ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело  № А40-40897/23

29 сентября   2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября   2023 года

Полный текст постановления изготовлен 29 сентября   2023 года

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего судьи Стрельникова А.И.,

судей  Дзюбы Д.И.,  Каденковой Е.Г., 

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1, дов. №50/20-6-951 от 26.07.2023г., ФИО2, дов. №50/20-6-612 от 09.01.2023г.; 

от ответчика: ФИО3. дов. №20-22/0259 от 28.07.2023г., 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

Федерального автономного учреждения "Центральный аэрогидродинамический институт имени профессора Н.Е. Жуковского" 

на решение от 13 апреля 2023 года

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 22 июня 2023 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по иску ФАУ «ЦАГИ» 

к ПАО «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» 

 о взыскании денежных средств, 

  

УСТАНОВИЛ:

Федеральное автономное учреждение «Центральный аэрогидродинамический институт имени профессора Н.Е. Жуковского» обратилось с исковым заявлением к Публичному акционерному обществу «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» о взыскании задолженности по договору от 29.05.2020 № 1920187320481432208201066/5283 в сумме 11.521.147, 93 руб., нестойки, начисленной  за период с 02.10.2022г. по 13.02.2023г. в сумме 1.087.006, 76 руб. с дальнейшим ее начислением  с 14.02.2023г. по дату фактического исполнения ответчиком обязательства по оплате долга.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13 апреля 2023 года в удовлетворении исковых требований было  отказано  (т.1, л. д. 135-138).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22 июня 2023 года данное решение было оставлено без изменения (т.2, л.д. 29-33).

         Не согласившись с указанными судебными актами, истец  обратился с кассационной жалобой, в которой указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права,- ст.ст.10,309,310, 314,327.1,330, 401,421, 422,702,711,746,769,774 ГК РФ, ст.8.4 Федерального закона 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе», ст.ст.15, 65,71,168,170,171 АПК РФ, а также на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем просил обжалуемые решение и постановление отменить и направить дело на новое рассмотрение.

В заседании суда кассационной инстанции представители истца поддержали доводы жалобы в полном объеме.

Представитель ответчика  в заседании суда против доводов кассационной жалобы возражал, в том числе и по доводам, изложенным в письменных объяснениях, приобщенных к материалам дела.

             Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей сторон, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что решение и постановление подлежат отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

             Как видно из материалов дела, 29.05.2020 между Федеральным автономным учреждением «Центральный аэрогидродинамический институт имени профессора Н.Е. Жуковского и ПАО «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» в редакции дополнительных соглашений № 1 от 09.09.2020, № 3 от 29.12.2021, № 4 от 31.05.2022, №5 от 16.03.2022 был заключен договор на выполнение работ № 1920187320481432208201066/5283. В соответствии с дополнительным соглашением № 3 от 29.12.2021, все права и обязанности заказчика по договору перешли к ПАО «ИЛ». В соответствии с дополнительным соглашением № 5 от 16.03.2022, все права и обязанности исполнителя по договору перешли к ФАУ «ЦАГИ». Из положений п. 9.1. договора следует, что стороны распространили его действие на правоотношения, возникшие с 20.12.2019. По условиям п. 1.1. договора,  исполнитель обязался  выполнить предусмотренные договором работы в соответствии с условиями договора и своевременно сдать заказчику их результат, а заказчик обязался принять и оплатить их. В соответствии с п. 1.2. договора, работы выполняются во исполнение государственного контракта от 09.08.2019 № 1920187320481432208201066, заключенного между ПАО «ОАК» и МО РФ и контракта от 13.12.2019 № 1920187320481432208201066/855/дсп-Д, заключённого между АО «ЭМЗ им. В.М. Мясшцева» и ПАО «ОАК». Протоколом фиксированной цены (приложения № 2 к дополнительному соглашению № 1 от 09.09.2020 к договору) стоимость выполнения работ составляет 16.336.013, 17 руб. В  п.  3.4.2. договора предусмотрено, что оплата за выполненные работы, с удержанием части выплаченного аванса пропорционально цене выполненных работ, осуществляется на основании счета в течение 10 рабочих дней со дня подписания сторонами акта сдачи-приемки выполненных работ после поступления заказчику соответствующих денежных средств от головного исполнителя и предоставления исполнителем заказчику документов, перечисленных в п.п. 3.4.2.1 (счет-фактура в 1-м экз.), п.п. 3.4.2.2 (акт сдачи-приемки выполненных работ в 5-ти экз.), п.п. 3.4.2.3. (удостоверение 1027 ВП МО РФ в 5-ти экз.) договора.

Так, 25.09.2020 сторонами был подписан акт № 2 сдачи-приемки выполненных работ по договору (в редакции ДС № 1) по пунктам №№ 8-10, 23-26, 29-30, 32. 34-36. 39-40. 44-45 ведомости исполнения, из которого следует, что у заказчика отсутствуют претензии по качеству и срокам выполнения работ, авансирование не производилось. Исполнителю к перечислению следует 5.287.504 руб. 90 коп.  Кроме того, 21.10.2020 сторонами был подписан акт № 3 сдачи-приемки выполненных работ по договору (в редакции ДС № 1) по пунктам №№ 2, 4-7, 13-14, 16, 21, 27, 31, 33, 37, 41- 43, 46, 48-50 ведомости исполнения, из которого следует, что у заказчика отсутствуют претензии по качеству и срокам выполнения работ, авансирование не производилось. Истцу к перечислению следует 6.233.643, 03 руб. Истцом ответчику направлены/вручены по акту № 2 удостоверение 1027 ВП МО РФ, полученное ответчиком 28.09.2020г., а также  счет, полученный ответчиком 25.04.2022г., а по акту № 3 удостоверение 1027 ВП МО РФ, полученное ответчиком 21.10.2020г.,  и  счет, счет-фактура, полученные ответчиком 20.11.2020г.  При этом положениями п. 3.4.2. договора предусмотрено, что заказчик обязан оплатить в полном объеме выполненные работы: по акту № 2 - не позднее 13.05.2022г.; по акту № 3 - не позднее 04.12.2020г.

Как указал истец, оплата выполненных истцом работ ответчиком не  была произведена,  в связи  с чем долг, согласно расчету истца, составил 11.521.147, 93 руб. Кроме того, истцом на основании  п. 5.3.1. договора за период с 02.10.2022г. по 13.02.2023г. была начислена неустойка в сумме  1.087.006, 76 руб. 29.04.2022г. истцом в адрес ответчика была  направлена претензия от 28.04.2022г. исх. № 50/20-10-4013, содержащая требование о предоставлении информации о том, в течение какого срока ожидается получение денежных средств от ПАО «ОАК» для окончательного расчета с участниками кооперации и какие меры предприняты ответчиком для получения денежных средств. В ответном письме от 07.06.2022г. исх. № 56/1132 ответчик сообщил истцу, что задолженность по договору будет оплачена после поступления денежных средств от головного исполнителя.

Указанные обстоятельства и послужили основанием для обращения истца с настоящим требованием, в удовлетворении которого было отказано, что подтверждается решением и постановлением по делу. При этом суд в обжалуемых актах, оставляя исковые требования без удовлетворения, руководствуясь ст.ст. 307, 309, 310, 314, 330, 421, 422,  702,  711, 746 ГК РФ,  Федеральным законом от 29.12.2012 № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе», исходил из того, что в данном случае обязанность по оплате выполненных истцом работ у ответчика не наступила ввиду нижеследующего.

 

Так, из материалов дела следует, что  работы по договору выполнялись в рамках государственного контракта от 09.08.2019 № 1920187320481432208201066, заключенного между Министерством обороны Российской Федерации и ПАО «ОАК» и контракта от 13.12.2019 № 1920187320481432208201066/855/дсп-Д, заключенного между ПАО «ОАК» и ПАО «Ил» (п. 1.2 Договора). При этом истец, ответчик, ПАО «ОАК» и Минобороны России являются участниками кооперации по выполнению работ по государственному оборонному заказу, в силу чего, по мнению суда, правовое регулирование взаимоотношений сторон внутри данной кооперации имеет ряд особенностей. Поскольку  предметом договора является выполнение работ для нужд Минобороны России,  то суд в обжалуемых актах  посчитал, что отношения сторон являются не обычными хозяйственными отношениями двух субъектов предпринимательской деятельности по выполнению работ в рамках гражданского оборота, а отношениями соисполнителей государственного оборонного заказа, входящих в кооперацию головного исполнителя этого заказа, в связи с чем к отношениям сторон, возникшим в ходе исполнения указанного договора, помимо норм ГК РФ, подлежат применению специальные нормы Федерального закона от 29.12.2012 № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе», который также предусматривает специальный порядок осуществления расчетов между сторонами, распространяющийся на все заключенные участниками кооперации сопровождаемые сделки. При этом, в соответствии с ч. 3 ст. 12 указанного Закона, выплачиваемые финансовые средства, предназначаются только для расходов на выполнение государственного оборонного заказа и авансирование соответствующих работ, вследствие чего исполнители несут ответственность за иное использование указанных средств. С учетом требований ФЗ «О государственном оборонном заказе», денежные средства на оплату работ выделяются только после проверки затрат, понесенных исполнителями государственного оборонного заказа, так как все исполнители обязаны отчитываться перед стоящим выше его по цепочке контрагентом о целевом расходовании выделенных бюджетных средств и несут ответственность за нецелевое расходование выделенных из бюджета средств, что следует из письма ВАС РФ от 19.02.1996 № С5-7/ОЗ-93 «О Федеральном законе «О государственном оборонном заказе».

В данном случае суд в обжалуемых актах посчитал, что вышеуказанные положения закона, вопреки утверждениям истца, положенным в основу заявленного иска, не противоречат действующему российскому гражданскому законодательству, которое допускает постановку под отлагательное условие как сделки в целом, так и отдельных прав и обязанностей сторон сделки (ст. 157, 327.1 ГК РФ), а также не противоречит закону и установление срока указанием на обстоятельство, не зависящее от воли сторон договора (ст. 314 ГК РФ). С учетом вышеуказанного, суд в обжалуемых актах указал, что закон не запрещает и установление срока исполнения обязательства, осложненного отлагательным условием. Кроме того, суд в обжалуемых актах  отметил, что истец, заключая договор с ответчиком, добровольно согласился, что финансирование работ осуществляется за счет средств федерального бюджета и оплата производится после поступления денежных средств из федерального бюджета,  то есть своевременное исполнение ответчиком обязательств по договору напрямую зависит от поступления денежных средств из федерального бюджета и головного заказчика.

Таким образом, суд обеих инстанций пришел к выводу о том, что условие о проведении расчета после получения денежных средств от государственного заказчика согласуется со ст. 10 ФЗ «О государственном оборонном заказе», в соответствии с которой государственный заказчик проверяет расходы по государственному контракту и выделяет головному исполнителю экономически обоснованные затраты, связанные с выполнением государственного оборонного заказа. Данное условие об оплате после поступления денежных средств от государственного заказчика (головного исполнителя, исполнителя высшего уровня), как посчитал суд, является обычной деловой практикой в договорах, заключаемых в рамках исполнения государственного оборонного заказа, не противоречит положениям ст.ст. 190, п. 1 ст. 314, 327.1, 711, 746 ГК РФ. При этом истец и ответчик, заключая спорный договор, определили источник финансирования по договору - средства федерального бюджета Российской Федерации, поступающие ПАО «Ил» на отдельный банковский счет в уполномоченном банке от ПАО «OAK», которому, в свою очередь, денежные средства поступают от государственного заказчика - Министерства обороны Российской Федерации, что предусмотрено пунктами пункты 3.1, 3.4.2 договора, заключенного между истцом и ответчиком, в связи  с чем своевременное исполнение ответчиком обязательств по договору напрямую зависит от поступления денежных средств из федерального бюджета и головного заказчика.

При таких обстоятельствах,  суд в обжалуемых актах пришел к выводу о том, что установленное договором условие об оплате, осложненное отлагательным условием - поступлением денежных средств от государственного заказчика, не противоречит действующему законодательству и является обычной деловой практикой в договорах, заключаемых в рамках исполнения государственного оборонного заказа, что отражено в правовой позиции, сформированной Верховным Судом Российской Федерации в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017)», утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017 (ответ на вопрос 2). Помимо вышеизложенного, отказывая в удовлетворении иска, суд  в обжалуемых актах также исходил из пп. 7 п. 1 ст. 8 Федерального закона «О государственном оборонном заказе», из которого следует, что  головной исполнитель (соисполнитель) обязан использовать для расчетов по контрактам только отдельные счета, открытые исполнителям, с которыми у головного исполнителя заключены контракты, в уполномоченном банке. В соответствии со ст. 8.3, 8.4 указанного  Закона, движение денежных средств по отдельному банковскому счету ограничено, использование финансовых инструментов - кредитов, займов, ссуды, ценных бумаг, драгоценных металлов, на отдельном счете запрещено, осуществление перевода денежных средств на счета, открытых в иных кредитных организациях, запрещено, использование для расчета со соисполнителями иных денежных средств, кроме бюджетных ассигнований Государственного заказчика, не предусмотрено. Таким образом, суд в обжалуемых актах посчитал, что особый правовой режим отдельного банковского счета ставит в прямую зависимость взаимодействие головного исполнителя и привлеченных им соисполнителей от надлежащего исполнения контрактных обязательств государственным заказчиком: своевременное авансирование, окончательный расчет, утверждение цепочки кооперации, согласование мероприятий по переводу цены контракта из ориентировочной в фиксированную. При этом предусмотренная договором система расчетов с использованием отдельных счетов, введенная законом о гособоронзаказе, предполагает порядок расчетов с прохождением всех целевых денежных средств исключительно через систему данных счетов от государственного заказчика и далее по ступеням кооперации. Следовательно, суд в обжалуемых актах пришел к выводу о том, что  перечисление денежных средств истцу может быть осуществлено только по отдельному счету и оплата может быть произведена только за счет денежных средств федерального бюджета, поступивших на отдельный счет ответчика после получения денежных средств от государственного заказчика.

В рассматриваемом случае, исследовав представленные в материалы дела  доказательства, суд посчитал, что окончательный расчет по контракту от 13.12.2019 №1920187320481432208201066/855/дсп-Д от головного исполнителя (ПАО «ОАК») не поступал, что подтверждается представленной в материалы дела выпиской из лицевого счета № 

<

***>. Денежные средства, полученные в 2019 году от ПАО «ОАК» как головного исполнителя, являются авансом, полученный аванс распределен между всеми соисполнителями контракта от 13.12.2019, в том числе и истцу при заключении и в процессе исполнения контракта. При этом работы по контракту  от 13.12.2019, в которые входят, в том числе, работы, выполненные истцом, предъявлены ПАО «ОАК» и приняты последним, что подтверждается представленными в материалы дела сводными актами сдачи-приемки выполненных работ.  Вместе с тем, суд отметил, что каких-либо иных альтернативных вариантов оплаты, связанных с оплатой выполненных работ по договору за счет собственных средств заказчика, заключенный сторонами договор не предусматривает, при этом взыскание собственных средств ответчика вместо оплаты за счет средств федерального бюджета противоречит ФЗ «О государственном оборонном заказе» и повлечет нарушение принципа баланса интересов сторон договора, что не допустимо.

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание  характер спорных правоотношений, условия договора, предусматривающие порядок оплаты выполненных работ, а также указанные нормы законы, суд в обжалуемых актах пришёл к выводу о том, что  до момента завершения работ по государственному контракту, их сдачей и приемкой государственным заказчиком, проверкой и утверждением затрат, понесенных при выполнении государственного контракта и утверждения фиксированной цены, получения окончательного расчета от государственного заказчика условия для возникновения у ответчика обязательства по окончательной оплате выполненных работ отсутствуют

Кроме того, суд в решении и постановлении отметил также, что  ответчик не имеет возможности произвести окончательный расчет по договорам с истцом до утверждения государственным заказчиком фиксированной цены государственного контракта, поскольку в силу положений указанного  Закона согласование и установление цены является прямым полномочием государственного заказчика, который осуществляет контроль за целевым использованием бюджетных средств по контракту, заключенному во исполнение государственного оборонного заказа. В соответствии с ч. 3 ст. 8 Закона, запрещаются действия (бездействие) головного исполнителя, исполнителя, направленные на использование полученных по государственному контракту средств на цели, не связанные с выполнением государственного оборонного заказа. Помимо этого, суд в подтверждении своего вывода об отказе в иске отметил и тот факт, что поскольку на дату рассмотрения настоящего спора экономическая обоснованность предъявленной истцом задолженности не была подтверждена государственным заказчиком, то  вплоть до момента согласования государственным заказчиком фиксированной цены государственного контракта исковые требования не являются экономически обоснованными, а поэтому  они не могут подлежать оплате в силу ранее названных положений Закона о государственном оборонном заказе. Таким образом, суд  в обжалуемых актах посчитал, что обязанность по оплате выполненных истцом работ у ответчика не наступила,  а поэтому иск был оставлен без удовлетворения.

Однако, судебная коллегия не может в настоящее время согласиться с указанными решением и постановлением по следующим основаниям.

Так, согласно ст.ст.15,170 АПК РФ, принимаемые арбитражным судом решения и постановления должны быть законными, обоснованными и мотивированными. При этом в мотивировочной части решения должны быть указаны: фактические и  иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела, и доказательства  в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, а также законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.  Согласно статье 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. В силу ст. 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), то обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода. Согласно ст. 327.1. ГК РФ, исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или не совершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон. Из ст.746 ГК РФ вытекает, что оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда, а при отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата производится в соответствии со ст.711 настоящего Кодекса.   

Принимая во внимание вышеизложенное, а также учитывая конкретные обстоятельства по делу, судебная коллегия считает, что при принятии обжалуемых актов судом названные выше нормы права и положения были соблюдены не в полном объеме. В подтверждение указанного выше следует отметить следующие обстоятельства.

Как видно из материалов дела, принимая решение об отказе в  удовлетворении заявленного иска в полном объеме, суд исходил из того,  что у ответчика не возникли обязательства для оплаты выполненных работ в связи с тем, что п.3.4.2. договора содержит отлагательное условие, а именно - работы могут быть оплачены не только при условии подписания акта приема-передачи выполненных работ и направления истцом ответчику необходимых документов, но и при условии перечисления головным исполнителем (ПАО «ОАК») денежных средств по контракту 13.12.2019 № 1920187320481432208201066/855/дсп-Д, заключённому между ПАО «ИЛ» и ПАО «ОАК», который, в свою очередь, был заключен во исполнение государственного контракта от 09.08.2019 № 1920187320481432208201066 между ПАО «ОАК» и Министерством обороны РФ. Кроме того, как было отмечено выше, суд обеих инстанций указал, что в спорных правоотношениях участвуют субъекты предпринимательской деятельности, которые являются участниками правоотношений, урегулированных нормами Федерального закона «О государственном оборонном заказе», в которых предусмотрен специальный порядок расчетов между сторонами, распространяющийся на все договоры, заключенные участниками кооперации. Более того, суд обеих инстанций сослался на п.п. 31 п. 10, п.п. 48 п. 7 «Положения о Министерстве обороны РФ», утвержденного Указом Президента РФ от 16.08.2004 № 1082, в соответствии с которым Министерство обороны РФ является главным распорядителем средств федерального бюджета, выделенных на выполнение оборонного заказа, и осуществляет функции государственного заказчика, а поскольку от последнего оплата по спорному договору ответчику, по его утверждению, еще не поступила, то законных оснований для удовлетворения заявленного иска не имелось.

Однако, в данном случае следует заметить следующее. Так, действующее законодательство (пункт 1 статьи 314, статья 327.1 Гражданского кодекса) и судебная практика (вопрос № 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017) допускают возможность согласования в договоре условий о зависимости наступления срока исполнения обязанности стороны от действий этой и (или) другой стороны договора либо третьего лица, равно как от наступления иных обстоятельств, полностью или частично находящихся в сфере контроля стороны договора. При этом защита интересов другой стороны договора, не имеющей возможности контролировать обстоятельство, от которого зависит срок исполнения обязанности его контрагента, осуществляется иным образом, а именно через механизм наступления или не наступления определенного обстоятельства, чему намеренно способствовала сторона, которой это выгодно (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 157 ГК РФ, пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»). В такой ситуации, если одна из сторон обязательства в обоснование отсутствия своей обязанности недобросовестно ссылается на выгодное для нее не наступление обстоятельства, находящегося в сфере ее контроля, то при истечении разумного и обычного для наступления такого рода обстоятельств срока суд вправе в соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ счесть такую обязанность наступившей. Кроме того, если  оплата  выполненных  работ  не  производится  в  течение длительного времени и поставлена в зависимость от действий 3-го лица, то такое событие перестает быть неизбежным, что существенно нарушает права лица, которому  причитается  оплата  за  выполненные  работы  (оказанные  услуги, поставленный товар и т.д.) (определение Верховного Суда РФ от 24 мая 2019 №309-ЭС 19-7370).

Таким образом,  кассационная коллегия полагает, что если соответствующее условие не наступает и для участников рассматриваемых отношений очевидно, что оно не наступит в течение разумного срока, необходимого для исполнения обязательства, как это предусмотрено условиями договора, которое приобретает неопределенный характер, то, учитывая данные обстоятельства, кредитор вправе требовать встречного исполнения по правилам п. 2 ст. 314 ГК РФ, т.е. обязательство должно быть исполнено по истечении разумного срока.

Следует заметить в данном случае и то обстоятельство, что акты  приема-передачи  выполненных  работ были подписаны сторонами 25 сентября 2020 г. и 21 октября 2020 г., а сводные акты сдачи-приемки выполненных работ по контракту от 13.12.2019г. за №1920187320481432208201066/855/дсп-Д, заключенному между ПАО «ИЛ» и ПАО»ОАК», были подписаны 18.08.2021г и 25.01.2022г., однако, суд при рассмотрении заявленного иска по существу почему-то не принял должных мер  к исследованию вопроса в той части, а чем именно в такой ситуации подтверждаются действия ответчика по получению от головного заказчика денежных средств, необходимых для расчета с истцом за работу по спорному договору. А проверить эти обстоятельства тщательным образом было, по мнению коллегии, необходимо, так как из правовой позиции, изложенной  в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" следует, что по смыслу пункта 1 статьи 314 ГК РФ, статьи 327.1 ГК РФ, срок исполнения обязательства может исчисляться, в том числе, с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором.  При этом, если наступлению обстоятельства, с которым связано начало течения срока исполнения обязательства, недобросовестно воспрепятствовала или содействовала сторона, которой наступление или не наступление этого обстоятельства невыгодно, то по требованию добросовестной стороны это обстоятельство может быть признано, соответственно, наступившим или не наступившим (пункт 1 статьи 6, статья 157 ГК РФ), о чем, в частности, указано и в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30 мая 2023года по делу №А40-26114/2022, не учитывать правовую позицию которого в данном случае коллегия не вправе.

С учетом изложенного, для    разрешения    настоящего    спора    имеет    существенное    значение добросовестное  поведение должника, а также наличие доказательств со стороны  ответчика о том, получены ли денежные средства для расчета  оплаты выполненных истцом работам. Кроме того,  ответчик должен представить доказательства своевременного принятия им всех необходимых мер для получения денежных средств для расчетов с участниками кооперации. Однако, как это видно из текста обжалуемых актов, указанные обстоятельства судом при их вынесении  не исследовалась, тогда как подобные юридически значимые для дела обстоятельства подлежали включению в предмет доказывания в целях определения момента наступления обязанности ответчика по оплате работ.

Более того, суд в обжалуемых актах в нарушение ст.65 АПК РФ неправомерно  возложил на истца бремя доказывания факта перечисления (не перечисления) ответчику денежных средств по государственному контракту, заключенному между ПАО «ОАК» и Министерством обороны РФ, тогда как истец лишен такой возможности, поскольку не является стороной госконтракта и контракта, заключенного между ответчиком и ПАО «ОАК». В этой связи суду для выяснения этого обстоятельства следовало, по мнению кассационной коллегии, привлечь к участию в качестве третьих лиц по делу Министерство обороны Российской Федерации и ПАО «ОАК», у которых и необходимо было выяснить данные спорные вопросы.

Помимо этого, суд первой и апелляционной  инстанций,  указывая в решении, что средства из федерального бюджета на оплату работ, проводимых в рамках закона № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе», выделяются только после проверки Министерством обороны РФ затрат, понесенных исполнителями, не учел того факта, что в соответствии с п. 3.3. договора цена работ определяется протоколом фиксированной цены, то есть договор не содержит указания на то, что оплата выполненных работ производится при условии согласования цены договора с головным исполнителем или государственным заказчиком. В этой связи суду при разрешении спора по существу для исследования вышеназванных вопросов следовало предложить ответчику представить доказательства, которые бы подтверждали тот факт, что им для осуществления расчетов с истцом по делу были направлены необходимые документы в Министерство обороны РФ для проведения проверки обоснованности затрат по работам, выполненным истцом по делу, а также того факта, что головной исполнитель(ПАО «ОАК») или государственный заказчик(Министерство обороны РФ) уменьшили стоимость работ по соответствующим этапам госконтракта, в которые входят и работы, выполненные истцом, или они же не согласились со стоимостью выполненных истцом работ.

Таким образом, поскольку указанные вопросы не получили в принятых решении и постановлении надлежащего исследования и правовой оценки, хотя таковая должна иметь свое место в действительности в силу положений, содержащихся в ст.ст. 15,170 АПК РФ, то судебная коллегия не может признать их в настоящее время законными и обоснованными, в связи с чем они подлежат отмене. При новом рассмотрении суду необходимо будет учесть изложенное выше и разрешить судьбу заявленных требований с учетом должной проверки и тщательной юридической оценки в ходе судебного разбирательства всех собранных по делу доказательств. 

     А поэтому, руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы  от 13 апреля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22 июня 2023 года по делу № А40-40897/23 - отменить и дело передать на новое рассмотрение в тот же арбитражный суд по первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                  А.И. Стрельников

 

         Судьи:                                                                             Д.И. Дзюба 

 

                                                                                                    Е.Г. Каденкова