АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-44170/2018

г. Новосибирск

19 сентября 2019 года

резолютивная часть решения объявлена 12 сентября 2019 года

решение в полном объеме изготовлено 19 сентября 2019 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Булаховой Е.И., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Галкиной Н.С., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Велес» (ИНН 

<

***>), г. Новосибирск к обществу с ограниченной ответственностью «Сибирские продукты» (ИНН

<

***>) , г. Новосибирск о взыскании 7200015 рублей 72 копеек 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Молагро», г. Новосибирск, общество с ограниченной ответственностью «Ужанихинский молочный завод», г. Новосибирск, глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1, ИНН 

<

***>, с. Борково, Маслянинский район, Новосибирская область, общество с ограниченной ответственностью «Заковряшинское» (ИНН 

<

***>), с. Заковряшино

при участии в судебном заседании представителей:

истца – ФИО2 по доверенности от 01.02.2019, паспорт

ответчика – ФИО3  по доверенности от 10.01.2019, паспорт, ФИО4 по доверенности от 25.01.2019, паспорт

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Велес» (далее – истец, ООО «Велес») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (заявление от 04.02.2019 (том дела 1, л.д. 78 - 79)), к обществу с ограниченной ответственностью «Сибирские продукты» (далее – ответчик, ООО «Сибирские продукты)  о взыскании 7200015 рублей 72 копейки долга и пени по договорам поставки молока № 6-МОЛ от 01.10.2015, № 4-МОЛ от 01.09.2017. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Молагро», общество с ограниченной ответственностью «Ужанихинский молочный завод», глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1, общество с ограниченной ответственностью «Заковряшинское».

Требования истца мотивированы наличием у ответчика задолженности за поставленное молоко по договору поставки от 01.10.2015 № 6-МЛО (право требования по которому перешло к ООО «Велес» от ООО «Молагро» по договору уступки права требования от 10.05.2018) и договору поставки от 01.09.2017 № 4-МОЛ. 

Представитель истца в судебном заседании подержал исковые требования в заявленном размере. 

Ответчик в отзыве и дополнениях к нему иск в заявленном размере не признал. Указал, что поставка молока в октябре 2017 года осуществлялась ООО «Ужанихинский завод», ООО «Велес» не имело в собственности указанный им объем продукции, указал, что истцом подтверждена поставка молока в октябре 2017 года в количестве 10300 кг на сумму 261414 рублей. Ответчик признал иск в части долга в сумме 1094088 рублей 52 копейки, в части пени в сумме 575507 рублей 80 копеек, заявил о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Общество с ограниченной ответственностью «Ужанихинский молочный завод» в представленных пояснениях полагает, что исковые требования обоснованы, заявило о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 представил суду пояснения, согласно которым, он является производителем сырого молока, с ООО «Ужанихинский завод» у него были заключены договоры поставки № 28 от 15.07.2013, № 81 от 01.04.2016, № 2 от 01.01.2018, заказчиком и плательщиком являлся ООО «Ужанихинский завод», доставка товара осуществлялась транспортом ООО «Ужанихинский завод», иногда молоко забиралось транспортом иных организация, в том числе, ООО «Велес», ООО «Сибирские продукты». 

Общество с ограниченной ответственностью «Заковряшинское» представило пояснения, из которых следует, что между ним ООО «Велес» был заключен договор поставки сырья № 1 от 01.10.2017, по которому последнему поставлялось сырье – молоко натуральное коровье. Просило рассмотреть дело в отсутствие своего представителя. 

Рассмотрев материалы дела, суд установил. 

01.10.2015 между ООО «Молагро» (поставщик) и ООО «Сибирские продукты» (покупатель) заключен договор поставки № 6-МОЛ.

В силу пункта 2.1 договора  поставщик обязуется в течение срока действия договора поставлять покупателю,  а покупатель принимать и оплачивать натуральное молоко (товар). В силу пункта 2.2. договора  поставка молока должна осуществляться согласно графика, согласованного между покупателем и поставщиком.

Согласно пункту 4.5. договора, оплата за молоко, принятое покупателем, осуществляется покупателем в течение 10 банковских дней с даты поставки молока, путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика. Днем исполнения обязательств по оплате считается дата списания денежных средств с расчетного счета покупателя.

Поставщиком покупателю был поставлен товар, а именно: по договору № 6-МОЛ - поставка 31.08.2017 на сумму 3063803 рубля 58 копеек, поставка 30.09.2017 на сумму 1780058 рублей 98 копеек. Оплата за товар произведена не в полном объеме.

01.09.2018  между ООО «Велес» (поставщик) и ООО «Сибирские продукты» (покупатель) заключен договор поставки молока № 4-МОЛ.

Поставщиком в адрес покупателя была осуществлена поставка молока, а именно: по договору № 4-MOЛ – поставка 31.10.2017 на сумму 1314528,14 руб.; поставка 30.11.2017 на сумму 964413 рублей; поставка 31.12.2017 на сумму  1574199 рублей 62 копейки; поставка 31.01.2018 на сумму  202567 рублей 18 копеек. Ответчик расчеты в полном объеме за поставленный товар не осуществил.

10.05.2018 между ООО «Молагро» (цедент) и ООО «Велес» (цессионарий) заключен договор уступки права требования, в силу пункта 1 которого, цедент передает, а цессионарий принимает право требование цедента к ООО «Сибирские продукты» в размере 4000000 рублей, возникшее из договора поставки молока № 6-МОЛ от 01.10.2015.

Согласно подписанному сторонами акту сверки задолженность ООО «Сибирские продукты» перед ООО «Молагро» по договору № 6-МОЛ от 01.10.2015 составляет 4000000 рублей.

Согласно акту сверки по состоянию на 31.12.2017 задолженность ООО «Сибирские продукты» в пользу ООО «Велес» составляет 2803140 рублей 76 копеек. 

В период с 31.01.2018 покупателем была произведена оплата всего в размере 600000 рублей. 

В силу пункта 4.12. договора от 01.10.2015 № 6-МОЛ, пункта 4.10 договора от 01.09.2017 № 4-МОЛ за нарушение сроков оплаты за товар, поставщик имеет право требовать от покупателя пени в размере 0,1% за каждый день просрочки.

Истец начислил ответчик неустойку по договору № 4-МОЛ от 01.09.2017 за период с 01.10.2018 по 01.02.2019 в сумме 794307 рублей 78 копеек. 

Претензии истца оставлены ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в арбитражный суд с рассматриваемым иском. 

Изучив и проверив представленные доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации  гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с положениями статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе на неуплаченные проценты.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежавшее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу на основании сделки (уступка права требования). Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласия должника за исключении случаев предусмотренных законом.

Согласно части 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

На основании части 1 и 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются Гражданским кодексом Российской Федерации и договором между ними, на основании которого производится уступка. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

В соответствии с пунктом 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования. Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» уступка права (требования) представляет собой замену кредитора в обязательстве. Последствием уступки права (требования) является замена кредитора в конкретном обязательстве, в содержание которого входит уступленное право (требование).

Суды при рассмотрении требований сторон, вытекающих из договорных отношений, в любом случае проверяют договор на предмет его заключённости или недействительности (постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением договорных обязательств»).

Применительно к настоящему спору, предметом состоявшейся уступки по договору от 10.05.2018 является требование по денежному обязательству, возникшему на основании договора поставки № 6-МОЛ от 01.10.2015.

В ходе рассмотрения спора арбитражный суд не установил обстоятельств, подтверждающих, что уступленное право было оплачено цессионарием.

В силу части 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

Договор цессии носит возмездный характер, даже если в нем не указаны ни порядок предоставления встречного исполнения, ни само встречное предоставление.

В пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при оценке договора об уступке права (требования) такой договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. Квалификация договора об уступке права (требования) как договора дарения возможна лишь при установлении намерения безвозмездно передать право (требование). Отсутствие в данном соглашении условия о цене передаваемого права (требования) само по себе не свидетельствует о дарении соответствующего права (требования).

Исходя из разъяснений, данных в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», в силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).

Согласно договору уступки права требования от 10.05.2018, заключенному между ООО «Молагро» и ООО «Велес» цедент передает, а цессионарий принимает от цедента право требования в размере 4000000  рублей; право считается перешедшим к цессионарию с момента заключения договора. При этом сторонами сделки не предусмотрена обязанность цессионария оплатить или предоставить цеденту какой-либо иной эквивалент за полученное им право (требования). 

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ООО «Велес» произведена оплата принятого от ООО «Молагро» права требования к ООО «Сибирские продукты». 

При таких обстоятельствах суд признает договор уступки права (требования) от 10.05.2018 ничтожным в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В связи с изложенным, не усматривается оснований полагать, что переход права требования к ООО «Сибирские продукты» в сумме 4000000 рублей, возникшее из обязательств по договору поставки молока № 6-МОЛ от 01.10.2015 состоялся.

Требование о взыскании задолженности по договору поставки молока № 4-МОЛ от 01.09.2017 суд признает обоснованным в части. 

В соответствии со статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик (продавец) обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

По правилам статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

В силу требований пункта 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства. Если договором купли-продажи не предусмотрена рассрочка оплаты товара, покупатель обязан уплатить продавцу цену переданного товара полностью.

Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Статьей 310 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

При рассмотрении судебного спора представители ответчика утверждали, что истцом создан документооборот, якобы подтверждающий поставку молока, в том числе, в адрес поставщика третьими лицами, а также поставщиком - истцом по делу в адрес ответчика. 

Представителями истца в материалы дела представлены доказательства приобретения молока у третьих лиц. 

Проанализировав представленные доказательства приобретения молока истцом у третьих лиц, суд соглашается с возражениями ответчика о неподтвержденности приобретения молока в том, объёме, который оформлен четырьмя товарными накладными № 5 от 31.10.2017 на сумму 1314528,14 руб.; №  13 от 30.11.2017 на сумму 964413 рублей; № 17 от 31.12.2017 на сумму 1574199 рублей 62 копейки; № 7 от 31.01.2018 на сумму 202567 рублей 18 копеек. 

Из материалов дела следует, что согласно представленным документам ООО «Велес» с октября 2017 по 15 января 2018 года поставлял молоко в адрес ООО «Сибирские продукты», приобретая товар у производителей молока.

В октябре 2017 года в адрес ООО «Сибирские продукты» от ООО «ВЕЛЕС», по мнению истца, в соответствии с УПД № 5 от 31.10.2017 было поставлено молоко на сумму 1 314 528,14 руб. в том числе НДС 119502,56 руб. в количестве 51785 кг.

Между тем, из данного количества молока 28527 кг. ответчик получил непосредственно у ИП ГФК ФИО1 в пункте отгрузки в с .Борково Маслянинского района. Доставка осуществлялась собственным транспортом (молоковоз гос. номер ГАЗ Е 810 СН водитель ФИО5). Указанные обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела ответчиком копиями путевых листов, копиями товарно-транспортных накладных, копией приказа о приеме на работу водителя ФИО5 

Согласно договору № 81 от 01.04.2016 ИП ГФК ФИО1 поставку молока и расчеты за него осуществлял через ООО «Ужанихинский молочный завод», а последнее в свою очередь должно было передать товар в ООО « ВЕЛЕС», что и было сделано в период ноябрь 2017 года - январь 2018 года. 

В материалах дела имеются  доказательства, подтверждающие реальность приобретения данного товара ООО «Велес», а, следовательно, и возможность его передачи ответчику, лишь в количестве 10300 кг.

В отношении другого поставщика молока для истца - ООО «Заковряшинское» - необходимо отметить, что согласно представленных истцом товарно-транспортных накладных, поставки молока в октябре 2017 года от ООО «Заковряшинское» в адрес ООО «Велес» начались только с 10 числа. 

Следовательно, молоко, поставленное ответчику до 10 октября 2017 года в количестве 12 958 кг. (01.10.17. - 7 548 кг. и 05.10.17. - 5 500 кг.), никакого отношения к ООО «ВЕЛЕС» не имеют, поскольку на эти даты ООО «ВЕЛЕС» не имело в собственности указанный объем продукции.

Таким образом, суд соглашается с доводами ответчика о том, что представленные истцом документы подтверждают правомерность требований оплаты за поставленное в октябре 2017 года молоко лишь в количестве 10300 кг. на суму 261414 руб. (10300кг. х 25,38руб.).

В ноябре 2017 года в адрес ООО «Сибирские продукты» от ООО «ВЕЛЕС», по мнению истца, в соответствии с УПД № 13 от 30.11.2017 было поставлено молоко в количестве 35355 кг.

Между тем, из материалов дела следует, что ООО «Сибирские продукты» получает молоко у ИП ГКФК ФИО1 (с. Борково, Маслянинский район ) самовывозом на собственном транспорте. ИП ГКФК ФИО1 по договору поставки № 81 от 01.04.2016 поставлял товар в ООО «Ужанихинский молочный завод» (товарная накладная № PO11 от 30.11.2017) в количестве 23307 кг., что соответствует данным путевых листов ООО «Сибирские продукты». 

ООО «Ужанихинский молочный завод» по товарной накладной № 96 от 30.11.2017 продает молоко ООО «ВЕЛЕС», но не 23307кг., как фактически было передано от ИП ГКФК ФИО1 в ООО «Сибирские продукты», а только 13831 кг. Следовательно, сумма неподтвержденных истцом поставок составила 258505,28 руб.. (23307 кг.-13831 кг.=9476 кг х 27,28 руб. - цена молока ООО ВЕЛЕС в ноябре, выставленной по УПД № 13 от 30.11.2017). 

Остальное молоко по счёту-фактуре и товарной накладной от 30.11.2018 ответчиком было получено от ООО «Заковряшинское». 

Таким образом, представленные истцом документы подтверждают правомерность требований оплаты за поставленное в ноябре 2017 года молоко лишь на сумму 705907,72 руб.

В декабре 2017 года представленными истцом документами подтверждается правомерность требований оплаты за поставленное по УПД №17 от 31.12.2017 молоко на сумму 1 574 199,62 руб.

В январе 2018 года представленными истцом документами подтверждается правомерность требований оплаты за поставленное по УПД №7 от 31.01.2018 молоко на сумму 202567,18 руб.

Таким образом, представленные истцом доказательства подтверждают правомерность требований оплаты за поставленное молоко на сумму 2744088,52 (261414 руб. + 705907,72 руб.+ 1574199,62 руб.+ 202567,18 руб.).

Факт частичной оплаты ответчиком суммы в размере  1650000 руб. истцом не опровергнут. 

Сумма признаваемых ответчиком исковых требований составляет 1094088,52 руб. (2744 088,52 - 1650 000). 

Исходя из изложенного, суд полагает возможным удовлетворить исковые требования ООО «Велес» в сумме, признаваемой ответчиком, а именно 1094088,52 руб. 

Неустойка истцом в сумме 794307,78 руб. в размере 0,1 % за каждый день просрочки на сумму задолженности, в том, числе по поставкам за октябрь 2017 года - январь 2018 года начислена за период с 01.10.2018 по 01.02.2019 - 124 дня (уточнение исковых требований от 04.02.2019 (том дела 1, л.д. 78-79)). В последующем истцом был представлен технический расчёт неустойки на сумму 1154499 руб. без суммы задолженности по договору уступки права требования в размере 4000000 рублей, но за период с 08.03.2018 по 01.07.2019. Между тем, истец требования в части периода начисления неустойки не уточнял, размер исковых требований не увеличивал. Судом рассматриваются исковые требования в части неустойки в размере 794307,78 руб. исчисленной на сумму задолженности в размере 6405707,94 руб. за период с 01.10.2018 по 01.02.2019. 

Учитывая удовлетворение судом исковых требований в части задолженности в размере 1094088,52 руб. за заявленный истцом период начисления неустойки (01.10.2018 по 01.02.2019), сумма неустойки, подлежащая взысканию с ответчика составит 135666,97 руб. исходя из следующего расчёта: 1094088,52 х 0,1 % х 124 дня. 

Указанная сумма неустойки подлежит взысканию с ответчика. 

Довод ответчика о том, что имеются основания для уменьшения размера неустойки, во внимание судом принят быть не может, поскольку не основан на каких-либо доказательствах.

Также арбитражный суд не находит оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшении размера пени, о чем было заявлено ответчиком. 

Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении (пункт 1). Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 Гражданского кодекса).

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе, неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика. При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (абзацы 2, 3 пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81).

При рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (пункт 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81).

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 15.01.2015 № 6-О).

При решении вопроса об уменьшении неустойки необходимо иметь в виду, что размер неустойки может быть уменьшен судом только в том случае, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства (пункт 42 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации, ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8).

Поскольку ответчик обязательства по договору исполнил ненадлежащим образом, истец вправе требовать применения к нему мер гражданско-правовой ответственности в виде взыскания неустойки.

Арбитражный суд, отклоняя доводы ответчика о том, что предъявленная к взысканию неустойка несоразмерна последствиям нарушенного обязательства, отмечает, что учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Между тем, ответчиком доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки  последствиям нарушенного обязательства, не представлено. 

Более того, в силу пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации  условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предусмотрено законом или иными правовыми актами.

Согласно нормам гражданского права стороны вправе самостоятельно определить в договоре размер неустойки, обеспечивающей исполнение обязательства.

В данном случае стороны воспользовались предоставленным им правом, самостоятельно согласовав в заключенном договоре аренды размер неустойки.

Таким образом, арбитражный суд, исходя из обстоятельств дела, учитывая, что уменьшение неустойки является правом суда, пришел к выводу об отсутствии оснований для уменьшения подлежащей взысканию неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая изложенное, исковые требования подлежат удовлетворению в части. 

Расходы по государственной пошлине распределяются по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящее мотивированное решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сибирские продукты» (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Велес» (ИНН 

<

***>) задолженность в сумме 1094088 рублей 52 копейки, неустойку в сумме 525162 рубля 49 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сибирские продукты» (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 13269 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Велес» (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 45731 рубль. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Решение арбитражного суда, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд, находящийся в городе Томске путём подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья

Е.И. Булахова