ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-27070/2017

г. Самара

11 июня 2019 г.

Резолютивная часть постановления оглашена 04 июня 2019 года

Постановление в полном объеме изготовлено 11 июня 2019 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Мальцева Н.А., Селиверстовой Н.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

при участии до и после перерыва:

от ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 27.04.2019, ФИО4 по доверенности от 24.11.2018г.,

от конкурсного управляющего ФИО5 - лично, паспорт,

от ФИО6 - ФИО7 по доверенности от 02.11.2018г.,

от ФИО8 - ФИО7 по доверенности от 06.11.2018г.,

от АО «КБ «Солидарность» - ФИО9 по доверенности от 16.07.2018г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 30 мая-04 июня 2019 года, в помещении суда, в зале №7, 

апелляционные жалобы ФИО8,  ФИО6, ФИО2

на определение  Арбитражного суда Самарской области от 05 апреля 2019 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании сделки недействительной

в рамках дела № А55-27070/2017 (судья Садовникова Т.И.)

О несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сызранская топливная компания», ИНН 

<

***>, 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 13 октября 2017 года принято к производству заявление Акционерного общества «Компания  Уфаойл» о признании ООО «Сызранская топливная компания» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.12.2017 в отношении ООО «Сызранская топливная компания» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО10.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 25 мая 2018 года ООО «Сызранская Топливная Компания» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства. Обязанности конкурсного управляющего до его утверждения возложены на временного управляющего ФИО10.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06 июня 2018 года конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением ( с учетом уточнения), в котором просил:

- Признать недействительной сделку по отчуждению имущества ООО «Сызранская Топливная Компания», а именно: Договор купли-продажи от 10 сентября 2015 г., заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Сызранская топливная компания» и ФИО8.

-Применить последствия недействительности ничтожной сделки, а именно: Истребовать из чужого незаконного владения ФИО2 в пользу ООО «Сызранская топливная компания» следующее недвижимое имущество: земельный участок, площадью 5 348,00 кв. м, расположенный на землях населенных пунктов, под производственной базой, с кадастровым номером 63:08:0105050:0127 и расположенные на нем следующие объекты недвижимости: нежилое одноэтажное здание с пристроем Литера ББ1, площадью 351,90 кв.м, нежилое одноэтажное здание Литера Д, площадью 426,80 кв.м, топливное хранилище (склад ГСМ), назначение специальное, площадью 648,10 кв.м, Литера Л (1-28), железнодорожный путь 86,0 м, Литера К, находящиеся по адресу: 

<

...>.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 17 октября 2018 года к участию в деле привлечен ФИО2.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05 апреля 2019 года заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Признан недействительной сделкой договор купли-продажи от 10 сентября 2015 г., заключенный между ООО «Сызранская топливная компания» и ФИО8.

Применены последствия недействительности сделки, в виде истребования из чужого незаконного владения ФИО2 в пользу ООО «Сызранская топливная компания» недвижимого имущества.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО8,  ФИО6, ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 05 апреля 2019 года, отказать в удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании представители ФИО2, ФИО8, ФИО6 апелляционные жалобы поддержали.

 Конкурсный управляющий ФИО5 и представитель АО КБ «Солидарность» возражали против удовлетворения апелляционных жалоб по основаниям представленных пояснений.

В судебном заседании 30 мая 2019 года в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 11 часов 00 минут 04 июня 2019 года. 

Сведения о месте и времени продолжения судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

После перерыва стороны поддержали заявленные ранее позиции.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

 Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд считает подлежащим отмене определение Арбитражного суда Самарской области от 05 апреля 2019 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании сделки недействительной в рамках дела № А55-27070/2017 в части применения последствий недействительности сделки, в связи со следующим.

10.09.2015 между должником и ФИО8 заключен договор купли-продажи, согласно п.1.1. продавец продал, а покупатель купил и оплатил следующее недвижимое имущество: земельный участок, площадью 5 348 кв.м., расположенный на землях населенных пунктов, под производственной базой, с кадастровым номером 63:08:0105050:0127, и расположенные на нем следующие объекты недвижимости: нежилое одноэтажное здание с пристроем Литера ББ1, площадью 351,90 кв.м, нежилое одноэтажное здание Литера Д, площадью 426,80 кв.м, топливное хранилище (склад ГСМ), назначение специальное, площадью 648,10 кв.м, Литера Л (1 -28), железнодорожный путь 86,0 м, Литера К, находящиеся по адресу: 

<

...>.

Пунктами 2.1 - 2.6 установлено, что ФИО8 приобретает указанное имущество за 506 532 руб. 51 коп., в том числе балансовая стоимость: земельного участка в связи с завершением амортизации - 51 000 руб., нежилого одноэтажного здания с пристроем Литера ББ1 - 133 404,01 руб., нежилого одноэтажного здание Литера Д - 161 802, 91 руб., топливного хранилища (склад ГСМ) - 62 566,90 руб., железнодорожного пути 86,0 м -76 066,68 руб.

Конкурсный управляющий должника оспаривает указанную сделку на основании положений п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также ст. 10, 168 ГК РФ.

Согласно с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 Постановления N 63, по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с абз. 1, 2, 4 п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пунктом 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 указанного Постановления разъяснено, что согласно абзацам второму -пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно ст. 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела, на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества в силу следующего.

Между ОАО КБ «Солидарность» и должником были заключены договор поручительства № 062-810/15ю/П4 от 31.07.2015 г. согласно которого ООО «Сызранская Топливная Компания» обязуется отвечать в полном объеме за исполнение ООО «Холдинговая компания «Средневолжский Топливный Альянс» всех обязательств по Договору об условиях среднесрочного кредитования № 062-810/15ю от 31.07.2015 г. с лимитом задолженности по основному долгу 30 000 000 руб; и договор поручительства № 0б1-810/15ю/П4 от 31.07.2015 г., согласно которого ООО «Сызранская Топливная Компания» обязуется отвечать в полном объеме за исполнение ООО «Средневолжская Межотраслевая Компания-АЗС» всех обязательств по Договору об условиях среднесрочного кредитования № 061 -810/15ю от 31.07.2015 г. с лимитом задолженности по основному долгу 20 000 000 руб.

Поскольку обязанность по возврату кредитных средств основным заемщиком не исполнена, банк обратился в суд.

Решением Самарского районного суда г. Самары 13.03.2017 исковые требования АО КБ «Солидарность» были удовлетворены и с должника как поручителя была взыскана задолженность по Договору об условиях среднесрочного кредитования № 062-810/15ю от 31.07.2015 г. в размере 31 924 293,54 руб. и по Договору об условиях среднесрочного кредитования № 061-810/15го от 31.07.2015 г. в размере 21 132 982,67 руб.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 24.11.2015 N 89-КГ15-13 договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам. По истечении срока действия договора поручительства он считается исполненным поручителем даже в случае, если кредитором не было предъявлено к поручителю никаких требований.

Из материалов дела следует, что на последнюю отчетную дату, а именно 31.12.2014 г. балансовая стоимость имущества должника составляла 16 508 000, тогда как принятые обязательства перед АО КБ «Солидарность» по договорам поручительства составляли 50 000 000 руб.

Следовательно, на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись обязательства, исполнение которых было невозможно в связи с отсутствием достаточных активов.

Кроме того, согласно сведениям публичной кадастровой карты, размещенной на официальном сайте Управления Росреестра кадастровая стоимость спорного земельного участка составляет 6 066 182,92 руб. Указанная стоимость не включает в себя стоимость объектов, расположенных на земельном участке.

Рыночная стоимость имущества согласно отчета об оценке ООО «Аваллон», предоставленного в материалы дела ФИО8 составляет 3 852 741 руб., а согласно отчету ООО «Аспект» - 10 464 000 руб. 

Таким образом, как правильно определено судом первой инстанции, стоимость проданного должником по договору купли-продажи имущества не соответствует рыночной и занижена в несколько раз.

Доказательств обратного материалы дела не содержат.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).

Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784 в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора ("дружественного" кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

С учётом положений Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" для признания сделки недействительной необходимо доказать, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 7 настоящего Постановления).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В данном обособленном споре установлено, что сделки совершены при наличии фактической аффилированности лиц, что свидетельствует о совершении их с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Так приобретатель недвижимого имущества ФИО8 является сыном ФИО6., который является выгодоприобретателем относительно  должника. 

Так согласно имеющимся в материалах дела сведениям ООО «СТК» являлось поручителем по всем сделкам обществ, которые контролировались ФИО6

Кроме того, ООО «СТК» производило уплату НДФЛ за ФИО8 (платеж от 03.10.2016 счет ПАО Сбербанк, от 03.02.2017 счет ПАО «ВТБ»).

Стоимость имущества в оспариваемом договоре купли-продажи и последующее  исполнение свидетельствуют о том, что сделка была заключена на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, такие условия доступны лишь аффилированным лицам, входящим в одну группу.

В результате оспариваемой сделки произошло значительное уменьшение стоимости и размера имущества должника, что привело к полной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

ФИО8 не мог не осознавать то, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества. 

Как верно указано судом первой инстанции, ответчик, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых общество за 506 532, 51 руб. продает имущество, стоимость которого значительно превышает заявленную цену.

При этом, представленные отчеты об оценке имущества, не смотря на расхождение сумм, подтверждают факт продажи имущества по заниженной цене.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "Онекоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В результате заключенного договора купли продажи должник лишился имущества необходимого для осуществления хозяйственной и предпринимательской деятельности, извлечения прибыли.

Указанный вывод также подтверждается представленной в материалы дела копией договора аренды от 15 октября 2015 года, заключенного между Уткиным А.С. и ООО «СТК». Согласно пункту 1.1 арендодатель передал арендатору имущество, ранее купленное по оспариваемому договору от 10 сентября 2015 года. Арендная плата составляет 25 000 руб. в месяц.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10, 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, заключив спорное соглашение, стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Вместе с тем, исходя из положений названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2011 N 17389/10 отмечено, что согласно статье 421 ГК РФ принцип свободы договора предполагает добросовестность действий сторон, разумность и справедливость его условий, в частности их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Свобода договора, подразумевая, что стороны действуют по отношению друг к другу на началах равенства и автономии воли и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах, не означает, что при заключении договора они могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (своих контрагентов), а также ограничений, установленных Кодексом и другими законами.

Пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.11.2008 N 126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения", определениях Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 N 308-ЭС16-11018, от 09.10.2017 N 308-ЭС15-6280, явно заниженная цена имущества может свидетельствовать о том, что приобретатель не является добросовестным.

Также в соответствии с пунктом 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки, которым воспользовался контрагент, является основанием для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, приобретая спорные объекты недвижимости по заведомо заниженной стоимости, ответчик не проявил при заключении договоров купли-продажи той степени заботливости и осмотрительности, которые требовались по условиям гражданского оборота в подобных случаях, и позволили бы установить обстоятельство продажи спорного имущества по цене, ниже рыночной.

В этой связи, установив обстоятельства совершения должником до возбуждения дела о банкротстве сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, путем уменьшения конкурсной массы, отчуждение по заведомо заниженной цене своего имущества третьему лицу, суд апелляционной инстанции полагает, что имеются основания для признания оспоренных договоров купли-продажи транспортных средств недействительными сделками на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доказательств, подтверждающих добросовестность сторон данного договора материалы дела не содержат, как и доказательств, подтверждающих стоимость объектов недвижимости, их рыночной стоимости.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованном выводу о признании сделок недействительными.

Вместе с тем, применяя последствия недействительности сделок, суд первой инстанции не учел положения ст.167 ГК РФ и ст.61.6 Закона о банкротстве. 

В соответствии со ст. 61.6 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. 

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения.

Из материалов дела следует, что 15.11.2016 года между ФИО8 и ФИО2 заключен договор купли-продажи имущества, ранее принадлежавшего должнику.

В связи с указанным конкурсным управляющим уточнены требования и заявлено о применении последствий в виде виндикационного требования к ФИО2 

При этом, определяя подведомственность спора, конкурсный управляющий пояснил, что исходил из того, что имущество приобреталось для предпринимательской деятельности.

Суд первой инстанции, согласившись с позицией конкурсного управляющего, применил последствия в виде истребования имущества у лица, являющегося конечным собственником на момент рассмотрения спора.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, данным в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума ВАС РФ N 63), если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

В случае подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, оспаривающее сделку лицо вправе по правилам статьи 130 АПК РФ соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи; также возбужденное вне рамок дела о банкротстве тем же судом дело по иску о виндикации может быть объединено судом с рассмотрением заявления об оспаривании сделки - их объединенное рассмотрение осуществляется в рамках дела о банкротстве.

Суд первой инстанции, со ссылкой на 301 ГК РФ и положения пункта 38 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" пришел к выводу о недобросовестности и возможности истребовать из незаконного владения ФИО2 имущества должника, переданного по вышеуказанной недействительной сделке.

Из смысла статьи 27 АПК РФ следует, что к юрисдикции арбитражных судов относится разрешение экономических споров и рассмотрение других дел, связанных с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Рассмотрение возникающих из гражданских правоотношений экономических споров и других дел, связанных с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, статьей 28 АПК РФ отнесено к компетенции арбитражных судов.

Поскольку ФИО2 статусом индивидуального предпринимателя не обладает, приобретал имущество как физическое лицо, что отражено в договоре купли-продажи, производство по заявлению конкурсного управляющего об истребовании имущества из незаконного владения подлежит прекращению применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ, поскольку не может быть рассмотрено в деле о банкротстве, в арбитражном суде.

В соответствии со ст. 61.6 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения.

При этом последствия признании сделки недействительной подлежат применению независимо от того, было ли об этом заявлено конкурсным управляющим должника.

В соответствии с п. 2.6 договора купли-продажи от 10.09.2015 стороны определили, что ФИО8 приобретает недвижимость за 506 532, 51 руб.

Представленная в материалы дела выписка по расчетному счету должника, открытому в ПАО «Сбербанк России» подтверждает оплату ФИО8 приобретенного имущества в размере 506 532, 51 руб., произведенную 25.09.2015.

Согласно представленному в материалы дела отчету об оценке, подготовленному ООО «Аваллон» рыночная стоимость спорного имущества должника составляет 3 852 741 руб.

При этом указанный отчет выполнен по заказу ФИО8 Назначением оценки является определение рыночной стоимости оценки для предоставления отчета в суд.

Кроме того стоимость объектов оценки рассчитана оценщиком на основании затратного метода и в соответствии с произведенным осмотром объектов.

Указанный отчет суд апелляционной инстанции принимает в качестве определения стоимости спорного имущества.

Доказательств его недостоверности в материалы дела не представлено.

Кроме того,  лицами, участвующими в деле ходатайств о назначении экспертизы с целью определения стоимости имущества не заявлено. 

Об указанном праве сторон, предусмотренном положениями ст.65, 82, 268 АПК РФ  разъяснено судом апелляционной инстанции в судебном заседании. 

При этом отчет об оценке, выполненный ООО «Аспект» не принимается судебной коллегией во внимание, поскольку оценка имущества произведена сравнительным методом бед осмотра и на основании выписки ЕГРН по состоянию на 28.06.2016. 

На основании изложенного, с учетом вышеуказанных норм права суд апелляционной инстанции приходит к выводу о применении двусторонней реституции, в связи с чем в качестве последствий недействительности сделки надлежит взыскать с ответчика по сделке ФИО8 рыночную стоимость спорного имущества в размере 3 852 741 руб. и восстановить право требования ФИО8 к ООО «Сызранская топливная компания» суммы, внесенной в счет оплаты за имущество в размере 506 532 руб. 51 коп.

В соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ судебные расходы взыскиваются со стороны, не в пользу которой принят судебный акт.

Следовательно расходы по уплате государственной пошлины за подачу конкурсным управляющим заявления подлежат взысканию с ФИО6

При данных обстоятельствах судебная коллегия апелляционного суда полагает необходимым отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 05 апреля 2019 года, в силу ст. 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в части применения последствий недействительности сделки.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 05 апреля 2019 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании сделки недействительной в рамках дела № А55-27070/2017 отменить в части применения последствий недействительности сделки и распределения судебных расходов.

Принять в указанной части новый судебный акт.

Взыскать с ФИО8 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сызранская топливная компания» 3 852 741 руб.

Восстановить право требования ФИО8 к ООО «Сызранская топливная компания» суммы, внесенной в счет оплаты за имущество в размере 506 532 руб. 51 коп.

Прекратить производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 в части применения последствий недействительности сделки в виде истребования имущества из незаконного владения ФИО2.

Взыскать с ФИО8 в доход федерального бюджета расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

В остальной части определение Арбитражного суда Самарской области от 05 апреля 2019 года оставить без изменения.

   Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Е.А. Серова

Судьи                       Н.А. Мальцев

                                                                                                                      Н.А. Селиверстова