﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-14401/2020

г. Красноярск

18 августа 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2021 года. 

Полный текст постановления изготовлен         18 августа 2021 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Парфентьевой О.Ю.,

судей: Белоглазовой Е.В., Петровской О.В.,

при ведении протокола судебного заседания Клят Э.М.,

при участии: от истца – публичного акционерного общества «Сбербанк России»: Добронравовой А.В., представителя по доверенности от 03.06.2019, диплом серии ВСВ № 0132748, рег.№ 2262 от 27.06.2005, справка о заключении брака, 

от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Ангас+»: Фейтельберг А.Д., представителя по доверенности от 11.01.2021,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Ангас+» (ИНН 2465177773, ОГРН 1182468015806), публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ИНН 7707083893, ОГРН 1027700132195)                на решение Арбитражного суда Красноярского края от 06 мая 2021 года по делу №  А33-14401/2020,  

 

установил:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском, измененным в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью «Ангас+» (далее – ответчик) об обязании ООО «Ангас+» безвозмездно предоставить ПАО «Сбербанк России» места для размещения камер видеонаблюдения в количестве 2 шт. на фасаде здания по адресу: г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49 в периметре границ помещений, арендуемых банком.

Определением от 22.09.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Швайковская Галина Николаевна.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 06.05.2021 исковые требования удовлетворены. Ответчик обязан предоставить истцу места для размещения двух камер видеонаблюдения на фасаде здания по адресу: г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49 в периметре границ арендуемых помещений № 2, № 3, расположенных по адресу: г. Красноярск, ул. Алексеева, д.49 (КН 24:50:0400416:9012 площадь 260 м², КН 24:50:0400416:9008 площадь 406,5 м²).

Не согласившись с данным судебным актом, истец и ответчик обратились с апелляционным жалобами в Третий арбитражный апелляционный суд, в которых просят решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе истец указал, что не согласен с решением суда первой инстанции в части не указания в резолютивной части решения на предоставление истцу мест на фасаде  здания в безвозмездное пользование. Также ссылается на злоупотребление правом со стороны ответчика.

В тоже время, ответчик указал, что суд необоснованно сделал вывод о наличии у истца права на размещение конструкций на фасаде  здания, без согласования с ответчиком. Кроме того считает вывод суда о злоупотреблении правом со стороны заявителя необоснованным. Также ответчик не согласен с взысканием судебных расходов в размере 9556 рублей.

Определениями Третьего арбитражного апелляционного суда от 09.06.2021 и от 15.06.2021 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 14.07.2021.

Ответчик представил отзыв на апелляционную жалобу истца, в котором считает доводы апелляционной жалобы истца необоснованными.

С учетом определения об отложении судебного разбирательства, в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебное заседание назначено на 11.08.2021. 

Определением от 11.08.2021 в связи с очередным отпуском судьи Дамбарова С.Д.,  произведена замена судьи Дамбарова С.Д. на судью Петровскую О.В.

Рассмотрение апелляционной жалобы, осуществлено с учетом положений части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы,  изложенные в  своей  апелляционной жалобе,  выразил  несогласие с  доводами  жалобы  ответчика. 

Представитель ответчика  поддержал доводы,  изложенные в своей апелляционной жалобе,  выразил  несогласие  с  доводами  жалобы  истца. Просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований истца.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  и разъяснениями,  изложенными в пунктах 14, 15, 16, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» путем  размещения определения суда о принятии апелляционной жалобы к производству суда, выполненного в форме электронного документа, на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»,  явку своих  представителей  не  обеспечили.  

На основании изложенного, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих  в деле.

Законность и обоснованность принятого решения проверены в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей истца и ответчика, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалоб в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, согласно протоколу внеочередного общего собрания собственников жилых помещений в ДЦ «Вертикали», расположенном по адресу: 660077, г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49, проводимого в форме заочного голосования от 09.04.2018, собственниками помещений принято решение выбрать для управления ДЦ «Вертикали» управляющую организацию – ООО «Ангас+» (5 вопрос), на основании чего было решено утвердить и подписать договоры между собственниками ДЦ «Вертикали» и ООО «Ангас+» (вопрос 6).

В материалы дела представлен паспорт фасадов здания (составлен по состоянию на 29.03.2019), расположенного по адресу: 660077, г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49.

Гражданка РФ Абасова Н.А. (арендодатель) и истец (арендатор) подписали долгосрочный договор аренды нежилого помещения  от 24.05.2016 № 1118002, согласно пункту 1.1. которого арендодатель передает арендатору за плату во временное владение и пользование следующее недвижимое имущество: нежилое помещение № 2 с КН 24:50:0400416:9008 на первом этаже, расположенное по адресу:  Российская Федерация, Красноярский край, г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49, пом. 2 (далее по тексту - помещение), площадью 406,5 м², обозначенное на техническом плане от 27.10.2015, выполненном филиалом ФГУП «Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ» по Красноярскому краю (Приложение № 1 являющееся неотъемлемой частью настоящего договора) и кадастровом паспорте (Приложение 2 к договору).

В пункте 1.2 договора стороны согласовали, что помещение предоставляется в аренду для осуществления банковской деятельности арендатора.

На основании акта приема-передачи от 24.05.2016 недвижимое имущество предано арендатору.

Колосов Е.А. (арендодатель) и истец (арендатор) подписали долгосрочный договор аренды нежилого помещения  от 25.10.2019 № 3028332, согласно пункту 1.1. которого арендодатель передает арендатору за плату во временное владение и пользование недвижимое имущество нежилое помещение № 3 с КН 24:50:0400416:9012, общей площадью 260,2 м², расположенное на первом этаже здания, по адресу:  г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49, арендатор обязуется принять его и вносить арендную плату в размере и порядке, определенным настоящим договором.

В пункте 1.4 договора стороны согласовали, что помещение предоставляется в аренду для осуществления банковской деятельности.

На основании акта приема-передачи от 17.10.2019 недвижимое имущество предано арендатору.

Согласно пункту 1.1. Сборника стандартов по комплексной безопасности и оснащению подразделений ПАО Сбербанк техническими средствами охраны от 27.01.2017 № 4461, данный акт содержит стандарты, регламентирующие принципы обеспечения комплексной безопасности и оснащения подразделений ПАО «Сбербанк» техническими средствами охраны. 

Как указано в пункте 3.9.1. названного Сборника подразделения ПАО Сбербанка должны быть оснащены телевизионными системами видеоконтроля (ТСВ). ТСВ предназначены для наблюдения за обстановкой по периметру и внутри помещений ВСП, регистрации событий и последующего их просмотра.

Стандарт регламентирует установку телевизионной системы видеоконтроля по периметру ВСП: для наблюдения за местом остановки спецавтомобилей инкассации; для наблюдения за проходом инкассаторов от места остановки спецавтомобиля до входной двери ВСП; для наблюдения за входом в круглосуточную зону самообслуживания ВСП; для наблюдения за обстановкой перед дверью запасного выхода ВСП (пункт 3.9.3.1.).

Из искового заявления следует, что в целях обеспечения безопасности, как сотрудников банка, так и посетителей на фасаде здания (в периметре границ помещений, занимаемых банком) истцом были установлены камеры видеонаблюдения.

Письмом от 16.09.2019 № 3119 ответчик предложил истцу заключить договор на размещение рекламно-информационная вывеска ПАО «Сбербанк».

В ответ на письмо  от 16.09.2019 № 3119 истец сообщил (письмо от 30.09.2019), что на входной группе офиса г. Красноярск, ул. Алексеева, 49, расположена информационная конструкция ПАО Сбербанк, которая служит целям идентификации места нахождения отделения, в связи с чем, не является рекламной, от предложения о размещении рекламы отказался.

Предписанием об устранении нарушений от 10.10.2019 № 3315 ответчик уведомил истца о необходимости демонтировать конструкцию, не соответствующую паспорту фасада здания ДЦ «Вертикали» в течение 7 дней с момента получения настоящего предписания.

В письме от 16.10.2019 (ответ на письмо от 10.10.2019 № 3315) истец просил направить в адрес ПАО Сбербанк детальную информацию об указанном в письме несоответствии информационной конструкции законодательству и паспорту фасада ДЦ «Вертикали», а также в ознакомительных целях направить комиссионный акт  от 09.10.2019 № 17.

Согласно предложению досудебного урегулирования спора от 27.01.2020, ответчик уведомил истца о намерении обратиться в суд с исковыми требованиями в связи с незаконным размещением истцом вывесок на фасаде здания ДЦ «Вертикали», расположенного по адресу: г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49, демонтированных 19.10.2019 и помещенных на ответственное хранение, предложил в порядке досудебного урегулирования спора заключить с ООО «Ангас +» договор аренды 2 мест под размещение информационных конструкций.

Письмом от 13.02.2020 (ответ на письмо  от 27.01.2020 № 183) истец сообщил, что готов рассмотреть вопрос урегулирования спора с целью заключения договора аренды фасадной конструкции под размещение вывески, просил предоставить в ПАО Сбербанк решения общего собрания собственников недвижимости с указанием о выборе управляющей компании ООО «Ангас+», также решение общего собрания собственников недвижимости об определении тарифов для выставления арендной платы за использование фасада здания, а также договор управления, подтверждающий полномочия ООО «Ангас+» на представление интересов и подтверждение полномочий лица, выставляющего требование.

Предписанием об устранении нарушений от 17.02.2020 № 200 ответчик требовал в срок до 01.03.2020 демонтировать все незаконные конструкции, дополнительное оборудование и провода.

Письмом от 25.02.2020 (ответ на письмо  от 17.02.2020 № 200) истец сообщил, что для принятия решения о демонтаже конструкцией и оборудования с фасада здания ПАО Сбербанк необходимо проанализировать законность предъявленных требований на предмет соответствия конструкций действующему законодательству, просил предоставить дополнительное время для принятия решения по данному вопросу, повторно просил предоставить запрашиваемые в письме от 13.02.2020 № 8646-01-исх/59 документы.

Письмом от 25.02.2020 истец просил ответчика вернуть в течение 10-дневного срока с момента получения данного письма информационную конструкцию «Сбербанк», которая располагалась по адресу Красноярск, ул. Алексеева, д. 49 и была демонтирована по распоряжению ответчика без разрешения уполномоченных сотрудников истца.

Из материалов дела следует, что 03.03.2020 ответчиком демонтировано имущество истца с входной группы офиса обслуживания клиентов, в том числе камеры видеонаблюдения (2 шт.).

Ответчик направил истцу письмо от 06.03.2020, в котором уведомил о необходимости, после произведения оплаты, принять по акту приема-передачи демонтированное имущество в срок до 01.04.2020, предложил в порядке досудебного урегулирования спора заключить с ответчиком договор аренды 4 мест под размещение информационных конструкций на фасаде здания ДЦ «Вертикали» согласно направляемым ранее план-схемам из расчета по 10 000 рублей в месяц за каждую из двух больших конструкций и по 3000 рублей в месяц за каждую из двух малых конструкций, период действия которого распространяется на правоотношения, возникшие между сторонами в период с 09.04.2018 по дату окончательного демонтажа незаконных конструкций 03.03.2020.

Письмом от 16.03.2020 истец просил ответчика для урегулирования вопроса, связанного с размещением информационной конструкции на фасаде здания, расположенного по адресу: г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49, направить в адрес ПАО Сбербанк утверждённый паспорт фасада здания, ввиду отсутствия его в свободном доступе на сайте управления архитектуры города Красноярска.

Истец обратился к ответчику с письмом (от 17.03.2021 исх. № 8646-14-исх/179, получено 23.03.2021), в котором просил согласовать место и условия для установки двух видеокамер системы телевизионного наблюдения банка.

Истец обратился к ответчику с письмом (от 20.04.2021 исх. № 8646-14-исх/232, получено нарочно 26.04.2021), в котором просил согласовать установку силами истца двух видеокамер системы телевизионного наблюдения банка в тех же местах, с которых ранее камеры были демонтированы ответчиком.

Ответчик направил истцу предложение о досудебном урегулировании спора от 25.06.2020 № 997, в котором предложил заключить договор аренды под размещение информационных конструкций, оплатить по прилагаемому к письму счету задолженность. Указал, что запрашиваемые истцом документы ответчиком ранее представлены. Ответчик сообщил о готовности ежедневно в рабочее время передать представителям истца по акту приема-передачи находящиеся на ответственном хранении демонтированные вывески (4 шт.), короба (2 шт.) и дополнительное оборудование (3 видеокамеры).

Истец обратился к ответчику с письмом от 18.07.2020 (ответ на письмо  от 25.06.2020 № 997), в котором повторно просил предоставить запрошенные ранее документы, а именно: решение общего собрания собственников недвижимости о выборе управляющейкомпании ООО «Ангас+»; решение общего собрания собственников недвижимости об определении тарифов для выставления арендной платы за использование фасада здания; договор доверительного управления, подтверждающий полномочия ООО «Ангас+» на представление интересов собственников помещений; решение общего собрания собственников недвижимости об определении правил и порядка использования общего имущества собственников недвижимости (фасада здания), в случае отсутствия в договоре управления соглашения о передачи полномочий к ООО «Ангас+» в части согласования об использовании общего имущества собственников недвижимости (фасада здания), паспорт фасада здания, расположенного по адресу: г. Красноярск, ул. Алексеева, 49. Истец просил сообщить, являются ли свободными места на фасаде здания, где ранее были размещены вывески с логотипом Банка.

Ответчик направил истцу письмо от 03.08.2020 № 1295, в котором информировал, что правообладателем интересующих истца мест, для размещения двух конструкций на общедомовом имуществе (фасаде здания), согласовано заключение с ПАО «Сбербанк» договора субаренды по цене 11 494 рубля 25 копеек в месяц (с учетом НДФЛ), с момента заключения договора субаренды, правообладатель освободит места для размещения информационных конструкций в течение 3-х рабочих дней.

Письмом от 05.08.2020 (ответ на письмо  от 03.08.2020 № 1295) для принятия ПАО Сбербанк окончательного решения о возможности урегулирования спорной ситуации истец повторно просил ответчика предоставить документы.

Согласно акту экспертизы от 15.07.2020 № 015-05-00092, составленному ТПП РФ Союз «Центрально-Сибирская промышленная палата», в результате анализа документов на вывески ПАО Сбербанк, ранее размещенные на фасаде здания и на крыльце у входа по адресу: 660077, РФ, Красноярский край, г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49, помещение 2, помещение 3 установлено следующее:

-   вывеска, ранее установленная по единой горизонтальной оси фасада здания в границах между первым и вторым этажей пропорционально занимаемому помещению № 2 над входом в отделение ПАО Сбербанк по адресу: 660077, РФ, Красноярский край, г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49, является вывеской, на которую требования законодательства о рекламе не распространяются, поскольку она размещена непосредственно у входа в нежилое помещение с целью информирования о фактическом местонахождении объекта организации и обозначения места входа в данное помещение в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

-  световая табличка, ранее установленная на фасаде здания справа у входа в помещение № 2 (правое крыльцо) в отделение ПАО Сбербанк по адресу: 660077, РФ, Красноярский край, г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49, является вывеской, на которую требования законодательства о рекламе не распространяются, поскольку она размещена непосредственно у входа в нежилое помещение с целью информирования о фактическом местонахождении объекта организации и обозначения места входа в данное помещение в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

-  световой короб, ранее установленный на хромированных трубах возлефасада здания слева у входа в помещение № 3 (левое крыльцо) в отделение ПАО Сбербанк России по адресу: 660077, РФ, Красноярский край, г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49, является вывеской, на которую требования законодательства о рекламе не распространяются, поскольку она размещена непосредственно у входа в нежилое помещение с целью информирования о фактическом местонахождении объекта организации и обозначения места входа в данное помещение в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

01.02.2021 по средствам электронной почты истец направил ответчику предложение о заключении мирового соглашения.

Ответчик в письме от 05.02.2021 № 192 сообщил истцу, что готов завершить судебное разбирательство в случае выполнения истцом следующих условий: возврата суммы неосновательного обогащения, компенсации понесенных убытков, принятием истцом демонтированного имущества по акту приема-передачи, обращением к правообладателю по вопросу размещения двух информационных конструкций на испрашиваемых местах, обращением к ответчику по вопросу размещения двух конструкций-коробов на испрашиваемых местах, согласования с ответчиком размещения дополнительного оборудования на фасаде здания, а также на прилегающей территории. Кроме того, ответчик указал, что размещение дополнительного оборудования, в том числе видеокамер, кондиционеров, происходит на безвозмездной основе при согласовании с ответчиком с целью исключить повреждение фасада здания, инженерных коммуникаций, эксплуатируемых ответчиком, порчи газонов и т.п., являющихся общедомовой собственностью.

По акту приема-передачи имущества от 11.02.2021, ответчик передал, а истец приняло имущество с ответственного хранения, а именно: старт-панель с логотипом. Стандарт 800 (2 шт.); фризовая панель. Стандарт 800. 4,8 м.п.; панель-кронштейн. Стандарт 650 (1 шт.); световую формованную табличку. Стандарт 1150 (1 шт.); вкладыш в световой короб «услуги банка» 500 х 1150 (1 шт.); световой короб «услуги банка» 500 х 1150 мм. на хромированных трубах; камеры видеонаблюдения (2 шт.).

Истец направил ответчику письмо от 17.03.2021, в котором просил согласовать места и условия установки двух видеокамер системы телевизионного наблюдения банка. Указанное письмо получено ответчиком 23.03.2021.

Письмом от 21.04.2021 № 726 ответчик пригласил истца на личную встречу в офис по адресу: г. Красноярск, ул. Алексеева, д-49, каб-3-06.

Письмом от 28.04.2021 № 907 ответчик сообщил, что в процессе неоднократных встреч специалистов с обеих сторон в апреле 2021 года, в том числе, 28.04.2021 со специалистом службы технической безопасности истца, определены места и условия размещения видеокамер. В утвержденном паспорте фасада предусмотрены места только для размещения видеокамер, являющихся общедомовой собственностью, эксплуатируемых ответчиком, которыми было оборудовано здание в момент постройки. Для возможности размещения видеокамер заинтересованных лиц, в том числе истца, ответчик включил вопрос о внесении изменений в паспорт фасада, для его рассмотрения и принятия решения на следующем собрании собственников. Истец, как заинтересованное лицо, может самостоятельно выступить инициатором проведения внеочередного собрания собственников, для принятия решения по интересующему последнего вопросу.

Принадлежность демонтированного имущества истцу (информационных конструкций и видеокамер) подтверждается договором поставки от 02.12.2016 № 23-02/203, заключенным ПАО Сбербанк с ООО «РеклаМир» (акт сдачи-приемки продукции  от 09.12.2016 № 1), актом о приемке выполненных работ  от 20.01.2020 № 12, актом о приемке выполненных работ  от 13.01.2017 № 27 и лицами, участвующим в деле, не оспаривается.

Ссылаясь на наличие в действиях ответчика признаков злоупотребления правом, необходимость установки видеокамер с целью обеспечения надлежащей безопасности, как клиентов, так и сотрудников банка, истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования,  обоснованно исходил из следующего.

В соответствии с абзацем 3 статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Избранный способ защиты предполагает необходимость доказать наличие нарушений или угрозу нарушения прав обратившегося в суд лица другими лицами и законность его требований.

В соответствии с положениями статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно статье 305 Гражданского кодекса Российской Федерации права, предусмотренные статьями 301 - 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором.

Согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Такой иск может быть удовлетворен при доказанности совокупности следующих обстоятельств: наличие у истца права собственности или иного права, предусмотренного статьей 305 Гражданского кодекса Российской Федерации, наличие препятствий в осуществлении этого права, наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что именно ответчиком чинятся указанные препятствия.

Согласно пункту 45 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/ 22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в силу статей 304 и 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

На основании   изложенного  суд первой инстанции  обоснованно  указал, что избранный истцом способ защиты нарушенного права путем предъявления негаторного иска предполагает доказывание одновременно ряда условий: наличие у истца права собственности, иного вещного права или обязательственного права, наделяющего носителя полномочиями по пользованию и (или) владению индивидуально-определенным имуществом (например, вытекающими из договора аренды, найма и др.); факт нахождения имущества во владении истца; противоправность поведения ответчика, создающего препятствия к осуществлению полномочий пользования и распоряжения.

В соответствии со статьей 244 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности.

В соответствии со статьей 245 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников.

В соответствии с пунктом 1 статьи 290 Гражданского кодекса Российской Федерации общее имущество в многоквартирном доме принадлежит собственникам помещений в многоквартирном доме на праве общей долевой собственности.

В соответствии со статьей 36 Жилищного кодекса Российской Федерации  собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, а именно:

1) помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы);

2) иные помещения в данном доме, не принадлежащие отдельным собственникам и предназначенные для удовлетворения социально-бытовых потребностей собственников помещений в данном доме, включая помещения, предназначенные для организации их досуга, культурного развития, детского творчества, занятий физической культурой и спортом и подобных мероприятий;

3) крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения;

4) земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объекты. Границы и размер земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, определяются в соответствии с требованиями земельного законодательства и законодательства о градостроительной деятельности.

Собственники помещений в многоквартирном доме владеют, пользуются и в установленных настоящим Кодексом и гражданским законодательством пределах распоряжаются общим имуществом в многоквартирном доме.

В силу статьи 247 Гражданского кодекса Российской Федерации владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Согласно пункту 3 части 2 статьи 44 Жилищного кодекса Российской Федерации принятие решений о пользовании общим имуществом собственников помещений в многоквартирном доме иными лицами относится к компетенции общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме.

Особенностью распределения обязанности доказывания по данному иску заключаются в том, что лицо, обратившееся в суд, должно представить доказательства принадлежности ему имущества на праве собственности и совершения ответчиком действий, препятствующих осуществлению законным владельцем своих прав в отношении данного имущества. Ответчик при этом должен доказать правомерность своего поведения.

Как указывалось ранее, ответчик осуществляет управление ДЦ «Вертикали», на основании протокола внеочередного общего собрания собственников жилых помещений, проводимого в форме заочного голосования от 09.04.2018.

Истец, в свою очередь, является арендатором помещений № 2, № 3, на основании долгосрочных договоров аренды нежилого помещения  от 24.05.2016 № 11180002 и  от 25.10.2019 № 3028332.

В указанных договорах прямо предусмотрено, что помещения предоставляются арендатору в аренду для осуществления банковской деятельности.

Собственники нежилых помещения и, соответственно, доли в праве собственности на общее имущество многоквартирного дома могут использовать часть общего имущества многоквартирного дома для установки оборудования, в том числе: систем кондиционирования, размещения информационных вывесок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2020 № 308-ЭС20-229 по делу № А53-14205/2018).

Согласно абзацу второму статьи 1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» банк является кредитной организацией, обладающей исключительным правом осуществления в совокупности следующих банковских операций: привлечения во вклады денежных средств физических и юридических лиц, размещения указанных средств от своего имени и за свой счет на условиях возвратности, платности, срочности, открытия и ведения банковских счетов физических и юридических лиц.

Банк как субъект профессиональной предпринимательской деятельности в области проведения операций по счетам клиентов и осуществляющий их с определенной степенью риска несет соответствующую ответственность.

Размещение камер видеонаблюдения в помещениях, используемых для осуществления банковской деятельности, является общераспространённой практикой и соответствует сложившимся обычаям делового оборота.

Согласно Сборнику стандартов по комплексной безопасности и оснащению подразделений ПАО Сбербанк техническими средствами охраны от 27.01.2017 № 4461, обязательное наличие системы телевизионного видеоконтроля, предназначенной для наблюдения за обстановкой по периметру и внутри помещений ВСП, регистрации событий и последующего их просмотра.

Как указано в пункте 3.9.1. названного Сборника подразделения ПАО Сбербанка должны быть оснащены телевизионными системами видеоконтроля (ТСВ). ТСВ предназначены для наблюдения за обстановкой по периметру и внутри помещений ВСП, регистрации событий и последующего их просмотра. Стандарт регламентирует установку телевизионной системы видеоконтроля по периметру ВСП: для наблюдения за местом остановки спецавтомобилей инкассации; для наблюдения за проходом инкассаторов от места остановки спецавтомобиля до входной двери ВСП; для наблюдения за входом в круглосуточную зону самообслуживания ВСП; для наблюдения за обстановкой перед дверью запасного выхода ВСП (пункт 3.9.3.1.).

При указанных обстоятельствах, в целях обеспечения безопасности как сотрудников банка, так и посетителей на фасаде здания (в периметре границ помещения, занимаемого банком) истцом были установлены камеры видеонаблюдения.

Ответчик направил истцу предписание от 17.02.2020 № 200, в котором требовал в срок до 01.03.2020 демонтировать все незаконные конструкции, дополнительное оборудование и провода. В ответ на письмо  от 17.02.2020 № 200 истец сообщил, что  для принятия решения о демонтаже конструкцией и оборудования с фасада здания ПАО Сбербанк необходимо проанализировать законность, предъявленных требований на предмет соответствия конструкций действующему законодательству, просил предоставить дополнительное время для принятия решения по данному вопросу, повторно просил предоставить запрашиваемые в письме  от 13.02.2020 № 8646-01-исх/59 документы.

03.03.2020 ответчиком демонтировано имущество истца с входной группы офиса обслуживания клиентов, в том числе камеры видеонаблюдения (2 шт.).

Письмами от 17.03.2021 исх. № 8646-14-исх/179 (получено ответчиком 23.03.2021), от 20.04.2021 исх. № 8646-14-исх/232 (получено ответчиком 26.04.2021), истец просил согласовать места и условия установки двух видеокамер системы телевизионного наблюдения банка.

Письмом от 28.04.2021 № 907 ответчик сообщил, что определены места и условия размещения видеокамер. В утвержденном паспорте фасада предусмотрены места только для размещения видеокамер, являющихся общедомовой собственностью, эксплуатируемых ООО «Ангас+», которыми было оборудовано здание в момент постройки. Для возможности размещения видеокамер заинтересованных лиц, в том числе ПАО «Сбербанк», ООО «Ангас+» включила вопрос о внесении изменений в паспорт фасада, для его рассмотрения и принятия решения на следующем собрании собственников. ПАО «Сбербанк», как заинтересованное лицо, может самостоятельно выступить инициатором проведения внеочередного собрания собственников, для принятия решения по интересующему ПАО «Сбербанк» вопросу.

Каждый имеет право на реализацию прав, гарантированных статьей 35 (часть 2) Конституции Российской Федерации

Статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов другой стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзац пятый пункта 1 Постановления № 25).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

По смыслу приведенных норм и их официальных разъяснений для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. В этом случае выяснению подлежат действительные намерения лица.

Из приведенных выше правовых норм также следует, что под злоупотреблением правом понимается и ситуация, когда лицо действует формально в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным способом и целью его действий является обход установленных для защиты прав другого лица обязательных требований и ограничений.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом не представление ответчиком запрашиваемых истцом документов на протяжении долгого времени, демонтаж оборудования, затрудняющий реализацию прав владения и пользования недвижимым имуществом, осуществление предпринимательской деятельности, ведение длительной, безрезультатной переписки, пришел к правильному и обоснованному выводу о злоупотреблении правом ответчиком.

При этом, суд первой инстанции обоснованно указал, что действия со стороны ответчика по демонтажу оборудования затрагивают как интересы истца, так и права иных лиц – потребителей банковских услуг, поскольку последние имеют право на получение услуг надлежащего качества, безопасность жизни и здоровья, сохранение своего имущества. Само по себе размещение видеокамер на фасаде многоквартирного дома с вышеуказанными целями не указывает на нарушение прав и законных интересов других собственников, если от такого размещения не возникают иные последствия.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что факт создания ответчиком препятствий истцу в размещения двух камер видеонаблюдения в периметре границ арендуемых помещений № 2, № 3 по адресу: г. Красноярск, ул. Алексеева, д. 49, подтверждается материалами дела, пояснениями сторон. Вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объективных доказательств того, что камеры видеонаблюдения нарушают права и законные интересы других собственников многоквартирного дома и иных лиц, не представлено.

С учетом необходимости соблюдения баланса интересов сторон, непредставления ответчиком доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, исключающих возможность размещения видеокамер, обычную практику организации осуществления банковской деятельности, социально-экономические интересы иных лиц, минимизацию риска возникновения убытков и иного негативного влияния, отсутствию доказательств того, что удовлетворение иска приведет к нарушению прав и интересов иных лиц либо возникновению значительных неблагоприятных последствий, суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска.

Отклоняя довод истца об обязании ответчика предоставить места для размещения видеокамер на безвозмездной основе, суд первой инстанции правильно указал, что условия соответствующего пользования (договора) определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В случаях передачи разногласий, возникших при заключении договора на рассмотрение суда, условия, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда (статья 446 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Повторно исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, обсудив доводы жалоб и заслушав представителей сторон, апелляционный суд полагает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы жалоб подлежащими отклонению.

Доводы истца о том, что суд необоснованно не отразил в резолютивной части решения на предоставление истцу мест на безвозмездной основе, отклоняются апелляционным судом.

При том, апелляционный суд отмечает, что данный довод являлся предметом рассмотрения судом первой инстанции и получил надлежащую правовую оценку. 

Доводы ответчика о том, что суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу о злоупотреблении ответчиком правом, также подлежит отклонению, поскольку как отмечалось ранее, ответчик долгое время не предоставлял запрашиваемые истцом документы, произвел демонтаж оборудования истца, затрудняющий реализацию прав владения и пользования недвижимым имуществом, осуществление предпринимательской деятельности, ведение длительной, безрезультатной переписки.

Ссылки ответчика на то, что суд первой инстанции необоснованно отнес на него судебные расходы, подлежат отклонению, поскольку как верно указал суд первой инстанции, частичный отказ истца от исковых требований (в части истребования имущества), был связан с добровольным удовлетворением требований ответчиком, после обращения истца в суд с иском.

Иные доводы жалоб сводятся к несогласию с выводами суда, при этом не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции материалы дела исследованы полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Оснований для иной оценки у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено, в связи с чем апелляционная жалоба, по изложенным в ней доводам, удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 06 мая 2021 года по делу № А33-14401/2020 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

 

Председательствующий

О.Ю. Парфентьева

Судьи:

Е.В. Белоглазова

 

О.В. Петровская