АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

27 октября 2025 года Дело № А44-495/2023 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Герасимовой Е.А., судей Александровой Е.Н., Троховой М.В.,  

при участии от конкурсного управляющего ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 28.07.2025, от ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 06.07.2024, от ФИО5 представителя ФИО4 по доверенности от 14.06.2024,  

рассмотрев 20.10.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Новгородская вотчина» ФИО1 на определение Арбитражного суда Новгородской области от 11.03.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2025 по делу № А44-495/2023,  

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Новгородской области от 06.02.2023 по заявлению общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Тепловая Компания Новгородская» в отношении ООО «Новгородская вотчина», адрес: 173003, Новгородская обл., Великий Новгород, Великая 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).  

Определением суда первой инстанции от 04.05.2023 в отношении должника введена процедура наблюдения, финансовым управляющим утвержден ФИО6.  

Определением суда первой инстанции от 07.08.2023 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего.  

Решением суда первой инстанции от 23.08.2023 в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО1.  

Конкурсный управляющий 20.05.2024 обратилась в суд с заявлением, уточненным 15.01.2025 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительным заключенного должником и индивидуальным предпринимателем ФИО3 договора от 05.08.2022 о передаче всех прав и обязанностей лизингополучателя по договору лизинга от 22.12.2020 № 2544415-ФЛ/КЛН-20, заключенному в свою очередь должником и публичным акционерным обществом  

«Лизинговая компания «Европлан» (далее – лизинговая компания), а также о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 1 517 245 руб. рыночной стоимости предмета лизинга на дату заключения оспариваемого договора, рассчитанной по результатам судебной  

экспертизы.  

Определением суда первой инстанции от 28.05.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены руководитель и учредитель должника ФИО5 и ПАО «Лизинговая компания «Европлан», а определением от 26.06.2024 – также ФИО7 как собственник лизингового имущества на дату рассмотрения заявления.  

Определением суда первой инстанции от 11.03.2025, оставленным без изменения Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2025, в удовлетворении заявления отказано.  

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 11.03.2025, постановление от 29.07.2025 и направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.  

Податель жалобы ссылается на то, что согласно акту сверки расчетов по графику лизинговых платежей за период с 22.12.2020 по 26.08.2022 должник-лизингодатель оплатил подлежавшие уплате платежи по договору лизинга в сумме 794 991 руб. 19 коп. Задолженность лизингополучателя по состоянию на 26.08.2022 составляла  

1 296 610 руб. Конкурсный управляющий ФИО1 полагает, что заключение договора уступки по договору лизинга направлено на вывод денежных средств с расчетного счета ООО «Новгородская вотчина» с целью причинения вреда кредиторам. В то время, когда у должника имелась задолженность перед кредиторами, бывший директор ФИО5 по договору уступки вывела из активов должника в пользу ФИО3 автомобиль абсолютно безвозмездно, заплатив за автомобиль с расчетного счета ООО «Новгородская вотчина» 794 991 руб. 19 коп. В результате совершения спорной сделки к ФИО3 перешла обязанность по уплате остаточных лизинговых платежей и право требовать передачи в собственность предмета лизинга, в том числе за счет должника, поскольку должником, как первоначальным лизингополучателем, были выплачены лизингодателю денежные средства в размере  

794 991 руб. 19 коп., при этом соглашение об уступке не предусматривало равноценной компенсации уже произведенных должником лизинговых платежей или иного вознаграждения за фактическую уступку права на приобретение в собственность транспортного средства. Новый лизингополучатель получил возможность пользоваться предметом лизинга и извлекать доход из него с незначительным износом, а также приобрести его впоследствии в собственность. Таким образом, ответчик, заключив оспариваемый договор, получил в составе прав и обязанностей по договору лизинга, помимо владения предметом лизинга и пользования финансированием еще и возможность последующего выкупа предмета лизинга, с учетом произведенных лизинговых платежей должником, в составе которых была частично уплачена выкупная стоимость.  

Кроме того, в определении суда первой инстанции изложены выводы о том, что согласно заключению эксперта сальдо взаимных предоставлений составило  

126 645 руб., и о том, что рыночная стоимость спорного имущества не существенно превышает стоимость должного встречного исполнения обязательств, которое суд признал равноценным. Конкурсный управляющий возражает против изложенных выводов и полагает, что эксперт неправильно определил рыночную стоимость передаваемых прав и обязанностей по договору лизинга, а экспертное заключение не соответствует общим требованиям к содержанию отчета об оценке, установленным статьей 11 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-Ф3 «Об оценочной деятельности в Российской Федерации».  

В отзыве ФИО3 просит оставить обжалуемые судебные акты без  

изменения.  

В заседании Арбитражного суда Северо-Западного округа представитель конкурсного управляющего ФИО1 поддержала доводы кассационной жалобы, а представитель ФИО3 и ФИО5 возражал против ее удовлетворения.  

Информация о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы опубликована на официальном сайте Арбитражного суда Северо-Западного округа, а также в информационной системе «Картотека арбитражных дел».  

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО3 является сыном ФИО5 (с 05.03.2015 руководитель должника, а с 22.10.2015 – его учредитель), был участником должника с долей 10% в период с 10.08.2020 по 02.09.2022, а также его работником в период с 03.02.2020 по 06.08.2021.  

22.12.2020 должник и лизинговая компания заключили договор лизинга 

 № 2544415-ФЛ/КЛН-20, по которому лизинговая компания приобрела в собственность и передала во временное владение и пользование должнику автомобиль «Шкода Октавия», VIN 

<

***>, государственный регистрационный номер 

<

***>.  

Договор лизинга заключен в соответствии с Правилами № 1.2-ЮЛ-ЛК лизинга транспортных средств и прицепам к ним, утвержденными компанией 01.08.2018, которые являются неотъемлемой частью договора лизинга (пункт 7.1 договора лизинга). Срок лизинга – 59 месяцев. Общая сумма договора лизинга – 2 058 640 руб. Периодичность и размер лизинговых платежей определены в статье 2 Договора лизинга. Выкупная цена предмета лизинга – 1000 руб.  

На внеочередном общем собрании участников общества (участвовали ФИО5 и ФИО3), решения которого оформлены протоколом от 13.07.2022 № 03, ФИО5 выступила с предложением одобрить совершение должником крупной сделки/сделки с заинтересованностью, а именно заключить договор (соглашение) перевода долга по договору лизинга на следующих условиях: стороны договора (соглашения) перевода долга: старый должник: ООО «Новгородская вотчина»; новый должник: индивидуальный предприниматель ФИО3 Предмет договора (соглашения) перевода долга: передача от старого должника новому должнику обязанности исполнить обязательство лизингополучателя, возникшее на основании договора лизинга, а также передача от старого должника новому должнику всех прав лизингополучателя по договору лизинга. Объем приобретаемых (передаваемых) прав и обязанностей по договору лизинга (включая сумму переводимого долга) 2 059 640 руб.  

Решение принято единогласно, после чего лизинговой компанией, должником и ФИО3 (новым лизингополучателем) 05.08.2022 заключено дополнительное соглашение к договору лизинга, в соответствии с которым стороны договорились о передаче всех прав и обязанностей лизингополучателя по договору лизинга по состоянию на 01.09.2022 новому лизингополучателю. Сумма невыплаченных платежей по договору лизинга на 01.09.2022 составила 1 390 600 руб., в том числе  

231 766 руб. 67 коп. НДС. Лизингодатель согласился с передачей всех прав и обязанностей лизингополучателя по договору лизинга к новому лизингополучателю (пункт 2 дополнительного соглашения).  

В соответствии с пунктом 3 дополнительного соглашения лизингополучатель обязуется заключить соглашение о передаче прав и обязанностей по договору лизинга новому лизингополучателю не позднее одного рабочего дня с момента подписания названного дополнительного соглашения.  

Стоимость передаваемых прав и обязанностей по договору лизинга, с учетом  

оплаченных лизингополучателем на момент подписания дополнительного соглашения платежей, устанавливается указанным соглашением о передаче прав и обязанностей по договору лизинга, заключаемому лизингополучателем и новым лизингополучателем.  

Взаиморасчеты по оплате передаваемых прав и обязанностей по договору лизинга осуществляются лизингополучателем и новым лизингополучателем самостоятельно без привлечения и участия лизингодателя.  

05.08.2022 должник и ФИО3 заключили оспариваемый договор, предметом которого является передача от старого должника к новому должнику всех прав и обязанностей по договору лизинга, заключенному лизинговой компанией и должником.  

Согласно пункту 1.2 названного договора старый должник уступает, а новый должник принимает все права лизингополучателя по договору лизинга.  

В соответствии с пунктом 1.4 договора права и обязанности считаются переданными от старого должника к новому должнику с 01.09.2022 до указанной даты, не включая эту дату.  

Согласно пункту 1.5 договора сумма невыплаченных платежей по договору лизинга на 01.09.2022 составляет 1 390 600 руб., в том числе 231 766 руб. 67 коп. НДС.  

В силу пункта 2.1 договора старый должник с момента подписания договора обязан передать новому должнику все документы, подтверждающие наличие обязательства, и сообщить сведения, имеющие значение для надлежащего исполнения обязательства новым должником.  

Как следует из пункта 2.4 договора, с даты, указанной в пункте 1.4, новый должник принимает на себя обязанности старого должника и становится должником по договору лизинга, а также к новому должнику переходят все права лизингополучателя по договору лизинга.  

Условия в договоре о взаиморасчете по оплате передаваемых прав и обязанностей по договору лизинга между лизингополучателем и новым лизингополучателем отсутствуют.  

Актом приема-передачи от 01.09.2022 по договору автомобиль передан ФИО3  

Лизинговые платежи ФИО3 уплачены лизингодателю полностью. 

Платежным поручением от 20.04.2023 № 120124 ответчиком уплачено лизинговой компании 33 990 руб. в качестве предоплаты за услуги лизинга, 33 990 руб. за услуги лизинга за апрель 2023 года, платежным поручением от 18.05.2023 № 231101 – 1 054 690 руб. предоплаты за услуги лизинга, 381 998 руб. 12 коп. за услуги лизинга за май 2023 года, 672 691 руб. 88 коп. оплаты по договору купли-продажи за автотранспортное средство. По договору купли-продажи от 09.06.2023 № AB09217796 ФИО3 купил автомобиль у лизинговой компании за 672 691 руб. 88 коп.  

Всего ответчиком уплачено лизинговой компании 2 177 360 руб., что подтверждается счетами-фактурами и выпиской из книги продаж.  

Полагая, что договор об уступке прав и обязанностей по договору лизинга заключен аффилированными лицами, с целью причинения вреда кредиторам, при неравноценном встречном исполнении, является недействительным по пункту 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), конкурсный управляющий обратился в суд первой инстанции с рассматриваемым заявлением.  

Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении заявленных требований, поскольку не установили факт причинения оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Северо-Западного округа не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 

АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Производство по делу о банкротстве возбуждено 06.02.2023, оспариваемый договор заключен 05.08.2022, то есть в период подозрительности, определенный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.  

В пункте 9 постановления Пленума № 63 указано, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Таким образом, для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве требуется доказать, что сделка совершена по цене, которая занижена настолько существенно, что намерение сторон такой сделки причинить вред кредиторам банкротящегося должника становится очевидным. Незначительное отклонение указанной в договоре цены от рыночных условий не образует основания для применения пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

К заявленному требованию применим подход, выраженный в пункте 38 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, согласно которому при оспаривании соглашения о передаче прав и обязанностей по договору лизинга новому лизингополучателю факт причинения вреда кредиторам предыдущего лизингополучателя устанавливается путем определения соотношения между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя.  

Коммерческая ценность договорной позиции предыдущего лизингополучателя определяется в зависимости от входящих в нее активов (наличие правомерного  

ожидания лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в будущем, стоимость этого имущества с учетом износа и другие) и пассивов (размер просроченной задолженности, начисленных санкций за нарушение договора, размер будущих лизинговых платежей и другие).  

В целях установления рыночной стоимости передаваемых прав и обязанностей лизингополучателя с учетом оплаченных лизингополучателем на момент подписания дополнительного соглашения от 05.08.2022 платежей в рамках договора лизинга, судом первой инстанции проведена судебная экспертиза.  

Согласно заключению эксперта от 10.01.2025 № 319/23 рыночная стоимость передаваемых прав и обязанностей лизингополучателя по договору лизинга составила 126 645 руб., а рыночная стоимость автомобиля на дату заключения дополнительного соглашения от 05.08.2022 – 1 517 245 руб.  

Суды правильно исходили из того, что методика определения стоимости уступаемых на основании договоров перенайма прав по договорам лизинга сводится к установлению разницы между стоимостью предмета лизинга на момент заключения договора уступки прав (1 517 245 руб.), и размером предстоящих к уплате новым лизингополучателем лизинговых платежей (1 390 600 руб.).  

Судами установлено, что должник обязательств перед лизинговой компанией не выполнил, сумма невыплаченных лизинговых платежей составила 1 390 000 руб., что сопоставимо с рыночной стоимостью автомобиля 1 517 245 руб., определенной на основании заключения эксперта от 10.01.2025 № 319/23.  

Поскольку рыночная стоимость переданных по договору лизинга прав и обязанностей составляла 126 645 руб. (1 517 245 руб. – 1 390 000 руб.), а разница от суммы должного встречного исполнения обязательств составила 8%, то суды обоснованно посчитали, что оспариваемая сделка не причинила вред имущественным правам кредиторов должника.  

Факт уплаты ООО «Новгородская вотчина» лизинговой компании  

794 991 руб. 19 коп., вопреки позиции конкурсного управляющего, не является убытком должника, а представляет собой плату за пользование автомобилем с даты заключения договора лизинга (22.12.2020) по дату передачи прав ФИО3 (05.08.2022).  

Лица, участвующие в деле, не отрицали, что передача ФИО3 прав и обязанностей по договору лизинга была вызвана невозможностью исполнения должником обязательств, тем самым заключение оспариваемого договора позволило должнику снизить кредиторскую задолженность и ежемесячную долговую нагрузку.  

Новый лизингополучатель уплатил подавляющую часть лизинговых платежей, после чего приобрел автомобиль в собственность, при этом размер невыплаченных должником лизинговых платежей был практически равен рыночной стоимости автомобиля.  

Сумма перечислений ФИО3 лизингодателю составила 2 177 360 руб. и превышает как изначально оговоренные должником и лизингодателем  

2 059 640 руб., так и переданное новому лизингодателю долговое бремя в размере 1 390 600 руб.  

В этой связи следует отклонить довод конкурсного управляющего о том, что в результате ответчик получил возможность пользоваться предметом лизинга, извлекать из него доход и приобрести его в собственность по стоимости ниже рыночной, поскольку данный довод не учитывает размер переведенного долга и последующие фактические затраты ответчика на исполнение условий договора и выкуп имущества.  

Ссылка конкурсного управляющего на то, что должник, выплатив 

794 991 руб. 19 коп., лишился права на выкуп автомобиля, а ФИО3, напротив, это право необоснованно прибрел, подлежит отклонению, поскольку в материалах дела нет доказательств финансовой возможности должника исполнить обязательства по договору лизинга, а следовательно, претендовать на выкуп автомобиля.  

В случае незаключения договора о передаче прав, должник будучи неспособным уплачивать лизинговые платежи был бы вынужден расторгнуть договор и возвратить имущество лизингодателю, который впоследствии включился в реестр требований кредиторов, поскольку конкурсным управляющим не доказано, что в случае расторжения договора между лизингодателем и предыдущим лизингополучателем и реализации лизингодателем предмета лизинга, сальдо взаимных предоставлений сложилось бы в пользу должника.  

В результате передачи прав должник перестал уплачивать лизинговые платежи и накапливать долги, избежал расторжения договора лизинга и потенциального включения лизинговой компании в реестр, при этом обоснованно уплатил  

794 991 руб. 19 коп. за пользование автомобилем в период его эксплуатации. 

Из указанных обстоятельств не усматривается какого-либо причинения вреда ни должнику, ни имущественным правам его кредиторов.  

Таким образом, суды пришли к выводу, что заключение договора о передаче прав и обязанностей лизингополучателя ответчику, безотносительно его аффилированности с должником, являлось для последнего целесообразным и не привело к уменьшению стоимости имущества за счет выбытия актива (договорной позиции) без равноценного встречного предоставления, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов не доказан, вследствие чего в признании договора недействительной сделкой правильно отказано.  

Рассмотрев доводы подателя жалобы относительно судебной экспертизы, суд кассационной инстанции считает их необоснованными.  

По положениям статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.  

Круг и содержание вопросов, по которым должна быть проведена экспертиза, определяются арбитражным судом. Лица, участвующие в деле, вправе представить в арбитражный суд вопросы, которые должны быть разъяснены при проведении экспертизы.  

Лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц или о проведении экспертизы в конкретном экспертном учреждении, заявлять отвод эксперту; ходатайствовать о проведении дополнительной или повторной экспертизы.  

Заключение эксперта является одним из доказательств по делу (часть 2 статьи 64 АПК РФ), оценка которого осуществляется судом наряду с другими доказательствами по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании (часть 1 статьи 71 АПК РФ).  

Исходя из дискреционных полномочий при исследовании сформированной по делу доказательственной базой, суд первой инстанции при разрешении спора по существу и установлении юридически значимых обстоятельств опирался на выводы, сделанные судебным экспертом, притом, как отражено в обжалуемом определении, экспертную организацию и кандидатуру эксперта, силами которых в конечном счете проведено исследование, предложил сам конкурсный управляющий.  

Так, в судебном заседании 28.10.2024 представитель конкурсного управляющего заявил ходатайство о замене выбранного ранее экспертного учреждения, поскольку эксперт данной организации не имел необходимой квалификации для проведения экспертизы, просил поручить ее проведение эксперту ФИО8 из организации ООО «Лаборатория независимой экспертизы и оценки «Гудвил», представил соответствующее коммерческое предложение.  

Для предоставления возможности лицам, участвующим в деле, ознакомиться с предложенной экспертной организацией и кандидатурой эксперта, в судебном  

заседании 28.10.2024 объявлялся перерыв до 05.11.2024.  

Суд первой инстанции установил, что предложенная конкурсным управляющим к замене кандидатура эксперта обладает более подходящим и подтвержденным уровнем образования (квалификации) для проведения оценочной экспертизы по утвержденному вопросу, в связи с чем удовлетворил ходатайство, счел возможным поручить проведение экспертизы предложенному заявителем эксперту, исходя из уровня образования, квалификации, с учетом наличия стажа и опыта проведения оценки и судебно-экспертной деятельности, наличия необходимых для проведения экспертизы знаний в области оценки предприятия (бизнеса), движимого имущества, высшего экономического и инженерно-технического образования, квалификации инженер по специальности «Автомобили и автомобильное хозяйство». Кроме того, экспертной организацией, по мнению суда, предложены приемлемые срок и стоимость, соответствующая сумме 20 000 руб., внесенной конкурсным управляющий в депозит суда для проведения экспертизы.  

Заключение эксперта от 10.01.2025 № 319/23 поступило в суд 13.01.2025. 

Не согласившись с заключением эксперта, конкурсный управляющий 26.02.2025 представил возражения, касающиеся отсутствия в заключении сведений об акте сверки расчетов от 26.08.2022, по которому на стороне лизингополучателя имелась переплата, и неприменения требуемой методики определения стоимости уступки права по договору финансовой аренды (лизинга) при смене лизингополучателя с правом выкупа имущества в собственность, утвержденной протоколом от 20.04.2010 на заседании экспертных организаций Республики Башкортостан.  

Проанализировав заключение эксперта на соответствие требованиям частей 1-2 статьи 86 АПК РФ, установив, что ответы эксперта на поставленный судом вопрос понятны и непротиворечивы, суды посчитали, что оснований не доверять экспертному заключению не имеется.  

Суды верно исходили из того, что представленного конкурсным управляющим альтернативного расчета по методике, которую он полагает правильной, в данном случае недостаточно для опровержения достоверности экспертного заключения, выполнению которого предшествует проверка компетентности лица в соответствии с положениями статьи 82, 83 АПК РФ.  

Предусмотренным частью 3 статьи 86 АПК РФ правом заявить о вызове эксперта ФИО8 в судебное заседание, что предполагало бы возможность задать в присутствии суда дополнительный вопрос о примененной им методике, конкурсный управляющий не воспользовался. Полагая заключение необоснованным, о повторной экспертизе в соответствии с частью 3 статьи 82, частью 2 статьи 87 АПК РФ, управляющий не заявлял.  

При таких условиях с результатом разрешения спора на основе проведенной по делу судебной экспертизы у кассационного суда не имеется оснований не согласиться.  

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлен правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется в силу статьи 286 АПК РФ.  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), не допущено.  

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит. 

В связи с ранее предоставленной отсрочкой с ООО «Новгородская вотчина» в доход федерального бюджета подлежит взысканию 50 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы в соответствии с частью 2 статьи 110 АПК РФ и подпунктом 20 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Новгородской области от 11.03.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2025 по делу № А44-495/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Новгородская вотчина» ФИО1 – без удовлетворения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Новгородская вотчина» 

в доход федерального бюджета 50 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.  

Председательствующий Е.А. Герасимова Судьи Е.Н. Александрова 

М.В. Трохова