/

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-16007/2017-ГК

г. Пермь

15 января 2018 года

Дело № А50-14426/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 января 2018 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гребенкиной Н.А.,

судей  Балдина Р.А., Дружининой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Полуднициным К.А.,

при участии:

от истца, ООО «Научно-внедренческое управление»: Матюшин А.Л., доверенность от 18.12.2017, паспорт; 

от ответчика, ПАО «Уралкалий»: Кормилицына Т.А., доверенность от 01.01.2018 № 127, удостоверение адвоката; Новикова О.А., доверенность от 01.01.2018 № 126, паспорт;

от третьего лица, ИП Давыдова А.В.: Давыдов А.В., паспорт; Давыдова Е.А., доверенность от 08.01.2018, паспорт;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, ПАО «Уралкалий»,

на решение Арбитражного суда Пермского края

от 01 сентября 2017 года 

по делу № А50-14426/2017,

принятое судьей Удовихиной В.В.,

по иску ООО «Научно-внедренческое управление» (ОГРН 1025901712154, ИНН 5911003982)

к ПАО «Уралкалий» (ОГРН 1025901702188, ИНН 5911029807)

третье лицо: индивидуальный предприниматель Давыдов Александр Валерианович (ОГРНИП 304591119000026 , ИНН 591100427173),

о взыскании штрафа по договору подряда,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Научно-Внедренческое Управление» (далее – ООО «НВУ», истец) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к публичному акционерному обществу «Уралкалий» (далее – ПАО «Уралкалий», ответчик) о взыскании штрафа в размере 352 827 977 руб., на основании условий договора от 17.02.2012 № 609/2012 (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 25.07.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель Давыдов Александр Валерианович (далее – предприниматель Давыдов А.В.).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.07.2017 исковые требования удовлетворены частично: с ПАО «Уралкалий» в пользу ООО «НВУ» взыскано 289 573 578 руб. 15 коп., в удовлетворении остальной части исковых требований отказано. 

Ответчик с решением суда первой инстанции не согласился, направил апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению ответчика, достижение целевых показателей в результате выполнения истцом работ не доказано, как не доказано и наличие оснований для одностороннего отказа от исполнения договора подрядчика: появление и неустранение заказчиком в течение 12 месяцев с момента возникновения обстоятельств, послуживших основанием для приостановки работ. Ответчик считает, что вывод суда о расторжении договора не соответствует тому обстоятельству, что истец отказался от расторжения договора путем продолжения исполнения обязательств по нему; выводы суда о достижении целевых показателей в результате выполнения истцом работ, о наличии оснований  у истца для одностороннего отказа от исполнения договора, о наличии оснований для выплаты истцу дополнительного вознаграждения не соответствуют обстоятельствам дела. Судом не полностью выяснены  обстоятельства, имеющие значение для дела, в том числе, часть из документов, принятых судом в качестве допустимых доказательств по доводам подрядчика о сдаче выполненных работ (акты КС-2, КС-3) не были исследованы судом, в материалы дела приобщены копии нечитаемых документов, при этом оригиналы документов истцом на обозрение не предоставлялись; судом не выяснено, по чьей вине оборудование, на которое истец указывает как на необходимое для выполнения работ, вышло из строя (сгуститель 79а); судом не выяснено, являются ли работы по замене зумпфа поз. 0-4 дополнительными или работами по устранению недостатков выполненных работ; судом не выяснено, может ли изъятие сгустителя поз. 73 и выведение в ремонт сгустителя 79а являться причиной приостановки работ по Календарному плану ОФ БКПРКУ-2. Заявитель апелляционной жалобы также отмечает, что в связи с использованием подрядчиком права на односторонний отказ от исполнения договора на основании пункта 12.3 суд посчитал, что штраф, предусмотренный пунктом 12.4 договора, подлежит взысканию, тогда как пункту 12.4 договора не подлежит применению в связи с противоречием его положений нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе статье 330 Гражданского кодекса Российской Федерации. Как указывает ответчик, нормы статей 718 и 719 Гражданского кодекса Российской Федерации не устанавливают право для подрядчика применить штрафные санкции при неоказании содействия заказчиком и при неисполнении встречных обязанностей по договору подряда; не устанавливается законная неустойка при расторжении договора, если основанием расторжения послужило существенное нарушение договора одной из сторон, и пунктом 5 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации. За неоказание содействия или за неисполнение встречных обязанностей заказчиком в рамках исполнения обязательств по договору не установлена ни законная, ни договорная неустойка. Пунктом 12.4 договора установлен штраф не за неоказание содействия или неисполнение заказчиком встречных обязанностей, а в любых случаях досрочного расторжения договора. Суд не определил, является ли предъявленная к взысканию в иске сумма штрафом за нарушение обязательств (если да, то каких), или все же это некое «компенсирующее средство защиты права на получение дополнительного вознаграждения». Вывод суда о применении штрафа по всем фабрикам в связи с наличием идентичных уменьшающих показателей в формулах не может считаться обоснованным. Кроме того, по мнению апеллянта, вывод суда о том, что расчет штрафа не оспорен ответчиком, не соответствует действительности; в результате исполнения договора подрядчик выполнил работы и получил за них оплату в сумме 462 млн. руб.; право на получение дополнительного вознаграждения, учитывая незавершение в полном объеме всех работ, а также недостижение показателей согласно пункту 3.4 договора (увеличение мощности более чем на 20 % от увеличения мощности, установленного в техническом задании), подрядчик не получил, и его убытки равны нулю; в отсутствие убытков начисление штрафа при расторжении договора в размере 289 573 578,15 руб. явно несоразмерно нарушениям обязательств (неоказание содействия), даже если таковые имелись бы; с удом необоснованно не применены положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ответчик считает, что нормы договора содержат четкие обязательства сторон и буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений позволяет определить его содержание, в связи с чем суд необоснованно применил норму абзаца 2 статьи 430 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежащую применению при рассмотрении настоящего спора. Ответчик также не согласен с выводами суда о необязательности письменного уведомления подрядчиком заказчика о возникновении обстоятельств, которые грозят невозможности завершения работ в установленный срок. При этом заявитель жалобы отмечает, что в соответствии с пунктом 5.4.11 договора, закрепляющим в развитие статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации общий порядок в части уведомления подрядчиком заказчика об определенных обстоятельствах, подрядчик обязан письменно предупредить заказчика в течение 1 календарного дня и приостановить выполнение работ до получения от заказчика указаний при обнаружении: непригодности или недоброкачественности представленных заказчиком материалов и оборудования, ошибок в технической документации; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе выполнения работ; иных, не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемых работ либо создают невозможность их завершения в установленный договором срок. Суд необоснованно не применил пункт 5.4.1 договора в связке с нормой пункта 1 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации и норму статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации. Судом не было оценено соблюдение дисциплины исполнения договора со стороны истца, в результате, не были применены нормы пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кроме того, судом при принятии решения нарушены нормы процессуального нрава, что привело к принятию неправильного решения: часть 1 статьи 65, части 1, 3, 4, 6 статьи 71, часть 3 статьи 75, часть 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец и третье лицо в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых против доводов, указанных в апелляционной жалобе, возражали, просили оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 04.12.2017 представители ответчика доводы апелляционной жалобы поддержали, просили решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить; представители истца и третьего лица, а также третье лицо доводы, изложенные в отзывах на апелляционную жалобу, поддержали, просили апелляционную жалобу ответчика оставить без удовлетворения, решение – без изменения.

В ходе судебного заседания суда апелляционной инстанции представителями ответчика заявлены ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительного документа и о назначении судебной экспертизы с приложением обосновывающих данное ходатайство документов.

Представителем истца представлены письменные возражения на заявленные ходатайства также с приложением дополнительного документа в обоснование своей позиции.

Указанные ходатайства приняты судом апелляционной инстанции к рассмотрению в порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2017 судебное разбирательство по настоящему делу отложено, дело к судебному разбирательству назначено на 09.01.2018 на 15 час. 00 мин., о чем представители сторон извещены под роспись в протоколе судебного заседания. 

Кроме того, этим же определением суда в целях проверки довода апелляционной жалобы ответчику, ПАО «Уралкалий», предложено представить в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд пояснения о сделанном в суде первой инстанции заявлении данной стороны о несоразмерности взыскиваемого штрафа с указанием времени (соответствующей минуты аудиозаписи) и даты судебного заседания, в котором было сделано такое заявление, а также доказательства их заблаговременного направления в адрес иных участников процесса.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 09.01.2018 представители ответчика поддержали ранее заявленные ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы и о приобщении к материалам дела дополнительных документов, представители истца также поддержали ходатайство о приобщении к материалам дела представленных документов.

Протокольными определениями суда апелляционной инстанции от 09.01.2018 к материалам дела приобщены:

- дополнение ответчика к ходатайству о назначении технической экспертизы;

- возражения истца относительно ходатайства ответчика о назначении экспертизы;

- отзыв третьего лица на ходатайство ответчика о назначении экспертизы;

- объяснения в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подготовленные истцом.

По результатам рассмотрения заявленных ходатайств в порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации протокольными определениями суда апелляционной инстанции от 09.01.2018 ответчику отказано в удовлетворении ходатайств:

1) о приобщении к материалам дела дополнительного доказательства (заключение от 01.11.2017 кандидата технических наук, директора научной части филиала АО «ВНИИ Галургии» в г. Санкт-Петербурге Титкова С.Н.) на основании части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку указанным лицом не обоснована невозможность его представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, которые суд апелляционной инстанции мог бы признать уважительными;

2) о назначении по делу технической экспертизы на основании частей 2, 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку ответчик ходатайство о назначении экспертизы в суде первой инстанции не заявлял, на объективные причины невозможности заявления данного ходатайства не указал.

По аналогичным основаниям судом отказано в приобщении к материалам дела дополнительного доказательства, представленного истцом.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 09.01.2018 представители ответчика поддержали доводы апелляционной жалобы; представитель истца, а также третье лицо и его представитель возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах на нее. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 17.02.2012 между ОАО «Уралкалий» и ООО «Научно-внедренческое управление» заключен договор (далее – договор), целью и предметом которого по условиям пунктов 1.1, 1.2 является обязанность ООО «НВУ» выполнить работы по разработке и внедрению технических решений по увеличению мощности обогатительных фабрик (далее – ОФ) ОАО «Уралкалий»:

- (ОФ БКПРУ-2) за счет увеличения: 1) нагрузок на 1, 2, 3, 4 технологической секции до 255 т. руды в час; 2) повышение товарного извлечения на фабрике до 87,8 %;

- (ОФ СКРУ-2) за счет увеличения: 1) нагрузок на 1, 2, 3, 4, 5 технологической секции до 304 т. руды в час; 2) повышение товарного извлечения на фабрике до 90,49 %;

- (ОФ СКРУ-3) за счет увеличения: 1) нагрузок на 1, 2, 3, 4, 5, 6 технологической секции до 320 т. руды в час; 2) повышение товарного извлечения на фабрике до 87,8 %;

- (ОФ БКПРУ-3) за счет увеличения: 1) нагрузок на 1, 2, 3, 4 технологической секции до 300 т. руды в час; 2) повышение товарного извлечения на 1й секции фабрики до 87,95 %; повышение товарного извлечения на 2й и 4й секции фабрики до 85,6 %; повышение товарного извлечения на 3й секции фабрики до 86,3 %.

Заказчик в свою очередь обязался принять и оплатить результат работ.

Работы по каждой фабрике выполняются в соответствии с Техническими заданиями (приложения № 1, 2, 3, 4) (пункт 1.3 договора). 

В состав работ входят (могут входить), в том числе, опытно-конструкторские, технологические, строительно-монтажные, пуско-наладочные работы (пункт 1.4 договора).

В Технических заданиях определены показатели мощности, достижение которых, согласно техническим заданиям и пункту 1.2 договора (1.2.1-1.2.4), является «целью проведения работ».

Сроки выполнения работ (начальный, конечный и промежуточные – этапы) по каждой ОФ определяются Календарным планом работ на ОФ (приложения №№ 5, 6, 7, 8 к договору).

Цена договора, которую заказчик обязан уплатить подрядчику согласно пункту 3.1 договора, состоит из:

- цены работ на каждой из ОФ (пункты 3.2, 3.2.1, 3.2.2 договора (в редакции дополнительного соглашения от 20.11.2013 № 3), определяется по каждому этапу календарного плана сметами и калькуляциями в соответствии с Правилами расчета цены (приложение № 9). На момент заключения ориентировочная цена отдельных этапов строительно-монтажных работ определена сторонами в календарных планах, цена работ «НИР» является твердой. Ориентировочная цена работ определена сторонами в размере 509 997 735 руб. с учетом НДС (приложения №№ 5, 6, 7, 8 к договору);

- цены дополнительных работ (пункты 4.1-4.4), выполняемых с согласия заказчика, в случае если ОФ не достигают параметров, указанных в пункте 1.2 договора);

- дополнительного вознаграждения (пункты 3.4 -3.4.2, 3.7, 3.8 договора в редакции дополнительного соглашения от 20.11.2013 № 3), уплачиваемого по каждой ОФ при условии увеличения мощности соответствующей ОФ более чем на 20 % от увеличения мощности, установленного в Техническом задании. Увеличение мощности определяется по результатам испытаний (пункт 6.2) и подтверждается подписанными сторонами Актами результатов испытаний.

Согласно пункту 5.1 договора порядок выполнения работ (время выполнения работ в течение суток, необходимость и время остановки оборудования ОФ и т.п.) определяется Регламентом выполнения работ на ОФ, согласованным сторонами.

Как указывает истец, в ходе выполнения обязательств по договору основная часть работ, предусмотренная календарными планами по обогатительным фабрикам СКРУ-3 и БКПРУ-2, была выполнена подрядчиком. По данным рудоуправлениям было достигнуто целевое увеличение мощности обогатительных фабрик, что подтверждалось справками ПАО «Уралкалий», по форме ГОР-6. На СКРУ-3 в сроки, указанные в календарном плане, до выполнения всех этапов работ, предусмотренных планом, проводились приемочные испытания. На СКРУ-2 и БКПРУ-3 были проведены работы по модернизации одной из секций обогатительных фабрик, возникла необходимость перехода к этапам тиражирования работ на остальные секции. ПАО «Уралкалий» признавало экономический эффект от работ, осуществляемых подрядчиком по договору.

Пунктом 12.3 договора предусмотрено право подрядчика отказаться от исполнения договора в одностороннем порядке, уведомив об этом заказчика в письменной форме, в случаях, если обстоятельства, послужившие основанием для приостановки работ при неоказании подрядчику содействия в выполнении работ, предусмотренного пунктом 5.8 настоящего договора, а также в случаях, указанных в пунктах 5.7, 5.9 договора, не устраняются заказчиком в течение 12 месяцев с момента возникновения таких обстоятельств.

В качестве оснований для отказа от договора, предусмотренных пунктом 12.3, истец в исковом заявлении ссылается на то, что заказчик не оказывал содействие в проведении испытаний, не принимал решения о тиражировании работ, допускал иные просрочки исполнения встречных обязательств, не устранял известные ему обстоятельства, препятствующие выполнению работ истцом в течение 12 месяцев с момента возникновения таких обстоятельств. 

26.08.2016 ООО «НВУ» направило в адрес ПАО «Уралкалий» претензию об отказе от исполнения договора от 17.02.2012 № 609/2012 и уплате штрафа, предусмотренного пунктом 12.4 договора.

В соответствии с пунктом 12.4 договора (в редакции дополнительного соглашения от 20.11.2013 № 3 к договору) в случае досрочного расторжения договора по инициативе подрядчика в соответствии с пунктом 12.3 договора заказчик уплачивает подрядчику штраф, который определяется по формуле, указанной в пункте 12.4.

Неисполнение заказчиком требования подрядчика об уплате штрафа явилось основанием для обращения последнего в арбитражный суд с настоящим иском.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции определил размер штрафа – 289 573 578 руб. 15 коп., на основании данных, указанных в технических заданиях, отраженных в справках ГОР-6, а также на основании паспортов проектов, установив наличие оснований для одностороннего отказа подрядчика от договора.

Изучив материалы дела, исследовав доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, выслушав явившихся в судебное заседание представителей истца, ответчика, а также и третьего лица и его представителя, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Выводы суда по существу спора, содержащиеся в решении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правомерной оценке позиции сторон по настоящему делу. Нормы материального права применены судом первой инстанции правильно.

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона; односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

На основании статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В силу статьи 769 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору на выполнение научно-исследовательских работ исполнитель обязуется провести обусловленные техническим заданием заказчика научные исследования, а по договору на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ – разработать образец нового изделия, конструкторскую документацию на него или новую технологию, а заказчик обязуется принять работу и оплатить ее.

Статьей 773 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исполнитель в договорах на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ обязан: выполнить работы в соответствии с согласованным с заказчиком техническим заданием и передать заказчику их результаты в предусмотренный договором срок; своими силами и за свой счет устранять допущенные по его вине в выполненных работах недостатки, которые могут повлечь отступления от технико-экономических параметров, предусмотренных в техническом задании или в договоре; незамедлительно информировать заказчика об обнаруженной невозможности получить ожидаемые результаты или о нецелесообразности продолжения работы; гарантировать заказчику передачу полученных по договору результатов, не нарушающих исключительных прав других лиц.

На основании пункта 1 статьи 774 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик в договорах на выполнение опытно-конструкторских работ обязан принять результаты выполненных работ и оплатить их.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу (часть 1 статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Проанализировав условия договора от 17.02.2012, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что по своей правовой природе поименованный договор является смешанным и содержит элементы договоров на выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, а также договора подряда.

Исходя из предмета заявленных исковых требований (о взыскании штрафа) к числу юридически значимых для рассмотрения настоящего дела обстоятельств относится выяснение вопроса о наличии у подрядчика оснований для одностороннего отказа от договора (пункт 12.3 договора), повлекшего предъявление требования об уплате штрафа на основании пункта 12.4 договора, а также обоснованность произведенного расчета штрафа (часть 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении иска судом первой инстанции установлена правомерность одностороннего отказа подрядчика от исполнения договора.

В данной части суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

Как указано ранее, согласно положениям пункта 12.3 договора подрядчику предоставлено право договора в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора, уведомив об этом заказчика в письменной форме в случаях, если обстоятельства, послужившие основанием для приостановки работ при неоказании подрядчику содействия в выполнении работ, предусмотренного пунктом 5.8 настоящего договора; а также в случаях, указанных в пунктах 5.7 и 5.9 настоящего договора, не устраняются заказчиком в течение 12 месяцев с момента возникновения таких обстоятельств.

На основании подпункта 5.8.3 договора под содействием заказчика по настоящему договору стороны понимают обеспечение возможности проведения испытаний ОФ (пункт 6.2 договора) в соответствии с Календарным планом работ.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждено, что (по СКРУ-3) ПАО «Уралкалий» с февраля 2015 года отказал ООО «НВУ» в доступе к автоматизированной учетной системе и сменным журналам (в нарушение требований пунктов 5.5.5, 5.5.6 договора), не предоставил по запросу ООО «НВУ» месячных справок по форме ГОР-6, в соответствии с которыми определяются данные при проведении испытаний в соответствии с регламентом (приложение № 14 договора); не оказал содействие ООО «НВУ» в проведении приемочных испытаний во второй год (2015) по ОФ СКРУ-3.

В соответствии с Регламентом приемочных испытаний нагрузка на технологическую секцию помесячно вычисляется как количество руды, прошедшей по конвейеру(ам) ОФ, деленное на количество отработанного времени секцией, в соответствии с инструкцией о составлении отчета «Основные технологические показатели по обогащению руды» (форма ГОР-6) (пункт 9).

Основные технологические показатели работы ОФ, в том числе достигнутый уровень товарного извлечения, ежемесячно оформляются отчетом по форме ГОР-6, с использованием применяемого в настоящее время программного обеспечения и подписываются руководителями в установленном порядке (пункт 10).

Из материалов дела следует, что письмом от 20.02.2016 № 56 ООО «НВУ» просило предоставить месячные справки по форме ГОР-6, а также результаты проб гранулометрического состава влажного концентрата, в связи с оформлением ПАО «Уралкалий» акта № 3 приемочных испытаний (т. 5 л. д. 41).

Письмом от 08.04.2016 № ГД-19/4194 (т. 5 л. д. 42) заказчик сообщил о направлении по электронной почте годового отчета по форме ГОР-6 за 2015 год, в остальной части просил конкретизировать запрос, а также указал на то, что контроль гранулометрического состава влажного концентрата не предусмотрен технологическим регламентом производства.

Из представленной переписки следует, что ответчик предоставлял истцу лишь годовые справки формы ГОР-6, тогда как доказательства своевременного направления ответчиком истцу месячных справок ГОР-6 об основных технологических показателях обогащения руды (нагрузка и извлечение) по флотационным фабрикам СКРУ-2, СКРУ-3, БКПРУ-2 и БКПРУ-3 за 2015-2016 годы в материалы дела представлены не были.

При этом следует отметить, что в соответствии с условиями договора предоставление месячных справок ГОР-6 является определенным выполнением обязательств со стороны заказчика, позволяющим подрядчику осуществлять проведение работ по договору, в связи с чем невыполнение данного обязательства обоснованно расценено судом первой инстанции как неоказание содействия со стороны заказчика.

Согласно пункту 9 Регламента приемочных испытаний, являющегося приложением к договору, нагрузка на технологическую секцию вычисляется помесячно в соответствии с Инструкцией о составлении отчета «Основные технологические показатели по обогащению руды» (форма ГОР-6). 

В соответствии с пунктами 5.5.5, 5.5.6 договора заказчик обязан предоставлять уполномоченному представителю подрядчика доступ к сменным журналам во время проведения испытаний (пункт 6.2 договора); доступ к автоматизированной системе учета данных.

Следовательно, отказав в доступе подрядчику к автоматизированной системе учета данных и сменным журналам, заказчик не оказал содействие ООО «НВУ» в проведении приемочных испытаний во второй год (2015) по ОФ СКРУ-3, что является нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 5.8.3 договора.

В свою очередь данные обстоятельства явились основанием невозможности полного осуществления работ по пункту 7.3 календарного плана.

Как указывает истец, акт приемочных испытаний № 3 был составлен подрядчиком исходя из данных акта № 3, составленного заказчиком.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что неоказание содействия в проведении испытаний во второй год по ОФ СКРУ-3, начиная с февраля 2015 года, послужившее основанием для невозможности выполнения работ по этапу 7.3 календарного плана, является основанием для расторжения договора подрядчиком в соответствии с пунктом 12.3 договора.

По БКПРУ-2 заказчик в срок проведения приемочных испытаний не выполнил действий, направленных на обеспечение возможности проведения испытаний, в соответствии с регламентом (приложение № 14), аналогичных действиям, выполненным при начале испытаний по достижению показателей на ОФ СКРУ-3 в срок проведения приемочных испытаний.

Материалами дела подтверждается отказ заказчика в доступе к автоматизированной системе учета данных, отказ в предоставлении всей информации; выборочное, со значительными просрочками предоставление отдельной информации – действия исключающее самостоятельное проведение испытаний и оформление ООО «НВУ» Актов испытаний по БКПРУ-2 (первый и второй год испытаний).

Заказчик также не издал приказ о создании приемочных комиссий в соответствии с пунктом 14 Регламента проведения испытаний, в том числе по требованию истца, изложенному в его письме от 28.05.2015 № 232/1 (т. 5 л.д. 36).

Длительный ремонт заказчиком оборудования (сгуститель поз. 79а), используемого в реконструируемой технологической схеме сбора и повторного использования сточных вод БКПРУ-2, отсутствие которого препятствовало выполнению работ (этап 6 Календарного плана) является обстоятельством, известным заказчику и неустранимым им фактически с сентября 2012 года по 20.01.2016.

Из материалов дела следует и длительное отсутствие в Реконструируемой схеме обезвоживания мелкой фракции хвостов БКПРУ-2 оборудования (сгуститель поз. 73), изъятого заказчиком из реконструированной схемы в связи с использование его в другой технологической схеме (1й секции) вместо оборудования – сгуститель поз. 73а. Указанное является обстоятельством, которое препятствовало осуществлению опытно-промышленных испытаний Реконструированной схемы обезвоживания мелкой фракции хвостов (работ этапа 7 Календарного плана по пунктам 7.3.3, 7.3.4, и 7.5 (7.5.1, 7.5.2) календарного плана), было известно заказчику, который не устранял его более 12 месяцев (с мая 2015 года).

Материалами дела также подтвержден факт непринятия заказчиком более 12 месяцев решения о тиражировании технических решений, выполненных подрядчиком по одной технологической секции и принятых заказчиком без замечаний по БКПРУ-3.

Также в качестве основания для одностороннего отказа от договора истец указывает на принятие решения о нецелесообразности тиражирования технических решений, выполненных подрядчиком по одной технологической секции и принятых заказчиком без замечаний по СКРУ-2; более 12 месяцев непринятие решения о тиражировании указанных технических решений и невыдача разрешение на проведение работ, дополнительно приостановленных отделом технического надзора (ОТН) ПАО «Уралкалий» в связи с аварией на руднике СКРУ-2.

Судом первой инстанции верно установлено, что непредоставление заказчиком для использования в схеме сбора и повторного использования сточных вод сгустителя поз. 79а (непредоставление заказчиком оборудования, используемого в модернизированной схеме) препятствовало осуществлению работ этапа 6 Календарного плана по пунктам 6.9, 6.11, 6.12 календарного плана. Данное обстоятельство было известно заказчику и не было устранено им более 12 месяцев. Заказчику было известно о необходимости предоставления им оборудования поз. 79а с учетом наличия в паспорте проекта БКПРУ-2 информации о проведении работ по модернизации сгустителя 79а для его запуска на стадии сгущения шламов. При этом, согласно календарному плану, данные работы не отнесены к работам, выполняемым ООО «НВУ».

В частности, письмом от 28.01.2016 № ГД-19/946 ПАО «Уралкалий» сообщило ООО «НВУ» о запуске в работу сгустителя поз. 79а на СОФ БКПРУ-2 и предложило обеспечить выполнение работ, предусмотренных пунктами 6.9, 6.11, 6.12 календарного плана.

Письмом от 08.04.2016 ПАО «Уралкалий» сообщило о том, что реконструкция сгустителя п. 79а проводилась с сентября 2012 года по октябрь 2014 года. В ноябре 2014 года сгуститель вновь вышел из строя и был выведен из ремонта 20.01.2016.

В соответствии с пунктами 5.9, 5.9.5 договора подрядчик вправе не приступать к выполнению этапа работ, а начатую работу приостановить, направив заказчику соответствующее письменное уведомление, в случаях неисполнения заказчиком встречных обязательств по договору подряда: отсутствия к сроку, предусмотренному Графиками комплектации, оборудования, обязанность по поставке которого возложена на заказчика.

Не устранение заказчиком известных ему обстоятельств, явившихся основанием для фактического приостановления работ подрядчиком более 12 месяцев является основанием для отказа подрядчика от исполнения договора в соответствии с пунктом 12.3 договора.

Судом первой инстанции также верно установлено, что изъятие и непредоставление заказчиком для использования в схеме обезвоживания мелкой фракции хвостов сгустителя поз. 73 (непредоставление заказчиком оборудования, используемого в модернизируемой схеме) препятствовало осуществлению работ этапа 7 Календарного плана по пунктам календарного плана 7.3.3, 7.3.4 и 7.5 (7.5.1, 7.5.2) опытно-промышленные испытания. Данное обстоятельство было известно Заказчику, и не было им устранено более 12 месяцев. Осведомленность заказчика по данному обстоятельству «необходимость наличия в схеме обезвоживания мелкой фракции хвостов сгустителя поз. 73» следует из согласования проекта реконструкции схемы и утверждения заказчиком 18.03.2013 программы по настройке и опытно-промышленным испытаниям модернизированной схемы обезвоживания хвостов, разработанной подрядчиком в рамках этапа 7.4 календарного плана. Программа содержит реконструированную схему, в составе которой находится оборудование сгуститель поз. 73.

ООО «НВУ» письмом от 20.02.2016 дополнительно сообщило о невозможности окончания работ в связи отсутствием сгустителя поз. 73.

ПАО «Уралкалий» письмом от 08.04.2016 сообщило о том, что срок выполнения этапов работ и сдачи-приемки результатов работ по этапу 7.3 календарного плана с 01.10.2013 по 31.12.2014. В период с 01.10.2013 по 31.12.2014 сгуститель поз. 73 находился в работе. В связи с аварийной остановкой сгустителя поз. 73а сгуститель поз. 73 работает в технологической схеме вместо сгустителя поз. 73а с мая 2015 года. В качестве планируемого запуска сгустителя поз. 73 из ремонта заказчик указал июль 2016 года. Однако на момент отказа подрядчика от исполнения договора 26.08.2016 уведомление о предоставлении указанного оборудования от заказчика не поступало.

Таким образом, невозможность выполнения работ по пунктам 7.3.3, 7.3.4 и 7.5 (7.5.1, 7.5.2.) календарного плана была вызвана исключением с мая 2015 года сгустителя поз. 73 из реконструированной схемы обезвоживания мелкой фракции хвостов и использование его заказчиком в технологической схеме 4й секции вместо сгустителя поз. 73а. Данное обстоятельство, известное заказчику, не устранялось им с мая 2015 года (более 12 месяцев).

В соответствии с пунктом 5.7 договора при обнаружении обстоятельств, указанных в пункте 5.4.11 договора, стороны в течение 10 рабочих дней с момента получения заказчиком уведомления подрядчика согласовывают срок замены непригодных или недоброкачественных материалов и оборудования, внесения изменений (исправлений) в документацию, изменения указаний о способе выполнения работ или Заказчик принимает решение о продолжении выполнения Работ в соответствии с первоначальными условиями.

Согласно пункту 5.4.11 договора подрядчик обязан письменно предупредить заказчика в течение 1 (одного) календарного дня и приостановить выполнение работ до получения от заказчика указаний при обнаружении, не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемых работ либо создают невозможность их завершения в установленный договором срок.

При известности заказчику обстоятельств, указанных в пункте 5.4.11, и его бездействии, негативные последствия данных обстоятельств относятся на заказчика.

С учетом изложенного суд первой инстанции верно указал, что негативные последствия от неустранения заказчиком в течение 12 месяцев известных ему с мая 2015 года обстоятельств, послуживших основанием для приостановки работ, в случаях, указанных в пункте 5.7 договора (в виде права подрядчика в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора), относятся на заказчика.

Судом первой инстанции верно установлено и то, что на первой секции ОФ БКПРУ-3 ООО «НВУ» были выполнены предусмотренные Календарным планом на 2012-2014 годы этапы работ. Невыполненными являются этапы № 4.5, 4.5.1, 4.5.2, 4.5.3, 4.5.4, 4.5.5, относящиеся к этапу 4 календарного плана «Тиражированние положительного эффекта на 2-3 секции».

Предварительное принятие решения о тиражировании подтверждается Интегрированным отчетом ПАО «Уралкалий» за 2014 год, протоколами технических советов, распечаткой электронной переписки заказчика и подрядчика от 27.11.2014-12.12.2014, в которой содержится информация о предполагаемом принятии решения о тиражировании технических решений осуществленных и испытанных на одной секции ОФ на остальные секции БКПРУ-3. В указанной переписке заказчика и подрядчика по вопросу тиражирования представители ПАО «Уралкалий» указали, что решение о тиражировании будет принято после настройки 1 секции и положительных результатов испытания по первой секции (подэтап 3.14 календарного плана).

ООО «НВУ» выполнило указанные работы, что подтверждается Аннотированным отчетом по работе «Опытно-промышленные испытания, настройка и пуско-наладка модернизированной схемы обесшламливания при нагрузке руды на секцию не менее 300 т/ч на СОФ БКПРУ-3».

Отчет принят протоколом от 30.04.2015, в котором указано, что при рассмотрении аннотированного отчета замечаний не выявлено.

18.05.2015 сторонами был подписан акт № 10 от 18.05.2015 о том, что выполненные работы (этап 3.14) удовлетворяют условиям договора и в надлежащем порядке оформлены.

В указанных документах зафиксировано достижение положительных результатов, позволяющих сделать вывод о том, что тиражирование приведет к достижению показателей, заданных в техническом задании.

Данные обстоятельства подтверждаются также справками формы ГОР- 6 за 2014 год.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, ответчиком не опровергнут довод истца о том, что при начальном товарном извлечении 85,15 % и целевом показателе увеличения на 2,8 % (т.е. до 87,95 %), после выполнения работ на первой секции, товарное извлечение увеличилось до 87,45 % (на 2,3 %), нагрузка на секцию увеличилась с 251,1 т/час до 271,4 т/час (на 20,3 %), при целевом увеличении до 300 т/ч. Однако после выполнения работ по испытанию, настройке и пуско-наладке первой секции заказчик не принял решения о тиражировании, в связи с чем бездействие заказчика, выразившееся в непринятии решения о выполнении этапов тиражирования, явившееся основанием для приостановки работ более 12 месяцев, обоснованно явилось основанием для отказа подрядчика от исполнения договора в соответствии с пунктом 12.3 договора.

Из материалов дела также усматривается, что в 2012-2014 годах на СОФ СКРУ-2 ООО «НВУ» выполнены этапы работ, предусмотренные календарным планом по третьей секции (Приложение№6 к договору), что подтверждается документами по выполнению работ и их приемке.

Аннотированными отчетами по этапам: 1.6 «Проведение опытно- промышленных испытаний и настройка схемы измельчения третьей секции с оформлением аннотации»; 3.5 «Настройка, опытно-промышленные испытания и пуско-наладка углубленных флотационных машин на 1, 2, 3 перечистных операциях концентрата, с целью повышения качества с оформлением аннотации»; 5.2 календарного плана «Подготовка, проведение опытно-промышленных испытаний, настройка и пуско-наладка 3 технологической секции при нагрузке 304 т/час и сокращенных потерях полезного компонента с оформлением аннотации». 

Согласно аннотированным отчетам цели проведения работ достигнуты.

Протоколом технического совета № 87/4/СКРУ от 17.11.2014 аннотированные отчеты по пунктам 1.6, 3.5, 5.2 календарного плана приняты без замечаний.

Актами № 105, 106, 107 от 03.12.2014 работы по указанным этапам приняты как удовлетворяющие условиям договора.

В указанных документах зафиксировано достижение положительных результатов, позволяющих сделать вывод о том, что тиражирование приведет к достижению показателей, заданных в техническом задании.

Данные обстоятельства подтверждаются также справками формы ГОР-6 за 2014 год.

Ответчиком не опровергнуты доводы истца о том, что при начальном товарном извлечении 89,75 % и целевом показателе увеличения до 90,49 %, после выполнения работ на первой секции, товарное извлечение увеличилось до 90,31 %. 

Как обоснованно отметил суд первой инстанции, в соответствии с существом обязательства, практикой сложившейся в отношениях сторон заказчик должен был принять решение о выполнении этапов тиражирования, однако, ПАО «Уралкалий» приняло решение «считать не целесообразным тиражирование предложенных технических решений по пункту 6 Календарного плана», что подтверждается протоколом технического совета № 87/4/СКРУ от 17.11.2014. 

При этом, согласно примечанию к пункту 6.4, содержащемуся в календарном плане – «Сроки и стоимость этапа работ, предусмотренного п/п 6.4 настоящего календарного плана, могут быть изменены соглашением сторон». 

Между тем, соглашение по пункту 6.4в соответствии с указанным примечанием к календарному плату между сторонами не заключалось.

18.11.2014 на СКРУ-2 произошла авария, в связи с которой имела место временная приостановка работ всего рудоуправления Соликамск-2, что подтверждается информационным сообщением ПАО «Уралкалий» от 10.12.2014, согласно которому персонал рудоуправления Соликамск-2 (общая численность 1 266 чел., в том числе 771 работник рудника) направлен в простой до 15.01.2015.

Согласно объяснениям истца, в связи с аварией работы на фабрике были дополнительно остановлены по устному распоряжению работников ОТН СКРУ-2.

ООО «НВУ» письмом № 54 от 29.01.2015 направило уведомление о необходимости получения разрешения на продолжение работ, которое осталось без ответа со стороны ПАО «Уралкалий». Сообщений о возможности продолжения работ на СКРУ-2, о принятии решения о тиражировании в адрес истца в дальнейшем не поступало.

Оценив указанные истцом в обоснование исковых требований обстоятельства, подтвержденные документально, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии у подрядчика оснований для одностороннего отказа от договора на основании пункта 12.3 договора.

Приведенные в апелляционной жалобе ответчика доводы, оспаривающие правомерность выводов суда первой инстанции о наличии у истца оснований для одностороннего отказа от исполнения договора, подлежат отклонению, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, подтвержденным документально.

При этом доводы апелляционной жалобы о недоказанности достижения целевых показателей в результате выполнения истцом работ подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку указанное обстоятельство само по себе не имеет самостоятельного значения для настоящего спора (часть 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Вместе с тем суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что изложенная в обжалуемом судебном акте оценка суда первой инстанции доводов ответчика о наличии оснований для выплаты дополнительного вознаграждения, а также выводы суда о том, что подрядчик имел право на получение дополнительного вознаграждения по результатам приемочных испытаний по ОФ СКРУ-3, являются преждевременными, не относящимися к предмету рассматриваемого спора (части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Однако указанные судом выводы о наличии оснований для выплаты истцу дополнительного вознаграждения не привели к принятию неправильного судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что работы по договору подрядчиком в полном объеме не завершены, и тот результат, который мог быть достигнут при выполнении работ в полном объеме, очевидно отсутствует, что, однако, исходя из условий заключенного сторонами договора, не исключает возможность предъявления требований подрядчика о взыскании штрафа в связи с односторонним расторжением договора. 

Как указывает ответчик, суд первой инстанции в отсутствие заключения экспертизы и в отсутствие полного завершения подрядчиком всех этапов работ, предусмотренных календарными планами, сделал вывод об установлении факта достижения подрядчиком указанных в технических заданиях показателей по всем обогатительным фабрикам.

Вместе с тем, показатели фактического прироста мощности, достигнутые в результате выполнения истцом работ по договору, не положены в основу произведенного расчета штрафа, поскольку по условиям договора расчет штрафа производится по заданным в договоре параметрам, в том числе по заданным показателям увеличения мощности согласно техническим заданиям, а не по фактическим показателям, как это произведено в расчете ответчика. При этом фактические показатели увеличения мощности учитываются лишь при расчете одного поправочного коэффициента для расчета штрафа, который определяется при любом объеме выполненных к моменту расторжения договора работ, даже в том случае, если на указанный момент работы ни на одной из ОФ не завершены. В связи с чем соответствующие выводы суда и сторон не имеют самостоятельного правового значения для настоящего спора и не могли повлиять на результат принятого по делу судебного акта.

Кроме того, приведенные ответчиком в апелляционной жалобе доводы не опровергают результативность действий подрядчика.

Оспаривая выводы суда первой инстанции о наличии оснований для отказа подрядчика от договора на основании пункта 12.3 договора, ответчик подвергает сомнению представленную в материалы дела электронную переписку сторон, однако, оснований не принимать данную переписку сторон в качестве одного из доказательств по делу наряду с иными доказательствами суд апелляционной инстанции не установил (статьи 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции верно оценено содержание письма ООО «НВУ» от 28.05.2015 № 232/1; оно содержит отметку ПАО «Уралкалий» о получении данного письма 03.06.2015 (вх. № 2761). Заказчик оспаривает факт получения данного письма, ссылаясь на регистрацию входящих документов в ином порядке, однако, в материалы дела представлены доказательства с различным оформлением ответчиком регистрации входящей корреспонденции, при этом данная спорная отметка ответчика на вышеуказанном письме аналогична отметке о получении, содержащейся в письме от 20.02.2016 № 56 (т. 5 л. д. 41), на которое ПАО «Уралкалий» ответило письмом от 08.04.2016 № ГД-19/4194 (т. 5 л. д. 42).

Из материалов дела не следует применение обществом «Уралкалий» универсальной безусловной регистрации поступающих документов по определенной форме. Имеющиеся в деле письма с входящими отметками, аналогичными спорной, ответчик не оспаривает.

Кроме того ответчиком не заявлялось о фальсификации вышеназванного доказательства в соответствии со статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции также не может согласиться с доводом жалобы ответчика о том, что после отказа истца от договора исполнение им обязательств по договору продолжалось.

В частности, факт подписания 04.10.2016 документов о выполнении этапа работ 6.9.5 (Реконструкция схемы сбора и повторного использования сточных вод. Схема сбора сточных вод.) сам по себе не свидетельствует о том, что подрядчик после заявления об отказе от исполнения договора 26.08.2016 продолжал выполнять работы. При этом суд апелляционной инстанции учитывает пояснения истца о том, что работы по этапу – Реконструкция схемы сбора и повторного использования сточных вод БКПРУ-2, стали производится с января 2015 года, когда был подписан Акт №68 о необходимости выполнения данных работ. Акт о приемке выполненных работ по этому этапу 6.9.5 по форме КС-2, подписанный 04.10.2016, содержит отметку зам. главного инженера СОФ БКПРУ-2 о том, что Схема находится в работе с июля 2016 года. Письмо ПАО «Уралкалий» от 28.07.2016 № ГД-19/9682 содержит указание на то, что для продолжения работы по пункту 6 календарного плана необходимо устранить выявленные недостатки в работе схемы сбора сточных вод (забивка разгрузок сгустителя поз. 79а крупным мусором). Изначально проект был выполнен с недоработкой, которая проявилась в период испытаний. Предложено устранить недостатки до 31.07.2016. После того, как подрядчик до отказа от договора устранил недостатки в ранее выполненной работе, ПАО «Уралкалий» приняло эти работы 04.10.2016. Приказами ООО «НВУ» о сокращении штата от 08.08.2016 и приказами об увольнении дополнительно подтверждается период выполнения работ по соответствующему этапу до расторжения договора, поскольку после увольнения персонала у подрядчика объективно отсутствовала возможность выполнения работ.

В данной части суд апелляционной инстанции отмечает, что обязанность подрядчика по устранению недостатков в работах, выполненных до расторжения договора, сохраняет свое действие и после его расторжения, в связи с чем у суда не имеется оснований полагать, что ООО «НВУ» совершало действия, свидетельствующие о продолжении исполнения подрядчиком договора путем выполнения самостоятельных работ, а не об устранении подрядчиком замечаний в отношении ранее выполненных работ.

Более того, подрядчик в письме от 23.11.2016 (т. 9 л. д. 51) в ответ на письмо заказчика от 03.11.2016 № ГД-19/147014 уведомил последнего о готовности продолжать работы только после выполнения ПАО «Уралкалий» своих обязательств и подписания дополнительного соглашения, о котором ранее указывал в письме № 506 от 21.12.2015 (т. 9 л. д. 52).

Необоснованными признаются судом апелляционной инстанции и доводы жалобы ответчика о том, что в порядке, установленном статьей 716 Гражданского кодекса Российской Федерации, подрядчик не извещал заказчика о том, что отсутствие сгустителя 73 и сгустителя 79а являются обстоятельствами, которые угрожают годности или прочности результатов выполняемой работы либо влекут невозможность ее завершения в срок.

В силу статьи 718 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных договором подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы.

При неисполнении заказчиком этой обязанности подрядчик вправе требовать возмещения причиненных убытков, включая дополнительные издержки, вызванные простоем, либо перенесения сроков исполнения работы, либо увеличения указанной в договоре цены работы.

В случаях, когда исполнение работы по договору подряда стало невозможным вследствие действий или упущений заказчика, подрядчик сохраняет право на уплату ему указанной в договоре цены с учетом выполненной части работы.

Пунктами 5.8, 5.8.3 договора предусматривают обязательство заказчика обеспечить возможность проведения испытаний ОФ (пункт 6.2 договора) в соответствии с Календарными планами работ, а пункты 12.3, 12.4 договора предусматривают ответственность заказчика в случае невозможности провести испытания (фактическая приостановка работ) в течение 12 месяцев в связи с невыполнением этой обязанности (невозможность исполнения подрядчиком в связи с просрочкой заказчика).

Пункт 12.3 договора не содержит положения о его применении исключительно при условии направления подрядчиком предупреждения либо уведомления о приостановлении работы.

Положения договора, содержащиеся в пунктах 5.8, 5.8.3 и в статье 718 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу своей правовой природы не содержат и не могут содержать требование об обязательности направления уведомления подрядчика о приостановке работы, поскольку они относятся к институту просрочки кредитора (статья 406 Гражданского кодекса Российской Федерации), а не к институту приостановления исполнения встречного обязательства (статья 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом следует отметить, что из материалов дела следует, что подрядчик неоднократно обращался к заказчику с просьбой выполнить действия и предоставить информацию, необходимую для проведения испытаний.

При таких обстоятельствах позиция ответчика о необходимости формального уведомления заказчика о приостановке работ апелляционной коллегией не может быть принята во внимание.

Кроме того, обоснованно в данной части суд первой инстанции руководствовался разъяснениями, изложенными в  пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», согласно которым в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе, исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, являющееся профессионалом в соответствующей сфере, требующей специальных познаний.

Вопреки доводам общества «Уралкалий», оснований для применения пункта 5.4.1 договора (об обязанности подрядчика письменно уведомить заказчика и приостановить выполнение работ до получения от заказчика указаний) наряду с положениями пункта 1 статьи 431 и статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку об указанных обстоятельствах заказчику было известно, однако, он в течение длительного периода времени не исполнил своих обязательств по договору. 

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данных требований суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом апелляционной инстанции в действиях истца не установлено признаков злоупотребления правом. Доказательства, явно свидетельствующие о недобросовестном поведении истца, ответчиком в материалы дела не представлены, судом при рассмотрении дела не установлены, в связи с чем указание ответчика в данной части является безосновательным и подлежит отклонению.

Не может быть принята во внимание и ссылка ответчика в апелляционной жалобе на наличие в материалах дела недопустимых доказательств по делу – нечитаемых копий документов в отсутствие их оригиналов. В данной части суд апелляционной инстанции исходит из того, что в рамках настоящего дела не производится оценка указанных доказательств, в частности, с целью установления просрочки выполнения работ, а факт выполнения работ сторонами не оспаривается; на основании документов, доказательственное значение которых ставится ответчиком под сомнение, судом не сделаны выводы, относящиеся к предмету и основаниям иска. 

Приведенные ответчиком в апелляционной жалобе доводы о том, что судом применены положения пункта 12.4 в противоречие с пунктом 1 статьи 330, пункту 3 статьи 718, статье 719 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащих применению, и не применены положения статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм материального права. 

В данной части ошибочной признается позиция ответчика об императивности статей 718 и 719 Гражданского кодекса Российской Федерации и невозможности сторонам предусмотреть иные последствия.

Статьей 719 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1) предусмотрено, что подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 настоящей статьи, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (пункт 2 статьи 719 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 2 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» последствия расторжения договора, отличные от предусмотренных законом, могут быть установлены соглашением сторон с соблюдением общих ограничений свободы договора, определенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила (например, в ней предусмотрено, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается, либо указано на право сторон отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону, либо названный запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы).

Из содержания статей 718, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации не следует явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренных этими нормами правил. Указанные нормы являются диспозитивными. 

Сторонами в пункте 12.3 договора согласовано условие о праве подрядчика отказаться от исполнения договора в одностороннем порядке с уведомлением об этом заказчика в письменной форме в случаях, если обстоятельства, послужившие основанием для приостановки работ при неоказании подрядчику содействия в выполнении работ, предусмотренного пунктом 5.8 настоящего договора, не устраняются заказчиком в течение 12 месяцев с момента возникновения таких обстоятельств.

В разделе 12 договора сторонами согласованы условия о последствиях расторжения договора, в том числе в пункте 12.4 предусмотрено, что в случае досрочного расторжения договора заказчик уплачивает подрядчику штраф, размер которого определяется по заданной формуле, что не свидетельствует о наличии противоречий данного условия договора с указанными выше нормами Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно первоначальной редакции пункта 12.4 договора расчет штрафа осуществлялся по следующей формуле: (Q1 * X + Q2 * X) * 90 % * k1 * k2, где:

- Q1 и Q2 – сумма заданного увеличения мощности от повышения нагрузок и от увеличения извлечения согласно техническим заданиям, выполнение которых не завершено на момент расторжения договора, в тоннах;

- Х – ставка дополнительного вознаграждения согласно пункту 3.4.2 договора за каждую тонну увеличения мощностей ОФ, первоначально определенная сторонами в приложении № 10 к договору в фиксированном размере – 183 руб. за тонну;

- k1 и k2 – поправочные коэффициенты. 

В пункте 12.4 в редакции дополнительного соглашения от 20.11.2013 № 3 к договору стороны скорректировали вышеуказанную формулу расчета штрафа, увеличив ставку дополнительного вознаграждения согласно пункту 3.4.2 договора за каждую тонну увеличения мощностей ОФ до 6 928 руб. за тонну (согласно приложению № 5 к дополнительному соглашению) и предусмотрев дополнительные коэффициенты, учитывающие инвестиции заказчика по договору, исходя из совместности действий обеих сторон в достижении результатов работ, и согласовали следующую формулу расчета штрафа: (Q1 + 2,5 * Q2) * Х – I – 1 752 000 000) * 3,383 % * 90 % * k1 * k2.

Особо суд апелляционной инстанции отмечает, что проект договора подготовлен самим заказчиком, доказательства нарушения его воли при формулировании им и согласовании сторонами условий договора в материалах дела отсутствуют, в связи с чем, исходя из разъяснений, данных в пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» толкование судом соответствующих условий договора осуществляется в пользу контрагента (подрядчика).

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Проанализировав условия договора, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что, несмотря на формулировку пункта 12.4 договора, сумму штрафа, подлежащую уплате заказчиком подрядчику в связи с досрочным расторжением договора (в том числе по инициативе самого заказчика), следует квалифицировать не в качестве договорной неустойки (как меры ответственности за ненадлежащее исполнение договорных обязательств), а в качестве подлежащей уплате заказчиком подрядчику компенсации в связи с вынужденным отказом от исполнения (завершения) обязательств по договору (последствия досрочного расторжения договора). Причем, исходя из условий договора, такая выплата (с корректировкой расчета и применением соответствующих коэффициентов) предусмотрена в случаях расторжения договора как по инициативе заказчика, в том числе в порядке статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации или в случаях существенного нарушения подрядчиком требований к качеству и/или срокам выполнения работ, так и по инициативе подрядчика в соответствии с пунктом 12.3 договора в связи с указанными в договоре обстоятельствами невозможности завершения им выполнения работ при неоказании заказчиком подрядчику содействия в выполнении работ в течение обусловленного договором срока.

Указанный характер поименованного штрафа как выплаты подрядчику в связи с невозможностью завершения им работ по договору также подтверждается и тем, что стороны включили соответствующее положение в раздел о расторжении договора, как его особое последствие в определенных обстоятельствах, а не в раздел договора об ответственности сторон, который предусматривает иные санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение сторонами договорных обязательств.

Формулирование указанного условия договора произведено сторонами в процессе согласования взаимной воли сторон, которые, руководствуясь принципом свободы договора, вправе самостоятельно урегулировать порядок осуществления договорных обязательств, в том числе предусмотреть возможные последствия расторжения договора по инициативе заказчика при невозможности завершения работ, компенсирующие подрядчику его возможные имущественные потери.

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции дана оценка доводу ответчика о несоразмерности взысканной суммы последствиям нарушения обязательств, при принятии решения указал на непредставление заинтересованной стороной в материалы дела доказательств, свидетельствующих о несоразмерности размера штрафных санкций нарушенному обязательству и возможности применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Более того, даже если расценить заявленное истцом требование как требование о взыскании штрафа, в отсутствие доказательств очевидного несоответствия размера взыскиваемой денежной суммы неблагоприятным последствиям, вызванным досрочным расторжением договора, оснований для применения в целях снижения спорной суммы положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражный суд первой инстанции не установил. 

Каких-либо доказательств, обосновывающих позицию заказчика в данной части, позволяющих иным образом оценить данное условие договора, применить нормы гражданского законодательства о неустойке и сделать вывод о несоразмерности заявленной суммы штрафа последствиям нарушения обязательств, в суд апелляционной инстанции заинтересованной стороной не представлено.

Как справедливо указал суд первой инстанции, спорное условие договора определено сторонами по своему усмотрению, в соответствии с пунктом 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации; о необходимости внесения соответствующих изменений в условия договора стороны не заявляли, в связи с чем оснований для иного, чем предусмотрено договором, механизма расчета «штрафа» не имеется.

Таким образом, с учетом установленных фактических обстоятельств и в соответствии с условиями договора при досрочном расторжении договора заказчик должен уплатить подрядчику штраф исходя из следующей формулы:

(Q1 + 2,5 * Q2) * Х – I – 1 752 000 000) * 3,383 % * 90 % * k1 * k2, где: 

- 1 752 000 000 – собственные плановые затраты ПАО «Уралкалий» по проекту увеличения мощности на всех ОФ;

- Q1 – сумма заданного увеличения мощности от повышения нагрузок согласно техническим заданиям, выполнение которых не завершено на момент расторжения договора, в тоннах.

При этом расчет произведен по данным технических заданий, справок ГОР-6 за базовый период, паспортов проектов в размере 868 130,053 тн.;

- Q2 – сумма заданного увеличения мощности от увеличения извлечения согласно техническим заданиям, выполнение которых не завершено на момент расторжения договора в тоннах.

Расчет произведен по данным технических заданий, справок ГОР-6 за базовый период, паспортов проектов в размере 214 762,108 тн.;

- Х – ставка дополнительного вознаграждения согласно пункту 3.4.2 договора за каждую тонну увеличения мощностей ОФ, определенная в фиксированном размере – 6 928,33 рублей за тонну, согласно приложению №5 к дополнительному соглашению № 3 к договору);

- I – ориентировочная цена, предусмотренная договором, либо фактическая цена работ без учета НДС по настоящему договору, включая стоимость дополнительных работ, в зависимости от того, что больше (I = 481 962 779);

- k1 – поправочный коэффициент, составляющий значение 1 при расторжении договора по инициативе заказчика в порядке статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, без случаев нарушения подрядчиком, указанных в пункте 12.2 договора, а также при расторжении договора по инициативе подрядчика в соответствии с пунктом 12.3 договора;

k2 – поправочный коэффициент, рассчитываемый как отношение фактически достигнутого увеличения мощности к плановому по выполненным техническим заданиям на момент расторжения договора. 

Если на момент расторжения договора работы ни на одной из ОФ не завершены, k2 рассчитывается по ОФ, на которой завершено наибольшее количество этапов работ согласно Календарному плану, при этом для определения фактически достигнутого увеличения мощности на момент расторжения стороны проводят испытания в соответствии с Регламентом испытаний (приложение № 14 к договору).

При расчете взыскиваемой суммы применено значение k2, рассчитанное по СКРУ-3, по которому проведены приемочные испытания, в частности: 

1) Qплан. – из расчета по данным Технического задания, справок ГОР-6 за базовый период, паспортов проектов.

2) Qфакт. – Фактическое увеличение мощности:

- за счет повышения нагрузок – 109 818,184 тонн (Акт № 1);

- за счет увеличения извлечения – 114 459,434 тонн (Акт № 3) (т. 9 л.20-25).

Таким образом, k2 = Qфакт. / Qплан. = (109 818,184 + 114 459,434) / (114 592,888 + 62 276,032) = 224 277,618 / 176 868,92 = 1,268.

С учетом изложенного размер взыскиваемоq суммы определен из расчета [(868 130,053 + 214 762,108 * 2,5) х 6 928,33 – 481 962 779 – 1 752 000 000)] * 3,383 % * 90 % * 1∙* 1,268 = 289 573 578 руб. 15 коп.

Указанный расчет, определенный истцом по данным технических заданий к договору, справок ГОР-6 за базовый период, паспортов проектов (т. 14 л.д. 80-85), принят судами первой и апелляционной инстанций как соответствующий условиям договора.

Заявленные же ответчиком возражения относительно указанного расчета с контррасчетом отклонены судом апелляционной инстанции, поскольку ответчик при расчете штрафа указывает и использует в качестве показателей Q1 и Q2 не суммы заданного увеличения мощности от повышения нагрузок и увеличения извлечения в соответствии с условиями технических заданий, как это следует из буквального содержания соответствующего пункта договора, а суммы рассчитанных им фактических увеличений мощности, что противоречит вышеприведенным условиям договора, согласованным сторонами.

В данной части суд апелляционной инстанции также считает необходимым отметить, что стороны договора, указав в пункте 12.4 договора на расчет показателей Q1 и Q2 в тоннах, не определили, за какой период времени учитываются соответствующие единицы измерения: в тоннах в год, в тоннах в час или в иной временной интервал. Вместе с тем, исходя из представленных сторонами расчетов, следует, что обе стороны используют одинаковые данные для определения соответствующих показателей, руководствуясь количеством рабочих часов в год и используя соответствующие сведения о годовом фонде рабочего времени по паспорту проекта, что свидетельствует о том, что стороны одинаковым образом толкуют содержание этого условия договора.

С учетом вышеизложенного исковые требования правомерно удовлетворены судом первой инстанции частично, в размере 289 573 578 руб. 15 коп.

Исследовав сводную таблицу доводов ответчика об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 12.3 договора, для отказа от исполнения договора, а также отсутствия случаев неустранения заказчиком указанных обстоятельств в течение 12 месяцев с момента их возникновения, суд апелляционной инстанции отмечает, что, несмотря на отсутствие в условиях договора прямого поименования соответствующих обязательств заказчика в числе форм содействия, их невыполнение заказчиком, исходя из смысла договорных взаимоотношений при исполнении договора, обоснованно расценено судом первой инстанции как несодействие в выполнении работ, повлекшее односторонний отказ от договора. 

Оценка соответствующего поведения ответчика правомерно произведена судом первой инстанции с учетом положений пункта 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию. Указанная норма является развитием зафиксированного в пункте 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа добросовестности участников гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей.

При оценке доводов апелляционной жалобы необходимо отметить, что вопросы качества и объемов выполненных по договору работ к предмету рассматриваемого спора отношения не имеют, поскольку на определение размера взыскиваемой суммы не могут повлиять. 

Доводы заявителя апелляционной жалобы о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права апелляционной коллегией отклоняются. В суде первой инстанции при рассмотрении данного дела ответчиком ходатайства о проведении экспертизы не заявлено, оснований, предусмотренных вышеприведенной статьей, для назначения судом экспертизы по собственной инициативе не имелось. При этом назначение экспертизы (статья 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) в любом случае является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, рассмотрены судом апелляционной инстанции и отклонены, поскольку отмену правильного судебного акта не влекут и не могут быть положены в обоснование удовлетворения апелляционной жалобы.

Правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены (изменения) судебного акта с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, отсутствуют.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 01 сентября 2017 года по делу № А50-14426/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

Н.А. Гребенкина

 

Судьи 

Р.А. Балдин

 

Л.В. Дружинина