ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

24.01.2025

Дело № А40-49887/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2025 года 

Полный текст постановления изготовлен 24 января 2025 года

             Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Н.А. Кручининой, Н.Н. Тарасова, 

при участии в заседании: от конкурсного управляющего должником – ФИО1, по доверенности от 14.10.2024, срок 1 год,

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 30.12.2024, срок 3 года,

рассмотрев 23.01.2025 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Стратегия» ФИО4

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2024 об отмене определения Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2024 и об отказе в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Стратегия»,

установил:

решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.12.2021 ООО «Стратегия» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО4, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 22.02.2024 ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в части определения размера субсидиарной ответственности производство по обособленному спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2024 определение Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2024 отменено, в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Стратегия» ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2024, оставить в силе определение Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2024.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судом  апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В соответствии с абзацем 2 части  1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв, согласно которому ФИО2 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела также приобщены возражения конкурсного управляющего должником на отзыв ФИО2

Поступивший от конкурсного управляющего ФИО4 проект судебного акта (в соответствии с пунктом 9.2 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций), утвержденной постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 100) приобщен к материалам дела.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должником доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней. 

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО2 в период с 04.02.2014 по дату принятия заявления о признании должника банкротом являлся генеральным директором ООО "Стратегия", а также учредителем должника, следовательно, в соответствии с положениями ст. 61.10 Закона о банкротстве ФИО2 признан судом первой инстанции контролировавшим должника лицом.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должником ссылался на следующие основания: необращение с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом); совершение налогового правонарушения, повлекшего доначисление налогов; непередачу конкурсному управляющему документации и имущества должника.

Суд первой инстанции посчитал, что бывшим руководителем должника ненадлежащим образом исполнена обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника, что привело к затруднениям при проведении процедур конкурсного производства.

Согласно п. 1 и 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно п. 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (пп. 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Суд первой инстанции установил, что 07.12.2021 бывший руководитель должника ФИО2 направил в адрес конкурсного управляющего требования принять имущество должника, бухгалтерскую и иную документацию согласно акту приема-передачи.

17.12.2021 конкурсный управляющий приняла документацию и имущество должника по актам приема-передачи.

Вместе  с тем, суд пришел к выводу, что бухгалтерская документация должника, а также имущество передано не в полном объеме. Так, не передана первичная бухгалтерская документация по сделкам должника, что привело к затруднениям по оспариванию таких сделок и выявлению имущества должника. ФИО2 не осуществил передачу имущества должника по адресу конкурсного управляющего, а предоставил конкурсному управляющему сведения о местонахождении такого имущества.

Конкурсным управляющим был организован выезд по указанному адресу в целях принятия документации и имущества по акту приема-передачи. По результатам такой передачи, конкурсному управляющему были переданы неликвидные строительные материалы, пришедшие в негодность в связи с нарушением условий их хранения, что подтверждается, в том числе, актами инвентаризации имущества и результатами его реализации на торгах. Документация должника также хранилась ненадлежащим образом, в связи с чем часть ее пришла в негодность, при этом документы, отражающие хозяйственную жизнь общества (договоры, первичная бухгалтерская документация и т.д.), конкурсному управляющему переданы не были.

По мнению суда первой инстанции, бывший руководитель должника намеренно исказил информацию о наличии имущества должника, его состоянии и возможности его продажи в ходе конкурсного производства в целях удовлетворения требований кредиторов, а также длительное время скрывал данный факт.

Суд посчитал, что в результате непередачи первичной бухгалтерской документации конкурсный управляющий не имел возможности объективно и своевременно оценить реальность оспариваемых сделок, не имел информации об основаниях возникновения хозяйственных правоотношений должника.

Кроме того, судом установлено, что  не полностью передано имущество должника, при этом торгово-материальные ценности хранились не по юридическому адресу должника, то есть в отсутствие сведений об их фактическом местонахождении, а также документов, подтверждающих право собственности, конкурсный управляющий был лишен возможности самостоятельно выявить и проинвентаризировать такое имущество.

Суд первой инстанции отметил, что в настоящем деле о банкротстве вследствие отсутствия документации должника конкурсный управляющий был вынужден получать информацию о хозяйственной деятельности должника исключительно у кредитных организаций и регистрирующих органов, что привело к увеличению сроков проведения процедуры и, как следствие, повлекло для кредиторов увеличение их расходов.

Так, ввиду отсутствия документов, раскрывающих основания перечислений с банковского счета должника в адрес третьих лиц, конкурсный управляющий был вынужден инициировать множество обособленных споров о признании данных сделок недействительными.

С учетом изложенного, суд первой инстанции счел доказанным, что ФИО2 допущено бездействие, выразившееся в непередаче в полном объеме бухгалтерской документации и имущества должника, которое привело к невозможности формирования конкурсной массы и осуществления иных мероприятий процедуры банкротства, что является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции, установил наличие причинной связи между бездействием ФИО2 в отношении передачи документов, отражающих хозяйственную деятельность контролируемого им лица, неподачей заявления о банкротстве должника и невозможностью формирования конкурсной массы и погашения требований кредиторов в качестве условия привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с требованиями статей 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Кроме того, суд счел доказанным управляющим факта неправомерных действий ответчика по доведению Общества до банкротства. 

Апелляционный суд с выводами суда первой инстанции не  согласился, в связи  с чем  определение суда первой инстанции отменил,  исходя из следующего. 

Так, апелляционный суд установил, что ФИО5 была направлена документация должника конкурсному управляющему ценной почтовой корреспонденцией датами 29.11.2021 (РПО 11936156017301) и 30.11.2021 (РПО 11936152019057), а именно оригиналы уставных, налоговых и бухгалтерских документов, печать ООО "Стратегия".

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2024 установлено, что письмом от 12.12.2021 ФИО2 сообщил конкурсному управляющему сведения о местонахождении имущества и бухгалтерской документации должника, а также предоставил опись материалов и оборудования по состоянию на 30.06.2019, согласно которой должнику принадлежит 113 наименований на сумму 5 519 000 руб.

Конкурсным управляющим было принято имущество должника по двум актам приема-передачи, подписанным сторонами. Также конкурсному управляющему был передан акт о списании товаров № 1 от 20.05.2021. В дальнейшем конкурсный управляющий обеспечил хранение и реализацию такого имущества, что подтверждается соответствующими доказательствами.

17.12.2021 конкурсный управляющий приняла документацию и имущество должника по актам приема-передачи.

Факт наличия у конкурсного управляющего документации о хозяйственной деятельности должника за 2018-2021 г. в достаточном объеме также подтверждается фактом отсутствия на притяжении почти трех лет каких-либо заявлений конкурсного управляющего в арбитражный суд к ФИО2 об истребовании документов должника, а также отсутствием возбужденных в отношении ФИО2 исполнительных производств об обязании передать документацию должника.

Объемы и результаты хозяйственной деятельности должника за 2018-2021 годы прослеживаются по открытому и общедоступному бухгалтерскому балансу должника, который опубликован и находится в Информационно-телекоммуникационной системе Интернет на официальном сайте ФНС России (www.nalog.ru).

Судебная коллегия апелляционного суда приняла во внимание, что ООО "Стратегия" являлось небольшой строительной компанией, микропредприятием, что подтверждается сведениями из реестра субъектов малого и среднего предпринимательства.

Всего за вышеуказанный период (2018-2021 годы) ООО "Стратегия" осуществляла исключительно хозяйственную деятельность по выполнению подрядных работ перед двумя заказчиками:

1) ООО "Мастер Текстиль" (дело о банкротстве № А40-68949/21).

2) ООО "Твинс-Сервис" (действующая организация).

Все данные о подрядных работах ООО "Стратегия" и заказчиков ООО "Мастер Текстиль" и ООО "Твинс-Сервис" являются открытыми и общедоступными, прошли судебные разбирательства в арбитражных судах (дело № А40-146706/19, дело N А40-253768/19).

Заказчики являются конкурсными кредиторами должника ООО "Стратегия".

Во исполнение правоотношений с заказчиками ООО "Мастер Текстиль" и ООО "Твинс-Сервис" по вышеуказанным подрядным отношениям должник ООО "Стратегия" осуществляло взаимодействие с третьими лицами (поставщики, субподрядчики и пр.). Вся хозяйственная деятельность должника с третьими лицами отражена в данных бухгалтерского учета общества и в данных банковской отчетности.

Судами первой и апелляционной инстанции было отказано в признании недействительными сделок с контрагентами должника, то есть все правоотношения носили реальный характер, ни одной мнимой сделки либо сделки совершенной во вред кредиторам в ходе банкротства выявлено не было.

В документации, находящейся в распоряжении конкурсного управляющего, имелись сведения об отсутствии дебиторской задолженности третьих лиц перед должником.

Апелляционный суд отметил, что подробные сведения о хозяйственной деятельности должника содержатся в Аудиторской справке № 01/20 от 30.01.2020 ИП ФИО6,  неоднократно предоставленной в материалы настоящего дела и не оспоренной конкурсным управляющим.

При этом апелляционный суд акцентировал внимание на том, что конкурсный управляющий не пояснил, отсутствие каких конкретно документов (не переданных бывшим руководителем должника) стало препятствием для проведения процедур банкротства и формирования конкурсной массы.

Суд апелляционной инстанции также указал, что ответственность контролирующих лиц и руководителей должника является гражданско-правовой, в связи с чем, их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда.

Указанные обстоятельства, по мнению суда апелляционной инстанции, не были доказаны арбитражным управляющим.

Кроме того, апелляционный суд не поддержал вывод суда первой инстанции о том, что причиной объективного банкротства и невозможности расчета по обязательствам стали действия ФИО2 по выводу активов должника (денежных средств), при добросовестном ведении руководителем хозяйственной деятельности выведенных денежных средств было бы достаточно для погашения задолженности перед налоговым органом, начислившим по результатам налоговой проверки налоги и штрафные санкции, что также является основанием для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования уполномоченного органа (исключая штрафные санкции) в общем размере 4 596 408,80 руб.

Определениями Арбитражного суда г. Москвы от 18.10.2021 признаны обоснованными требования ИФНС России N 21 по г. Москве в размере 1 219 396,68 руб. и 3 377 012,12 руб.

Согласно пп. 3 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Указанные нормы презюмируют наличие причинно-следственной связи признания должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 26 Постановления N 53, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Между тем суд апелляционной инстанции не нашел оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве ввиду следующего.

Размер доначислений по результатам налогового контроля, осуществленного в отношении должника, не превышает 50 процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принял во внимание, что ФИО2 неоднократно предпринимались попытки оплатить долг ООО "Стратегия" перед бюджетом как через третье лицо, так и лично.

В соответствии с п. 1 ст. 129.1 Закона о банкротстве в ходе конкурсного производства требования к должнику об оплате обязательных платежей, включенные в реестр требований кредиторов, могут быть погашены учредителями (участниками) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия и (или) третьим лицом или третьими лицами в порядке, установленной настоящей статьей. При этом подлежат погашению все включенные в реестр требования кредиторов требования к должнику об оплате обязательных платежей.

В материалы дела представлены доказательства, подтверждающие погашение задолженности ООО "Стратегия" перед уполномоченным органом.

Судебная коллегия апелляционного суда посчитала, что указанные действия свидетельствуют о добросовестности контролирующего лица, предпринимающего все необходимые действия для уменьшения размера требований кредиторов за счет личных средств, для наиболее полного их удовлетворения.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015).

Апелляционный суд также не согласился с выводом суда первой инстанции о том, что причиной объективного банкротства и невозможности расчета по обязательствам стали действия ответчика по выводу активов должника (денежных средств).

Одним из обстоятельств, на которое ссылался конкурсный управляющий, обосновывая виновные неправомерные действия ответчика, являлось наличие дебиторской задолженности у ФИО2 перед должником в размере 1,5 млн. рублей.

Суд апелляционной инстанции отметил,  что определением Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2022 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделками должника по перечислению денежных средств на сумму 1 500 000 руб. в адрес ФИО7 и применении последствий его недействительности, которым установлено, что 19.12.2018 ООО "Стратегия" перечислило за ФИО2 задаток по предварительному договору купли-продажи квартиры в сумме 1 000 000 руб. представителю ФИО8 - Кану Р.А., 26.12.2018 ООО "Стратегия" перечислило за ФИО2 задаток по предварительному договору купли-продажи квартиры в размере 500 000 руб.

Конкурсный управляющий, считая, что в результате перечисления ООО "Стратегия" денежных средств в пользу третьего лица за ФИО2 у должника возникли убытки в размере 1.500.000,00 рублей.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.04.2023, вступившим в законную силу отказано в удовлетворении заявления о взыскании с ФИО2 убытков в общем размере 1.929.631,45 рублей.

Отказывая в удовлетворении требования, суд первой инстанции исходил из того, что между должником и ФИО2 заключен договор займа от 19.12.2018, и по распоряжению заемщика должник перечислил указанные денежные средства в адрес ФИО7, тогда как отсутствуют доказательства того, что конкурсный управляющий обращался в суд с заявлением о признании договора займа недействительным, и им предпринимались меры по взысканию задолженности по договору займа. Также, судом первой инстанции учтено, что конкурсный управляющий не представил в материалы дела сведений о том, что указанная задолженность ФИО2 невозможна ко взысканию, что исключает вывод о причинении должнику убытков.

В дальнейшем задолженность ФИО2 перед ООО "Стратегия" в общем размере 1 500 000 рублей (основной долг) и 57 369,87 рублей (неустойка) взыскана на основании решения Рузского районного суда Московской области от 13.11.2023 по делу № 2-1674/2023.

При рассмотрении указанных споров о взыскании убытков с ФИО2 и взыскании задолженности по договору займа, ответчик занимал активную позицию, предоставил доказательства отсутствия задолженности, из которых следовало, что всего ФИО2 в счет исполнения Договора займа (беспроцентного) от 19.12.2018 г. передано в адрес ООО "Стратегия" 24.05.2019 г. и 02.06.2019 г. товарно-материальных ценностей на общую сумму 1.516.758,60 руб., в частности:

- по Акту № 1 от 24.05.2019 г. между ООО "Стратегия" и ФИО2 передано товарно-материальных ценностей на общую сумму 331.272,00 руб. (5 позиций с доставкой) в счет возврата суммы займа в виде товарно-материальных средств.

- по Акт № 2 от 02.06.2019 г. между ООО "Стратегия" и ФИО2 (л.д. 49), передано товарно-материальных ценностей на общую сумму 1.185.486,60 руб. (50 позиций с доставкой) в счет возврат суммы займа в виде товарно-материальных средств.

Указанные доказательства отклонены решением Рузского районного суда Московской области от 13.11.2023. Оснований для переоценки данных доказательств в данном споре не имеется.

Апелляционный суд также посчитал, что данные обстоятельства свидетельствуют о добросовестном поведении ФИО2, который занимал активную позицию, представлял доказательства, свидетельствующие о погашении долга.

По мнению апелляционного суда, ответчиком представлены надлежащие доказательства того, что объективное банкротство должника возникло по причине удовлетворения требований ООО "Мастер Текстиль" к ООО "Стратегия". Так, в рамках дела № А40-146706/19 решением Арбитражного суда г. Москвы от 24.01.2020, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2020, с должника было взыскано более 6 млн. неустойки и осуществлен зачет встречных обязательств: основной долг ООО "Мастер Текстиль" перед ООО "Стратегия" в. размере 5 744 699,66 руб. был зачтен в счет взысканной судом неустойки в размере 6 189 569 руб.

Суд апелляционной инстанции также принял во внимание, что судами в рамках дела № А40-146706/19 установлено, что работы по спорному договору ООО "Стратегия" выполнены, следовательно, перечисленные истцом авансовые платежи освоены в полном размере. Организация лишилась перспективы улучшить основные финансовые показатели по плану вступления в силу положительного судебного решения, что в последующем уже отразилось на хозяйственной деятельности должника в виде появления признаков затруднительности полного расчета с кредиторами должника (недостаточность имущества).

Ответчик оспаривал судебные акты по делу № А40-146706/19 вплоть до Верховного Суда Российской Федерации ввиду несогласия с осуществленным зачетом.

Дополнительным существенным основанием понижением экономических показателей должника явилось ухудшение санитарно-эпидемиологического благополучия населения Российской Федерации и введение Указами Президента РФ от 25.03.2020 № 206 "Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней" и от 02.04.2020 № 239 "О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)" в части установления на территории Российской Федерации нерабочих дней в период с 30 марта по 30 апреля 2020 года и дальнейшими ограничениями в хозяйственной (непродовольственной) деятельности предприятий и организаций Московского региона, что окончательно приостановило хозяйственную деятельность должника как строительной организации.

Учитывая, что все тридцать сделок должника, которые оспаривались при банкротстве признанные действительными, не установлено обстоятельств вывода активов ФИО2 в свою пользу, либо в пользу третьих лиц, вина ответчика в доведении должника до банкротства, по мнению апелляционного суда,  не доказана.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Таким образом, разрешая спор, суд апелляционной инстанции оценил представленные по делу доказательства и, руководствуясь положениями статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из отсутствия оснований для привлечения бывшего руководителя ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

           Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

           Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судом апелляционной инстанции фактических обстоятельств дела.

             Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы направлены на несогласие с выводами суда апелляционной инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

           Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

         Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

        Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.  

         Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2024по делу № А40-49887/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Стратегия» в доход федерального бюджета 50.000 (пятьдесят тысяч рублей) расходов по госпошлине.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

         Председательствующий-судья                                    Е.Л. Зенькова            

            Судьи:                                                                               Н.А. Кручинина

                                                                                            Н.Н. Тарасов