ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, 

<

...>, https://10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-10036/2025, 10АП-10223/2025, 10АП-10225/2025, 10АП-10227/2025

Дело № А41-95955/23

03 сентября 2025 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  26 августа 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  03 сентября 2025 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Досовой М.В., Катькиной Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Никольским Я.А.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 18.07.2024;

от ФИО3 – ФИО2 по доверенности от 18.07.2024;

от ФИО4 – ФИО2 по доверенности от 18.07.2024;

от ФИО5 – ФИО2 по доверенности от 18.07.2024;

от Межрайонной ИФНС России № 17 по Московской области – ФИО6 по доверенности от 09.01.2025,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 на определение Арбитражного суда Московской области от 19 мая 2025 года по делу № А41-95955/23, 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 05.04.2024 по делу № А41- 95955/23 ООО «ЭКОКЛИН» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура банкротства – конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО7. 

Публикация сведений о признании должника несостоятельным (банкротом) произведена в газете «Коммерсантъ» № 66(7756) от 13.04.2024. 

28.05.2024 в Арбитражный суд Московской области поступило заявление конкурсного управляющего ООО «ЭКОКЛИН» ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО1, по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.05.2025 ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО1 солидарно привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЭКОКЛИН»;  в части определения размера ответственности ответчиков производство по обособленному спору приостановлено до формирования конкурсной массы и окончания расчетов с конкурсными кредиторами.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда от 15.05.2025 отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

В судебном заседании представитель ФИО3, ФИО1, ФИО4 и ФИО5 поддержал доводы апелляционных жалоб.

Представитель Межрайонной ИФНС России № 17 по Московской области возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Основанием для привлечения к субсидиарной ответственности явились действия (бездействие) контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 существенно ухудшившие финансовое положение должника и приведшие к его банкротству (статья 61.11 Закона о банкротстве).

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Как установлено судом первой инстанции, ООО «ЭКОКЛИН» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 140000, 

<

...>) является юридическим лицом, дата регистрации при создании 21.04.2014. 

Основным видом деятельности, согласно выписке из ЕГРЮЛ, является 81.22 Деятельность по чистке и уборке жилых зданий и нежилых помещений прочая.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ размер уставного капитала ООО «ЭКОКЛИН» составляет 10 000 руб., которые распределены следующим образом: 

2 600 руб. принадлежат ФИО3 с 21.04.2014, что составляет 26,00% доли в уставном капитале общества; 

2 600 руб. принадлежат ФИО4 с 21.04.2014, что составляет 26,00% доли в уставном капитале общества; 

2 400 руб. принадлежат ФИО5 с 21.04.2014, что составляет 24,00% доли в уставном капитале общества; 

2 400 руб. принадлежат ФИО1 с 21.04.2014, что составляет 24,00% доли в уставном капитале общества. 

Согласно сведениям ЕГРЮЛ генеральным директором ООО «ЭКОКЛИН» являлся ФИО4 с 21.04.2014 по 12.04.2024.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Учитывая изложенное, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 являлись контролирующими должника лицами.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В то же время, установленная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция, введена в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ, а значит, учитывая предусмотренные статьей 13 названного закона сроки его вступления в законную силу, вменяемые контролирующему лицу незаконные действия, были совершены до вступления указанных положений в законную силу, поэтому названная презумпция не применима к обстоятельствам настоящего обособленного спора, на что верно указал Арбитражный суд Московской области.

Приведенные действия контролирующего лица подлежали оценке на предмет наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в общем порядке.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Если размер основного долга, установленного ненормативным правовым актом, превышает 50% от общего размера требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов по основной сумме задолженности, то это является доказательством факта-основания презумпции, предусмотренной подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а, следовательно, считается доказанным и факт предположение, а именно невозможность полного погашения требований кредиторов вызвана действиями лиц, указанных в пункте 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться, в частности, в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника). 

При этом, исходя из разъяснений, приведенных в абзаце 4 пункта 3 Постановления № 53, лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения. 

В силу пункта 7 Постановления № 53 к указанным преимуществам может быть отнесено получение выгоды из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения.

В соответствии с пунктом 13 «Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016 материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Судом установлено, что решением № 17-33/029 от 14.06.2022 ООО «ЭКОКЛИН» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

Совершение правонарушений подтверждается Актом выездной налоговой проверки от 25.10.2021 № 17-32/072 и дополнением к Акту налоговой проверки от 14.03.2022 № 17-32/016. Нарушения законодательства о налогах и сборах, отраженные в Акте выездной налоговой проверки от 25.10.2021 № 17-32/072 и дополнение к Акту налоговой проверки от 14.03.2022 № 17-32/016 подтверждаются материалами выездной налоговой проверки. 

Проведенными мероприятиями налогового контроля в отношении ООО «ЭКОКЛИН» и его контрагентов установлено: 

- спорные контрагенты зарегистрированы незадолго до заключения договоров с ООО «ЭКОКЛИН»; 

- спорными контрагентами не представлены запрошенные в ходе проверки документы;

 - у спорных контрагентов отсутствовали трудовые ресурсы, необходимые для выполнения работ, предусмотренных договорами с ООО «ЭКОКЛИН»; 

- спорные контрагенты имеют признаки «технических» организаций; 

- анализом операций по счетам контрагентов установлено отсутствие денежных перечислений, свидетельствующих о выполнении работ, предусмотренных договорами с ООО «ЭКОКЛИН» третьими лицами. 

- проведенным анализом движения денежных средств установлено последующее их обналичивание; 

- проверяемым лицом не представлены документы по должной осмотрительности; 

- спорные контрагенты являются единой группой «технических» организаций. 

При сопоставлении IP-адресов интернет соединений установлены следующие пересечения: 

· ООО «БМС СЕРВИС», ООО «ЛЮКС»; 

· ООО «КОНТУР», ООО «МАТРИКС», ООО «СТАЛКЕР», ООО «ЛЮКС» 

· ООО «ОРИОН», ООО «ЭНТЕРПРАЙЗ»; 

· ООО «ПОРТАЛ», ООО «ЛЮКС», ООО «ОРИОН»; 

· ООО «СТРОЙМАСТЕР», ООО «БМС СЕРВИС», ООО «Контур», ООО «СТАЛКЕР»; 

· ООО «ЭНДОРА», ООО «СТАЛКЕР», ООО «ПОРТАЛ», ООО «СТРОЙМАСТЕР»; 

· ООО «ЭНТЕРПРАЙЗ», ООО «ОРИОН», ООО «ПОРТАЛ», ООО «СТАЛКЕР», ООО «БМС СЕРВИС», ООО «Контур», ООО «СТРОЙМАСТЕР»; - Получены отказные допросы генеральных директоров, по следующим контрагентам: ООО «МАТРИКС», ООО «ЭНТЕРПРАЙЗ». 

Установленные факты свидетельствуют, что юридические лица: ООО «БМС СЕРВИС», ООО «КОНТУР», ООО «ЛЮКС», ООО «МАКСКЛИН», ООО «МАТРИКС», ООО «ОРИОН», ООО «ПОРТАЛ», ООО «СТАЛКЕР», ООО «СТРОЙ МАСТЕР», ООО «ЭНДОРА», ООО «ЭНТЕРПРАЙЗ» являются связанными между собой «техническими» организациями и составляют группу юридических лиц («площадку») по предоставлению фиктивных вычетов по налогу на добавленную стоимость. 

Проведенными мероприятиями налогового контроля в отношении ООО «ЭКОКЛИН» и его контрагентов относительно выполнения работ, установлено создание фиктивного документооборота с «техническими» организациями с целью получения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость. 

Решением Арбитражного суда Московской области от 19.03.2024 по делу № А41- 97709/22 в удовлетворении заявления ООО «ЭКОКЛИН» о признании недействительным решения от 14.06.2022 № 17-33/029 в части доначисления налога на прибыль: за 2017 год в сумме 6 520 823 руб., за 2018 год в сумме 6 578 611 руб., за 2019 год в сумме 7 024 422 руб., всего налог в сумме 20 123 856 руб., штраф в сумме 1 380 255 руб. и соответствующие пени, в части доначисления налога на добавленную стоимость по контрагенту ООО «Сталкер» за 2 квартал 2017 года в сумме 55 395 руб. 76 коп., за 2 квартал 2018 года в сумме 175 459 руб. 73 коп. и соответствующие пени, по контрагенту ООО «СтройМастер» за 1 квартал 2017  года в сумме 178 181 руб. 69 коп., за 2 квартал 2017 года в сумме 96 208 руб. 47 коп. и соответствующие пени, по контрагенту ООО «Эндора» за 4 квартал 2017 года в сумме 163 198 руб. 98 коп. и соответствующие пени и штраф в сумме 561 509 руб., а также решение № 17-33/037 от 24.10.2023 о внесении изменения в оспариваемое решение № 17-33/029 от 14.06.2022 относительно начисления пени в полном объеме, отказано.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 № 39-П обращено внимание на то, что в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации лицом, ответственным за неуплату налогов и сборов в бюджет, является, как правило, сам налогоплательщик, - возложение каких-либо налоговых обязанностей или налоговой ответственности на иных лиц (например, налоговых агентов) возможно лишь в силу прямого указания закона. Применительно к налогоплательщику-организации это означает, что совершившей собственно налоговое правонарушение признается именно организация как юридическое лицо, которое может быть привлечено к ответственности, предусмотренной налоговым законодательством. Что касается ответственности учредителей, руководителей, работников организации-налогоплательщика и иных лиц за неуплату организацией налогов и сборов, то Налоговый кодекс Российской Федерации не устанавливает ее в качестве общего правила: взыскание с указанных физических лиц налоговой недоимки и возложение на них ответственности по долгам юридического лица - налогоплательщика перед бюджетом допускаются лишь в случаях, специально предусмотренных налоговым и гражданским законодательством.

Такое законодательное решение обусловлено тем, что размер налоговой обязанности налогоплательщика - организации рассчитывается исходя из показателей ее предпринимательской деятельности, принадлежащего ей имущества, обособленного от имущества ее учредителей и участников, и т.п., переложение же налоговой обязанности организации на иных лиц без учета их причастности к хозяйственной деятельности данной организации и (или) влияния на ее действия неизбежно привело бы к нарушению принципов соразмерности, пропорциональности и равенства налогообложения и тем самым - к нарушению конституционного баланса частных и публичных интересов.

Несовпадение оснований уголовно-правовой, налоговой и гражданско-правовой ответственности (в части определения момента наступления и размера вреда, а также его наличия для целей привлечения к ответственности по отдельным составам преступлений) обусловливает невозможность разрешения вопроса о виновности физического лица в причинении имущественного вреда, в том числе наступившего в результате преступных действий, исходя исключительно из установленности совершения им соответствующего преступления.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15.07.2009 № 13-П и от 07.04.2015 № 7-П; определения от 04.10.2012 № 1833-О, от 15.01.2016 № 4-О, от 19.07.2016 № 1580-О и другие). Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статей 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации (пункт 3.4).

В соответствии с разъяснениями пунктом 17 Постановления ВС РФ № 53 в силу прямого указания подпункте 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. 

Учитывая изложенное, должностные лица являются сотрудниками одной группы организаций, следовательно, данные лица подчиняются друг другу по должностному положению, что согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 20 Налогового Кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) может оказать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или представляемых ими лиц. При этом они признаются взаимозависимыми лицами.

Неуплата обществом доначисленных по итогам налоговой проверки налогов, пеней и штрафов послужила основанием для обращения уполномоченного органа в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Решением Арбитражного суда Московской области от 05.04.2024 требования уполномоченного органа признаны, установлены и включены: 

- в размере 45 001,20 руб. в реестр требований кредиторов должника во вторую очередь. 

- в размере 61 171 029,85 руб., в том числе по основному долгу –37 664 661,79 руб., пени -22 535 485,06 руб., штраф -970 883 руб. в реестр требований кредиторов должника в третью очередь.

Судом первой инстанции установлено, что доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

В соответствии с абзацем первым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

В последующем аналогичная, по сути, норма о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по основанию невозможности удовлетворения требований кредиторов вследствие их виновного поведения, не отвечающего критериям добросовестности и разумности была закреплена в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Поскольку требования налогового органа составляют более 50% совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди, возникновение налоговой задолженности обусловлено совершением должником (контролировавшими его лицами) налогового правонарушения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЭКОКЛИН».

Доказательств обратного ответчиками в материалы дела не представлено.

Кроме того, апелляционная коллегия отклоняет доводы апелляционных жалоб ФИО1, ФИО3 и ФИО5 относительно того, что конкурсным управляющим не доказано наличие оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности, поскольку в решении уполномоченного органа отсутствуют какие-либо выводы о недобросовестности и неразумности действий (бездействия) указанных лиц, ввиду следующего.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Из разъяснений пункта 16 постановления Пленума ВС РФ № 53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд должен оценить существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями и фактически наступившим объективным банкротством. При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее: 

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника; 

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть, способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки); 

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума ВС РФ № 53).

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). 

Согласно правовой позиции, изложенной в абзацем 3 пункта 5 Постановления № 53, в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ответчики являются членами одной семьи и о последовательности действий всех привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц, обусловленных афиллированностью участников спора. Действия всех вышеуказанных лиц объединены общим интересом и направлены на достижение цели - уклонение от уплаты налогов.

Так, ФИО3 является супругой ФИО4 В свою очередь ФИО8 и ФИО1 являются детьми ФИО3 и ФИО4 

Вышеуказанное подтверждается имеющимися в материалах дела выписками о заключении брака, а также записями актов гражданского состояния, полученных из органов ЗАГС.

В соответствии с абзацем тридцать первым статьи 2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ контролирующим должника лицом является лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. 

В силу подпункта 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках») вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Поскольку ФИО3, ФИО8, ФИО1, вправе распоряжаться 50 и более процентами долей в уставном капитале указанных лиц, то из этого можно сделать вывод, что, будучи лицами, контролирующими деятельность должника, перечисленные лица имели в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений должником, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для применения к привлекаемым к ответственности лицам презумпции наличия статуса контролирующего лица применительно к подпункту 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о несостоятельности (банкротстве).

Кроме того апелляционная коллегия отклоняет доводы ФИО4 о том, что Общество было лишено права на судебную защиту в том время как конкурсный управляющий ФИО7, имея полномочия управления Обществом, не обжаловал решение Арбитражного суда Московской области по делу №А41-97709/22.

Факт занижения налогооблагаемой базы должником установлен решением № 17-33/029 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 14.06.2022. 

Между тем, решением Арбитражного суда Московской области по делу №А41-97709/22 от 19.03.2024 ООО «ЭКОКЛИН» отказано в удовлетворении о признании недействительным решения от 14.06.2022 № 17-33/029. 

Поскольку решением Арбитражного суда Московской области по делу №А41-95955/23 от 05.04.2024 ООО «ЭКОКЛИН» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО7, полномочия руководителя ООО «ЭКОКЛИН» ФИО4 были прекращены до вступления в силу решения Арбитражного суда Московской области по делу №А41-97709/22, что в свою очередь, по мнению апеллянта, являлось препятствием для обжалования судебного акта, вынесенного по результатам рассмотрения заявления о признании недействительным решения от 14.06.2022 № 17-33/029.

Вопрос о законности решения налогового органа разрешается вне рамок дела о банкротстве, в частности при рассмотрении дела в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, контролирующему лицу, в отношении которого в установленном порядке предъявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности, право на судебную защиту должно быть предоставлено в аналогичном объеме: такое лицо вправе вступить в дело в качестве третьего лица согласно статье 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а в случае, когда по делу уже вынесен судебный акт, которым спор разрешен по существу, - вправе обжаловать решение суда в апелляционном и кассационном порядке применительно к статье 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Аналогичная позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 303-ЭС22-22958 от 06.03.2023, № 310-ЭС19-28370 от 06.03.2023 и № 303- ЭС21-21101 от 25.08.2023.

Доводы ответчика по сути сводятся к перекладыванию опровержения презумпции привлечения к субсидиарной ответственности на конкурсного управляющего.

Вместе с тем, рассмотрение вопроса о действиях (бездействии) конкурсного управляющего не является предметом рассмотрения в настоящем судебном заседании по проверке наличия оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявители не привели.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Иная оценка заявителями фактических обстоятельств дела и иное толкование им положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 223, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 19 мая 2025 года по делу № А41-95955/23 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия. 

Председательствующий судья                                                                     В.А. Мурина 

Судьи                                                                                                                       М.В. Досова  

                                                                                                            Н.Н. Катькина