ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-77410/2025

13 апреля 2026 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 02 апреля 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 13 апреля 2026 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего Савиной Е.В., судей Новиковой Е.М. и Смирновой Я.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Провоторовой Д.А.,

при участии:

- от истца: не явился, извещен,

- от ответчиков: 1) не явился, извещен,

2) ФИО1 по доверенности от 20.11.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-233/2026) Министерства обороны Российской Федерации

на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.12.2025 по делу № А56-77410/2025,

принятое по иску акционерного общества «Мурманэнергосбыт» к

1) федеральному государственному автономному учреждению «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации;

2) Министерству обороны Российской Федерации

о взыскании,

установил:

акционерное общество «Мурманэнергосбыт» (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к федеральному государственному автономному учреждению «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации (далее – Учреждение), а также Министерству обороны Российской Федерации (далее – Министерство) о взыскании

- с Министерства 2 239 558,05 руб. задолженности за период с 01.08.2022 по 31.03.2025;

- с Учреждения, а при недостаточности у него денежных средств – с Министерства в порядке субсидиарной ответственности, 191 719,19 руб. задолженности за период с 13.11.2024 по 31.03.2025.

Решением суда от 10.12.2025 исковые требования полностью удовлетворены.

Не согласившись с выводами суда, изложенными в решении от 10.12.2025, Министерство обратилось с апелляционной жалобой.

В обоснование жалобы ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам, полагает, что иск предъявлен к ненадлежащему ответчику. Судом также не дана оценка возражениям ответчиков о недоказанности истцом факта незаселённости помещений в спорный период. Податель жалобы также полагает, что истец не подтвердил обстоятельства, на которых он основывает исковые требования, в частности, не доказал факт поставки тепловой энергии на взыскиваемую сумму.

Кроме того, Министерство не согласно с выводами суда в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Учреждения, полагает, что последнее является самостоятельным юридическим лицом, которое обладает имуществом, в том числе денежными средствами, за счет которых исполняет обязательства перед контрагентами.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2026 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 02.04.2026.

Явившийся в судебное заседание представитель Министерства поддержал доводы апелляционной жалобы.

Общество и Учреждение явку представителей не обеспечили, апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие на основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Общество осуществляет поставку тепловой энергии в жилые помещения, расположенные в Мурманске по адресам, перечень которых указан в приложении к исковому заявлению (л. д. 20).

Спорные жилые помещения находятся в собственности Российской Федерации, в отношении помещений №№ 1-23 за Учреждением зарегистрировано право оперативного управления 13.11.2024 (пом. 1, 4, 11, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21), 14.11.2024 (пом. 2, 3, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 13, 22, 23), 15.02.2025 (пом. 12).

Соответствующие сведения о регистрации права оперативного управления внесены в Единый государственный реестр недвижимости (далее – ЕГРН).

Ссылаясь на наличие задолженности по оплате услуг теплоснабжения в период с августа 2022 года по март 2025 года, Общество после соблюдения претензионного порядка обратилось в суд с настоящим иском о взыскании:

- с Министерства 2 239 558,05 руб. задолженности за период с 01.08.2022 по 31.03.2025;

- с Учреждения, а при недостаточности у него денежных средств – с Министерства в порядке субсидиарной ответственности, 191 719,19 руб. задолженности за период с 13.11.2024 по 31.03.2025.

Суд первой инстанции, установив, что обязанность по содержанию помещений №№ 1-23 в период с даты регистрации права оперативного управления по 31.03.2025 возлагалась на Учреждение, как на титульного владельца помещений, а в период с 01.08.2022 по 13.11.2024 (в отношении помещений №№ 1-23) и с 01.08.2022 по 31.03.2025 (в отношении иных помещений, обозначенных в расчете истца) бремя содержания помещений возлагалось на Министерство, как на главного распорядителя бюджетных средств, обязанного в силу закона обеспечивать содержание имущества Вооруженных сил Российской Федерации, полностью удовлетворил заявленные исковые требования.

Исследовав повторно по правилам главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документы, представленные в материалах дела,

изучив доводы апелляционной жалобы и заслушав позицию Министерства, апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу пункта 4 статьи 214 ГК РФ имущество, находящееся в государственной собственности, закрепляется за государственными учреждениями во владение, пользование и распоряжение в соответствии со статьей 294, 296 ГК РФ.

В соответствии со статьей 216 ГК РФ право оперативного управления, как одно из вещных прав, за исключением права распоряжения имуществом и нецелевого использования имущества, включает в себя правомочия пользования и владения имуществом в объеме, аналогичном правомочиям собственника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 296 ГК РФ казенное предприятие и учреждение, за которым имущество закреплено на праве оперативного управления владеют, пользуются и распоряжаются этим имуществом в пределах, установленных законом в соответствии целям своей деятельности, заданиями собственника и назначением этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 299 ГК РФ, право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за учреждением, возникает у учреждения с момента передачи указанного имущества, если иное не установлено законом или иными правовыми актами или решением собственника.

Исходя из смысла статей 210, 296 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 5 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22, право оперативного управления имеет вещный характер и не только предоставляет его субъектам правомочия по владению и пользованию имуществом, но и возлагает на них обязанности по содержанию имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В силу пункта 2 статьи 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Согласно разъяснениям пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22, государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

Из приведенных норм в их взаимосвязи следует, что право оперативного управления на имущество по общему правилу возникает у учреждения с момента передачи указанного имущества собственником.

Между тем, применительно к праву оперативного управления на объекты недвижимости действует специальное правовое регулирование, в силу которого право оперативного управления на объект недвижимости возникает у учреждения с момента регистрации такого права в ЕГРН. Данный правовой подход соответствует позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 5 совместного постановления

Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22.

В соответствии с положениями статьи 153 ЖК РФ граждане и организации обязаны своевременно и полностью вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги. Обязанность по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги возникает у собственника помещения с момента возникновения права собственности на такое помещение.

Право оперативного управления носит вещный характер, равно как и право собственности. Лицо, владеющее жилым помещением на праве оперативного управления, обязано вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги с момента возникновения права оперативного управления, которое в силу изложенных норм гражданского законодательства и разъяснений высшей судебной инстанции применительно к жилым помещениям, являющимся объектами недвижимости, возникает с момента государственной регистрации права в ЕГРН.

Право оперативного управления в отношении помещений №№ 1-23 зарегистрировано за Учреждением 13.11.2024 (пом. 1, 4, 11, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21), 14.11.2024 (пом. 2, 3, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 13, 22, 23), 15.02.2025 (пом. 12), что следует из выписок из ЕГРН, представленных в материалы дела (л.д. 82-120).

Установив, что задолженность по оплате тепловой энергии, поставленной в помещения №№ 1-23 в период с даты регистрации права оперативного управления по 31.03.2025, составила 191 719,19 руб., суд первой инстанции в отсутствие доказательств оплаты поставленного ресурса правомерно признал исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет Учреждения.

Согласно пункту 1 статьи 56 ГК РФ, юридическое лицо отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

Ответственность автономного учреждения по своим обязательствам имеет особенности, которые определяются правилами статей 123.21 - 123.23 ГК РФ, а также требованиями ряда специальных федеральных законов, регулирующих деятельность тех или иных некоммерческих организаций.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.05.2020 № 23-П разъяснено, что в качестве общего принципа имущественной ответственности публично-правовых образований в пункте 3 статьи 126 ГК РФ установлено, что Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования не отвечают по обязательствам созданных ими юридических лиц, кроме случаев, предусмотренных законом.

Пункт 3 статьи 123.21 ГК РФ закрепляет ограниченную ответственность учреждения, которое отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом; при недостаточности указанных средств или имущества субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения в случаях, предусмотренных пунктами 4 - 6 статьи 123.22 и пунктом 2 статьи 123.23 ГК РФ, несет собственник соответствующего имущества.

С учетом специфики отношений энергоснабжения, как правило, ограничивающей одну из сторон вступать в гражданско-правовые отношения по своему усмотрению в силу публичного характера договора (статья 426 ГК РФ), и в целях защиты интересов потребителей энергоресурса, Конституционным Судом Российской Федерации указано на необходимость поддерживать баланс прав и законных интересов всех действующих в данной сфере субъектов, в частности энергоснабжающей организации - кредитора бюджетного учреждения.

Отсутствие юридической возможности преодолеть ограничения в отношении возложения субсидиарной ответственности на собственника имущества

автономного учреждения (включая случаи недостаточности находящихся в его распоряжении денежных средств для исполнения своих обязательств из публичного договора энергоснабжения при его ликвидации) влечет нарушение прав стороны, заключившей и исполнившей публичный договор и не получившей встречного предоставления.

Приведенная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в Постановлении № 23-П, касается возможности привлечения к субсидиарной ответственности собственника (учредителя) ликвидированного бюджетного учреждения по его обязательствам, вытекающим из публичного договора энергоснабжения.

Однако по смыслу указанной правовой позиции нарушение баланса прав и законных интересов возникает не в связи с ликвидацией учреждения, а в силу обязанности кредитора автономного учреждения на основании положений статьи 426 ГК РФ вступить в правоотношения по поставке ресурса с лицом, исполнение которым встречной обязанности по оплате этого ресурса в случае финансовых затруднений не обеспечено эффективным инструментарием защиты прав поставщика, в том числе возможностью взыскания задолженности с собственника имущества учреждения.

Общество является регулируемой организацией в сфере поставки тепловой энергии, а, следовательно, признается субъектом, на которого законом возложена обязанность по заключению соответствующего договора энергоснабжения. Длительное неисполнение Учреждением своих обязательств перед Обществом по оплате поставленной тепловой энергии, невозможность взыскания задолженности по выданным судом исполнительным листам в связи с отсутствием имущества, на которое может быть обращено взыскание, приводит к нарушению прав лица, обязанного поставлять ресурс. Способом, поддерживающим баланс прав и законных интересов сторон договора энергоснабжения, является возложение субсидиарной ответственности на собственника имущества по обязательствам Учреждения.

Указанный вывод соответствует правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, высказанной в определениях от 17.06.2022 № 307-ЭС21-23552 и от 06.02.2023 № 309-ЭС22-18499.

С учетом приведенных норм и разъяснений, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о возможности привлечения Министерства к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам Учреждения. Доводы Министерства в указанной части основаны на неверном применении норм материального права.

Согласно пункту 1 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик, краев, областей, автономной области, автономных округой, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность», объекты государственной собственности, указанные в приложении № 1 к данному постановлению, независимо от того, на чьем балансе они находятся, и от ведомственной подчиненности предприятий, относятся исключительно к федеральной собственности. Имущество вооруженных сил пунктом 2 Приложения № 1 к указанному постановлению отнесено к объектам, относящимся к исключительной федеральной собственности.

Пунктом 12 статьи 1 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне» предусмотрено, что имущество Вооруженных Сил Российской

Федерации, других войск, воинских формирований и органов является федеральной собственностью.

Согласно пункту 3 статьи 214 ГК РФ от имени Российской Федерации права собственника осуществляют органы и лица, указанные в статье 125 ГК РФ - органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Согласно Положению о Министерстве обороны Российской Федерации, утвержденному указом Президента Российской Федерации от 16.08.2004 № 1082 (далее – Положение № 1082), Министерство является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в сфере управления и распоряжения имуществом Вооруженных Сил Российской Федерации и подведомственных Министерству обороны Российской Федерации организаций, представляет собой орган управления Вооруженными Силами Российской Федерации.

В соответствии с подпунктом 71 пункта 7 Положения № 1082 Министерство осуществляет в пределах своей компетенции правомочия собственника имущества, закрепленного за Вооруженными силами, а согласно пункту 9 и подпункту 31 пункта 10 данного Положения является главным распорядителем средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Министерства обороны и реализацию возложенных на него полномочий.

В соответствии с приведенными нормами обязанность по содержанию помещений, которые используются для целей обеспечения Вооруженных Сил Российской Федерации, несмотря на то обстоятельство, что в ЕГРН отсутствуют сведения о зарегистрированных правах на указанные помещения, несет Министерство.

Задолженность собственника за период с 01.08.2022 по дату регистрации права оперативного управления за Учреждением в отношении помещений №№ 1-23, а также в отношении помещений №№ 24, 25, 26, 28, 35, 37, 38, 39, 40, 41 за период с 01.08.2022 по 31.03.2025, в отношении помещения № 27 за период с 01.08.2022 по 05.03.2024, помещений № 29, 31, 32, за период с 01.08.2022 по 24.05.2024, помещения № 30 за период с 01.08.2022 по 16.02.2025, помещений № 34, 35 за период с 01.08.2022 по 29.10.2024, помещения № 36 за период с 01.08.2022 по 01.04.2024 и пом. 42 за период с 10.02.2023 по 25.09.2023, по расчету истца, составила 2 239 558,05 руб.

Доказательств принятия иным лицом обязательств по оплате стоимости поставленной тепловой энергии, предъявленной к взысканию, равно как и доказательств оплаты, в материалы дела не представлено; факт, объем и стоимость оказанных услуг теплоснабжения документально не опровергнуты.

При таких обстоятельствах апелляционный суд находит обоснованными выводы суда первой инстанции о взыскании с Министерства, в силу прямого указания закона реализующего полномочия собственника в отношении спорных помещений, предназначенных для целей обеспечения Вооруженных Сил Российской Федерации, 2 239 558,05 руб. задолженности за период с 01.08.2022 по 31.03.2025.

Оснований для иного вывода судебная коллегия апелляционной инстанции не находит, в связи с чем, апелляционная жалоба Министерства, доводы которой сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, однако, не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального и процессуального права, удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями

для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.12.2025 по делу № А56-77410/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий Е.В. Савина

Судьи Е.М. Новикова Я.Г. Смирнова