﻿1063/2020-18617(1) 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65 http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-144752/2018

11 февраля 2020 года

г. Санкт-Петербург

/тр.6  Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2020 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 11 февраля 2020 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Медведевой И.Г. судей Глазкова Е.Г., Савиной Е.В. 

при ведении протокола судебного заседания: секретарем с/з Куляевым С.Д.  при участии:  

от заявителя: Базиян Ю.М., представитель по доверенности от 10.01.2019, паспорт,  

от временного управляющего: Крук М.А., представитель по доверенности от  09.09.2019, паспорт,  

от иных лиц: не явились, извещены, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-38704/2019) ООО «Формула» на определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от  27.11.2019 по делу № А56-144752/2018/тр.6 (судья Тетерин А.М.), принятое  

по заявлению ООО «Формула» 

к должнику – ИП главы крестьянского (фермерского) хозяйства «Тригорская Ферма»  Куриловой Ольгы Георгиевны  

о включении требования в реестр требований кредиторов должника ИП-глава КФХ  Курилова О.Г.  

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 29.03.2019 по заявлению ЗАО «Водоканалстрой» в отношении  индивидуального предпринимателя – главы крестьянского (фермерского) хозяйства  Куриловой Ольги Георгиевны (ОГРНИП 308784709200143, адрес: 195220, Санкт- Петербург, Гражданский пр., д.9, корп.8, кв.9) (далее – должник, глава КФХ) введена  процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Мощонский Илья  Николаевич.  

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 06.04.2019 № 61.  

В пределах срока, установленного пунктом 1 статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, ООО «Формула» (далее –  кредитор) обратилось с заявлением (с учетом уточнения) о включении в реестр  

требований кредиторов должника требования в размере 25 206 262,60 руб., из  которых 19 875 794,04 руб. основной долг, 5 330 468,56 руб. проценты, основанного  на договорах займа.  

Определением от 27.11.2019 в удовлетворении требования отказано. Суд  первой инстанции, переквалифицировав заемные отношения в отношения по  поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ,  признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, отказал во  включении требования в реестр.  

В апелляционной жалобе ООО «Формула» просит указанное определение  отменить, заявленные требования удовлетворить, ссылаясь на то, что денежные  средства по договорам займа были перечислены кредитором в безналичном  порядке на расчетный счет должника, что подтверждает реальность заемных  правоотношений и исполнение кредитором обязательств по договорам займа.  Податель жалобы считает неверным вывод о заинтересованности сторон сделки,  поскольку аффилированность установлена судом только черед одного из  участников Ильгача А.Н., который являлся участником указанных предприятий  непродолжительный период – только по октябрь 2014 года, тогда как договоры  займа заключались и в 2015 и в 2017 годах; более того, являясь одним из  участников предприятий, данное лицо не могло и не влияло на принятие каких бы то  ни было решений. Согласно доводам жалобы, ООО «Формула» не являлось  участником должника, поэтому его требование не может быть квалифицировано как  корпоративное и основания для применения пункта 2 статьи 170 ГК РФ  отсутствовали. По утверждению подателя жалобы, предоставление займа должнику  носило гражданско-правовой характер, заемные средства предоставлялись на  рыночных условиях под 6,5% до 8,0% годовых; предоставленные в материалы дела  доказательства выдачи заемных денежных средств и их частичный возврат  свидетельствуют о реальности хозяйственных отношений между должником и  кредитором.  

В отзыве на апелляционную жалобу временный управляющий, выражая свое  согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения,  апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что займы  предоставлялись как раз в период, когда Курилова О.Г., Ильгач А.Н. и ООО  «Урожайное» состояли в прямых корпоративных связях.  

В судебном заседании представитель ООО «Формула» поддержал доводы  апелляционной жалобы в полном объеме. Представитель временного  управляющего возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по  основаниям, изложенным в отзыве.  

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения,  апелляционный суд не установил оснований для его отмены или изменения.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, у  индивидуального предпринимателя – главы крестьянского (фермерского) хозяйства  Куриловой Ольги Георгиевны имеются неисполненные денежные обязательства  перед обществом с ограниченной ответственностью «Формула» (далее – ООО  «Формула», кредитор) по следующим договорам займа:  

1. Договор займа № Ф/КФХ/2 от 23.03.2017, по которому размер  задолженности составляет 3 803 272,00 руб., в том числе: 3 449 795,00 руб. –  основной долг, 353 477,00 руб. – проценты за пользование займом. Срок возврата  до 30.12.2017.  

2. Договор займа № Ф/КФХ/4 от 19.09.2017, по которому размер  задолженности составляет 1 298 630,10 руб., в том числе: 1 200 000,00 руб. –  основной долг, 98 630,10 руб. – проценты за пользование займом. Срок возврата до  30.09.2017.  

3. Договор займа № Ф/КФХ/1 от 06.02.2015, по которому размер  задолженности составляет 8 759 131,99 руб., в том числе: 7 578 900 руб. – основной  долг, 1 180 231,99 руб. - проценты за пользование займом. Срок возврата до  31.12.2016.  

4. Договор займа № КФХ/С/12-2 от 21.08.2012, по которому размер  задолженности составляет 4 639 833,20 руб., в том числе: 3 190 000,00 руб. –  основной долг, 1 449 833,20 руб.- проценты за пользование займом.  

5. Договор займа № С/ОГ-11 от 18.01.2012, по которому размер  задолженности составляет 4 951 256,48 руб., в том числе: 3 110 000,00 руб. –  основной долг, 1 841 256,48 руб.- проценты за пользование займом.  

6. Договор займа № С/ОГ-34 от 03.08.2012, по которому размер  задолженности составляет 2 055 620,17 руб., в том числе: 1 756 159,04 руб. –  основной долг, 299 461,13 руб. – проценты за пользование займом.  

Всего общая сумма требования составляет 25 206 262,60 руб., из которых  19 875 794,04 руб. основной долг, 5 330 468,56 руб. проценты, основанного на  договорах займа.  

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве  проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом  независимо от наличия разногласий относительно этих требований между  должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с  одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.  Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых  представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности  (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных  с рассмотрением дел о банкротстве»).  

Исходя из судебной практики, следует, что суды при проверке обоснованности  требований кредиторов обязаны выяснить реальных характер соответствующих  отношений во избежание включения в реестр требований кредиторов искусственно  созданной задолженности в целях получения контроля над процедурой банкротства  должника.  

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным  лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо  являются по отношению к нему аффилированными.  

Судом первой инстанции установлено, что в период предоставления займов  одним из участников ООО «Формула» являлся Ильгач А.Н.  

Ильгач А.Н. также является одним из членов должника Крестьянского  (фермерского) хозяйства «Тригорская ферма», участником и главой которого  является Курилова О.Г.  

Также Ильгач А.Н. являлся участником ООО «Урожайное», руководителем  которого с 04.10.2012 по 12.08.2015 являлась Курилова О.Г.  

Генеральным директором ООО «Формула» с 09.10.2014 по 03.10.2018  являлась Маркова Марина Викторовна, которая в период с 08.04.2011 по 31.10.2011  являлась генеральным директором ООО «Урожайное».  

В этой связи, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что Курилова  О.Г. и ООО «Формула» через Ильгача А.Н., являются заинтересованными  (аффилированными) лицами с наличием устойчивых корпоративных связей.  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником  процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо  с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего  может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы  

совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже  заключенного соглашения.  

Приведенные разъяснения направлены на предотвращение в условиях  банкротства должника и конкуренции его кредиторов необоснованных требований к  должнику и нарушения тем самым прав кредиторов, поэтому к доказыванию  обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота,  предъявляются повышенные требования. Целью такой проверки являются  установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр  необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению  прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.  

В пункте 7 названного постановления указано, что если совершение сделки  нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может  быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать  соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следует учитывать, что  стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное  исполнение (пункт 86 Постановления № 25).  

Согласно разъяснениям пункта 1 «Обзора судебной практики разрешения  споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований  контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», (утв. Президиумом  Верховного Суда РФ 29.01.2020), именно на аффилированном с должником  кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости  договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.  

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу  стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего  поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать  реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в  составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о  банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться  проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным  требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены  ли достаточные доказательства существования фактических отношений по  договору.  

Проанализировав представленные доказательства по правилам статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой  инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для включения заявленной  задолженности в реестр требований кредиторов должника, поскольку возникшие  между сторонами правоотношения только формально имели гражданско-правовую  природу, их возникновение и существование было бы невозможно, если бы стороны  не являлись аффилированными лицами.  

Должником и кредитором не обоснована экономическая целесообразность  предоставления должнику займа. Должником не даны пояснения как полученные  средства были истрачены, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и  налоговом учете и отчетности, ни в суде первой инстанции, ни апелляционному  суду.  

С учетом установленной аффилированной сторон и отсутствия доказательств  наличия у кредитора разумных экономических мотивов предоставления должнику  денежных средств в условиях его неплатежеспособности, действия сторон были  направлены на формирование искусственной кредиторской задолженности для  

целей участия в распределении конкурсной массы в обход интересов  добросовестных кредиторов.  

В такой ситуации суд первой инстанции, ввиду отсутствия доказательств  реальности сделки, ее экономической целесообразности, обоснование мотивов  совершения сделки, ее разумности, верно применяя нормы материального права, с  учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, правомерно отказал  в удовлетворении заявленных требований.  

Апелляционным судом принимается во внимание, что суммы займа  подлежали возврату задолго до возбуждения в отношении должника процедуры  банкротства (10.12.2018). Так, согласно представленным в материалы дела  договорам займа, займы подлежали возврату максимум до 30.12.2017. Между тем,  сторонами какие-либо действия к их возврату до обращения с настоящим  требованием в реестр требований кредиторов не предпринимались.  

Согласно разъяснениям пункта 3.2 «Обзора судебной практики разрешения  споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований  контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», (утв. Президиумом  Верховного Суда РФ 29.01.2020), невостребование контролирующим лицом займа в  разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как  отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного  договором или законом (например, пунктом 2 статьи 811, статьи 813 ГК РФ), или  подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по  существу являются формами финансирования должника. Если такого рода  финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя  должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного  пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается  компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе  риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.  

Данные действия следует расценивать как финансирование, осуществляемое  путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности.  

Таким образом, у суда первой инстанции отсутствовали основания для  удовлетворения заявления ООО «Формула».  

В целом, доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы  суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться  основанием для отмены обжалуемого судебного акта.  

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения  определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не  имеется.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1  части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 27.11.2019 по делу № А56-144752/2018/тр.6 оставить без изменения,  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо- Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий И.Г. Медведева  Судьи Е.Г. Глазков  

 Е.В. Савина