﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-4754/2020

г. Краснодар

26 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  26 марта 2021 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Бабаевой О.В., судей Кухаря В.Ф. и Рыжкова Ю.В., в отсутствие истца – общества с ограниченной ответственностью «Восемь» (ИНН 2625048232, ОГРН 1162651059713), ответчика – индивидуального предпринимателя Ступакова Дениса Владимировича (ИНН 263009829610, ОГРН 308264927600013) и третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «Фебу» (ИНН 2625031285, ОГРН 1052600083139), извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Ступакова Дениса Владимировича на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 11.08.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2020 по делу № А63-4754/2020, установил следующее.

ООО «Восемь» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю Ступакову Денису Владимировичу (далее – предприниматель) о взыскании 7 882 550 рублей стоимости предварительно оплаченного товара.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Фебу». 

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 11.08.2020 иск удовлетворен частично: с предпринимателя в пользу общества взыскано 7 882 549 рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано. 

Постановлением апелляционного суда от 26.11.2020 решение от 11.08.2020 изменено, иск удовлетворен частично: с предпринимателя в пользу общества взыскано 5 691 349 рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано. Распределены судебные расходы на уплату государственной пошлины. 

В кассационной жалобе предприниматель просит отменить судебные акты и отказать в иске. Заявитель указывает на то, что суды приняли в качестве доказательства по делу копию договора от 01.10.2015 № 68, несмотря на непредставление обществом подлинника документа; накладные, представленные истцом, не подписаны с его стороны;  договор цессии ничтожен,  поскольку является безвозмездным; суды не исследовали доводы ответчика о том, что договор цессии подписан неустановленным лицом; доказательств оплаты права требования по договору цессии обществом не представлено; подписание актов сверки взаимных расчетов со стороны предпринимателя не доказывает, что ответчик был уведомлен о состоявшейся уступке и одобрил данную сделку. По мнению заявителя, заключая соглашение от 21.01.2017 № 1 и утверждая спецификацию от 21.01.2017 № 2, стороны не внесли изменения в пункты 1.1 и 2.1 договора от 01.10.2015 № 68, в которых согласована цена договора и условия об оплате, следовательно, при расчете исковых требований необходимо руководствоваться сведениями о стоимости оборудования, указанными в приложении № 1 к договору (спецификация); спецификация от 21.01.2017 № 2 подписана сторонами после передачи оборудования обществу «Фебу», поэтому сведения о стоимости оборудования, указанные в названной спецификации, не могут быть учтены при определении стоимости фактически поставленного товара, которая определяется на день передачи товара; стоимость поставленного товара составляет 9 776 тыс. рублей, при этом ответчик оказал по услуги доставке, выполнил работы по монтажу оборудования на 2 930 тыс. рублей. Предприниматель, ссылаясь на положения статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, настаивает на том, что истцом пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям.   

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что в удовлетворении жалобы надлежит отказать.

Как установлено судами, 01.10.2015 обществом «Фебу» (заказчик) и предпринимателем (исполнитель) заключен договор № 68 поставки оборудования с монтажом и долевым участием  (далее – договор) и приложение № 1 к нему (спецификация), согласно которым исполнитель обязуется поставить оборудование (автоматическая линия для производства высокоточного облицовочного блока или лего-блока, кирпича с пустотами или лего-кирпича, тротуарной плитки и т. п.; далее – автоматическая линия) на сумму 21 541 тыс. рублей и оказать услуги (доставка, монтаж, пуско-наладка, разработка состава шихты, обучение специалистов, выпуск первой партии кирпича, годовая гарантия с обслуживанием) на сумму 5 385 тыс. рублей, а заказчик – оплатить 67% от цены договора (пункты 1.1 и 2.1.1 договора). Цена договора составляет 26 926 тыс. рублей (пункт 2.1 договора).  

В силу пункта 2.1.1 договора общество «Фебу» приобретает  долю в общей с предпринимателем собственности на автоматическую линию в размере 67%, а предприниматель – 33%. 

В приложении № 1 к договору стороны согласовали наименование, количество и цену оборудования, из которого состоит спорная автоматическая линии. 

Соглашением от 21.01.2017 № 1 стороны договора признали недействительным приложение № 1 к нему (спецификация) и согласовали спецификацию от 21.01.2017 № 2, в которой уменьшили стоимость подлежащего поставке оборудования (18 405 тыс. рублей) и стоимость работ (услуг) исполнителя (4 601 250 рублей).  

Платежными поручениями от 01.10.2015 № 580, 16.11.2015 № 691, от 04.12.2015 № 728, от 26.01.2016 № 29, от 11.05.2016 № 246, от 26.05.2016 № 275, от 01.02.2017 № 36 общество «Фебу» перечислило на расчетный счет предпринимателя 8 622 тыс. рублей.  

Общество «Фебу» (цедент) и общество (цессионарий) заключили договор цессии от 31.03.2017 (с учетом дополнительного соглашения от 03.04.2017), по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования 8 622 тыс. рублей стоимости предварительно оплаченного товара. 

Платежными поручениями от 31.03.2017 № 38, от 07.04.2017 № 51 истец дополнительно перечислил на расчетный счет предпринимателя 3 709 349 рублей. 

В рамках договора ответчиком осуществлена частичная поставка оборудования заказчику (позиции 3 – 12 спецификации от 21.01.2017 № 2 на сумму 6 640 тыс. рублей).

Ссылаясь на недопоставку предпринимателем товара и оставление без удовлетворения претензии о возврате денежных средств, общество обратилось в арбитражный суд с иском.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество. Указанное правило применяется независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли. Таким образом, неосновательное обогащение возможно тогда, когда отсутствуют установленные законом, иными правовыми актами или сделкой основания или которые отпали впоследствии.

При этом основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

По правилам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Факт перечисления заказчиком и истцом ответчику денежных средств в сумме 12 331 349 рублей подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями и не оспаривается ответчиком.

В отзыве на иск предприниматель подтвердил факт недопоставки оборудования по позициям 1 и 2 спецификации от 21.01.2017 № 2, однако указал, что стоимость поставленного оборудования  (позиции 3 – 12) должна определяться исходя из цены, согласованной сторонами в приложении № 1 к нему (спецификация), действующей на дату поставки товара. В подтверждение поставки товара ответчиком представлена товарная накладная от 16.09.2016 № 74 на сумму 9 776 тыс. рублей и акт приема-передачи оборудования, подписанные предпринимателем в одностороннем порядке. Также ответчик ссылался на частичное выполнение обязательств по доставке, монтажу и пуско-наладке оборудования, в подтверждение предоставив односторонний акт сдачи-приемки выполненных работ от 15.12.2016 № 75, а также доказательство его направления   обществу «Фебу» в августе 2020 года.

Двусторонние документы, подтверждающие поставку и получение товара обществом «Фебу», в материалах дела отсутствуют.

Как следует из позиций сторон и третьего лица, выраженных в исковом заявлении, дополнениях к нему и отзывах на исковое заявление, товар по позициям 3 – 12 спецификации от 21.01.2017 № 2 передан обществу «Фебу», находится на его территории и в его распоряжении; между сторонами отсутствуют разногласия относительно наименования и количества поставленного ответчиком по договору оборудования; интерес к исполнению договора сторонами договора утрачен,  а отраженный в договоре конечный результат сторонами не достигнут. 

При расчете стоимости поставленного оборудования ответчик исходит из цены, согласованной сторонами при заключении договора в приложении № 1 к нему (спецификация), без учета соглашения от 21.01.2017 № 1 и спецификации от 21.01.2017 № 2, подписанных сторонами впоследствии, что не соответствует положениям статей 421 и 450 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соглашении от 21.01.2017 № 1 стороны договора прямо указали на недействительность приложения № 1 к нему (спецификация) и утвердили спецификацию в другой редакции. 

С учетом изложенного при расчете стоимости поставленного оборудования истец и суды обоснованно исходили из стоимости оборудования, указанной в спецификации от 21.01.2017 № 2. 

Принимая во внимание условие договора (пункта 2.1.1), согласно которому общество «Фебу» приобретает 67% доли в общей с предпринимателем собственности на автоматическую линию, суд первой инстанции при расчете подлежащих удовлетворению требований исходил из того, что обязательства по поставке оборудования исполнены ответчиком перед обществом «Фебу» на сумму 4 448 800 рублей (67% от стоимости поставленного товара – 6 640 тыс. рублей), следовательно, неосновательное обогащение составило 7 822 549 рублей (12 331 349 – 4 448 800). 

Изменяя судебные акты, суд апелляционной инстанции исходил из следующего: обществом «Фебу» и истцом заключен договор цессии, по условиям которого цедентом передано право требования 8 622 тыс. рублей стоимости предварительно оплаченного товара; при этом истец также перечислил на расчетный счет предпринимателя 3 709 349 рублей; в претензии, направленной ответчику 12.03.2020, истец потребовал возврата суммы предварительной оплаты, при этом претензия не содержала требования о передаче товара; требование покупателя о возврате предоплаты равнозначно отказу от договора; фактически стороны утратили интерес реализации договора, договор прекратил свое действие, в связи с чем на стороне ответчика возникло денежное обязательство, а обязанность поставить товар отпала; поскольку товар по позициям 3 – 12 спецификации от 21.01.2017 № 2 передан обществу «Фебу», находится на его территории и в его распоряжении, а отраженный в договоре конечный результат сторонами не достигнут (совместная эксплуатация автоматической линии обществом «Фебу» и предпринимателем с учетом недопоставки части оборудования невозможны), то оснований для удовлетворения требований с учетом условий пункта 2.1.1 договора не имеется. 

По расчету суда апелляционной инстанции сумма неосновательного обогащения составила 5 691 349 рублей (12 331 349 – 6 640 000). 

Довод заявителя о том, что судами не учтены обстоятельства оказания предпринимателем услуг (работ) по доставке, монтажу и пуско-наладке оборудования, отклоняется судом округа, поскольку в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства, подтверждающие данные обстоятельства; объективных доказательств, подтверждающих оказание услуг (выполнение работ), не имеется; односторонний акт от 15.12.2016, направленный заказчику по прошествии более трех лет с момента его составления, таким доказательством служить не может; с учетом недостижения цели заключения договора не обосновано наличие потребительской ценности частично выполненных работ для заказчика. 

Намерение истца и третьего лица на безвозмездную передачу права опровергается как содержанием договора цессии (пункты 2.2 и 2.3), так и дополнительным соглашением от 03.04.2017 к нему, поэтому довод предпринимателя о том, что между его сторонами фактически сложились отношения дарения, подлежит отклонению. Само по себе отсутствие доказательств оплаты обществом права требования не может служить достаточным основанием для вывода о недействительности (ничтожности) данного договора, что следует из разъяснений, данных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки».

Ссылка заявителя на то, что договор цессии подписан неполномочным на то лицом со стороны цедента, несостоятельна, поскольку директор общества «Фебу» в отзыве на исковое заявление подтвердил его подписание. 

По общему правилу согласия должника на переход прав первоначального кредитора к иному лицу не требуется (пункт 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации); стороны после заключения договора цессии к продолжению исполнения договора № 68 не приступили.

Доводы предпринимателя о пропуске срока исковой давности суды отклонили, поскольку в материалы дела представлены акты сверки взаимных расчетов (подписаны предпринимателем и обществом 31.12.2018, 31.12.2019, 10.03.2020), содержащие сведения о сумме задолженности предпринимателя, что свидетельствует о признании долга и перерыве течения срока исковой давности (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд округа также учитывает, что до момента предъявления требования о возврате суммы предварительной оплаты предприниматель оставался должником по неденежному обязательству, связанному с передачей товара. С момента реализации права требования на возврат суммы предварительной оплаты (претензия, полученная ответчиком 17.03.2020)  обязательство по передаче товара (неденежное обязательство) трансформировалось в денежное обязательство. Таким образом, именно с момента реализации права требования на возврат суммы предварительной оплаты у предпринимателя отпали правовые основания для удержания перечисленных заказчиком и истцом денежных средств. Пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. Учитывая изложенное, начало исчисления срока исковой давности для требования о возврате суммы предварительной оплаты определяется моментом истечения срока исполнения данного требования, указанного в претензии, а не датой осуществления соответствующих платежей.

Довод жалобы о представлении обществом в суд только копии договора, на котором основано заявленное требование, подлежит отклонению, поскольку в отсутствие каких-либо возражений у ответчика в отношении  доказательств в ходе рассмотрения дела у суда первой инстанции не имелось оснований для истребования у истца подлинника документа (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Материалы дела не содержат, а предпринимателем не представлены доказательства нетождественности или фальсификации доказательств. При этом соглашение от 21.01.2017 № 1 к договору, спецификация от 21.01.2017 № 2 к договору, договор цессии от 31.03.2017, дополнительное соглашение от 03.04.2017 к нему, платежные поручения и акты сверки взаимных расчетов, подписанные предпринимателем и обществом 31.12.2018, 31.12.2019, 10.03.2020, представлены истцом в подлиннике, иной текст договора не представлен.  

Доводы жалобы выводы апелляционного суда не опровергают, не подтверждают существенных нарушений норм материального права и процессуального права. По существу доводы жалобы направлены на переоценку доказательств по делу и установленных фактических обстоятельств, что не входит в полномочия суда при кассационном производстве.

Оснований для отмены или изменения апелляционного постановления по доводам кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2020 по делу № А63-4754/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

                                                О.В. Бабаева

 

Судьи

                                                В.Ф. Кухарь

Ю.В. Рыжков