924/2020-12836(2) 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12  

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru 

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 09АП-72285/2019

Дело № А40-248096/18

г. Москва

23 января 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2020 года 

Полный текст постановления изготовлен 23 января 2020 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи В.С. Гарипова, судей А.Н. Григорьева, Р.Г. Нагаева, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  

финансового управляющего должника ФИО2 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 25 октября 2019 года  по делу № А40-248096/18, принятое судьей А.Н. Васильевой,  

об отказе финансовому управляющему должника – ФИО2 в  

удовлетворении заявления о признании недействительным договора купли-продажи  квартиры от 02.04.2018, заключенного между ФИО3 и  

ФИО4, и в применении последствий недействительности  указанной сделки  

в рамках дела о банкротстве ФИО3  

при участии в судебном заседании:  

от Хмелька М.Ю. – ФИО5 по дов. от 01.07.2019,  от ФИО6 – ФИО7 по дов. от 15.01.2020,  Иные лица не явились, извещены  

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.01.2019 в отношении  ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов  гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО2.  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации  долгов гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 09.02.2019 № 24.  

11.06.2019 (подано через электронную систему «Мой Арбитр») в  Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего  должника ФИО2 о признании недействительным договора  купли-продажи квартиры от 02.04.2018, заключенного между ФИО3  

Никитичной и Хмельком Михаилом Юрьевичем, и о применении последствий  недействительности сделки с ходатайством об истребовании.  

Судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации принято заявление об уточнении, о чем вынесено протокольное  определение. Дело рассмотрено с учетом заявленных уточнений.  

Арбитражный суд города Москвы определением от 25 октября 2019 года,  руководствуясь статьями 32, 61.1, 61.2, 61.9, 213.32 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», отказал финансовому  управляющему должника – ФИО2 в удовлетворении  заявления о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от  02.04.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО4, и в применении последствий недействительности указанной  сделки.  

Не согласившись с принятым определением, финансовый управляющий  должника ФИО2 подала апелляционную жалобу, в которой просит его  отменить и разрешить вопрос по существу: признать недействительной сделку по  договору купли-продажи квартиры от 02.04.2018, заключенной между ФИО3 (Продавец) и ФИО4 (Покупатель),  следующего имущества:  

- квартира, находящаяся по адресу: город Москва, район Аэропорт, улица  Академика Ильюшина, дом 4, корп. 1, квартира 12;  

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в  конкурсную массу ФИО3 спорного имущества.  

В обоснование своей позиции финансовый управляющий должника ФИО2 указывает, что поскольку спорный договор купли-продажи квартиры заключен  02.04.2018, а дело о банкротстве в отношении ФИО3 возбуждено 09.11.2018,  соответственно, оспариваемая сделка совершена в период подозрительности и  подпадает под квалификацию спорной сделки по пункту 1 ст. 61.2 Закона о  банкротстве.  

В целях установления неравноценного встречного исполнения по  оспариваемой сделке, в связи с отсутствием у конкурсного управляющего  специальных познаний, в судебном заседании 25.10.2019 заявлено письменное  ходатайство о назначении судебной экспертизы в порядке статьи 81 АПК РФ об  определении рыночной стоимости спорного имущества.  

Фактически спорные правоотношения между ФИО3 и Хмельком  М.Ю., представленные в материалы дела, а именно: составление договора купли -  продажи спорной квартиры от 02.04.2018 с оплатой по сделке после фактического  перехода права собственности на ответчика (пункт 4 договора от 02.04.2018),  цикличность подозрительных операций по приходу денежных средств к должнику,  списания полной суммы в тот же день и повторения конструкции банковских  операций на следующий день, непредставление Должником в материалы дела  документов, подтверждающих расходование денежных средств, могут  свидетельствовать о направленности сторон не на оплату по спорной сделке и (или)  на перечисление денежных средств в счет обязательств, а на прямое причинение  вреда кредиторам Должника.  

Оспариваемая сделка между должником ФИО3 и ответчиком  (Хмелек М.Ю.) по договору купли-продажи квартиры от 02.04.2018 является  недействительной также и по общим основаниям (п. 2 ст. 170 ГК РФ), поскольку  представляют собой притворную сделку - фактически совершенную с целью  прикрытия сделки по отчуждению имущества должника (выводу активов) в  собственность ответчиком (Хмелек М.Ю.) и недопущению включения  

соответствующего имущества в конкурсную массу. 

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда,  представители Хмелька М.Ю., ФИО6 возражали против удовлетворения  апелляционной жалобы.  

Заявитель апелляционной жалобы в судебное заседание не явился, извещен.  

Законность и обоснованность принятого определения проверены по  доводам жалобы в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.  

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и  оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы  апелляционной жалобы, заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает,  что оснований для отмены определения Арбитражного суда города Москвы не  имеется.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  согласно договору купли-продажи от 02.04.2018 ФИО3  продает, а ФИО4 покупает квартиру, находящуюся по адресу:  город Москва, район Аэропорт, улица Академика Ильюшина, дом 4, корп. 1,  квартира 12.  

Согласно указанному договору от 02.04.2018, стороны (ФИО3 и  Хмелек М.Ю.) пришли к соглашению, что стоимость отчуждаемой по настоящему  договору квартиры составляет 11 000 000,00 руб.  

Согласно пункту 4 договора купли-продажи квартиры от 02.04.2018  указанную сумму выплачивает Хмелек М.Ю. в течение десяти дней с момента  регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы  государственной регистрации, кадастра и картографии по г. Москве.  

В соответствии с пунктом 6 договора купли-продажи квартиры от  02.04.2018 Продавец (ФИО3) обязуется в течение 3 дней с момента  государственной регистрации перехода права собственности освободить  вышеуказанную квартиру от своего имущества и передать указанную квартиру  Покупателю (Хмелек М.Ю.) по подписываемому сторонами Акту.  

Обращаясь в арбитражный суд, финансовый управляющий просил признать  недействительным договор купли купли-продажи от 02.04.2018 на основании п. 1, п.  2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее по тексту также – Закон о банкротстве) как подозрительную  сделку, совершенную при неравноценном встречном исполнении в целях  причинения вреда имущественным правам кредитором, а также на основании ст. 10,  ч. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В обоснование заявления финансовый управляющий ссылается на  отсутствие оплаты со стороны ответчика, отсутствие финансовой возможности  ответчика произвести оплату по договору.  

Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего. 

Как следует из материалов дела, заявление о признании ФИО3  несостоятельной (банкротом) было принято судом к производству определением от  09.11.2018, т.е. сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления  о банкротстве.  

Таким образом, суд первой инстанции усмотрел факт совершения  оспариваемой сделки в определенный период подозрительности.  

Из условий договора следует, что стоимость имущества составила  

11.000.000 рублей.  

Финансовый управляющий, указывая на неравноценность встречного  предоставления, не представил доказательств, свидетельствующих об иной  стоимости имущества.  

Вместе с тем, ответчиком представлен отчет об определении рыночной  стоимости объекта недвижимого имущества от 26.07.2019 № 2607-О,  подготовленный ООО «Катрин». Согласно указанному отчету стоимость квартиры  по состоянию на 02.04.2018 составляет 11.474.800 рублей 00 копеек.  

Согласно п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 61.2  Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой  стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или)  иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника  сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с  аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок,  совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки  совершались иными участниками оборота.  

В силу пунктов 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее по тексту также – ГК РФ) граждане и юридические лица свободны  в заключении договора; условия договора определяются по усмотрению сторон,  кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом  или иными правовыми актами.  

Таким образом, как указывает суд первой инстанции, представленный  ответчиком отчет об оценке опровергает довод о продаже имущества по заведомо  заниженной цене и, соответственно, довод управляющего о неравноценности  встречного исполнения обязательств.  

Сделка купли-продажи является возмездной, предусматривает условия  оплаты и стоимость проданного имущества.  

Довод финансового управляющего об отсутствии оплаты со стороны  ответчика опровергается представленным в материалы дела приходными кассовыми  ордерами № 4 от 29.08.2018, № 7 от 28.08.2018, № 3 от 30.08.2018, № 1 от 31.08.2018,   № 3 от 01.09.2018, № 15 от 03.09.2018, № 9 от 04.09.2018, № 20 от 04.09.2018, № 8 от  05.08.2018, № 13 от 05.09.2018, № 17 от 05.09.2018, № 28 от 05.09.2018, а также  распиской.  

Финансовым управляющим в ходе судебного разбирательства были  заявлены возражения относительно довода ответчика о произведенной по  оспариваемому договору оплате, поскольку ответчиком не представлены  доказательства наличия финансовой возможности произвести оплату в указанном  размере.  

Из разъяснений абз. 3 п. 26 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых  процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» следует,  что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче  должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или  квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди  прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора  (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные  средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные  средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в  

бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.  

Вместе с тем, возражения финансового управляющего опровергаются  представленными в материалы дела расписками о получении денежных средств по  процентным займам, доказательствами наличия финансовой возможности  займодавцев предоставить заем ответчику, договором о найма жилого помещения.  

В данном случае действия сторон при заключении договора  свидетельствуют о том, что воля сторон при его заключении была направлена на  достижение правовых последствий, возникающих из договора купли-продажи,  стоимость имущества была согласована сторонами, соответствует рыночной  стоимости.  

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может  быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была  совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника  банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения  был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона  сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки  (подозрительная сделка).  

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки  недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве,  необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех  следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был  причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала  или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Как следует из обстоятельств дела и установлено судом первой инстанции,  оспариваемый договор совершен в пределах трехгодичного срока, установленного п.  2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника  за счет его имущества.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных  абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в  силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что  

другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом  (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются  опровержимыми  

- они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в  силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что  другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом  (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются  опровержимыми  

- они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать  об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена  безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату  (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи  с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при  наличии следующих условий:  

- стоимость переданного в результате совершения сделки или  нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и  (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости  активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов  балансовой стоимости активов , определенной по данным бухгалтерской отчетности  должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или  сделок;  

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее  совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные  учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской  Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей  по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены  указанные документы;  

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать  указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

При установленных обстоятельствах суд первой инстанции признал  необоснованной возможность восстановления имущественного положения должника  в результате оспаривания сделки, поскольку финансовым управляющим не доказано,  что из конкурсной массы выбыло имущество должника в отсутствие встречного  предоставления, что причинило вред имущественным правам кредиторов.  

Материалами дела также не подтверждается, что при заключении сделки  должник преследовал цель причинить вред своим кредиторам путем вывода активов  должника по заниженной цене, а также не подтверждено, что ответчик знал или  должен был знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, при решении вопроса о том, могла  ли другая сторона по сделке знать о наличии указанных обстоятельств (в частности о  признаках неплатежеспособности другой стороны по сделке), во внимание  принимается то, насколько она могла, действуя разумно и, проявляя требующуюся  от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих  обстоятельств.  

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения  о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о  признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат  обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.  

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на  основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после  этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое  лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура  банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.  

Между тем, оспариваемая сделка совершена до принятия к производству  заявления о признании должника банкротом.  

Оценивая указанные обстоятельства, арбитражный суд первой инстанции  пришел к выводу о том, что в материалы дела не представлены доказательства  наличия совокупности условий, предусмотренных ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия  граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.  Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение  (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права  исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением  реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным  хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.  

По смыслу указанных норм ГК РФ и приведенных разъяснений для  признания оспариваемых сделок недействительными финансовый управляющий  должен доказать наличие злоупотребления гражданскими правами со стороны обоих  участников этой сделки.  

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или  недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника  гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации  сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть  представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с  целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая  сторона по сделке имели между собой сговор и последняя знала о неправомерных  действиях должника.  

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  

добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их  действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания  неразумности и недобросовестности действий участника гражданских  правоотношений на лицо, заявившее требования.  

Таким образом, для данного поведения характерны намерения причинить  вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.  

Наличие такого поведения у сторон оспариваемой сделки судом первой  инстанции не установлено, доказательств его наличия не представлено.  

Статьей 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по  основаниям, установленным гражданским кодексом, в силу признания ее таковой  судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов,  ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не  предусматривает иных последствий нарушения. Такая сделка не влечет  юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее  недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статьи 167, 168  ГК РФ).  

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка,  которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую  стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются  относящиеся к ней правила.  

Как разъяснено в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в  связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка,  которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает  иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить  притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной  сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Применяя  правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может  быть совершена не только одна, но и несколько сделок (п. 88).  

Из содержания приведенных норм следует, что притворная сделка  фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида  (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами  (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается  лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит не  совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой.  Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то  такая сделка притворной не является.  

Вместе с тем, рассматривая основания для признания сделок  недействительными, предусмотренные ст. 170, суд первой инстанции пришел к  выводу об отсутствии в материалах дела доказательств совершения сделки с целью  прикрыть другую сделку.  

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих  требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного  рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и  возражений лиц, участвующих в деле.  

При указанных обстоятельствах, основания для удовлетворения заявления  конкурсного управляющего о признании сделки недействительной и применении  

последствий недействительности сделки отсутствуют. 

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки  выводов суда первой инстанции и для отмены определения суда по доводам  апелляционной жалобы, которые были предметом рассмотрения суда первой  инстанции и мотивированно им отклонены.  

По мнению финансового управляющего, отсутствует информации о  поступлении денежных средств в адрес должника по данному договору.  

Суд первой инстанции установил, что часть денежных средств было внесено  денежными средствами на счет ФИО3 в банке в сумме 10 500 000 рублей, что  подтверждается представленным в материалы дела приходными кассовыми ордерами   № 4 от 29.08.2018, № 7 от 28.08.2018, № 3 от 30.08.2018, № 1 от 31.08.2018, № 3 от  01.09.2018, № 15 от 03.09.2018, № 9 от 04.09.2018, № 20 от 04.09.2018, № 8 от  05.08.2018, № 13 от 05.09.2018, № 17 от 05.09.2018, № 28 от 05.09.2018.  

Еще часть денежных средств в размере 500 000 (Пятьсот тысяч) рублей  Ответчиком были переданы ФИО3 наличными денежными средствами, о чем  свидетельствует имеющаяся расписка, предоставленная в материалы дела.  

Таким образом, утверждение заявителя об отсутствии встречного исполнения  по указанному договору купли-продажи, не соответствует действительности.  

По мнению финансового управляющего, сделка совершена не на рыночных  условиях.  

Финансовый управляющий не представил доказательств, подтверждающих  его довод о том, что рыночная цена вышеуказанной квартиры существенно отличается  от той, которая указана в оспариваемом договоре.  

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О  несостоятельности (банкротстве)" неравноценное встречное исполнение обязательств  другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и  (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника  сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать  как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на  которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.  

Финансовым управляющим не приведено подтверждения того, что цена  оспариваемого договора отличается от аналогичных, которые заключаются  участниками гражданских правоотношений на товарном рынке.  

Вместе с тем, ответчиком представлен отчет об определении рыночной  стоимости объекта недвижимого имущества от 26.07.2019 № 2607-О,  подготовленный ООО «Катрин». Согласно указанному отчету стоимость квартиры  по состоянию на 02.04.2018 составляет 11.474.800 рублей 00 копеек.  

По мнению финансового управляющего сделка направлена на причинение  вреда  

кредиторам как заключенная в период подозрительности. 

Согласно п. 2. ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее  совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая  

сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки  (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она  признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Применительно к настоящему делу заявитель жалобы ФИО2 не  доказала, что Хмелек М.Ю. является заинтересованным лицом по отношению к  ФИО3, а также о том, что он должен был знать о имеющемся ущемлении  интересов кредиторов должника, на что ссылается заявитель апелляционной  жалобы.  

Продолжение пользования должником квартирой не доказано, изменения  места жительства ФИО3 не произошло.  

Доказательств ухудшения финансового положения должника, уменьшения  стоимости его активов либо увеличения размера обязательств в результате  заключения спорного договора в материалы дела не представлено.  

Соответственно, финансовым управляющим не доказана вся необходимая  совокупность фактов, подтверждающих довод о недействительности сделки купли- продажи квартиры, заключенной между ФИО3 и ФИО4,  

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для  отмены определения суда, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не  подлежит.  

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права не  установлено.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый  арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 25 октября 2019 года по делу   № А40-248096/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового  управляющего должника ФИО2 – без удовлетворения.  

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в  законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со  дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского  округа.  

Председательствующий судья В.С. Гарипов  

Судьи:  Р.Г. Нагаев 

А.Н. Григорьев 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.