ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-86630/2023

Дело № А40-283197/21

г. Москва

01 февраля  2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 01 февраля  2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Вигдорчика Д.Г.,

судей Лапшиной В.В., Башлаковой-Николаевой Е.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2023 по делу № А40- 283197/21, 

о признании недействительными сделками платежи ООО «МКДЦ»» по перечислению денежных средств в пользу ФИО2 период с 29.01.2021 года по 05.07.2021 года в общем размере 3 721 846 рублей с назначением платежа «заработная плата (материальная помощь) с расчётного счета № в 40702810837000000127 открытого в ПАО «ВТБ» г. Москва; признании недействительными сделками платежи ООО «МКДЦ»» по перечислению денежных средств в пользу ФИО2 период с 26 февраля 2021 года по 30 апреля 2021 года коп.с назначением платежа «заработная плата . материальная помощь» в размере 780 800 рублей с расчетного счета 

<

***>, открытого в ПАО «Сбербанк»; признании недействительными сделками платежи ООО «МКДЦ»» по перечислению денежных средств в пользу ФИО2 в периодс 26.04.2016 года по 31 мая 2019 года в размере 1 831 440 рублей с назначением платежа «заработная плата.материальная помощь» с расчетного счета 

<

***>, открытому в ПАО «Промсвязьбанк»,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «МКДЦ»,

при участии в судебном заседании:

от ООО «Адамант»: ФИО3 по дов. от 21.11.2022

от ФИО2: ФИО4 по дов. от 04.07.2022

иные лица не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 09.06.2022г. в отношении ООО «МКДЦ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) открыто конкурсное производство по процедуре отсутствующего должника сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника суд утвердил арбитражного управляющего ФИО5 (член ААУ «Содружество», рег.номер:181, ИНН: 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 199106, Санкт-Петербург, пл. Морской Славы, д. 1, оф. 302).

В Арбитражный суд г. Москвы 21.02.2023 поступило заявление кредитора ООО «Адамант» о признании недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки, а именно:

Признать недействительными сделками платежи ООО «МКДЦ» по перечислению денежных средств в пользу ФИО2 в период с 29.01.2021 года по 05.07.2021 года в общем размере 3 721 846 рублей с назначением платежа «заработная плата (м.п.) и в размере 780 800 рублей в период с 26 февраля 2021 года по 30 апреля 2021 года коп. с назначением платежа «заработная плата. материальная помощь» и применить последствия недействительности сделок в виде:

Обязать ФИО2 возвратить в конкурсную массу ООО «МКДЦ» денежные средства в размере 4 502 646 рублей.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2023 г. суд признал недействительными сделками платежи ООО «МКДЦ»» по перечислению денежных средств в пользу ФИО2 период с 29.01.2021 года по 05.07.2021 года в общем размере 3 721 846 рублей с назначением платежа «заработная плата (материальная помощь) с расчётного счета № в 40702810837000000127 открытого в ПАО «ВТБ» г. Москва; признал недействительными сделками платежи ООО «МКДЦ»» по перечислению денежных средств в пользу ФИО2 период с 26 февраля 2021 года по 30 апреля 2021 года коп.с назначением платежа «заработная плата. материальная помощь» в размере 780 800 рублей с расчетного счета 

<

***>, открытого в ПАО «Сбербанк»; признал недействительными сделками платежи ООО «МКДЦ»» по перечислению денежных средств в пользу ФИО2 в периодс 26.04.2016 года по 31 мая 2019 года в размере 1 831 440 рублей с назначением платежа «заработная плата. материальная помощь» с расчетного счета 

<

***>, открытому в ПАО «Промсвязьбанк»; применил последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу ООО «МКДЦ» денежные средства в размере 5 553 286 рублей.

Не согласившись с указанным определением, ФИО2 подана апелляционная жалоба. 

В обоснование требований апелляционной жалобы заявитель указывает, что производил выплаты за ремонт, а также перед контрагентами; часть денежных средств была внесена в кассу предприятия; указывает на процессуальные нарушения суда.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Из доводов, изложенных в заявлении конкурсного кредитора, с учетом принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнений, следует, что при анализе движения денежных средств по расчетному счету должника ООО «МКДЦ» № 40702810837000000127 в ПАО «ВТБ» г. Москва и расчетному счету 

<

***>, открытому в ПАО «Промсвязьбанк» с 26.04.2016 года по 31 мая 2019 года, конкурсным кредитором было установлено, что ООО «МКДЦ» перевело сотруднику предприятия – главному врачу ФИО2 с назначением платежа «Заработная плата (м.п.) Для зачисления на р/сч ФИО2 Без НДС», «Заработная плата», «Аванс по заработной плате» денежные средства.

Так, при анализе банковской выписки должника ООО «МКДЦ» по расчетному счету 

<

***>, открытому в ПАО «Промсвязьбанк» с 26.04.2016 года по 31 мая 2019 год установлено, что с расчетных счетов ООО «МКДЦ» в пользу ФИО2 в период с 20.10.2020 года по 20.01..2021 года были совершены выплаты денежных средств в общем размере 2 286 628, 18 рублей, имеющие признаки подозрительных сделок на основании ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В совокупном размере ФИО6 перечислено 1 831 440 рублей с назначением платежа «заработная плата. Материальная помощь».

Кроме того, начиная с 29.01.2021 г. (в течение года до принятия к производству заявления о банкротстве) в адрес ФИО2 стали осуществляться выплаты, явно превышающие размер ежемесячной заработной платы главного врача, а также требования разумности и экономической целесообразности. При анализе банковской выписки должника установлено, что с расчетных счетов ООО «МКДЦ» в пользу ФИО2 в период с 29.01.2021 года по 05.07.2021 года были совершены выплаты денежных средств в общем размере 3 721 846 рублей, имеющие признаки подозрительных сделок на основании ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Большую часть платежей составила заработная плата (материальная помощь). Итого ответчику ФИО6 с расчетного счета, открытого в ВТБ, было перечислено со счета должника с назначением платежа (материальная помощь) – 3 721 846 рублей.

Также согласно представленной информации в адрес конкурсного управляющего ООО «МКДЦ» Артамоновой А.А. ПАО «Сбербанк» предоставил сведения в отношении ООО «МКДЦ» копии зарплатных реестров. Расчетный счет ООО «МКДЦ» 

<

***>. Договор о зачислении денежных средств на счета физических лиц №38432786 от 09 июля 2020 года.

Исходя из информации в реестре №23, №70, №102, №97, №94, №83, №63, №50, №52, в пользу ФИО2 должником были перечислены денежные средства в общем размере 780 800 рублей.

По мнению заявителя, действия по начислению и получению столь высокой заработной платы главному врачу имели цель причинения вреда кредиторам ООО «МКДЦ», поскольку не имели под собой экономической целесообразности, не соответствовали финансовому результату деятельности организации, в отношении которой было возбуждено дело о банкротстве, не являлись оплатой за выполненную по трудовому договору трудовую функцию, т.к. воля сторон не была направлена на исполнение обязанностей из трудового договора.

Относительно заявленных требований ФИО2 указал, что ответчиком ежемесячно вносились на счет ООО «МКДЦ» личные денежные средства для обеспечения функционирования деятельности общества, согласно расчету за период с 20.08.2019 г. по 05.07.2021 г. была внесена сумма 21 356 600 рублей 00 копеек. Таким образом, сумма займа 9 930 000 рублей по оспариваемой сделке возвращена ФИО2 на счет ООО «МКДЦ» в полном объеме, материальная помощь также расходовалась на нужды ООО «МКДЦ» в полном объеме, в связи с чем основания для признания оспариваемых сделок недействительными отсутствуют.

Заявитель полагает, что действия ООО «МКДЦ» по перечислению в адрес ФИО2 денежных средств в 5 553 286 рублей с назначением платежей: выплата заработной платы (м.п) в общем размере 5 553 286 рублей (превышающем заработную плату главного врача после удержания НДФЛ) являются недействительными сделками на основании п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. 10, 168 ГК РФ, т.к. совершены со злоупотреблением правом и направлены на причинение имущественного вреда кредиторам.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае заявление о признании должника ООО «МКДЦ» было принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 12.01.2022 по делу № А40-283197/2021, в то время как оспариваемые сделки совершены в периоды с 29.01.2021 года по 05.07.2021 года; с 26.02.2021 года по 30.04.2021 года; с 26.04.2016 года по 31.05.2019 года, то есть в переделах трех лет до момента принятия заявления, в установленный Законом о банкротстве период подозрительности.

Указанное свидетельствует о том, что оспариваемые сделки-платежи подпадают под признаки, указанные в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора сделка не была обусловлена интересами должника, реальной целью сделки была направленность на отчуждение денежных средств, а также их сокрытие от обращения на них взыскания по обязательствам должника.

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, не усматривает оснований для отмены судебного акта.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как разъяснено в п.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п.7 Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо имеются одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в том числе сделка совершена в отношении заинтересованного лица).

Как следует из материалов дела, на момент совершения платежей у должника имелись неисполненные обязательства перед контрагентами с наступившим сроком исполнения, в том числе подтвержденных судебными актами. Так, имущественные правопритязания контрагентов должника длительное время оставались неудовлетворенными и в последующем включены в реестр требований кредиторов, в том числе: перед ООО «Адамант»; ИФНС России №9 по г. Москве; ООО «Фреш Капитал»; ООО «Медирол»; ООО «Диалаб Плюс».

Между тем, ФИО2 осуществлял свою трудовую деятельность в ООО «МКДЦ» и занимал должность главного врача, соответственно, имел сведения о финансовом положении должника.

Оспариваемые сделки осуществлялись в пользу заинтересованного лица.

В силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 закона № 127-ФЗ предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 закона № 127-ФЗ), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

В соответствии со ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 года № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Аффилированными лицами юридического лица являются:

член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы.

На основании ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991  948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами юридического лица являются в том числе лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

При этом, наличие юридической аффилированности не исключает необходимость учитывать аффилированность фактическую (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 по делу N А12-45751/2015), которая проявляется через поведение лиц в хозяйственном обороте и, в частности, в заключении между собой сделок и последующем их исполнении на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, при этом, фактический контроль над должником возможен и вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Следовательно, ФИО2 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, аффилированным с ним в силу положений ст. 19 Закона о банкротстве.

Наличие заинтересованности между сторонами оспариваемых перечислений презюмирует осведомленность ответчика. ФИО2 не мог не знать о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Таким образом, принимая во внимание указанные обстоятельства, а также что оспариваемые сделки совершены в пользу заинтересованного лица, суд пришел к выводу, что в рассматриваемом цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника предполагается.

Для применения презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов достаточно, в частности, установить совокупность двух обстоятельств: недостаточность имущества должника на момент совершения сделки и безвозмездный характер этой сделки (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Имеющие в материалах дела доказательства позволяют сделать вывод о том, что выплата заработной платы (материальная помощь) лицу, исполняющему функции главного врача, в ситуации наличия объективного банкротства общества лишено экономической обоснованности и не отвечает принципу разумности и добросовестности участников гражданского оборота.

Суд отметил, что при отсутствии юридических и экономических оснований для осуществления платежей в пользу ответчика в виде оплаты в крупных размерах, направленность действий должника по выплате заработной платы не на защиту прав и законных интересов работника, а на затруднение расчетов с кредиторами должника, представляет собой проявление явного недобросовестного поведения сторон, подтверждающее цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

ФИО2 являлся главным врачом должника, следовательно, в силу занимаемой должности и выполняемых функций знал о получении превышающих размер должностного оклада выплат в счет заработной платы в условиях утраты платежеспособности ООО «МКДЦ», при наличии непогашенных требований иных кредиторов, в результате получения которых был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Поскольку доказательств, свидетельствующих об обратном, со стороны ответчика не представлено, суд пришел к выводу, что применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора сделка не была обусловлена интересами должника, реальной целью сделки была направленность на отчуждение денежных средств, а также их сокрытие от обращения на них взыскания по обязательствам должника.

Получатель денежных средств не мог не осознавать то, что такая сделка нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации ликвидного имущества.

В результате совершения оспариваемых выплат ответчику, конкурсная масса должника лишилась имущества, которое должно было поступить в конкурсную массу должника.

Изложенное позволяет суду сделать вывод о наличии правовых оснований недействительности платежей ООО «МКДЦ» по перечислению указанных денежных средств в пользу ФИО2 в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, заключение оспариваемой сделки преследовало противоправную цель, а именно причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, что свидетельствует, в свою очередь, о злоупотреблении правом.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Оспариваемая сделка совершена с признаками заинтересованности, в результате совершения должником оспариваемых сделок кредиторам должника был причинен вред, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы и в отсутствие реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет отчужденного имущества (денежных средств).

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее -Постановление № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, в настоящем случае, суд расценивает действия сторон в качестве недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) и приходит к выводу о наличии оснований для признания этого договора недействительной сделкой в соответствии со статьями 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской 4 Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Вместе с тем, в материалах дела какие-либо документы, подтверждающие обоснованность осуществления и экономическую целесообразность выплат отсутствуют, со стороны ответчика также не были предоставлены конкурсному управляющему. Соответственно, недобросовестное поведение ответчика приводит к переложению на него бремени доказывания обоснованности получения таких значительных выплат.

Таким образом, учитывая изложенное, действия по начислению и получению столь высокой заработной платы главному врачу имели цель причинения вреда кредиторам ООО «МКДЦ», так как не имели под собой экономической целесообразности, а также не соответствовали финансовому результату деятельности организации, в отношении которой было возбуждено дело о банкротстве, равно как и не являлись оплатой за выполненную по трудовому договору трудовую функцию, поскольку воля сторон не была направлена на исполнение обязанностей из трудового договора.

Указанные действия причинили имущественный ущерб интересам кредиторов ООО «МКДЦ» в виде невозможности удовлетворения своих требований по погашению задолженности за счет конкурсной массы, а также отсутствия денежных средств для покрытия текущих расходов, возникающих в процедуре конкурсного производства.

Исходя из изложенного, действия сторон сделок свидетельствуют об умышленном поведении должника и ответчиков по осуществлению принадлежащих им гражданских прав с заведомой недобросовестностью, и, как следствие, о наличии совокупности всех обстоятельств, свидетельствующих о недействительности произведенных перечислений в соответствии с нормами статей 10, 168 ГК РФ.

Принимая во внимание, что в материалы дела представлено достаточное количество доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемые сделки-платежи совершены в отношении заинтересованного по отношению к должнику лица, осведомленность которого о неблагоприятном финансовом состоянии должника презюмируется, учитывая тот факт, что совершение оспариваемых сделок повлекло уменьшение размера имущества должника, за счет стоимости которого кредиторы могли бы получить удовлетворение своих требований при реализации этого имущества в составе конкурсной массы, соответственно, такое отчуждение имущества при наличии значительных финансовых обязательств было совершено с целью сокрытия активов от обращения взыскания, требования кредитора верно удовлетворены на основании ст. 10, ст. 168, п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, расценив действия должника и заинтересованного по отношению к нему лица как совершенные со злоупотреблением правом. 

Доводы апеллянта в данной части являются необоснованными.

Согласно ч. 1 ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условии труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. 

Исходя из положений ст. 57 ТК РФ под трудовой функцией понимается работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы. 

В соответствии со ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). 

Из системного толкования названных норм следует, что заработная плата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, являются вознаграждением за трудовую деятельность, а встречным исполнением по указанной сделке является непосредственно осуществление трудовой функции. 

Исходя из положений ч. 2 ст. 164 ТК РФ под компенсацией следует понимать денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами. 

Трудовым договором или коллективным договором могут предусматриваться другие случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться повышенные размеры выходных пособий, за исключением случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации (ст. 178 ТК РФ). 

В силу приведенных выше положений действующего трудового законодательства выплата работнику выходных пособий и компенсаций должна быть предусмотрена законом или действующей в организации системой оплаты труда, устанавливаемой коллективным договором, локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права, их размер не может носить произвольный характер и должен определяться с учетом совокупности обстоятельств, связанных с выполнением работником определенной трудовой функции, его квалификацией, сложностью, количеством и качеством выполняемой работы, условий труда, затрат работника и иных обстоятельств, характеризующих трудовой вклад работника в результаты деятельности организации, поскольку несоразмерно высокое выходное пособие не создает дополнительной мотивации работника к труду, не отвечает принципу адекватности компенсации и может свидетельствовать о злоупотреблении сторонами правами. 

Не допускается произвольное установление не предусмотренных законодательством выплат, тем более в случае соответствия общества признакам несостоятельности (банкротства), поскольку это направлено на уменьшение конкурсной массы должника и как следствие, влечет уменьшение возможности удовлетворения требований кредиторов. 

Увеличение размера начислений и выплаты материальной помощи в пользу ФИО2 должно быть обусловлено какими-либо объективными обстоятельствами, связанными с увеличением объема полномочий, объема работы ФИО2 

Среди переданных конкурсному управляющему документов должника доказательства обоснованности выплаты в пользу ФИО2 материальной помощи, помимо причитающейся ему заработной платы, отсутствуют. 

Таким образом действия ФИО2 и ООО «МКДЦ» являются отклоняющимися от действий добросовестных участников гражданского оборота.

При этом, на момент начисления и выплаты ответчику материальной помощи должник имел значительную задолженность перед кредиторами: 

-перед ИФНС России №9 по г. Москве на сумму 10 943 802 рубля 65 копеек, в том числе 9 955 717 рублей 32 руб. – основной долг, 768 820, 03 – пеня, 9 265 .30 – штраф. Согласно представленных в материалы дела задолженность образовалась с 2019 года. 

- перед ООО «Фреш Капитал» на сумму 4 233 139, 69 рублей, из которых 3 839 217,69 рублей –основной долг, 393 922 руб.- неустойка, 44 116, 00 – расходы по уплате госпошлины. Обязательства возникли по договору 756-Ф/2020 финансирования под уступку денежного требования, заключенному между ООО «Фреш Капитал» и ООО «МКДЦ» 17.02.2021 года;

- перед ООО «Медирол» на сумму в размере 2 500 000 рублей – основной долг, 274 246, 58 рублей проценты, 1 225 000 рублей – неустойка по состоянию на 03.06.2021 года (обязательства возникли на основании решения Таганского районного суда города Москвы от 25.11.2021 по делу №2-4130/2021); 

- перед ООО «Диалаб Плюс» на сумму в размере 3 759 060 рублей долга, а также 15 900 судебных расходов на оплату услуг представителя и 41 795 рублей расходов на уплату госпошлины (обязательства возникли на основании решения Арбитражного суда города Москвы от 15.06.2020 по делу №А40-61817/20).

При этом, коллегия обращает внимание на следующее.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 11.12.2018 по делу №-А40-114459/18-77- 780, вступившим в законную силу, с Должника в пользу ООО «Адамант» взыскана задолженность: по договору аренды нежилого помещения от 21.11.2014 задолженность по арендной плате в размере 12 600 000,00 руб., пени за несвоевременную уплату арендной платы в размере 7 706 160,00 руб.; по договору аренды части здания от 07.07.2014 задолженность по арендной плате в размере 50 642 993,40 руб., пени за несвоевременную уплату арендной платы в размере 382 189 313,55 руб.; судебные издержки на оплату юридических услуг в размере 250 000,00 руб.

Из указанного решения от 11.12.2018 следует, что между Обществом с ограниченной ответственностью "АДАМАНТ" (Арендодатель, истец) и Обществом с ограниченной ответственностью «Многопрофильный клинико-диагностический центр» (Арендатор, ответчик) заключен договор аренды нежилого помещения, согласно которому Арендодатель предоставил Арендатору в аренду во временное возмездное владение и пользование нежилое помещение, тип: учрежденческие, общей площадью 99,1 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...> (п.1.1). Помещение передано ответчику по Акту приема-передачи от 21 ноября 2014 года.

Согласно п. 3.1. договора аренды Арендная плата за арендуемые помещение устанавливается в размере 315 000 рублей в месяц, НДС не облагается в связи с использованием истцом упрощенной системы налогообложения.

Ответчик в нарушение п. 4.1. договора аренды с 05.02.2015г. не исполняет обязанности по уплате арендной платы за использование нежилого помещения.

Таким образом, обязательства перед кредитором возникли до осуществления спорных платежей (2016г.).

Изъятие из конкурсной массы денежных средств для осуществления выплат ответчику, являвшимся генеральным директором – главным врачом должника, в отсутствие на то правовых оснований явилось препятствием для надлежащего расчета с иными кредиторами и ущемляет их имущественные права.

Апеллянт указывает, что банковские выписки общества отсутствуют в материалах дела, стороне ответчика не была представлена возможность ознакомится с материалами дела и документы, представленные кредитором ООО «Адамант» не читаемы, расчеты по исковым требованиям не правильные, суд не применил сроки исковой давности.

Апеллянт занял позицию о незаконности судебного акта в виду удержания кредитором документации организации и тем самым у ФИО2 отсутствовала возможность предоставить суду свой расчет с указанием платежей в пользу ООО «МКДЦ» производимых ответчиком при расчёте с контрагентами своей организации. 

Между тем, данные доводы не подтверждены.

При этом, со стороны ответчика не были представлены в суд доказательства, позволяющие достоверно обосновать целесообразность выплаты ответчику столь крупных сумм в качестве материальной помощи. Какие либо экономические и юридические основания отсутствуют.

Доводы апеллянта о пропуске срока исковой давности в отношении части платежей подлежат отклонению, также учитывая основания признания сделки недействительной (ст.ст. 10, 168 ГК РФ). 

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу данной нормы начало течения срок исковой давности подлежит исчислению и со дня, когда истец должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Трехлетний срок исковой давности в данном случае также не пропущен (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса).

При этом, Решением Арбитражного суда г. Москвы от 09.06.2022г. в отношении ООО «МКДЦ» открыто конкурсное производство.

Заявление подано в суд 21.02.2023.

Согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" судам следует также учитывать, что согласно части 7 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации новые требования, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, не принимаются и не рассматриваются судом апелляционной инстанции.

Судом не допущено процессуальных нарушений при рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств.

В соответствии с нормами статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации - лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

Согласно абзацу второму части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле, обращающееся в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательства, должно обозначить доказательство, указать, какие обстоятельства могут быть установлены этим доказательством, назвать причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. Таким образом, статья 66 АПК РФ закрепляет процессуальный порядок, при котором возможно удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств.

Так, необходимым условием для этого является то, что податель данного ходатайства должен обосновать, какие именно доказательства подлежат истребованию, какие обстоятельства могут быть установлены этими доказательствами; доказать, что у данного лица отсутствует возможность самостоятельно получить испрашиваемые доказательства.

Вместе с тем, ФИО2 не представил суду доказательств невозможности получить испрашиваемые доказательства самостоятельно.

Заявляя ходатайство об истребовании доказательств и не представляя подтверждающие документы о невозможности их получения в самостоятельном порядке, заявитель фактически требует нарушить положение вышеперечисленных норм, в частности возложить обязанность по сбору доказательств в обоснование своей позиции на арбитражный суд, что лишает арбитражный процесс одного из основополагающих принципов – состязательности и ущемляет законные права другой стороны по делу.

На основании вышеизложенного, суд отказал в удовлетворении заявленного ходатайства.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 14.11.2023 по делу № А40- 283197/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                           Д.Г. Вигдорчик 

Судьи:                                                                                   В.В. Лапшина 

                                                                                               Е.Ю. Башлакова-Николаева 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.