ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-233875/21

08 февраля   2023 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 02 февраля   2023 года 

Полный текст постановления изготовлен  08 февраля   2023 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего судьи Стрельникова А.И.,

судей Бочаровой Н.Н., Дзюбы Д.И., 

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1, дов. №21 от 23.03.2022г.;

от ответчика: ФИО2, дов. от 31.01.2023г., 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

АО "ЗАВОД АВТОТРАКТОРНОЙ ЭЛЕКТРОАППАРАТУРЫ" 

на постановление от 05 октября 2022 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по иску АО "ЗАВОД АВТОТРАКТОРНОЙ ЭЛЕКТРОАППАРАТУРЫ" 

к ООО "СМУ № 179" 

о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

АО "Завод автотракторной электроаппаратуры" обратилось с исковым заявлением о взыскании с ООО "СМУ № 179" убытков в размере 272.727.337 руб. 24 коп. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23 июня 2022 года  исковые требования  были удовлетворены (т.4, л.д. 101-104).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05 октября 2022 года указанное решение было  отменено и принят новый судебный акт, которым в удовлетворении иска было  отказано (т.4, л.д. 133-135).

Не согласившись с принятым постановлением, истец обратился с кассационной жалобой, в которой указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права,- ст.ст. 15, 1064, 1068, 1079 ГК РФ,    ст. 65,  67, 68, 71 АПК РФ, - а также на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем просил обжалуемое постановление отменить и оставить в силе решение суда первой инстанции.

В заседании суда кассационной инстанции представитель истца поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Представитель ответчика в заседании суда против доводов кассационной жалобы возражал, в том числе и по мотивам, изложенным в отзыве.

Изучив материалы дела, а также доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к заключению, что постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене, а решение суда первой инстанции как законное и обоснованное – оставлению без изменения в силу нижеследующего.

Как видно из материалов дела, АО «МЗАТЭ-2» (истец) является собственником здания, расположенного по адресу: 

<

...>, что подтверждается записью в ЕГРН 77-77-12/005/2010-459 (свидетельство от 21.05.2015 на бланке 77АС 055801). Для выполнения работ по устройству мягкой кровли на крыше вышеуказанного здания между АО «МЗАТЭ-2» и ООО «СМУ № 179» (ответчик) был заключен договор подряда от 15.10.2019 №151019. В процессе выполнения работ по вышеназванному договору 13.12.2019 произошел пожар, в результате которого указанному зданию АО «МЗАТЭ-2» был причинен значительный ущерб. В целях определения стоимости работ и материалов, необходимых для восстановления здания после пожара, АО «МЗАТЭ-2» обратилось в ООО «Независимое экспертное партнерство» (ООО «НЭП») на предмет проведения соответствующей экспертизы. По результатам экспертизы было установлено, что стоимость соответствующих работ и материалов составляет 255.970.634 руб.

 Кроме того,  истец указал, что из-за пожара оказалось невозможным дальнейшее исполнение обязательств АО «МЗАТЭ-2» по договорам аренды, заключенным в отношении находящихся в поврежденном здании нежилых помещений. Размер убытков (упущенной выгоды) в виде неполученной арендной платы по заключенным в отношении соответствующих нежилых помещений договорам аренды составил 16.086.703 руб. 24 коп. При этом в заключении от 20.03.2020 №11-20 было установлено, что причиной пожара послужило загорание горючих материалов, находившихся на крыше усматриваемого здания, от пламени газовой горелки, предназначенной для наплавления гидроизоляционных материалов. Кроме того,  из имеющихся в экспертном заключении показаний очевидцев следует, что на момент начала пожара на крыше здания находились трое рабочих ООО «СМУ № 179» (ФИО3, ФИО4, и ФИО5), которые должны были убирать строительный мусор, однако, по невыясненным причинам, рабочие выполняли огневые работы с использованием газовых горелок.

Таким образом, истец указал, что  установленными при проведении вышеуказанной пожарно-технической экспертизы обстоятельствами подтверждается, что рассматриваемый пожар произошел в результате действий работников ООО «СМУ № 179» с использованием источника повышенной опасности-газовой горелки, предназначенной для наплавления гидроизоляционных материалов. Владельцем газовой горелки являлось ООО «СМУ № 179», которое выполняло на крыше здания работы по устройству мягкой кровли на основании вышеупомянутого договора подряда, и в силу п. 4.1.2 которого обязалось обеспечить производство работ своими строительными материалами и оборудованием. 

Кроме того, в силу пунктов 4.1.5, 7.5 вышеуказанного договора подряда, ООО «СМУ № 179» обязалось также выполнять при производстве работ все необходимые противопожарные мероприятия, а также мероприятия по технике безопасности и нести за это полную материальную ответственность. 

При таких обстоятельствах,  истец указал, что в силу ст.ст. 1064, 1068, 1079 ГК РФ, лицом, ответственным за вред, причиненный имуществу АО «МЗАТЭ-2» в результате пожара, является ООО «СМУ №179». Согласно расчету истца, общий размер убытков, причиненных АО «МЗАТЭ-2» в результате пожара, составляет 272.727.337 руб. 24 коп., из которых: 255.970.634 руб. - рыночная стоимость работ и материалов, необходимых для ремонта (восстановления) здания после пожара; 16.086.703 руб. 24 коп. - упущенная выгода в виде неполученной арендной платы по заключенным договорам аренды нежилых помещений; 670.000 руб. - стоимость проведения внесудебной экспертизы ООО «НЭП» на предмет определения рыночной стоимости работ и материалов, необходимых для восстановления поврежденного здания после пожара.

 Указанные обстоятельства и послужили основанием для обращения с настоящим иском. При этом, удовлетворяя иск в полном объеме, суд первой инстанции исходил из того, что пожар произошел в результате непосредственных действий конкретных сотрудников ООО «СМУ № 179», выполнявших кровельные работы с использованием газовой горелки, в связи с чем истцу был причинен реальный ущерб в виде стоимости восстановления поврежденного здания, упущенная выгода, в виде неполученной арендной платы, а также понесены расходы по оплате экспертизы в размере 670.000 руб., в связи  с чем с ответчика были взысканы  убытки в размере 272.727.337 руб. 24 коп.

Таким образом, суд первой инстанции, удовлетворяя иск,  исходил из наличия совокупности условий, образующих  убытков, в частности, указал, что  материалами дела  были подтверждены неправомерные действия ответчика, размер причиненных убытков, а также причинно-следственная связь между неправомерными действиями ответчика и возникшими у истца убытками в виде причиненного при пожаре ущерба и упущенной выгоды.

Кроме того, суд первой  инстанции, принимая во внимание заявленные исковые требования, обстоятельства дела, а также учитывая, что в материалы дела представлены достаточные доказательства, необходимые для разрешения спора,  пришел к выводу об отсутствии необходимости в назначении судебной экспертизы в связи с отсутствием оснований, предусмотренных ч. 1. ст. 82 АПК РФ.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции  и отказывая в  удовлетворении  иска, руководствуясь ст.ст. 15, 401, 1064 ГК РФ, ФЗ от 21.12.1994 № 69-ФЗ "О пожарной безопасности", п. 10 «Правилами пожарной безопасности в Российской Федерации», утвержденными Приказом Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий от 18.06.2003, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 года  14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем",  Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" исходил из того, истцом не была  доказана совокупность условий, образующих убытки.

Помимо этого, отказывая в иске  апелляционный суд указал, что из заключения экспертов № 11-20, следует, что зона очага пожара находится на кровле строения 7А, производственно - складского здания, в районе 3 и 4 секции стены, разделяющей данное строение от строения 7.  Более точно установить место первоначального возникновения горения (очаг пожара), в виду значительных термических повреждений, в данном случае, не представляется возможным. Причиной возникновения пожара, в данном случае, послужило загорание горючих материалов, находящихся в зоне установленного очага пожара, от пламени газовой горелки предназначенной для наплавления гидроизоляционных материалов.

Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшим пожаром ввиду отсутствия в материалах дела доказательств того, что граждане ФИО3, ФИО4, и ФИО5 являлись работниками ООО «СМУ № 179», а также отсутствием сведений о привлечении вышеперечисленных лиц к административной или уголовной ответственности. 

Таким образом, апелляционная инстанция пришла к выводу о  том, что в  рассматриваемом случае невозможно однозначно установить обстоятельства наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ООО «СМУ № 179» и пожаром, в результате которого истцу причинен ущерб, равно как и обстоятельства наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ООО «СМУ № 179» и пожаром, уничтожившим принадлежащее истцу имущество, в связи  с чем вина ответчика либо его работников в произошедшем пожаре, по мнению апелляционной коллегии,  материалами дела не доказана. 

Помимо этого, апелляционная инстанция  указала, что заключение ООО «НЭП» № 2021-225/СТЭ  не содержит описания (перечня) уничтоженного/поврежденного имущества, характера и объема (степени) полученных повреждений, и, соответственно, не может подтверждать размер реального ущерба, в связи с чем  был сделан вывод о недоказанности истцом  также размера причиненных убытков.

Более того, апелляционный суд также пришел к выводу о том, что расчет упущенной выгоды  истцом документально не подтвержден и не обоснован, а также  не доказана невозможность использования помещений, являющихся предметами договоров аренды, а также в деле отсутствует совокупность условий, необходимых  для взыскания убытков (в том числе упущенной выгоды), в связи с чем отказал в удовлетворении иска.

Однако, кассационная инстанция  не может в настоящее время согласиться с указанным постановлением по следующим основаниям.

Так, в соответствии со ст. 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными. В силу п.1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п.2 ст. 1064 ГК РФ). В соответствии с п.1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абз.2 п.1 ст. 1068 ГК РФ). Согласно п.1 ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, ели не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. Возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). В соответствии с положениями статьи 393 ГК РФ, должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением  обязательств. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренным статьей 15 ГК РФ. Согласно ч. 2 ст. 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). В соответствии с ч. 1 ст.15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Статьей 393 ГК РФ на должника возложена обязанность возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Таким образом, в силу ст. 393 ГК РФ, обязанность должника возместить убытки возникает: при наличии неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств; наличия и размера, понесенных истцом убытков; наличия причинной связи между правонарушением и убытками. Основания возникновения ответственности за нарушение обязательств предусмотрены статьей 401 ГК РФ, согласно ч. 1 которой, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. В соответствии с ч. 2 ст. 401 ГК РФ, лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Таким образом, для возмещения убытков необходимо доказать прямую связь с установлением вины лица, причинившего данные убытки. В соответствии с действующим законодательством, возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать совокупность нескольких условий (оснований возмещения убытков): противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, наличие и размер понесенных убытков. Для удовлетворения требований истца о взыскании убытков необходима доказанность всех в совокупности указанных фактов. В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 указано, что по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). В соответствии со ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Принимая во внимание вышеизложенное, а также учитывая конкретные обстоятельства по делу, кассационная инстанция  находит, что при принятии обжалуемого постановления апелляционным судом указанные выше нормы права были соблюдены не в полном объеме. 

Так, кассационная инстанция находит ошибочным вывод апелляционного суда об отсутствии оснований  для взыскания убытков, поскольку данный вывод противоречит как обстоятельствам спора,  так и  положениям  статей 15, 1064, 1079, 1082 ГК РФ, ибо  суд первой инстанции дал в своем решении правильную и всестороннюю юридическую оценку данным правоотношениям, с которой в силу ее объективности и обоснованности коллегия   не может в настоящее время не согласиться. 

В частности, исходя из предмета и основания заявленных исковых требований, является необоснованным  вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии  в материалах дела совокупности  обстоятельств, необходимых для взыскания убытков, а именно: противоправного поведения ответчика, возникновение в результате действий ответчика ущерба у истца, наличие причинно-следственной связи между ними, вины ответчика.

В подтверждение названного вывода кассационная инстанция  считает необходимым указать следующее.

Так, из материалов  дела следует, что для выполнения работ по устройству мягкой кровли на крыше вышеуказанного здания между АО «МЗАТЭ-2» и ООО «СМУ № 179» (ответчик) был заключен договор подряда от 15.10.2019 №151019.  В процессе выполнения работ по вышеназванному договору 13.12.2019 произошел пожар, в результате которого упомянутому зданию АО «МЗАТЭ-2» был причинен значительный ущерб. В целях определения стоимости работ и материалов, необходимых для восстановления здания после пожара, АО «МЗАТЭ-2» обратилось в ООО «Независимое экспертное партнерство» на предмет проведения соответствующей экспертизы. По результатам экспертизы было установлено, что стоимость соответствующих работ и материалов составляет 255.970.634 руб. 

Кроме того, как верно установлено судом первой инстанции,  из-за пожара оказалось невозможным дальнейшее исполнение обязательств АО «МЗАТЭ-2» по договорам аренды, заключенным в отношении находящихся в поврежденном здании нежилых помещений, в связи с чем размер убытков (упущенной выгоды) в виде неполученной арендной платы по заключенным в отношении соответствующих нежилых помещений договорам аренды составил 16.086.703 руб. 24 коп.

Более того, суд в решении верно указал, что  в соответствии с заключением ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве от 20.03.2020 №11-20, причиной пожара послужило загорание горючих (кровельных) материалов, находившихся на крыше здания истца, от пламени газовой горелки, предназначенной для наплавления гидроизоляционных материалов. При этом, из имеющихся в экспертном заключении показаний очевидцев следует, что на момент начала пожара на крыше здания находились трое рабочих ООО «СМУ № 179» (ФИО3, ФИО4, и ФИО5), которые должны были убирать строительный мусор, однако, по невыясненным причинам, рабочие выполняли огневые работы с использованием газовых горелок.

 Таким образом, установленными при проведении вышеуказанной пожарно-технической экспертизы обстоятельствами  было подтверждено, что рассматриваемый пожар произошел в результате действий работников ООО «СМУ № 179» с использованием источника повышенной опасности -газовой горелки, предназначенной для наплавления гидроизоляционных материалов.

При этом, как верно указал суд в решении, владельцем газовой горелки являлось ООО «СМУ № 179», которое выполняло на крыше здания работы по устройству мягкой кровли на основании вышеупомянутого договора подряда, и в силу п. 4.1.2 которого обязалось обеспечить производство работ своими строительными материалами и оборудованием. Кроме того, в силу пунктов 4.1.5, 7.5 вышеуказанного договора подряда, ООО «СМУ № 179» обязалось также выполнять при производстве работ все необходимые противопожарные мероприятия, а также мероприятия по технике безопасности и нести за это полную материальную ответственность

С учетом изложенного, материалами дела и установленными судом первой инстанции обстоятельствами подтверждалось: наличие между истцом  (заказчиком) и ответчиком (подрядчиком) договорных правоотношений, в рамках которых последнее собственными силами и средствами выполняло кровельные (огневые) работы с использованием пламени газовой горелки; выполнение вышеуказанными работниками ООО «СМУ № 179» работ по данному договору на крыше здания в момент возникновения пожара; а также возникновение пожара в результате возгорания кровельных материалов от пламени газовой горелки, принадлежащей ООО «СМУ № 179».

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции, по мнению коллегии, верно указал, что  в силу  положений ст.ст. 1064, 1068, 1079 ГК РФ, в данном случае лицом, ответственным за вред, причиненный имуществу АО «МЗАТЭ-2» в результате пожара является ООО «СМУ №179», в связи  чем пришел к правомерному выводу о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением пожара, и, как следствие, обоснованно   возложил гражданско-правовую ответственность в виде взыскания убытков на ООО «СМУ № 179», как на лицо, отвечающее за вред, причиненный его работниками (ст. 1068 ГК РФ), а также как на владельца источника повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ).

Таким образом, с учетом вышеназванных обстоятельств суд первой инстанции в решении пришел к верному выводу о том, что поскольку материалами дела были подтверждены неправомерные действия ответчика, размер причиненных убытков, а также причинно-следственная связь между неправомерными действиями ответчика и возникшими у истца убытками в виде причиненного при пожаре ущерба и упущенной выгоды, то  требование истца о взыскании убытков  в размере 272.727.337 руб. 24 коп., из которых стоимость соответствующих работ и материалов – 255.970.634 руб.; размер убытков (упущенной выгоды) в виде неполученной арендной платы по заключенным в отношении соответствующих нежилых помещений договорам аренды – 16.086.703 руб. 24 коп., а  также 670.000 руб. - стоимость проведения внесудебной экспертизы ООО «НЭП» на предмет определения рыночной стоимости работ и материалов, необходимых для восстановления поврежденного здания после пожара, подлежат взысканию с ответчика.

При этом следует указать и о том, что принимая решение об удовлетворении иска, суд верно  исходил в том числе из того, что в  материалах  дела имеются заключения компетентных специалистов как в отношении обстоятельств пожара (его причин), так и в отношении стоимости восстановительных работ и материалов.

В данном случае, суд в решении, по мнению коллегии, с учетом установленных  обстоятельств,   верно установил, что  заявленные  убытки, причиненные в результате пожара, должны быть компенсированы именно  за счет ООО «СМУ № 179»,  поскольку имеются законные  основания  для привлечения последнего  к гражданско-правовой ответственности за причинение вреда на основании ст.ст. 1064, 1068, 1079 ГК РФ.

На основании вышеизложенного, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд первой инстанции пришел к верному выводу об удовлетворении иска в полном объеме, с чем в настоящее время согласна и кассационная коллегия, поскольку  была доказана совокупность условий, необходимых для взыскания убытков. 

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что в данном случае  суд первой инстанции с учётом характера спорных правоотношений, норм, регулирующих их, а также обстоятельств, имеющих  юридическое значение для рассмотрения настоящего дела,   правомерно посчитал требования  истца законными и обоснованными, поскольку с учетом вышеназванных обстоятельств ответчик обязан  возместить причинённые истцу убытки, в связи  с чем вывод апелляционной инстанции об отсутствии оснований для такого  возмещения  является ошибочным,  тем более, что совокупность представленных  в материалы дела доказательств подтверждает обязанность ответчика  по возмещению  причиненных убытков.

При таких обстоятельствах вышеназванные выводы суда апелляционной инстанции об отмене решения первой инстанции нельзя признать законными и обоснованными, а потому оно подлежит отмене. В то же самое время, принимая во внимание тот факт, что при рассмотрении заявленного иска по существу суд первой инстанции полно и всесторонне определил круг юридических фактов, подлежащих исследованию и доказыванию, которым дал обоснованную юридическую оценку, и сделал правильный вывод о применении в данном случае конкретных норм материального и процессуального права, то кассационная инстанция  находит правомерным, не передавая дело на новое рассмотрение, оставить решение суда первой инстанции по настоящему делу без изменения. Следовательно, учитывая вышеизложенное, обжалуемое постановление подлежит отмене, а решение суда первой инстанции как законное и обоснованное – оставлению без изменения. 

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05 октября 2022 года по делу № А40-233875/21 – отменить.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 23 июня 2022 года по делу №А40-233875/21 – оставить без изменения.

Председательствующий судья       А.И. Стрельников

         Судьи:                             Н.Н. Бочарова

           Д.И. Дзюба