ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения 

11АП-190/2023

Дело № А65-14575/2021

г. Самара

14 февраля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09.02.2023

Постановление в полном объеме изготовлено 14.02.2023

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Бессмертной О.А., судей Александрова А.И., Поповой Г.О., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2, 

апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.12.2022 о признании сделок по перечислению денежных средств должником недействительными и применении последствий недействительности сделки и заявление финансового управляющего имуществом должника о признании соглашения об уплате алиментов на содержание детей, заключенного между должником и ФИО3 недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки,

по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.11.2021г. гражданин ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: Казань, адрес: г.Казань, РТ, ул. Ново-Светлая, д. 16 А, кв. 25, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***> признан несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации его имущества сроком на 6 месяцев до 15.05.2022г. Финансовым управляющим утвержден ФИО2, члена Ассоциации «Саморегулируемая организация Арбитражных управляющих «Меркурий».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 11.03.2022г. поступило заявление финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными сделками по перечислению денежных средств должником в пользу ФИО3 в общем размере 380 000руб., (вх. 9639).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.03.2022г. заявление принято к производству. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.05.2022г. обособленный спор по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными сделками по перечислению денежных средств должником в пользу ФИО3 в общем размере 380 000руб., (вх. № 9639) и обособленный спор по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании соглашения об уплате алиментов на содержание детей 16АА №5005574 от 13.04.2019г., заключенного между должником и ФИО3 недействительной сделкой (вх. № 17171), объединены в одно производство, для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.12.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить определение, принять новый судебный акт. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2023 апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание назначено на 09.02.2023.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который был приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в  период  времени с 22.07.2018 - 25.08.2020 должник  перечислил ответчику (супруге ФИО3) денежные средства в общем размере 380 000 руб.

Согласно ответу Управления ЗАГС Кабинета Министров РТ №3801 от 29.09.2021 ФИО4 с 26.08.2006 по настоящее время состоит в зарегистрированном браке с ФИО5 (ФИО6) Элиной Наилевной. 

Согласно пояснениям сторон, брак между должником ФИО4 и ответчиком ФИО3 юридически не расторгнут, но семейные отношения  фактически прекратились. Стороны вместе не проживают. 

Спорные платежи совершены с 22.07.2018 по 25.08.2020, т.е. то есть в пределах периода подозрительности, установленного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

У должника и ФИО3 имеется двое общих несовершеннолетних детей ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Как указывает должник, денежные средства, перечисленные должником ФИО4, являются платежами, передаваемыми на содержание совместных несовершеннолетних детей.

Тот факт, что ФИО3 являлась супругой должника и, соответственно, является по отношению к нему заинтересованным лицом, не может однозначно свидетельствовать о недобросовестности указанных лиц, равно как и об осведомленности ФИО3 о наличии цели причинения вреда.

Финансовый управляющий в своем заявлении в обоснование своего довода о направленности действий сторон платежных операций на причинение вреда кредиторам должника, по сути, указал, что такие сделки имели своей целью сокрытие имущества должника от обращения на него взыскания кредиторами.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, повторяют указанную позицию финансового управляющего, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств:

- вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки; 

- наличие у должника цели причинения вред;

 - осведомленность другой стороны сделки об указанной цели.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

При этом в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закреплены презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной, в том числе относительно наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Так, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из иных упомянутых в данной норме условий. Предполагается также, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Вместе с тем, при сокрытии имущества от обращения на него взыскания оно остается в имущественной массе и в сфере контроля самого должника, искусственно приобретая черты исполнительского иммунитета.

Особенность настоящего спора состоит в том, что интересу кредитора в возврате долга не противопоставляется запрещенный законом интерес должника в уклонении от исполнения взятых на себя обязательств (в связи с чем отсутствует и признак сокрытия имущества), а противопоставляются интересы детей как кредиторов должника согласно семейному законодательству.

Разрешая вопрос о допустимости оспаривания совершенных должником перечислений в пользу жены необходимо соотнести две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития, с одной стороны, и право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, установить между названными ценностями баланс.

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов: интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам.

Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам.

Равным образом данный вывод следует из положений пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которым алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

Оценив доказательства по делу в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что недействительность операций между супругами с целью несения расходов на содержание детей применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этими сделками положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки данного вывода суда первой инстанции по следующим основаниям.

Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что размер расходов на содержание детей носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина.

При этом необходимо исходить из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку.

В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании, то сделка может быть признана недействительной в части такого превышения.

Если же признак явного превышения размера расходов не доказан, то такая сделка не может быть квалифицирована в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника.

В соответствии с п. 1 ст. 54 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия).

Родители обязаны содержать и воспитывать своих несовершеннолетних детей, обеспечивать их образование; родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (ст. 44, 63, 80 СК РФ).

Иждивение несовершеннолетних детей родителей презюмируется и не требует доказательств. Презумпция нахождения ребенка до достижения возраста 18 лет на иждивении родителей следует из норм семейного права. Согласно СК РФ ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия) (пункт 1 статьи 54 Кодекса), родители обязаны содержать и воспитывать своих несовершеннолетних детей, обеспечивать их образование; родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (статьи 44, 63, 80 СК РФ).

Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его содержание, воспитание и развитие несут родители.

В пункте 1 статьи 60, статье 61 СК РФ закреплено право ребенка на получение содержания от родителей, указано, что родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей и обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (статья 80 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 80 СК РФ родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно.

Согласно п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

В соответствии с разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в Постановлении от 12.07.2007 №10-П, данная статья выступает процессуальной гарантией реализации социально-экономических прав этих лиц, предоставляя, таким образом, должнику-гражданину имущественный (исполнительский) иммунитет, с тем, чтобы исходя из общего предназначения данного правового института гарантировать должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования и деятельности.

В соответствии с п. 1 ст. 2 Федерального закона от 24.10.1997 №134-ФЗ "О прожиточном минимуме в Российской Федерации" прожиточный минимум в целом по Российской Федерации предназначается для: оценки уровня жизни населения Российской Федерации при разработке и реализации социальной политики и федеральных социальных программ; обоснования устанавливаемых на федеральном уровне минимального размера оплаты труда, а также для определения устанавливаемых на федеральном уровне размеров стипендий, пособий и других социальных выплат; формирования федерального бюджета. В аналогичных целях устанавливается прожиточный минимум в субъектах Российской Федерации (п. 2 ст. 2 данного Закона).

Таким образом, прожиточный минимум необходим при установлении гражданам государственных гарантий получения минимальных денежных доходов и представляет собой стоимостную оценку потребительской корзины, а также обязательных платежей и сборов.

В свою очередь, под потребительской корзиной понимается минимальный набор продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, необходимых для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности. Прожиточный минимум - это стоимостная оценка потребительской корзины, а также обязательные платежи и санкции; потребительская корзина - это необходимые для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности минимальный набор продуктов питания, а также непродовольственные товары и услуги

Величина прожиточного минимума в Республике Татарстан  для одного ребёнка за период 2018-2020 годы составила:

Квартал год

Для детей

Документ

4 квартал 2020

9625

Постановление  Кабинета министров РТ № 40 от 29.01.2021

3 квартал 2020

9891

Постановление  Кабинета министров РТ № 979 от 31.10.2020

2 квартал 2020

9713

Постановление  Кабинета министров РТ № 637 от 30.07.2020

1 квартал 2020

9333

Постановление  Кабинета министров РТ № 355 от 05.05.2020

4 квартал 2019

8889

Постановление  Кабинета министров РТ № 57 от 03.02.2020

3 квартал 2019

9228

Постановление  Кабинета министров РТ № 972 от 30.10.2019

2 квартал 2019

9373

Постановление  Кабинета министров РТ № 624 от 29.07.2019

1 квартал 2019

9158

Постановление  Кабинета министров РТ № 348 от 26.04.2019

4 квартал 2018

8723

Постановление  Кабинета министров РТ № 122 от 22.02.2019

3 квартал 2018

8941

Постановление  Кабинета министров РТ № 955 от 29.10.2018

2 квартал 2018

8896

Постановление  Кабинета министров РТ № 604 от 26.07.2018

1 квартал 2018

8597

Постановление  Кабинета министров РТ № 307 от 30.04.2018

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 N 11-П и Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.10.2017 N 310-ЭС17-9405 (1,2) по делу №А09-2730/2016 изложена следующая позиция.

Для признания оспариваемой сделки недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер перечислений на содержание общего ребенка носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. При этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера платежей, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных жене и ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика), и если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности беременной жены и ребенка в материальном содержании, то совершенные платежи могут быть признаны недействительными в части такого превышения, а если признак явного превышения размера таких платежей уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей беременной жены и ребенка, не доказан, то такое соглашение не может квалифицироваться в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника.

Как верно указал суд первой инстанции, размер произведенных оспариваемых безналичных платежей явно (то есть очевидно и значительно) превышает разумные достаточные потребности ребенка в материально содержании; данная сумма не носит явно завышенный и чрезмерный характер. 

Суд апелляционной инстанции поддерживает также вывод суда первой инстанции, что в рассматриваемом случае установлено отсутствие доказательств явного превышения размера перечисления уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей несовершеннолетнего ребенка должника и ответчика. Каждый из платежей не является очевидно и неразумно значительным в части суммы, что позволило бы сделать вывод о намерении должника таким способом уменьшить потенциальную конкурсную массу в преддверии банкротства. 

Так, из материалов обособленного спора следует, что оспариваемые платежи были осуществлены не единовременно, а в течение длительного периода времени с июля 2018 года по август 2020 года.

Судебная коллегия отмечает, что нерегулярный характер платежей подтверждает их направление именно на возникающие нужды семьи, содержание несовершеннолетнего ребёнка.

В среднем сумма перечислений в месяц составила 7600 руб.,  исходя из следующего расчета  -  380 тыс. руб./25 мес./2 детей. 

Количество перечисленных денежных средств сопоставимо затратам необходимым для поддержания достойного уровня жизни несовершеннолетнего ребенка, удовлетворения его потребностей.

В данном случае исполнение обязательства по содержанию ребенка в отсутствие встречного исполнения, не может рассматриваться с позиции противоправной цели, выразившейся в причинении имущественного вреда кредиторам.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что ежемесячные перечисления в пользу бывшей супруги должника в среднемесячном размере 7600 руб. на каждого ребенка отвечают требованиям соразмерности с учетом соответствующего прожиточного минимума, является обоснованным, вопреки доводам апелляционной жалобы.

Оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего о признании сделок по перечислению должником ФИО4 денежных средств в адрес ФИО3 за период с 22.07.2018 по 25.08.2020 в общей сумме 380 000 руб. и применении последствий недействительности сделки у суда первой инстанции не имелось.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего о необходимости  признания  недействительным  соглашения  между должником и ответчиком  об уплате алиментов на содержание детей  от 13.04.2019 г., суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

13 апреля 2019 года между должником ФИО4 и его супругой ФИО3 заключено соглашение об уплате алиментов на содержание детей.

Соглашение заключено сторонами в письменной форме и удостоверено нотариусом.

Согласно п.1.1 указанного соглашения должник ФИО7  с 13.04.2019 г. и не позднее 15 числа каждого месяца обязуется ежемесячно уплачивать ответчику - ФИО8, действующей от имени двух несовершеннолетних детей, алименты в сумме 30 000 руб.  по 15 000 руб. на каждого несовершеннолетнего ребенка.

В соответствии с п. 1.2. договора, алименты будут передаваться наличными денежными средствами или иным не запрещенным законом способом гр. ФИО3, законному представителю несовершеннолетних ФИО9 и ФИО9

Документы, подтверждающие выполнение гр. ФИО4 своих обязательств по данному соглашению, являются расписки гр. ФИО3 в получении денежных средств.

Пунктом 1.3. предусмотрено, что размер алиментов, указанных в п. 1.1. соглашения подлежит индексации пропорционально увеличению установленному законом размере прожиточного минимума установленного по Республике Татарстан.

Полагая, что соглашение от 13.04.2019 заключено в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд заявлением о признании его недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции указал, что размер алиментов в размере 15 000 руб. не является существенно завышенным по отношению к размеру  прожиточного минимума установленного прожиточного минимума в Республике Татарстан в соответствующий период времени.  Кроме того, сами действия  ответчика и должника  свидетельствуют, что фактически   уплачиваемая сумма не превышала  утвержденный в Республике Татарстан  прожиточный минимум.

Отклоняя довод заявителя апелляционной жалобы об отсутствии у должника официально подтвержденного дохода, позволяющего выплачивать алименты, суд апелляционной инстанции, поддерживая вывод суда первой инстанции, отмечает, что сам факт выплаты алиментов должником подтверждает обратное.

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 83 СК РФ при отсутствии соглашения родителей об уплате алиментов на несовершеннолетних детей и в случаях, если родитель, обязанный уплачивать алименты, имеет нерегулярный, меняющийся заработок и (или) иной доход, либо если этот родитель получает заработок и (или) иной доход полностью или частично в натуре или в иностранной валюте, либо если у него отсутствует заработок и (или) иной доход, а также в других случаях, если взыскание алиментов в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу родителя невозможно, затруднительно или существенно нарушает интересы одной из сторон, суд вправе определить размер алиментов, взыскиваемых ежемесячно, в твердой денежной сумме; размер твердой денежной суммы определяется судом исходя из максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения с учетом материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов" (далее - Постановление № 56), с учетом положений пункта 2 статьи 117 СК РФ при установлении размера алиментов, подлежащих взысканию в твердой денежной сумме, судам следует исходить из действующей на день вынесения решения суда величины прожиточного минимума для соответствующей социально-демографической группы населения, установленной в субъекте Российской Федерации по месту жительства лица, получающего алименты, а при отсутствии указанной величины - величины прожиточного минимума для соответствующей социально-демографической группы населения в целом по Российской Федерации.

Размер алиментов, взыскиваемых в твердой денежной сумме на несовершеннолетних детей с родителей, определяется судом исходя из максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения с учетом материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств.

При этом следует иметь в виду, что с учетом положений статей 1 - 3 Федерального закона от 24.10.1997 № 134-ФЗ "О прожиточном минимуме в Российской Федерации", а также равной обязанности родителей по содержанию своих несовершеннолетних детей установление судом алиментов, подлежащих взысканию с одного из родителей ребенка, в размере менее половины соответствующей величины прожиточного минимума для детей может иметь место в случае, когда материальное и (или) семейное положение плательщика алиментов либо иные заслуживающие внимания обстоятельства объективно не позволяют произвести с него взыскание алиментов в размере половины соответствующей величины прожиточного минимума для детей (пункт 27 Постановления N 56).

Согласно статье 81 СК РФ при отсутствии соглашения об уплате алиментов алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно в размере: на одного ребенка - одной четверти, на двух детей - одной трети, на трех и более детей - половины заработка и (или) иного дохода родителей.

Размер твердой денежной суммы алиментов, взыскиваемых в случаях, предусмотренных п. 2 ст. 85, п. 3 ст. 87, ст. 89, 90, 93-97 СК РФ, устанавливается судом исходя из материального и семейного положения плательщика и получателя алиментов и других заслуживающих внимания интересов сторон (ст. 91, п. 2 ст. 98 СК РФ).

При определении материального положения сторон по делам данной категории учитываются все источники, образующие их доход.

Коллегия судей соглашается с расчетом конкурсного управляющего о том, что совокупный размер дохода должника в 2018 году за вычетом налога на доходы физических лиц составил 170 395,96 руб., согласно справке о доходах за 2018 год доход в ООО «ИНВЕСТ-АКТИВ» составил 80 000 руб. в т.ч. НДФЛ, в ООО «ПП «Элит-Пласт» составил 36000 руб. в т.ч. НДФЛ, в ООО «МОСПРОМТРАНСГАЗ» составил 45857,96 руб. в т.ч. НДФЛ, в ООО «ТПН» общая сумма дохода составила 34 000 руб. в т.ч. НДФЛ

Общий размер дохода в 2019 году за вычетом налога на доходы физических лиц составил 579 814,05 руб., в т.ч.: доход в ООО «АФТ ТРЕЙД» в период с сентября по декабрь 2019 г. составил 214 302,86 руб., в т.ч. сумма налога удержания в размере 26 403 руб., в ООО «ИНВЕСТ-АКТИВ» в период с января по сентябрь 2019г. составил 380 000 руб.. в т.ч. сумма налога удержания 49 400 руб., в ООО «ИПС» в период с сентября по декабрь 2019г. составил 70476,19 руб., в т.ч.9162 -сумма налога удержания.

Совокупный размер дохода в 2020г. составил 466 746,47 руб., в т.ч.: в ООО «ИПС» составила 72 681,13 руб., в ООО «АФД ТРЕЙД» - 346647,99 руб., в ООО «ДАН-ОЙЛ» - 111304,35 руб.

Рассчитав размер алиментов с учетом положений ст. 81 СК РФ и фактического дохода должника на двух несовершеннолетних детей размер алиментов, конкурсный управляющий представил следующий размер алиментов: в 2018 г. - 4 733 руб. в месяц; в 2019 году -  16 106 руб. в месяц, в 2020 году - 12 965 руб. в месяц.

При сложении сумм за весь период, в который должник обязан был уплачивать алименты, общий размер алиментов составил бы чуть более 405 000 рублей. 

Таким образом, размер принятых должником обязательств по оспариваемому соглашению (380 000 руб.) не превышает доходов должника, а также установленный законом минимальный размер алиментов (чуть более 405 000 руб.).

С учетом изложенного довод апелляционной жалобы о превышении размера обязательств опровергается материалами дела. 

Доводы апеллянта о наличии в действиях должника и ответчика  признаков  злоупотребления правом  подлежат отклонению на основании следующего.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 сентября 2011 г. N 1795/11.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

- наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; - наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий;

- наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В обоснование недобросовестности должника  и ответчика при заключении оспариваемой  сделки финансовый управляющий ссылается на то, что оспариваемое соглашение нарушают права иных кредиторов должника.

Арбитражный суд не может согласиться с доводами, предъявленными в обоснование заявленных требований.

Согласно постановлению Конституционного Суда РФ от 14 мая 2012 г. N 11-П, для квалификации сделки между супругами в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина.

В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 мая 2012 г. N 11-П), то соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" также разъяснено, что разрешая вопрос о недействительности соглашения об уплате алиментов по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов, арбитражный суд проверяет, была ли направлена сделка на достижение противоправных целей в момент ее совершения.

Если же негативные последствия для кредиторов возникли впоследствии, например, по причине ухудшения имущественного положения гражданина - должника и возникшего в связи с этим существенного дисбаланса между правами кредиторов и правами получателя алиментов, должник, финансовый управляющий его имуществом, кредиторы должника, чьи требования признаны обоснованными арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, вправе предъявить иск об изменении или о расторжении соглашения об уплате алиментов (пункт 4 статьи 101 СК РФ).

В настоящем обособленном споре финансовый управляющий заявил, что соглашение является ничтожной сделкой.

В своем заявлении финансовый управляющий указывал, что на момент заключения спорного соглашения у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами.

Особенность же настоящего спора состоит в том, что интересу кредитора в возврате долга не противопоставляется запрещенный законом интерес должника в уклонении от исполнения взятых на себя обязательств (в связи с чем отсутствует и признак сокрытия имущества), а противопоставляются интересы детей как кредиторов должника по алиментному соглашению.

Таким образом, разрешая вопрос о допустимости оспаривания данного соглашения, необходимо было соотнести две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции о правах ребенка от 20.11.1989), с одной стороны, и закрепленное в статьях 307 и 309 Гражданского кодекса Российской Федерации право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, - и установления между названными ценностями баланса.

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов. Коль скоро Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам. Равным образом данный вывод следует из положений пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которым алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

Следовательно, недействительность алиментного соглашения применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этим соглашением положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.10.2017 N 310-ЭС17-9405(1,2) по делу N А09-2730/2016).

Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. При этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера алиментов, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика алиментов). В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 N 11-П), то соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 Семейного кодекса Российской Федерации). Если же признак явного превышения размером алиментов уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей ребенка, не доказан, то такое соглашение не может быть квалифицировано в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника.

Судом первой инстанции верно указано, что финансовым управляющим в материалы дела не представлено доказательств того, принятые должником обязательства по Соглашению являлись для должника чрезмерными.

При этом, доводы   финансового управляющего  о сокрытии должником  доходов, за счет которых были произведены выплаты  алиментов,  подлежат  отклонению,  поскольку не относятся к предмету спора и подлежат оценке на предмет добросовестности действий должника в процедуре банкротства при завершении  процедуры  реализации.

Исходя из положений статьи 10 ГК РФ действия по заключению сделки могут быть признаны злоупотреблением правом, если будет установлено, что такая сделка направлена исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц. При этом, исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной, исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

Законодатель закрепил презумпцию добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений, это означает, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. Доказывать недобросовестность или неразумность действий должен тот, кто с таким поведением связывает правовые последствия.

Таким образом, заявитель, требующий признать сделку ничтожной на основании статьи 10 ГК РФ должен доказать наличие у сторон сделки намерения причинить вред другому лицу.

Между тем, материалами дела не подтверждается наличие у ответчиков умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой, установленных по делу обстоятельств, не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Поскольку арбитражный управляющий при предъявлении от своего имени исков, связанных с недействительностью сделок должника, действует в интересах, в том числе и должника, и осуществляет полномочия, предоставляемые ему в рамках соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, для достижения целей соответствующих процедур, судебные расходы, связанные с рассмотрением дел по указанным искам осуществляются за счет должника (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ при подаче искового заявления по спорам о признании сделок недействительными уплачивается государственная пошлина в размере 6 000 руб.

В соответствии с требованиями подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ при подаче апелляционной жалобы в арбитражный суд ее заявитель уплачивает государственную пошлину в размере 50 процентов размера государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного характера, что составляет 3 000 руб. 

На основании изложенного, применительно к требованиям пп. 12 п. 1 ст. 333.21 НК РФ и ст. 110 АПК РФ, с учетом разъяснений данных в абзаце 2 пункта 33 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 N46, ФИО4 из федерального бюджета необходимо возвратить излишне уплаченную государственную пошлину в сумме 3 000 руб.

Учитывая изложенное, расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на должника. 

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд   

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.12.2022 по делу № А65-14575/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Возвратить финансовому управляющему ФИО2 из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в сумме 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                       О.А. Бессмертная

 

Судьи                        А.И. Александров

 

Г.О. Попова