ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-43013/2024

Дело № А40-32549/24

г. Москва

01 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 01 августа 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи:      В.А. Яцевой

судей:

И.А. Чеботаревой, ФИО1,

при ведении протокола              

секретарем судебного заседания А.А. Леликовым,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИФНС России № 23 по г.Москве 

на решение Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2023 по делу № А40-32549/24-140-218, 

по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «ТЕХНО-АС» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) 

к Инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по г. Москве (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>) 

о признании недействительным решения

при участии в судебном заседании:

от заявителя:

ФИО2 – по дов. от 01.04.2024;

от заинтересованного лица:

ФИО3 – по дов. от 22.02.2024, ФИО4 – по дов. от 29.05.2024 

 

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «ТЕХНО-АС» (далее – заявитель, общество, ООО «ТЕХНО-АС», налогоплательщик) обратилось в арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы России № 23 по городу Москве (далее – заинтересованное лицо, Инспекция, налоговый орган) от 11.10.2023 №13/30 о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2024 требования налогоплательщика удовлетворены, решение Инспекции признано недействительным.

С вынесенным решением не согласилась Инспекция, обжаловав его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе инспекция просит решение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы инспекция указывает на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, неверное применение судом норм материального и процессуального права. 

До начала судебного заседания от заявителя поступил отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 АПК РФ приобщен к материалам дела.

В судебном заседании представители налогового органа настаивали на доводах апелляционной жалобы, представители заявителя возражали против них.

Проверив законность и обоснованность решения в соответствии со статьями 266 и 268 АПК РФ, Девятый арбитражный апелляционный суд с учетом исследованных доказательств по делу, доводов апелляционной жалобы и возражений на них, не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения решения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка ООО «ТЕХНО-АС» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты всех налогов и сборов, а также по страховым взносам на ОПС за период с 01.01.2019 по 30.10.2021.

По результатам проверки Инспекцией составлен Акт от 25.08.2023 № 13/23 и вынесено решение, согласно которому Обществу доначислены налог на добавленную стоимость (далее - НДС) в сумме 23 845 91 руб., налог на прибыль организаций в сумме 22 916 572 руб., а также начислены штрафные санкции, предусмотренные пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс, НК РФ), в сумме 6 254 794 руб., статьей 123 НК РФ в размере 2 578 руб.

По итогам налоговой проверки Инспекцией установлено нарушение налогоплательщиком положений пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, статей 169, 171, 172, 253, 254, пункта 2 статьи 272 НК РФ в связи с неправомерным включением в состав налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль организаций затрат по взаимоотношениям с организациями ООО «Инвест», ООО «Милтон», ООО «Лагуна М», ООО «Деловой Партнер», ООО «С-Логистика» (далее - спорные контрагенты), осуществляющими поставку товара (комплектующие для измерительных приборов).

По мнению Инспекции, вышеуказанные организации не осуществляли поставку товаров, а были включены заявителем в схему формального приобретения товаров (материалов) с целью искусственного завышения расходов для целей налогообложения налогом на прибыль организаций и завышения размера налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость. Фактически товары приобретались Обществом у иных реальных организаций, без участия спорных контрагентов.

Заявитель, не согласившись с решением Инспекции, обратился с апелляционной жалобой в УФНС России по г. Москве, в порядке, установленном статьей 139 НК РФ. 

Решением от 11.12.2023 №21-10/146073@ УФНС России по г. Москве, рассмотрев апелляционную жалобу общества на решение Инспекции, оставило жалобу без удовлетворения.

Полагая, что решение Инспекции от 11.10.2023 №13/30 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения не соответствует требованиям действующего законодательства Российской Федерации, ООО «ТЕХНО-АС» обратилось в суд с соответствующим заявлением. 

Согласно части 1 статьи 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, действий (бездействия) государственных органов входят проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту, проверка факта нарушения оспариваемым актом действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя, а также соблюдение срока на подачу заявления в суд.

При этом согласно части 5 статьи 200 АПК РФ с учетом части 1 статьи 65 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действие (бездействие).

В соответствии со статьей 252 НК РФ налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу по налогу на прибыль организаций на сумму экономически обоснованных, документально подтвержденных затрат, которые преследуют цель получения дохода.

В свою очередь, согласно положениям статей 171, 172 НК РФ налогоплательщик вправе принять к вычету суммы НДС, предъявленные при приобретении услуг, при соблюдении следующих условий: налогоплательщик приобретает работы для осуществления облагаемых НДС операций; налогоплательщик получил от контрагента надлежащим образом оформленный акт о выполненных работах; налогоплательщик принял к учету приобретенные работы. 

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий:

основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Требования о достоверности учета хозяйственных операций содержатся в законодательстве о бухгалтерском учете и в Налоговом кодексе Российской Федерации, установившем правила ведения налогового учета. В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

В силу положений статей 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс) для получения налогового вычета необходима совокупность следующих условий: наличие счетов-фактур, документов, подтверждающих принятие указанных товаров (работ, услуг) на учет, а также строгое соответствие выставленных счетов-фактур требованиям пунктов 5, 6 статьи 169 НК РФ.

При соблюдении указанных требований Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик вправе претендовать на получение налогового вычета при исчислении налога на добавленную стоимость.

Первичные документы, составляемые при совершении хозяйственной операции и представляемые налогоплательщиком в налоговые органы, должны отвечать установленным законодательством требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает реализацию права на осуществление налоговых вычетов, а налоговый орган вправе отказать в применении вычетов, если заявленная налогоплательщиком сумма не подтверждена надлежащими документами, содержащими достоверные сведения, сформировавшие вычеты хозяйственные операции нереальны либо совершены с контрагентами, не исполняющими налоговых обязанностей.

Как указано в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление ВАС РФ N 53) судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности - достоверны.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что налоговым органом не опровергнута реальность сделок между спорными контрагентами и заявителем, не установлена подконтрольность спорных контрагентов Обществу, а также наличествуют процессуальные нарушения, влекущие признание решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения недействительным.

Принимая решение по настоящему делу, суд первой инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, полно и всесторонне исследовал имеющие значение для правильного рассмотрения дела обстоятельства, правильно применил и истолковал нормы материального и процессуального права и на их основании сделал обоснованный вывод о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований. 

Доводы апелляционной жалобы о незаконности решения суда первой инстанции признаются коллегией несостоятельными.

В проверяемом периоде Обществом со спорными контрагентами ООО «Инвест», ООО «Милтон», ООО «Лагуна М», ООО «Деловой Партнер», ООО «С-Логистика» заключены договоры купли-продажи ТМЦ в количестве, ассортименте, цене и сроки, предусмотренные договорами, приложениями, спецификациями и соглашениями к ним. являющимися неотъемлемыми частями договоров (комплектующие). Оплата за товар осуществлялась безналичным путем. Доставка товара осуществлялась силами поставщика. Товар использовался для перепродажи покупателям, в том числе в виде собранных комплектов с использованием товаров других поставщиков, а также для использования в производственной деятельности.

В результате проведенных в порядке статьи 93.1 НК РФ в отношении спорных  контрагентов контрольных мероприятий Инспекцией сделан вывод, что данные организации не являются реальными участниками экономической деятельности и не могла поставлять товары в адрес Общества.

Судом первой инстанции установлено, что из оспариваемого решения налогового органа не было очевидно, на каких именно документах Инспекция основывает свои утверждения о том или ином факте, ввиду чего Общество не имело возможности заявить подробные возражения по конкретным фактам непредставления с актом проверки тех или иных документов, т.к. не имело данных о конкретных документах, на которых Инспекция основывала свои доводы в оспариваемом решении. 

В частности, к примеру, на стр. 6, 9-12 оспариваемого решения инспекция ссылается на данные о численности штата ООО «Инвест», регистрационные данные компании, на признаки «технической» компании в отношении ООО «Инвест» и данные финансовой отчетности этой компании, ссылается на пересечения IP-адресов ООО «Инвест» и ООО «Техно-АС», на пересечения по сотрудникам. Однако при этом Инспекция не указывает, из каких именно документов получена данная информация.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно заключил, что в рассматриваемом деле ненаправление материалов налогоплательщику привело к существенному нарушению его прав, поскольку лишило его возможности представить свои доводы и возражения по ключевым доказательствам дела, которые, при должном выполнении Инспекцией своей обязанности по направлению налогоплательщику материалов выездной налоговой проверки, могли привести к принятию налоговым органом иного решения по итогом рассмотрения материалов проверки.

Судебная коллегия полагает данные выводы суда первой инстанции обоснованными, поскольку Инспекция лишила общество на стадии рассмотрения материалов выездной налоговой проверки возможности дать возражения по процессуальному статусу и допустимости таких доказательств как банковские выписки и книги покупок-продаж спорных контрагентов, документы об IР-адресах, индивидуальные карточки налогоплательщика, отчет открытых узлов дерева связей. В частности, анализ банковских выписок мог позволить обществу дополнить свои возражения анализом деятельности контрагентов, в т.ч. в вопросе доказывания реальности деятельности контрагентов (в опровержение их статуса «технических» компаний), позволил бы выявить возможных субконтрагентов, у кого спорные контрагенты могли закупать товар (и в отношении кого Инспекция не проводила проверку).

Кроме того, содержимое индивидуальных карточек налогоплательщика очевидно не является первичным доказательством, такие карточки основаны на сведениях, получаемых из иных источников (данные финансовой отчетности, справки 2-НДФЛ, банковские выписки в части сведений об уплате налогов и тд.). Соответственно, предоставление с Актом проверки только таких карточек в отсутствие иных документов, подтверждающих содержащиеся в них сведения, позволили бы Обществу на стадии рассмотрения возражений на Акт проверки и на стадии обжалования решения Инспекции в УФНС России по г. Москве заявить о недопустимости такого доказательства в отсутствие первичных документов и говорить о недоказанности тех обстоятельств, которые Инспекция основывает на данном доказательстве (выводы инспекции о «техническом» характере спорных контрагентов).

Таким образом, нарушение инспекцией процедуры проверки в части непредставления обществу с Актом выездной налоговой проверки установленных судом первой инстанции документов привело к нарушению прав Общества в вопросе обеспечения возможности представления мотивированных возражений (объяснений) на акт проверки.

Как указано в п. 14 ст. 101 НК РФ несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных настоящим Кодексом, может являться основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом.

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. К таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Данная возможность, в свою очередь, обеспечивается представлением налогоплательщику всех документов, полученных налоговым органом при проведении проверочных мероприятий у третьих лиц, на основании которых сделаны выводы о допущенных им нарушениях налогового законодательства.

Нарушение права налогоплательщика на получение этих документов влечет ограничение его прав на полноценное участие в рассмотрении материалов проверки и может быть квалифицировано как нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки.

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что в силу п. 14 ст. 101 НК РФ имеются самостоятельные основания для отмены решения налогового органа по причине существенного нарушения условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки.

Основанием доначисления обществу оспариваемым решением НДС к уплате в бюджет послужил вывод инспекции о необоснованном предъявлении обществом в налоговых периодах 2019 г. - 2021 г. к вычету данного налога по счетам-фактурам со спорными контрагентами.

В обоснование своих выводов о наличии формального документооборота инспекция указывает на следующие обстоятельства, свидетельствующие, по ее мнению, о неправомерном применении налоговых вычетов:

-           наличие у спорных контрагентов признаков «технических компаний»;

-           отсутствие у спорных контрагентов материальных и трудовых ресурсов;

-           отсутствие спорных контрагентов по адресу местонахождения;

-           неуплата или минимальная уплата налогов спорными контрагентами, непредоставление ими налоговой отчетности;

-           создание формального документооборота по цепочке контрагентов;

-           транзитное движение денежных средств;

-           взаимозависимость Общества и спорных контрагентов по причине совпадения IP-адресов (с отдельными контрагентами) и по причине существенности объема платежей от Общества в доходах спорных контрагентов,

-           фактическое приобретение товаров у иных поставщиков, а не у спорных контрагентов.

Судом первой инстанции установлено, что при выборе спорных контрагентов общество действовало добросовестно и осмотрительно, учитывало сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц в отношении контрагентов, и не могло знать о "номинальном" руководстве. Общество проверяло своих контрагентов по данным ЕГРЮЛ, данным сайта госзакупок, судебным базам, иным открытым ресурсам на предмет ведения компанией реальной хозяйственной деятельности. Все спорные контрагенты общества были зарегистрированы в качестве юридических лиц в соответствии с законодательством РФ в период договорных отношений с обществом и к налоговой ответственности не привлекались. При этом инспекция не представила доказательств, подтверждающих, что общество должно или могло выявить обстоятельства, ставящие под сомнение законность каких-либо действий контрагентов.

Кроме того, директора контрагентов открывали счета в кредитных организациях, заключали договоры и выполняли иные полномочия, вытекающие из статуса руководителя организации. Факт участия от имени спорных контрагентов в хозяйственных отношениях через руководителей, подтверждается как созданием данных юридических лиц (действием, требующим нотариального удостоверения подписи руководителя и учредителя организации), так и открытием расчетных счетов, получением ЭЦП, сдачей налоговой отчетности юридическим лицом. При открытии счетов руководители контрагентов действовали в соответствии с законом: заполняли карточку с образцом подписи лично, в присутствии уполномоченных сотрудников банка (глава 7 Инструкции Банка России от 30.05.2014 № 153-И "Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам), депозитных счетов" (Зарегистрировано в Минюсте России 19.06.2014 № 32813)), что исключает фиктивность      документов, оформленных налогоплательщиком со спорными контрагентами и подписании руководителями контрагента договоров поставки, счет-фактур, товарных накладных).

При этом, руководителями спорных контрагентов значились именно те лица, которые были указаны в качестве руководителей в первичных документах, представленных налогоплательщиком на проверку. Подписание счетов-фактур от имени организации руководителем, значащимся в ЕГРЮЛ, либо представителем на основании имеющейся доверенности, свидетельствует о соответствии таких счетов-фактур ст. 169 НК РФ. Доказательств того, что первичные документы руководителями не подписывались, а также что заявитель на момент заключения договоров и их исполнения об этом знал, налоговым органом суду не представлено.

В отношении контрагента ООО «Инвест» Инспекция указывает, что общество не предоставило документы о доставке товара и карточки учета расчетов с ООО «Инвест» за 2021 год, а также документы, подтверждающие проявление должной осмотрительности при выборе данного контрагента.

Указанный довод подробно исследован судом первой инстанции и правомерно отклонен, поскольку противоречит материалам дела.

Судом первой инстанции установлено, что у общества в 2021 году не было взаимоотношений с ООО «Инвест».

В опровержение доводов Инспекции налогоплательщик представил следующие документы:

- документы о статусе общества как юридического лица: выписка из ЕГРЮЛ по состоянию на 04.04.2017, выписка из ЕГРЮЛ от 19.03.2019, Свидетельство ИНН от 16.03.2017, Уведомление Федеральной службы государственной статистики от 21.04.2017, Устав ООО «Инвест» от 13.03.2017;

- документы о назначении генерального директора ФИО5 и подтверждении его личности: протокол №1 от 13.03.2017, протокол №2/18 от 26.11.2018,приказ №1 от 16.03.2017, приказ №2 от 16.03.2017, паспорт ФИО5;

-           документы, подтверждающие местонахождение ООО «Инвест»: договор субаренды от 21.11.2018, договор аренды от 02.12.2018;

-           документы, подтверждающие финансово-хозяйственную деятельность ООО «Инвест»: у данного контрагента запрашивались налоговые декларации по НДС, которые были представлены контрагентом за 2019 г. (период сотрудничества с данным контрагентом).

В материалы дела также представлена индивидуальная карточка налогоплательщика ООО «Инвест» (том 16, л.д. 21-63), на основании которой Инспекция делает вывод о том, что Общество при заключении договора не проявило должную степень осмотрительности, ссылаясь при этом в том числе на минимальную налоговую нагрузку данной организации.

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод Инспекции со ссылкой на индивидуальную карточку налогоплательщика ООО «Инвест», обоснованно указав на то, что данное доказательство не подкреплено первичными доказательствами, на основании которых Инспекцией составлена такая карточка – в дело не представлены налоговые декларации и бухгалтерская отчетность компании, справки 2-НДФЛ за период с 2017 года, в связи с чем не является достаточным доказательством.

Иных доказательств (кроме индивидуальной карточки налогоплательщика, которая также не подтверждает заявленных Инспекцией фактов), которые могли бы свидетельствовать о «техническом» характере деятельности ООО «Инвест», инспекция не представила, тогда как Общество представило в материалы дела все доказательства, свидетельствующие о проявлении должной осмотрительности.

Подробный анализ доводов инспекции в отношении контрагента ООО «Инвест», отсутствия у него признаков «технической» компании по состоянию на 2018-2019гг, исследован судом первой инстанции.

Вместе с тем, аргументов, опровергающих выводы суда первой инстанции и анализ совокупности доказательств, сделанный судом, Инспекция в апелляционной жалобе не привела. Оснований для переоценки правильных выводов суда первой инстанции не имеется.

Ссылки инспекции в апелляционной жалобе на признаки «технической» компании в отношении ООО «Инвест» по состоянию на октябрь 2020 г. – август 2021 г., в связи с внесением в этот период сведений о недостоверности в ЕГРЮЛ не опровергает реальности сделок с Обществом и отсутствия признаков «технической» компании в 2019 г. на момент поставки товара Обществу, поскольку это было за 2 года до внесения сведений о недостоверности в ЕГРЮЛ и до продажи ООО «Инвест» иным лицам, после чего в ООО «Инвест» сменился и генеральный директор.

В отношении доводов апелляционной жалобы о том, что ООО «Милтон» является технической компанией, не имело материальных и трудовых ресурсов, поступления от ООО «Техно-АС» составляли в доходах ООО «Милтон» 24%, ООО «Милтон» закупало в основном ткани и допрос директора ФИО6 это подтверждает, судом первой инстанции дана оценка, которую Инспекция в своей жалобе никоим образом не опровергла, в частности судом первой инстанции установлено следующее.

Так, в отношении ООО «Милтон» (дата регистрации 29.05.2019, директор ФИО6 с 29.05.2019) в индивидуальной карточке налогоплательщика за 2020- 2021гг указано на наличие у общества имущества – одного транспортного средства.

Однако в таблице с критериями определения компаний «однодневок» и «технических компаний» указано на отсутствие основных средств в 2019, 2020, 2021 годах, то есть имеется явное противоречие с тем, что ранее в карточке указано на то, что у организации имеется в собственности одно транспортное средство.

Основные критерии, по которым данная организация была отнесена к «техническим компаниям», указано отсутствие основных средств (в т.ч. стоимостью более 200 тыс.руб.), высокий удельный вес вычетов (более 98%), численность сотрудников менее 3 человек, при том что количество сотрудников, работающих больше года – менее 5 чел. и другие критерии.

При этом не установлено по данным ЕГРЮЛ сведений о недостоверности данных об учредителе/руководителе, не установлено наличия взаимоотношений по книге покупок НДС и журналу полученных счетов-фактур на 90% категории «технических» и «однодневок» и/или более 90% не сопоставленных счетов-фактур.

При этом довод о «не представлении деклараций (НП, НДС, спецрежим) и бухгалтерской отчетности. Предоставление «нулевой» бухгалтерской и налоговой отчетности» за 2020-2021гг противоречит тексту оспариваемого решения, где на стр 37-38 приведена отчетность общества за 2019-2021 года.

Отсутствие основных средств; Стоимость основных средств не превышает 200 тыс. руб.

Однако данные критерии не могут быть показателем технической компании, поскольку для осуществления торгово-посреднической деятельностью и оказания каких-либо услуг, связанных с поставляемым товаром, компания вполне может не нуждаться в основных средствах. Кроме того, данное утверждение вступает в противоречие с приведенной в индивидуальной карточке налогоплательщика информации о том, что ООО «Милтон» имеет в собственности одно транспортное средство.

В материалы дела представлен протокол допроса от 02.06.2023 (УФНС по Ивановской области) свидетеля ФИО6, который пояснил, что является с 2019 г. директором и учредителем в ООО «Милтон», указал свой контактный телефон, также пояснил, что с 2010 г. является директором в ООО «Регион лес».

Суд первой инстанции также правомерно учел содержание свидетельских показаний, полученных налоговым органом, допрос директора ООО «Милтон» подтверждает реальность данной организации и опровергает технический характер данной компании.

Довод Инспекции о получении значительного дохода спорным контрагентом от Общества правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку само по себе перечисление Обществом денежных средств организациям-контрагентам не доказывает и не может доказывать финансовую зависимость, экономическую подконтрольность организаций-контрагентов Обществу. Даже получение обществом- контрагентом 100 % выручки от общества означает только то, что в определенный период контрагент работал с одним (крупным) заказчиком, то есть не свидетельствует о каком-либо нарушении со стороны общества.

В обоснование апелляционной жалобы Инспекция указывает, что Общество не проявило должную осмотрительность и не представило соответствующие документы по контрагенту ООО «Лагуна».

Однако судом первой инстанции установлено, что согласно объяснениям налогоплательщика, которые не опровергнуты Инспекцией, оборотно-сальдовые ведомости, карточки счетов, из которых можно увидеть движение номенклатуры товаров, предоставлялись в инспекцию в ответ на требование № 13/28-1 от 28.12.2022. Вместе с тем, указанные доказательства не получили надлежащей оценки налоговым органом.

Должная осмотрительность в отношении контрагента ООО «Лагуна М» подтверждается представленными в отношении спорного контрагента документами:

- документы о статусе общества как юридического лица: Свидетельство ИНН от 27.04.2015, Свидетельство ОГРН от 04.02.2010, Устав ООО «Лагуна М» от 26.01.2010, Изменения №1 к Уставу от 17.04.2015, Решение №1 об учреждении общества от 26.01.2010, Решение №7 единственного участника от 18.01.2019;

- документы о назначении генерального директора Г.В.СА. и подтверждении его личности: Приказ №1 о вступлении в должность от 04.02.2010, Приказ №2 от 04.02.2010, Паспорт ФИО7

- документы, подтверждающие местонахождение ООО «Лагуна М»: Договор №12/А аренды нежилого помещения от 01.02.2021, Приложение №1 от 01.02.2021, Договор №24/А аренды нежилого помещения от 01.03.2020, Приложение №1 от 01.03.2020, Приложение №2 от 01.03.2020.

В материалы дела также представлена индивидуальная карточка налогоплательщика ООО «Лагуна М» (том 16), на основании которой инспекция делает вывод о том, что Общество при заключении договора не проявило должную степень осмотрительности, ссылаясь при этом в т.ч. на минимальную налоговую нагрузку данной организации.

При этом, судом первой инстанции установлено, что фактически данная карточка опровергает довод Инспекции о минимальности уплаты НДС, поскольку он был уплачен в размере 2 335 400 руб. в 2019 г., 1 944 500 руб. в 2020 г., 2 973 000 руб. в 2021 г., тогда как каких-либо исследований на предмет того, насколько обоснованы были вычеты по НДС у ООО «Лагуна М» Инспекция не делала, анализа рынка на сей счет также не представлено, решений по ВНП с привлечением к ответственности за совершение налоговых правонарушений в отношении ООО «Лагуна М» Инспекцией также не представлено.

Данный вывод суда первой инстанции Инспекция в своей жалобе надлежащими доказательствами не опровергла.

В отношении контрагента ООО «С-Логистика» инспекция утверждает, что документы, подтверждающие доставку товаров, карточки учета расчетов за 2021 год с ООО «С-Логистика», а также документы, подтверждающие проявление должной осмотрительности при выборе данного контрагента Обществом не представлены

В отношении доводов апелляционной жалобы о том, что ООО «С-Логистика» является технической компанией, не имело материальных и трудовых ресурсов, поступления от ООО «Техно-АС» составляли в доходах ООО «Милтон» 31%, ООО «С-Логистика» было исключено из ЕГРЮЛ 11.03.2021, компания имела низкую налоговую нагрузку, судом первой инстанции дана надлежащая оценка, которую Инспекция в своей жалобе никоим образом не опровергла.

Должная осмотрительность в отношении контрагента ООО «С-Логистика» подтверждается представленными в отношении ООО «С-Логистика» документами (том 10, л.д.139-149):

-           документы о статусе общества как юридического лица: Выписка из ЕГРЮЛ по состоянию на 18.03.2016; Свидетельство ИНН от 02.09.2014, Свидетельство ОГРН от 02.09.2014,

-           Протокол №1 общего собрания учредителей от 21.08.2014,

-           выписка из книги продаж ООО «С-Логистика» за 2018 г.

В материалы дела также представлена индивидуальная карточка налогоплательщика ООО «С-Логистика» (том 16), на основании которой инспекция делает вывод о том, что Общество при заключении договора не проявило должную степень осмотрительности, ссылаясь при этом в т.ч. на минимальную налоговую нагрузку данной организации.

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод Инспекции со ссылкой на индивидуальную карточку налогоплательщика, обоснованно указав на то, что данное доказательство не отвечает критерию относимости, поскольку представлено в отношении периода 2019-2021 гг., тогда как отношения между ООО «С-Логистика» и ООО «Техно-АС» по поставке товара имели место в 2018 г. Кроме того, данное доказательство не подкреплено первичными доказательствами, на основании которых инспекцией составлена такая карточка – в дело не представлены налоговые декларации и бухгалтерская отчетность компании, справки 2-НДФЛ (которые могли бы подтвердить отсутствие в компании персонала).

Как следует из материалов дела, в отношении деятельности компании за 2014-2018 годы Инспекцией не проводился, тогда как отношения по поставке товаров между ООО «С- Логистика» и ООО «Техно-АС» имели место в 2014-2018 гг., последние поставки были в конце 2018 г., документов о поставке товара в проверяемый период (2019-2021 гг.) в материалы дела не представлено.

Данный вывод суда первой инстанции Инспекция в своей апелляционной жалобе надлежащими доказательствами не опровергла.

Вместе с тем, ссылки Инспекции на исключение компании из ЕГРЮЛ в 2021 году не могут быть учтены по отношению к обстоятельствам настоящего дела, поскольку ООО «С-Логистика» исключено из ЕГРЮЛ через три года после завершения торговых отношений с обществом. 

Суд первой инстанции также правомерно учел содержание свидетельских показаний, полученных налоговым органом.

По результатам анализа протокола допроса директора ООО «С-Логистика», суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии признаков технической компании в отношении спорного контрагента.

Довод Инспекции о получении значительного дохода спорным контрагентом от Общества правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку само по себе перечисление Обществом денежных средств организациям-контрагентам не доказывает и не может доказывать финансовую зависимость, экономическую подконтрольность организаций-контрагентов Обществу. Даже получение обществом- контрагентом 100 % выручки от общества означает только то, что в определенный период контрагент работал с одним (крупным) заказчиком, то есть не свидетельствует о каком-либо нарушении со стороны общества.

В отношении контрагента ООО «Деловой партнер» Инспекция утверждает, что документы, подтверждающие доставку товаров, карточки учета расчетов с ООО «Деловой партнер», а также документы, подтверждающие проявление должной осмотрительности при выборе данного контрагента Обществом не представлены.

В опровержение доводов Инспекции налогоплательщик представил следующие документы (том 2, л.д. 57-71):

-           Выписка из ЕГРЮЛ от 10.04.2019,

-           Договор аренды № 01/04-1ар от 01.09.2018,

-           Уведомление Федеральной службы государственной статистики от 10.04.2019,

-           Штатное расписание №2 от 29.12.2017.

В материалы дела также представлена индивидуальная карточка налогоплательщика ООО «Деловой партнер» (том 16), на основании которой инспекция делает вывод о том, что Общество при заключении договора не проявило должную степень осмотрительности, ссылаясь при этом в т.ч. на минимальную налоговую нагрузку данной организации.

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод Инспекции со ссылкой на индивидуальную карточку налогоплательщика ООО «Деловой партнер», обоснованно указав на то, что данное доказательство не подкреплено первичными доказательствами, на основании которых Инспекцией составлена такая карточка – в дело не представлены налоговые декларации и бухгалтерская отчетность компании, справки 2-НДФЛ за период с 2017 года, в связи с чем не является достаточным доказательством.

Иных доказательств (кроме индивидуальной карточки налогоплательщика, которая также не подтверждает заявленных инспекцией фактов), которые могли бы свидетельствовать о «техническом» характере деятельности ООО «Деловой партнер», инспекция не представила, тогда как Общество представило в материалы дела все доказательства, свидетельствующие о проявлении должной осмотрительности.

По совокупности собранных доказательств, подробного анализа документов по должной осмотрительности в отношении всех спорных контрагентов, судом первой инстанции установлено, что такие доказательства были представлены в рамках рассмотрения материалов выездной налоговой проверки вместе с жалобой от 17.11.2023 в УФНС России по г. Москве (том 18, л.д. 15-45), что подтверждается представленным в дело оригиналом данной жалобы с отметкой о ее принятии налоговым органом, где в подробном перечне приложений к жалобе указаны и данные документы, а также карточки счетов.

Принимая во внимание вышеизложенное, доводы апелляционной жалобы Инспекции о том, что Общество не предоставило таких доказательств при рассмотрении дела, противоречат доказательствам по делу и, соответственно, не опровергают выводы суда первой инстанции об обратном.

В обоснование доводов апелляционной жалобы Инспекция указывает, что  судом первой инстанции не исследован вопрос о том, как и с кем устанавливались контакты в рамках договорных отношений, какие конкретно лица контролировали процесс заключения договоров и оформления первичной документации.

Отклоняя доводы Инспекции, судебная коллегия учитывает, что судом первой инстанции приняты во внимание содержание свидетельских показаний, полученных налоговым органом.

Согласно протоколу допроса директора ООО «Милтон» ФИО6, относительно контактной информации и того, каким образом можно было связаться с ООО «Милтон», свидетель пояснил, что связаться с организацией в тот период можно было по его номеру телефона 8-915-***-**-**, а также ФИО6 поясняет, что в период поставок он контактировал с генеральным директором ООО «Техно-АС» ФИО8, указав его телефон 8-496-***-**-**. 

Ссылку свидетеля на то, что предметом договора с Обществом была поставка текстильной продукции (при ответе на вопросы о взаимоотношениях с Обществом) суд первой инстанции принял как оговорку, вызванную тем, что свидетель по прошествии нескольких лет после завершения сотрудничества с ООО «Техно-АС» мог точно не помнить предмет данного конкретного договора, поскольку в основном ООО «Милтон» занималось поставкой текстиля, то есть свидетель указал на наиболее частый для своей организации предмет поставок, что ему очевидно легче помнить.

Однако, указанное, не опровергает показаний свидетеля и реальности сделки с Обществом, поскольку свидетель четко указал на то, с кем взаимодействовал от Общества, на какой адрес поставлял товар.

В рамках допроса (протокол допроса от 11.01.2018) директор ООО «С-Логистика» ФИО5, пояснил, что ООО «С-Логистика» на момент допроса располагалось по адресу: 

<

...>, ком. 35, пом. I, помещение представляло из себя одну комнату, компания осуществляла деятельность в данном помещении, телефон компании для связи в данном помещении был 8-926-***-**-**, а также пояснил, что он лично передавал ТМЦ на склад в ООО «Техно-АС», их принимала кладовщик ФИО9

Таким образом, судом первой инстанции дана оценка доказательствам и доводам Инспекции. Отсутствие такого анализа по каждому контрагенту не означает, что суд первой инстанции не дал оценки доводам и доказательствам сторон.

Мнение Инспекции о том, что суд первой инстанции не указал мотивы отклонения доводов налогового органа, противоречит содержанию судебного акта, принятого по настоящему делу, в котором дана надлежащая правовая оценка доводам сторон и имеющимся в деле доказательствам, по результатам соответствующей оценки сделаны выводы по существу спора. 

При этом суд первой инстанции по каждому спорному контрагенту указал, какие документы были представлены для подтверждения должной осмотрительности, в т.ч. в отношении директоров.

В обоснование доводов апелляционной жалобы Инспекция указывает, что  судом первой инстанции не дана надлежащая оценка доводам и доказательствам Инспекции о пересечении по IP-адресам и взаимозависимости общества и ряда контрагентов.

Данный довод противоречит содержанию оспариваемого судебного акта, не содержит в себе аргументов, опровергающих выводы суда первой инстанции.

Суд первой инстанции правомерно отклонил доводы Инспекции о пересечении IP-адресов Общества и спорных контрагентов ввиду его недоказанности.

Так, судом первой инстанции установлено, что представленные в материалы настоящего дела сведения об IP-адресах не содержат указания на периоды использования таких адресов, то есть нет возможности установить, с какой разницей во времени (1 минута или 1 день или 1 год и т.д.) осуществлялся выход в сеть с того или иного IP-адреса, ввиду чего невозможно утверждать о взаимозависимости компаний, тем более в случае использования динамического IP-адреса (обратного Инспекция не доказала соответствующими доказательствами).

Боле того, из представленных в дело сведений об IP-адресах (том 16, лд 18-20) невозможно установить с какой частотой использовались данные адреса и использовались ли иные адреса, т.к. представленные сведения – это всего лишь сводная таблица, составленная инспекцией, и фиксирующая выход в сеть той или иной компании с того или иного IP-адреса.

При этом представленные в дело сведения об IP-адресах (том 16, л.д. 18-20) не содержат указания на то, что это сведения, полученные из банков или при подаче налоговой отчетности. Также в представленных распечатках с отнесением IP-адресов к той или иной компании не содержится никаких реквизитов, дат, подписей уполномоченных лиц, предоставивших такие сведения.

Суд первой инстанции правомерно отклонил доказательства Инспекции о совпадении IP-адресов ввиду того, что данные документы не отвечают требованиям относимости и допустимости (ст. 67-68 АПК РФ), указав на то, что данные доказательства не имеют соответствующих реквизитов, не известен источник их происхождения, а, следовательно, не могут служить подтверждением совпадения IP-адресов. В свою очередь неустранимые сомнения в доказательствах должны трактоваться в пользу налогоплательщика. 

Тем самым, ссылка инспекции на данные IP-адреса не свидетельствует о взаимозависимости и экономической подконтрольности компаний.

При этом даже использование одной точки доступа в рамках одной вай-фай сети не означает, что компании подконтрольны друг другу, а лишь означает, что лица, выходившие в сеть, находились в зоне действия одной вай-фай сети, то есть имея гостевой доступ к сети вай-фай директор контрагента со своего ноутбука может осуществлять любые операции, в т.ч. когда находится в зоне вай-фай сети общества.

Таким образом, у суда первой инстанции не было оснований считать доказанным факт взаимосвязи общества со спорными компаниями по данному основанию.

Выводы суда первой инстанции о поставке товара конечным потребителям Общества сделаны в разрезе полного движения товара от спорных контрагентов до конечного потребителя, учитывая использование спорных товаров при производстве готовой продукции Общества и невозможность производства и поставки продукции общества без спорных товаров.

В материалы дела представлены документы, свидетельствующие о реальности движения товара (вся первичная документация также представлена на CD-диске, том 16, л.д. 94):

-           Договор поставки № 1 от 01.06.2017, спецификации к нему  между ООО «Инвест» и ООО «Техно-АС»; согласно пп.1.1, 3.1 договора ООО «Инвест» обязалось поставить ООО «Техно-АС» товар в ассортименте и количестве согласно спецификациям; счет-фактуры, ТН; карточка счета;

-           пояснительная записка ООО «Техно-АС» в ответ на требование ИФНС по отношениям с ООО «Инвест»;

-           Договор поставки № 124/2019 от 01.10.2019 с дополнительными соглашениями №2 от 17.07.2020 и № 4 от 02.03.2021, спецификации к нему между ООО «Милтон» и ООО «Техно-АС»; согласно пп.1.1, 4.1, 5.1 договора ООО «Милтон» обязалось поставить ООО «Техно-АС» товар в ассортименте, количестве и по цене согласно спецификациям; УПД между ООО «Техно-АС» и ООО «Милтон»;

-           пояснительная записка ООО «Техно-АС» в ответ на требование ИФНС по отношениям с ООО «Милтон»;

-           Договор поставки № 2498/МП от 09.01.2020 между ООО «Лагуна М» и ООО «Техно-АС»; согласно пп.1.1, 4.2 договора ООО «Лагуна М» обязалось поставить ООО «Техно-АС» товар в ассортименте, количестве и по цене согласно спецификациям; УПД, также УПД к данному договору, карточки счета 62 в материалах встречной проверки контрагента, CD-диск;

-           Договор поставки № 5 от 10.10.2014 с дополнительными соглашениями № 1 от 30.10.2015, № 2 от 31.05.2016, № 3 от 05.12.2016, № 5 от 01.11.2017 между ООО «С-Логистика» и ООО «Техно-АС»; согласно пп.1.1, 3.1, 4.2 договора ООО «С-Логистика» обязалось поставить ООО «Техно-АС» товар в ассортименте, количестве и по цене согласно спецификациям; счет-фактуры, ТН;

-           пояснительная записка ООО «Техно-АС» в ответ на требование ИФНС по отношениям с ООО «С-Логистика»;

-           Договор поставки № 2019.04.8-1 от 08.04.2019 и спецификации к нему между ООО «Деловой партнер» и ООО «Техно-АС»; согласно пп.1.1, 1.2, 3.1 договора ООО «Деловой партнер» обязалось поставить ООО «Техно-АС» товар в ассортименте и количестве согласно спецификациям, в которых к поставке были указаны платы ТК-5.01.01.110, IS-204.03.01.110,ТК-5.04.01.103.110; счет-фактуры, ТН;

-           Счет-фактура, товарная накладная и счет на оплату за едиными номером и датой: №45 от 11.04.2019, согласно которым ООО «Деловой партнер» поставил 59 плат ТК-5.01 и 14 плат IS-204.03.01.110;

-           Счет-фактура, товарная накладная и счет на оплату за едиными номером и датой: №46 от 17.04.2019, согласно которым ООО «Деловой партнер» поставил 121 плату ТК-5.01 и 105 плат ТК-5.04;

-           Счет-фактура, товарная накладная и счет на оплату за едиными номером и датой: №47 от 06.05.2019, согласно которым ООО «Деловой партнер» поставил 117 плат ТК-5.01 и 153 платы ТК-5.04;

-           Счет-фактура, товарная накладная и счет на оплату за едиными номером и датой: №57 от 06.05.2019, согласно которым ООО «Деловой партнер» поставил 200 плат ТК-5.01 и 244 платы ТК-5.04;

-           карточки счета 41, документы «Сборка комплектующих» в отношении разных товарных позиций, которые подтверждают комплектацию конечного устройства (продукции), продаваемой Обществом, в которую входят те или иные комплектующие, в частности чехлы;

-           карточки счета 10, документы «Сборка комплектующих», подтверждающие движение комплектующих со склада и формирование конечного продукта Общества, который состоял из поставляемых спорными контрагентами комплектующими в дальнейшем реализовывался покупателям общества;

-           карточки счетов 10, 41, спецификации, задание на производство, подтверждающие, что для производства того или иного прибора (конечного продукта общества) нужны были для каждого конкретного прибора свой набор комплектующих, включая комплектующие, поставлявшиеся спорными контрагентами;

-           журнал вахтера, ведущийся в ООО «Техно-АС», который подтверждает реальность поставок: в указанном журнале имеются записи о посещениях здания, где располагалось ООО «Техно-АС», курьером ООО «Милтон».

Указанными документами подтверждается факт поставки ТМЦ от спорных контрагентов в адрес Общества. Доказательств обратного Инспекция не предоставила. Также Инспекция не указала, какие иные контрагенты могли поставить спорный товар, то есть вывод об этом со стороны Инспекции является субъективным предположением налогового органа.

Довод апелляционной жалобы Инспекции о том, что выводы суда первой инстанции направлены на критику отдельных положений оспариваемого решения инспекции и сделаны без учета всей совокупности доказательств, являются необоснованными. 

Все представленные в материалах дела доказательства оценены судом первой инстанции с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности и взаимной связи надлежащим образом, результаты этой оценке отражены в судебном акте. 

При этом суд первой инстанции проанализировал соблюдение должной осмотрительности по каждому контрагенту, вопросы недоказанности взаимозависимости общества и спорных контрагентов, доказательства реальности спорных сделок, доказательства, опровергающие «технический» характер деятельности спорных контрагентов, провел анализ товародвижения по ОСВ (карточкам счетов), удостоверился в отсутствии доказательств наличия умысла налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды.

При этом следует отметить, что отсутствие доказательств наличия умысла налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды – это отрицательный факт, опровержение которого должно быть возложено на ответчика, а не истца, поскольку именно ответчик утверждает, что умысел был, но доказательств такового не предоставил.

Доводы Инспекции о том, что аналогичный поставляемому ООО «Инвест» товар в тот же период поставлялся обществу иными поставщиками, а потому общество могло осуществлять сборку своих приборов только из деталей, купленных у иных контрагентов (например, ООО «Резонит», ООО «Спутник», ООО «Тритон» и др.), правомерно отклонены судом первой инстанции ввиду следующего.

Как следует из пояснений Общества, ООО «Инвест» поставляло ТМЦ (резисторы, транзисторы, микросхемы), который потом силами общества либо сторонними компаниями (в том случае, когда у общества нет соответствующего оборудования или технологий) напаивался на платы. Доказательств обратного Инспекция не предоставила.

Движение комплектующих (приобретенных у ООО «Инвест» и иных поставщиков ТМЦ) отражалось в карточке счета 10. Из такой карточки (составляется на основании данных первичных документов) видно сколько ТМЦ соответствующего вида было на складе на начало периода, каково было движение ТМЦ в течение периода и каковы остатки ТМЦ на конец периода.

Например, если взять карточку счета 10.01 за 2019 гг в отношении ТМЦ под названием «м/с ds PIC 33FJ128GP804-I/PT», то видно следующее:

- на начало периода (то есть 01.01.2019) данная микросхема отсутствовала на складе;

- 09.01.2019 общество приобрело у ООО «Инвест» 20 штук данных микросхем (счет-фактура № 2 и ТН № 2 от 09.01.2019 – позиция № 369);

- после чего в период с 09.01.2019 по 14.01.2019 было израсходовано на производство изделий общества 13 штук таких микросхем (остаток составил 7 штук), то есть в указанный период общество не могло бы произвести свою продукцию без использования указанных микросхем, обратного инспекцией не доказано, как и не доказано, что в указанный период времени были иные поставщики данных микросхем

- 16.01.2019 общество приобрело у ООО «Инвест» еще 50 штук данных микросхем (счет-фактура № 5 и ТН № 5 от 16.01.2019 – позиция № 88)…

Таким образом, указанное доказывает, что приобретаемые у ООО «Инвест» комплектующие использовались в производстве, а в отдельные периоды времени только из этих комплектующих производилась продукция общества, что доказывает реальность сделок с данным контрагентом. 

При этом учитывая исключительно малый размер данных комплектующих для их транспортировки не было нужды нанимать транспортную компанию, ввиду чего ТТН объективно не могли и не должны были оформляться.

Аналогичный анализ карточек счетов 10, 41, ОСВ, реализации применим и к ООО «Милтон».

Например, если взять карточку счета 10.01 за 2020 г в отношении ТМЦ под названием «Плата ТК5.01 tk», то видно следующее:

- на начало периода (то есть 01.01.2020) данных плат на складе было 79 шт.;

- с 09.01.2020 по 15.01.2020 гг передано в производство 61 шт., остаток 18 шт.;

- далее 20.01.2020 г. приобретено у ООО «МИЛТОН» 40 шт. (УПД 200120-003 от 20.01.2020).

В 2020 году поставщиком данных плат было исключительно ООО «МИЛТОН», подтверждается представленными УПД (том 3, л.д. 36-137).

За 2020 год было приобретено 1291 шт., передано в производство 1262 шт. Данная плата необходима для изготовления следующих приборов: ТК-5.01.150(1), ТК-5.01.150.15(1), ТК-5.01М.150(1), ТК-5.01П.150(1) и т.п. (задание на производство, спецификации (состав приборов) и сборка (комплектование перед передачей покупателю) предоставлялось (том 7 и том 8).

Указанный анализ представленных в материалы дела документов (на USB- носителе (том 18, л.д. 112), представленном Обществом), в частности карточек счетов 10, 41, данных о реализации, первичных документов о реализации показывает, что без поставок ТМЦ от спорных контрагентов производство продукции Общества и дальнейшая реализация такой продукции в адрес покупателей Общества были бы невозможны.

Тем самым, указанное опровергает довод Инспекции о том, что спорные ТМЦ могли быть поставлены какими-то другими поставщиками (которых к тому же инспекция не называет), а не спорными контрагентами.

Таким образом, суд первой инстанции подробно проанализировал доказательства и пришел к выводу, что спорные комплектующие налогоплательщик не мог закупить ни у кого, кроме спорных контрагентов. 

Таким образом, позиция Налогового органа прямо противоречит обстоятельствам дела и выводам суда первой инстанции.

Представленные обществом доказательства в совокупности подтверждают реальность совершенных им хозяйственных операций в проверяемый налоговый период, действительное исполнение договоров заявителем и его контрагентами, отражение хозяйственных операций в учете налогоплательщика и контрагентов должным образом и в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ.

Налоговым органом не представлены доказательства отсутствия направленности действий налогоплательщика на получение экономического эффекта в результате осуществления им реальной предпринимательской деятельности, что, в свою очередь, является безусловным основанием для признания наличия в действиях заявителя разумной деловой цели и полученной им налоговой выгоды обоснованной.

Имеющиеся в материалах дела счет-фактуры содержат все обязательные и установленные законом к их заполнению реквизиты, сведения о руководителях и главных бухгалтерах спорных контрагентов соответствуют их учредительным документам. 

В нарушение положений статей 65 и 200 АПК РФ инспекция не доказала в установленном законом порядке, что подписи, содержащиеся в спорных счетах-фактурах, выполнены не руководителями спорных контрагентов, а другими неуполномоченными лицами. Следовательно, этот вывод инспекции является предположительным и не основанным на данных проверки всех фактических обстоятельств относительно осуществленных обществом хозяйственных операций.

Налоговым органом не представлено надлежащих доказательств, опровергающих достоверность сведений, содержащихся в первичных документах, подтверждающих соблюдение условий, предусмотренных статьями 169, 171, 172, 252 НК РФ для применения расходов по налогу на прибыль организаций и налоговых вычетов по НДС по сделкам со спорными контрагентами, в том числе, авторство подписи, проставленной от имени лица, уполномоченного на подписание документов со стороны спорных контрагентов.

Таким образом, установленные судом первой инстанции обстоятельства свидетельствуют о реальности спорных хозяйственных операций и отсутствии формального документооборота по рассматриваемым сделкам со спорными контрагентами, тогда как Инспекция не доказала ни факта нереальности спорных сделок, ни факта искажения их действительного экономического смысла.

В решении инспекции не имеется однозначных доказательств, что проверкой установлена согласованность действий контрагентов с обществом, при этом напротив, реальность поставок подтверждается представленными обществом документами, объем реализации отражен в первичных документах, книге продаж, регистрах бухгалтерского и налогового учета, бухгалтерской, налоговой отчетности.

В материалах выездной налоговой проверки не содержится доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику. В решении инспекции доказательства должны быть изложены в том виде, в котором они получены в ходе мероприятия налогового контроля. Инспекцией не могло быть установлено, и не было установлено, каким образом ООО «Техно-АС» могло управлять деятельностью спорных контрагентов, ведением налогового и бухгалтерского учета, управлением расчетными счетами, распоряжением денежными средствами и т.д.

Поскольку закупленный товар был получен обществом и использован им для поставки конечным потребителям, что налоговым органом не опровергнуто, то вывод налогового органа со ссылкой на пункт 2 статьи 54.1 НК РФ о невозможности учета спорных расходов общества на приобретение товара противоречит действительному смыслу положений статьи 54.1 НК РФ.

Поскольку налоговый орган не опроверг представленных обществом доказательств совершения операций по возмездному приобретению товара и не доказал, что такие операции в действительности не совершались, вывод о документальной неподтвержденности спорных расходов как понесенных именно в рамках сделок с конкретными заявленными контрагентами не влечет за собой безусловного отказа в признании таких расходов для целей исчисления налога на прибыль со ссылкой на положения пункта 1 статьи 252 НК РФ.

В рассматриваемом случае налоговым органом не оспаривается приобретение заявителем товара, равно как и факт его дальнейшей продажи. Отраженные в налоговой отчетности общества его доходы от реализации конечной продукции не были признаны необоснованными и не были исключены из налоговой базы.

Следовательно, общество независимо от того, у кого оно приобрело товар, необходимый для использования в своей хозяйственной деятельности, понесло экономически обоснованные и реальные затраты.

Доказательств того, что указанная в договорах со спорными контрагентами стоимость приобретенного обществом товара превышает реальную стоимость его покупки или его рыночную стоимость, равно как данных о конкретном размере наценки или превышения, если таковые имели место, налоговым органом арбитражному суду не представлено и в материалах настоящего дела не имеется.

Факт реальности спорных сделок, т.е. фактическое исполнение сторонами сделки договоров, а равно направленность произведенных затрат на получение положительного экономического эффекта подтверждается имеющимися в деле документами, а именно: договорами, счетами-фактурами, актами, ТН, оформленными с соответствующими контрагентами, банковскими выписками.

Документально подтверждается и отражение всех спорных хозяйственных операций в бухгалтерском и налоговом учете налогоплательщика.

Доказательств того, что спорные товары были поставлены не спорными контрагентами, а иными лицами в материалы дела инспекцией не предоставлены.

Налоговая инспекция уменьшила расходы на всю сумму приобретенных у спорных контрагентов ТМЦ, что противоречит ст. 252 НК РФ.

В результате анализа банковских выписок спорных контрагентов, находящихся в материалах дела на СD-диске (т.16 л.д. 94), выявлены платежи, характерные для осуществления обычной хозяйственной деятельности:

Приведенный судом первой инстанции анализ банковских выписок в совокупности свидетельствует об осуществлении реальной хозяйственной деятельности спорными контрагентами. При этом наличие платежей за транспортные услуги свидетельствует о том, что контрагенты имели возможность доставки товара. Указание в назначении платежей «за товар» или «по счету/договору» не исключает возможности закупки товара в рамках таких платежей, а также операции по снятию наличных денежных средств указывают, что товар мог приобретаться и за наличный расчет, в т.ч. в период до начала торговых отношений с Обществом (и тогда, учитывая малогабаритность товара, таковой мог храниться в офисе контрагента).

При этом, налоговым органом схемы кругового движения и обналичивания денежных средств непосредственно налогоплательщиком и его контрагентами, в результате чего выявился бы возврат в его адрес ранее направленных денежных средств либо перевод в наличную форму средств с его счета в банке с целью их исключения из-под налогового контроля в ходе налоговой проверки не выявлено. Возвращение к самому обществу денежных средств через цепочку последующих организаций, физических лиц не доказано, согласованность в действиях вышеуказанных контрагентов с обществом не установлена. Инспекция не привела доказательств того, что движение денежных средств по расчетным счетам общества или других третьих лиц контролировалось либо проводилось по поручению общества. Не представлено и доказательств того, что общество знало либо имело возможность проконтролировать дальнейшую судьбу денежных средств, перечисленных на счета контрагентов.

Все дальнейшие действия контрагентов с полученными от общества денежными средствами, в том числе исчисление налогов в бюджет, не могут контролироваться налогоплательщиком и не могут вменяться ему в вину, равно как и выступать в качестве основания для привлечения последнего к налоговой ответственности. Какая-либо взаимосвязь или аффилированность между обществом его контрагентом проверкой не установлена.

Кроме того, то обстоятельство, что выписка по расчетному счету любой организации дает сведения только о тех контрагентах данной организации, с которыми у нее был безналичный расчет за произведенные с ними хозяйственные операции.

Хозяйствующие же субъекты в силу широкой дискреции форм расчетов применяют в своей деятельности и другие способы расчетов, включая оплату наличными денежными средствами, зачет взаимных требований, мену, возможность исполнения контрагентами (третьими лицами) обязательств по оплате.

Данные расчеты не находят своего отражения в выписках с расчетного счета, вследствие чего делать выводы о деятельности организации, в том числе, в части приобретения ею товара, руководствуясь исключительно выписками по счету, неправомерно.

Соответственно, отсутствие у налогоплательщика или его контрагентов безналичных платежей с целевым назначением, совпадающим с тем, что соответствует спорным сделкам, не может быть расценено в качестве надлежащего доказательства отсутствия у налогоплательщика и в последующем у его контрагентов возможности привлечения третьих лиц - субподрядчиков для выполнения работ (оказания услуг), используя другие формы расчетов, которые не отражаются на расчетном счете (векселя, другие ценные бумаги, в том числе, банковские), либо совершения сделок уступки права требования, перевода долга с вовлечением в расчеты третьих лиц и проведением зачетов встречных однородных требований (статья 410 ГК РФ).

Фактически основанием для отказа в праве на налоговые вычеты по НДС по счет-фактурам со спорными контрагентами явились данные о «разрывах» при уплате НДС, выявленных инспекцией согласно программному комплексу «АИС Налог-3 АСК НДС-2».

Между тем, в соответствии с п. 1 ст. 169 , п.п. 1 и 2 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ право налогоплательщика на применение налоговых вычетов при приобретении на территории Российской Федерации имущества, предназначенного для осуществления операций, являющихся объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость, обусловлено наличием у него счетов-фактур с выделенной суммой НДС, а также документов, подтверждающих принятие имущества к учету. Иных условий предъявления налога к вычету действующим законодательством не предусмотрено.

Соответственно само по себе выявление данных о «разрывах» при уплате НДС по спорным счетам-фактурам согласно программному комплексу «АИС Налог-3 АСК НДС-2» не отвечает условиям п. 1 ст. 169 , п.п. 1 и 2 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ и не может являться основанием для отказа в праве на налоговый вычет НДС, тем более названная база данных не является общедоступной, порядок внесения в нее сведений и их достоверность ни судом, ни налогоплательщиком проверены быть не могут.

Налогоплательщик не может отвечать за действия своих контрагентов по отражению в налоговом учете тех или иных операций, при условии реальности произведенных операций и проявлении им должной степени осмотрительности.

Задолженность перед бюджетом по НДС, в случае ее образования у российского поставщика товаров и услуг вследствие его неправомерных действий, подлежит взысканию с последнего как с самостоятельного налогоплательщика в общеустановленном порядке в рамках осуществления налоговыми органами контрольных функций.

Достоверность налоговой отчетности контрагентов не может опровергаться лишь незначительностью итоговой суммы НДС, исчисленной к уплате в бюджет, значительной долей заявленных поставщиком налоговых вычетов. Заявляя довод об отсутствии источника для вычета (возмещения) НДС, инспекция не установила, что за незначительным налоговым бременем контрагентов может стоять неполнота уплаты налогов и контрагенты должны были исчислить НДС к уплате в большей сумме. В частности, налоговым органом не установлены признаки вывода денежных средств контрагентами по фиктивным документам в пользу третьих лиц, в том числе признаки обналичивания, перевода денежных средств в низконалоговые иностранные юрисдикции и иные подобные обстоятельства, порочащие достоверность налоговой отчетности контрагентов и полноту уплаты ими налога в период спорных взаимоотношений с обществом.

Незначительность исчисленных спорными контрагентами сумм НДС и налога на прибыль к уплате за спорные периоды сама по себе не свидетельствует о недобросовестности ни данных контрагентов, ни общества.

Инспекция не подтвердила, что заявленные ею пороки спорных контрагентов исходя из конкретной ситуации совершения сделок с ними с учетом характера, объемов и стоимости ТМЦ очевидно свидетельствовали для заявителя о возможности неисполнения контрагентами своих налоговых обязательств.

Взаимозависимость общества со спорными контрагентами, контрагентами 2-го звена (и последующих звеньев) инспекцией не установлена.

При этом факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и других звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика.

Факт реальности спорных сделок со спорными контрагентами, т.е. фактическое исполнение сторонами сделки договоров, а равно направленность произведенных затрат на получение положительного экономического эффекта подтверждается имеющимися в деле документами, а именно: договорами, данными по банковским выпискам и др.

При этом из данных документов следует, что товары по данным сделкам были реально получены от контрагентов и приняты к учету, а в дальнейшем реализованы заказчикам общества.

На налоговом органе (с учетом пп. 1-2 ст. 54.1 НК РФ), оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 Постановления № 53) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 № 305-КГ16-4155).

Основным условием признания произведенных налогоплательщиком налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль необоснованными является представление налоговым органом доказательств того, что сведения, указанные налогоплательщиком в налоговых декларациях и других предусмотренных законодательством о налогах и сборах документах, являются недостоверными. Причем буквальное толкование данного пункта, а также толкование его в совокупности с остальными положения Постановления № 53, позволяют сделать вывод о том, что налоговый орган должен представить доказательства недостоверности всех указанных налогоплательщиком сведений о хозяйственной операции, в связи с совершением которой он претендует на получения вычета по НДС (уменьшение налогооблагаемой прибыли).

То есть налоговый орган обязан доказать не только недостоверность сведений о контрагентах, но и недостоверность сведений о самих хозяйственных операциях – не получение налогоплательщиком в действительности товаров (работ, услуг) и не оплаты им их стоимости с учетом налога на добавленную стоимость.

Однако в настоящем деле налоговый орган не предоставил доказательств наличия недостоверных сведений в представленных налогоплательщиком первичных документах в отношении спорных контрагентов.

При доказанной реальности спорных сделок прочие доводы налогового органа не имеют правового значения, а доначисление недоимки по налогам является необоснованным.

Исходя из положений Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, налоговый орган, заявляя о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, обязан доказать недобросовестность именно в действиях проверяемого налогоплательщика, а не ограничиваться формальным перечислением каких-либо фактов.

Вывод о недобросовестности налогоплательщика должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий (налоговой выгоды). Таких доказательств инспекцией не представлено.

При таких обстоятельствах имеющиеся в материалах дела документы в их совокупности подтверждают реальность осуществления обществом в спорном периоде хозяйственных отношений с его контрагентами, доводы инспекции об ином, о создании обществом формального документооборота с названными контрагентами подлежат отклонению как основанные на предположениях.

Следовательно, не опровергнув реальность поставки товаров контрагентами налогоплательщика, инспекция неправомерно исключила вычеты по НДС, примененные налогоплательщиком.

Суд учитывает, что довод о недобросовестности налогоплательщика должен быть основан на объективной информации, бесспорно подтверждающей, что его действия не имели разумной хозяйственной цели, а были направлены исключительно на создание необоснованных налоговых последствий.

Анализируя установленную совокупность обстоятельств, представленные каждой стороной доказательства, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, носят предположительный характер и не опровергают фактического выполнения работ в отношении сетевого оборудования, дальнейшего использования результатов работ (и оборудования) в отношениях с покупателям общества, при этом надлежащих доказательств, подтверждающих наличие согласованных неправомерных действий заявителя и его контрагентов, или наличия иных обстоятельств, указанных в Постановлении № 53, не представлено.

При таких обстоятельствах выводы налогового органа являются необоснованными и недоказанными.

На основании совокупности представленных по делу доказательств, выводы налогового органа о том, что общество создало схему, направленную на получение необоснованной налоговой выгоды, не преследуя при этом экономических (деловых) целей, имеют предположительный характер.

При изложенных обстоятельствах, поскольку доначисление налоговым органом налога на прибыль организаций и НДС является неправомерным и нарушает права налогоплательщика, то незаконным является и начисление соответствующих сумм пеней и штрафа на указанную сумму необоснованно начисленного налога на прибыль.

По совокупности собранных доказательств, судебная коллегия приходит к выводу, что налоговым органом не доказано использование обществом схемы ухода от налогообложения посредством создания формального документооборота со спорными контрагентами, поскольку реальность спорных хозяйственных операций подтверждена представленными в материалы дела документами, товар в адрес общества фактически поставлен, факт приобретения обществом товара налоговым органом не опровергнут, доказательств того, что товары поставлены иными лицами, а не спорным контрагентами, в ходе мероприятий налогового контроля не добыто.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о несоответствии оспариваемого решения ИФНС России № 23 по г. Москве от 11.10.2023 №13/30 о привлечении к ответственности за совершение налогового нарушения требованиям действующего законодательства и нарушении им прав и законных интересов заявителя.  

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела, и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на его обоснованность и законность либо опровергли выводы суда.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, соответствует материалам дела и действующему законодательству, нормы материального и процессуального права не нарушены и применены правильно, судом полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, в связи с чем оснований для отмены или изменения решения и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Обстоятельств, являющихся безусловным основанием в силу части 4 статьи 270 АПК РФ для отмены судебного акта, коллегией не установлено. 

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе распределяются в соответствии со статьей 110 АПК РФ и подлежат отнесению на подателя жалобы, который освобожден от ее уплаты.

На основании изложенного, и руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2023 по делу № А40-32549/24 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья                                                                  В.А. Яцева

 

Судьи                                                                                                           И.А. Чеботарева

 

                                                                                                          ФИО1