ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-17276/2023

г. Саратов

27 декабря 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «23» декабря 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен  «27» декабря 2024 года.

Двенадцатый  арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Судаковой Н.В., 

судей Грабко О.В., Измайловой А.Э.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Шайкиным Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием веб-конференции апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Брэйкин Бэд Групп» ФИО1, ФИО4

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 17 сентября 2024 года по делу                 № А12-17276/2023 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Брэйкин Бэд Групп» ФИО1 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Брэйкин Бэд Групп» (400087, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

при участии в судебном заседании с использованием систем веб-конференции: представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Брэйкин Бэд Групп» ФИО1 - ФИО3, действующего на основании доверенности от 09 января 2024 года, 

при участии в судебном заседании: представителя ФИО4 - ФИО5, действующей на основании доверенности от 02 октября 2024 года.

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Волгоградской области от 20.09.2023 общество с ограниченной ответственностью «Брэйкин Бэд Групп» (далее – ООО «Брэйкин Бэд Групп», должник) признано несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры банкротства отсутствующего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО1 (далее – ФИО1, конкурсный управляющий).

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 13.02.2024 в отношении  ООО  «Брэйкин Бэд Групп»  прекращена упрощенная  процедура банкротства отсутствующего должника, осуществлен переход к процедуре конкурсного производства по общим правилам главы VII Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                                            «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Конкурсный управляющий ООО «Брэйкин Бэд Групп» ФИО1 обратилась с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Брэйкин Бэд Групп» бывшего руководителя ФИО6 (далее – ФИО6) и учредителя ФИО4 (далее – ФИО4).

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 17.09.2024 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Брэйкин Бэд Групп» за невозможность полного погашения требований кредиторов. Производство по рассмотрению заявления по вопросу об определении размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами ООО «Брэйкин Бэд Групп».

Конкурсный управляющий ООО «Брэйкин Бэд Групп» ФИО1, не согласившись с выводами суда первой инстанции, обратилась в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 и ФИО4 по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве изменить, признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Брэйкин Бэд Групп».

В обоснование апелляционной жалобы указано, что дата подачи контролирующими должника лицами заявления о признании ООО «Брэйкин Бэд Групп» несостоятельным (банкротом) возникла не позднее 01.04.2023. Апеллянт указывает, что по состоянию на 01.04.2023 у должника имелась задолженность, превышающая 300 000 руб. 00 коп. Обращает внимание суда на то, что договор аренды от 01.03.2022, заключенный между ООО «Вега-77» и ООО «Брейкин Бэд Групп», расторгнут 27.02.2023, фактически помещение освобождено 03.10.2023. По мнению апеллянта, сумма задолженности, возникшая с 27.02.2023 (дата расторжения договора аренды), вытекает из договора аренды от 01.03.2022, несмотря на это нельзя считать, что данная задолженность относится к категории длящихся отношений.

ФИО4, не согласившись с выводами суда первой инстанции, обратилась в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Брэйкин Бэд Групп» отменить, принять в данной части новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что ФИО7 не контролировала деятельность должника, не имела права подписи документов ООО «Брэйкин Бэд Групп». По мнению апеллянта, один только факт назначения директора учредителем, не может являться основанием для привлечения учредителя к субсидиарной ответственности. Указывает, что ФИО4 не заключала сделки с кредиторами, не принимала участия в ежедневной деятельности ООО «Брэйкин Бэд Групп», у нее не было права заключать договоры или нанимать сотрудников, также не было обязанности осуществлять хранение документов общества, поскольку эти обязанности исполнял генеральный директор должника. Податель апелляционной жалобы полагает, что в рамках рассмотрения данного спора не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) учредителя, указанными в качестве оснований заявленных требований, не передачей документов конкурсному управляющему, и наступлением банкротства должника.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ФИО1 поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просил определение в обжалуемой части изменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержала доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просила определение в обжалуемой части отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте. 

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных  лиц. 

Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, выслушав лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закон о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий просила признать подлежащими привлечению к субсидиарной ответственности директора ФИО6 и учредителя ФИО4

Под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Указанные положения являются конкретизацией пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, согласно которому лицо предполагается контролирующим, если оно: - являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; - имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; - извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что ФИО6 в период с 21.01.2020 являлся руководителем должника; в период с 19.02.2019 по настоящее время является учредителем (доля участия 30 %).

ФИО4 в период с 19.02.2019 по настоящее время является учредителем (доля участия 70 %).

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, ответчики в силу прямой формально-юридической связи с должником (ФИО6, являясь руководителем, а ФИО4 учредителем должника (с мажоритарной долей участия) в спорный период, контролировали деятельность должника) на основании опровержимой презумпции пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве являются контролирующими должника лицами.

В качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Брэйкин Бэд Групп» конкурсный управляющий указывал следующие основания:

1) неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве);

2) невозможность погашения требований кредиторов вследствие несвоевременной передачи конкурсному управляющему документов должника (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Разрешая требования конкурсного управляющего в части привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным положениями статей 61.12 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное   исполнение.   

Субсидиарная   ответственность   такого   руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения процедуры банкротства, поскольку после ее введения невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной.

Таким образом, к числу юридически значимых обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данному основанию, относится не только дата наступления у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, но и объем обязательств, возникший у должника перед обманутыми руководителем кредиторами (пункт 26 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023, определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2024 № 305-ЭС19-27802(6,7,8,9) и пр.).

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника ООО «Брэйкин Бэд Групп» включена задолженность перед:

- ООО «Вега-77» на основании договора аренды от 01.03.2022 (период задолженности 01.12.2022-31.07.2023);

- уполномоченным органом (период образования задолженности 2022 год). 

Конкурсный управляющий  в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве указывала, что обязанность по обращению с заявлением о банкротстве наступила не позднее 01.04.2023.

Указанная дата определена конкурсным управляющим, исходя из начала периода просрочки исполнения обязательств перед фактически единственным кредитором ООО «Вега-77». Первым просроченным периодом, за который задолженность превысила                                 300 000 руб. закончился в феврале 2023 года (с декабря 2022 года по февраль 2023 года основной долг составил 420 000 руб.). 

В связи с этим, конкурсный управляющий, прибавив один месяц, отведенный законом для принятия соответствующих мер по обращению в суд, пришел к выводу о том, что заявление о признании должника банкротом должно было быть подано не позднее 01.04.2023.

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, из обозначенного регулирования следует, что субсидиарная ответственность за нарушение указанной обязанности наступает только перед кредиторами, возникшими после соответствующей даты. Цель такого регулирования заключается в недопущении создания руководителем видимости финансового благополучия организации перед вступающими в правоотношения с таким лицом кредиторами.

Как было указано выше, фактически единственным кредитором должника ООО «Брэйкин Бэд Групп» является кредитор ООО «Вега-77», договор аренды с которым заключен 01.03.2022, то есть до наступления даты, с которой конкурсный управляющий связывает наличие обязанности по обращению в суд (и, в любом случае, до возникновения любой просрочки). Аналогичным образом задолженность по уплате обязательных платежей возникла за 2022 год.

Если договор, предусматривающий периодичное представление услуг (выполнение работ) заключен должником до того, как возникли условия для обращения контролирующего лица с заявлением о банкротстве, то отсутствует обман кредиторов руководителем путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества. Даты   возникновения   обязательства и наступление срока его исполнения не являются тождественными. Длящиеся обязательства перед контрагентами за периоды после заявленной даты не являются новыми обязательствами для целей привлечения к ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 № 305-ЭС21-27211).

Доказательства того, что после возникновения у руководителя ООО «Брэйкин Бэд Групп»  обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) у него появились новые обязательства перед конкурсными кредиторами, в материалах дела отсутствуют. При этом штрафные санкции, начисленные вследствие неисполнения обязательств по вышеназванному договору аренды, не относятся к новым обязательствам должника.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве).

Приведенные в апелляционной жалобе конкурсного управляющего ФИО1 доводы основаны на неверном толковании норм Закона о банкротстве. Каких – либо новых доводов, которые не были рассмотрены и оценены судом первой инстанции в апелляционной жалобе конкурсного управляющего не заявлены.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что на дату заключения договора аренды от 01.03.2022 должник не обладал признаками неплатежеспособности, у его контролирующих лиц отсутствовала обязанность по инициированию процедуры банкротства. Обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестном поведении ООО «Брэйкин Бэд Групп» в лице его контролирующих лиц на дату заключения договора аренды от 01.03.2022 в виде принятия заведомо неисполнимых обязательств судом апелляционной инстанции не выявлено, конкурсным управляющим не представлено.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным положениям подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции исходил из следующего.

Законом о банкротстве (статья 61.11 Закона о банкротстве), а также общими положениями о гражданско-правовой ответственности (статья 401 ГК РФ) в целях защиты прав и интересов кредиторов установлены опровержимые презумпции, при подтверждении существования которых предполагается наличие вины контролирующих должника лиц в доведении должника до банкротства, и на них перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения заявленных требований (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, искажение соответствующих данных существенно затрудняющие проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя в невозможности погашения требований кредиторов в деле о банкротстве.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества. Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (пункт 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утвержденного Президиумом ВС РФ 25.12.2019, определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

При этом, эффект указанной презумпции наступает только при представлении заявителем суду объяснений относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной арбитражному управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом, под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Как следует из материалов дела, ООО «Брэйкин Бэд Групп» в соответствии с отраженными в ЕГРЮЛ сведениями создан с ОКВЭД «Подача напитков».

Судом первой инстанции отмечено, что фактически единственным кредитором должника (кроме вынужденного кредитора - уполномоченного органа) является кредитор ООО «Вега-77» на основании договора аренды от 01.03.2022, по условиям которого                     ООО «Вега-77» (арендодатель) передал ООО «Брейкин Бэд Групп» (арендатор) во временное владение и пользование нежилое помещение, общей площадью 216,4 кв.м, расположенное в здании по адресу: 

<

...> этаж, являющееся частью обособленного нежилого помещения с кадастровым номером 34:34:040022:6188. Срок договора установлен с 01.03.2022 по 27.02.2023 (пункт 3.1 договора).

Указанный кредитор является лицом, предоставлявшим должнику в аренду помещение, в котором должник осуществлял свою деятельность.

28.11.2022 кредитор ООО «Вега-77» (арендодатель) направил в адрес ООО «Брейкин Бэд Групп» уведомление № 02, в котором сообщил, что арендодатель не намерен продлевать срок действия договора по его истечении, просил 27.02.2023 подготовить арендуемое помещение к сдаче. Договор аренды между должником и кредитором прекратил свое действие по окончании его срока (27.02.2023).

Указанные обстоятельства установлены решением Арбитражного суда Волгоградской области от 04.05.2023 по делу № А12-5683/2023, которым суд обязал ООО «Брейкин Бэд Групп» освободить арендованное помещение.

Впоследствии 20.04.2023, а также 15.06.2023 кредитор ООО «Вега-77» (арендодатель) обращался к руководителю ФИО6 и учредителю ФИО4 с просьбой (требованием) об освобождении арендуемого помещения. Арендодателем неоднократно согласовывалась с руководителем должника ФИО6 дата освобождения арендуемого помещения от имущества должника (предоставлялось время до 02.03.2023, затем до 31.03.2023).

Для принудительного исполнения решения Арбитражного суда Волгоградской области от 04.05.2023 по делу № А12-5683/2023 возбуждено исполнительное производство от 10.08.2023 № 134914/23/34043-ИП.

Между тем, ни по окончании срока действия договора аренды, ни в указанные даты, ни во исполнение вступившего в законную силу судебного акта об обязании должника освободить помещение кредитора должником в лице контролировавших его деятельность лиц меры по освобождению помещения приняты не были.

Суд первой инстанции, устанавливая наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, пришел к выводу о том, что отсутствие документов должника является следствием неправомерного их сокрытия ответчиками для целей исключения возможности проверки деятельности должника и формирования конкурсной массы (в том числе, за счет оспаривания сделок по перечислению денежных средств самим же ответчикам).

Отклоняя довод учредителя ФИО4 о том, что она никакого отношения к деятельности должника не имела и не была осведомлена о финансовых проблемах должника, суд первой инстанции указал, что возможность недоступности мажоритарному собственнику бизнеса сведений о деятельности общества исключена. Проявление же безразличия к результату деятельности общества имеет иную нереабилитирующую учредителя природу, не освобождающую от последствий такого безразличия. 

Судом первой инстанции указано, что директор ФИО6 мог быть назначен только самой ФИО4, в связи с чем его деятельность полностью находилась в сфере влияния ФИО4 Кроме того, из представленных в материалы дела обращений кредитора ООО «Вега-77» (арендодателя) (от 20.04.2023 и 15.06.2023) с просьбой (требованием) об освобождении арендуемого помещения, они были направлены, в том числе в адрес ФИО4

Как указал суд первой инстанции, игнорирование очевидных для учредителя событий существования проблем созданного им бизнеса не влияет на степень ответственности перед кредиторами, неправомерно лишенными возможности получить удовлетворение своих требований из стоимости принадлежащего должнику имущества.

Оценив в совокупности изложенные обстоятельства, установив, что причиной несостоятельности должника являются виновные противоправные действия, в том числе ФИО4 по уклонению от исполнения обязательств перед отдельным кредитором с созданием условий для невозможности проверки объективного экономического положения должника и принятием мер к уменьшению актива должника, способствовавших минимизации возможности получения кредиторами исполнения, суд первой инстанции пришел  к выводу о наличии оснований для привлечения учредителя ФИО4  к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Брэйкин Бэд Групп» за невозможность полного погашения требований кредиторов.

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

Как было указано выше, ФИО4 в период с 19.02.2019 по настоящее время является учредителем (доля участия 70 %).

По смыслу пунктов 4, 16 постановления Пленума № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020                           № 307-ЭС19-18723(2,3) для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо установить наличие трех критериев: 1) ответчик имел возможность оказывать существенное влияние на деятельность должника; 2) ответчик реализовал эту возможность, что привело к негативным для должника и его кредиторов последствиям вплоть до банкротства;                               3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность, наличие у потерпевшего убытков, а также причинно-следственную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими последствиями, вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов данного юридического состава в удовлетворении заявления должно быть отказано. 

Как следует из заявления конкурсного управляющего в качестве основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности указан подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как следует из пункта 11.2.1 Устава ООО «Брэйкин Бэд Групп», единоличным исполнительным органом общества является генеральный директор, который избирается сроком на три года общим собранием участников общества и может быть избран, в том числе, не из числа его участников.

Согласно пункту 11.2.5. генеральный директор решает все вопросы деятельности общества, кроме тех, которые входят в компетенцию общего собрания участников общества, а именно: - без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; - решает вопросы, связанные с подготовкой, созывом и проведением общего собрания участников; - принимает решения и издаёт приказы по оперативным вопросам внутренней деятельности общества; - распоряжается имуществом общества и его кредитами, в том числе имеет право подписи банковских документов, необходимых для получения кредита, с учётом положенийп.13.5. настоящего устава;                           - открывает счета в банках; - имеет право распоряжаться средствами на счетах банка;                         - организовывает хранение документов общества в соответствии с требованиями ст. 50                  ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Таким образом, хранение документов должника относится к компетенции генерального директора ООО «Брэйкин Групп».

Как следует из материалов дела, ФИО4, обладает 70% доли участия в уставном капитале должника, в то же время не представлены сведения об извлечении ей выгоды из незаконного или недобросовестного поведения лица, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от ее имени.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что субъектами субсидиарной ответственности для юридических лиц, имеющих организационно-правовую форму общества с ограниченной ответственностью, помимо учредителей (участников), руководителя, являлись также и иные лица, имевшие право давать обязательные для должника указания или возможность иным образом определять его действия (далее все названные лица в совокупности - контролирующие лица).

Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием офшорных организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.

По смыслу пунктов 4, 16 постановления Пленума № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Как указано в пункте 7 постановления Пленума № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения руководителя должника, является контролирующим.

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

При разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Таким образом, субсидиарная ответственность лица по названному основанию наступает в зависимости от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника.

Как следует из материалов дела, 20.05.2023 директор ФИО6 обращался в дежурную часть ОП № 4 УМВД России по г. Волгограду с требованием дать правовую оценку действиям собственника помещения по адресу 

<

...>. Из содержания названного обращения в правоохранительные органы следует, что ФИО6 сообщил, что уже в марте 2023 года собственник сменил замки в помещении и отключил электричество, в помещении осталось имущество ООО «Брэйкин Бэд Групп». 

Из пояснений ФИО6, данных в суде первой инстанции следует, что  большая часть документов осталась в арендуемом помещении.

Из материалов дела следует, что  по итогам финансового 2022 года задолженность у ООО «Брейкин Бэд Групп» оставалась за декабрь, а в марте 2023 года в помещении кредитор уже сменил замки. Фактически единственным кредитором должника ООО «Брэйкин Бэд Групп» является кредитор ООО «Вега-77», договор аренды с которым заключен 01.03.2022

Первым просроченным периодом, за который задолженность превысила 300 000 руб. закончился в феврале 2023 года (с декабря 2022 года по февраль 2023 года основной долг составил 420 000 руб.).

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 67 ГК РФ и абзацем 2 пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) участник общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в порядке, установленном его учредительными документами.

Пунктом 1 статьи 32 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусмотрено, что высшим органом общества является общее собрание участников общества. Общее собрание участников общества может быть очередным или внеочередным. Все участники общества имеют право присутствовать на общем собрании участников общества, принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать при принятии решений.

В соответствии со статьями 34 и 35 Закона об обществах с ограниченной ответственностью очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Внеочередное общее собрание участников общества проводится в случаях, определенных уставом общества, а также в любых иных случаях, если проведения такого общего собрания требуют интересы общества и его участников. Внеочередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества.

Таким образом, на ФИО4, как на учредителя должника, законом не возлагаются обязанности чаще, чем раз в год контролировать хозяйственную деятельность общества. Все вопросы текущей деятельности в соответствии с нормами права решаются генеральным директором. Право распоряжаться и совершать операции по расчетному счету ООО «Брэйкин Бэд Групп», право распоряжаться денежными средствами, подписывать документы, необходимые для совершения сделок, хранить документацию, имеет только генеральный директор.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в материалы дела не представлены доказательства вовлеченности ФИО4 в процесс управления должником, не представлено доказательств того, что влияние было значительным на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.                                 В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО4 одобряла какие-либо сделки должника, а также принимала участия в ежедневной деятельности                          ООО «Брейкин Бэд Групп». Кроме того, у ФИО4 не было права заключать договоры, нанимать сотрудников, также не было обязанности осуществлять хранение документов должника, поскольку эти обязанности исполнял генеральный директор                        ООО «Брейкин Бэд Групп».

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника не доказал, что ФИО4 влияла на экономическую деятельность должника, давала обязательные для исполнения указания о совершении сделок, перечислении денежных средств или иным образом определяла деятельность должника. Доказательств совершения ФИО4 действий (бездействия), которые привели к несостоятельности (банкротству) должника, в материалах дела не имеется.

Учитывая изложенное, доказательств того, что учредителем  ФИО4 были совершены действия с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов, в материалы дела не представлено, как и не представлено доказательств, подтверждающих незаконность действий ФИО4, наличие ее вины, в том числе доказательств того, что конкурсному управляющему не были переданы документы и имущество по её вине.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что согласно обжалуемому определению от 17.09.2024, ФИО4 привлечена к субсидиарной ответственности за бездействие в сфере управления обществом, непринятие мер к смене руководителя, а также в игнорирование обращений кредитора ООО «Вега-77» (арендодателя) (от 20.04.2023 и 15.06.2023) с просьбой (требованием) об освобождении арендуемого помещения.

Вместе с тем, действующее законодательство о банкротстве предполагает возможность привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным в Законе о банкротстве.

Судебная коллегия учитывает, что основанием обращения конкурсного управляющего с заявлением о привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Брэйкин Бэд Групп» являлись неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве) и невозможность погашения требований кредиторов вследствие несвоевременной передачи конкурсному управляющему документов должника (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Ссылка на то, что ФИО4 бездействовала и осуществляла ненадлежащий контроль в управлении должником, не является основанием для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, в отсутствии доказательств ее вины в несвоевременной передаче конкурсному управляющему документов должника.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий, необходимых для привлечения Харьковской Е.Н к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, что является основанием для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам                      ООО «Брэйкин Бэд Групп».

В связи с изложенным, у суда первой инстанции не имелось правовых оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 3 части 4 статьи 272 АПК РФ арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

При таких обстоятельствах, апелляционная жалоба ФИО4 подлежит удовлетворению, определение суда первой инстанции в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Брэйкин Бэд Групп» следует отменить, в отменной части  принять новый судебный акт.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Принимая во внимание, что конкурсному управляющему ООО «Брэйкин Бэд Групп» ФИО1 была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, судебный акт вынесен не в пользу подателя жалобы, с ООО «Брэйкин Бэд Групп» подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в сумме 30 000 руб.                   00 коп. за подачу апелляционной жалобы.   

Кроме того, учитывая удовлетворение апелляционной жалобы ФИО7,                           с ООО «Брэйкин Бэд Групп» в пользу ФИО4 подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной  жалобы в размере 10 000 руб. 00 коп.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 17 сентября 2024 года по делу              № А12-17276/2023 в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Брэйкин Бэд Групп» отменить, в отмененной части принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Брэйкин Бэд Групп» ФИО1 о привлечении к субсидиарной  ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Брэйкин Бэд Групп» ФИО4 отказать.

В остальной части определение Арбитражного суда Волгоградской области                           от 17 сентября 2024 года по делу № А12-17276/2023 оставить без изменения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Брэйкин Бэд Групп» в пользу ФИО4 10 000 руб. 00 коп. государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Брэйкин Бэд Групп»  в доход федерального бюджета 30 000 руб. 00 коп. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                           Н.В. Судакова

 Судьи                                                                                                                         О.В. Грабко

                                                                                                                         А.Э. Измайлова