Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №

А40-22783/2020-146-168

02 июля 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 25 июня 2020 года

Решение в полном объеме изготовлено 02 июля 2020 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Председательствующего судьи

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Государственного бюджетного учреждения культуры города Москвы «Московский театр «ET CETERA» под руководством ФИО3» (101000, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата регистрации: 18.10.2002, ИНН: 

<

***>)

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г. Москве (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, юридический адрес: 107078, 

<

...>),

третьи лица:  Индивидуальный предприниматель ФИО4, 

АО «ЕЭТП»,

о признании незаконными решения и предписания Московского УФАС России от 17.12.2019 по делу № 077/07/00-17591/2019, 

при участии: от заявителя – Терехин А.В. (Паспорт, Доверенность от 28.02.2019, Диплом); от заинтересованного лица – Мамедова И.А. (Удостоверение № 20952, Доверенность 03-27 от 22.05.2020, Диплом); от третьих лиц – не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Государственное бюджетное учреждение культуры города Москвы «Московский театр «ET CETERA» под руководством ФИО3» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г. Москве о признании незаконным решения и предписания Московского УФАС России от 17.12.2019 по делу № 077/07/00-17591/2019.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены ИП ФИО4, АО «ЕЭТП».

Представитель заявителя в судебное заседание явился, поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в заявлении.

Представитель заинтересованного лица в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным  в письменном отзыве.

Третьи лица в судебное заседание не явились, в материалах дела имеются документы, подтверждающие их надлежащее извещение о времени и месте судебного разбирательства. Суд посчитал возможным рассмотреть дело без участия третьих лиц в порядке, предусмотренном ст.156 АПК РФ.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в заявлении, в возражениях на него, заслушав представителей заявителя и заинтересованного лица, оценив на основании ст. 71 АПК РФ материалы дела в их совокупности и взаимосвязи по своему внутреннему убеждению, суд признал заявление не подлежащим удовлетворению, ввиду следующего.

В соответствии со ст. 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов и действий государственных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта, оспариваемых действий и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт и действия права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Таким образом, в круг обстоятельств подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействий) госорганов входит проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативно-правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя.

Срок на обжалование, установленный части 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Заявителем соблюден.

Как следует из материалов дела, Управлением Федеральной антимонопольной службы по г. Москве на основании жалобы ИП ФИО4 на действия заказчика было возбуждено дело №077/07/00-17591/2019 о нарушении процедуры торгов и заключения договоров.

По результатам рассмотрения материалов дела ответчиком 17.12.2019 вынесено Решение по делу №077/07/00-17591/2019 о нарушении процедуры торгов и заключения договоров о признании в действиях заказчика нарушения п.2 ч.1 ст.3, п.13, п.14 ч.10 ст.4 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц».

На основании указанного решения Заявителю выдано Предписание по делу №077/07/00-17591/2019 о нарушении процедуры торгов и заключения договоров от 17.12.2019 об устранении допущенных нарушений.

Посчитав указанные Решение и Предписание, незаконными, заявитель обратился с настоящим заявлением в суд.

В обоснование заявленных требований заявитель указывает на то, что вынесенные решение и предписание создают преференции для подателя жалобы, поскольку ИП ФИО4 не подавал заявку на участие в закупке, кроме того заказчик полагает, что положения закупочной документации содержат законные и обоснованные критерии оценки и сопоставления заявок, а выводы антимонопольного органа о том, что критерий «Срок существования участника закупки» нарушает положения действующего законодательства, безосновательны.

Кроме того, заявитель полагает, что в его действиях отсутствует нарушение основополагающих принципов законодательства о закупках, поскольку спорные требования предъявляются в равной мере ко всем участникам закупочной процедуры.

В то же время заявитель указывает, что контрольный орган безосновательно посчитал, что порядок оценки по критерию «Обеспеченность трудовыми ресурсами», «Опыт участника закупки» является необъективной, поскольку указанные критерии позволяют выявить заказчику участника с необходимым количеством трудовых ресурсов.

Одновременно заявитель ссылается на то, что антимонопольный орган вышел за пределы предоставленных ему полномочий, поскольку провел проверку закупочной документации по основаниям, не указанным в тесте жалобы третьего лица.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд руководствуется следующим.

Как следует из материалов дела, в антимонопольный орган поступила жалоба ИП ФИО4 (далее - податель жалобы, третье лицо) на действия заказчика при проведении открытого запроса предложений в электронной форме на право заключения договора на оказание услуг по комплексному обслуживанию зрителей на мероприятиях, проводимых в Государственном бюджетном учреждении культуры города Москвы «Московский театр «ЕТ CETERA» под руководством ФИО3» (реестровый № 31908601531), выразившиеся в необоснованном установлении в документации определённых критериев оценки заявок участников.

Оспариваемым решением поданная жалоба признана обоснованной, в действиях заказчика установлено нарушение п. 2 ч. 1 ст. 3, п. п. 13, 14 ч. 10 ст. 4 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее — Закон о закупках) ввиду необоснованности установления в аукционной документации критериев оценки заявок по показателям: «Срок существования участника закупки на рынке оказания услуг», «Обеспеченность трудовыми ресурсами предлагаемых для оказания услуг», а также «Опыт участника закупки». На основании упомянутого решения заявителю антимонопольным органом выдано обязательное к исполнению предписание об устранении выявленных нарушений путем отмены составленных в ходе проведения закупочной процедуры протоколов, назначении новых дат рассмотрения заявок и подведения итогов, внесения изменения в документацию, осуществлению оценки заявок участников в соответствии с решением контрольного органа.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и принявшего оспариваемые ненормативные правовые акты, определены ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, ст. 17, ч. 1 ст. 18.1, п. 3.1 ч. 1 ст. 23 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции), п. 5.3.2.8 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331.

Одним из процессуальных поводов для обращения с жалобой в антимонопольный орган является осуществление заказчиком закупки с нарушением требований Закона о закупках и (или) порядка подготовки и (или) осуществления закупки, содержащегося в утвержденном и размещенном в единой информационной системе положении о закупке такого заказчика (п. 1ч. 10 ст. 3 Закона о закупках).

К числу основных принципов закупочной деятельности Закон относит информационную открытость закупки, равноправие, справедливость, отсутствие дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки,  целевое  и экономически эффективное расходование денежных средств  на приобретение товаров, работ, услуг (с учетом при необходимости стоимости жизненного цикла закупаемой продукции) и реализацию мер, направленных на сокращение издержек заказчика, отсутствие ограничения допуска к участию в закупке путем установления неизмеряемых требований к участникам закупки (ч. 1 ст. 3 Закона о закупках).

Соблюдение заказчиком основных принципов Закона о закупках предполагает неукоснительное соблюдение прав участников в любой сфере правоотношений, в том числе при формировании документации, при допуске заявок, при их оценке, при заключении договора.

В этой связи предметом обжалования в антимонопольном органе, помимо случаев, предусмотренных п. п. 3-6 ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, могут являться любые отступления заказчика (организатора торгов) от установленных названным законом принципов закупочной деятельности, то есть, по существу такие действия, которые осуществлены вразрез с целями и положениями Закона о закупках и нарушают права участника. Соответственно, антимонопольный орган вправе установить в действиях заказчика любые нарушения, связанные с отступлением от упомянутых принципов, предусмотренных Законом о закупках.

Из материалов дела усматривается, что жалоба третьего лица была мотивирована несогласием с установленными критериями оценки заявки в закупочной документации, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что жалоба отвечала ч. 10 ст. 3 Закона о закупках.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что принятые акты вынесены органом в пределах его компетенции.

Материалами дела подтверждается, что заявителем проводился открытый запрос предложений в электронной форме на право заключения договора на оказание услуг по комплексному обслуживанию зрителей на мероприятиях, проводимых в Государственном бюджетном учреждении культуры города Москвы «Московский театр «ЕТ CETERA» под руководством ФИО3» (реестровый № 31908601531).

Не согласившись с порядком критериев оценки, полагая, что такой порядок был необъективен, в частности, по показателям «Опыт участника закупки», «Срок существования участника закупки», «Обеспеченность трудовыми ресурсами», третье лицо обратилось с соответствующей жалобой в контрольный орган.

Из материалов дела следует, что упомянутая жалоба поступила в антимонопольный орган до окончания срока подачи заявок на участие в закупках - 09.12.2019, в связи с чем была правомерно рассмотрена антимонопольным органом в пределах предоставленных ему полномочий.

По мнению суда, выводы антимонопольного органа о наличии вмененного нарушения являются правомерными и обоснованными.

Как следует из материалов дела, заказчик указывает на то, что положения закупочной документации содержат законные и обоснованные критерии оценки и сопоставления заявок, при этом, в его действиях отсутствует нарушение основополагающих принципов законодательства о закупках, поскольку спорные требования предъявляются в равной мере ко всем участникам закупочной процедуры, а указанные критерии позволяют выявить заказчику участника с необходимым количеством трудовых ресурсов.

Вместе с тем, суд отмечает, что заказчиком не учтено следующее.

Согласно п. 2.1 Порядка оценки и сопоставления предложений на участие в запросе предложений, квалификация участников закупки, в том числе наличие у них основных финансовых ресурсов, принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании, опыта работы, связанного с предметом договора, и деловой репутации, специалистов и иных работников определенного уровня квалификации, является нестоимостным критерием оценки со значимостью 40%. Кроме того, при оценке заявок по данному критерию признается предложение участника запроса предложений, набравшего наибольшее количество баллов по данному критерию.

Суд отмечает, что из критерия «Обеспеченность трудовыми ресурсами предлагаемых для оказания услуг» следует, что заказчиком будет оцениваться предложение участника о количестве сотрудников, которые будут привлечены к оказанию услуг при исполнении договора. При этом, заказчик указывает, что указанное предложение участника должно быть подтверждено сведениями о количестве персонала в организации участника, привлекаемого для оказания услуг по предмету запроса предложений, в том числе выпиской из штатного расписания, копиями гражданско - правовых договоров.

В соответствии с документацией заказчиком установлен следующий порядок оценки: количество баллов, присуждаемых по показателю (НЦБi), определяется по формуле: НЦБi = КЗ х 100 х (Ki / К max ), где: КЗ - коэффициент значимости показателя Ki - предложение участника закупки, заявка (предложение) которого оценивается; Кmах - максимальное предложение из предложений по показателю оценки, сделанных участниками закупки. Максимальная оценка по показателю составляет 10 баллов.

Как следует из материалов дела, антимонопольным органом установлено, что в документации не отображено, какое количество баллов может быть присвоено участнику исходя из его предложения, а лишь указано максимальное количество баллов без промежуточных значений, что не позволяет участникам понять, какое максимальное или минимальное количество баллов они могут получить, подавая определенно сформированную заявку. 

Кроме того, такие выводы антимонопольного органа подтверждаются протоколом оценки заказчика от 13.12.2019, в котором заявка второго участника набрала наименьшее количество балов по указанному критерию, однако количество предлагаемых трудовых ресурсов участника полностью соответствовало требованиям технического задания.

Суд отмечает, что право заказчика устанавливать собственные критерии оценки не является безусловным и безграничным и оканчивается тогда, когда вместо выбора наилучшего контрагента по объективным показателям такое право используется для целей искусственного сокращения количества участников закупки, для обеспечения победы конкретному хозяйствующему субъекту. 

В этом случае действия организатора закупки приобретают характер злоупотребления правом, не подлежащего судебной защите в силу ч. 2 ст. 10 ГК РФ.

Установление оценки критерия «Опыт участника по успешной поставке товаров, выполнению работ и оказанию услуг сопоставимого характера и объема», вопреки доводам заявителя также не имеет четкого обоснования, на какое максимальное количество баллов может претендовать участник, подавая определенную заявку с приложенными договорами, на сумму, превышающую или не превышающую 3 000 000 руб. 

При этом, из материалов дела следует, что контрольным органом установлено, что заказчиком в аукционной документации не установлено предельное значение суммы договоров, которые могут быть представлены в составе заявки по указанному критерию. Отсутствие такого предельного значения, а также неуказание градации присвоения баллов по данному критерию привели к необоснованному присвоению первому участнику проводимой процедуры наибольшего количества баллов, поскольку им были представлены договоры на сумму, превышающую 100 000 000 руб., хотя как следует из содержания протокола подведения итогов 13.12.2019 вторым участников, помимо подтверждения опыта оказываемых услуг на сумму 2 545 630 руб., было предложено также и наименьшее ценовое предложение. 

Следовательно, установление необъективного критерия оценки по показателю «Опыт участника по успешной поставке товаров, выполнению работ, оказанию услуг сопоставимого характера и объема» приводит к нерациональному распределению баллов и не отвечает основным принципам закупочной деятельности, поскольку присваивая наибольшее количество баллов по данному критерию, в дальнейшем приводящее к победе участника, заказчик будет вынужден заключать договор по невыгодной цене.

Суд также отклоняет доводы заявителем в части установления в закупочной документации порядка оценки критерия «Срок существования участника закупки на рынке оказания услуг» по следующим основаниям.

Вышеупомянутый критерий раскрывает предложение участника о сроке существования участника закупки на рынке оказания услуг по обслуживанию зрителей на мероприятиях в учреждениях культуры, а именно: оценивается количество полных лет, начиная с даты регистрации юридического лица, индивидуального предпринимателя, подтверждающееся выпиской из ЕГРЮЛ/ЕГРИП; для физического лица - договором с наиболее ранней датой заключения договора по предмету запроса предложений.

Шкала оценки по показателю следующая: оценка равная 0 по показателю присваивается участнику запроса предложений, в составе заявки которого не представлены документы, подтверждающие срок существования участника закупки на рынке оказания услуг, либо если представленные сведения имеют двойное толкование, либо если все представленные документы нечитабельны; оценка в 50 по показателю присваивается участнику запроса предложений, в составе заявки которого представлены документы, подтверждающие срок существования участника закупки на рынке оказания услуг не более 5 лет; оценка в 100 по показателю присваивается участнику запроса предложений, в составе заявки которого представлены документы, подтверждающие срок существования участника закупки на рынке оказания услуг более 5 лет. При этом, количество баллов, присуждаемых по данному показателю, рассчитывается путем умножения полученной участником закупки оценки по шкале на коэффициент значимости критерия оценки (коэффициент значимости (КЗ) = 0,2).

Так, лицо зарегистрированное ранее может не вести определенный период свою хозяйственную деятельность и не заключать контракты на выполнение услуг по аналогичному предмету проводимой закупки, что однозначно свидетельствует о необоснованности установления указанного критерия. Контрольным органом установлено, что оценка заявок по данному критерию всецело не отвечает принципу равноправия участников закупки, поскольку присваивая определенное количество баллов участнику лишь по первоочередности его образования, как юридического лица или индивидуального предпринимателя, невозможно подтвердить квалифицированность, опытность и добросовестность участника.

В настоящем случае, заказчику при выборе потенциального контрагента стоило руководствоваться методикой отбора лучшего контрагента по иным показателям, отвечающим законодательно установленным принципам, определяющим компетентность, готовность лица исполнить контракт в полном объеме и надлежащего качества.

В соответствии с ч. 1 ст. 2 Закона о закупках при закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, названным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принятыми в соответствии с ними и утвержденными с учетом положений ч. 3 упомянутой нормы правовыми актами, регламентирующими правила закупки.

Таким образом, положение о закупках не является единственным правовым актом, регламентирующим деятельность заказчиков.

В этой связи право заказчиков устанавливать особенности проведения закупочных процедур не освобождает их от необходимости соблюдения действующего законодательства, прав и законных интересов участников как более слабой стороны в правоотношениях.

Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (ч. 1 ст. 1 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках при закупке товаров, работ, заказчики руководствуются принципами равноправия, справедливости, отсутствия дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки.

Учитывая наличие в рассматриваемых правоотношениях и публично-правовых элементов, действующее законодательство предъявляет к заказчику повышенные требования при проведении закупочных процедур.

Поскольку положение о закупках не является нормативным правовым актом (его законность не презюмируется), суд приходит к выводу о том, что оно должно применяться в той мере, в которой не противоречит действующему законодательству. Изменять правовое регулирование, установленное нормами ГК РФ, Закона о закупках, положение о закупках не может.

При этом, в силу п. 2 ч. 1 ст. 3 указанного Закона заказчики при закупке товаров, работ и услуг руководствуются, в том числе, принципами равноправия, справедливости, отсутствия дискриминации и необоснованных ограничений по отношению к участникам закупки.

Вместе с тем, по мнению суда, действия заявителя в настоящем случае упомянутым целям и принципам не соответствовали.

Так, необъективный порядок оценки заявки участника закупочной процедуры влечет за собой не только нарушение принципов равноправия и справедливости (ч. 1 ст. 3 Закона о закупках), но и принципа недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГК РФ) и злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ).

Действующим законодательством о закупках не определен исчерпывающий перечень критериев, подлежащих оценке при рассмотрении и сопоставлении заявок, что свидетельствует о том, что выбор таких критериев является усмотрением самого организатора закупочной процедуры в зависимости от его потребностей, однако такой выбор не должен становиться способом произвольного и безосновательного начисления поданным заявкам баллов с тем, чтобы обеспечить победу конкретному участнику закупки.

Обратное приведет к нарушению принципа равенства участников гражданских правоотношений (ч. 1 ст. 1 ГК РФ), недопустимости злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ) и принципов равноправия и справедливости (ч. 1 ст. 3 Закона о закупках).

Также, суд отмечает, что нарушения при составлении закупочной документации могут быть подразделены на явные и скрытые, проявляющиеся только при злоупотреблении организаторами закупок своими правами при совершении тех или иных действий в рамках их проведения и не выявляемые при общей проверке закупочной документации на предмет ее соответствия требованиям законодательства Российской Федерации о закупках. Скрытые нарушения в составе закупочной документации могут быть выявлены и устранены контрольным органом при рассмотрении им жалобы участника закупки на последствия таких нарушений, что не будет являться злоупотреблением правом со стороны последних и не будет свидетельствовать о выходе административного органа за пределы предоставленных ему полномочий и доводов поданной жалобы (ч. 13 ст. 3 Закона о закупках).

С учетом изложенного, по мнению суда, административный орган пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях заявителя нарушения требований п. 2 ч . 1 ст. 3 Закона о закупках.

Кроме того, как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2015 № 305-КГ15-1682 определение победителя торгов, основанное на субъективном усмотрении организатора закупки, не соответствует целям и задачам, ради которых принимался Закон о закупках.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что выводы антимонопольного органа о нарушении заявителем требований п.п. 13, 14 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках являются правомерными и соответствуют представленным в дело доказательствам, вопреки утверждению заявителя об обратном.

Приведенные заявителем доводы в указанной части представляют собой лишь констатацию факта его несогласия со сделанными антимонопольным органом выводами относительности необъективности порядка оценки заявок и, ввиду отсутствия доказательств ошибочности таких выводов, не могут являться основанием для удовлетворения заявленного требования.

Доводы заявителя о незаконности предписания антимонопольного органа также подлежат отклонению ввиду следующего.

В рассматриваемом случае заявителем допущено нарушение основополагающих принципов законодательства о закупках при оценке заявки третьего лица, что влечет необходимость исключения из такой документации положений, противоречащих законодательству о закупках.

С учетом того обстоятельства, что целью вынесения оспариваемого предписания является восстановление прав лица, обратившегося с жалобой в антимонопольный орган, вынесение предписания является необходимым этапом административного контроля, а также проведение закупки в соответствии с требованиями законодательства и расширение круга потенциальных участников.

Возложение на заявителя обязанности внесения изменения в документацию, а также по оценке поданных заявок с учетом решения контрольного органа, имеет своей целью пресечение допущения подобного нарушения прав участников закупки. 

Подобные действия заказчика позволят полностью исключить субъективное усмотрение заявителя при оценке поступивших заявок. 

Таким образом, действия антимонопольного органа по выдаче предписания являются правомерными.

На основании статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что у антимонопольного органа в настоящем случае имелись правовые основания к вынесению оспариваемого решения и к выдаче оспариваемого предписания.

Таким образом, отсутствуют правовые и фактические основания для признания оспоренных по делу актов недействительными в силу ст. 13 ГК РФ, ст. 198 АПК РФ

Суд приходит к выводу о том, что антимонопольный орган, исполняя процессуальные обязанности, установленные ч. 5 ст. 200 АПК РФ.

Судом рассмотрены все доводы заявителя и отклонены как необоснованные.

Согласно ч. 3 ст. 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Поскольку такие обстоятельства в рассматриваемом случае судом установлены, заявление о признании решения и предписания Московского УФАС России незаконным удовлетворению не подлежит.

Расходы по государственной пошлине распределяются по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заявителя.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 4, 51, 64-68, 71, 75, 81, 110, 123, 137, 156, 166-170, 176, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований Государственного бюджетного учреждения культуры города Москвы «Московский театр «ET CETERA» под руководством ФИО3»  отказать в полном объеме.

Проверено на соответствие гражданскому законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с даты принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд. 

Судья:В.А. Яцева