СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13269/2020(101)-АК

Дело № А60-10035/2020

23 августа 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 августа 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Нилоговой Т.С., Саликовой Л.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

 

при участии в зале суда:

от кредитора ООО  «Аквабаланс» - ФИО2, паспорт, доверенность от 02.06.2021;

от ФИО3 - ФИО4, удостоверение, доверенность  от 02.03.2021;

 

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»: 

представитель ООО «РНГО» - ФИО5, паспорт, доверенность от 24.01.2023;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ),  в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ООО  «Аквабаланс»

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 19 июня 2023 года

о признании требования ООО «Аквабаланс»  в размере 15 670 610 руб. 72 коп. обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты,

вынесенное  в рамках дела № А60-10035/2020

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Продовольственная компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>), 

 

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области обратился кредитор ООО «РНГО» (ИНН 

<

***>) с заявлением о признании ООО «Продовольственная компания» несостоятельным (банкротом) и введении процедуры наблюдения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2020 заявление кредитора принято к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.06.2020 по делу № А60-10035/2020 в отношении должника была введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО6 (почтовый адрес - 410012, 

<

...>, оф. 2а, регистрационный номер в сводном гос. реестре арбитражных управляющих – 7174, ИНН – 

<

***>), член Саморегулируемая организация Союз арбитражных управляющих «Авангард»  (ИНН 

<

***>).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 112 от 27.06.2020.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.10.2020 (резолютивная часть объявлена 14.10.2020) общество с ограниченной ответственностью «Продовольственная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, до 14.04.2021, который в дальнейшем продлялся судом. 

Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО6 (почтовый адрес - 410012, 

<

...>, оф. 2а, регистрационный номер в сводном гос. реестре арбитражных управляющих – 7174, ИНН – 

<

***>), члена Саморегулируемая организация Союз арбитражных управляющих «Авангард» (ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.03.2022 конкурсным управляющим ООО «Продовольственная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) утвержден ФИО7 (почтовый адрес - 143923,  

<

...> вл.11с4, а/я 10, ИНН – 

<

***>), член Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига».

В арбитражный суд 27.07.2020 поступило требование общества с ограниченной ответственностью «Аквабаланс» (далее – ООО «Аквабаланс») о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 15 670 610,72 руб. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.02.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2021 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 28.12.2021 в удовлетворении заявления ООО «Аквабаланс» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Продовольственная компания» отказано.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2022 определение Арбитражного суда Свердловской области от 15.02.2021 по делу № А60-10035/2020 об отказе в удовлетворении заявления ООО «Аквабаланс» о включении задолженности в реестр требований кредиторов ООО «Продовольственная компания» отменено по вновь открывшимся обстоятельствам.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19 июня 2023 года требование ООО «Аквабаланс» (ИНН 

<

***>) в размере 15 670 610 руб. 72 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с вынесенным судебным актом в части установления очередности требования, ООО  «Аквабаланс» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 19.06.2023 изменить. Признать требования ООО «Аквабаланс» в размере 15 670 610,72 рублей обоснованными и подлежащими включению в третью очередь удовлетворения требований кредиторов должника.

Как считает ООО «Аквабаланс», судом первой инстанции проигнорированы преюдициальные судебные акты, что привело к принятию незаконного определения. При этом ссылка суда первой инстанции на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2016 по делу № А60-5893/2015, как на преюдициальный судебный акт, устанавливающий факт свободного перемещения денежных средств, является несостоятельной.

Также кредитор полагает, что выводы суда первой инстанции основаны на предположениях, которые не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, отношения между заявителем и должником не могут быть квалифицированы в качестве договора о покрытии, поскольку требования ООО «Аквабаланс», о включении которых заявлено в настоящем деле, основаны на самостоятельном договоре займа от 31.01.2018, по которому денежные средства в качестве займа были выданы непосредственно должнику для исполнения им своих обязательств в рамках текущей хозяйственной деятельности; обстоятельствами дела полностью подтверждается, что ООО «Продовольственная компания» использовала полученные им денежные средства в рамках своей обычной текущей хозяйственной деятельности; обстоятельства реальности того, что между  ООО «Продовольственная компания» и ООО «Аквабаланс» существовали именно отношения по поставке товара и отношения по договору займа подтверждены судебными актами, вынесенными в рамках обособленного спора по оспариванию сделки с ООО «Аквабаланс» в рамках настоящего дела о банкротстве (часть 2 статьи 69 АПК РФ); ООО «Аквабаланс» не было получено какое-либо возмещение выданных по займу денежных средств (ни ранее, ни позднее); какое-либо перераспределение денежных средств между  ООО «Аквабаланс» и ООО «Продовольственная компания» и с участием данных обществ не происходило, что само по себе является основанием для формулирования выводов об отсутствии договора о покрытии (перекрестного финансирования) в рамках взаимоотношений с ООО «Аквабаланс».

В данном случае, как считает апеллянт, отсутствуют какие-либо основания для понижения требований ООО «Аквабаланс» в реестре требований кредиторов должника. 

Отзывы на апелляционную жалобу в суд не поступили. 

В судебном заседании представитель  кредитора ООО  «Аквабаланс» доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, определение суда первой инстанции в части очередности считает незаконным и необоснованным, просит его изменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, определение суда первой инстанции в части очередности считает незаконным и необоснованным, просит его изменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

ООО «РНГО» против доводов апелляционной жалобы возражает, определение суда первой инстанции считает законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, между ООО «Аквабаланс» (займодавец) и ООО «Продовольственная компания» (заемщик) 31.01.2018 заключен договор займа на сумму 10 000 000 руб. 

В соответствии с пунктом 1.2 данного договора выданный заем является процентным: проценты начисляются в размере 12 процентов годовых. 

Дополнительным соглашением от 08.05.2019 стороны изменили пункт 1.1 договора займа, установив размер передаваемых заявителем должнику денежных средств в размере 20 000 000 руб. 

Во исполнение своих обязательств по передаче заемных денежных средств ООО «Аквабаланс» в период с 31.01.2018 по 22.11.2019 перечислило на расчетный счет ООО «Продовольственная компания» сумму в размере 16 112 150 руб. 

Со своей стороны, должник в счет исполнения своих обязательств возвратил денежные средства на сумму 2 630 150 руб. 

С учетом пункта 1.2 договора займа за период с 31.01.2018 по 22.11.2019 должнику также были начислены проценты за пользование заемными денежными средствами в размере 2 021 016, 39 руб.

 Таким образом, общий размер задолженности должника перед ООО «Аквабаланс» в настоящее время составляет 15 670 610, 72 руб., в том числе: 13 482 000 руб. - размер основного долга, 2 188 610,72 руб. - размер начисленных процентов по договору займа. Данный расчет лицами, участвующими в деле, не оспаривается. 

Суд первой инстанции, приняв во внимание то обстоятельство, что ООО «Аквабаланс» и ООО «Продовольственная компания» аффилированы и входят в группу компаний «Бест» и, следовательно, к ООО «Аквабаланс»  предъявляется повышенный стандарт доказывания, пришел к выводу, что перечисление обществом «Аквабаланс» денежных средств должнику обладает признаками свободного перемещения денежных средств внутри группы компаний Бест, в связи с чем к правоотношениям сторон подлежит применению пункт 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020). 

Делая указанный вывод, суд первой инстанции основывался на анализе выписки по расчетному счету должника, из которой следует, что помимо получения от ООО «Аквабаланс», входящим в группу компаний Бест, денежных средств по договору займа, должник, также входящий в группу компаний Бест, предоставлял займы иным участникам группы компаний Бест. Указанные действия, как посчитал суд первой инстанции, свидетельствуют о свободном перетоке денежных средств внутри группы компаний. В этом смысле действительный источник денежных средств для займа не имеет значения, так как, выдавая заем, кредитор ясно осознавал, что ранее или позднее выдачи займа полностью компенсировал за счет должника или иных компаний группы свои расходы по выдаче займа, а оформление договора займа необходимо только на случай предъявления требования в конкуренции с независимыми кредиторами должника. Доводы ООО «Аквабаланс» о том, что оно не получало средств от иных участников группы, займы предоставлялись за счет поступления денежных средств, полученных из выручки по текущей предпринимательской деятельности,  суд первой инстанции посчитал не имеющими правового значения, согласившись, что действительно, из представленных выписок по счетам ООО «Аквабаланс»  в АО «Альфа банк», ПАО Сбербанк, следует, что последнее имело заменые отношения только с ООО «Продовольственная компания», но отметив, что указанное обстоятельство обусловлено, прежде всего, тем, что ООО «Аквабаланс» являлось производителем безалкогольных напитков, а ООО «Продовольственная компания» крупным поставщиком продуктов питания в торговые сети региона. Такая экономическая модель взаимодействия, когда различные предприятия группы Бест поставляют товар ООО «Продовольственная компания», а уже ООО «Продовольственная компания» заключает договоры на поставку продукции с крупными розничными игроками, была характерна, как указал суд первой инстанции, и в отношении с другими компаниями группы, что прослеживается из находящихся в открытом доступе материалов дела. 

Суд первой инстанции посчитал, что указанное не означает, что ООО «Аквабаланс» не могло не получать иную, косвенную выгоду от финансирования ООО «Продовольственная компания», которую кредитору не выгодно раскрывать. Такая косвенная выгода может заключаться, например, в увеличении активов баланса от выдачи заемных средств; использовании деловой репутации группы компании; использовании людских, производственных, интеллектуальных ресурсов и возможности их свободного перемещения между компаниями группы; единой оптимизированной системы управления финансовыми рисками; единым либо связанным между собой программным комплексам и т.д.

С учетом изложенного суд первой инстанции заключил, что в настоящем случае имело место внутригрупповое финансирование, возможно, для ликвидации кассового разрыва, либо в иных целях, которые суду не раскрыты, однако правовая квалификация правоотношений между ООО «Аквабаланс» и ООО «Продовольственная компания» не охватывается договором займа по смыслу ст. 807 ГК РФ, а внутригрупповое финансирование не относится к заемному типу отношений. Суд первой инстанции счел, что в отсутствие банкротства ООО «Продовольственная компания», денежные средства по рассматриваемому договору займа не были бы истребованы ООО «Аквабаланс», а модель предоставления средств для ликвидации кассового разрыва (либо иных внутригрупповых целей) продолжала бы воспроизводиться в рамках компаний группы, в связи с чем основания для включения требования ООО «Аквабаланс» в реестр требований кредиторов должника наравне с независимыми кредиторами отсутствуют.

Изучив материалы дела в порядке ст. 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав участников процесса, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения вынесенного судом первой инстанции судебного акта.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно статье 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности требований в ходе конкурсного производства осуществляется арбитражным судом вне зависимости от наличия либо отсутствия возражений по заявленным требованиям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Сам по себе факт взаимозависимости кредитора и должника не может рассматриваться в качестве единственного обстоятельства, порочащего основания возникновения обязательства. При рассмотрении дел названной категории арбитражным судам надлежит исследовать характер возникновения денежного обязательства, его обоснованность представленными кредитором и должником документами, связь (формальную или фактическую) с корпоративными правоотношениями, наличие признаков злоупотребления правом в действиях кредитора и то, позволяют ли такие действия заведомо сформировать большее количество голосов на первом собрании кредиторов и, как следствие, в той или иной мере контролировать процедуру банкротства должника.

При этом в соответствии с принятым в судебной практике толкованием и целями законодательства о банкротстве из вышеуказанного общего правила есть ряд исключений, в том числе следующие.

Во-первых, при установлении фиктивности обязательств (отсутствие реальных обязательств) между аффилированным лицом и должником требование такого лица (как и требование любого иного, в том числе и неаффилированного лица) не может быть включено в реестр требований кредиторов (статья 170, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). При этом наличие аффилированности между должником и лицом, заявившем о своих притязаниях на конкурсную массу, само по себе не свидетельствует о фиктивности обязательства аффилированного лица либо о злоупотреблении данным лицом своими правами в ущерб законным интересам кредиторов должника, но возлагает именно на аффилированное лицо бремя опровержения обоснованных сомнений в реальности оспариваемого обязательства, с необходимостью полного раскрытия всех экономических взаимоотношений между аффилированными лицами.

Во-вторых, обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. Закон при этом не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В-третьих, при заявлении требований лицом, исполнившим перед внешним кредитором обязательство должника (по схеме поручительства, либо по статье 313 ГК РФ, либо через схему уступки), при вхождении исполнившего и должника в одну группу компаний правила о суброгации не применяются, если отношения между исполнившим и поручителем регулируются договором о покрытии (для этого надо исследовать внутригрупповые отношения; данные о перемещении внутри группы денежных потоков), даже если договор о покрытии надлежаще юридически не оформлен (пункт 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020).

В-четвертых, при предоставлении должнику аффилированным лицом компенсационного финансирования (предоставление в состоянии имущественного кризиса, то есть при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве либо неизбежности их наступления) - требования такого лица подлежат удовлетворению после всех кредиторов, но приоритетно перед ликвидационной квотой (пункты 3.1, 6.2 Обзора).

Основной целью института субординации является понижение в очередности контролирующего лица по отношению к независимому кредитору, поскольку контролирующее должника лицо способно эффективно управлять риском банкротства должника в силу наличия права контроля и претендовать на извлечение неограниченной прибыли в случае удачи бизнеса. Именно такое лицо должно нести риск банкротства раньше внешних кредиторов, связанных с должником лишь обязательственными отношениями (т.е. удовлетворяться после таких кредиторов в отдельной очередности).

Институт субординации требований кредиторов, являющихся контролирующими должника и аффилированными лицами, направлен на справедливое выравнивание положения внешних и внутренних кредиторов, пострадавших в результате финансовой несостоятельности должника, а также на создание условий сбалансированного управления рисками банкротства должника.

Апелляционная коллегия не соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что перечисление обществом «Аквабаланс» денежных средств должнику обладает признаками свободного перемещения денежных средств внутри группы компаний Бест, поскольку сам по себе факт аффилированности заемщика и займодавца, а также порядок расчетов между сторонами не свидетельствуют о свободном перетоке финансов или иных активов между кредитором и должником и о получении займодавцем (он же одновременно поставщик по договору поставки) оплаты за поставку товаров в виде покрытия в тайне от иных независимых кредиторов посредством перераспределения активов внутри группы.

Из представленных кредитором в материалы дела суда апелляционной инстанции сведений о взаимных расчетах с должником не следует, что между кредитором и должником сложились особые отношения, когда активы группы аффилированных лиц, по сути, являются «общим котлом» и финансы или иные активы свободно перемещаются между членами группы, позволяя совершать сделки с внешними контрагентами в интересах группы и взаимно компенсировать возникающие долги.

Суд апелляционной инстанции полагает, что вывод о фактическом покрытии долга перед кредитором за счет активов должника или одной финансово-хозяйственной группы, в которую входят кредитор и должник, может быть сделан при включении в предмет доказывания по делу и при получении доказательств в отношении как минимум следующих обстоятельств:

- кредитор и должник не просто аффилированы, а являются членами одной финансово-хозяйственной группы, подчиненной единому центру принятия решений (бенефициар);

- между членами финансово-хозяйственной группы складываются нетипичные коммерческие отношения, в рамках которых исключительно по воле единого центра принятия решений и вне ординарной экономической целесообразности перераспределяются доходы и расходы, компенсируются финансовые потери и риски, свободно вносятся или изымаются денежные средства и иные активы, наблюдается скоординированность поведения, максимальный учет интересов друг друга, оптимизация внутренних долговых обязательств, конфиденциальность информации о внутригрупповых соглашениях

- получение доходов и перераспределение убытков внутри группы имеет характер действий с «общим котлом», что свидетельствует об отсутствии реальной имущественной обособленности и самостоятельности членов группы;

- финансовые и иные операции между членами (перечисления денежных средств, зачеты, уступки, перевод долга, обеспечительные сделки и пр.) группы совершаются не в коммерческом интересе конкретного юридического лица - члена группы, а в общем интересе группы или ее бенефициара.

Таким образом, суд первой инстанции мог сделать выводы о скрытом покрытии задолженности перед кредитором только по результатам анализа движения денежных средств и иных активов между кредитором и должником, если будет установлен нетипичный характер такого движения, скорее характерный для нераскрытого перед внешними контрагентами согласованного перераспределения активов и взаимного обеспечения рисков.

В материалы настоящего обособленного спора не представлены такие доказательства, которые указывали бы на вышеназванные признаки внутригруппового перераспределения убытков.

Также из иных судебных актов по делу о банкротстве не установлено, что кредитор и должник имеют отношения, характерные для скрытого перераспределения долгов и активов.

Доказательства заключения договоров займа не в соответствии с их обычным предназначением, а в других целях, свидетельствующих о злоупотреблении правом, в материалы дела не представлены.

На сегодняшний день вступившими в силу судебными актами (определение Арбитражного суда Свердловской области от 12.08.2022, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2022 и постановление Арбитражного суда Уральского округа от 16.02.2023 по делу № А60-10035/2020, которыми разрешен спор о признании договора займа недействительной сделкой, в удовлетворении требований отказано) установлено, что договор займа является реальной сделкой, совершенной в рамках обычной хозяйственной деятельности, а сами заемные отношения были обусловлены особенностями текущей деятельности должника.

При этом в материалы настоящего обособленного спора со стороны ООО «Аквабаланс» представлены банковские выписки по расчетным счетам компании, из которых следует, что на расчетный счет ООО «Аквабаланс» в период действия договора займа не поступали денежные средства от других компаний группы Бест хоть в каком-то сопоставимом размере.

Более того, анализ Картотеки арбитражных дел, в том числе по делам о банкротстве иных компаний группы «Бест», свидетельствует о том, что ООО «Аквабаланс» всегда выступало исключительно в качестве поставщика готовой продукции – питьевой воды.  Заявитель имел заемные отношения только с ООО «Продовольственная компания», которые носили экономически целесообразный характер, что установлено вступившими в законную силу судебными актами, поименованными выше.

Со стороны ООО «Аквабаланс» было раскрыто происхождение денежных средств, которые передавались должнику по договору займа от 31.01.2018. 

Как указывает апеллянт и не опровергает никто из участников спора, ООО «Аквабаланс» является коммерческой организацией, регулярно показывающей внушительные финансовые результаты. 

Так, выручка ООО «Аквабаланс» за все время действия договора займа от 31.01.2018 составляла:  в 2018 году - 29 324 000,00 рублей,  в 2019 году - 30 406 000,00 рублей. 

В свою очередь, денежные средства, перечисляемые по договору займа от 31.01.2018 в адрес ООО «Продовольственная компания», получались ООО «Аквабаланс» от независимых контрагентов в счет исполнения обязательств по договорам на поставку питьевой воды. 

При анализе банковских выписок по платежным дням можно сделать вывод, что в дни выдачи займа на счета ООО «Аквабаланс» денежные средства от компаний группы «Бест» не перечислялись. 

Таким образом, материалами настоящего обособленного спора подтверждается, что денежные средства, выданные ООО «Аквабаланс» должнику в качестве займа, являются собственными денежными средствами заявителя. Следовательно, кредитор понес реальные расходы на выдачу займа, не получив никакого встречного предоставления (за исключением частичного возврата займа от должника) или иной компенсации.

Заявителем были раскрыты все обстоятельства и экономический смысл договорных отношений между ООО «Аквабаланс» и ООО «Продовольственная компания». Так, из приобщенного заявителем отчета аудитора о проведении проверки финансово-хозяйственной деятельности ООО «Аквабаланс» за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, что в период действия договора займа от 31.01.2018 чистая прибыль ООО «Аквабаланс» существенно возрастает.  

Апелляционная коллегия также считает обоснованным довод апелляционной жалобы ООО «Аквабаланс», о том, что сложившееся у суда первой инстанции убеждение в том, что денежные средства по договору займа от 31.01.2018 не были бы истребованы ООО «Аквабаланс» также опровергается вступившими в силу судебными актами и обстоятельствами дела: 

? постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2022 экономическая модель между взаимоотношений заявителя и должника признана обычной хозяйственной деятельностью, что исключает любые сомнения в злоупотреблении со стороны ООО «Аквабаланс» (часть 2 статьи 69 АПК РФ); данным судебным актом установлена необходимость привлечения заемных средств для ликвидации кассового разрыва; 

? должник осуществил частичное погашение займа в размере 2 630 150,00 рублей;  

? при наличии периодического погашения задолженности у ООО «Авабаланс» отсутствовали основания для предъявления искового заявления к ООО «Продовольственная компания»; напротив именно обращение заявителя в суд являлось бы нетипичным поведением компаний, входящих в одну группу, и могло быть расценено как намерение кредитора получить судебный акт, устанавливающий наличие задолженности в общем порядке, минуя реальную состязательность в рамках дела о банкротстве.

Заявитель апелляционной жалобы также обоснованно ссылается на то, что обстоятельствами дела полностью подтверждается, что ООО «Продовольственная компания» использовало полученные денежные средства в рамках своей обычной текущей хозяйственной деятельности. На сегодняшний день в рамках настоящего дела о банкротстве судебными актами установлено, что все операции по перечислению денежных средств со счета должника  в пользу своих контрагентов, (в том числе аффилированных лиц) носили реальный характер, и были связаны со встречным исполнением обязательств должника.

Иными словами, все денежные перечисления  ООО «Продовольственная компания», которые перечислялись своим контрагентам, в том числе (аффилированным лицам) имели под собой реальное основание (оплата за поставленную продукцию, оплата оказанных услуг и т.п.). При этом судами проверены все указанные правоотношения, вынесены судебные акты об отказе в признании оспариваемых перечислений недействительными. 

Таким образом, материалами дела доказано, что все перечисления  со стороны должника по расходованию полученных им денежных средств полностью соотносятся с реальными хозяйственными отношениями.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что не существует законодательного запрета на заключение гражданско-правовых сделок между аффилированными лицами в своем собственном коммерческом интересе и без взаимного перераспределения активов и долгов.

В практике осуществления торговли часто встречается ситуация, когда покупатель и продавец, заемщик и займодавец аффилированы, что само по себе не свидетельствует о пороках их взаимных обязательств и нереальности взаимной задолженности при исполнении заключенных договоров.

Заключение договора займа между сторонами, находящимися одновременно в отношениях купли-продажи (поставки) товаров, не является само по себе особенным и нетипичным для рыночных отношений.

Вопреки выводам суда первой инстанции, доказательств отношений скрытого покрытия между кредитором и должником в деле не имеется.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о покрытии задолженности перед кредитором не основаны на представленных доказательствах или обстоятельствах, установленных вступившими в законную силу судебными актами.

Иных оснований для субординации требований ООО «Аквабаланс», в том числе указанных в пунктах 3.1, 3.2 и 6.2 Обзора, суд апелляционной также не усматривает. 

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о возникновении на стороне должника обязанности возвратить заем и проценты по нему в общей сумме 15 670 610 руб. 72 коп., а также об отсутствии доказательств такой оплаты в скрытом или нескрытом виде.

Более того, с учетом структуры реестра требований кредиторов ООО «Продовольственная компания», оснований считать, что субординация ООО «Аквабаланс» необходима в целях создания условий сбалансированного управления рисками банкротства должника, у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Таким образом, требование ООО «Аквабаланс» верно признано судом первой инстанции обоснованным, однако ошибочно субординировано, в связи с чем судебный акт подлежит изменению на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ -  требование ООО «Аквабаланс» (ИНН 

<

***>) в размере 15 670 610 руб. 72 коп. подлежит включению в третью очередь реестра. 

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобы не рассматривается, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 19 июня 2023 года по делу № А60-10035/2020 изменить в части определения очередности требования, изложив резолютивную часть судебного акта в следующей редакции:

«Признать требование ООО «Аквабаланс» (ИНН 

<

***>) в размере 15 670 610 руб. 72 коп. обоснованным и включить его в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Продовольственная компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>)».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

 

Т.С. Нилогова

 

Л.В. Саликова