АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

24 января 2022 года

Дело №

А56-2061/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18.01.2022

Полный текст постановления изготовлен 24.01.2022

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Каменева А.Л.,судей Зарочинцевой Е.В.,Троховой М.В., 

при участии ФИО1 (паспорт) и его представителя Мартыново            й Т.В. (доверенность от 01.11.2021), от ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 21.04.2020), от ФИО4 - ФИО5 (доверенность от 26.03.2020), от   конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Инвестстройсервис» ФИО6 - ФИО6 (доверенность от 17.01.2022),   

рассмотрев 18.01.2022 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Инвестстройсервис» ФИО6 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.08.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2021 по делу           № А56-2061/2019/истр.1,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.05.2019 по делу № А56-2061/2019, общество с ограниченной ответственностью «Инвестстройсервис», адрес: 197198, Санкт-Петербург, улица Красного Курсанта, дом 5/11, литер Д, помещение 2Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «ИСС», Общество), признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

 В рамках дела о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), об обязании бывших руководителей ООО «ИСС» ФИО1, ФИО2 и ФИО4 передать ФИО6 оригиналы документов первичного бухгалтерского учета должника, начиная с 01.01.2012 по настоящее время. 

Перечень истребуемых документов из 18 пунктов приведен в просительной части заявления. Кроме этого, заявитель просил взыскать с названных ответчиков в пользу должника судебную неустойку: за первые семь календарных дней просрочки - 70 000 руб., из расчета 10 000 руб. в день;          за вторые семь календарных дней просрочки – 105 000 руб. исходя из расчета     15 000 руб. в день, и так далее, с увеличением каждые семь календарных дней стоимости одного дня просрочки на 5000 руб. до даты фактического исполнения судебных актов о передаче документов. 

Определением суда первой инстанции от 27.03.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2020, заявление удовлетворено частично, на ФИО1,      ФИО2 и ФИО4 возложена обязанность по передаче документации должника; с ответчиков взыскана судебная неустойка в размере в размере     300 руб. в день с даты вступления в законную силу определения суда и до даты фактического исполнения судебного акта о представлении документов. 

В удовлетворении первоначально заявленного требования  к ФИО7 (в связи отказом заявителя) отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.11.2020, определение от 27.03.2020 и апелляционное постановление от 08.09.2020 отменены,  дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении конкурсный управляющий дважды в порядке статьи 49 АПК РФ уточнил просительную часть заявления, требуя обязать ФИО4 и ФИО2 передать ему оригиналы следующих бухгалтерских документов Общества, а именно, от ФИО4 сведения об изменении структуры активов баланса на 01.01.2014 по строке основные средства на 185 341 000 руб. и дебиторская задолженность на 357 615 000 руб.; расшифровку дебиторской задолженности с подтверждающими документами за период с 19.09.2011 по 08.04.2014; сведения об осуществленных действиях по возврату дебиторской задолженности на 2014 год на  357 615 000 руб.; кассовые книги за период 2011 – 2013 года; от ФИО2 сведения по состоянию на 01.01.2015, по строке основные средства на 229 567 000 руб., запасы на 435 869 000 руб.; расшифровку дебиторской задолженности с подтверждающими документами за период с 08.04.2014 по 05.03.2015; сведения об осуществленных действиях по возврату дебиторской задолженности за период с 08.04.2014 по 05.03.2015; кассовые книги за период с 08.04.2014 по 05.03.2015.

Конкурсный управляющий просил суд обязать ФИО1 представить ему  оригиналы документов бухгалтерского учета Общества: сведения об изменении структуры активов баланса за 2015 год по строкам -  основные средства на  229 567 000 руб.; запасы на 435 869 000 руб.; дебиторская задолженность на 20 511 000 руб.; расшифровку дебиторской задолженности за период с 05.03.2015 по 06.05.2019 с подтверждающими документами; сведения об осуществленных действиях по возврату средств, уплаченных в пользу     ООО «Санкт-Петербургское бюро кредитования» (ОГРН 

<

***>) по договору купли-продажи от 20.12.2013.

Кроме этого, ФИО6 требовал взыскать со всех ответчиков судебную неустойку в следующих размерах: 70 000 за первые семь календарных дней просрочки; 105 000 руб. за вторые семь календарных дней просрочки и далее, с увеличением суммы судебной неустойки на 5000 руб. в день каждый семидневный период просрочки.

Определением суда первой инстанции от 12.08.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2021,  требования заявителя удовлетворены частично; ФИО1 предписано передать конкурсному управляющему запрашиваемую документацию Общества, также с указанного ответчика в пользу должника взыскана судебная неустойка в размере 300 руб. до даты фактического исполнения судебного акта о передаче документов. К остальным ответчикам в требованиях ФИО6 отказано. 

В кассационной жалобе ФИО6 просит отменить указанные определение от 12.08.2021 и постановление от 20.10.2024, а также  принять по делу новый судебный акт - об удовлетворении требований конкурсного управляющего в полном объеме.

Податель жалобы считает, что судебные инстанции так и не установили состав документов должника, который был получен ФИО1 от предыдущих руководителей (ответчиков); не приняли во внимание пояснения названного ответчика и участника Общества - ФИО7 По мнению конкурсного управляющего, суды двух инстанций не исполнили указания кассационного суда об установлении фактического местонахождения  документации должника. Податель жалобы отмечает, что суд первой инстанции, при отсутствии надлежащих правовых оснований, фактически не рассмотрел требование конкурсного управляющего о передаче документации должника за период с 01.01.2012 по 05.03.2015. Конкурсный управляющий не согласен с выводами суда о том, что в период, когда руководителем должника являлся ФИО1, ООО «ИСС» продолжало осуществление хозяйственной деятельности, поскольку выводы сделаны вопреки обстоятельствам, установленным при принятии судом решения о признании Общества банкротом и другим представленным в материалы дела доказательствам. По утверждению  подателя жалобы,  ФИО1 являлся номинальным руководителем Общества, назначенным исключительно с целью освобождения от ответственности ФИО4 и ФИО2 за деятельность должника. Кроме того, конкурсный управляющий полагает, что апелляционный суд допустил нарушение норм процессуального права:  при формировании состава суда при новом рассмотрения обособленного спора, в него включен судья (председательствующий), который при первом рассмотрении дела в апелляционном порядке высказал свою позицию, являющуюся противоположной той, которая им высказана в обжалуемом постановлении (имеются сомнения в беспристрастности судьи).

В своей кассационной жалобе ФИО1 также просит отменить определение от 12.08.2021 и постановление от 20.10.2021, а дело направить дело на новое рассмотрение. Податель жалобы полагает, что суды двух инстанций не дали оценку документу - заявлению ФИО1 об увольнении его с должности руководителя ООО «ИСС», и его утверждению о номинальном характере руководства Обществом. 

Согласно позиции ФИО1, документацией должника он не располагает, а указанная конкурсным управляющим документация осталась во владении ПАО «Балтинвестбанк» и фактически у контролирующих Общество лиц; взысканную с него судебную неустойку податель жалобы считает чрезмерной.

В отзыве на  жалобу конкурсного управляющего, ФИО4 возражает против ее удовлетворения, полагая, что факт передачи документации должника ФИО1 подтверждается: материалами налоговой проверки (к которой Обществом представлены документы за период с 2012 года); фактами заключения ООО «ИСС» в лице ФИО1 хозяйственных договоров и их исполнения; осуществлением операций по расчетному счету Общества до   2017 года; представлением в контролирующие органы налоговой и статистической отчетности должника за 2014 год за подписью ФИО1 ФИО4 отмечает, что запрошенные конкурсным управляющим, с учетом уточнения заявленных требований, сведения, изложены им в отзыве на заявление, а требование о предоставлении документации должника за период с 2011 по 2013 года не направлено на формирование конкурсной массы.

Согласно позиции ФИО4, конкурсный управляющий при рассмотрении дела на заявлял о привлечении к участию в нем сотрудников  ПАО «Балтинвестбанк», следовательно, не вправе ссылаться на обстоятельства, связанные с участим данного лица в управлении Обществом. 

В судебном заседании представители конкурсного управляющего и ФИО1 поддержали доводы, приведенные в жалобах.    

Против удовлетворения жалоб возражали представители ФИО2 и ФИО4 по мотивам, изложенным в отзывах.  

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в  заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность судебных актов, принятых по обособленному спору, проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, при обращении в суд с заявлением об истребовании документов, конкурсный управляющий сослался на нарушение ответчиками положений статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002             № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), касающихся порядка передачи документов и имущества должника. В обоснование своего заявления и полномочий ответчиков в качестве руководителей ООО «ИСС», заявитель привел сведения из Единого государственного реестра юридических лиц, согласно которым: ФИО4 и ФИО2 последовательно исполняли обязанности генерального директора Общества с 10.09.2011 и с 08.04.2014 соответственно, а ФИО1 являлся генеральным директором Общества с 05.03.2015 до момента открытия конкурсного производства. Также ФИО6 в заявлении указал, что ФИО1 являлся по сути номинальным генеральным директором, тогда как именно ФИО4 и ФИО2, являлись фактическими руководителями, а ФИО4 еще ранее владел Обществом. Уточняя свои требования к названным ответчикам, конкурсный управляющий просил истребовать у них перечень документов, в котором были указаны варианты их обоснованного отсутствия (например, «при их наличии»). 

Удовлетворяя заявление ФИО6 при первоначальном рассмотрении дела, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что надлежащими ответчиками по обособленному спору обоснованно являются ФИО4, ФИО2 и ФИО1, которые не опровергли доводы конкурсного управляющего и не подтвердили исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве. 

Суд не принял в качестве опровержения письменные объяснения ответчиков относительно фактического отсутствия у них документации Общества, посчитав, что таковыми (надлежащим доказательством) могут быть только доказательства по передаче документов организации от бывших руководителей вновь назначенным.  

Направляя дело на новое рассмотрение, суд округа указал на необходимость оценки судом первой инстанции уставной и иной деятельности ООО «ИСС», согласно которым конкурсному управляющему можно было бы утверждать о наличии (должном ведении и наличии) тех или иных конкретных документов у Общества, с целью установления должностных лиц, ответственных за их передачу (при смене руководителя) и далее конкурсному управляющему; обстоятельств получения  указанными лицами документации должника с учетом периода осуществления ими полномочий руководителей ООО «ИСС» и представленного в материалы дела акта о передаче документации руководителем Общества, который исполнял указанные обстоятельства ранее ответчиков ФИО4 и ФИО2 

Суду предлагалось  установить круг лиц, которые реально могут обладать истребуемыми документами для целей исполнимости судебного акта о таком истребовании.

При новом рассмотрении дела, ФИО4 представлены письменные пояснения, в которых он вновь указал на факт передачи учредительных документов ООО «ИСС» последующему руководителю, а также даны пояснения относительно структуры активов баланса на 01.01.2014 по строке основные средства (185 341 000 руб.) и дебиторская задолженность (357 615 000 руб.); по расшифровке кредиторской и дебиторской задолженности, сославшись в обоснование позиции на представленное в материалы дела публичным акционерным обществом «Балтинвестбанк» (далее –Банк) экспертное заключение от 18.12.2013. 

Утверждая о том, что вся документация, включая кассовые книги           ООО «ИСС», была передана последующему руководителю, ФИО4 сослался и на акт налоговой проверки от 15.09.2016 № 16.14/006, в материалах которой (налоговой проверки),  согласно позиции ФИО4, содержатся сведения о том, что фактически контроль за деятельностью ООО «ИСС» осуществлялся упомянутым Банком, в интересах которого действовал   ФИО1 (например, получал от Банка вознаграждение в виде заработной платы). 

ФИО2, при новом рассмотрении спора, представил свои пояснения, в которых указал, что им документация должника передавалась – ФИО1, однако письменный документ об этом не сохранился. Ответчик также сослался на упомянутую налоговую проверку ООО «ИСС» в 2016 году, то есть проведенную в бытность ФИО1, на основании представленных последним налоговому органу документов за ранее проверяемый период, что по мнению ФИО2, подтверждает его позицию и позицию ФИО4 об отсутствии в принципе у них каких-либо документов организации.  

Также ФИО4 и ФИО2 поясняли, что в составе дебиторской задолженности, указанной заявителем, была отражена сумма аванса, уплаченная в пользу общества с ограниченной ответственностью «Санкт-Петербургское бюро кредитования» (далее – ООО «СПБК») по договору купли-продажи от 20.12.2013 за приобретение ООО «ИСС» здания по адресу: Санкт-Петербург, Московский проспект, дом 100. Однако решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.12.2014 по делу         № А56-24805/2014 (сохраненное постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.07.2015), указанное здание было истребовано у должника в пользу открытого акционерного общества «Научно-исследовательский институт электромашиностроения». 

Кроме того, из пояснений названных ответчиков следует, что основные средства ООО «ИСС» представляли собой: другое здание, по адресу: Санкт-Петербург, Муринский проспект, дом  36, литера А, которое приобреталось Обществом по договору купли-продажи от 21.05.2012, а также сумму расходов, потраченную на его реконструкцию. 

Дебиторская задолженность, числящаяся в балансе на упомянутые конкурсным управляющим даты (помимо указанной выше), формировалась за счет авансов за работы по реконструкции данного здания. Как раз с 2012 года, по утверждению ФИО4, началась деятельность Общества, именно с эксплуатации этого здания, которое в последующем отчуждено в пользу        ООО «СтройАльянс» по договору купли продажи от 02.06.2015. 

При новом рассмотрении спора, суд первой инстанции оценив собранные по делу доказательства, посчитал, что требования конкурсного управляющего к ФИО4 и ФИО2 необоснованны, поскольку не доказано факта и возможности нахождения у этих ответчиков какой-либо (в том числе истребуемой) документации ООО «ИСС», тогда как в период более четырех лет перед банкротством должника, в котором именно ФИО1 выполнял функции руководителя Общества, последнее совершало определенные финансово-хозяйственные действия и операции (сделки, платежи, предоставляло документацию налоговому органу за периоды с 2012 года).    

 Суд также отметил факт бездействия ФИО1 по истребованию документации ООО «ИСС» от предыдущих руководителей или принятии каких-либо мер к ее восстановлению, если таковая требовалась для деятельности Общества и имелись на то основания. 

Суд отклонил доводы ФИО1 о номинальном характере его деятельности в ООО «ИСС», сказав собственно о том, что, то как себя представлял ответчик в должности директора Общества (номинально), не опровергают подтвержденный представленными в материалы дела доказательствами факт нахождения документации должника в распоряжении именно этого ответчика. Доказать факт номинального управления Обществом, ФИО1 решил только в 2018 году (запись о недостоверности сведений о руководителе должника ФИО1 была внесена в ЕГРЮЛ 12.09.2018).

Разрешая вопрос о размере судебной неустойки, на случай неисполнения ФИО1, судебного акта, суд с учетом принципов справедливости и соразмерности снизил запрашиваемый конкурсным управляющим размер такой неустойки. 

Апелляционный суд проверяя обособленный спор в порядке апелляционного производства не нашел оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалоб и возражений на них, суд  кассационной инстанции пришел к с следующему.

Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), заявление об истребовании документации и имущества должника у его руководителя удовлетворяется судом в порядке статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), как требование об исполнении обязательства в натуре.

 В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сказано, что по смыслу пункта 1 статьи 308.3 ГК РФ, кредитор не вправе требовать по суду от должника исполнения обязательства в натуре, если осуществление такого исполнения объективно невозможно.

Принятие судебного акта об истребовании имущества или документации, возможность передачи которых у ответчика отсутствует, противоречит принципу исполнимости судебных актов и указанным выше разъяснениям, на что, также, указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986. Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, степень должной конкретизации требования арбитражного управляющего об обязании передать документы оценивается судом с учетом обстоятельств рассматриваемого дела и необходимости обеспечения реальной возможности осуществления управляющим возложенных на него полномочий. 

При новом рассмотрении дела, конкурсный управляющий сформулировал требования к каждому упомянутому ответчику о передаче конкретной документации и сведений, которые должны, по его мнению, иметься в их распоряжении.

Как видно из материалов дела, ответчики смогли представить только объяснения по фактическим обстоятельствам деятельности Общества и их участия в указанной деятельности (ввиду фактического отсутствия у них спорных документов), которые обоснованно приняты во внимание судом в совокупности с представленными в дело доказательствами по делу в порядке статьи 71 АПК РФ.

Исходя из положений статьи 7 Федеральный закон от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и статьи 50 Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», нахождение документации организации по месту ее нахождения и в ведении конкретно действующего руководителя презюмируется. 

Определенная форма закрепления передачи документации юридического лица при смене его органов управления законодательно не установлена, следовательно, в силу положений статьи 68 АПК РФ, данное обстоятельство может подтверждаться любыми, допустимыми представленными в дело доказательствами.

Суд первой инстанции, делая вывод о нахождении спорной документации в ведении именно ФИО1 (последнего руководителя ООО «ИСС») правомерно учел факты исполнения Обществом после назначения указанного лица хозяйственных договоров – по организации имущества и обслуживанию выданного Банком кредита, предоставление налоговой отчетности Общества в налоговый орган, с отражением в нем активов должника (за подписью  ФИО1), представление пакета документации должника для налоговой проверки, проводимой в период осуществления  ФИО1 общего руководства Обществом. 

Совокупность данных обстоятельств подтверждает, что интересующая конкурсного управляющего документация ООО «ИСС» все же была принята в ведение ФИО1 после прекращения полномочий ФИО4 и ФИО2 Каких-либо доказательств, которые прямо или косвенно указывали бы на удержание спорной документации названными ответчиками уже после назначения ФИО1 на должность директора ООО «ИСС», материалы дела не содержат.

Принимая на себя права и обязанности руководителя Общества,   ФИО1, таким образом, принял на себя и соответствующую ответственность, установленную законом. В частности, ФИО1 оформил банковскую карточку по распоряжению расчетным счетом Общества, что подтверждает доступ данного ответчика к денежным средствам на расчетном счета и предполагает его фактическое участие в финансово-хозяйственной деятельности Общества. При данных обстоятельствах, говоря о том, что фактическую деятельность ООО «ИСС» вели сотрудники названного выше Банка, именно ФИО1, должен был представить в суд допустимые и относимые доказательства реального доступа этих лиц к документации Общества и напротив, подтвердить отсутствие своего доступа к деятельности должника. 

Таких доказательств, как видно из материалов дела,  подателем жалобы в ходе судебного разбирательства не было представлено; к тому же поручение составления бухгалтерской отчетности привлеченному лицу, равно как и осуществление деятельности по управлению Обществом под контролем Банка об отсутствии в распоряжении руководителя Общества документации должника не свидетельствует.

Исполняя в течение достаточно продолжительного времени обязанности генерального директора Общества, ФИО1 не заявлял о незаконном удержании документации должника иными лицами, в частности, другими ответчиками ФИО4 и ФИО2 

В ходе судебного разбирательства ФИО1 не ходатайствовал о привлечении к участию в деле Банка, доказательств передачи документации должника во владение сотрудникам Банка не представлял, что исключало необходимость оценки судом участия Банка в управлении должником. 

Ссылаясь на свое заявление об увольнении, ФИО1 на конкретные доказательства передачи при этом документации должника его учредителю или иным лицам, либо утраты доступа к ней по иным обстоятельствам, не указал.

Таким образом, суды двух инстанций при новом рассмотрении обособленного спора пришли к обоснованному выводу о том, что истребуемая информация и документация должна иметься в распоряжении именно ФИО1 

Присуждение судебной неустойки в данном случае соответствует положениям статьи 308.3 ГК РФ, подлежащей, как указано выше, применению к спорным правоотношениям,  а ее размер определен, в том числе, с учетом длительности бездействия ФИО1 по передаче спорной документации.

Оценка фактических обстоятельств, в которым относится размер судебной неустойки, в силу положений статьи 286 АПК РФ не входит в пределы рассмотрения дела кассационным судом. На то, что судебными инстанциями, при определении суммы неустойки, подлежащей взысканию с ФИО1, были нарушены нормы материального или процессуального права, либо не была дана оценка каким-либо доказательствам по делу, податели жалоб не указывают. 

Следовательно, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции о размере судебной неустойки также не имеется. Также в апелляционном порядке определение суда первой инстанции об истребовании документов и взыскании с него судебной неустойки ФИО1 не обжаловалось. 

Говоря об оценке требований, заявленных к ФИО4 и ФИО2, суды двух инстанций правомерно учли представленные в ходе рассмотрения дела ФИО4 и ФИО2 пояснения по учету и движению активов должника, сведения о которых истребуются конкурсным управляющим. 

Последний, с учетом отзывов названых ответчиков, не конкретизировал, какие именно, еще сведения и документы, необходимые для формирования конкурсной массы, могут иметься у названных ответчиков на момент рассмотрения данного обособленного спора, и которые не были бы представлены конкурсному управляющему.

Исходя из сказанного, по мнению кассационной инстанции, суды правильно установили и оценили фактические обстоятельства дела и приняли обоснованные, законные судебные акты.

Доводы кассационной жалобы конкурсного управляющего о нарушении апелляционным судом норм процессуального права противоречат положениям статьи 22 АПК РФ, которая не исключает участия судьи, рассматривавшего дело по апелляционной инстанции, в повторном рассмотрении этого дела в апелляционном суде. На необходимость замены состава суда при направлении дела на новое рассмотрение, кассационный суд в своем постановлении не указывал. 

Повторное рассмотрение дела после отмены принятых по нему судебных актов не противоречит АПК РФ, и не является, само по себе, основанием усомниться в беспристрастности состава суда.

Доводы, приведенные в жалобах их подателями,  не нашли своего обоснованного  подтверждения в суде кассационной инстанции. В этой связи, определение от 12.08.2021 и постановление от 20.10.2021 отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.08.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2021 по делу № А56-2061/2019 оставить без изменения, а кассационные жалобы ФИО1 и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Инвестстройсервис» ФИО6 – без удовлетворения. 

 

Председательствующий

А.Л. Каменев

Судьи

 

Е.В. Зарочинцева

М.В. Трохова