ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-19129/2024

Дело № А40-218528/21

г. Москва

27 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 27 апреля 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Петровой О.О.,

судей: Сазоновой Е.А., Яниной Е.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Рябкиным Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Сокол Телеком» на решение Арбитражного суда г. Москвы от 15 февраля 2024 года по делу № А40-218528/21 по иску

ООО «Бланк Банк» к ООО «Сокол Телеком» 

третьи лица: ООО «Сматрех», временный управляющий ООО «Смартех» ФИО1, АО «Первоуральскбанк» о взыскании 12 200 000 руб.

при участии в судебном заседании представителей :

от истца: ФИО2 по доверенности от  27.02.2024 

от ответчика: не явился, извещен;  

от  третьих  лиц: не явились, извещены  

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Бланк Банк» (далее – истец, фактор, ООО «Бланк Банк», банк) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Сокол Телеком» (далее – ответчик, ООО «Сокол Телеком»), при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – Общество с ограниченной ответственностью «Смартех» (далее – поставщик, ООО «Смартех»), Акционерное общество «Первоуральскбанк» (далее – АО «Первоуральскбанк») о взыскании 12 200 000 руб. 00 коп. задолженности по возврату предоставленного финансирования по договору факторинга.

Определениями от 13.10.2021 г. и от 08.12.2021 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке ст. 51 АПК РФ, были привлечены Общество с ограниченной ответственностью «Смартех», а также временный управляющий ООО «Смартех» ФИО1 и Акционерное общество «Первоуральскбанк».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14 февраля 2022 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18 апреля 2022 года, в удовлетворении исковых требований было отказано.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01 сентября 2022 года указанное решение суда первой инстанции от 14 февраля 2022 года отменено по новым обстоятельствам.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21 октября 2022 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 февраля 2023 года, в удовлетворении исковых требований было отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 08 августа 2023 года решение Арбитражного суда города Москвы от 21 октября 2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 февраля 2023 года отменены; дело направлено дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При повторном рассмотрении дела истцом было заявлено об изменении основания и размера заявленных исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ, которое было удовлетворено протокольным определением от 13.12.2023 г. в результате чего, истец просит взыскать с ответчика задолженность в размере 12 200 000 руб., в том числе: сумму финансирования по договору факторинга в размере 9 926 594 руб. 60 коп. и сумму комиссии в размере 2 273 405 руб.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 15 февраля 2024 года по делу № А40-218528/21 исковые требования удовлетворены частично. С ООО «Сокол Телеком» в пользу ООО «Бланк Банк» взысканы задолженность в размере 9 926 594 (девять миллионов девятьсот двадцать шесть тысяч пятьсот девяносто четыре) рубля 60 (шестьдесят) копеек, а также судебные расходы по оплате госпошлины в размере 68 350 (шестьдесят восемь тысяч триста пятьдесят) рублей 80 (восемьдесят) копеек. В остальной части иска отказано. Осуществлен поворот исполнения решения Арбитражного суда города Москвы от 21.10.2022 г. и определения Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2023 г. в части. С Акционерного общества «Первоуральскбанк» (ОГРН 

<

***>, адрес места нахождения: 623101, 

<

...>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Бланк банк» (ОГРН 

<

***>, адрес места нахождения: 123112, г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Пресненский, 1-й Красногвардейский пр-д, д. 22, стр. 1) взысканы денежные средства в размере 60 192 (шестьдесят тысяч сто девяносто два) рубля. С ООО «Сокол Телеком» в пользу АО «Первоуральскбанк» взысканы судебные расходы на оплату у слуг представителя в размере 130 192 (сто тридцать тысяч сто девяносто два) рубля. В остальной части требований о взыскании расходов на оплату услуг представителя отказано.

ООО «Сокол Телеком» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда г. Москвы от 15 февраля 2024 года по делу № А40-218528/21, в которой просит отменить решение суда первой инстанции.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает на неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела и представленным доказательствам; на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными; а также на нарушение судом норм материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель истца против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по основаниям, изложенным в представленном в порядке ст. 262 АПК РФ отзыве.

Ответчик, третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы (в том числе, с учетом правил п. п. 4 - 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 12), явку в судебное заседание не обеспечили, ввиду чего жалоба рассмотрена в порядке п. 5 ст. 156, ст. 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их отсутствие.

От ответчика поступило ходатайство об отложении судебного заседания в связи с участием представителя ответчика в другом судебном заседании.

Согласно части 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле, извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине (часть 4 статьи 158 АПК РФ).

Указанные нормы статьи 158 АПК РФ предусматривают право, но не обязанность суда отложить судебное разбирательство в случае заявления лицом, участвующим в деле, такого ходатайства с обоснованием причины неявки в судебное заседание и при условии, что эти причины будут признаны судом уважительными.

Суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении заявленного ходатайства ввиду отсутствия процессуальных оснований, поскольку заявляя данное ходатайство об отложении судебного заседания, представитель заявителя не обосновало невозможность направления другого представителя. Невозможность участия в судебном заседании конкретного представителя не является препятствием к реализации стороной по делу ее процессуальных прав. Участие представителя юридического лица в ином судебном процессе не препятствует участию в деле другого представителя юридического лица и не может являться основанием для отложения судебного разбирательства в соответствии с частью 5 статьи 158 АПК РФ.

Законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции проверены на основании статей 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Проверив правильность применения норм материального и процессуального права, соответствие выводов Арбитражного суда города Москвы фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследовав материалы дела, Девятый арбитражный апелляционный суд считает решение Арбитражного суда города Москвы подлежащим оставлению без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения, в силу следующего.

Как следует из материалов дела, между истцом (прежнее наименование ООО Инвестиционный Банк «ВЕСТА») и ООО «Смартех» 22.05.2018 заключен генеральный договор о предоставлении финансирования под уступку денежного требования (факторинг) №УФ-017 с приложениями и дополнительными соглашениями, в соответствии с условиями которого поставщик принял на себя обязательства безотзывно уступать фактору денежные требования, вытекающие из выполнения работ по договору №УВВ-77Д-0016-18 от 17.01.2018 к АО «Управление ВОЛСВЛ» (дебитор), а фактор, в свою очередь, обязуется передавать поставщику денежные средства в счет денежных требований (финансирование); осуществлять учет денежных требований поставщика к дебитору; осуществлять права по денежным требованиям поставщика и осуществлять права по договорам об обеспечении исполнения обязательств дебитора.

Как указывает истец, во исполнение обязательств по договору факторинга им было перечислено на счет ООО «Смартех» финансирование под уступку денежного требования в общей сумме 49 331 128 руб. 30 коп., из них: в сумме 35 976 773 руб. 26 руб. платежными поручениями от 25.05.2018 г. №№ 3086-3092 и в сумме 13 354 355 руб. 04 коп. платежными поручениями от 15.06.2018 г. №№ 3989-3992.

Впоследствии, между истцом и третьим лицом ООО «Смартех» было заключено соглашение от 21.03.2019 г. о порядке исполнения обязательств по договору факторинга с дополнительными соглашениями (далее - соглашение от 21.03.2019 г.), в соответствии с условиями которого ООО «Смартех» обязался вернуть истцу денежные средства в общей сумме задолженности 59 039 547 руб., а также уплатить проценты по ставке 16 % годовых в период с 31.03.2019 г. по 30.12.2020 г., в соответствии согласованным сторонами графиком платежей.

Также между истцом, ответчиком и третьим лицом ООО «Смартех» были заключены шесть договоров о переводе долга по соглашению от 21.03.2019 г. (далее совместно – договоры о переводе долга) в соответствии с которыми ООО «Смартех» передало, а ответчик принял на себя обязательства по уплате истцу части платежей по соглашению от 21.03.2019 г. на общую сумму 13 828 500 руб., в том числе: по договору о переводе долга от 12.03.2020 г. на общую сумму 6 828 500 руб. в соответствии с графиком платежей в период с 15.04.2020 г. по 28.02.2021 г., по договору о переводе долга от 30.04.2020 г. на общую сумму 3 000 000 руб., в соответствии с графиком платежей в период с 31.08.2020 г. по 31.05.2021 г., по договору о переводе долга от 26.06.2020 г. на общую сумму 1 000 000 руб. со сроком платежа 30.06.2021 г., по договору о переводе долга от 28.07.2020 г. на общую сумму 1 000 000 руб. со сроком платежа 30.07.2021 г., по договору о переводе долга от 31.08.2020 г. на общую сумму 1 000 000 руб. со сроком платежа 30.06.2021 г. и по договору о переводе долга от 30.09.2020 г. на общую сумму 1 000 000 руб. со сроком платежа 30.09.2021 г.

Как указывает истец, ответчиком во исполнение обязательств перед истцом из договоров перевода долга были перечислены денежные средства только в части на общую сумму 1 628 500 руб., в результате чего на стороне ответчика образовалась задолженность в размере 12 200 000 руб., которая не была оплачена, несмотря на направленные истцом требования об исполнении обязательств от 16.06.2021 г. № 1903 и № 1905, от 01.07.2021 г. № 2083, от 02.07.2021 г. № 2084 и от 09.08.2021 г. № 2544.

Принимая решение о частичном удовлетворении исковых требований ООО «Бланк Банк» и взыскании с ООО «Сокол Телеком» задолженность в размере 9 926 594 руб. 60 коп., суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности заявленных истцом требований в соответствующей части.

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке, установленном статьей 71 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, не усматривает оснований для отмены или изменения решения по настоящему делу.

Положениями п. 1 ст. 824 ГК РФ предусмотрено, что по договору финансирования под уступку денежного требования (договору факторинга) одна сторона (клиент) обязуется уступить другой стороне - финансовому агенту (фактору) денежные требования к третьему лицу (должнику) и оплатить оказанные услуги, а финансовый агент (фактор) обязуется совершить не менее двух следующих действий, связанных с денежными требованиями, являющимися предметом уступки: передавать клиенту денежные средства в счет денежных требований, в том числе в виде займа или предварительного платежа (аванса); осуществлять учет денежных требований клиента к третьим лицам (должникам); осуществлять права по денежным требованиям клиента, в том числе предъявлять должникам денежные требования к оплате, получать платежи от должников и производить расчеты, связанные с денежными требованиями; осуществлять права по договорам об обеспечении исполнения обязательств должников.

Согласно п. 1 ст. 830 ГК РФ должник обязан произвести платеж финансовому агенту (фактору) при условии, что он получил от клиента либо от финансового агента (фактора) письменное уведомление об уступке денежного требования данному финансовому агенту (фактору) и в уведомлении определено подлежащее исполнению денежное требование или указан способ его определения, а также указано лицо, которому должен быть произведен платеж.

В соответствии с п. 1 ст. 828 ГК РФ уступка финансовому агенту денежного требования является действительной, даже если между клиентом и его должником существует соглашение о ее запрете или ограничении.

В силу п. 1 ст. 826 ГК РФ, предметом уступки, под которую предоставляется финансирование, может быть как денежное требование, срок платежа по которому уже наступил (существующее требование), так и право на получение денежных средств, которое возникнет в будущем (будущее требование). Денежное требование, являющееся предметом уступки, должно быть определено в договоре клиента с финансовым агентом таким образом, который позволяет идентифицировать существующее требование в момент заключения договора, а будущее требование - не позднее чем в момент его возникновения. При уступке будущего денежного требования оно считается перешедшим к финансовому агенту после того, как возникло само право на получение с должника денежных средств, которые являются предметом уступки требования, предусмотренной договором. Если уступка денежного требования обусловлена определенным событием, она вступает в силу после наступления этого события. Дополнительного оформления уступки денежного требования в этих случаях не требуется (п. 2 ст. 826 ГК РФ).

Таким образом, денежное требование, уступаемое финансовому агенту, основанное на обязательстве по предоставлению клиентом третьему лицу товаров, выполнения им работ или оказания услуг право клиента требовать от третьего лица оплаты в денежной форме. Предметом уступки в рамках договора финансирования могут быть как существующие требования, так и требования, которые возникнут в будущем. Характер обязательств по договору финансирования под уступку денежного требования (клиент уступает или обязуется уступить права требования об уплате денежной суммы) свидетельствует о совершении в рамках такого договорного отношения сделок по передаче обязательственных прав, поэтому к отношениям по уступке права, реализуемым в рамках договора факторинга, применяются общие положения о перемене лиц в обязательстве на основании сделок уступки права (требования), установленные в гл. 24 ГК РФ.

Согласно ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Как следует из материалов дела, до заключения договора факторинга от 22.05.2018 №УФ-017 между истцом и ООО «Смартех», 12.02.2018 между АО «Первоуральскбанк» и ООО «Смартех» был заключен договор факторинга № ПУБ-2018/110-Р, в соответствии с условиями которого финансовый агент (АО «Первоуральскбанк») осуществляет финансирование клиента (ООО «Смартех») под уступку клиентом в пользу финансового агента прав денежных требований к дебитору (АО «Управлениие ВОЛС-ВЛ») по договору от 17.01.2018 г. № УВВ-77Д-0016-18, заключенному между ООО «Смартех» и АО «Управление ВОЛС-ВЛ».

16.02.2018 в адрес АО «Управление ВОЛС-ВЛ» было направлено уведомление о произведенной уступке прав денежного требования, согласно содержанию которого, все права требования ООО «Смартех» к АО «Управление ВОЛС-ВЛ» по договору поставки и монтажа № УВВ-77Д-0016-18 от 17.01.2018, которые возникли или возникнут по вышеуказанному договору поставки, переходят к АО «Первоуральскбанк».

Обстоятельства состоявшейся уступки прав требования по договору поставки и монтажа № УВВ-77Д0016-18 от 17.01.2018 г. в пользу АО «Первоуральскбанк» подтверждается также вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-134341/20, которое носит преюдициальный характер в отношении третьих лиц по настоящему спору (АО «Первоуральскбанк» и ООО «Смартех»).

В соответствии с ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации (статья 16 АПК РФ).

При новом рассмотрении дела истец ссылался на то обстоятельство, что договор от 17.01.2018 г. № УВВ-77Д-0016-18 содержит условия о подтверждении/приемке первичной документации посредством электронной почты (п.п. 2.10.4, 2.10.5 договора). Таким образом, истец указывает, что 25.05.2018 г. и 15.06.2018 г. он сразу после получения от третьего лица ООО «Смартех» первичной документации по договору 17.01.2018 г. № УВВ-77Д-0016-18 в соответствии с реестрами № 1 и № 2, направил запросы дебитору (АО «РОССЕТИ ЦИФРА») по электронной почте с просьбой верифицировать документацию и подтвердить денежные требования, на что от дебитора были получены утвердительные ответы в которых дебитор подтвердил денежные требования в соответствии с документацией, в связи с чем, Банк осуществил финансирование в пользу ООО «Смартех».

Вместе с тем, как правильно отметил суд первой инстанции в обжалуемом решении, с учетом положений п. 4 ст. 390 ГК РФ обстоятельства возможной передачи первичной документации не отменяют установленного законом старшинства цессий с учетом момента передачи права требования по договору поставки и монтажа № УВВ-77Д0016-18 от 17.01.2018 г. в пользу другого лица. Кроме того, суд обоснованно учитывал, что в рамках иного дела (№ А40-223934/21) заявлено о фальсификации доказательств в отношении части из представленной истцом первичной документации.

При этом апелляционный суд учитывает, что отсутствие у истца права требования к АО «Управление ВОЛС-ВЛ» по договору цессии, не свидетельствует об отсутствии у него права требовать от ответчика исполнения обязательств по договору факторинга от 22.05.2018 и указанным соглашениям о переводе долга, возникших в связи с отсутствием переданного фактору денежного требования.

Из положений п. 1 ст. 827 ГК РФ следует, что если договором финансирования под уступку денежного требования не предусмотрено иное, клиент несет перед финансовым агентом ответственность за действительность денежного требования, являющегося предметом уступки.

При рассмотрении настоящего дела суд первой инстанции обоснованно учитывал, что в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 28.02.2022 г. по делу № А56-16911/2021 установлено, что ответственность ООО «Смартех» за действительность уступленного требования перед истцом по рассматриваемому спору предусмотрена пунктами 6.6, 6.7 Общих условий, являющихся неотъемлемой частью договора факторинга от 22.05.2018 г. Как отметил суд кассационной инстанции, указанный договор (договор факторинга от 22.05.2018 г.) недействительным не признан, следовательно, уступка ООО «Смартех» в адрес истца несуществующего требования повлекла за собой ответственность первого перед последним.

Пунктом 6.7 Общих условий предоставления финансирования под уступку денежного требования предусмотрено, что в случае, если денежное требование, являющееся предметом уступки, окажется недействительным, поставщик в течение 5-ти календарных дней с момента получения соответствующего требования фактора обязан возвратить фактору сумму перечисленного досрочного платежа, а также уплатить причитающееся фактору вознаграждение и иные суммы, которые фактор вправе удержать в соответствии с договором факторинга.

В подтверждение обстоятельств финансирования по договору факторинга от 22.05.2018 г. истец представил платежные поручения о перечислении денежных средств ООО «Смартех», а также вышеназванное соглашение от 21.03.2019 г. о порядке исполнения обязательств по договору факторинга, установившее задолженность по возврату сумм финансирования и порядок ее погашения.

Правоотношения сторон договора факторинга от 22.05.2018 г. при заключения данной сделки регулировались положениями главы 43 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей до 01.06.2018 г. и, как следует из п. 1.1 договора факторинга, а также пункта 3.1 Общих условий факторинга, соответствующие обязательства были включены в текст договора.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что предмет вышеуказанного договора полностью отвечает положениям ст. 824 ГК РФ в редакции, действовавшей, как на момент заключения договора, так и в нестоящее время, что позволяет сделать вывод о заключенности договора факторинга от 22.05.2018 г. между истцом и ООО «Смартех».

Довод заявителя апелляционной жалобы о ничтожности Договора факторинга, а также заключенных в его исполнение иных сделок (соглашение от 21.03.2019, договоры перевода долга) как притворной сделки, сделки, заключенной при злоупотреблении сторонами правом, являются необоснованными и получили надлежащую оценку суда первой инстанции.

Как указано в статье 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации её как ничтожной в соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов и наличие в действиях сторон умысла на причинение вреда кредиторам при совершении оспариваемых действий.

При этом для признания сделки недействительной на основании совместного применения ст. 10 и 168 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны должника, но и со стороны его контрагента. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

В п.п. 87 и 88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 содержатся разъяснения, в отношении положений п. 2 ст. 170 ГК РФ, а именно: притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Также в п. 87 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 разъяснено, что намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Таким образом, признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку. Таким образом, по основанию притворности недействительной сделки может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. При этом, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, в ходе исполнения принятых на себя обязательств истец предоставил ООО «Смартех» финансирование, осуществил учет переданных ему требований на соответствующем счете, взаимодействовал с дебитором в целях их подтверждения, т.е. исполнял договор.

При таких обстоятельствах является правильным вывод суда первой инстанции о том, что ответчик не доказал наличие у сторон данной сделки намерения создать правовые последствия, не соответствующие условиям договора факторинга, а равно и о порочности воли сторон.

Доказательств, явно и безусловно свидетельствующих о том, что стороны сделок (факторинга и перевода долга), действуя очевидно субъективно недобросовестно, совершили их осознавая тот факт, что они с неизбежностью повлекут нарушение чьих-либо интересов материалы дела не содержат.

Кроме того, во вступивших в законную силу судебных актах по делам № А40-58736/22 и № А56-16911/21 дана оценка обстоятельствам наличия признаков ничтожности договора факторинга.

При этом, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 г. № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.

Принимая во внимание, что правовой вывод о ничтожности соглашения от 21.03.2019 г. о порядке исполнения обязательств по договору факторинга, а также договоров о переводе долга, сделан ответчиком исключительно на основе довода о ничтожности, по его мнению, договора факторинга, который отклонен судом, и иных обстоятельств, свидетельствующих и недействительности последующих сделок ответчиком не приведено, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора факторинга и последовавших сделок (соглашение от 21.03.2019 г. о порядке исполнения обязательств по договору факторинга и договоров о переводе долга) недействительными сделками по основаниям притворности.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о незаключенности договоров перевода долга из-за несогласования их предмета также не могут быть признаны обоснованными.

Как усматривается из материалов дела, согласно условиям данных договоров их предмет определен сторонами и содержит сведения о конкретных платежах, переводимых на ООО «Сокол Телеком», их номерах по графику погашения, суммах и сроках уплаты. Ответчик, как сторона договоров не представил доказательств того, что на момент их заключения с его стороны присутствовала какая-либо правовая неопределенность относительно существа и объема принимаемых на себя обязательств. Доказательств наличия протоколов разногласий или обстоятельств обращения ООО «Сокол Телеком» к другим сторонам данных сделок с предложением конкретизировать предмет договоров материалы дела не содержат.

Более того, как обоснованно отметил суд первой инстанции в обжалуемом решении, исполнив частично в 2020 году обязательства по договорам перевода долга от 12.03.2020 г. и от 30.04.2020 г. посредством перечисления денежных средств на общую сумму 1 628 500 руб. ответчик вплоть до 08.12.2023 г. не заявлял о необоснованности удержания данных средств истцом, что свидетельствует об отсутствии до момента рассмотрения настоящего спора по существу сомнений у ответчика в объеме и существе принятых на себя обязательств.

Кроме того, в постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2023 г. по делу № А56-16911/21, обязательства, переданные по спорным договорам о переводе долга на общую сумму 13 828 500 руб. не включены по заявлению истца по рассматриваемому спору в реестр требований кредиторов ООО «Смартех» по основанию состоявшегося перевода долга на ответчика по настоящему делу.

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Исходя из положений п. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательская деятельность является самостоятельной, осуществляемой на свой риск, направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Следовательно, ответчик несет самостоятельные риски предпринимательской деятельности, и должен прогнозировать последствия, в том числе и негативные, связанные с ее осуществлением.

При изложенных обстоятельствах правовых оснований для признания договоров о переводе долга, заключенных между истцом, ответчиком и третьим лицо ООО «Смартех», незаключенными не имеется.

В ходе рассмотрения настоящего дела в целях установления фактического размера и состава прав требования истца по договорам о переводе долга суд первой инстанции правильно установил следующие обстоятельства.

Вступившим в законную силу постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2023 г. по делу № А56-16911/21 установлено, что ООО «Смартех» и ООО «Бланк Банк» заключили соглашение о порядке исполнения обязательств по договору факторинга от 22.05.2018 г., в соответствии с п. 1 которого на дату заключения настоящего соглашения ООО «Смартех» имеет задолженность перед Банком в общей сумме 59 039 547 руб. 40 коп., а именно: по возврату сумм финансирования, перечисленных Банком под уступку денежного требования в соответствии с договором факторинга в размере 49 331 128 руб. 30 коп. и по уплате причитающегося Банку вознаграждения за оказание услуг по договору факторинга в размере 9 708 419 руб. 10 коп. После подписания вышеуказанного соглашения в пользу ООО «Бланк Банк» в счет вышеуказанной задолженности поступила оплата, которая в полном объеме отражена в расчете ООО «Бланк Банк», являющегося приложением к заявлению о включении требования в реестр.

Так, от ООО «Смартех» в счет погашения вышеуказанного долга поступили платежи в общем размере 7 800 000 руб. Более того, по соглашению между ООО «Смартех», ООО «Сокол-Телеком» и ООО «Бланк Банк» долг ООО «Смартех» на сумму 13 828 500 руб. был переведен на ООО «Сокол-Телеком» по договорам о переводе долга от 12.03.2020 г., 30.04.2020 г., 30.06.2020 г., 30.07.2020 г., 28.08.2020 г. и 30.09.2020 г.

Апелляционный суд в рамках дела № А56-16911/21 согласился с доводами АО «Первоуральскбанк» о том, что общий объем предоставленного финансирования в размере 49 331 128 руб. 30 коп. должен быть уменьшен на 7 800 000 руб. (платежи должника) и 13 828 500 руб. (размер задолженности, переведенной на третье лицо ООО «Сокол Телеком»). В итоге суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что сумма задолженности по возврату предоставленного финансирования составила 27 702 628 руб. 30 коп., которая и была включена в реестр требований кредиторов ООО «Смартех».

Таким образом, исходя из выводов суда сделанных в рамках рассмотрения № А56- 16911/21, исключенная из задолженности по возврату финансирования сумма 13 828 500 руб. не включала в себя ни в какой части размер причитавшегося по соглашению Банку вознаграждения за оказание услуг по договору факторинга в размере 9 708 419 руб. 10 коп.

Истец при новом рассмотрении уточнил размер взыскиваемой задолженности, разделив его на сумму финансирования по договору факторинга (9 926 594 руб. 60 коп.) и сумму комиссии (2 273 405 руб.), применив предусмотренную соглашением пропорцию задолженности по финансированию и подлежащей уплате комиссии фактора в размере 16,44 %, а также приняв во внимание произведенную ответчиком частичную оплату по двум договорам перевода долга в размере 1 628 500 руб.

Согласно формулировке итоговых исковых требований и пояснений истца, в размер заявленных исковых требований не входит сумма процентов в размере 16 % годовых, предусмотренная в соглашении от 21.03.2019 г. и истец обращается только за задолженностью по фактически произведенному финансированию и за задолженностью по вознаграждению фактора по договору.

Принимая во внимание изложенное, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что требование истца о взыскании суммы задолженности обосновано и подлежит удовлетворению в части суммы финансирования по договору факторинга в размере 9 926 594 руб. 60 коп.

При этом, как верно указал суд в обжалуемом решении, доказательств того, что вопреки обстоятельствам, установленным вступившим в законную силу судебным актом по делу № А56-16911/21, размер причитавшегося по соглашению Банку вознаграждения вошел в размер заявленного ко взысканию финансирования по договору факторинга (9 926 594 руб. 60 коп.), в материалы дела не представлено.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в остальной части, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по делу № А56-16911/21, и правильно исходил из того, что вознаграждение по договору факторинга не может быть выплачено только за предоставление финансирования в отсутствие доказательств выполнения факторинговых услуг.

Довод апелляционной жалобы о нарушении судом первой инстанции положений части 2 статьи 69 АПК РФ также подлежит отклонению.

ООО «Сокол Телеком» в апелляционной жалобе утверждает, что поскольку вопросы о составе и структуре, переведенной на ООО «Сокол Телеком» задолженности, а также заключенности договоров о переводе долга по делу № А56-16911/2021 не исследовались, ООО «Сокол Телеком» к участию в деле не привлекалось, оснований для применения части 2 статьи 69 АПК при рассмотрении настоящего дела и установлении обстоятельств заключения договоров о переводе долга и составе переведенной на ООО «Сокол Телеком» задолженности не имеется.

Вместе с тем, в рамках настоящего дела суд самостоятельно исследовал вопрос действительности договоров перевода долга, а также состава переведенной задолженности.

По вопросу действительности договоров долга суд указал на отсутствие притворности договора факторинга, и отсутствие иных доводов в обоснование ничтожности договоров перевода долга со стороны ООО «Сокол Телеком». По вопросу состава требования суд также самостоятельно исследовал обстоятельства дела и отказал в удовлетворении требований о взыскании комиссии (вознаграждения) за оказание услуг по договору факторинга.

Ссылки на судебные акты, принятые по делам№ А40-58736/22-137-397, № А56-16911/21 приведены судом первой инстанции дополнительно, без указания на применение части 2 статьи 69 АПК РФ.

При частичном удовлетворении заявления АО «Первоуральскбанк» о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя суд первой инстацнии обоснованно исходил из следующего.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»  (далее - Постановление от 21.01.2016 № 1), лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 6 Постановление от 21.01.2016 № 1 судебные издержки, понесенные третьими лицами, участвовавшими в деле на стороне, в пользу которых принят итоговый судебный акт по делу, могут быть возмещены этим лицам, исходя из того, что их фактическое процессуальное поведение способствовало принятию данного судебного акта. При этом возможность взыскания судебных издержек в пользу названных лиц не зависит от того, вступили они в процесс по своей инициативе либо привлечены к участию в деле по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Факт несения АО «Первоуральскбанк» судебных расходов на оплату услуг представителя, связанных с рассмотрением настоящего дела, в размере 250 000 руб., подтвержден относимыми и допустимыми доказательствами.

Из п. 11 Постановления от 21.01.2016 № 1 следует, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2004 № 454-О, обязанность суда взыскивать расходы, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Как разъясняется в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.07.2012 № 2598/12, в части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Суд первой инстанции, учитывая принципы разумности и справедливости пределов возмещения судебных расходов, объем заявленных требований, цену иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела, пришел к выводу о том, что в пользу АО «Первоуральскбанк» подлежат взысканию расходы на представителя в размере 160 000 руб. Суд посчитал судебные расходы на оплату услуг представителя в указанной сумме разумными, соответствующими сложности и продолжительности настоящего спора, объему оказанных представителем третьего лица услуг и выполненной им работы.

Апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки вышеуказанных выводов суда первой инстанции. Взысканная судом сумма судебных расходов соответствует продолжительности настоящего дела, его сложности, объему подготовленных процессуальных документов. Доказательств, свидетельствующих о чрезмерности взыскиваемых судебных расходов, в материалы дела не представлено.

При этом, учитывая, что исковые требования удовлетворены частично, суд первой инстанции обоснованно распределил подлежащие взысканию в пользу АО «Первоуральскбанк» судебные расходы на оплату услуг представителя как на истца, так и на ответчика, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Суд правомерно взыскал с ООО «Сокол Телеком» в пользу АО «Первоуральскбанк» расходы на оплату услуг представителя в размере 130 192 руб., а также отнес на истца расходы на оплату услуг представителя в размере 29 808 руб. 

Принимая во внимание произведенное истцом перечисление денежных средств в размере 90 000 руб. во исполнение впоследствии отмененного судебного акта, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявления истца о повороте исполнения судебного акта о взыскании судебных расходов.

В силу ч. 1 ст. 325 АПК РФ, если приведенный в исполнение судебный акт отменен полностью или в части и принят новый судебный акт о полном или частичном отказе в иске, либо иск оставлен без рассмотрения, либо производство по делу прекращено, ответчику возвращается все то, что было взыскано с него в пользу истца по отмененному или измененному в соответствующей части судебному акту.

Таким образом, по смыслу данной нормы, следует, что поворот исполнения судебного акта допускается для возврата взысканных денежных средств, имущества или его стоимости по отмененному судебном акту. При этом необходимым условием является не только отмена приведенного в исполнение судебного акта, но и принятие нового судебного акта об отказе в нем.

Представленными истцом в материалы дела доказательствами подтверждаются обстоятельства исполнения определения суда, впоследствии отмененного о взыскании судебных расходов в размере 90 000 руб.

Вместе с тем, принимая во внимание, что при повторном рассмотрении дела суд пришел к выводу, о необходимости отнесения на истца судебных расходов третьего лица АО «Первоуральскбанк» на оплату услуг представителя в размере 29 808 руб., суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление истца в части, составляющей разницу между первоначально взысканной суммой судебных расходов и подлежащей удовлетворению по итогам повторного рассмотрения дела, в результате чего, с третьего лица АО «Первоуральскбанк» в пользу истца в порядке поворота исполнения судебного акта правомерно взысканы денежные средства в размере 60 192 руб.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения Арбитражного суда города Москвы.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 176, 266-268, п. 1 ст. 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,     

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 15 февраля 2024 года по делу № А40-218528/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья:           О.О. Петрова   

Судьи:                                                                                               Е.Н. Янина    

                                                                                                                     Е.А. Сазонова