АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А11-1806/2021

29 ноября 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22.11.2023

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Белозеровой Ю.Б.,

судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.,

 

при участии ФИО1 (паспорт),

представителей: ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 20.11.2023,

акционерного общества «ЭнергосбыТ Плюс» – С. по доверенности

от 16.09.2022

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 04.04.2023 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2023

по делу № А11-1806/2021

 

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО3 ФИО4

о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности

 

по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО3

(ИНН 

<

***>)

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о банкротстве ФИО3 финансовый управляющий имуществом должника ФИО4 (далее – финансовый управляющий) обратился в Арбитражный суд Владимирской области с заявлением о признании недействительными следующих сделок:

договора купли-продажи доли в праве общей собственности от 01.08.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО5, и договора купли-продажи доли в праве общей собственности от 13.06.2019, заключенного между ФИО5 и ФИО6, как притворных сделок, прикрывающих переход права собственности от ФИО3 в пользу ФИО6; 

о применении последствий недействительности прикрываемой сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО3 3/5 доли в праве собственности на нежилое помещение площадью 508 квадратных метров, кадастровый номер 33:24:010220:329,        3/5 доли в праве собственности на земельный участок площадью 359 квадратных метров, кадастровый номер 33:24:010217:708, расположенных по адресу: 

<

...>;

договора купли-продажи от 03.08.2018, заключенного между К.Г.ШБ. и ФИО5, договора купли-продажи, заключенного между ФИО5 и ФИО6, договора купли-продажи, заключенного между ФИО6 и ФИО1 как притворных сделок, прикрывающих переход права собственности от ФИО3 в пользу ФИО6 и ФИО1; 

о применении последствий недействительности прикрываемой сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО3 1/2 доли в праве собственности на помещение площадью 1578 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:010104:790, 452/1000 доли в праве собственности на земельный участок площадью 1267 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:010104:198, расположенных по адресу: Владимирская область, Собинский район, муниципальный округ поселок Ставрово (городское поселение), улица Советская, дом 12;

договора купли-продажи от 20.11.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО5, договора купли-продажи, заключенного между ФИО5 и ФИО6, как притворных сделок, прикрывающих переход права собственности от ФИО3 в пользу ФИО6; 

о применении последствий недействительности прикрываемой сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО3 нежилого помещения площадью 259 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:011131:1149, расположенного по адресу: Владимирская область, Собинский район, Воршинское сельское поселение, 

<

...>; 

о восстановлении записи Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии о праве собственности ФИО3 на недвижимое имущество:

- долю 3/5 в праве собственности на нежилое помещение площадью 508 квадратных метров, кадастровый номер 33:24:010220:329, адрес объекта: 

<

...>, (запись от 26.10.2015                         № 33-33/028- 33/028/001/2015-8840/2); 

- долю 3/5 в праве собственности на земельный участок площадью 359 квадратных метров, кадастровый номер 33:24:010217:708, адрес объекта: 

<

...> (запись от 26.10.2015                         № 33-33/028- 33/028/001/2015-8839/2); 

- долю 1/2 в праве собственности на помещение площадью 1578 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:010104:790, адрес объекта: 

<

...> (запись от 16.05.2006                               № 33-33- 15/003/2006453);

- долю 452/1000 в праве собственности на земельный участок площадью 1267 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:010104:198, адрес объекта: 

<

...> (запись от 24.10.2008 № 33-33- 15/021/2008- 045); 

- нежилое помещение площадью 259 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:011131:1149, адрес объекта: Владимирская область, Собинский район, Воршинский с.о., 

<

...> (запись от 06.02.2008                                         № 33-33-15/001/2008-096); 

об исключении из Единого государственного реестра недвижимости                        (далее - ЕГРН) записей Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии о праве собственности ФИО6 на: 

- долю 3/5 в праве собственности на нежилое помещение площадью 508 квадратных метров, кадастровый номер 33:24:010220:329, адрес объекта: 

<

...>; 

- долю 3/5 в праве собственности на земельный участок площадью 359 квадратных метров, кадастровый номер 33:24:010217:708, адрес объекта: 

<

...>; 

- долю 1/4 в праве собственности на помещение площадью 1578 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:010104:790, адрес объекта: 

<

...>; 

- долю 256/1000 в праве собственности на земельный участок площадью 1267 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:010104:198. адрес объекта: 

<

...>; 

- нежилое помещение площадью 259 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:011131:1149, адрес объекта: Владимирская область, Собинский район, Воршинский с.о., 

<

...>; 

об исключении из ЕГРН записи Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии о праве собственности ФИО1 на: 

- долю 1/4 в праве собственности на помещение площадью 1578 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:010104:790, адрес объекта: 

<

...>; 

- долю 256/1000 в праве собственности на земельный участок площадью 1267 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:010104:198, адрес объекта: 

<

...>.

Суд первой инстанции определением от 04.04.2023, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2023, удовлетворил заявление финансового управляющего. 

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Владимирской области.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды первой и апелляционной инстанций пришли к ошибочному выводу о том, что оспоренные сделки прикрывали переход права собственности на объекты от должника к иным лицам. Кассатор указывает, что сам по себе переход права собственности от ФИО3 к ФИО6 и      ФИО1 является не самостоятельной сделкой, а регистрационными действиями в отношении объектов недвижимости. С точки зрения ФИО1, судебные инстанции не указали, какую именно сделку прикрывали стороны путем заключения оспоренных договоров купли-продажи долей в недвижимом имуществе.

Кассатор утверждает, что вывод судов в отношении сделки по отчуждению 1/4 доли в праве общей долевой собственности на здание универмага и на расположенный под ним земельный участок является неверным. Суды указали, что договоры купли продажи названных объектов являются притворными и прикрывающими единую притворную сделку по отчуждению (дарению) этих объектов должником в пользу ФИО6 и ФИО1 Вместе с тем, в материалах дела имеются доказательства, свидетельствующие о наличии у ФИО1 финансовой возможности на приобретение объектов. Кроме того, суды первой и апелляционной инстанций сделали противоречивый вывод, по смыслу которого ФИО1 приобрел спорное здание и земельный участок под ним как по договору купли-продажи, так и по договору дарения.

ФИО1 отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства принятия ФИО3 встречного исполнения обязательств от ФИО1 по договору купли-продажи. В связи с указанными обстоятельствами суды не имели оснований для применения положений пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Заявитель обращает внимание суда округа на то обстоятельство, что судебные инстанции, делая вывод о партнерстве ФИО3 и ФИО1, не пояснили, к какому именно из спорных договоров относятся данные фактические обстоятельства. К тому же в материалах дела отсутствуют сведения, подтверждающие наличие расчетов между ФИО1 и ФИО6 Права на доли в праве общей собственности, полученные в дар ФИО6, отчуждены по согласованной цене в размере 3 000 000 рублей. Таким образом, именно он должен возместить в конкурсную массу должника действительную рыночную стоимость спорного имущества. 

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны представителями в судебном заседании.

Финансовый управляющий и акционерное общество «Энергосбыт Плюс» (далее – общество «Энергосбыт Плюс») в отзывах на кассационную жалобу возражали против указанных доводов, просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания, явку представителей в суд округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установили суды, по заявлению общества «Энергосбыт Плюс» определением Арбитражного суда Владимирской области                  от 06.04.2021 возбуждено производство по делу №А11-1806/2021 о признании гражданина ФИО3 несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 14.10.2021 по данному делу утверждено мировое соглашение от 11.10.2021, заключенное между обществом «Энергосбыт Плюс» и должником. 

На основании определения суда от 20.01.2022 мировое соглашение расторгнуто. 

Решением Арбитражного суда Владимирской области от 20.01.2022 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника; финансовым управляющим утвержден ФИО4

Судом установлено, что должнику на праве собственности принадлежали следующие объекты недвижимого имущества: 

1) 3/5 доли в праве на нежилое помещение площадью 508 квадратных метров, кадастровый номер 33:24:010220:329, адрес объекта: 

<

...> (Объект 1); 

2) 3/5 доли в праве на земельный участок площадью 359 квадратных метров, кадастровый номер 33:24:010217:708, адрес объекта: 

<

...> (Объект 2). 

3) 1/2 доли в праве на помещение площадью 1578 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:010104:790, адрес объекта: Владимирская область, Собинский район, муниципальный округ поселок Ставрово (городское поселение), улица Советская, дом 12, (Объект 3); 

4) 452/1000 доли в праве на земельный участок площадью 1267 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:010104:198, адрес объекта: Владимирская область, Собинский район, муниципальный округ поселок Ставрово (городское поселение), улица Советская, дом 12 (Объект 4); 

5) нежилое помещение площадью 259 квадратных метров, кадастровый номер 33:12:011131:1149, адрес объекта: Владимирская область, Собинский район, Воршинское сельское поселение, 

<

...> (Объект 5). 

Должник и ФИО5 заключили договор купли-продажи от 01.08.2018, в соответствии с которым доли в Объектах 1 и 2 проданы должником ФИО5               за 100 000рублей. 

ФИО5 продал доли в Объектах 1 и 2 ФИО6 за 800 000 рублей по договору купли-продажи от 13.06.2019. 

Должник и ФИО5 заключили договор купли-продажи от 03.08.2018, в соответствии с которым доли в Объектах 3 и 4 проданы должником ФИО5               за 3 000 000 рублей. 

Переход права собственности на доли в Объектах 3 и 4 от ФИО5 к        ФИО6 в результате заключения договора купли-продажи от 21.06.2019 зарегистрирован 25.06.2019. 

Переход права собственности на долю ФИО6 в размере 1/4 в Объекте 3 и в размере 226/1000 в Объекте 4 к ФИО1 в результате заключения договора купли-продажи от 17.09.2020 зарегистрирован 22.09.2020. 

Должник и ФИО5 заключили договор купли-продажи от 20.11.2018, по условиям которого ФИО5 приобрел у должника Объект 5 за 800 000 рублей. 

Переход права собственности на Объект 5 на основании договора купли-продажи от 13.06.2019 зарегистрирован 19.06.2019.

Финансовый управляющий, посчитав, что названные сделки являются притворными и совершены в целях вывода имущества из собственности должника и недопущения взыскания на него, обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, ознакомившись с отзывами на нее, заслушав присутствующих в судебном заседании лиц, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам указанной главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

В пунктах 5 и 6 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Таким образом, существо подозрительной сделки сводится к правонарушению, заключающемуся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Наличие специальных оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по смыслу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления № 63).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678, возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

Существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имели обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что производство по делу о банкротстве      должника возбуждено 06.04.2021. Договоры купли-продажи недвижимого имущества между должником и ФИО5 заключены 01.08.2018, 03.08.2018 и 20.11.2018, договоры между ФИО5 и ФИО6 – 13.06.2019 и 21.06.2019, то есть в течение трех лет до принятия заявления о банкротстве.

Судами на основании данных налогового органа установлено, что доходы      ФИО5 за период с 2015 по 2018 год до вычета НДФЛ составили 269 423 рубля       20 копеек, на момент заключения договоров купли-продажи ФИО5 не обладал статусом индивидуального предпринимателя. При этом по договорам ФИО5 должен был заплатить должнику в общей сложности 3 900 000 рублей. 

Относительно финансового положения ФИО6 от уполномоченного органа поступил ответ, в котором указано на отсутствие сведений об уплаченных налогах на доходы физического лица, в качестве индивидуального предпринимателя ФИО6 не зарегистрирован, что свидетельствует об отсутствии у ФИО6 каких-либо доходов, за счет которых возможно приобретение объектов недвижимости.

При таких обстоятельствах суды пришли к верному выводу об отсутствии у  ФИО5 и ФИО6 денежных средств для приобретения спорных объектов по указанной в договорах купли-продажи цене.

Судебными инстанциями на основании приговора Хамовнического районного суда города Москвы от 25.03.2021 установлено, что первый покупатель в цепочке сделок – ФИО5 является родственником должника, который исполнял различные поручения ФИО3 В 2021 и 2022 году ФИО5 регулярно перечислял денежные средства в адрес супруги должника ФИО7 и подконтрольной ей организации. То есть, ФИО5 находился в фактическом подчинении должника.

Суды установили, что несмотря на формальный переход права собственности, ФИО6 через год после совершения сделок выдал ФИО5 доверенность от 02.07.2020 № 33/2-н/33-020-1-835, содержащую полномочия по распоряжению всеми спорными объектами, в том числе право получения денежных средств за ФИО6 Кроме того, ФИО5 регулярно исполняет обязательства ФИО6 по оплате электроэнергии по договору энергоснабжения в отношении Объекта-1.

Материалами дела подтверждено, что на счет ФИО5 регулярно поступают денежные средства от акционерного общества «Тандер» в качестве арендной платы по договорам от 01.01.2019, заключенным в отношении нежилого помещения, текущими собственниками которого являются ФИО6 (1/4 доли) и ФИО1 (3/4 доли).

Согласно выписке по счету ФИО5 с 2018 года по настоящее время он ежемесячно получает арендную плату от общества с ограниченной ответственностью «Фармпроспект Плюс», которое при оплате в назначении платежа ссылается на аренду помещения в Ставрово, где располагаются Объекты 3 и 4.

Таким образом, суды пришли обоснованно заключили, что ФИО6 является лишь формальным владельцем отчужденных должником объектов недвижимости, реальный контроль над которыми через ФИО5 осуществляет сам должник.

Судами первой и апелляционной инстанции принято во внимание, что должник отчуждал имущество в период, когда возникли риски обращения на него взыскания со стороны кредиторов, а в отношении самого должника расследовалось уголовное дело.

Из материалов дела № А11-7386/2018 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «АльфаСервис» следует, что ФИО3 контролировал деятельность данной организации и продал свои доли в Объектах 1-4 спустя менее двух месяцев после возбуждения дела о банкротстве; Объект 5 был продан спустя 8 дней после подачи в рамках указанного дела о банкротстве заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности. Определением Арбитражного суда Владимирской области от 30.08.2019 по делу № А11-7386/2018 ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства. 

Кроме того, ФИО3 проходил обвиняемым по уголовному делу                        № 11801450149002280, согласно приговору от 25.03.2021 по которому в июле 2018 года в отношении должника активно проводились следственные действия, а в августе 2018 года должник начал распродавать свое имущество. 

При таких обстоятельствах, суды пришли к выводу о ничтожности договоров купли-продажи недвижимого имущества, заключенных между ФИО3 и ФИО5 01.08.2018, 03.08.2018 и 20.11.2018, а также договоров купли продажи от 13.06.2019 и 21.06.2019, заключенных между ФИО5 и ФИО6

Выводы судебных инстанций относительно недействительности указанных договоров и номинальном статусе ФИО6 как собственника объектов заявителем кассационной жалобы не оспариваются.

В отношении договора купли-продажи от 17.09.2020, заключенного между номинальным собственником Объектов 3 и 4 ФИО6 и ФИО1, суды установили, что указанный договор с учетом положений пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации фактически является сделкой по отчуждению имущества должником в пользу ФИО1

Договор заключен в период подозрительности, установленный пунктом 1          статьи 61.2 Закона о банкротстве.

ФИО1 с 2008 года совместно с должником являлся сособственником нежилого помещения и земельного участка (Объектов 3 и 4).

На основании выписок из ЕГРН, договора купли-продажи и заключения о рыночной стоимости отчужденных долей в праве собственности на нежилое помещение и земельный участок суды установили, что кадастровая стоимость переданного должником имущества существенно (в 1,7 раза по информации договора купли-продажи и в 3,6 раз по информации выписок ЕГРН) превышает стоимость предусмотренной договором цены приобретения. Рыночная стоимость объектов выше цены договора в 2,6 раза. 

Кассатор в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил в материалы дела доказательств, опровергающих установленные судами фактические обстоятельства. 

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций правомерно признали договор купли-продажи долей в Объектах 3 и 4 от 17.09.2020 недействительной сделкой, совершенной при неравноценном встречном предоставлении, на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом судами принята во внимание правовая позиция, изложенная в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2022 № 305- ЭС21-21196 (2) и от 04.08.2022 305-ЭС21-21196 (5) об оценке действий лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже кадастровой и рыночной. В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица избавляются от имущества по заниженной цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего. Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника.

Выводы апелляционного суда о правомерности примененных судом первой инстанции последствий недействительности сделки и наличии у ФИО1 права на обращение с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника в случае фактического возврата имущества в конкурсную массу не противоречат положениям статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции. 

Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд кассационной инстанции не установил. 

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя. 

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом1 части 1), и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Владимирской области от 04.04.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2023 по делу № А11-1806/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 –              без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                             Ю.Б. Белозерова

 

Судьи                                                                                              Е.В. Елисеева

 

С.В. Ионычева