (далее – Банк) кредитные договоры на сумму 34 653 574 руб. 05 коп. Кроме того, в отношении  ФИО5 заявлено о невыполнении обязанности по подаче заявления в суд в соответствии с  пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве и о наличии недобросовестных действий ФИО5, выразившихся в реализации товара по заниженной цене, наращивании долгов, трате денежных средств Общества должника на личные нужды, в результате чего наступило  банкротство должника. 

Определением суда от  26.12.2019 отказано в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4

ФИО5 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  С ФИО5 в пользу  Общества взыскано 2 854 950 руб. 15 коп. 

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

ФИО2 с определением суда от 26.12.2019 не согласился, в апелляционной жалобе просит его отменить. По мнению подателя жалобы, бывший руководитель должника ФИО5 нарушила принцип добросовестности и разумности при осуществлении своих функций,          ФИО2 нанесен существенный имущественный ущерб, права и законные интересы кредиторов не соблюдены. Полагает, что судом первой инстанции неправомерно не применены положения  статей 61.11 и 61.12 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ). Не согласен с выводами суда о выборе даты, с которой суд определил наступление обязанности ФИО5 обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

В заседании суда ФИО2 поддержал доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Принимая во внимание  изложенное в апелляционной жалобе в силу пункта 5 статьи 268 АПК РФ законность и обоснованность судебного акта проверены в обжалуемой части в отношении  привлечения к субсидиарной ответственности  бывшего руководителя  Общества ФИО5

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из нижеследующего.

Положениями Закона № 266-ФЗ в Закона о банкротстве введена глава III.2. «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В пункте 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ указано на то, что он вступает в силу с момента его официального опубликования - 30.07.2017.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

По аналогии указанные положения подлежат применению и к рассмотрению в рамках дела о несостоятельности заявления о взыскании с контролирующих лиц убытков, причиненных должнику.

Поскольку заявление конкурсного управляющего подано в арбитражный суд до 01.07.2017, рассмотрение заявления  подлежит  без учета  правил Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Основания и порядок привлечения должностных лиц должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам определены в статье 10 Закона о банкротстве.

Федеральными законами от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон          № 73-ФЗ) и от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ) в указанную статью внесены изменения.

Согласно пункту 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №  73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ.

Закон № 73-ФЗ вступил в силу 05.06.2009, Закон № 134-ФЗ - 01.07.2013.

Обстоятельства, на которое ссылались заявители в обоснование требования о привлечении  к субсидиарной ответственности ФИО5, относятся к периоду действия Закона № 73-ФЗ, следовательно при рассмотрении настоящего спора по заявленным основаниям подлежит применению статья 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица инспекцией Федеральной налоговой службы по                             г. Архангельску, запись  в Единый государственный реестр юридических лиц внесена 03.11.2010 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. Единственным участником Общества является  ФИО6. 

Руководителем Общества  в период  с 01.12.2011 по 22.10.2013 являлась ФИО5

Единственным акционером 22.10.2013 принято решение о добровольной ликвидации Общества, ликвидатором назначен ФИО7 Ликвидатор 07.02.2014 обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника. Решением суда  16.05.2014  должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

По итогам проведения процедуры конкурсного производства остались   непогашенными требования конкурсных кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, в размере 55  764 176 руб. 86 коп. 

По мнению подателя жалобы, по состоянию на 01.02.2013  Общество  имело признаки неплатежеспособности, следовательно ФИО5 обязана  была не позднее 01.03.2013 обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что признаки неплатежеспособности у  Общества по состоянию на 01.02.2013  кредитором не доказаны.  Суд  установил наличие признаков неплатежеспособности должника  по состоянию на 30.06.2013, а следовательно, обязанность ФИО5 не позднее 30.07.2013 обратиться в суд с заявлением.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

Такое заявление должно быть направлено в арбитражный суд не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 3 статьи 9 Закона о банкротстве), а его неподача, в силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве влечет субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Законом возложена обязанность по принятию решений о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9 названного Закона.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности заявителем наличия по состоянию на 01.02.2013 обстоятельств, являющихся в силу пункта 1           статьи 9 Закона о банкротстве основанием для обязательного обращения руководителя должника с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом).

Обстоятельства, на которые ФИО2 ссылается как на основание возникновения признаков неплатежеспособности и недостаточности  имущества  – снижение размера прибыли, наличие по итогам 2012 года убытков (276 000 руб. из анализа финансово-хозяйственной деятельности), наличие значительной кредиторской задолженности – сами по себе не свидетельствуют о том, что разумный  и добросовестный руководитель был обязан по итогам 2012 года установить недостаточность имущества или денежных средств для погашения требований кредиторов.

При этом суд учитывает, что к указанной ФИО2 дате (01.02.2013) должнику не предъявлено ни одного требования (претензии) о погашении просроченной задолженности, отсутствуют доказательства наличия таковой в существенном размере. Согласно выпискам по расчетным счетам должник осуществлял хозяйственную деятельность, получал оплату товара и рассчитывался с кредиторами, в том числе по кредитным договорам с Банком, по обязательным платежам в бюджет и др., обороты по счетам в декабре 2012 – январе 2013 года сравнимы с показателями за более ранние периоды 2012 года.  

Из бухгалтерского баланса на 30.09.2013 следует, что кредиторская задолженность по состоянию на 31.12.2012 составляет 29 862 тыс. руб., заемные средства - 9 449 тыс., однако факт отражения в бухгалтерском балансе сведений о кредиторской задолженности не означает, что в отношении указанных обязательств должником нарушены сроки их исполнения; по состоянию на 31.12.2012 у должника имелось имущество балансовой стоимостью более 60 млн руб., в том числе основные средства –                                  54 304 тыс. руб., дебиторская задолженность – 12 808 тыс. руб.; в материалах дела имеются свидетельства о государственной регистрации права, инвентаризационная опись основных средств, отчет об оценке недвижимого имущества должника.

Вместе с тем суд  первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что конкурсный управляющий доказал факт наличия у должника признаков неплатежеспособности в период исполнения ФИО5 обязанностей руководителя общества, а следовательно, возникновения у  ответчика предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением должника о признании общества несостоятельным (банкротом). 

Судом также верно определена дата возникновения соответствующих обстоятельств, с которой следует исчислять месячный срок для обращения директора должника с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом)  - с 30.06.2013.

Как усматривается в материалах дела и установлено судом первой инстанции, в связи с существенным сокращением оборота денежных средств начиная с июня 2013 года до 1 292 024 руб. 07 коп. (приход) и 1 131 101 руб.                99 коп. (расход) Общество не могло исполнять требования кредиторов, предъявленные в мае  2013 года на сумму более 2 млн руб.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно привлек               ФИО5  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно. Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Таким образом, заявитель для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, должен доказать наличие совокупности следующих условий: наличия у названных лиц права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять его действия; совершения ими действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличия причинно-следственной связи между использованием указанными лицами своих прав и (или) возможностей в отношении должника и наступившими последствиями в виде банкротства должника.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов  следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Требование о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве обоснованно оставлено судом первой инстанции без удовлетворения.

Доводы подателя жалобы о недобросовестных действиях бывшего руководителя должника  ФИО5, выразившихся  в реализации товаров по заниженной цене, наращивании долгов, растрате денежных средств  должника на личные нужды,  не нашли подтверждения в материалах дела.   Соответствующие доказательства совершения ФИО5 виновных действий, в результате которых кредиторам причинен вред и должник признан банкротом,  ни  конкурсным управляющим, ни кредитором не представлено.

Ссылки конкурсного управляющего на причинение вреда правам кредиторов должника в результате заключения ФИО5 с Банком   кредитных договоров и на то, что Обществом приняты  на себя заведомо неисполнимые обязательства, проверены судом и правомерно отклонены. 

Как следует из  разъяснений пунктов 16 и 17 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к неспособности исполнить обязательство понимается дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

В данном случае суд первой инстанции установил, что условия указанного конкурсным управляющим кредитного договора не отличались от обычно принятых условий кредитных договоров и не были невыгодны для должника, привлечение денежных средств было связано с осуществлением должником предпринимательской деятельности.

Доказательства того, что действия  ФИО5 выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, заявитель не представил.

Суд, принимая во внимание, что предоставление Обществу кредита являлось одним из источников для создания и запуска современного производственного комплекса, закупки оборудования,  развития производства  и организации выпуск продукции, пришел к обоснованному выводу о недоказанности конкурсным управляющим совершения ФИО5 действий, повлекших ухудшение финансового состояния должника, причинение убытков и признание должника банкротом, а также совершения им сделок, имевших цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Выводы суда в отношении ФИО4 подателем жалобы не оспариваются.

При рассмотрении материалов дела суд  первой инстанции установил все существенные для дела обстоятельства и дал им надлежащую правовую оценку.

Нормы материального права применены судом правильно, нормы процессуального права не нарушены.

В связи с этим у  апелляционной инстанции отсутствуют основания для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Архангельской области от 26 декабря 2019 года по делу № А05-14633/2013 оставить без изменения, апелляционную жалобу  ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

Судьи

О.Н. Виноградов

К.А. Кузнецов