АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-65720/2020

Дело № А65-18805/2019

г. Казань

24 февраля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 февраля 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Желаевой М.З.,

судей Гильмановой Э.Г., Сабирова М.М.,

при участии представителей:

истца – ФИО1, доверенность от 03.03.2021,

ответчика – ФИО2, доверенность от 10.02.2022 № 10/02/22-1; ФИО3, доверенность от 15.02.2022 № 05-23/757; ФИО4, доверенность от 10.01.2022 № 10/01/22-1,

третьих лиц:

Министерства финансов Республики Татарстан – ФИО5, доверенность от 02.09.2019,

Управления Россельхознадзора по Республике Татарстан – ФИО6, доверенность от 10.01.2022 № 1; ФИО7, доверенность от 17.02.2022 № 17,

в отсутствие:

третьего лица (Кабинета Министров Республики Татарстан) – извещено надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Главного управления ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021

по делу № А65-18805/2019

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Птицекомплекс Лаишевский» (ОГРН 

<

***>) к Главному управлению ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан (ОГРН 

<

***>) о взыскании ущерба,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: Министерства финансов Республики Татарстан, Кабинета Министров Республики Татарстан, Управления Россельхознадзора по Республике Татарстан,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Татарстан обратилось общество с ограниченной ответственностью «Птицекомплекс Лаишевский» (далее – ООО «Птицекомплекс Лаишевский», истец) с исковым заявлением к Главному управлению ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан (далее – Управлению ветеринарии, ответчик) о взыскании ущерба отчужденных животных и продуктов животноводства в размере 148 002 512 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Министерство финансов Республики Татарстан (далее – Минфин РТ); Кабинет Министров Республике Татарстан в лице Аппарата Кабинета Министров Республики Татарстан (далее – Кабмин РТ).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.03.2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2020, исковые требования удовлетворены частично: с Республики Татарстан в лице Главного управления ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан за счет казны Республики Татарстан в пользу ООО «Птицекомплекс Лаишевский» взыскано 99 037 427 (девяносто девять миллионов тридцать семь тысяч четыреста двадцать семь) руб. ущерба, а также 133 840 (сто тридцать три тысячи восемьсот сорок) руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины; отказано в удовлетворении остальной части исковых требований. С ООО «Птицекомплекс Лаишевский» в пользу Республики Татарстан в лице Главного управления ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан взыскано 16 540 (шестнадцать тысяч пятьсот сорок) руб. в возмещение расходов по оплате судебной экспертизы.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 22.10.2020 названные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Кассационная коллегия, отменяя судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, не принимая какого-либо решения по существу спора, указала на необходимость надлежащей оценки судом первой инстанции фактических обстоятельств по делу и вынесения обоснованного решения с учетом статей 15, 1069, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, положений статей 18, 23 Закона Российской Федерации от 14.05.1993 № 4979?1 «О ветеринарии», Правил отчуждения животных и изъятия продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 26.05.2006 № 310, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.02.2008 № 120-О-О.

Суд кассационной инстанции отметил, что при новом рассмотрении дела суду первой инстанции необходимо дать оценку действиям истца по соблюдению ветеринарных правил с позиции вины и грубой неосторожности потерпевшего, установить, могли ли действия потерпевшего повлечь за собой возникновение очага высокопатогенного вируса гриппа птиц, находившихся на территории птицефабрики, в целях ликвидации которого осуществлялось последующее отчуждение и изъятие продуктов животноводства, в результате которого возник заявленный по иску ущерб.

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.02.2021 № 306-ЭС20-24524 отказано в передаче кассационной жалобы ООО «Птицекомплекс Лаишевский» на постановление суда округа по мотивам его незаконности и необоснованности.

При новом рассмотрении дела, судом установлено, что ООО «Птицекомплекс Лаишевский» также обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Главному управлению ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан о взыскании 619 543 руб. 40 коп. ущерба, в результате изъятия яиц куриных в соответствии с актами от 19.05.2017, 23.07.2017 и 30.05.2017, делу присвоен № А65-10377/2020.

Определением суда от 26.11.2020 дела № А65-18805/2019, № А65?10377/2020 объединены для совместного их рассмотрения в одно производство, с присвоением номера А65-18805/2019.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Россельхознадзора по Республике Татарстан (далее – Управление Россельхознадзора по РТ).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.05.2021 отказано в удовлетворении исковых требований. 

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021 отказано в удовлетворении ходатайства ООО «Птицекомплекс Лаишевский» о назначении повторной судебной экспертизы. Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.05.2021 отменено, принят новый судебный акт.

Иск ООО «Птицекомплекс Лаишевский» удовлетворен частично: с Республики Татарстан в лице Главного управления ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан (ОГРН 

<

***>) за счет казны Республики Татарстан в пользу ООО «Птицекомплекс Лаишевский» (ОГРН 

<

***>) взыскано 99 561 911 (девяносто девять миллионов пятьсот шестьдесят одну тысячу девятьсот одиннадцать) руб. 20 коп. ущерба, а также 146 862 (сто сорок шесть тысяч восемьсот шестьдесят два) руб. в возмещение расходов истца по уплате государственной пошлины; отказано в удовлетворении остальной части исковых требований.

В части возврата Главному управлению ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан (ОГРН 

<

***>) с депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан 2000 (две тысячи) руб., внесенных платежным поручением № 921528 от 04.12.2020, а также в части возврата ООО «Птицекомплекс Лаишевский» (ОГРН 

<

***>) с депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан 100 000 (сто тысяч) руб., внесенных платежным поручением № 14 от 15.02.2021 и в части выплаты ЗАО «Независимая консалтинговая компания «СЭНК» (ОГРН 

<

***>) на основании счета на оплату № 384 от 26.11.2019 денежной суммы 50 000 (пятьдесят тысяч) руб., перечисленной на депозитный счет Арбитражного суда Республики Татарстан по платежным поручениям № 741240 от 09.10.2019 и № 783230 от 23.10.2019 и выплаты ООО «Независимая Оценка «СуварСервис» (ИНН 

<

***>) на основании счета на оплату № 01-02-21 от 08.02.2021 денежной суммы 18000 (восемнадцать тысяч) руб., перечисленной на депозитный счет Арбитражного суда Республики Татарстан по платежному поручению № 921528 от 04.12.2020 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.05.2021 оставлено без изменения.

Законность принятого по делу постановления от 16.11.2021 проверяется в порядке статьи 274 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по кассационной жалобе ответчика, который полагает, что судом апелляционной инстанции при исследовании и вынесении обжалуемого судебного акта нарушены нормы права, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам. Доводы заявителя подробно изложены в жалобе, по существу которых просит отменить принятое по делу постановление суда апелляционной инстанции, оставить в силе решение суда первой инстанции.

В отзывах на кассационную жалобу Минфин РТ и Управление Россельхознадзора по РТ поддержали позицию заявителя.

ООО «Птицекомплекс Лаишевский» в отзыве на кассационную жалобу просит оставить кассационную жалобу без удовлетворения, полагая позицию заявителя несостоятельной.

Суд кассационной инстанции, принимая во внимание наличие надлежащего уведомления лиц, участвующих в деле, основываясь на положениях части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, счел возможным рассмотреть кассационную жалобу в отсутствие представителей ФИО8 РТ (третьего лица).

В процессе рассмотрения кассационной жалобы представители Управления ветеринарии (ответчик), Минфина РТ и Управления Россельхознадзора по РТ (третьи лица) настаивали на доводах, приведенных в обоснование жалобы; представителем ООО «Птицекомплекс Лаишевский» (истец) приведены контраргументы, с указанием на то, что позиция заявителя по существу направлена исключительно на переоценку установленных по делу обстоятельств.

Рассмотрев кассационную жалобу, проверив в порядке статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального права, соблюдение норм процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, а также соответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов заявителя кассационной жалобы и третьих лиц, а также возражений истца, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

В соответствии с Указом Президента Республики Татарстан от 10.05.2017 № УП-372 «Об установлении ограничительных мероприятий (карантина) на отдельной территории Лаишевского района Республики Татарстан в связи с ее неблагополучием по заболеванию высокопатогенным гриппом птиц и угрозой его распространения» установлены ограничительные мероприятия (карантин) по высокопатогенному гриппу птиц на территории птицеводческого предприятия, принадлежащего ООО «Птицекомплекс Лаишевский» по адресу: Республика Татарстан, Лаишевский район, поселок совхоза им. 25 Октября, ул. Почтовая, д. 19, на период до их отмены. Этим же Указом главному управлению ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан предписано разработать и утвердить план мероприятий по ликвидации очага высокопатогенного вируса гриппа птиц и предотвращению распространения возбудителя болезни на территории Республики Татарстан.

Постановлением Кабинета министров Республики Татарстан от 12.05.2017 № 279 «Об отчуждении животных и изъятия продуктов животноводства на территории Республики Татарстан» Главному управлению ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан поручено организовать отчуждение животных и изъятие продуктов животноводства, в установленном порядке образовать специальную комиссию для проведения отчуждения животных и изъятия продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных, произвести отчуждение животных и изъятие продуктов животноводства при участии вышеуказанной комиссии и оформить актом по форме, установленной согласно приложению № 2 к Правилам: организовать уничтожение изъятых животных и продуктов животноводства в соответствии с Ветеринарно-санитарными правилами сбора, утилизации и уничтожения биологических отходов, утвержденными Главным государственным ветеринарным инспектором Российской Федерации от 04.12.1995 № 13-7-2/469.

В период с 12.05.2017 по 24.05.2017 на территории птицефабрики силами сотрудников Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Республике Татарстан производились действия по изъятию и уничтожению животных и продуктов животноводства (кур и яиц), принадлежащих обществу, о чем были составлены акты об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных: от 17.05.2017, от 19.05.2017, от 23.05.2017 и от 30.05.2017.

В обоснование иска о возникновении ущерба на общую сумму 148 002 512 руб., истец ссылается на заключение оценочной организации – ООО «АФ «Аудитцентр» от 29.03.2019 № 7-1.

В соответствии с частью 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Федерации или муниципальным образованием.

С учетом требований части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по настоящему делу истец должен доказать наступление вреда (убытков), их размер, противоправность действий (бездействия) государственного органа и юридически значимую причинно-следственную связь между этими фактами.

В случаях эпидемий, эпизоотий и при иных обстоятельствах, носящих чрезвычайный характер, имущество в интересах общества по решению государственных органов может быть изъято у собственника в порядке и на условиях, установленных законом, с выплатой ему стоимости имущества (реквизиция) (пункт 1 статьи 242 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 19 Закона Российской Федерации от 14.05.1993 № 4979-1 «О ветеринарии» (далее – Закон о ветеринарии) при ликвидации очагов особо опасных болезней животных по решениям высших исполнительных органов государственной власти субъектов РФ, принимаемым по представлениям государственных ветеринарных инспекторов, могут быть изъяты продукты животноводства с выплатой собственнику их стоимости за счет средств бюджета субъекта РФ и выдачей этому собственнику соответствующего документа о таком изъятии.

Высокопатогенный грипп птиц относится к особо опасным болезням животных и включен в Перечень заразных, в том числе особо опасных, болезней животных, по которым могут устанавливаться ограничительные мероприятия (карантин), утвержденный Приказом Минсельхоза России от 19.12.2011 № 476.

Правила отчуждения животных и изъятия продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных утверждены Постановлением Правительства РФ от 26.05.2006 № 310 (далее – Правила № 310).

Организация и проведение изъятия продуктов животноводства в целях предотвращения возникновения и ликвидации очагов особо опасных болезней животных осуществляются в порядке, установленном субъектом РФ (пункт 8 Правил № 310).

Согласно пункту 9 Правил № 310 юридические лица имеют право на возмещение ущерба, понесенного ими в результате изъятия продуктов животноводства, в размере их стоимости в соответствии с порядком расходования средств бюджета субъекта РФ, предусмотренных на эти цели.

Основанием для возмещения ущерба, понесенного юридическими лицами в результате изъятия продуктов животноводства, является наличие у них акта об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных и копии решения руководителя исполнительного органа государственной власти субъекта РФ об организации и проведении изъятия продуктов животноводства (пункт 10 Правил № 310).

В соответствии с пунктом 11 Правил № 310 размер подлежащего возмещению ущерба, понесенного юридическими лицами в результате изъятия продуктов животноводства, определяется субъектом РФ на основании государственных регулируемых цен в случае, если таковые установлены. В остальных случаях размер указанного ущерба определяется на основании рыночной стоимости изъятых продуктов животноводства.

Публичный субъект, в целях поддержки лиц, осуществляющих животноводство, в условиях возникновения чрезвычайных обстоятельств (эпизоотии), принял на себя обязательство по компенсации собственникам изъятых у них животных и продуктов животноводства, определив конкретные основания и порядок предоставления такой компенсации.

К указанным основаниям отнесено наличие необходимых документов – копии решения уполномоченного органа и акта об отчуждении животных и продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных.

Указанная позиция подтверждена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 № 1489-О.

Уничтожение животных и изъятие продуктов животноводства, находившихся на территории птицефабрики осуществлялось в целях ликвидации очага высокопатогенного вируса гриппа птиц в соответствии с требованиями статьи 19 Закона о ветеринарии и Правилам отчуждения животных, вследствие названных мероприятий истцу должны быть возмещены убытки.

Согласно расчету, основанному истцом на представленном в обоснование иска отчете от 29.03.2019 № 7-1 об оценке рыночной стоимости животных и продуктов животноводства, принадлежащих обществу, рыночная стоимость объекта оценки составляет 148 002 512 рублей.

Судом с целью определения размера ущерба, причиненного истцу, по делу была назначена судебная экспертиза.

Согласно отчету эксперта от 26.11.2019 № 11687 рыночная стоимость движимого имущества – животных и продуктов животноводства, по состоянию на дату оценки – 17.05.2017, составляет – 96 850 339 руб.

По результатам дополнительной экспертизы  был представлен отчет от 27.02.2020 № 11687.2, согласно которому  эксперт пришел к выводу, что рыночная стоимость животных и продуктов животноводства, отчужденных у ООО «Птицекомплекс Лаишевский» по акту об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных от 17.05.2017 на дату – 17.05.2017 составляет 98 793 791 руб.

Суд первой инстанции при первоначальном рассмотрении дела установил, что в результате проводимых мероприятий и в целях предотвращения распространения очагов особо опасных болезней животных истцу причинен ущерб вследствие неполучения компенсации за уничтоженную продукцию животноводства в размере 99 037 427 руб., с учетом представленных по делу экспертных заключений, в том числе: по заключению эксперта № 11687 – в размере 25 644 259 руб., по заключению эксперта № 11687.2 – в размере 73 393 168 руб., которые должны быть возмещены Республикой Татарстан в лице Главного управления ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан за счет средств казны Республики Татарстан.

Апелляционная коллегия, согласившись с выводами суда первой инстанции, оставила без изменения принятое по иску решение.

Статья 18 Закона о ветеринарии, определяющая обязанности организаций и граждан, владельцев животных и производителей продуктов животноводства, указывает на то, что владельцы животных и производители продуктов животноводства обязаны:

- осуществлять хозяйственные и ветеринарные мероприятия, обеспечивающие предупреждение болезней животных и безопасность в ветеринарно-санитарном отношении продуктов животноводства, содержать в надлежащем состоянии животноводческие помещения и сооружения для хранения кормов и переработки продуктов животноводства, не допускать загрязнения окружающей среды отходами животноводства;

- соблюдать зоогигиенические и ветеринарно-санитарные требования при размещении, строительстве, вводе в эксплуатацию объектов, связанных с содержанием животных, переработкой, хранением и реализацией продуктов животноводства;

- предоставлять специалистам в области ветеринарии, являющимся уполномоченными лицами органов и организаций, входящих в систему Государственной ветеринарной службы Российской Федерации, по их требованию животных для осмотра, немедленно извещать указанных специалистов о всех случаях внезапного падежа или одновременного массового заболевания животных, а также об их необычном поведении;

- до прибытия специалистов в области ветеринарии, являющихся уполномоченными лицами органов и организаций, входящих в систему Государственной ветеринарной службы Российской Федерации, принять меры по изоляции животных, подозреваемых в заболевании;

- соблюдать установленные ветеринарно-санитарные правила перевозки и убоя животных, переработки, хранения и реализации продуктов животноводства;

- выполнять указания специалистов в области ветеринарии, являющихся уполномоченными лицами органов и организаций, входящих в систему Государственной ветеринарной службы Российской Федерации, о проведении мероприятий по профилактике болезней животных и борьбе с этими болезнями.

Статья 23 Закона о ветеринарии предусматривает ответственность за нарушение ветеринарного законодательства Российской Федерации, согласно которой должностные лица и граждане, виновные в нарушении ветеринарного законодательства Российской Федерации, несут дисциплинарную, административную, уголовную и иную ответственность в соответствии с настоящим Законом и другими актами законодательства Российской Федерации.

Наложение штрафов и других взысканий не освобождает виновных лиц от обязанности возместить ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом «З» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации осуществление мер по борьбе с катастрофами, стихийными бедствиями, эпидемиями, ликвидация их последствий находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Согласно подпункту 49.1 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 06.10.1999 № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации (за исключением субвенций из федерального бюджета), относится решение вопросов изъятия животных и (или) продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных на территории субъекта Российской Федерации, с возмещением стоимости изъятых животных и (или) продуктов животноводства.

В силу положений статей 15, 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по делу должны быть представлены доказательства наступления вреда (убытков), их размер, противоправность действий (бездействия) государственного органа и юридически значимую, причинно-следственную связь между этими фактами.

Согласно пункту 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда, определяется размер возмещения.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.02.2008 № 120-О-О, комментируя использование такого понятия, как «грубая неосторожность», в качестве требования, которым должен руководствоваться суд при определении размера возмещения потерпевшему, указал на отсутствие неопределенности в содержании этой нормы, поскольку разнообразие обстоятельств, допускающих возможность уменьшения размера возмещения или отказа в возмещении, делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе, а использование федеральным законодателем этой оценочной характеристики преследует цель эффективного применения нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций, что само по себе не может расцениваться как нарушение конституционных прав и свобод потерпевшего.

Вопрос о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается судом в каждом случае с учетом конкретных обстоятельств.

На основании названных норм права, в предмет доказывания по настоящему делу входят не только установление факта причинения вреда и его размер; противоправное поведение причинителя вреда; причинная связь между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями; вина лица, причинившего вред, но и наличие или отсутствие грубой неосторожности потерпевшего в порядке пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации  указанное лицо должно доказать, что принимало все зависящие от него меры для предотвращения (уменьшения) убытков.

При взыскании убытков истец должен быть поставлен в то положение, в котором он находился бы при обычном стечении обстоятельств и законопослушном поведении.

Реализация мероприятий по предупреждению и ликвидации заразных и иных болезней животных, включая сельскохозяйственных, домашних и других животных, обеспечение безопасности продуктов животноводства в ветеринарно-санитарном отношении, защита населения от болезней, общих для человека и животных, осуществление государственного ветеринарного надзора регулируется Законом о ветеринарии.

Суд кассационной инстанции, отменяя судебные акты по настоящему делу, указал, что вывод суда относительно наличия или отсутствия грубой неосторожности потерпевшего в судебных актах отсутствует и не включен в предмет доказывания, не учтены обстоятельства, исследованные по делу № А65-16719/2017, не дана правовая оценка действиям истца по соблюдению ветеринарных правил в соответствии с положениями статей 2, 19 Закона о ветеринарии, статей 15, 242, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, с позиции вины и грубой неосторожности потерпевшего, не установлено, могли ли они повлечь за собой возникновение очага высокопатогенного вируса гриппа птиц, находившихся на территории птицефабрики, в целях ликвидации которого осуществлялось последующее отчуждение и изъятие продуктов животноводства, в результате которого возник заявленный по иску ущерб.

ООО «Птицекомплекс Лаишевский» также обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Главному управлению ветеринарии Кабинета Министров Республики Татарстан о взыскании 619 543 руб. 40 коп. ущерба, в результате изъятия яиц куриных в соответствии с актами от 19.05.2017, 23.07.2017 и 30.05.2017.

Таким образом, предметом рассмотрения в настоящем деле является требование истца о взыскании ущерба, понесенного им в результате отчуждения животных и изъятия продуктов животноводства в общей сумме 148 622 055 руб. 40 коп., в том числе по вышеуказанным актам.

Как следует из материалов дела, суд учитывая, что между сторонами присутствует спор о рыночной стоимости отчужденных животных и изъятых продуктов животноводства, закрепленных в актах по состоянию на даты 19.05.2017, 23.05.2017, 30.05.2017, с целью определения размера ущерба, причиненного истцу, по ходатайству ответчика по делу была назначена судебная экспертиза.

По результатам экспертизы (заключение эксперта № 01-02-21 от 08.02.2020) эксперт пришел к следующим вывод: рыночная стоимость движимого имущества – животных и продуктов животноводства, по акту об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных от 19.05.2017, 23.05.2017, 30.05.2017 по состоянию на даты 19.05.2017, 23.05.2017, 30.05.2017, с учетом НДС 18% составляет:

1. по акту от 19.02.2017 составляет 235 343 руб. 00 коп.;

2. по акту от 23.05.2017 составляет 38 557 руб. 85 коп.;

3. по акту от 30.05.2017 составляет 250 583 руб. 35 коп.

Оценив представленные сторонами доказательства, в том числе заключения судебной экспертизы, суд признал обоснованной рыночную стоимость животных и продуктов животноводства в размере 99 037 427 руб., а по экспертному заключению эксперта ФИО9 № 01-02-21 от 08.02.2021 – в размере 524 484 руб. 20 коп.

В силу пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

В пункте 2.2 Определения Конституционного суда Российской Федерации от 21.02.2008 № 120-О-О изложена правовая позиция, согласно которой в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.           Использование в данной норме такого оценочного понятия, как «грубая неосторожность», в качестве требования, которым должен руководствоваться суд при определении размера возмещения потерпевшему, не свидетельствует о неопределенности содержания данной нормы, поскольку разнообразие обстоятельств, допускающих возможность уменьшения размера возмещения или отказа в возмещении, делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе, а использование федеральным законодателем в данном случае такой оценочной характеристики преследует цель эффективного применения нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций, что само по себе не может расцениваться как нарушение конституционных прав и свобод. Вопрос о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств. При этом, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, суд принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что также не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод гражданина.

В рассматриваемом случае в условиях возникновения чрезвычайных обстоятельств (эпизоотии) организовано и проведено отчуждение домашней птицы, больной и подозреваемой в инфицировании высокопатогенным гриппом птиц.

Правила отчуждения животных и изъятия продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных (Правила № 310) предусматривают, что отчуждение животных и изъятие продуктов животноводства осуществляется с обязательным вынесением соответствующего решения уполномоченного органа и составлением акта об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства (пункты 7 и 8), которые являются необходимым основанием для возмещения ущерба, понесенного гражданами и юридическими лицами в результате отчуждения животных или изъятия продуктов животноводства (пункт 10).

В связи с установлением законодательством компенсационного механизма для лиц, осуществляющих животноводство (птицеводство), в случае возникновения чрезвычайных обстоятельств (эпизоотии), а также необходимых условий его применения, эти положения не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя (Определение Конституционного Суда РФ от 29.05.2019 № 1489-О).

Ответчик, ссылаясь на наличие в действиях общества грубой неосторожности, способствовавшей возникновению очага высокопатогенного гриппа птиц на территории принадлежащего ему предприятия, а также на отдельных территориях Республики Татарстан (Рыбно-Слободский, Нурлатский, Ютазинский районы РТ, Советский район города Казани), представил решение Лаишевского районного суда Республики Татарстан от 26.09.2017 и апелляционное определение Верховного суда Республики Татарстан от 11.01.2018 по делу № 2-1092/2017, постановление Управления Россельхознадзора по РТ № 250/07 от 29.05.2017 о привлечении директора ООО «Птицекмоплекс Лаишевский» ФИО10 к административной ответственности по части 1 статьи 10.7 КоАП РФ, постановление Управления Россельхознадзора по РТ № 259/07 от 29.05.2017 о привлечении ветеринарного врача ООО «Птицекмоплекс Лаишевский» ФИО11 к административной ответственности по части 1 статьи 10.7 КоАП РФ, материалы проверки, произведенные должностными лицами Управления на территории Общества: акт проверки, акт эпизоотического обследования, заключения лабораторных исследований, фотоматериалы.

Судом установлено, что на основании распоряжения заместителя руководителя Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Республики Татарстан от 10.05.2017 № 568 в отношении общества была проведена внеплановая выездная проверка, в ходе которой были установлены нарушения статьи 13, 18 Закона о ветеринарии, а также ветеринарных правил содержания птиц на птицеводческих предприятиях закрытого типа (птицефабриках), утвержденных приказом Министерства сельского хозяйства РФ от 03.04.2006 № 104 (далее – Правила, утвержденные приказом МСХ РФ № 104), а также Правил по борьбе с гриппом птиц, утвержденных приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 27.03.2006 № 90 (далее – Правила, утвержденные приказом МСХ РФ № 90).

Исходя из выводов, изложенных в акте проверки Управления Россельхознадзора по РТ от 02.06.2017 № 06/22, обществом нарушены следующие нормы Правил, утвержденных приказом МСХ РФ № 104:

- въездной дезбарьер наполнен дезинфицирующим раствором (в холодное время года подогрев не осуществляется) (абзац четвертый пункта 2.2, абзац второй пункта 2.3, пункт 4.2);

- общего санитарного пропускника не предусмотрено (пункт 4.3);

- при осмотре территории установлено наличие синантропной птицы (голуби, воробьи). Наибольшее скопление птицы отмечено в районе кормового цеха (абзацы третий, девятый и восемнадцатый пункта 2.2);

- на птицефабрике имеется строительный мусор, много кустарников, деревьев. Возле каждого помещения, находящегося на консервации (пустые), отмечено разрастание  кустарников. За блокированными залами (8 залов) также территория засорена сорными многолетними растениями, где гнездятся водоплавающие и синантропные птицы (абзац третий пункта 2.2);

- маркировка дорог по принципу «чистые - грязные» отсутствует (абзац четвертый пункта 2.2);

- типовые пометохранилища отсутствуют. За последние 8-10 лет птичий помет практически никуда не вывозился. Зачастую вместе с пометом выбрасывается разбитые остатки скорлупы куриных яиц (абзацы двенадцатый и тринадцатый пункта 2.2);

- задние навозные ворота не оснащены дезбарьером (абзацы 2, и 2.3 пункта 4.2);

- термической или химической обработке корма не подвергаются (пункт 4.14.).

В акте было указано на нарушения обществом абзаца пятого 5 статьи 18 Закона о ветеринарии, абзаца шестого пункта 18 Правил, утвержденных приказом МСХ РФ № 90, выразившихся в непринятии мер по своевременному информированию государственной ветеринарной службы об ежедневно увеличивающейся гибели поголовья птиц, начиная с 03.05.2017.

На основании проведенной проверки обществу было выдано предписание от 17.05.2017 № 06/22 об устранении вышеуказанных нарушений.

За нарушение статей 13, 18 Закона о ветеринарии, пунктов 2.2, 2.3, 3.4, 3.5, 3,7, 4.2, 4.11, 4.14 Правил, утвержденных приказом МСХ РФ № 104, общество постановлением № 251/07 от 29.05.2017 было привлечено к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 10.6 КоАП РФ. Данное постановление было обжаловано в Арбитражный суд Республики Татарстан в рамках дела № А65-16719/2017. Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.11.2017 по указанному делу, оставленным без изменения постановлениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 0.02.2018 и Арбитражного суда Поволжского округа от 06.06.2018, постановление Управления Россельхознадзора по РТ от 29.05.2017 № 251/07 о привлечении ООО «Птицекомплекс Лаишевский» к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 10.6 КоАП РФ, отменено.

При рассмотрении указанного дела арбитражными судами первой, апелляционной и кассационной инстанций установлено, что контролирующим органом при вынесении спорного постановления неверно применена норма законодательства, допущенные ООО «Птицекомплекс Лаишевский» нарушения, выразившиеся в нарушении ветеринарных правил, утвержденных приказом МСХ РФ № 104, квалифицированы неверно, исходя из описания, изложенного в протоколе и постановлении по делу об административном правонарушении, общество подлежало привлечению к ответственности в соответствии с частью 1 статьи 10.6 КоАП РФ, а не частью 2 статьи 10.6 КоАП РФ. Вмененные истцу Управлением Россельхознадзора по РТ (третье лицо-3 по делу, административный орган) в рамках административного дела от 29.05.2017 № 251/07, в частности, касающиеся допуска дикой синантропной птицы на территорию общества, являющегося предприятием закрытого типа, засорения территории хозяйства сорными многолетними растениями, непроведения термической или химической обработки кормов, не были предметом рассмотрения арбитражных судов первой, апелляционной и кассационной инстанций по делу № А65-16719/2017, в судебных актах указанным фактам не дана правовая оценка.

Из представленных материалов дела следует, что первоначально вирус гриппа птиц был выявлен именно в корме, после чего начался массовый падеж птицы. Специалистами административного органа также составлен акт эпизоотологического обследования Птицекомплекса общества от 09.05.2017 № 152, согласно которому при комиссионном обследовании территории птицеводческого предприятия принадлежащего обществу, был проведен отлов дикой фауны, а именно голубей в количестве двух голов. Отобранные пробы (смывы из трахеи и клоаки) были направлены в ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии РТ» для проведения лабораторных исследований, по результатам которых (протокол лабораторных исследований № 2320.3.1.3.0088-0100 от 10.05.2017) у отловленной дикой птицы был выявлен геном возбудителя птичьего гриппа типа А (подтип Н5).

Ответчиком в адрес истца 10.12.2016 было направлено письмо о принятии мер по недопущению заноса возбудителя инфекции - гриппа А птиц в связи с информацией Управления Роспоребнадзора по РТ от 09.12.2016 о выявлении РНК вируса гриппа А у диких уток, в том числе на территории Лаишевского района РТ, никакие меры по недопущению гриппа птиц не были приняты ответчиком.

При рассмотрении дела № А65-16719/2017 арбитражными судами первой, апелляционной и кассационной инстанций установлено, что контролирующим органом при вынесении спорного постановления неверно применена норма законодательства, допущенные ООО «Птицекомплекс Лаишевский» нарушения, выразившиеся в нарушении ветеринарных правил, утвержденных приказом МСХ РФ № 104, квалифицированы неверно, исходя из описания изложенного в протоколе и постановлении по делу об административном правонарушении, общество подлежало привлечению к ответственности в соответствии с частью 1 статьи 10.6 КоАП РФ, а не частью 2 статьи 10.6 КоАП РФ.

В решении Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.11.2017 по делу № А65-16719/2017 суд первой инстанции указал, что в ходе судебного разбирательства по делу, заявителем были опровергнуты доводы ответчика и по существу вмененных обществу правонарушений. Так, в оспариваемом постановлении ответчик указывает на то, что на предприятии не предусмотрен санитарный пропускник. Вместе с тем, в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обществом в материалы дела представлено свидетельство государственной регистрации права собственности на указанный объект от 16.02.2016.

Также в оспариваемом постановлении ответчик указывает на то, что въездной барьер находится в рабочем состоянии, но без навеса. Однако, в Приказе Министерства сельского хозяйства РФ от 03.04.2006 № 104, на который ссылается ответчик, такое требование отсутствует. Доказательства обратного, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком не представлены.

В обжалуемом постановлении также указано, что типовые помета хранилища отсутствуют; за последние 8-10 лет птичий помет практически никуда не вывозился; задние навозные ворота не оснащены дезъбарьером.

В соответствии с пунктом 2.2. Приказа Министерства сельского хозяйства РФ от 03.04.2006 № 104, зону хранения и утилизации отходов производства, включая пометохранилище, площадку для компостирования, цех сушки помета, размещают на расстоянии не менее 300 м от птицеводческих помещений.

Как пояснил представитель заявителя, общество использует типовое помета хранилище площадью 4601 кв.м, кадастровый номер: 16:24:080602:640. Данный объект находится в собственности ООО «Птицекомплекс Лаишевский», что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, дата выдачи – 16.02.2016 и разрешением на ввод объекта в эксплуатацию от 29.10.2015 № RU 16324108-92 (2015).

Постоянный вывоз птичьего помета осуществляет КФХ ФИО12 на основании заключенного договора от 15.01.2013№ 1/01 и спецификациями на 2013, 2014, 2015, 2016 годы.

В постановлении арбитражного суда кассационной инстанции от 06.06.2018 по делу № А65-16719/2017 указано, что касается по существу вмененных ООО «Птицекомплекс Лаишевский» административных правонарушений, то как правильно указали суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь статьей 26.2 КоАП РФ, общество доказало их отсутствие в соответствии со статьей 65 АПК РФ.

Суды трех инстанций по названному делу дали оценку не только неверной квалификации административного правонарушения, но и действиям ООО «Птицекомплекс Лаишевский» по соблюдению ветеринарных и иных норм.

Судом апелляционной инстанции также правомерно учтено, что согласно материалам дела, распространение птичьего гриппа началось еще в 2016 году в связи с выявлением вируса у диких уток, что повело за собой распространение гриппа на всей территории Лаишевского района в 2017 году.

Следовательно, указанное обстоятельство не свидетельствует о наличии в действиях истца грубой неосторожености.

Доводы ответчика о наличии грубой неосторожности в связи с несоблюдением истцом предписания по отчуждению кормов, признаны апелляционной коллегией несостоятельными.

Помимо факта нарушения истцом ветеринарных правил, в данном случае ответчик обязан доказать, что допущенные истцом нарушения явились причиной возникновения у животных особо опасного заболевания – птичьего гриппа.

Ответчик указывает, что в действиях истца присутствует грубая неосторожность, что подтверждается решением Лаишевского районного суда Республики Татарстан от 26.09.2017 и апелляционным определением Верховного Суда Республики Татарстан от 11.01.2018 по делу № 2-1092/2017.

Предписанием от 17.05.2017 №  06/22 (оставлено без изменения решением Верховного суда Республики Татарстан от 11.01.2018) выданным Управлением Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Республике Татарстан, которым на истца была возложена обязанность уничтожить принадлежащие ему корма. Невыполнение данного предписания, по мнению ответчика, повлекло нарушение истцом ветеринарных правил, которое в свою очередь привело к распространению птичьего гриппа.

Между тем, согласно апелляционному определению судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 11.01.2019, материалами дела установлено, что первоначально вирус гриппа был выявлен в запечатанных мешках с кормами, хранящихся на территории птицекомплекса (л.д. 238, том 9).

Однако, не доказана причинно-следственная связь между выявлением вируса в кормах на территории птицекомплекса и распространением вируса на всей территории Республики Татарстан. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что вирус начал распространяться с территории ООО «Птицекомплекс Лашевский» и по вине истца. 

Предписание от 17.05.2017 № 06/22, которым на истца возложена обязанность уничтожить принадлежащие ему корма было выдано уже после отчуждения у истца животных и продуктов животноводства, что никак не может свидетельствовать о наличии в его действиях грубой неосторожности.

Причинно-следственная связь между вспышкой птичьего гриппа, из-за которой были отчуждены животные, и неисполнением предписания по отчуждению кормов на предприятии не установлена.

Между ООО «Птицекомплекс Лаишевский» (заказчиком) и Государственным бюджетным учреждением «Лаишевское районное государственное ветеринарное объединение» (исполнителем)  были заключены договоры об оказании ветеринарных услуг.

В материалы дела приобщены: договор от 01.01.2013 № 6 об оказании ветеринарных услуг; договор от 01.03.2016 № 7 об оказании ветеринарных услуг; акты сверки за 2017-2018 годы, платежные поручения за 2017 год, из которых следует, исполнитель принял на себя обязательства:

1. Проводить ветеринарно-санитарную экспертизу продовольственного сырья и пищевых продуктов Заказчика. Ветеринарно-санитарная экспертиза включает оценку соответствия сопроводительной документации на производственное сырье и пищевые продукты требованиям нормативной и технической документации, результатов ее внешнего осмотра, исследований, состояния упаковки и маркировки продукции. В результате экспертизы выясняются также условия производства, закупки, поставки, транспортировки, хранения и реализации продукции, при необходимости проводятся лабораторные исследования) (испытания) качества и безопасности, а также идентификация (п. 2.1.1);

2. По результатам проведения ветеринарно-санитарной экспертизы продовольственного сырья и пищевых продуктов изготавливать Заказчику необходимые документы (заключения ветеринарной службы всех видов на продовольственное сырье и пищевые продукты, ветеринарные сопроводительные документы и т.д.) (п. 2.1.2);

3. Проводить отбор проб (образцов) продовольственного сырья и пищевых продуктов для лабораторных исследований (испытаний) (п. 2.1.3).

Договор на ветеринарное обслуживание от 2016 года действовал до 31.12.2016, с последующей пролонгацией на каждый последующий год.

В рамках данного договора исполнитель ежедневно находясь на объекте истца, проводил периодические исследования производимой продукции: отбор проб, радиологические, токсикологические, микробиологические и другие исследования, консультировал истца, проверял соблюдение ветеринарных норм и правил согласно условиям договора и Федерального закона «О ветеринарии» от 14.05.1993 № 4979-1.

Платежные поручения за 2017 год подтверждают, что Истец добровольно оплачивал услуги исполнителя не только за ветеринарное обслуживание, но и за ветеринарные свидетельства:

- за декабрь 2016 года – 68 720 руб.

-за январь 2017 года – 56 001 руб.

-за февраль 2017 года – 59 664 руб.

-за март 2017 года – 67 339 руб.

-за апрель 2017 года – 58 795 руб.

-за май 2017 года – 13 648 руб.

При этом единственным учредителем исполнителя по вышеуказанным договорам ГБУ «Лаишевское районное государственное ветеринарное объединение» является ответчик.

Заключение таких договоров на ветеринарное обслуживание являлось необходимым условием законного осуществления деятельности по разведению птиц.

Специалисты исполнителя ГБУ «Лаишевское районное государственное ветеринарное объединение» ежедневно находились на объекте истца и осуществляли постоянный контроль над его деятельностью, в том числе путем проведения исследований, копии которых истец приобщал в материалы дела.

До момента возникновения птичьего гриппа на предприятии ответчик не указывал на нарушения ветеринарных норм и правил. До момента уничтожения животных и продуктов животноводства отсутствуют постановления о привлечении ООО «Птицекомплекс Лаишевский» или его сотрудников к административной ответственности, решения или приговоры суда о нарушении ветеринарных норм и правил, которые повлекли за собой распространение/возникновения птичьего гриппа. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах правомерен вывод суда апелляционной инстанции о том, что не имеется оснований для применения к правоотношениям сторон положений абзаца второго пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Закон о ветеринарии и Правила № 310 не предусматривают учета вины собственника при возмещении ущерба, понесенного им в результате отчуждения животных или продукции животноводства.

В соответствии с указанными нормативными правовыми актами публичный субъект принял на себя обязательство компенсировать собственнику стоимость изъятых у него животных и продукции.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 08.07.2021 № 33-П взаимосвязанные положения пункта 1 статьи 242 и абзаца второго пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования и в их судебном истолковании они создают неопределенность в вопросе об учете при определении и осуществлении выплаты собственнику стоимости животных или продуктов животноводства, изъятых у него при ликвидации очагов особо опасных болезней животных, его грубой неосторожности, если она содействовала возникновению и распространению таких очагов.

На основании вышеизложенного, апелляционной коллегией отклонен довод ответчика о несвоевременном его уведомлении истцом о внезапном падеже птицы.

При таких обстоятельствах правомерен вывод суда апелляционной инстанции о том, что истцу должны быть возмещены убытки, которые ему причинены вследствие уничтожения животных и продуктов животноводства.

В подтверждение причинения убытков и их размера истцом представлен отчет № 7-1 от 29.03.2019 об оценке рыночной стоимости животных и продуктов животноводства, принадлежащих обществу. Согласно расчету истца (в соответствии с отчетом эксперта), рыночная стоимость объекта оценки 148 002 512 руб.

Учитывая, что между сторонами присутствует спор о рыночной стоимости отчужденных животных и изъятых продуктов животноводства, закрепленных в актах, судом с целью определения размера ущерба, причиненного истцу, по ходатайству ответчика назначена судебная экспертиза.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: «Определить рыночную стоимость животных и продуктов животноводства, отчужденных у ООО «Птицекомплекс Лаишевский» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, адрес места регистрации: 422613, Россия, Лаишевский район, поселок им.25 Октября, РТ, ул. Почтовая, д.19), по акту об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных от 17.05.2017г на дату 17.05.2017г.».

По результатам экспертизы: отчет эксперта от 26.11.2019 № 11687, экспертом сделан следующий вывод: рыночная стоимость движимого имущества – животных и продуктов животноводства, по состоянию на дату оценки (17.05.2017) составляет 96 850 339 руб.

Из заключения эксперта ФИО13, а также его пояснений, данных в судебном заседании, судом установлено отсутствие полноты заключения эксперта в части определения рыночной стоимости кур-несушек, отчужденных у ООО «Птицекомплекс Лаишевский» по акту об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных от 17.05.2017 на дату – 17.05.2017.

По ходатайству истца судом назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ЗАО «Независимая консалтинговая компания «СЭНК» ФИО13.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: «Определить рыночную стоимость животных и продуктов животноводства, отчужденных у ООО «Птицекомплекс Лаишевский» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, адрес места регистрации: 422613, Россия, Лаишевский район, поселок им.25 Октября, РТ, ул.Почтовая, д.19), по акту об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных от 17.05.2017 на дату – 17.05.2017 в части, относящейся к определению стоимости кур-несушек».

По результатам дополнительной экспертизы (отчет эксперта № 11687.2 от 27.02.2020) экспертом сделан следующий вывод: рыночная стоимость животных и продуктов животноводства, отчужденных у ООО «Птицекомплекс Лаишевский» по акту об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных от 17.05.2017 на дату – 17.05.2017 составляет 98 793 791 руб.

Анализ экспертных заключений от 26.11.2019 № 11687  и  от 27.02.2020 № 11687.2, выполненных экспертом ФИО13, позволяет прийти к выводу о том, что указанные заключения оформлены в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в них отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, экспертные заключения основаны на материалах дела.

Процедура назначения и проведения экспертиз соблюдена, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, эксперт компетентен в решении вопросов, поставленных судом на исследование, имеет соответствующий опыт и квалификацию, обоснованного отвода эксперту ФИО13 ответчиком заявлено не было.

Опрошенный в ходе судебного разбирательства эксперт ФИО13 дал подробные пояснения относительно выводов, изложенных в экспертных заключениях, и относительно порядка проведения экспертизы. Эксперт пояснил, что исследовательская часть содержится в отчете об оценке, что отчет об оценке и заключение эксперта едины, составляются одним экспертом, одновременно выступающим в качестве оценщика; именно в отчете об оценке указан объект оценки в соответствии с законодательством об оценочной деятельности; что проводился анализ рынка, при этом всеобъемлющий анализ рынка не требуется, поскольку выявлены аналоги. В то же время эксперт пояснил, что поскольку данные о возрасте кур-несушек в актах указаны не были, цены на кур-несушек внутри возрастных групп не анализировались, что и послужило основанием для назначения дополнительной судебной экспертизы по определению рыночной стоимости кур-несушек.

Суд принял указанные заключения в качестве надлежащих доказательств.

Как указано ранее, определением суда от 26.11.2020 дела № А65-18805/2019, № А65-10377/2020 объединены для совместного их рассмотрения в одно производство с присвоением номера А65-18805/2019.

При новом рассмотрении дела учитывая, что между сторонами присутствует спор о рыночной стоимости отчужденных животных и изъятых продуктов животноводства, закрепленных в актах по состоянию на даты 19.05.2017, 23.05.2017, 30.05.2017, судом с целью определения размера ущерба, причиненного истцу, по ходатайству ответчика назначена судебная экспертиза.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: Определить рыночную стоимость продуктов животноводства, отчужденных у ООО «Птицекомплекс Лаишевский» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, адрес места регистрации: 422613, Россия, Лаишевский район, поселок им. 25 Октября, РТ, ул. Почтовая, д.19), по акту об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных от 19.05.2017, 23.05.2017, 30.05.2017 по состоянию на даты 19.05.2017, 23.05.2017, 30.05.2017.

По результатам экспертизы (заключение эксперта № 01-02-21 от 08.02.2020) эксперт пришел к следующим выводам: рыночная стоимость движимого имущества – животных и продуктов животноводства, по акту об отчуждении животных и изъятии продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных от 19.05.2017, 23.05.2017, 30.05.2017 по состоянию на даты 19.05.2017, 23.05.2017, 30.05.2017, с учетом НДС 18% составляет:

1. по акту от 19.02.2017 составляет 235 343,00 руб.,

2. по акту от 23.05.2017 составляет 38 557,85 руб.,

3. по акту от 30.05.2017 составляет 250 583,35 руб.

Оценив представленные сторонами доказательства, в том числе заключения судебной экспертизы, с учетом выводов эксперта ФИО13 по дополнительной судебной экспертизе от 27.02.2020  № 11687.2 суд признал обоснованной рыночную стоимость животных и продуктов животноводства в размере 99 037 427 руб., а по экспертному заключению эксперта ФИО9 от 08.02.2021 № 01-02-21  в размере 524 484 руб. 20 коп.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции, исходя из требований законодательства о ветеринарии и положений гражданского законодательства, сделал обоснованный вывод о наличии у общества права на возмещение причиненного изъятием и уничтожением животных ущерба в размере 99 561 911 (девяносто девять миллионов пятьсот шестьдесят одну тысячу девятьсот одиннадцать) руб. 20 коп., отказав в удовлетворении остальной части исковых требований.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины, а также расходы на проведение судом первой инстанции судебных экспертиз распределены по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обжалуемый судебный акт об оставлении без изменения решения суда первой инстанции в указанной части заявителем не оспаривается.

Выводы суда апелляционной инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и положениям действующего законодательства.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, по существу, сводящиеся к утверждению о недоказанности истцом совокупности условий, необходимых и достаточных для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде убытков, не затрагивают вопросов правильности применения судами при рассмотрении спора норм права к установленным по делу фактическим обстоятельствам, а сводятся к несогласию с произведенной судом оценкой данных обстоятельств и имеющейся по делу доказательственной базы.

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу в порядке  части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, не допускается.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов первой, апелляционной инстанций не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя кассационной жалобы с обжалуемым судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм права и не может служить достаточным основанием для отмены постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом апелляционной инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, с учетом всех доводов участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют представленным по делу доказательствам и основаны на правильном применении норм материального права, соблюдении норм процессуального права, у суда кассационной инстанции отсутствуют правовые основания для отмены либо изменения принятого по делу постановления.

Суд кассационной инстанции не находит и безусловных оснований для отмены обжалуемых судебных актов, перечисленных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021 по делу № А65-18805/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            М.З. Желаева

 

Судьи                                                                                    Э.Г. Гильманова

 

                                                                                              М.М. Сабиров