ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-11258/2024

г. Челябинск

23 сентября 2024 года

Дело № А76-42860/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 сентября 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Ковалевой М.В., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Коробейниковой Ю.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ПУЛЬС Екатеринбург» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 25.06.2024 по делу № А76-42860/2018 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

В судебное заседание явились представители:

ФИО1 -  ФИО2 (паспорт, доверенность от 27.12.2022 сроком действия на 3 года);

общества с ограниченной ответственностью «ПУЛЬС Екатеринбург» - ФИО3 (паспорт, доверенность от 09.01. 2024 сроком действия на 3 года);

ФИО4 -  ФИО5 (паспорт, доверенность от 16.01.2023 сроком действия на 5 лет).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 29.01.2019 на основании заявления ФИО1 (далее – ФИО1, должник) в отношении него возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Решением суда от 05.02.2019 (резолютивная часть от 26.02.2019) ФИО1 признан несостоятельным (банкротом) с открытием процедуры реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6. 

Общество с ограниченной ответственностью «ПУЛЬС Екатеринбург» (далее – кредитор, заявитель, податель жалобы) 13.12.2022 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просит признать        недействительным договор купли-продажи от 26.04.2016, заключенный между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Южно-Уральский Реабилитационный центр» (далее – ответчик), применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО1:

- земельного участка площадью 1133 кв. м (категория земель: земли населенных пунктов - для эксплуатации нежилого здания (лит. А); адрес (местоположение): г. Челябинск, р-и Центральный, у дома по ул. Воровского, 2; кадастровый помер: 74:36:0508012:212) стоимостью 1 092 000 руб.;

- нежилого здания площадью 10,4 кв. м (назначение: нежилое; инвентарный номер: 501332, литер: А, этажность: 1; подземная этажность: 0; адрес (местоположение): Россия, 

<

...> у дома № 2; кадастровый номер: 7436:0000000:6820) стоимостью 234 000 руб.;

- земельного участка площадью 6508 кв. м (категория земель: земли населенных пунктов – для эксплуатации нежилого здания (лит. А); адрес (местоположение): Россия, Челябинская обл., г. Челябинск, р-н Центральный, у дома по ул. Воровского, 2; кадастровый номер: 74:36:0508012:211) стоимостью 6 474 000 руб.

Определением суда от 24.04.2023 к участию в деле в качестве ответчиков привлечены ФИО7, ФИО4.

Определением суда от 28.08.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ФИО8.

Определением суда от 12.10.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена ФИО9, в качестве ответчика принявшего наследство после смерти ФИО7 привлечена ФИО10.

Определением от 27.11.2023 суд изменил статус третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО9 на ответчика.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 25.06.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «ПУЛЬС Екатеринбург» обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал, что   суд первой инстанции необоснованно посчитал, что срок исковой давности истек. Срок исковой давности следует исчислять с 14.12.2021. Положения закона о последствиях пропуска срока исковой давности не применяются при злоупотреблении правом. Суд первой инстанции необоснованно признал оспариваемую цепочку сделок отдельными самостоятельными сделками, не связанными с единой целью - причинение вреда интересам кредиторов; необоснованно отказал в рассмотрении требований к конечному приобретателю ФИО9 сославшись на необходимость виндикации в рамках отдельного спора. 

На основании статей 184, 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции отзывы на апелляционную жалобу от ФИО4, ООО «Южно-Уральский Реабилитационный Центр» и ФИО1, поскольку своевременно направлены участникам спора.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в отсутствие указанных лиц. 

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу судебного заседания).

 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 26.04.2016, между должником и ООО «Южно-Уральский Реабилитационный центр» заключен договор купли-продажи (л.д. 83-85, т.1) по условиям      которого были проданы следующие объекты недвижимости, принадлежавшие должнику:

- земельный участок площадью 1133 кв. м (категория земель: земли населенных пунктов - для эксплуатации нежилого здания (лит. А); адрес (местоположение): г. Челябинск, р-и Центральный, у дома по ул. Воровского, 2; кадастровый помер: 74:36:0508012:212) стоимостью по договору 1 092 000 руб.;

- нежилое здание площадью 10,4 кв. м (назначение: нежилое; инвентарный номер: 501332, литер: А, этажность: 1; подземная этажность: 0; адрес (местоположение): Россия, 

<

...> у дома № 2; кадастровый номер: 7436:0000000:6820) стоимостью по договору 234 000 руб.;

- земельный участок площадью 6508 кв. м (категория земель: земли населенных пунктов – для эксплуатации нежилого здания (лит. А); адрес (местоположение): Россия, Челябинская обл., г. Челябинск, р-н Центральный, у дома по ул. Воровского, 2; кадастровый номер: 74:36:0508012:211) стоимостью по договору 6 474 000 руб.

В последующем стороны заключили дополнительное соглашение (л.д. 137, т.1), по условиям которого стоимость отчуждённых объектов была изменена, а именно: земельный участок площадью 1133 кв. м. был оценен в 2 373 000 руб., нежилое здание площадью 10,4 кв. м. в 234 000 руб., и земельный участок   площадью 6508 кв. м. в 12 374 000 руб.

Оплата произведена на общую сумму 14 981 000 руб., представлены расходные кассовые ордера от 20.03.2017 на сумму 7 181 000 руб. и 24.01.2017 на сумму 7 800 000 руб. (представлены через систему «Мой арбитр» 17.03.2023).

Должником представлено налоговая декларация формы 3-НДФЛ, в которой отражены сведения о поступлении указанных денежных средств.

В последующем все перечисленные объекты были проданы ООО «Южно-Уральский Реабилитационный центр» ФИО7 по договору от 20.02.2018 (л.д. 112, т.1) по общей стоимости 17 058 894 руб.

При этом следует отметить, что земельные участки были отмежёваны в иных границах, а именно помимо указанного нежилого здания продавались земельный участок площадью 2 206 кв.м. с кадастровым номером 74:36:0508012:338 и земельный участок площадью 5 435 кв.м. с кадастровым номером   74:36:0508012:339.

Впоследствии, ФИО7 продала объекты по договору 04.04.2018 ФИО4 (л.д. 100, т.1), по общей стоимости 17 220 000 руб.

ФИО4, продала объекты ФИО11 по договору купли-продажи от 18.08.2023 по общей стоимости 21 300 000 руб. (л.д. 52-56, т.4).

Полагая, что спорные сделки являются цепочкой сделок, направленных на вывод имущества из конкурсной массы должника, охваченных единым экономическим умыслом, ответчики являются лицами, заинтересованными по отношению к должнику и перевод прав и обязанностей осуществлялся в целях сокрытия имущества, имущество отчуждено не по его рыночной цене, не доказан факт передачи денежных средств, считает, на момент совершения сделки уже имелись признаки неплатежеспособности должника, кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции указал, что спорные сделки не являются цепочкой сделок, охваченных единым умыслом и не составляют единую сделку, направленную на отчуждение имущества должника. Сделка между должником и ООО «ЮУРЦ» совершена на возмездной основе, оплата за сделку произведена по ее рыночной стоимости, что соответствует цене, определенной в отчете об оценке № 58-О-2016, подготовленном ООО «Агентство оценки «ЭСКОН», на который прямо ссылается сам заявитель, денежные средства приняты должником и задекларированы им в налоговом органе. Поскольку заявителем не предоставлено ни каких доказательств, опровергающих указанные выводы, само по себе указание заявителя на наличие заинтересованности покупателя имущества и должника не имеет юридического значения.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, исходил из того, что заявителем пропущен срок исковой давности, а также указал на отсутствие оснований для признания сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта.

Статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Закона о банкротстве предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Статья 61.2 Закона о банкротстве допускает возможность признания недействительными подозрительных сделок, совершенных при неравноценном встречном предоставлении, либо с причинением вреда кредиторам.

Разъяснения по порядку применения названных положений даны в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63  «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63). 

Согласно пункту 2 стать 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абзацах 3 - 5 данного пункта, в частности, в случае, если стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

Под неплатежеспособностью должника понимается прекращение последним исполнения части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пунктах 5 - 7 постановления Пленума № 63, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с  абзаца 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цельпричинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии разъяснениями, содержащимися в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», судам, в случае оспаривания подозрительной сделки надлежит проверять наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Оспариваемая сделка совершена 26.04.2016, производство по делу о банкротстве возбуждено 29.01.2019, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлено, что при рассмотрении спора о признании сделок недействительными в рамках настоящего дела, в определении суда от 11.07.2023, с учётом постановления суда апелляционной инстанции и постановления суда кассационной инстанции, ООО «Пульс Екатеринбург» оспаривало сделки, совершенные должником в преддверии банкротства 04.08.2016. Судами было указано, что заявителем – ООО «Пульс Екатеринбург» не доказан факт того, что должник находился в ненадлежащем финансовом состоянии и что у него уже имелись признаки банкротства. Ссылки заявителя на то, что уже рассматривался в суде спор относительно взыскания со ФИО1 денежных средств в пользу ПАО «Челябинвестбанк» судом оставлен без внимания, поскольку сам по себе факт наличия задолженности в пользу одного юридического лица, сам по себе не означает наличие признаков банкротства. Кроме того, следует отметить, что задолженность перед ПАО «Челябинвестбанк» была в последующем значительно погашена.

В рамках рассматриваемого спора заявителем в качестве доказательства совершения сделки с целью причинения вреда кредиторам также приводится довод о том, что на момент о совершения спорной сделки уже имелись претензии по погашению задолженности со стороны ООО «Урал Молоко» и ФИО1, как поручителя по договорам, и целью сделки был именно вывод имущества из конкурсной массы и не допущение реализации в пользу кредиторов, иных доказательств неплатежеспособности должника заявитель не приводит. Как было указано, такие же доводы заявитель приводил в отношении сделки, совершенной позже чем рассматриваемая.

При этом суд также принимает во внимание то обстоятельство, что денежные средства, поступившее от реализации спорного имущества, как указано ФИО1, были направлены им в счет погашения обязательств именно ООО «Урал Молоко», а также вложение средств в данное направление.

Таким образом, суд пришел к выводу, что на момент совершения оспариваемой сделки (26.04.2016) должник не отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Отклоняя доводы заявителя о том, что спорные сделки представляют собою единую сделку, охваченную единым умыслом на отчуждение имущества, являются мнимыми, совершенными лишь для вида, при том, что реальной целью сделок было сохранение имущества и вывод его из конкурсной массы, исходил из следующего.

Из материалов дела следует, что между первоначальной сделкой по отчуждению спорных объектов ООО «ЮУРЦ» и последующими сделками прошел значительный промежуток времени, а именно почти два года между первой и второй сделкой (апрель 2016 года и февраль 2018 года), что само по себе не свидетельствует о том, что стороны исходили из единого умысла на совершение обеих сделок. 

Также в материалы дела не предоставлено доказательств того, что цепочка сделок представляет собою и притворные сделки, совершенные с целью прикрыть реальную сделку передачи имущества иному приобретателю, либо на иных условиях.

В материалы дела не предоставлено доказательств того, что должник сохранил за собой контроль за спорными объектами, использовал их как-либо. Не представлено и доказательств того, что целью отчуждения объектов являлся их переход в собственность конечного покупателя ФИО9

На основании изложенного, суд заключил, что спорные сделки не связаны между собой как единая сделка, не охвачены ни единым умыслом, ни единой целью, совершались последовательно, независимо друг от друга.

Судом отмечено, что в данном случае с учётом положений ст. 61.1 Закона о банкротстве обжалованию в рамках дела о банкротстве подлежит только сделка между должником и ООО «ЮУРЦ», последующие сделки не являются сделками должника.

При этом, оценив сделку от 20.02.2018 между ООО «ЮУРЦ» и ФИО7, оснований для выводов о безвозмездности сделки либо ее нерыночности, не имеется.

 Объекты находились в собственности ответчика более полутора лет. Контроль над объектами недвижимости до момента перехода права собственности ФИО7 осуществляло ООО «ЮУРЦ», которое им владело, пользовалось и распоряжалось по своему усмотрению, о чем, в частности свидетельствует преобразование земельных участков, изменений их границ (с учетом границ охранных зон ОКН).

Сделка между должником и ООО «ЮУРЦ» совершена на возмездной основе, оплата за сделку произведена по ее рыночной стоимости, что соответствует цене, определенной в отчете об оценке № 58-О-2016, подготовленном ООО «Агентство оценки «ЭСКОН», денежные средства приняты должником и задекларированы им в налоговом органе.

Все последующие сделки по распоряжению уже преобразованными земельными участками совершались на протяжении длительного, разорванного во времени периода, лицами, которые заинтересованными лицами по отношению к ответчику не являются.

В материалах дела не имеется каких-либо доказательств, указывающих, что все последовательные сделки по отчуждению имущества охватываются единой противоправной целью, единым умыслом, что не позволяет расценить их как единую сделку, прикрывающую цепочку сделок, направленных на вывод имущества должника и причинение вреда его кредитором, а доводы апеллянта об ином, несостоятельны. 

Также суд указал, что заявитель имеет право на предъявление к последнему приобретателю виндикационного требования в порядке, разъясненном в п. 16 постановления Пленума № 63,  который подается вне рамок дела о банкротстве в порядке искового производства. Однако такое заявление кредитором не делалось, как следствие суд не рассматривает заявление ООО «Пульс Екатеринбург» по отношению к ФИО9 и требование о возврате объектов в конкурсную массу должника как заявление о виндикации имущества.

Учитывая, что заявителем не предоставлено доказательств, опровергающих указанные выводы, само по себе указание заявителя на наличие заинтересованности покупателя и должника в силу статьи 19 Закона о банкротстве не имеет юридического значения.

 

Оснований для признания спорных сделок недействительными по статьям 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом также не установлено.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 постановления № 63, пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания  сделки,  совершенной  должником-банкротом   в   целях     причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст. 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст. 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Вмененные сторонам сделок нарушения в полной мере укладываются в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае кредитором не представлено доказательств наличия в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, то есть отсутствуют основания для признания их недействительными по общегражданским нормам (статьи 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из представленной совокупности доказательств суду не представляется возможным сделать вывод о совершении спорных сделок исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника.

 

При рассмотрении настоящего обособленного спора суд пришел к выводу о пропуске срока исковой давности для подачи настоящего заявления.

ООО «ПУЛЬС Екатеринбург» приведены доводы о том, что течение срока исковой давности для оспаривания сделки для него как независимого кредитора началось с 15.12.2021, после того как финансовым управляющим в рамках поданного кредитором 19.10.2021 заявления об оспаривании его действий (бездействий) в том числе по мотиву непредставления в дело о банкротстве заключения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства должника, заключения о наличии оснований для оспаривания сделок должника 14.12.2021 соответствующие документы были представлены. 

Вместе с тем судом было установлено, что ФИО1 еще 28.01.2019 в рамках проверки обоснованности его заявления о банкротстве представил в материалы дела копию договора купли-продажи недвижимого имущества от 04.08.2016, требования ООО «ПУЛЬС Екатеринбург» были включены в реестр требований кредиторов должника определением от 15.05.2019, то есть уже с 16.05.2019 общество имело возможность ознакомиться с делом, узнать о сделке и основаниях для ее оспаривания, не взирая на финансового управляющего; 27.08.2019 финансовый управляющий сдал в суд заключения о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника от 20.08.2019, что следует из определения суда от 27.05.2022, принятого по жалобе на действия финансового управляющего, 14.12.2021 заключение было приобщено финансовым управляющим в дело повторно; 01.03.2021 представитель ООО «ПУЛЬС Екатеринбург» ФИО12 ознакомился с материалами основного дела о банкротстве, о чем сделана отметка на обложке тома № 1, 2, то есть видел представленный должником в дело договор, однако, право на оспаривание его в срок до марта 2022 г. кредитор не реализовал, подал заявление лишь 13.12.2022, со значительным пропуском срока исковой давности.

ФИО1 также указал, что копия оспариваемого договора была представлена им в материалы основного дела о банкротстве еще 28.01.2019 (т. 1 л.д. 98-104), финансовым управляющим в дело вместе с отчетом от 20.08.2019 была представлена выписка из ЕГРН, в которой отражены сведения о спорных объектах недвижимости и прекращение права собственности должника на них, 01.03.2021 представитель ООО «ПУЛЬС Екатеринбург» знакомился с делом, о чем свидетельствуют отметки на обложке тома дела. 

Суд признал доказанными доводы о пропуске срока давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Доводы подателя жалобы об ошибочности вывода суда о пропуске срока исковой давности отклоняются.

ООО «ПУЛЬС Екатеринбург» приведены доводы о том, что течение срока исковой давности для оспаривания сделки для него как независимого кредитора началось с 15.12.2021, после того как финансовым управляющим в рамках поданного кредитором 19.10.2021 заявления об оспаривании его действий (бездействий) в том числе по мотиву непредставления в дело о банкротстве заключения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства должника, заключения о наличии оснований для оспаривания сделок должника 14.12.2021 соответствующие документы были представлены. 

ФИО13 указано, что ФИО1 еще 28.01.2019 в рамках проверки обоснованности его заявления о банкротстве представил в материалы дела копию договора купли-продажи недвижимого имущества от 04.08.2016, требования ООО «ПУЛЬС Екатеринбург» были включены в реестр требований кредиторов должника определением от 15.05.2019, то есть уже с 16.05.2019 общество имело возможность ознакомиться с делом, узнать о сделке и основаниях для ее оспаривания, не взирая на финансового управляющего; 27.08.2019 финансовый управляющий сдал в суд заключения о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника от 20.08.2019, что следует из определения суда от 27.05.2022, принятого по жалобе на действия финансового управляющего, 14.12.2021 заключение было приобщено финансовым управляющим в дело повторно; 01.03.2021 представитель ООО «ПУЛЬС Екатеринбург» ФИО12 ознакомился с материалами основного дела о банкротстве, о чем сделана отметка на обложке тома № 1, 2, то есть видел представленный должником в дело договор, однако, право на оспаривание его в срок до марта 2022 г. кредитор не реализовал, подал заявление лишь 13.12.2022, со значительным пропуском срока исковой давности.

В определении Арбитражного суда Челябинской области от 28.08.2019 по делу № А76-42860/2018 содержатся сведения о предоставлении финансовым управляющим отчета от 20.08.2019, анализа финансового состояния должника.

Таким образом, срок исковой давности должен исчисляться с момента, когда конкурсный кредитор узнал или должен был узнать о наличии оснований для признания сделки недействительной. Исходя из вышеизложенного, о фактических обстоятельствах отчуждения имущества заявителю могло стать известно в 2019 году.

Согласно определению Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76-42860/2018 от 15.12.2022 конкурсный кредитор обратился в суд с заявлением о признании договора купли-продажи от 26.04.2016 - 13.12.2022, в картотеке сервиса «Электронное правосудие» заявление зарегистрировано 14.12.2022.

Таким образом, конкурсный кредитор пропустил срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске согласно статье 199 ГК РФ.

Таким образом, доводы подателя жалобы не опровергают установленные судом обстоятельства и не влияют на существо принятого судебного акта, поэтому не являются основанием для его отмены.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная инстанция не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 25.06.2024 по делу № А76-42860/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ПУЛЬС Екатеринбург» - без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          М.В. Ковалева

                                                                                     А.Г. Кожевникова