Арбитражный суд Краснодарского края

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А32-16208/2023

г. Краснодар

09 октября 2023 г.

Резолютивная часть решения объявлена 02 октября 2023 г.

Полный текст решения изготовлен 09 октября 2023 г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Ермоловой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кауфман И.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

ОБЩЕРОССИЙСКОЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ ОРГАНИЗАЦИИ «РОССИЙСКОЕ АВТОРСКОЕ ОБЩЕСТВО» (ИНН 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>).

о взыскании 160 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение, а также 5 800 руб. расходов по оплате госпошлины

 

при участии:

от истца: ФИО3, ФИО4

от ответчика и третьего лица: ФИО5 

 

УСТАНОВИЛ:

ОБЩЕРОССИЙСКАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ «РОССИЙСКОЕ АВТОРСКОЕ ОБЩЕСТВО» обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края к индивидуальному предпринимателю ФИО1 с требованиями о взыскании 160 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на музыкальные произведения, а также 5 800 руб. расходов по оплате госпошлины.

Определением от 15.08.2023 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО2, а также принято ходатайство истца об уточнение исковых требований в части адреса места совершения нарушения авторских прав – г. Геленджик, 

<

...>.

От МИФНС №21 по Краснодарскому краю поступил ответ по запросу суда.

Истец в судебном заседании настаивал на иске.

Представитель ответчиков в судебном заседании возражал, представил дополнительные пояснения. 

В судебном заседании 25.09.2023 г. объявлялся перерыв до 12 час. 20 мин. 02.10.2023 г., по окончании которого заседание продолжено в отсутствие сторон. 

Исследовав документы, и оценив в совокупности все представленные доказательства, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению в части ответчика ИП ФИО2 по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, 24 июля 2022 года в столовой «Удача» расположенной по адресу: Краснодарский край, Геленджик, 

<

...> (адрес, уточненный в порядке ст. 49 АПК РФ), представителем РАО был зафиксирован факт неправомерного использования музыкальных произведений, входящих в репертуар РАО, а именно: 

№ п/п

Название музыкального произведения

Автор (авторы) музыки/текста

Правообладатели

(Организации, управляющие

правами на коллективной

основе)

1

«Нас обрекла любовь на счастье»

ФИО6

ФИО7

ФИО8

ФИО7

ФИО7

АО «Юнайтед Мьюзик Групп»

2

«Не виноватая я»

ФИО9

ФИО10

ФИО9

3

«Айсберг»

ФИО11

ФИО12

ФИО11

ФИО12

4

«Голубка (Remix)»

ФИО13

ФИО13

5

«С Днём рождения»

ФИО14

ФИО7

ООО «Ворнер Чапелл»

ФИО7

 

6

«Белый снег»

ФИО15

АО «Юнайтед Мьюзик Групп»

7

«Дом хрустальный»

ФИО16

ФИО17

ФИО18

8

«Белая ночь»

ФИО19

ФИО20

ФИО19

ФИО20

            Указанные в таблицах произведения были установлены в результате расшифровок записей контрольных прослушиваний, осуществленных специалистом, имеющим необходимое, высшее музыкальное образование.

Претензия истца от 31.10.2022 г., направленная в адрес ответчика - ИП ФИО1 с требованием выплатить компенсацию за бездоговорное исполнение музыкальных произведений, была оставлена ответчиком без ответа, что послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ИП ФИО1 ссылается на то, что предпринимательскую деятельность по адресу: Краснодарский край, Геленджик, 

<

...>, никогда не осуществляла, свидетельство о постановке на налоговой учет, вывешенное в уголке потребителя и зафиксированное на видеозаписи в столовой, принадлежащей ИП ФИО2, могли ошибочно перепутать, и иск предъявлен к ненадлежащему ответчику.

Как был указано выше, определением от 15.08.2023 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО2.

Ответчики полагают, что видеозапись не подтверждает факта воспроизведения музыкальных произведений из технического средства (телевизора и колонки), находящегося в столовой «Удача» и принадлежащего владельцу столовой – ФИО2, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований просят отказать.

При рассмотрении дела и разрешении данного спора арбитражный суд полагает исходить из следующего.

Согласно пункту 5 статьи 1242 Гражданского кодекса Российской Федерации организация по управлению правами на коллективной основе вправе от имени правообладателей или от своего имени предъявлять требования в суде, а также совершать иные юридические действия, необходимые для защиты прав, переданных ей в управление на коллективной основе.

В соответствии с п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Пленум № 10) организации, осуществляющие коллективное управление авторскими и смежными правами (далее - организации по управлению правами), в соответствии с полномочиями, предоставленными им правообладателями, заключают с пользователями лицензионные договоры о предоставлении им прав, переданных в управление правообладателями, на соответствующие способы использования объектов авторских и смежных прав на условиях простой (неисключительной) лицензии и собирают с пользователей вознаграждение за использование этих объектов. В случаях, если объекты авторских и смежных прав в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации могут быть использованы без согласия правообладателя, но с выплатой ему вознаграждения, организации по управлению правами на коллективной основе заключают с пользователями, иными лицами, на которых Гражданским кодексом Российской Федерации возлагается обязанность по уплате средств для выплаты вознаграждения, договоры о выплате вознаграждения и собирают средства на эти цели (пункт 1 статьи 1243 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 18 Пленума № 10, исходя из положений статей 1242, 1245 ГК РФ, организация по управлению правами может выступать в суде как от имени конкретных правообладателей, так и от своего имени. По смыслу пункта 5 статьи 1242 ГК РФ, предъявляя требования в суде, а также совершая иные юридические действия, необходимые для защиты прав, переданных в управление организации по управлению правами, эти организации действуют в защиту прав лиц, передавших полномочия на управление правами.

Не является обращением от имени неопределенного круга правообладателей предъявление аккредитованной организацией в суд требований в связи с использованием конкретных объектов авторских и смежных прав в случае, когда конкретный правообладатель может быть установлен (определен), в частности требования о взыскании вознаграждения авторам музыкальных произведений (с текстом или без текста), использованных в аудиовизуальном произведении, в случае публичного исполнения либо сообщения в эфир или по кабелю такого аудиовизуального произведения (пункт 3 статьи 1263 ГК РФ), о применении мер ответственности за нарушение исключительного права.

При обращении в суд от имени конкретного правообладателя организация по управлению правами пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца (часть 4 статьи 53 АПК РФ). Истцами по делу являются обладатели авторских и (или) смежных прав, в защиту интересов которых обратилась организация (статьи 1252, 1301, 1311 ГК РФ), в силу факта обращения организации по управлению правами в суд. Им принадлежат процессуальные права, предусмотренные статьей 41 АПК РФ (п. 19 Пленума № 10).

С 15.08.2013 г. в соответствии с Приказом Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в области охраны культурного наследия № 1165 от 15.08.2013 и свидетельством о государственной аккредитации организации по управлению правами на коллективной основе № МК-01/13 от 23.08.2013, Российское Авторское Общество является аккредитованной организацией в сфере коллективного управления - управление исключительными правами на обнародованные музыкальные произведения (с текстом или без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений в отношении их публичного исполнения.

В соответствии с подпунктом 6 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности: публичное исполнение произведения, то есть представление произведения в живом исполнении или с помощью технических средств (радио, телевидения и иных технических средств), а также показ аудиовизуального произведения (с сопровождением или без сопровождения звуком) в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, независимо от того, воспринимается произведение в месте его представления или показа либо в другом месте одновременно с представлением или показом произведения.

В Определении Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 № 1679-О-О указано, что подпункт 6 пункта 2 статьи 1270 ГК Российской Федерации, предусматривающий исключительное право автора произведения или иного правообладателя на использование произведения способом публичного исполнения, направлен на реализацию положений статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации, статьи 11 (1) Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений, пункта 1 статьи IV bis Всемирной конвенции об авторском праве (пересмотренной в Париже 24 июля 1971 года).

В пункте 4 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015, указано, что сообщением в эфир или по кабелю, то есть сообщением произведения для всеобщего сведения (включая показ или исполнение) по радио или телевидению, является как прямая трансляция произведения из места его показа или исполнения, так и неоднократное сообщение произведения для всеобщего сведения, которые производятся теле- или радиокомпанией в соответствии с условиями заключенного между ней и правообладателем или организацией по управлению правами на коллективной основе лицензионного договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 93 Пленума № 10 лицом, осуществляющим публичное исполнение произведения, является юридическое или физическое лицо, организующее публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, то есть лицо, которое берет на себя инициативу и ответственность за проведение соответствующего мероприятия.

Именно это лицо должно заключить договор о предоставлении ему права на публичное исполнение произведения с правообладателем или организацией по управлению правами на коллективной основе и выплачивать полагающееся вознаграждение.

Подтверждением права РАО на обращение в суд с требованием о взыскании компенсации за бездоговорное публичное исполнение музыкальных произведений иностранных авторов является Свидетельство о государственной аккредитации организации по управлению правами на коллективной основе № РОК-01/08 от 24.12.2008 и Свидетельство о государственной аккредитации № МК-01/13 от 23.08.2013, представление в силу действующего законодательства РФ каких-либо дополнительных документов не требуется.

Как разъяснено в п. 55 Пленума № 10 при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет». Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

В подтверждение факта исполнения спорных музыкальных произведений в заведении ответчиков - столовой «Удача» по адресу: Краснодарский край, Геленджик, 

<

...>, истцом в материалы дела представлены: 

- видеозапись, произведенная 24.07.2022 г. и зафиксировавшая факт публичного исполнения вышеуказанных музыкальных произведений в указанном заведении;

- кассовый чек от 24.07.2022 г. (ИП ФИО2 ИНН 

<

***>), полученный представителем РАО за оказанные ему услуги в заведении, который также зафиксирован на видеосъемке;

- скриншот фото уголка потребителя (на данном скриншоте имеются сведения об ответчике - ФИО1, ее ИНН, ОГРН, хронометраж файла – 28 мин. 18 сек.);

- акт расшифровки записи музыкальных произведений (копия акта, DVD диск с видеозаписью фиксации акта публичного исполнения музыкальных произведений).

Суд, исследовав видеозапись, в которой зафиксирован факт контрольного прослушивания, пришел к выводу, что источником звука являлась акустическая система у телевизора, размещенная в помещении, где выдан вышеуказанный чек от 24.07.2022 г., на котором содержатся идентификационные сведения ответчика – ИП ФИО2 ИНН 

<

***>.

Видеозапись фиксации факта публичного исполнения музыкальных произведений непрерывна. 

Доводы ответчиков о том, что видеозапись не подтверждает факта воспроизведения музыкальных произведений из технического средства (телевизора и колонки), находящегося именно в столовой «Удача» судом признается несостоятельным и отклоняется.

Факт воспроизведения музыкальных произведений в помещении столовой «Удача» подтверждается представленными в материалы дела доказательствами. 

По смыслу п. 6 ч. 2 ст. 1270 ГК РФ в предмет доказывания по заявленному иску не входит определение источника звука и установление воспроизводящего звук технического устройства, равно как и принадлежность такого устройства, в связи с чем довод ответчика о недоказанности факта принадлежности ему оборудования, из которого осуществлялась трансляция музыкального произведения, не принимается. 

При этом указание ответчика на то, что музыкальные произведения могли воспроизводиться от находящихся рядом заведений, в том числе аквапарка GoodZone, является предположительным и опровергается содержанием видеозаписи, на которой зафиксированы размещенные в столовой колонки.

Видеозапись содержит в себе следующие значимые для дела сведения и обстоятельства, согласно ее хронометража:

- с 00:00 - представитель РАО начинает видеосъемку с осуществлением обзором вывески с наименованием столовой - «Удача», плаката с рекламой коктейлей с мороженным и прилегающих объектов, позволяющих определить заведение Ответчика на местности, а также определят дату и время музыка; проведения проверки и сопровождает это соответствующим пояснением. В это время отчетливо звучит музыка;

- с 01:18 - представитель РАО фиксирует табличку с адресом заведения Удача, сопровождая пояснением;

- с 01:24 - представитель РАО входит в заведение Ответчика, справа видены аттракционы аквапарка, последний при этом двигается влево (в другую от аквапарка сторону) и звук музыки по мере его продвижения становится громче. Исходя из качества звучания музыки, ее громкости и объемности она звучит именно в помещении заведения Ответчика и такого рода звучание исключает проигрывание с посторонних источников;

- с 01:48 по 02:04 - представитель РАО фиксирует телевизор с подключенной к нему акустической колонкой, во время нахождения рядом с которыми музыка звучит исключительно громко. Данное действие представитель РАО также сопровождает соответствующим пояснением;

- с 06:00 - работник заведения Ответчика озвучивает стоимость заказа - 153 рубля;

- с 06:14 - представитель РАО просит предоставить ему чек и работник заведения Ответчика ему его предоставляет. При общении представителя РАО с работником заведения Ответчика очень громко звучит музыка, на звучание которой реакция со стороны персонала Ответчика отсутствует;

- с 06:40 - представитель РАО занимает столик в заведении Ответчика, при этом качество звука музыки, ее громкость, объемность, позволяют сделать однозначный вывод о том, что она звучит именно в заведении Ответчика и исключает проигрывание из сторонних источников;

- с 06:58 - представитель РАО осматривает кассовый чек, согласно которому предпринимательскую деятельность в указанном заведении осуществляет ИП ФИО2 по адресу: Краснодарский край, Архипо-Осиповка, 

<

...> торговый ряд Негоциант. Установленный адрес проведения проверки противоречит информации, указанной в кассовом чеке. При этом в данном чеке верно указана стоимость заказа - 153 рубля;

- с 27:55 - представитель РАО осуществляет движение от источника звука, расположенного в противоположной стороне от аквапарка, звук при этом становится тише;

- с 28:11 - представитель РАО осуществляет видеосьемку уголка потребителя, согласно которому предпринимательскую деятельность в рассматриваемом заведении осуществляет ИП ФИО21 3.А.;

- с 28:27 - представитель РАО выходит из заведения ответчика и звук музыки становится тише:

- с 28:34 - представитель РАО фиксирует табличку с адресом заведения Ответчика, сопровождая пояснением;

- с 29:01 - фиксация даты и времени окончания проведения проверки.

Доводы ответчиков том, что в спорном помещении отсутствует музыкальное сопровождение, судом отклоняется, поскольку из видеозаписи явно усматривается, что телевизор с акустической колонкой, зафиксированный представителем РАО, подключен к электрической сети ответчика, обеспечивает звучание музыки на площади всего большого помещения заведения ответчика, а при нахождении рядом с ними музыка звучит особенного громко и отчетливо.

Качество звука, его громкость позволяют сделать вывод о невозможности его обеспечения с помощью сторонних устройств, а также вопреки воли ответчика.

Также представленной в суд видеозаписью зафиксирован персонал заведения ответчика и диалоги представителя РАО с работником ответчика, в ходе которого громко звучит музыка и реакция со стороны персонала заведения ответчика на данное обстоятельство отсутствует.

Таким образом, исходя из имеющихся в материалах дела доказательств в совокупности, суд считает, что истцом доказан факт использования спорных музыкальных произведений в указанном заведении.

С целью установления лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность по адресу: Краснодарский край, Геленджик, 

<

...>, суд определением от 15.08.2023 г. запросил у МИФНС №21 информацию о контрольно-кассовой технике зарегистрированной по вышеуказанному адресу.

Согласно ответу МИФНС №21 по Краснодарскому краю предпринимательскую деятельность в столовой «Удача» по адресу: Краснодарский край, Геленджик, 

<

...> в спорный период, осуществляла - ФИО2.

Доказательств того, что продажу осуществил ответчик – ИП ФИО1, в материалы дела не представлено.

В отзыве на исковое заявление ответчик ИП ФИО2 пояснила, что чек на сумму 153 руб. за оказанные услуги питания в столовой «Удача» был выдан с терминала № 24801369.

Согласно акту принятия оказанных услуг № 49956242 от 08 мая 2022 г., ФИО2 для осуществления безналичных платежей ООО «Сбербанк-сервис» установил автономный терминал с идентификационным номером 24801369.

B 2022 году в торговом ряду Негоциант ИП ФИО2, также оказывала услуги по продаже продовольственных товаров, что подтверждается договором субаренды №04/2022 от 26 апреля 2022 года и письмом ООО «Негоциант» исх. № 4 от 26 апреля 2023 г., в связи с чем банк, устанавливая терминал для безналичной оплаты в столовой «Удачи» по ул. Красных партизан, 59, ошибочно зарегистрировал его по адресу нахождения торгового ряда Негоциант.

Исходя из имеющихся в материалах дела доказательств в совокупности, суд считает, что истцом доказан факт неправомерного использования спорных музыкальных произведений ответчиком - ИП ФИО2

Использование музыкального произведения - объекта авторского права, в том числе при его публичном исполнении в отсутствие лицензионного договора, заключенного с правообладателем либо с РАО, неправомерно и влечет ответственность, предусмотренную статьей 1301 ГК РФ.

В материалах дела отсутствуют доказательства заключения ответчиком такого лицензионного договора.

Возможность нарушения исключительного авторского права не ставится законодателем в зависимость от способа публичного исполнения произведения, вида и места размещения, используемых для этого технических средств. Обстоятельством, имеющим значение для дела, является не определение источника звука и установление воспроизводящего звук технического устройства, а установление факта представления ответчиком произведения в живом исполнении или с помощью технических средств – публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи (подпункт 6 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ).

Соответственно, в силу вышеуказанных норм ст. 1270 ГК РФ и пункта 93 Пленума № 10 лицом, ответственным за осуществление публичного исполнения произведений в спорном помещении, является именно ответчик как лицо, осуществляющее в данном помещении предпринимательскую деятельность. 

Помещение, в котором осуществлялось публичное исполнение музыкальных произведений, использовалось ответчиком для оказания услуг общепита. Публичное исполнение в нем могло осуществляться исключительно при наличии воли ответчика, и звуковоспроизводящая аппаратура могла эксплуатироваться исключительно по воле ответчика.

Работники ответчика в момент фиксации правонарушения находились на рабочем месте, исполняли свои должностные обязанности, и ответчик должен был предпринять разумные и достаточные меры по исключению возможности неправомерного использования музыкальных произведений в принадлежащем ему столовой.

Более того, возможность нарушения исключительного авторского права не ставится законодателем в зависимость от способа публичного исполнения произведения, вида и места размещения, используемых для этого технических средств. 

Обстоятельством, имеющим значение для дела, является установление факта неправомерного публичного исполнения в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствует о наличии вины именно ответчика в нарушении исключительных прав на музыкальные произведения.

Согласно пункту 6 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 г. № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», компенсация подлежит взысканию с лица, нарушившего исключительное право на использование произведения, если оно не докажет отсутствие своей вины в этом нарушении.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим кодексом.

В силу статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Гражданским Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

В п. 61 Пленума № 10 разъяснено, что, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. 

Для подтверждения расчета и стоимости нарушенного права допускается представление данных о стоимости исключительного права, в том числе и из зарубежных источников. Организации по управлению правами в качестве одного из доказательств вправе привести ссылки на утвержденные ими ставки и тарифы в обоснование расчета взыскиваемой компенсации. Названные доказательства оцениваются судом по правилам об оценке доказательств и не имеют преимущества перед другими доказательствами.

В соответствии с п. 62 Пленума № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. 

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Размер компенсации в сумме 20 000 руб. за одно музыкальное произведение рассчитан истцом исходя из бездоговорного использования одного произведения на основании постановления Авторского Совета РАО № 5 от 24.04.2014г., которым установлено, что за нарушение исключительного права на произведение размер компенсации должен рассчитываться: при использовании одного произведения из репертуара РАО - 20 000 руб., в том числе музыкального произведения с текстом или без текста, независимо от количества авторов.

Ответчик в дополнительном отзыве на исковое заявление, в случае удовлетворения судом исковых требований, заявил ходатайство о снижении размера компенсации до 10 000 руб. за каждое музыкальное произведение.

Вместе с тем, ответчиком не представлены допустимые и относимые доказательства, свидетельствующие о необходимости снижения размера компенсации ниже размера, заявленного истцом. 

Следует принять во внимание тот факт, что зафиксированные произведения, исключительные права авторов на которые были нарушены, являются популярными и широко известными публике.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что рассматриваемое нарушение не являлось существенной частью деятельности ответчика.

Как следует из содержания п. 2 ст. 248, п. 8 ст. 250 Налогового кодекса Российской Федерации, к доходам относятся доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав и внереализационные доходы. Внереализационными доходами налогоплательщика признаются, в частности, доходы в виде безвозмездно полученного имущества (работ, услуг) или имущественных прав.

Основной целью предпринимательской деятельности является извлечение дохода (ст.2 ГК РФ). При бездоговорном использовании чужой интеллектуальной собственности, происходит «экономия» организацией денежных средств за счет не приобретения прав на использование произведения в законном порядке.

Использование музыкального сопровождения в сфере общественного питания служит для создания благоприятной обстановки, привлечения клиентов и, следовательно, увеличения прибыли ответчика, в связи с чем, музыкальное сопровождение, при оказании ответчиком указанных услуг населению, является существенной частью его деятельности.

Таким образом, ответчиком представленный истцом расчет размера компенсации не опровергнут.

Оценив по правилам ст. 71 АПК РФ представленные в материалы дела документы и доказательства, суд, принимая во внимание, что ответчиком не представлены доказательства правомерности публичного исполнения спорных музыкальных произведений, с учетом количества публичного исполнения музыкальных произведений, исходя из сложившейся судебной практики, а также учитывая, что ответчик не предпринимал мер к досудебному восстановлению нарушенных прав, приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации за нарушение исключительных авторских прав за каждый случай бездоговорного использования музыкального произведения по 20 000 руб.

Аналогичный подход к определению компенсации за неправомерное исполнение музыкальных произведений, входящих в репертуар РАО, определен в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 июня 2019 г. по делу № А53-38215/2018.

Как разъяснено в п. 23 Пленума № 10, в случае если по иску организации по управлению правами (в том числе аккредитованной организации) о взыскании убытков или компенсации за нарушение интеллектуальных прав конкретного правообладателя, о взыскании вознаграждения в пользу конкретного правообладателя заявленные требования удовлетворены, суд указывает в резолютивной части судебного акта на взыскание соответствующей суммы в пользу этого правообладателя, а также на то, что от его имени действует данная организация по управлению правами. В исполнительном листе при изложении резолютивной части судебного акта правообладатель, в защиту прав которого был подан иск, также указывается в качестве лица, в пользу которого производится взыскание, а организация по управлению правами, осуществлявшая процессуальные права и обязанности истца, - в качестве взыскателя.

Если заявленные требования удовлетворены, судебные расходы, понесенные организацией по управлению правами, взыскиваются в ее пользу. Названная организация указывается в качестве взыскателя в отношении данной суммы в выдаваемом ей исполнительном листе.

При таких обстоятельствах, суд считает необходимым удовлетворить исковые требования РАО, взыскать с ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу правообладателей в лице РАО 160 000 руб. компенсации за неправомерное использование произведений.

В силу положений ст. 1, 11 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации условием предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, является установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, а также факта его нарушения непосредственно ответчиком.

Исследовав представленные доказательства, суд приходит к выводу о недоказанности истцом факта нарушения ответчиком – ИП ФИО1  исключительных прав на вышеуказанные объекты интеллектуальной собственности. 

Один лишь факт фиксации уголка потребителя с размещенными сведениями об  ФИО1 (ИНН, ОГРН) сам по себе не может являться достаточным доказательством данного обстоятельства.

Предъявление иска к ненадлежащему ответчику является самостоятельным основанием для отказа в иске. 

При указанных обстоятельствах, в удовлетворении исковых требований к ИП ФИО1 следует отказать, как предъявленных к ненадлежащему ответчику.

Расходы по оплате госпошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца – РАО.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>) в пользу правообладателей в лице ОБЩЕСТВЕННОЙ ОРГАНИЗАЦИИ «РОССИЙСКОЕ АВТОРСКОЕ ОБЩЕСТВО» (ИНН 

<

***>) 160 000 руб. компенсации за неправомерное использование произведений, в том числе:

- в пользу правообладателей ФИО7 и АО «Юнайтед Мьюзик Групп» 20 000 руб. компенсации за неправомерное использование произведения «Нас обрекла любовь на счастье»,

- в пользу правообладателя ФИО9 20 000 руб. компенсации за неправомерное использование произведения «Не виноватая я»,

- в пользу правообладателей ФИО11 и ФИО12 20 000 руб. компенсации за неправомерное использование произведения «Айсберг»,

- в пользу правообладателя ФИО13 20 000 руб. компенсации за неправомерное использование произведения «Голубка (Remix)»,

- в пользу правообладателя ООО «Ворнер Чапелл» 20 000 руб. компенсации за неправомерное использование произведения «С Днём рождения»,

- в пользу правообладателя АО «Юнайтед Мьюзик Групп» 20 000 руб. компенсации за неправомерное использование произведения «Белый снег»,

- в пользу правообладателей ФИО17 и ФИО18 20 000 руб. компенсации за неправомерное использование произведения «Дом хрустальный»

- в пользу правообладателей ФИО19 и ФИО20 20 000 руб. компенсации за неправомерное использование произведения «Белая ночь».

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>) в пользу ОБЩЕСТВЕННОЙ ОРГАНИЗАЦИИ «РОССИЙСКОЕ АВТОРСКОЕ ОБЩЕСТВО» (ИНН 

<

***>) 5 800 руб. расходов по уплате госпошлины.

В удовлетворении исковых требований к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>) отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок от даты его принятия через Арбитражный суд Краснодарского края.

 

Судья                                                                                                          Н.А. Ермолова