Д Е В Я Т Ы Й    А Р Б И Т Р А Ж Н Ы Й    А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й    С У Д

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 09АП-3324/2020

г. Москва                                                                                               Дело № А40-127254/17

29.02.2020

Резолютивная часть постановления объявлена 18.02.2020                       

Постановление изготовлено в полном объеме 29.02.2020 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего судьи М.С.Сафроновой, 

судей А.С. Маслова, Н.В. Юрковой, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ЗАО "Мономах" на определение Арбитражного суда г. Москвы от 17.12.2019 по делу № А40-127254/17, вынесенное судьей Р.Ш. Мухамедзановым, в части отказа конкурсному управляющему в удовлетворении заявления об оспаривании сделки должника

в деле о банкротстве ЗАО "Мономах"

 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ЗАО "Мономах"- ФИО2 дов.от 16.01.2020

от ООО «Юнилевер Русь» - ФИО3 дов.от 01.08.2018, ФИО4 дов.от

16.03.2018

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2018 в отношении ЗАО "Мономах" открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5

Конкурсный управляющий ЗАО "Мономах"обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании сделок должника (соглашений об отступном, зачета встречных однородных требований) с ООО «Юнилевер Русь» недействительными и применении последствий их недействительности, о применении последствий недействительности сделок.

Определением суда 17.12.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника удовлетворено в части признания недействительными соглашение об отступном № 2 от 22.06.2017 и соглашение об отступном №3 от 31.07.2017, заключенный между ЗАО "Мономах" и ООО «Юнилевер Русь», недействительным зачет встречных однородных требований от 20.11.2017, совершенный между ЗАО "Мономах" и ООО «Юнилевер Русь» и применения последствий недействительности сделок.

Не согласившись с определением суда, конкурсный управляющий ЗАО "Мономах"  обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, требования удовлетворить в полном объеме.

ООО «Юнилевер Русь» представило отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ЗАО "Мономах" доводы апелляционной жалобы поддержал, просил суд ее удовлетворить.

Представитель ООО «Юнилевер Русь» возражал на доводы апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность. Просил суд определение первой инстанции оставить без изменения а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом.

Законность и обоснованность решения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 266, 268 АПК РФ.

Выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав материалы дела и оценив доводы апелляционной жалобы и возражения по ней, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда.

Соглашение об отступном № 1 от 25.05.2017, заключенное в течение шести месяцев до принятия заявления о банкротстве должника, правомерно признано судом действительной сделкой как совершенное при отсутствии осведомленности ООО «Юнилевер Русь» о признаках неплатежеспособности должника.

В соответствии с соглашением об отступном № 1 от 25.05.2017 (т.50, л.д. 39) должник осуществляет поставку подсолнечного масла в адрес ООО «Юнилевер Русь» в порядке и на условиях, определенных соглашением об отступном, в счет исполнения обязательства в отношении платежа № 1 по мировому соглашению на сумму 3 600 000 руб. со сроком уплаты 25.06.2017.

Как правильно указал суд первой инстанции, в зависимости от даты совершения оспариваемой сделки определяется объем обстоятельств, наличие которых необходимо для признания сделки должника, оспариваемой как сделки с предпочтением в порядке ст. 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», недействительной.

Пунктом 2 ст. 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Как разъяснено в п. 11 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Пунктом 3 названной статьи установлено, что сделка, указанная в пункте 1 этой статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. При этом предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

По смыслу данной правовой нормы для правильного разрешения спора необходимо установить наличие или отсутствие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника в период совершения оспариваемой сделки и в случае их наличия дать оценку доводу о том, что сторона по сделке знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Установлено, что соглашение об отступном № 1 от 25.05.2017 заключено в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (17.07.2017). Соответственно, при оспаривании данной сделки судом правомерно применены положения п. 3 ст. 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Иные оспариваемые сделки, признанные судом недействительными, совершены в течение одного месяца до или после даты принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и оспаривались по п. 2 ст. 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с пониженным стандартом доказывания - без доказывания недобросовестности ООО «Юнилевер Русь» и/или осведомленности ООО «Юнилевер Русь» о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Вопреки доводам апелляционной жалобы при проверке соглашения об отступном № 1 от 25.05.2017 судом правомерно установлено, что конкурсным управляющем не доказано, что ООО «Юнилевер Русь» знало или должно было знать о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Все приведенные конкурсным управляющим доводы правомерно оценены судом как необоснованные и не подтверждающие факт осведомленности ООО «Юнилевер Русь» о признаках неплатежеспособности должника, а также противоречащие фактическим обстоятельствам и доказательствам по делу.

Вопреки утверждению конкурсного управляющего заключение обеспечительной сделки - договора поручительства не может доказывать ни наличие неплатежеспособности, ни осведомленность контрагента о такой неплатежеспособности. В противном случае все лица, в чью пользу заключены обеспечительные сделки (залоги, поручительства) должны признаваться судами автоматически осведомленными о неплатежеспособности должников, предоставивших обеспечение, но такая судебная практика отсутствует.

Кроме того, в настоящем случае и сам первоначальный договор поставки (т. 50, л.д.77,83) был обеспечен поручительством конечного бенефициара должника ФИО6 (договор поручительства № 1Ч8Т135092 от 07.10.2015, т.74, л.д.30), и чтобы поручительство не прекратилось при заключении мирового соглашения (т.50, л.д.89), был заключен новый аналогичный договор поручительства. 

Более того, кредитные организации, включая ПАО Банк «ВТБ», получали поручительство со стороны ФИО6 по обязательствам должника именно в связи с его статусом собственника бизнеса должника:

Три из пяти юридических лиц, участником которых является ФИО6, зарегистрированы в г. Москве, при этом ООО Фирма "Лига" и ООО "Глубокинский МПЗ" контролируются ФИО6 посредством участия в ЗАО "МОНОМАХ", зарегистрированным в г. Москве» (постановление 15ААС от 28.08.2019 по делу № А32-15759/2019, вынесенное по жалобе ПАО Банк «ВТБ»).

По этой же причине ООО «Юнилевер Русь» получало поручительство ФИО6 по обязательствам должника (договор поручительства № 1ЧЗТ135092 от 07.10.2015, т.74,л.д.30), а после нарушения указанных обязательств обращался за взысканием задолженности с ФИО6 (решение Пресненского районного суда г. Москвы от 04.04.2018 по делу №02-1965/2018, т.74, л.д.31).

Получение и просуживание поручительства в отношении ФИО6 не имело бы экономического смысла, если бы ООО «Юнилевер Русь» был фактически аффилирован с должником и определял его хозяйственную деятельность.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, ООО «Юнилевер Русь» не знало и не могло знать о признаках неплатежеспособности должника, поскольку одного лишь факта наличия задолженности перед иными кредиторами, на что ссылается конкурсный управляющий, для этого недостаточно (постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 №18245/12, определения ВС РФ от 26.11.2015 № 307-ЭС15-9523, от 25.02.2016 № 310-ЭС15-12396, и др.). Кредитор не знал и имел возможности знать о финансовом состоянии должника. 

Несостоятелен довод конкурсного управляющего о том, что публикация сообщения о намерении обратиться с заявлением о банкротстве должника и наличие сведений о подаче заявления о банкротстве должника в картотеке арбитражных судов РФ свидетельствует об осведомленности ООО «Юнилевер Русь»  о неплатежеспособности должника.

В абз. 7 п. 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 указывается, что само по себе размещение на сайте Высшего Арбитраэюного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом.

Кроме того, как указано в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 30.10.2018 № Ф05-18083/2016 по делу № А41-52146/2015, нахождение должника в процедуре банкротства не означает прекращение его хозяйственной деятельности и само по себе не свидетельствует об обязательном наличии у него задолженности, имеющей приоритетный характер перед совершенными платежами.

Судом первой инстанции правомерно принято во внимание, что ООО «Юнилевер Русь» никогда не было аффилировано с должником, не входило с ним в одну группу лиц, и поэтому тоже не могло знать о его неплатежеспособности.

Судом  правомерно установлено,  что ООО «Юнилевер Русь»  и должник  не  являются фактически аффилированными лицами.

Суд первой инстанции установил, что тот факт, что ООО «Юнилевер Русь»  являлось долгосрочным контрагентом должника (с 2010 года размещал заказы должнику на закупку продукции) также не свидетельствует ни о его осведомленности о неплатежеспособности должника, ни о фактической аффилированности должника и ООО «Юнилевер Русь», а доводы конкурсного управляющего противоречат положениям законодательства и не подтверждены доказательствами по делу.

Длительное гражданско-правовое сотрудничество не является основанием для признания лиц фактически аффилированными. В противном случае, это означало бы разрушение реального гражданско-правового оборота как такового, поскольку любые долгосрочные правоотношения с добросовестными и надежными контрагентами были бы невозможными из-за последующего вменения статуса аффилированных лиц со всеми вытекающими гражданско-правовыми последствиями.

Вместе с тем, признаки аффилированности между кредитором и должником, как и внутрикорпоративной направленности отношений между указанными лицами судом не выявлены и доказательств тому конкурсным управляющим должника не представлено, тогда как наличие длительных хозяйственных связей при осуществлении указанными лицами своей уставной производственно-коммерческой деятельности само по себе не свидетельствует о порочности соответствующих обязательств.

Судом первой инстанции правильно установлено, что ООО «Юнилевер Русь» и должник не состояли в каких-либо эксклюзивных отношениях, не были фактически аффилированы:

Должник не являлся единственным, эксклюзивным контрагентом ООО «Юнилевер Русь» по поставкам подсолнечного масла, а лишь одним из ряда поставщиков. Согласно материалам дела ООО «Юнилевер Русь» на долгосрочной основе приобретало подсолнечное масло и у других поставщиков: например, у ООО «А-Соль»   (прежнее   наименование   ООО   «Евросоль   Трейдинг»)   по   договору на поставку товара № 4600000649 от 18.12.2009), и у ООО «Каргилл» (прежнее наименование ОАО «ГПК «Ефремовский») по договору поставки № 8РО-3-2009 от 06.11.2009 (т.74, л.д.37 и далее).

ООО «Юнилевер Русь» для должника не являлся эксклюзивным или крупным/единственным контрагентом. Конкурсным управляющим представлены данные о многочисленных контрагентах должника (приложение к письменным объяснениям конкурсного управляющего от 28.11.2019), приобретавших его продукцию, помимо ООО «Юнилевер Русь». Как следует из информации с официального сайта должника, продукция должника отгружалась в 40 регионов РФ и более, чем в 20 иностранных государств.

Более того, как следует из материалов дела, должник работал с такими компаниями как группа «НМЖК» (Нижегородский масложировой комбинат) и группа «Русагро», продукция которых конкурирует с продукцией ООО «Юнилевер Русь», что само по себе опровергает домыслы конкурсного управляющего о фактической аффилированности ООО «Юнилевер Русь»  и должника.

В любом случае, наличие длительных договорных отношений по поставке товара или по производству продукции не может служить основанием для признания сторон договора фактически аффилированными лицами, что соответствует судебной практике арбитражных судов:

Отклоняя доводы конкурсного управляющего должника о наличии фактической аффилированности между должником и кредитором, суд апелляционной инстанции отметил, что между должником и кредитором сложились долгосрочные взаимоотношения, в рамках которых кредитор неоднократно предоставлял должнику преференции в виде отсрочки оплаты приобретенного радио и навигационного оборудования и специфических комплектующих к нему, а таю/се в силу специфики хозяйственных отношений предоставлял рассрочку и отсрочку обязательств должника по оплате приобретенных материальных ценностей» (постановление АС Московского округа от 31.07.2019 по делу N А40-156390/16);

признаки аффилированности между кредитором и должником, как и внутрикорпоративной направленности отношений между указанными лицами судом не выявлены и доказательств тому не представлено, тогда как наличие длительных хозяйственных связей при осуществлении указанными лицами своей уставной производственно-коммерческой деятельности не свидетельствует о порочности соответствующих обязательств» (постановление Тринадцатого Арбитражного апелляционного суда от 30.10.2019 № 13АП-27614/2019),

вхождение кредитора и должника в одну группу компаний, контролируемую одним лицом или аффилированным с должником лицом, которым в практике Верховного Суда РФ чаще всего выступает родственник или супруг должника. Данный критерий разработан и указан в качестве необходимого для признания фактической аффилированности  между лицами в определениях Верховного суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС 16-20056(6), 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197.

Суд первой инстанции правомерно установил, что конкурсным управляющим не было представлено никаких доказательств, подтверждающих обстоятельства установленного стандарта доказывания и фактическая аффилированность не подтверждена доказательно. Все утверждения конкурсного управляющего о фактической аффилированности базируются только на том, что между должником и Юнилевер были длительные отношения по поставке товара, что не является критерием фактической аффилированности субъектов гражданского оборота.

Фактическая аффилированность, о которой заявляет конкурсный управляющий, имеет место в том случае, когда речь идет о внутригрупповых отношениях (внутри группы компаний с единым центром принятия решения и едиными экономическими интересами), которые однако структурированы таким образом, чтобы избежать применения критериев юридической аффилированности (например, оформление бизнеса на неблизких родственников или работников, не занимающих высшие руководящие должности).

Однако применительно к ркссматриваемым правоотношениям такие обстоятельства отсутствуют.

ООО «Юнилевер Русь» является частью международной англо-голландская публичной компании Uniliver, одного из мировых лидеров на рынке пищевых продуктов и бытовой химии. Штаб-квартиры Uniliver базируются в Роттердаме и Лондоне.

Должник принадлежит к группе Мономах, работающей на масложировом рынке. В состав группы входят заводы в нос. Ахтырском Краснодарского края и в Ростовской области, а также Московский маргариновый завод. Основным ее владельцем является ФИО6, который определяет решения данной группы, что не оспаривается конкурсным управляющим.

ООО «Юнилевер Русь» с указанными лицами ни в спорный период, ни в данный момент не связано.

Таким образом, ООО «Юнилевер Русь» и должник - это два самостоятельных, независимых друг от друга экономических субъекта и участника гражданского оборота, имеющих каждый свой центр принятия решений и свои собственные экономические интересы. Наличие между ними договорных отношений, в т.ч. длительных, не делает их аффилированными лицами.

Суд первой инстанции правомерно отверг довод конкурсного управляющего о том, что ООО «Юнилевер Русь» закупало продукцию у должника по эксклюзивным ценам значительно ниже, чем у других поставщиков, не соответствуют действительности и обоснованно отвергнут судом.

Покупная цена, по которой должник в рамках оспариваемых сделок поставил должнику подсолнечное масло - 50,19-55 руб. за кг, - является равноценным встречным предоставлением, поскольку соответствует рыночным ценам на подсолнечное масло.

Согласно ТТН, имеющимся в материалах дела, стоимость, по которой ООО «Юнилевер Русь» закупало подсолнечное масло у должника, в целом была равна или даже иногда меньше стоимости, по которой Юнилевер приобретал подсолнечное масло у иных поставщиков  (например, т.74, л.д.37,40,43,46,61,65,68,70,72,80, и др. - цены у иного поставщика даже ниже цен должника).

В соответствии с условиями реальной рыночной ситуации, иногда цены на продукцию должника были ниже, чем у иных контрагентов, иногда выше. В 2016 году разница в стоимости продукции должника и иных поставщиков ООО «Каргилл» и ООО «А-Соль» составила порядка 10%, не является значительной и соответствуют нормальному разбросу рыночных цен, объяснимому объемами закупок. На всю сумму неисполненных должником обязательств по поставке товара в размере 105 045 072,65 руб. разница в стоимости по замещающим поставкам составила согласно определению о включении в реестр требований ООО «Юнилевер Русь» лишь 10 310 810,93 руб., то есть менее 10% (т.74, л.д.1). В 2017 году (в период заключения оспариваемой сделки) стоимость товара у иных поставщиков была даже ниже цены должника (т.74, л.д.37,40,43,46,61,65,68,70,72,80). 

Судом правильно установлено, что ООО «Юнилевер Русь» не оказывало влияния на хозяйственную деятельность должника. Факт ведения переговоров и переписки между сотрудниками должника и ООО «Юнилевер Русь», на который ссылается конкурсный управляющий, по вопросам, связанным с согласованием объемов и цен производимой продукции не может свидетельствовать о фактической аффилированности или оказания влияния на должника. Содержание электронной переписки, представленной конкурсным управляющим, не поддерживает его довод о каком-либо принуждении должника со стороны ООО «Юнилевер Русь».

Как обоснованно указал суд первой инстанции, также и факт ведения переговоров и переписки между сотрудниками должника и ООО «Юнилевер Русь» по вопросам, связанным с согласованием объемов и цен производимой продукции не может свидетельствовать о фактической аффилированности. Осуществление хозяйственного оборота в отсутствие переговорного процесса и ведения деловой переписки не представляется возможным, в том числе в отношении «торга» о стоимости приобретаемого товара и его количестве.

Более того, факты ведения такой официальной электронной переписки и переговоров по данньш вопросам подтверждают, что стороны не были аффилированы, не реализовывали каких-либо неформальных договоренностей, а добросовестно вели хозяйственную деятельность, разрешая возникающие бизнес-вопросы и разногласия в рамках обычного переговорного процесса» (абз. 3-4 стр. 7 определения).

Кроме того, эта переписка касается отношений ООО «Юнилевер Русь» с иным лицом - ООО «Маргариновый завод», а не должника и в силу этого является неотносимой к настоящему делу.

Таким образом, судом первой инстанции правильно установлено, что конкурсным управляющим не приведено никаких доказательств того, что ООО «Юнилевер Русь» обладало или должен был обладать информацией о неплатежеспособности должника, равно как не доказана фактическая аффилированность указанных лиц.

Суд первой инстанции правомерно отказал в признании соглашения об отступном № 1 от 25.05.2017 недействительной сделкой, основания для удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО5 отсутствуют.

Суд обоснованно отказал во взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период до даты вступления в силу определения, а также  за период с 25.05.2017 по 23.05.2019 в отношении соглашения о зачете встречных требований должника и ООО «Юнилевер Русь» от 20.11.2017, поскольку в нарушение положений ст. 65 АПК РФ конкурсным управляющим должника не представлено доказательств совершения каких-либо перечислений должником денежных средств ООО «Юнилевер Русь», а следовательно и фактического пользования последним указанными денежными средствами.

Данные выводы Суда первой инстанции сделаны в соответствии с п. 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, согласно которому если недействительная сделка исполнена обеими сторонами, то при рассмотрении иска о применении последствий ее недействительности необходимо учитывать, что по смыслу п. 2 ст. 167 ГК РФ произведенные сторонами взаимные предоставления считаются равными, пока не доказано иное, и их возврат должен производиться одновременно. В связи с этим проценты, установленные ст. 395 ГК РФ, на суммы возвращаемых денежных средств не начисляются.

Вывод суда первой инстанции подтверждается позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 17.08.2017 N 305-ЭС17-3817 по делу N А40-214329/2014, согласно которой разъяснения названного п. 55 Постановление Пленума ВС РФ № 7 относятся к случаям, когда предоставления по сделке совершены обеими сторонами и признание ее недействительной влечет двустороннюю реституцию, то есть подлежит применению в настоящем случае к оспариваемому соглашению о зачете.

Согласно п. 29.1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

Судом первой инстанции правомерно установлено, что отсутствуют доказательства того, что ООО «Юнилевер Русь» узнало или должно было узнать о том, что у оспариваемых сделок отступного имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ранее признания их недействительными обжалуемым определением, в связи с чем обоснованно взыскал проценты за пользование чужими денежным средствами с даты вступления определения в силу.

Выводы Суда первой инстанции соответствуют единообразной судебной практике.

Суд первой инстанции полно и правильно установил фактические обстоятельства по делу и дал им надлежащую правовую оценку. 

Определение суда законно и обоснованно. Оснований для его отмены нет.

Руководствуясь ст. ст. 266 – 269, 271 АПК РФ, суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г.Москвы от 17.12.2019 по делу № А40-127254/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ЗАО "Мономах"– без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья                                                        М.С. Сафронова

 

Судьи                                                                                                Н.В. Юркова

 

                                                                                                          А.С. Маслов