АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

02 апреля 2019 года

Дело №

А21-9860/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Боровой А.А., судей Колесниковой С.Г., Троховой М.В.,

рассмотрев 02.04.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Евротрейд» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2018 по делу № А21-9860/2017 (судьи Тойвонен И.Ю., Бурденков Д.В.,            Копылова Л.С.),

у с т а н о в и л:

Викторов Александр Викторович 23.10.2017 обратился в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Шар-Плюс», место нахождения: 236029, Калининград, ул. Толбухина, д. 231, ОГРН 1023901025565, ИНН 3906086605 (далее - Общество).

Определением от 26.10.2017 заявление Викторова А.В. принято к производству суда.

Решением от 28.11.2017 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден Хуцишвили Георгий Бегларович.

Определением от 08.02.2018 к производству суда принято заявление Анищенко Леонида Павловича о включении в реестр требований кредиторов Общества его требования в размере 11 234 340 руб. 34 коп.

Определением от 08.02.2018 к производству суда принято заявление общества с ограниченной ответственностью «Евротрейд», место нахождения: 236006, Калининград, Московский пр., д. 40, оф. 214, ОГРН 1123926048652, ИНН 3906272841 (далее - Компания), о включении в реестр требований кредиторов Общества требования в размере 34 790 459 руб. 27 коп.

Определением от 18.04.2018 в удовлетворении заявления Анищенко Л.П.  отказано; суд указал на то, что требование Анищенко Л.П. подлежит удовлетворению в порядке, установленном пунктом 1 статьи 148  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением от 28.05.2018 требование Компании в размере          34 790 459 руб. 27 коп. признано обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов Общества. 

Анищенко Л.П., не согласившись с определением от 28.05.2018, обжаловал его в апелляционном порядке.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2018 производство по апелляционной жалобе Анищенко Л.П. прекращено применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 16.10.2018 определение апелляционного суда от 14.08.2018 отменено, дело направлено в этот суд для рассмотрения по существу.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2018 определение от 28.05.2018 отменено, по делу принят новый судебный акт об отказе в удовлетворения заявления Компании.

В кассационной жалобе Компания просит отменить постановление от 17.12.2018 и оставить в силе определение от 28.05.2018.

По мнению подателя жалобы, суд первой инстанции правомерно включил требование Компании в реестр требований кредиторов должника, поскольку материалами дела подтвержден факт наличия задолженности Общества перед Компанией в заявленном размере.

Компания полагает, что обстоятельства, на  которые сослался апелляционный суд в обжалуемом постановлении, –  корпоративный конфликт между Анищенко Л.П. и другими участниками Общества, наличие вступившего в законную силу судебного акта, которым с Общества в пользу Анищенко Л.П. взыскана действительная стоимость доли в уставном капитале должника, не имеют значения для принятия решения по существу настоящего обособленного спора в деле о банкротстве Общества, так как не являются основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов должника требования, основанного на обязательствах должника по возврату займов, предоставленных в безналичном порядке.

Вывод  суда апелляционной инстанции  о «дружественности» кредиторов между собой и с должником, по мнению подателя жалобы, не подтвержден имеющимися в материалах настоящего обособленного спора  доказательствами.

Как указано в кассационной жалобе, действующее законодательство не устанавливает критериев «дружественности» и ее последствий; аффилированным или заинтересованным по отношению к должнику лицом Компания  не является.

Податель жалобы также не согласен с выводами апелляционного суда о допущенном Компанией злоупотреблении правом, о  согласованности действий должника и его конкурсных кредиторов. 

Лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, в подтверждение наличия задолженности Компания (займодавец) ссылалась на заключенные с Обществом (заемщиком) договоры беспроцентного займа от 14.03.2014 № 1/14 на 143 988 руб., от 14.03.2014 на 450 000 руб., от 18.03.2014 № 2/14 на 84 000 руб., от 18.03.2014 на 126 500 руб., от 19.03.2014 на 187 100 руб., от 21.03.2014 на 60 000 руб., от 24.03.2014 № 3/14 на 490 000 руб., от 24.03.2014 № 4/14 на 510 000 руб., от 24.03.2014 5 3/14 на 560 000 руб., от 24.03.2014 № 6/14 на 485 000 руб., от 24.03.2014 № 7/14 на 500 000 руб., от 24.03.2014 № 8/14 на 530 000 руб., от 24.03.2014 № 9/14 на 515 000 руб., от 26.03.2014 № 12/14 на 427 000 руб., от 31.03.2014 № 13/14 на 18 300 руб., от 17.01.2017 № 12 на 1 600 000 руб., от 15.02.2017 № 17 на 1 500 000 руб., от 20.03.2017 № 21 на 2 135 000 руб., от 27.04.2017 № 16 на 60 000 руб., от 12.09.2017 № 18 на 1 130 000 руб., от 20.09.2017 № 22 на 1 566 000 руб. 

В подтверждение выдачи займов Компания представила платежные поручения на перечисление денежных средств.

Кроме того, указывала Компания, по договору уступки от 11.01.2017 к ней перешло право требования к должнику на общую сумму 19 147 926 руб., а по соглашению о переводе долга от 17.01.2013 должник принял на себя обязательства уплатить Компании 2 604 645 руб. 11 коп. 

По договору уступки от 11.01.2017 Викторов А.В. уступил Компании право требования к Обществу на общую сумму 19 147 926 руб., подтвержденное копиями 29 договоров беспроцентного займа, заключенных, начиная с 2013 года.   

Общий размер задолженности по указанным договорам составил по расчету Компании 34 790 459 руб. 27 коп. 

Ссылаясь на неисполнение должником обязательства по возврату займов и уплате задолженности по соглашению о переводе долга, Компания обратилась в суд с заявлением о включении соответствующего требования в реестр требований кредиторов Общества.

В процессе рассмотрения дела судом первой инстанции Анищенко Л.П. представил возражения относительно требования Компании, поставив под сомнение наличие у Общества задолженности перед Компанией в заявленном размере. 

Суд первой инстанции не допустил представителя Анищенко Л.П. к участию в деле и не рассмотрел его возражения. 

Суд первой инстанции указал, что реальность договоров займа подтверждена представленными в материалы дела доказательствами и пришел к выводу о том, что заявленное требование является обоснованным и подлежит включению в реестр требований кредиторов должника.

Апелляционный суд, оценив собранные по делу доказательства, пришел к выводу о фактической аффилированности Общества и Компании и недоказанности наличия задолженности в заявленном размере.

На этом основании суд апелляционной инстанции отменил определение суда первой инстанции и отказал во включении требований Компании в реестр требований кредиторов должника.

Суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемого постановления.

В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002  № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства  осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона.

Пунктом 3 статьи 100 Закона о банкротстве установлено, что возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. В силу пунктов 4 и 5 статьи 100 Закона о банкротстве арбитражный суд проверяет обоснованность требований кредиторов как при наличии возражений относительно указанных требований, так и в отсутствие таких возражений.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В данном случае требование  Компании основано на обязательствах должника из договоров  займа и соглашения о переводе долга. 

В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Как установлено вступившими в законную силу судебными актами по делу     № А21-4373/2014, Анищенко Л.П. являлся участником Общества, которому принадлежала доля в размере 33% уставного капитала номинальной стоимостью 3300 руб.

Заявлением от 26.12.2013, полученным Обществом 27.12.2013,      Анищенко Л.П. уведомил Общество о выходе из состава участников и просил выплатить действительную стоимость принадлежащей ему доли.

Общество 28.03.2014 выплатило бывшему участнику 6 325 770 руб.

Анищенко Л.П., не согласившись с размером выплаты, в 2014 году обратился в суд с иском о взыскании недостающей суммы. 

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 05.12.2016 по делу № А21-4373/2014, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2017 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 11.07.2017 с Общества в пользу Анищенко Л.П. взысканы задолженность по выплате действительной стоимости доли в размере 8 923 325 руб. 19 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 001 410 руб. 17 коп., а также судебные издержки.

В рамках дела № А21-4373/2014 установлено, что между Анищенко Л.П. и настоящими участниками Общества имеется корпоративный конфликт, следствием которого явилось в том числе ненадлежащее исполнение последним обязательства по выплате вышедшему участнику действительной стоимости доли. 

Апелляционный суд установил, что в апреле 2017 года с целью недопущения исполнения судебного акта по делу № А21-4373/2014, которым с Общества в пользу Анищенко Л.В. взыскана действительная стоимость доли в уставном капитале, была инициирована процедура ликвидации Общества, а впоследствии –  процедура банкротства.

Установив, что Компания и общество с ограниченной ответственностью «Спецторг» (далее - Фирма), также заявившее требование к Обществу, находятся по одному адресу, интересы указанных лиц, как и интересы должника,  представляют одни и те же лица, апелляционный суд пришел к выводу о согласованности действий Общества и  указанных кредиторов.

Апелляционный суд сделал вывод, что о согласованности действий указанных лиц свидетельствует заключение мирового соглашения в рамках дела о банкротстве Общества, по условиям которого к Компании и Фирме в соответствующих долях переходит движимое и недвижимое имущество должника, а также принадлежащее Обществу право аренды земельного участка.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.12.2018 определение от 22.10.2018 об утверждении мирового соглашения в рамках данного дела о банкротстве отменено. 

Суд апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора посчитал, что фактически в рамках дела о банкротстве Общества реализуется схема вывода ликвидного имущества должника, направленная на удовлетворение «внутригрупповых интересов», с целью недопущения обращения взыскания на активы Общества со стороны иных кредиторов, в связи с чем  пришел к выводу о наличии в действиях Компании  признаков злоупотребления правом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения  указанных требований  суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Как  следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Суд кассационной инстанции полагает, что апелляционный суд, установив наличие в действиях Компании признаков злоупотребления правом, правильно применил нормы материального права, обоснованно отменил определение суда первой инстанции от 28.05.2018 и правомерно отказал во включении заявленного Компанией требования в реестр требований кредиторов.

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что вывод апелляционного суда о «дружественности» Общества и Компании не подтвержден имеющимися в материалах дела доказательствами, не принимается судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017  № 306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В данном случае Компания как лицо, заявившее о включении требования в реестр требований кредиторов должника, не раскрыло  разумные экономические мотивы предоставления беспроцентных займов должнику, длительного непринятия мер по их принудительному взысканию.

Изложенный в кассационной жалобе довод о том, что условие о беспроцентном характере займов было продиктовано достигнутыми соглашениями о предоставлении Обществом Компании значительной скидки на поставляемый товар ранее не приводился ни в суде первой инстанции, ни в апелляционном суде. 

Более того, утверждая о наличии встречных обязательств перед Обществом по оплате поставленного товара, Компания не раскрыла информацию о том, в каком объеме осуществлялись поставки, на какие суммы и каким образом осуществлялась оплата, коль скоро, как пояснила Компания, имело место фактическое авансирование деятельности Общества по закупке товара. 

Следует также отметить, что, несмотря на заявленные Анищенко Л.П. возражения еще при рассмотрении дела в суде первой инстанции, Компания не представила документы первичного бухгалтерского учета, содержащие сведения о том, каким образом и в каком размере задолженность Общества перед Компанией отражалась в учете последней. 

Информация об основаниях возникновения задолженности по соглашению о переводе долга Компанией также должным образом не раскрыта. 

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции соглашается с выводом апелляционного суда о том, что действия сторон направлены на искусственное наращивание кредиторской задолженности Общества путем включения в реестр требований кредиторов задолженности перед Компанией, как дружественным кредитором.

Названные обстоятельства наряду с консолидированными действиями кредиторов Общества и должника правомерно расценены судом апелляционной инстанции в качестве направленных на недопущение исполнения судебного акта, связанного с выплатой задолженности в пользу Анищенко Л.П., при наличии у должника активов в значительном объеме. 

Включение в реестр требований кредиторов требований кредиторов, злоупотребляющих правом и неподтвердивших надлежащим образом наличие задолженности в заявленном размере, приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, и поэтому недопустимо.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции правомерно отменил определение от 28.05.2018 и отказал в удовлетворении заявления Компании.

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Нарушения норм процессуального права суд кассационной инстанции не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2018 по делу № А21-9860/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Евротрейд» - без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.А. Боровая

Судьи

С.Г. Колесникова

 М.В. Трохова