АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

Дело № А32-33103/2017

г. Краснодар

31 июля 2018 г.

Резолютивная часть решения объявлена 24 июля 2018 г.

Решение изготовлено в полном объеме 31 июля 2018 г.

 

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Тамахина А.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Адгамовой Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Краснодар» (ОГРН/ИНН: 

<

***>/

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Хоста» (ОГРН/ИНН: 

<

***>/

<

***>) 

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,

АО «Сочигоргаз» (ОГРН/ИНН: 

<

***>/

<

***>)

временного управляющего ООО «Хоста» ФИО1

о взыскании 55 387 753,46 руб.

 

при участии в заседании:

от истца: до перерыва: представитель ФИО2, дов. от 29.12.2017; после перерыва: представитель ФИО3, дов. от 29.12.2017;

от ответчика: до и после перерыва: представитель ФИО4, дов. от 29.05.2018;

от АО «Сочигоргаз»: до и после перерыва: представитель ФИО5, дов. от 03.04.2017;

от временного управляющего: до перерыва: представитель ФИО6, дов. от 10.07.2018; после перерыва: представитель не явилась. 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Краснодар» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Хоста» (далее - ответчик) о взыскании 54 966 239,39 руб. основного долга по оплате поставленного природного газа, 421 514,07 руб. пени за период с 26.05.2017 по 27.07.2017 (с учетом уточнения в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определением суда от 08.11.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «Сочигоргаз».

В судебном заседании представитель временного управляющего ООО «Хоста» ФИО1 заявила ходатайство о привлечении временного управляющего к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Ходатайство судом рассмотрено и удовлетворено с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 43 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Представитель временного управляющего пояснила, что знакома с обстоятельствами дела и представила письменный отзыв на исковое заявление, в связи с чем суд пришел к выводу об отсутствии необходимости отложения судебного разбирательства в связи с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица временного управляющего.

В судебном заседании представители истца и АО «Сочигоргаз» поддержали исковые требования в полном объеме, сообщили об отсутствии видеосъемки от 15.05.2017 проверки байпасной линии ответчика.

Представитель ответчика против удовлетворения исковых требований возражала по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Представитель временного управляющего против удовлетворения исковых требований возражала по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

В судебном заседании 17.07.2018 в порядке ст. 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 24.07.2018 до 14 час 00 мин, после чего судебное разбирательство было продолжено с участием представителей истца, ответчика и АО «Сочигоргаз».

После перерыва представитель временного управляющего в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом (расписка от 17.07.2018).

После перерыва представители истца и АО «Сочигоргаз» поддержали исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика заявила ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы в целях выяснения вопросов о том, производилось ли вмешательство в конфигурацию газового оборудования, а именно байпасной линии на спорном объекте, способе и дате такого вмешательства.

Представители истца и АО «Сочигоргаз» против удовлетворения ходатайства ответчика о назначении судебной экспертизы возражали, полагая, что ответчиком вынесены на разрешение эксперта вопросы об обстоятельствах, которые уже подтверждены материалами дела и не требуют экспертной оценки.

Суд, рассмотрев ходатайство ответчика о назначении судебной экспертизы, счел его не подлежащим удовлетворению, поскольку для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов не требуется специальных знаний, поставленные ответчиком на разрешение эксперта вопросы находятся в области правовой оценки обстоятельств дела и представленных доказательств. Кроме того, заявляя ходатайство о назначении экспертизы, ответчик не представил информацию из экспертных организаций о возможности проведения экспертизы, ее стоимости и сроках проведения, об экспертах, которым она может быть поручена.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) заключен договор поставки газа № 25-4-12421/17 от 19.10.2016, в соответствии с условиями которого поставщик принял на себя обязательство поставлять в период с 01.01.2017 по 31.12.2017, а покупатель - получать (отбирать) природный газ и оплачивать его стоимость в порядке и сроки, определенные договором.

Согласно п. 5.5.1. договора расчеты за поставленный газ производятся в соответствии с порядком, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 04.04.2000 № 294 (далее - постановление).

Согласно п. 3 постановления фактически потребленный в истекшем месяце природный газ с учетом средств, ранее внесенных потребителями в качестве оплаты за природный газ в расчетном периоде, оплачивается в срок до 25-го числа месяца, следующего за месяцем, за который осуществляется оплата.

Согласно п. 2.1.2. договора газоиспользующими объектами покупателя являются:

- котельная «Мамайка», 

<

...>;

- ТЭС № 1, 

<

...>.

В соответствии с п. 4.1 договора поставка и отбор газа без учета его объема не допускается.

В соответствии с п. 4.2 договора учет газа осуществляется по единому расчетному узлу учета газа. Узел учета газа (далее - УУГ) - комплект средств измерений (далее-СИ), технических систем и устройств с измерительными функциями, обеспечивающий учет количества газа, а также контроль и регистрацию его параметров.

В соответствии с п. 4.3 договора при неисправности или отсутствии УУГ покупателя количество поставляемого газа определяется по проектной мощности неопломбированного газоиспользующего оборудования (далее - ГИО) за все время, в течение которого подавался газ. Под неисправностью УУГ стороны понимают такое состояние, при котором любое входящее в него СИ не соответствует хотя бы одному из требований действующей нормативно-технической документации, включая требование о наличии действующего поверительного клейма. Кроме того, УУГ считается неисправным после истечения срока эксплуатации (службы) любого СИ, указанного в технической документации на данное СИ. Если иное не подтверждено, то период времени неисправности или отсутствия УУГ, в течение которого покупатель потреблял газ, определяется исходя из круглосуточного потребления, начиная с даты последней проверки УУГ поставщиком, а если таковая не проводилась, то с даты установки поставщиком пломбы на СИ УУГ, до даты возобновлении надлежащего учета.

В соответствии с п. 4.6 договора при выявлении факта несанкционированного вмешательства в работу или конструкцию СИ УУГ, а также отсутствия или нарушения целостности пломб поставщика на СИ и на закрытом запорном устройстве байпасной линии (обводном газопроводе) УУГ, расчет количества потребленного газа производится по проектной мощности установленного неопломбированного ГИО за период времени с момента установки пломбы поставщика и (или) последней проверки до момента устранения нарушения.

Согласно п. 4.7. договора каждая из сторон настоящего договора обязана обеспечить уполномоченным представителям другой стороны возможность проверки в любое время соблюдения условий эксплуатации, работоспособности и достоверности показаний каждого из средств измерений, входящих в состав УУГ и УУГ в целом, в том числе с использованием контрольно-измерительных приборов поставщика, а также комплектности документации на УУГ, документов об учете и использовании газа покупателем.

Управлением ФСБ России по Краснодарскому краю на имя генерального директора ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» было направлено обращение № 6/1122-27/3 от 14.05.2017г. о необходимости проведения проверки газопровода котельной «Мамайка», принадлежащей ООО «Хоста» и расположенной по адресу: 

<

...>, в связи с поступившей информацией о несанкционированном вмешательстве сотрудников ООО «Хоста» в газопровод и нарушения его целостности.

15.05.2017 комиссией в составе инженера по метрологии ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» ФИО7 и слесарей АО «Сочигоргаз» ФИО8, Колоса В.Н., ФИО9 проведена проверка котельной «Мамайка», расположенной по адресу 

<

...>.

По результатам проверки представителями истца и АО «Сочигоргаз» в присутствии представителей ответчика составлен акт от 15.05.2017.

Как следует из содержания акта от 15.05.2017, для проверки герметичности задвижки байпасной линии специалисты АО Сочигоргаз» сняли шаровый кран ДУ100 (байпас), в результате чего было установлено, что ручка задвижки в закрытом положении (как было опломбировано), а шар крана открыт; внутри установлена рассечка (паронитовая, с просверленными отверстиями разного диаметра). В 12:30 специалистами АО Сочигоргаз» установлена рассечка, произведена пломбировка байпаса. Котел КСВ-0,3 ВК-22 в работе (429,9 м3/ч), КГУ POWER GENERATION-1750 GQNB (503 м3/ч) - 2 шт. в работе, Водогрейный котел Термотехник ТТ100 (322,5 м3/ч) в работе. Согласно зафиксированному в акте выводу учет газа до 12:30 15 мая 2017 года следует осуществлять по п. 3.9 Правил учета газа РФ.

Указанный акт был подписан со стороны ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» инженером по метрологии 1 категории - ФИО7, со стороны АО «Сочигоргаз» слесарем 5 разряда - ФИО10, представители ООО «Хоста» от подписи отказались.

В связи с выявленным истцом в результате проведенной проверки 15.05.2017 фактом нарушения целостности байпасной линии расчет количества поставляемого газа произведен истцом на основании п. 3.9. Правил учета газа и абз. 3 п. 4.6 договора поставки газа, по мощности газоиспользующего оборудования с момента установки пломб поставщика на байпасной линии.

До 15.05.2017 последняя проверка поставщиком газа была осуществлена 06.09.2016, были установлены пломбы на байпасной линии, о чем был составлен соответствующий акт, подписанный как со стороны ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» инженером по метрологии 1 категории - ФИО7, так и со стороны ООО «Хоста» - начальником ГС - ФИО11

В результате истец рассчитал объем поставленного ответчику газа по мощности газоиспользующего оборудования за период с 06.09.2016 (с момента установки пломбы на байпасной линии) по 15.05.2017 (по момент выявления факта нарушения целостности байпасной линии), указанный объем был выставлен к оплате в мае 2017 года, за вычетом ранее учтенных узлом учета газа объемов в соответствии с распечатками УУГ.

Суммарная мощность газоиспользующего оборудования ответчика составляет 1 758,400 м3/час, что зафиксировано актом от 15.05.2017.

Итого в мае 2017 года ответчику выставлено к оплате 7 590,017 тыс. куб.м., в том числе 7 385,714 тыс. куб.м. по котельной «Мамайка» и 204,303 тыс. куб.м. по ТЭС № 1 (объем по ТЭС № 1 не является спорным).

Детальный расчет объема поставленного газа в отношении котельной «Мамайка» за период с 06.09.2016 по 15.05.2017 приведен в приложении № 3 к акту о количестве поданного-принятого газа в мае 2017 года.

Согласно условиям договора поставки газа, а также п. 28 постановления Правительства РФ от 05.02.1998 № 162 «Об утверждении Правил поставки газа в Российской Федерации» объемы газа, выбранные (поставленные) за месяц, оформляются месячными актами о количестве поданного-принятого газа, подписанными сторонами. При разногласиях в количестве газа, представители сторон проводят совместные проверки. Стороне, несогласной с результатами проверки, необходимо отразить в акте свое особое мнение.

Согласно п. 4.20. договора указанные акты являются основанием для проведения покупателем окончательных расчетов с поставщиком за поставленный газ.

На основании изложенного в мае 2017 г. истец предъявил ответчику к оплате объем газа, составляющий 7 590,017 тыс. куб.м. на сумму 48 719 777,20 руб., включающий в себя объем газа за период с 06.09.2016 по 15.05.2017, определенный по мощности газоиспользующего оборудования за вычетом ранее учтенных узлом учета газа объемов.

Оплата объема газа, выставленного в мае 2017 г., ответчиком не произведена в связи с несогласием ответчика с фактом выявленного истцом нарушения.

Кроме того, в апреле 2017 г. истцом ответчику поставлено 955,663 тыс. куб.м. газа на общую сумму 6 122 875,32 руб.

Объем газа 324,311 тыс. куб.м. по котельной «Мамайка» за апрель 2017 г. учтен истцом (вычтен) при расчете объема потребленного газа за период с 06.09.2016 по 15.05.2017 по мощности газоиспользующего оборудования.

В июне 2017 г. истцом ответчику поставлено 680,277 тыс. куб.м. на общую сумму 4 387 270,57 руб.

Оплата объема газа, выставленного в апреле и июне 2017 г. ответчиком также не произведена в отсутствие возражений по указанному объему.

В счет оплаты задолженности за апрель 2017 г. ответчиком перечислено 3 628 210 руб., за май 2017 г. – 635 473,70 руб., в результате чего общий размер задолженности ответчика составил 54 966 239,39 руб.

Неисполнение ответчиком обязательства по оплате поставленного газа послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Принимая решение, суд руководствуется следующим.

В силу пункта 1 статьи 539 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. Порядок расчетов за энергию определяется законом, иными правовыми актами или соглашением сторон (статья 544 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отношения между поставщиками и покупателями газа, в том числе газотранспортными организациями и газораспределительными организациями, регулируются Правилами поставки газа в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 N 162 (далее - Правила поставки газа), а также Правилами учета газа, утвержденными приказом Минэнерго России от 30.12.2013 N 961 (далее - Правила учета газа).

Согласно пункту 2.10 Правил учета газа при приеме-передаче газа его объем измеряется средствами измерений и (или) техническими системами и устройствами с измерительными функциями, определенными проектной документацией на объекты транспортировки, хранения и (или) потребления.

При отсутствии либо неисправности средств измерений и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями у потребителя количество поданного газа поставщиком или газораспределительной организацией определяется по проектной мощности газопотребляющих объектов исходя из времени, в течение которого подавался газ в период отсутствия либо неисправности средств измерения и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями (пункт 3.9 Правил учета газа).

В пункте 21 Правил поставки газа установлено, что поставка и отбор газа без учета его объема не допускаются.

В соответствии с пунктами 22 и 23 Правил поставки газа учет объема газа, передаваемого покупателю, производится контрольно-измерительными приборами стороны, передающей газ, и оформляется документом, подписанным сторонами по форме и в сроки, указанные в договоре поставки газа. При неисправности или отсутствии контрольно-измерительных приборов у передающей стороны объем переданного газа учитывается по контрольно-измерительным приборам принимающей газ стороны, а при их отсутствии или неисправности - по объему потребления газа, соответствующему проектной мощности неопломбированных газопотребляющих установок и времени, в течение которого подавался газ в период неисправности приборов, или иным методом, предусмотренным договором.

Как указано выше, 15.05.2017 в результате проведенной представителями истца и АО «Сочигоргаз» проверки на объекте ответчика – котельная «Мамайка» по адресу 

<

...>, выявлен факт несанкционированного (неучтенного) потребления газа через байпасную линию, минуя прибор учета газа, выразившийся в нарушении целостности байпасной линии: при опломбированной ручке задвижки байпасной линии в закрытом положении шар крана находится в открытом положении, внутри байпасной линии установлена паронитовая рассечка с просверленными отверстиями разного диаметра.

По результатам проверки представителями истца и АО «Сочигоргаз» составлен акт от 15.05.2017 в присутствии представителей ответчика, которые от подписания акта отказались.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик оспаривал процедуру проведения проверки, указывал на то, что проверка проводилась в отсутствие уполномоченного представителя потребителя, при этом непосредственно байпасная линия проверена и разобрана в отсутствие кого-либо из работников потребителя.

В целях проверки доводов ответчика и выяснения фактических обстоятельств проверки, проведенной 15.05.2017, судом были допрошены в качестве свидетелей инженер по метрологии ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» ФИО7, слесари АО «Сочигоргаз» ФИО8, ФИО12, бывший начальник ТЭС-2 «Мамайка» ФИО13, слесарь-ремонтник ТЭС-2 «Мамайка» ФИО14 и начальник газовой службы ООО «Хоста» ФИО11

 

ФИО7, ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар», инженер по метрологии 1 категории, обязанности – проверка работоспособности узлов учета газа, опломбировка узлов учета газа, высшее образование, теплогазоснабжение и вентиляция. ФИО7 пояснил, что 15.05.2017 получил распоряжение от своего непосредственного начальника ФИО15 проверять крупных потребителей газа на предмет работоспособности узла учета газа и проверки байпасов на герметичность. На вопрос суда о причине проведения проверки ООО «Хоста» ФИО7 пояснил, что насколько он помнит, причиной являлась какая-то информация из прокуратуры. ФИО7 выехал проверять ООО «Хоста» вместе со специалистами АО «Сочигоргаз» ФИО8, ФИО16 и Колос. На вопрос суда о том, почему Колос не был указан в акте проверки, ФИО7 пояснил, что согласно форме акта достаточно указать двух людей. ФИО7 выехал на объект вместе с ними, на их машине. Вместе со слесарями АО «Сочигоргаз» ФИО7 прибыл к котельной «Мамайка». Это стратегически важный объект, вырабатывает электроэнергию для города, поэтому проверяющие долго не могли туда попасть. Котельная находится на огороженной территории, есть КПП, действует пропускной режим. На КПП проверяющие предъявили служебные удостоверения, озвучили цель проверки, проверяющих долго не пускали, согласовывали их пропуск на закрытую территорию, далее к ним вышел начальник котельной ФИО13, которого ФИО7 знает, т.к. ФИО7 неоднократно был на объекте, проводил проверки и брал распечатки узла учета газа. ФИО13 долго звонил кому-то, согласовывал пропуск проверяющих на закрытую территорию, 30-40 минут проверяющие не могли попасть на территорию. После того, как проверяющих запустили, они прошли на территорию и поднялись наверх к узлу учета газа. Узел учета газа находится наверху, в котельной. Сначала проверяющие визуально осмотрели узел учета газа, никаких действий вначале не делали, после чего сообщили ФИО13, что хотят проверить байпас на герметичность, на что ФИО13 сказал, что у них круглосуточно работают газогенераторы, в связи с чем проверяющие не смогут эту проверку осуществить. На вопрос суда о том, что значит проверить байпас на герметичность, ФИО7 пояснил, что байпас – это обводная линия газового счетчика. В случае неисправности узла учета, можно через байпас использовать газ, минуя счетчик, без учета. На вопрос суда о том, входит ли проверка байпаса в стандартные действия, который совершает ФИО7 при проверке узлов учета, ФИО7 ответил, что нет, потому что межрегионгаз – это поставщик газа и у него нет допуска на проведение таких работ, а эта проверка была совместной с горгазом и она была первая. Обычно ФИО7 осматривает узел учета, проверяет давление, температуру, наличие пломб, просит снять распечатку посуточно, часовую и все. В этом случае были сотрудники горгаза, это была совместная проверка. Когда проверяющие сообщили ФИО13 о необходимости остановки байпасной линии, ФИО13 сказал, что это сложно и что он будет звонить, после чего он звонил, согласовывал отключение машин, делал несколько звонков, говорил кому-то по телефону, что проверяющие хотят остановить машины, в связи с чем проверяющие еще 20-30 минут ожидали. Потом, как понял ФИО7, ФИО13 кто-то дал команду, что можно останавливать, после чего ФИО13 перезвонил кому-то и сказал по телефону: «пойди, останови генераторы». После того, как генераторы остановили, расход остановился, счетчик перестал вращаться, после чего проверяющие начали проверять байпас на герметичность, для чего перекрыли задвижки, открыли свечу, однако, газ шел, т.е. получается, что байпас был не герметичен. На вопрос суда о том, что значит, открыли свечу, ФИО7 пояснил, что есть продувочные свечи, газопровод продувается. Участок газопровода можно закрыть с одной стороны и с другой, т.е. изолировать определенный участок газопровода. Есть продувочная свеча – на фильтре, на счетчике, перед оборудованием, т.е. для того, чтобы безаварийно запустить оборудование продувают, чтобы не было газовоздушной смеси, чтобы был только газ. ФИО8 открыл свечу, она шипит и шипит. Когда определенный участок газопровода перекрывается, то газ из свечи должен быстро выйти и остановиться, а в этом случае газ не прекращался. Тогда проверяющие назад закрыли свечу, закрыли задвижку до узла и начали разбирать байпасную линию. Когда сотрудники горгаза байпасную линию раскручивали, обнаружили то, что отражено в акте. При этом пломбы на байпасной линии (3 шт.) были целы. Это первое, на что обращается внимание при проведении проверки. Когда разобрали задвижку, перед задвижкой байпаса была встроена паронитовая прокладка с отверстиями. Теоретически прокладка должна быть с большим отверстием и устанавливается, чтобы не было утечки газа, два фланца соединяются такой прокладкой. Но есть паронитовые глухие, т.е. без отверстий, для того, чтобы газ не проходил. А выявленная прокладка была ни такая, ни такая. На вопрос суда о том, какая должна была быть прокладка в байпасной линии, ФИО7 сообщил, что, по его мнению, в байпасной линии должна была быть глухая задвижка. ФИО7 пояснил, что ручка шарового крана была установлена поперек, а сам шар был открыт. Это позволяет газу свободно перемещаться по обводной линии. Кроме того, даже если ручку крана повернуть в открытое положение, все равно шар до конца не закрывается, остается щель размером в сантиметр, т.е. что-то с этой задвижкой было не так. На вопрос суда о том, является это вмешательством в байпасную линию, ФИО7 пояснил, что, по его мнению, с этим краном что-то делали, потому что ФИО7 такого нигде не встречал, чтобы и паронитовая прокладка с отверстиями была установлена, и кран, чтобы и в открытом, и в закрытом положении имел щель. А при имеющемся у потребителя давлении этой щели достаточно, чтобы запустить машины и они будут работать. На вопрос суда о том, присутствовал ли при проведении проверки кто-либо из сотрудников потребителя кроме ФИО13, ФИО7 пояснил, что вместе с ФИО13 был один его подчиненный, которому ФИО13 давал указания, ФИО7 не знает этого человека. Кроме того, после того, как проверяющие разобрали байпасную линию и обнаружили нарушение, ФИО13 звонил кому-то и говорил, «приезжайте», после чего через 15-20 минут приехали еще 2 человека – начальник газовой службы ФИО11, которого ФИО7 знает, т.к. вместе с ним ранее уже проводил проверки спорного объекта. Вместе с ФИО11 приехал еще один человек, которого ФИО7 не знает. По всей видимости, это был руководитель, потому что он на всех ругался и кричал, на своих сотрудников и на проверяющих. Видно, что была субординация, что этот человек выше по должности. На вопрос суда о том, присутствовал ли ФИО13 постоянно при проведении проверки, отходил ли ФИО13 для выключения генераторов, ФИО7 пояснил, что ФИО13 присутствовал все время, задавал вопросы, проверка проводилась в полном контакте с ФИО13, проверка не может проводиться в отсутствие представителей. Как пояснил ФИО7, для отключения генераторов ФИО13 позвонил своему работнику и сказал «иди отключай». Генераторы в другом здании находятся. Предварительно ФИО13 созванивался и согласовывал отключение генераторов, говорил по телефону, что «горгаз и межрегионгаз хотят проверить байпас на герметичность, для чего нужно остановить машины». Т.е. ФИО13 все время находился в месте проведения проверки, отключать генераторы не отходил, все вопросы решал по телефону. Проверяющие дождались, когда счетчик остановится и после этого начали проводить проверку. После проведения проверки горгаз поставил металлическую заглушку в газопровод, горгаз поставил свою пломбу, межрегионгаз поставил свои пломбы. Металлическая заглушка с момента ее установки препятствует потреблению газа через обводную линию, поскольку шаровый кран газ не держал при любом положении.

На вопрос суда о том, была при проведении конфликтная ситуация, ФИО7 пояснил, что нет, проверка проходила в обычном режиме, конфликтная ситуация возникла, когда руководитель приехал, кричал на ФИО13 и так далее. Акт был составлен в двух экземплярах, один экземпляр акта был оставлен потребителю. При этом представители потребителя от подписания акта отказались, это очень частая ситуация, когда выявляется какое-либо нарушение, потребители отказываются от подписания акта.

На вопрос суда о том, приглашаются ли в случае отказа потребителя от подписания акта незаинтересованные лица (свидетели), ФИО7 пояснил, что такой практики нет. 

На вопрос представителя ответчика, кому конкретно вручался акт, ФИО7 не смог точно вспомнить, пояснил, что акт был вручен либо ФИО11, либо ФИО13, кому-то из них.

На вопрос представителя ответчика о том, что исходя из пояснений ФИО13, он отходил для отключения машин, которые находятся в соседнем помещении, точно ли помнит ФИО7, что Панчишных никуда не отлучался, ФИО7 пояснил, что не помнит, чтобы ФИО13 куда-то отходил, кроме того, начальник котельной никогда не пойдет самостоятельно котлы отключать, начальник никогда этого не делает, это работники делают, ФИО13 позвонил.

На вопрос представителя ответчика о том, почему в акте не отражено, что пломбы были в сохранности, ФИО7 пояснил, что если бы пломбы были нарушены, об этом было бы указано в акте.

На вопрос представителя ответчика о том, как такое возможно, что пломбы были в сохранности, при этом имело место вмешательство, ФИО7 пояснил, что это означает, что вмешательство было до установки пломб.

На вопрос представителя ответчика о том, зачем тогда устанавливались пломбы, факт чего они фиксировали, ФИО7 пояснил, что там установлено 3 пломбы. Одна пломба – на ручке была установлена ранее, до того, как ФИО7 пломбировал задвижку, она препятствовала повороту ручки, а за несколько месяцев до выявления нарушения, ФИО7 дополнительно устанавливал пломбы на фланцах. До установки пломб на фланцах можно было фланцы открутить, достать задвижку, что угодно с ней сделать и поставить на место. В сентябре 2016 г. ФИО7 была проведена дополнительная пломбировка фланцев – были засверлены болты, чтобы не было возможности снять задвижку. Получается, что выявленное нарушение имело место до даты установки пломб на фланцах.

На вопрос представителя ответчика о том, когда ФИО7 делал дополнительную опломбировку в сентябре 2016 г., проверил ли он, что по байпасной линии не идет газ, ФИО7 пояснил, что в тот момент был без специалистов, которые имеют допуск для выполнения таких работ. Кроме того, не было соответствующей задачи перед ФИО7 поставлено, при этом те действия, которые входят в компетенцию ФИО7 при проведении проверки, им были выполнены в полном объеме. ФИО7 пояснил, что дополнительная пломбировка была произведена, чтобы не было возможности снять задвижку, внести какие-либо изменения, поставить другую и так далее.

На вопрос представителя истца о том, в каком положении находился кран и был ли он опломбирован по состоянию на 6 сентября 2016 г., ФИО7 пояснил, что кран находился в закрытом положении и был опломбирован в закрытом положении.

На вопрос представителя истца о том, были ли у ФИО7 6 сентября 2016 г. основания предположить, что несмотря на то, что кран находится в закрытом положении, через байпасную линию проходит газ, ФИО7 ответил, что визуально таких оснований не было.

На вопрос представителя истца о том, правильно он понимает, что опломбирование фланцев с двух сторон производится для того, чтобы нельзя было вытащить кран и поставить вместо него трубу, через которую будет проходить газ, ФИО7 ответил утвердительно. 

На вопрос представителя истца о том, правильно он понимает, что опломбирование фланцев с двух сторон не допускает изъятия этого крана, а то, что ручка повернута в закрытое положение, это уже подтверждает то, что газ не идет, ФИО7 ответил утвердительно.

На вопрос представителя истца о том, проверял ли ФИО7 герметичность байпаса 6 сентября 2016 г., останавливал ли машины, ФИО7 пояснил, что герметичность байпаса 6 сентября 2016 г. не проверялась, т.к. он не смог бы этого сделать, т.к. был без специалистов горгаза.

На вопрос представителя истца о том, правильно он понимает, что 6 сентября 2016 г. байпасную линию не проверили, поэтому не установили факт нарушения герметичности байпаса, ФИО7 ответил утвердительно.

На вопрос представителя АО «Горгаз» о том, правильно он понимает, что вмешательство в байпасную линию имело место до 6 сентября 2016 г., ФИО7 ответил утвердительно.

 

ФИО8, АО «Сочигоргаз», водитель-слесарь, образование среднее, школа и учебный комбинат по газовому хозяйству. Задание о проверке ФИО8 получил от старшего мастера, получил телефон ФИО7, заехал за ФИО7, ФИО7 ФИО8 первый раз тогда увидел, у ФИО7 был список объектов на проверку, начали с ООО «Хоста». Задание было проверять байпасные линии на предмет герметичности кранового узла всех потребителей, которые были в списке, в том числе ООО «Хоста». Вместе с ФИО8 были Колос и ФИО16, который в настоящее время уволился. По приезду на котельную 30-40 минут проверяющих не пускали на территорию, ожидали в машине команду, потом поступила команда, что их пускают, они заехали во двор. Далее проверяющие направились к узлу учета и визуально осмотрели сектор учета котельной. Необходимо было поставить рассечку и проверить на герметичность байпасную линию. Чтобы убедиться в герметичности кранового узла байпасной линии необходимо было остановить машины, о чем было сообщено начальнику котельной, который присутствовал при проведении проверки. О том, что при проведении проверки присутствует начальник котельной, ФИО8 было известно со слов ФИО7. Начальник котельной присутствовал с проверяющими, долго звонил по телефону, 20-30 минут проверяющим не давали остановить генераторы. После остановки генераторов проверяющие опрессовали линию (выпустили газ), байпасная линия была визуально закрыта, установили, что кран не держит. Кран шаровый визуально стоял поперек, т.е. был закрыт. Затем проверяющие перекрыли расход после сектора учета, но сбросить давление не получилось. Было принято решение разбирать кран, после чего проверяющие увидели, что шаровый кран открыт, при этом стоит дросселирующая шайба. Пломбы (3 штуки) все были на месте. ФИО8 был на объекте первый раз, никого из представителей потребителя не знал. Начальник котельной потом позвонил и еще два руководителя приехали, которых свидетель также не знает. Начальник котельной находился во время проверки вместе с проверяющими постоянно, никуда не отлучался. Для того, чтобы остановить машины начальник котельной позвонил кому-то, потому что в аварийном порядке нельзя останавливать машины, т.к. может что-то сломаться, сгореть. Сначала начальник котельной звонил своему руководству, которое дало разрешение остановить машины, после остановки машин проверяющие разобрали крановый узел байпасной линии. Сначала проверили пломбы, пломбы были целые. Рычаг крана был якобы в закрытом положении – поперек газопровода. После того, как сняли крановый узел, открутив 16 болтов, откинули шаровый кран, выявили, что кран открыт, стоит дросселирующая шайба. 

На вопрос суда о том, что такое дросселирующая шайба и для чего она устанавливается, свидетель пояснил, что если в байпасной линии поставить простую прокладку, то через счетчик газ не пойдет, а весь пойдет через байпасную линию, т.к. в счетчике будет иметься сопротивление, а через байпасную линию сопротивления не будет, и тогда будет сразу наглядно, что что-то не так – котельная работает, а счетчик стоит. Дросселирующая шайба необходима для того, чтобы создать торможение, т.е. чтобы газ через нее проходил, но не в полном объеме, чтобы через счетчик тоже что-то поступало, иначе счетчик встанет, не будет крутиться, т.е. все пойдет по байпасной линии, а по основной трубе ничего не пойдет. Это необходимо, чтобы не было явных признаков того, что газ идет в обход. Обычно такая прокладная является полой, без внутреннего заполнения. Таких прокладок, как была выявлена в данном случае у потребителя, не бывает. 

На вопрос суда о том, свидетельствуют ли обстоятельства проверки о вмешательстве в шаровый кран или это была неисправность крана, свидетель пояснил, что если бы кран сломался, то он бы болтался. Когда проверяющие попытались этот кран закрыть (т.е. перевести рычаг крана в визуально открытое положение), ручка уперлась и целиком закрыть кран не удалось. После проверки была поставлена и опломбирована стальная рассечка. 

На вопрос представителя ответчика о том, каким образом при ненарушенных пломбах и при закрытом положении крана, которое оставалось прежним и в момент установки пломб и в момент проведения проверки, могло произойти то, что внутри байпасной линии была установлена такая прокладка, непроизводственная, самодельная, т.е. в производстве таких прокладок быть не может, т.е. она специально изготовлена в целях хищения газа, как она могла была установлена, свидетель пояснил, что это могло было быть сделано до опломбировки. 

На вопрос представителя ответчика о том, проводится ли проверка кранового узла перед установкой пломб, осматривается ли узел на предмет наличия нарушений, свидетель пояснил, что он при установке пломб не присутствовал, установка пломб производилась сотрудниками межрегионгаза, у которого отсутствует допуск на проведение газоопасных работ. Т.е. на момент опломбировки сотрудники межрегионгаза могли проверить только то, что визуально шаровый кран закрыт. 

На вопрос представителя ответчика о том, отлучался ли ФИО13 во время проведения проверки, отходил ли он отключать машинное отделение, свидетель пояснил, что Панчишных не отходил, и даже если бы он теоретически отходил, то без его команды проверяющие не стали бы производить какие-либо действия. Т.е. даже если бы он отошел выключить машины и потом подошел сказать, что можно работать, только тогда проверяющие приступают к работе. Разборка байпасной линии производилась в присутствии начальника котельной. 

На вопрос представителя ответчика о том, составлялся ли акт и вручался он представителям потребителя, свидетель пояснил, что акт составлял ФИО7, но представители потребителя от подписания акта отказались.

 

ФИО12, АО «Сочигоргаз», слесарь, образование среднее, закончил учебный комбинат. Колос пояснил, что в этот день была плановая проверка, проверялись совместно с межрегионгазом все котельные на герметичность байпаса в соответствии с графиком межрегионгаза. В этот день по плану было ООО «Хоста». Колос вместе с ФИО8, ФИО16, ФИО7 подъехали к воротам ООО «Хоста», объяснили охране причину приезда – проверка линии байпаса, 30 минут ожидали, пока охранник нашел начальника котельной, после чего проверяющих пропустили, они прошли на территорию, где их встретил начальник котельной. Начальник котельной командовал по телефону, так как надо было отключать котлы. Проверяющие поднялись в узел учета газа, ФИО8 и ФИО7 перекрыли основную задвижку подачи газа, выявили, что кран не держит, дали команду на разбор крана. Перед тем как проверить все на герметичность перекрывается основная задвижка, в результате чего автоматически отрубятся котлы, т.е. котлы надо было выключить, о чем было сообщено начальнику котельной. Начальник котельной позвонил кому-то, прошло около 15 мин, котлы были остановлены и проверяющие начали заниматься проверкой на герметичность. Начальник котельной во время проведения проверки не отлучался, находился постоянно рядом. Всегда без исключения при проведении проверки находится представитель, без участия представителя не производятся работы. В данном случае все манипуляции делались в присутствии начальника котельной, т.е. в данном случае не было исключения. Когда разобрали кран, увидели, что ручка крана находится в закрытом состоянии, а кран – в открытом, плюс просверленная дроссельная шайба (рассечка). Отверстия высверливаются для того, чтобы газ пропускался, но не большим потоком, чтобы сдерживал немного, чтобы через узел учета поступало, допустим, процентов 70, а 30 процентов проходило через байпасную линию, т.к. если бы шайба была полой, то весь газ шел бы через нее. Такие прокладки обычно в байпасных линиях не стоят, а стоят обычные прокладки как шайба, круг без внутреннего наполнения, пустые, они играют роль прокладки. А в данном случае прокладка играет роль, сдерживающую газ, чтобы не весь шел газ через байпасную линию. Такую прокладку Колос видел в первый раз, т.к. это не заводская прокладка, а изготовлена специально для торможения газа. Она была установлена намеренно, она другую функцию не выполняет, только сдерживающую функцию. В данном случае шаровый кран был опломбирован в закрытом положении, но при этом оставался открытым. Когда кран попытались открыть, т.е. повернули его параллельно трубе в визуально открытое положение, шар крана закрылся, но тоже не полностью. Колос считает, что в данном случае имеются все признаки вмешательства: одновременно наличие рассечки, и неисправность крана. После завершения проверки был составлен акт, однако, потребитель от подписания акта отказался. На место проведения проверки после ее завершения приехали двое мужчин, руководители по отношению к начальнику котельной. Произошла ссора между ними и начальником котельной, они сказали, что ничего подписывать не будут.

 

ФИО13, образование высшее политехническое, на момент проведения проверки являлся начальником ТЭС-2 «Мамайка», работал в этой должности с 15.01.2017 по 01.08.2017, после чего уволился. В настоящее время работает в ООО «Стройуниверсал» в должности инженера-теплотехника. 15.05.2017 перед обедом по распоряжению руководства ФИО13 были допущены на территорию ТЭС-2 «Мамайка» ФИО7 и еще несколько человек с ним с конкретно поставленной задачей, как они сказали, – установка заглушки на байпасной линии. ФИО13 встретил проверяющих на проходной и по распоряжению директора запустил их на территорию станции, потому что туда никого нельзя было пускать, т.к. это закрытое предприятие, они зашли на территорию с конкретной задачей - поставить заглушку, директор дал команду – запустить их, чтобы они устанавливали заглушку. Со слов ФИО13, он к газу отношения не имеет, за это отвечает ФИО11 – начальник газовой службы. Далее ФИО13 вместе с проверяющими прошли в котельную-цех, навстречу шел слесарь Каракай. ФИО13 поручил Каракаю показать проверяющим, где это находится, а сам пошел к себе в кабинет заниматься работой. Минут через 5-7 Каракай пришел в кабинет к ФИО13 и сообщил, что проверяющие не могут остановить байпасную линию, надо останавливать машины. ФИО13 поднялся наверх, спросил, в чем дело, на что проверяющие пояснили, что надо останавливать байпасную линию. ФИО13 лично пошел к машинисту (оператору), для чего спустился вниз, вышел на территорию, там отдельно стоящее здание, сказал машинисту, что надо остановить машины и котел. Это заняло 20-30 минут. В течение этого времени Панчишных находился в операторской и ходил в машинный зал, где машины стоят, и в котельную – посмотрел, как там котел. ФИО13 пояснил, что пока машинист останавливал машины, ФИО13 был с проверяющими. После этого ФИО13 припомнил, что было не так, как он сказал первоначально, а было так: пока Панчишных находился с машинистом, ФИО13 позвонил или крикнул сверху ФИО7 и сообщил, что они начали разбирать байпасную линию и увидели, что там все вверх ногами, т.е. пропускает кран. После этого ФИО13 поднялся наверх и ему показали всю картину.

На вопрос суда о том, как проверяющие могли приступить к разборке байпаса, ведь ФИО13 пошел отключать машинную линию, в связи с чем им необходимо было дождаться возвращения ФИО13 и получить команду о том, что машины остановлены, можно разбирать байпас, ФИО13 пояснил, что в котельной вроде бы стало тихо, все остановилось, поэтому проверяющие приступили к работе, по его мнению, так и было. Насколько помнит ФИО13, ему позвонили, после чего он поднялся, но уже все было разобрано – кран разобран. Проверяющие объяснили и продемонстрировали ФИО13, что кран находится в закрытом положении, при этом шар – в открытом.

На вопрос суда о том, где в это время находился Каракай, ФИО13 пояснил, что Каракай ушел оттуда сразу. На вопрос суда о том, почему Каракай ушел, ведь ФИО13 ему поручил присутствовать вместе с проверяющими, ФИО13 пояснил, что Каракаю там делать нечего, никому в голову не могло прийти, что в байпасной линии что-то может быть, т.к. там было все опломбировано. После этого ФИО13 позвонил генеральному директору ФИО18 и техническому директору Узуняну, которые очень быстро туда приехали, через 20 минут уже были на месте. Сначала ФИО18 подъехал с ФИО11, а потом уже приехал Узунян. После этого ФИО13 стоял в стороне и смотрел. 

На вопрос суда о том, с какой конкретно целью, по сведениям ФИО13, прибыли проверяющие, ФИО13 пояснил, что они прибыли с целью установки заглушки на байпасной линии. На вопрос суда о том, для чего необходимо было ставить заглушку, ФИО13 пояснил, чтобы газ не проходил, даже если кран открыт или закрыт.

На вопрос суда о том, была ли ранее установлена на байпасной линии заглушка и проверяющие приехали заменить заглушку, или они приехали поставить ее впервые, ФИО13 пояснил, что он не знает точно, т.к. это газовое хозяйство, но у них стояла там заглушка, т.к. хвост этой заглушки торчал, было видно, что она стоит, а что там внутри никто не знает. Панчишных не знает, пришли ли проверяющие ставить новую заглушку или менять старую. 

На вопрос суда о том, что из себя эта заглушка представляет, ФИО13 пояснил, что это паронит, такой материал, состоит из асбеста, резины и т.д. На вопрос суда о том, что заглушка с отверстиями так и должна выглядеть, ФИО13 пояснил, что он такую первый раз в жизни видел, обычно если ставится заглушка (рассечка), то она сплошняком ставится, а если прокладка, то внутри круглое отверстие. 

На вопрос суда о том, когда ФИО13 ушел в операторскую останавливать машины, должен ли он был потом вернуться к проверяющим, чтобы сообщить им о том, что машины остановлены, ФИО13 пояснил, что не знает, думал, что работают они и пусть работают.

На утверждение суда о том, что ФИО13 после отключения машин не торопился вернуться к проверяющим и дать команду на проведение работ и присутствовать при этом, ФИО13 ответил утвердительно. 

На вопрос суда о том, допускает ли ФИО13, что представители межрегионгаза и горгаза могли в одиночку проводить какие-то работы и это является нормальным, ФИО13 пояснил, что у него своей работы было много, а проверяющие приехали работать на чужом (газовом) оборудовании и отвлекать ФИО13 от своей работы и тем более команда директора была запустить и поставить эту рассечку.

На вопрос суда о том, кто в организации отвечает за газ, ФИО13 пояснил, что ФИО11 и газовая служба. 

На вопрос суда о том, как считает ФИО13, были совершены ФИО7 и другими присутствовавшими при проведении проверки лицами какие-либо неправомерные действия, ФИО13 пояснил, что им нужно было приехать, взять начальника газовой службы или мастера газовой службы и работать с ними, а не лезть самостоятельно. Каракай не является мастером газовой службы, а просто слесарь-ремонтник котельного оборудования, но не по газу. ФИО13 пояснил, что несмотря на то, что газовое оборудование, узел учета газа находится на территории ТЭС-2 «Мамайка», лично ФИО13 за это оборудование не отвечает, поскольку за это ответственна газовая служба. На вопрос истца о том, кто конкретно дал команду пропустить проверяющих на территорию ТЭС, ФИО13 ответил, что команду дал лично директор ФИО18.

 

ФИО14, слесарь-ремонтник котельного оборудования, работает в настоящее время в ООО «Хоста». Каракай пояснил, что по приходу представителей межрегионгаза и сочигоргаза ФИО13 попросил поприсутствовать с проверяющими наверху около распределительного крана, потому что они должны были там поставить рассечку. Каракай поднялся вместе с ними наверх на 2-й этаж, проверяющие начали делать обход в течение 5-10 минут, потом один из мастеров сказал, что нужно остановить машины для того, чтобы поставить рассечку, т.к. невозможно это сделать при работающих машинах. После этого Каракай спустился вниз в кабинет к ФИО13 и доложил ему, что проверяющим нужно остановить машины. После этого ФИО13 вышел из кабинета и поднялся наверх к проверяющим, после чего Каракай больше туда не поднимался, поскольку начальник лично пошел наверх к проверяющим, в связи с чем Каракаю сообщить суду больше особо нечего. Через определенное время Каракай услышал, что наверху пошли какие-то разговоры о том, что там что-то нашли, что-то обнаружили. 

 

ФИО11, на момент проверки являлся начальником газовой службы, на момент допроса - главный инженер газовой службы ООО «Хоста», образование высшее, специальность инженер-электрик. ФИО11 пояснил, что утром 15.05.2017 ему позвонил метролог межрегионгаза ФИО7 и попросил, чтобы его допустили на узел учета ТЭС-2 «Мамайка» для того, чтобы установить заглушку после крана на байпасной линии, т.е. обводной линии. Слово «проверка» ФИО7 не произносил. ФИО11 сказал ФИО7, что ни позволить, ни запретить ФИО7 не может, это прерогатива руководителя предприятия и что ФИО7 необходимо обратиться к руководителю предприятия. После этого прошло достаточно много времени, ближе к обеду, ФИО11 позвонил генеральный директор предприятия ФИО18 и сказал, что нужно ехать на узел учета, т.к. метролог обнаружил какую-то утечку. Бывает не плотность затворов в запорной арматуре, что-то еще, это определяется несложно. ФИО11 подумал, что это что-то с этим было связано. Пока ФИО11 вместе с директором ехали на объект, директор спросил у ФИО11, что там может быть, на что ФИО11 пояснил директору, что может кран пропускать в силу того, что он не совершенен. Когда приехали и поднялись на узел учета с директором, ФИО11 увидел, что там был метролог ФИО7 и несколько человек из горгаза. ФИО7 показал ФИО11 вывернутый из соосного положения кран байпасной линии и сказал ФИО11, что кран открыт, шаровой затвор открыт, т.е. через кран проходит газ, при этом ручка крана в положении «закрыто», а также сообщил, что там установлена заглушка с отверстиями. Как считает ФИО11, ФИО7 вполне квалифицированный работник газового хозяйства и, как правило, по узлам учета ООО «Хоста» приезжает именно ФИО7. ФИО11 объяснил ФИО7, что заглушек не бывает паронитовых в природе вообще, на среднем давлении, да и вообще в газовом хозяйстве заглушки все металлические, а то, что там стояло, ФИО11 не знает, работники ООО «Хоста» это ставили или проверяющие привезли с собой и поставили. ФИО11 думал, что там стоит прокладка обычная паронитовая для уплотнения фланцевого соединения газопровода. На вопрос суда о том, думал ли ФИО11, что заглушки там нет в принципе, ФИО11 пояснил, что заглушки там не должно быть в принципе. ФИО11 пояснил, что узел учета состоит из двух линий: мерная линия, на которой установлены все приборы для измерения количества газа и обводная линия – байпас. В том случае, если что-то случилось на мерной линии, ее достаточно закрыть в начале и в конце, а перед этим открыть байпасную линию и оборудование можно даже не останавливать, т.е. если мерная линия открыта, но на ней что-то случилось, в начале и в конце на мерной линии стоит кран, достаточно при этом на обводной линии открыть кран, а потом на мерной линии закрыть кран в начале и в конце, оборудование будет работать через обводную линию, а на мерной линии можно выполнять необходимые работы. Но межрегионгаз в силу своей заинтересованности, предполагая, что кто-то может попытаться осуществлять хищение газа, стремится предотвратить любое движение газа по обводной линии, для чего межрегионгаз настаивает на том, чтобы на обводной линии была установлена заглушка, т.е. чтобы при любом положении крана не могло через обводную линию, кроме мерной линии проходить никакое количество газа. Это идет в разрез с технологией самого узла учета, но это устраивает межрегионгаз, который является монополистом, в связи с чем ООО «Хоста» выполняет все его требования. В том случае, если что-то случилось, для того, чтобы открыть байпасную линию, необходимо вызывать представителей межрегионгаза, т.к. все, что возможно они пломбируют, и для того, чтобы что-то открыть, всегда нужно вызывать их представителя и после его прибытия можно что-то открыть.

На вопрос суда о том, был ли ФИО11 уведомлен о проводимых представителями межрегионгаза работах, т.к. ему ФИО7 было сообщено о необходимости установки заглушки, ФИО11 пояснил, что по этому вопросу он переадресовал ФИО7 к своему руководству и до тех пор, пока ФИО11 не вызвал руководитель, ФИО11 не знал, делают ли представители межрегионгаза какие-то работы или нет.

На вопрос суда о том, почему ФИО11, зная, что специалистам межрегионгаза необходимо выполнять работы по установке заглушки на байпасе, не направил специалистов газовой службы на объект, чтобы провести работы под их контролем, ФИО11 пояснил, что такого нет, что специалисты газовой службы с утра сидят и ждут звонка, т.к. предварительно накануне работа расписана. И если заранее накануне не было предупреждения о том, что необходимо выполнять какие-то работы Зубенко может перекроить график работы, но не сразу, поэтому, когда ФИО11 разговаривал с ФИО7 по поводу установки заглушки, ФИО11 спросил у ФИО7, почему именно в день проверки ФИО7 звонит, потому что если бы ФИО7 позвонил вчера, то ФИО11 на сегодня запланировал бы работы, на что ФИО7 сказал, что не нужно, у них есть специалисты горгаза, на что ФИО11 сказал ФИО7, что специалисты горгаза не имеют права там работать, это не их опасный производственный объект, на что ФИО7 сказал, что руководство межрегионгаза считает, что работы должны выполнить именно специалисты горгаза, в связи с чем ФИО11 сказал ФИО7, что в таком случае ФИО7 тем более необходимо обратиться к руководству и с ним решать. Т.е. ФИО11 накануне о проводимых работах не знал, а узнал только тогда, когда ему позвонил ФИО7 и попросил разрешение пропустить его на площадку. Поэтому до тех пор, пока ближе к обеду руководитель не вызвал ФИО11 и вместе с ним не поехал на объект, ФИО11 о проводимых работах не знал вообще.

На вопрос суда о том, что сказал ФИО11 директор ФИО18, когда вызвал его, ФИО11 пояснил, что ФИО18 сказал о том, что представители межрегионгаза обнаружили какую-то утечку.

На вопрос суда о том, получили ли представители межрегионгаза и горгаза разрешение на проведение работ от руководителя предприятия ФИО18, ФИО11 пояснил, что возможно, но ФИО11 об этом не известно. О том, что ФИО18 дал поручение ФИО13 пропустить на территорию представителей межрегионгаза и горгаза, ФИО11 также не известно.

На вопрос суда о том, что если бы ФИО18 сообщил ФИО11 о том, что он дал разрешение представителям межрегионгаза и горгаза произвести установку заглушки, то какие были бы действия ФИО11 в этом случае, ФИО11 пояснил, что в этом случае он бы лично прибыл на объект, т.к. является представителем предприятия в таких случаях. Кроме того, ФИО11 пояснил, что ни до, ни после 15.05.2017 с метрологом представители горгаза ранее никогда не приезжали, бывало так, что с отдела метрологии межрегионгаза несколько метрологов приезжали, однако, сторонних слесарей никогда на объекте не было. Когда нужно выполнить какие-либо слесарные работы ФИО11 обычно письменно уведомляет межрегионгаз и вместе с бригадой своих слесарей выполняет работы, при этом метролог присутствует при выполнении работ. Как пояснил свидетель, в данном случае, когда позвонил ФИО7, ФИО11 предложил ему перенести установку заглушки на другое время, когда у ФИО11 будет возможность, т.к. он не может сейчас из Адлера перенаправить людей на Мамайку. ФИО7 настаивал на том, что работы должны производить слесари горгаза. Тем более, что ФИО11 перенаправил ФИО7 к руководителю, который довольно суровый начальник и знал, что делал. Поэтому ФИО11 не знал, делают ли сотрудники межрегионгаза и горгаза что-то или не делают, до тех пор, пока ФИО18 не вызвал ФИО11 и вместе они не поехали на объект. При этом ФИО11 даже не представлял, что там могло такое случиться.

Когда ФИО11 явился на место, он увидел, что на двух болтах из соосного положения вывернут кран из фланцевого соединения и ФИО7 показывал ФИО11 кусок паронита с отверстиями и говорил, что они обнаружили, что там стояла такая вот заглушка паронитовая с отверстиями специальными, на что ФИО11 сказал ФИО7, что там заглушка такая в принципе не могла стоять, т.к. байпас не предназначен для того, чтобы там стояла заглушка, т.к. тогда теряется смысл байпаса, а, во-вторых, ФИО11 сказал ФИО7, что откуда ФИО11 знает, это тут стояло или ФИО7 с собой привез, на что ФИО7 пояснил, что это было обнаружено, когда разобрали кран, на что ФИО11 сказал, что это было в отсутствие ФИО11.

ФИО11 пояснил, что прокладки бывают разного изготовления, заводского – это просто концентрическая шайба, имеющая наружный диаметр и внутренний диаметр отверстия. Для удобства, когда делают самодельные прокладки, то у них вырубают еще так называемый «хвостовик», с помощью которого можно менять положение прокладки, устанавливать, центрировать и т.д. В случае с прокладкой заводского изготовления это сделать сложно. Это значит, что была паронитовая прокладка и для того, чтобы ее было удобнее ставить, на ней сделали хвостовик. А рядом специалистами межрегионгаза и горгаза в тот же день была установлена стальная заглушка, которая по форме как прокладка, но без отверстия в середине и у нее тоже есть хвостовик. Что касается заглушек, то к ним специально применяются требования, т.е. если ставится листовая заглушка, то у нее должен быть хвостовик, на котором нанесены диаметр условного прохода (ДУ) и условное давление (ПУ). Эту заглушку представители межрегионгаза и горгаза установили уже в конце, когда кран поставили на место, поставили эту заглушку, которую они хотели ставить.

На вопрос суда о том, что из себя представляет спорная прокладка с отверстиями, ФИО11 пояснил, что это самодельная прокладка. На вопрос суда о том, допускается ли установка таких прокладок, ФИО11 пояснил, что допускается, не допускаются только определенные материалы. В данном случае это прокладка паронитовая для уплотнения фланцевого соединения, заглушки с фланцев. В данном случае у прокладки с отверстиями хвостовика нет, т.е. она просто стоит на привальной плоскости. 

На вопрос суда о том, является ли такая прокладка с отверстиями стандартной, ФИО11 пояснил, что нет, это самодельная прокладка, но он не знает, откуда она там взялась. Но в настоящем случае это прокладка, где кто-то поленился вырубать ее по контуру и просто у слесаря были под рукой просечки полдюймовые, он нашлепал отверстия, чтобы через эту прокладку шел газ. 

На вопрос суда о том, возможно ли такое, ведь прокладка должна быть полая, ФИО11 пояснил, что это нормально, ничего особенного здесь нет. В данном случае расход газа через эти отверстия предостаточно большой для того, чтобы все оборудование за этой прокладкой работало на полную мощность. Так что разницы никакой нет между обычной прокладкой и цельной прокладкой с отверстиями.

На вопрос суда о том, считает ли ФИО11, что этой прокладки там не было, ФИО11 пояснил, что она с равной долей вероятности могла бы там быть, или там могла быть нормальная прокладка, а вместо нее показали вот эту. 

На вопрос суда о том, считает ли ФИО11, что представители межрегионгаза и горгаза могли какие-то умышленные действия совершить, ФИО11 пояснил, что он предполагает, что могли: могли имевшуюся прокладку положить в карман, а эту установить сюда с целью устроить некое шоу с обвинительным уклоном.

На вопрос суда о том, демонстрировался ли сотрудниками межрегионгаза и горгаза ФИО11 кран, который был опломбирован в закрытом положении, но при этом был открыт, ФИО11 пояснил, что это ему продемонстрировали в неопломбированном виде, т.е. ему сказали, что есть кран и на нем ручка в одном положении, а шаровой затвор - в противоположном положении, но в это время никаких пломб на нем не было и никто не говорил, что пломбы нарушены или еще что-то.

На вопрос истца о том, видел ли ФИО11, что ручка крана находится в закрытом положении, при этом шар крана - в открытом, т.е. могла бы проходить подача газа к оборудованию, если использовался кран, ФИО11 ответил утвердительно, при этом еще раз пояснил, что никаких пломб на кране в этот момент уже не было.

На вопрос истца о том, поступает ли газ в этом положении крана и при наличии прокладки с двумя диаметрами, и при наличии спорной прокладки с отверстиями, ФИО11 ответил утвердительно, так как там заглушки не было. При этом ФИО11 пояснил, что с момента первого пуска газа через узел учета байпасная линия никогда не открывалась, ООО «Хоста» никогда не писало заявление об открытии байпасной линии. В байпасной линии был всегда закрытый кран и газ через него не шел, т.е. эта вся система была опломбирована.

На вопрос истца о том, откуда ФИО11 знает, что газ через байпасную линию не шел, ФИО11 пояснил, что это проверялось, когда устанавливали байпасную линию, проверка плотности затворов производилась методом изменения давления: для этого нет необходимости разбирать кран на байпасной линии, поскольку для этого существуют другие краны и другие приборы. 

В связи с показаниями свидетеля ФИО11, представитель истца пояснил, что на момент проведения проверки кран был опломбирован, ручка была в закрытом положении, при этом шар был развернут, т.е. существовала возможность потребления газа, при этом в кране стояла либо паронитовая прокладка с отверстиями либо пустая прокладка, при этом стальной заглушки в байпасной линии еще не было, получается, в любом случае при открытом шаровом кране была возможность потребления газа либо через пустую прокладку либо через прокладку с отверстиями, следовательно, потребление газа идет и через узел учета и через байпас, при этом, как пояснил ранее ФИО11, этих отверстий достаточно для того, чтобы запитать оборудование; когда проверяющие пришли, они установили, что ручка крана закрыта, при этом повернут кран, т.е. получается, что потребление газа через узел учета и через байпас шло примерно одинаково; после того, как была установлена стальная заглушка, потребление газа на узле увеличилось примерно на 25 %.

Представитель истца пояснил, что ручка повернута, это зафиксировано и фотоматериалами, там видно, что пломба есть на ручке, ручка в закрытом положении, шаровый кран открыт, т.е. есть потребление газа, остановки оборудования не было, потреблялось все время, получается, что газ проходил через открытый шаровый кран сквозь отверстия в паронитовой прокладке, которые позволяли узлу учета какую-то часть газа принимать на себя, т.к. через голую трубу легче пройти газу, чем через узел учета со всеми крыльчатками, в связи с чем при подаче газа и на узле учета, и в обводной линии имелось потребление, что занижало потребление газа примерно на 25 % согласно имеющимся у истца распечаткам суточных объемов.

На вопрос представителя АО «Горгаз» о том, где обычно устанавливают стальную заглушку, ФИО11 пояснил, что обычно ставят после запорной арматуры.

На вопрос представителя АО «Горгаз» о том, почему представители горгаза не смогли поставить заглушку, ФИО11 пояснил потому, что согласно схемному решению это невозможно в принципе без остановки машин.

На вопрос представителя АО «Горгаз» о том, возможно ли установить заглушку, не отключая газ, ФИО11 ответил, что не возможно.

Представитель АО «Горгаз» пояснил, что возможно, поскольку заглушка ставится после шарового крана, следовательно, перекрыв шаровый кран, возможно установить заглушку, таким образом, приостановка подачи газа была обусловлена тем, что шаровый кран байпасной линии не держал при закрытом положении, в связи с чем невозможно было установить заглушку без остановки подачи газа. 

ФИО11 пояснил, что со слов ФИО7 и со слов генерального директора ООО «Хоста» договоренность была такая, что сотрудники горгаза установят заглушку, не отключая оборудования, однако, в таком положении, когда оборудование работает, установить заглушку невозможно. ФИО11 пояснил, что поскольку была договоренность, что заглушка будет установлена без отключения оборудования, ФИО11 о ней не знал, т.е. если бы он об этом знал, он бы сразу сказал, что заглушку установить в этом месте, не отключая оборудование, невозможно, потому что кран на основной линии открыт, под давлением подается газ и это же давление приходит на фланцевое соединение байпасной линии с обратной стороны.

На вопрос представителя АО «Горгаз» о том, считает ли ФИО11, что паронитовую прокладку с отверстиями установили работники межрегионгаза или горгаза, ФИО11 пояснил, что он этого не утверждает и не отрицает, это мог сделать кто угодно.

На вопрос представителя ответчика о том, была ли разница между целью визита представителей межрегионгаза и горгаза и тем, что они фактически делали, ФИО11 пояснил, что если бы он знал, какие работы представители собираются выполнять, присутствие ФИО11 являлось бы обязательным. 

На вопрос представителя ответчика о том, как происходит опломбирование байпасной линии, что проверяется при этом, ФИО11 пояснил, что перед тем, как наносится пломба, проверяется положение и работоспособность крана.

 

По правилам частей 1 и 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном названным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа (часть 1 статьи 74 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу частей 1 - 3 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела. Свидетель обязан по вызову арбитражного суда явиться в суд. Свидетель обязан сообщить арбитражному суду сведения по существу рассматриваемого дела, которые известны ему лично, и ответить на дополнительные вопросы арбитражного суда и лиц, участвующих в деле.

Согласно части 3 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетель сообщает известные ему сведения устно. По предложению суда свидетель может изложить показания, данные устно, в письменной форме. Показания свидетеля, изложенные в письменной форме, приобщаются к материалам дела.

По правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 N 12505/11).

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, том числе, письменные доказательства, фотоматериалы, показания свидетелей, объяснения лиц, участвующих в деле во взаимной связи и в совокупности, суд приходит к выводу о доказанности истцом наличия факта потребления ответчиком газа в период с 06.09.2016 по 15.05.2017 в обход узла учета газа и правомерности определения объема поставленного ответчику газа за указанный период расчетным способом по мощности газоиспользующего оборудования.

 

Как пояснили в судебном заседании представители истца и АО «Сочигоргаз», байпас представляется собой обводной газопровод с собственными отключающими устройствами, который позволяет производить ремонт основной линии без остановки подачи газа. То есть при необходимости снятия счетчика газа для проведения поверки, ремонта или замены открывается задвижка, установленная на байпасной линии, и подача газа на газопотребляющее оборудование не прекращается. В связи с тем, что котельная осуществляет поставку теплоносителя (отопление, горячая вода) социально значимой категории потребителей (население, детские сады школы и т.д.) потребление газа для выработки теплоносителя должно быть бесперебойным. Таким образом, байпасная линия, предусмотренная на данной котельной, является технологически необходимой частью измерительного комплекса. При нормальной работе измерительного комплекса задвижка на байпасной линии должна находиться в закрытом положении, для исключения несанкционированного (неучтенного) потребления газа.

Как следует из материалов дела, в данном случае на момент проведения проверки при опломбированной ручке шарового крана байпасной линии в закрытом положении шар крана находился в открытом положении при этом внутри байпасной линии была установлена паронитовая прокладка, выполненная из цельного куска паронита, с заполненным внутренним пространством и просверленными отверстиями разного диаметра, позволяющая части поступающего газа проходить через байпасную линию в обход узла учета газа.

Выявленный факт является нарушением пункта 1.8 Правил учета газа, утвержденных Приказом Минэнерго России от 30.12.2013 № 961 (далее - Правила № 961), которым предусмотрено, что средства измерений и (или) технические системы и устройства с измерительными функциями должны быть защищены от несанкционированного вмешательства.

Под несанкционированным вмешательство в работу прибора учета газа согласно Методическим рекомендациям по расчету ущерба от несанкционированных подключений к сетям газораспределения и газопотребления и несанкционированных вмешательств в работу приборов учета газа, утвержденными приказом Министерства энергетики РФ от 18.12.2015 № 975 (далее - Правила № 975) понимается несанкционированное внесение изменений в настройку и/или конструкцию прибора учета газа, умышленное повреждение прибора учета газа, не позволяющее производить достоверный учет потребленного газа, а также несанкционированное нарушение пломб прибора учета газа.

Несанкционированное подключение - это подключение к сети газораспределения и/или газопотребления технологических и/или технических устройств, трубопроводов, гибких подводок, газоиспользующего оборудования, осуществленное при нарушении целостности газопроводов и/или технических устройств сети газораспределения и/или газопотребления с нарушением установленного порядка подключения (пункт 3.12 Правила № 975).

Допрошенные в качестве свидетелей работник истца ФИО7 и работники АО «Сочигоргаз» ФИО8 и ФИО12, непосредственно проводившие проверку, являющиеся одновременно специалистами в области газового хозяйства, подтвердили все обстоятельства, зафиксированные в акте проверки от 15.05.2017, при этом однозначно пояснили, что при описанной в предыдущем абзаце конфигурации газового оборудования: открытом шаровом кране и наличии цельной паронитовой прокладки с отверстиями, часть поступающего в котельную газа проходит через байпасную линию в обход узла учета газа в объеме, достаточном для работы генераторов. Указанные свидетели также подтвердили, что такого рода прокладка установлена в байпасной линии намеренно, поскольку она позволяет сдерживать определенный объем газа, для того, чтобы через байпасную линию шел не весь объем газа, а только его часть, чтобы исключить подозрения у поставщика газа. Кроме того, свидетели также подтвердили, что при любом положении ручки крана байпасной линии (и в открытом, и в закрытом до упора) оставалось отверстие около сантиметра, размер которого с учетом имеющегося у потребителя давления газа является достаточным для того, чтобы запустить генераторы. Свидетели однозначно пояснили, что в данном случае имеются признаки вмешательства в работу байпасной линии, направленное на потребление определенного количества газа в обход узла учета.

Допрошенный в качестве свидетеля начальник газовой службы ответчика ФИО11 также подтвердил, что при наличии цельной паронитовой прокладки с отверстиями в байпасной линии при условии открытого шарового крана объема поступающего газа в таком случае будет достаточно для работы генераторов.

Таким образом, потребление газа осуществлялось ответчиком через байпасную линию, минуя прибор учета газа, т.е. в отсутствие средств измерения.

В постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2018 по делу № А70-15055/2017 выявленный в ходе проверки факт подача газа в обход узла учета газа через открытую байпасную линию признан несанкционированным вмешательством в работу узла учета газа с учетом положений Правил № 961 и Правил № 975.

В постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2018 по делу № А50-30429/2017 на основании информации, полученной от государственного регионального центра стандартизации, метрологии и испытаний, сделан вывод о том, что факт открытия крана байпасной линии влияет на объем измеряемого газа напрямую, поскольку в этом случае, значительная часть его будет проходить через байпасную линию, в этом случае УУГ не будет фиксировать достоверные объемы газа, пройденные к объектам газопотребления.

В постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2018 по делу № А32-19650/2016 сделан вывод о том, что при выявлении факта несанкционированного вмешательства в работу или конструкцию СИ УУГ, а также отсутствия или нарушения целостности пломб поставщика на СИ и на закрытом запорном устройстве байпасной линии (обводном газпроводе) УУГ, расчет количества потребленного газа производится по проектной мощности установленного неопломбированного ГИО за период времени с момента установки пломбы поставщика и (или) последней проверки до момента устранения нарушения.

Таким образом, фактические обстоятельства дела и сложившаяся судебная практика свидетельствуют о том, что факт подача газа в обход узла учета газа через открытую байпасную линию является несанкционированным вмешательством в работу узла учета газа, в связи с чем объем потребленного газа в данном случае должен определяться исходя из мощности газоиспользующего оборудования.

Как видно из материалов дела, 06.09.2016 поставщиком газа была осуществлена проверка, в ходе которой были установлены дополнительные пломбы на байпасной линии, а именно к ранее опломбированной ручке шарового крана байпасной линии дополнительно опломбированы фланцевые соединения шарового крана, о чем был составлен соответствующий акт, подписанный со стороны ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» инженером по метрологии 1 категории - ФИО7 и со стороны ООО «Хоста» - начальником ГС - ФИО11

Таким образом, дополнительная опломбировка фланцев запорного устройства (задвижки) байпасной линии 06.09.2016 исключала возможность вмешательства после указанной даты, поскольку, как установлено судом, факт нарушения пломб, установленных 06.09.2016, при проведении проверки 15.05.2017 выявлен не был.

Наличие на момент проверки ненарушенных пломб, установленных 06.09.2016, свидетельствует о том, что вмешательство в задвижку байпасной линии имело место до этого момента.

Довод ответчика о том, что в акте проверки не было зафиксировано нарушение целостности или отсутствие пломб, при этом, задвижка на байпасной линии находилась в закрытом положении с установкой трех пломб, судом отклоняется. Как видно из материалов дела, ни одно лицо, участвующее в деле, не оспаривает того факта, что целостность пломб нарушена не была и ручка задвижки находилась на момент проверки в закрытом положении. При этом обстоятельства дела свидетельствуют о том, что при нахождении ручки задвижки в закрытом положении фактически шаровый кран был в открытом положении, о чем был составлен соответствующий акт. Указанное положение крана позволяло безучетно потреблять поставляемый газ в обход узла учета газа. В данном случае целостность пломб значения не имеет, поскольку опломбировка фланцевых соединений 06.09.2016, фактически зафиксировала существовавшее на дату проведения проверки 06.09.2016 положение, следовательно, вмешательство имело место до 06.09.2016.

Исходя из смысла п. 4.6 договора, расчет количества потребленного газа производится по проектной мощности ГИО как в случае выявления факта несанкционированного вмешательства в работу или конструкцию байпасной линии, так и в случае отсутствия или нарушения целостности пломб поставщика на закрытом запорном устройстве байпасной линии.

При этом в первом случае не имеет значения факт наличия на запорном устройстве байпасной линии ненарушенных пломб поставщика, поскольку вмешательство в работу или конструкцию байпасной линии является самостоятельным основанием для вывода о безучетном потреблении газа.

Поскольку в рассматриваемом случае выявлено вмешательство в байпасную линию, позволяющее потребителю отбирать газ в обход узла учета, то не имеет значения наличие на запорном устройстве байпасной линии ненарушенных пломб поставщика, равно как и наличие или отсутствие вины потребителя, поскольку ввиду возложения законодателем обязанности по обеспечению содержания и надлежащей эксплуатации имущества на его собственника именно он ответственен за состояние используемого газового оборудования.

Более того, как показал в ходе допроса свидетель начальник газовой службы ответчика ФИО11, сторонних слесарей на объекте никогда не было, с момента первого пуска газа через узел учета байпасная линия никогда не открывалась.

Таким образом, показания ФИО11, с учетом того, что объект ответчика является режимным, охраняемым, свидетельствуют о том, что вмешательство в байпасную линию имело место работниками ООО «Хоста», поскольку ранее сторонними слесарями байпасная линия не разбиралась, тем более, что сторонних слесарей на объекте никогда не было.

Таким образом, даже при отсутствии нарушения пломб поставщика газа установленный в ходе проверки факт вмешательства в работу байпасной линии свидетельствует о ненадлежащем исполнении ответчиком обязательств по обеспечению целостности и сохранности байпасной линии.

Аналогичные выводы изложены в постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 19.04.2017 по делу № А33-11503/2015 и постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 20.04.2015 по делу № А72-12838/2013.

Довод ответчика о том, что проведение проверки 06.09.2016 предполагало проверку байпасной линии на герметичность перед установкой пломб судом отклоняется. Как установлено судом, истец является поставщиком газа и не имеет соответствующих допусков для выполнения газоопасных работ, в связи с чем на момент проведения проверки 06.09.2016 проверка байпасной линии на герметичность не производилась.

При этом АО «Сочигоргаз» является специализированной организацией, имеющей право на проведение газоопасных и иных работ на газопроводе и оборудовании. Одним из признаков указанного статуса является наличие в организации аттестованных квалифицированных специалистов (слесарей), имеющих право на осуществление работ на взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектах I, II и III классов опасности.

Таким образом, ввиду отсутствия у истца аттестованных квалифицированных специалистов (слесарей), имеющих право на осуществление работ на взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектах, истец не вправе был самостоятельно проводить какие-либо работы на байпасной линии 06.09.2016, в том числе проводить ее проверку.

Следовательно, вопреки доводам ответчика опломбировке фланцев запорного устройства (задвижки) байпасной линии 06.09.2016 не предшествовала проверка целостности байпасной линии.

Поэтому установка пломб 06.09.2016 на фланцах запорного устройства (задвижки) байпасной линии не свидетельствует о ее целостности на указанную дату.

Тот факт, что пломбы 06.09.2016 были установлены истцом без проведения проверки целостности байпасной линии не имеет значения, поскольку установка пломб является правом истца в соответствии с заключенным с ответчиком договором, при этом требований о том, что установке пломб обязательно должна предшествовать проверка герметичности байпасной линии действующее законодательство и договор не содержат.

Как следует из акта от 06.09.2016, пломбы на фланцах запорного устройства (задвижки) байпасной линии были установлены истцом в присутствии представителя ответчика ФИО11, при этом каких-либо возражений против установки пломб ФИО11 заявлено не было, акт подписан без замечаний.

Довод ответчика о том, что проверка 15.05.2017 проведена в отсутствие уполномоченного представителя потребителя, а надлежащим представителем являлся начальник газовой службы ФИО11, который при проведении проверки не присутствовал, несостоятелен.

Как установлено судом, в день проведения проверки истец уведомил ФИО11 о необходимости обеспечения доступа на территорию котельной для установки заглушки на байпасной линии.

Таким образом, ФИО11 было известно о намерении истца и третьего лица производить работы на байпасной линии котельной ответчика. При этом ФИО11 отказался присутствовать при выполнении этих работ, сославшись на формальные основания, переадресовав истца к генеральному директору общества.

В свою очередь, судом установлено, что генеральный директор ответчика согласовал истцу возможность выполнения работ, что подтверждается свидетельскими показаниями начальника ТЭС-2 «Мамайка» ФИО13, присутствовавшего при проведении проверки.

Как показал свидетель ФИО13, именно директор дал ему распоряжение запустить на территорию ТЭС-2 представителей межрегионгаза и горгаза для выполнения работ.

Таким образом, в данной ситуации ответчик был уведомлен о необходимости выполнения работ на байпасной линии в лице генерального директора, что соответствует действующему законодательству.

Следовательно, директор, будучи надлежащим образом уведомленным, определил лицо, уполномоченное представлять интересы общества, а именно поручил это ФИО13, а не ФИО11

В силу пункта 1 статьи 182 ГК РФ основанием возникновения полномочия на совершение одним лицом действий от имени другого лица является доверенность, указание закона либо акт уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления; полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.).

В соответствии со статьей 402 ГК РФ действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника.

Создавая или допуская создание обстановки, свидетельствующей о наличии полномочий у представителя, представляемый сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, при этом обстановка как основание представительства заменяет собой письменное уполномочие (доверенность).

В рассматриваемом случае полномочия ФИО13 явствовали из обстановки, поскольку именно ФИО13 директор поручил обеспечить доступ представителей истца и третьего лица на закрытую и охраняемую территорию ТЭС-2 «Мамайка», при этом именно ФИО13 являлся начальником ТЭС-2 «Мамайка», т.е. являлся главным должностным лицом на территории ТЭС-2 «Мамайка», в связи с чем обоснованно рассматривался работниками межрегионгаза и горгаза как уполномоченное лицо и надлежащий представитель.

Тот факт, что представление интересов общества было возложено генеральным директором на начальника ТЭС-2 «Мамайка» ФИО13, а не на начальника газовой службы ФИО11, является решением единоличного исполнительного органа общества и не лишает полномочий ФИО13

Факт отсутствия у ФИО13 специального образования в области газоснабжения и допусков для выполнения газоопасных работ не имеет значения, поскольку, как указано выше, явившиеся представители межрегионгаза и горгаза имели соответствующие образование и допуски. Кроме того, ФИО13 как представителю потребителя необходимо было лишь обеспечить доступ специалистам межрегионгаза и горгаза и присутствовать при выполнении работ, необходимость выполнения каких-либо газоопасных работ со стороны ФИО13 отсутствовала.

Суд отмечает, что из показаний ФИО13 следует, что он имеет высшее политехническое образование, что, по мнению суда, является достаточным для выполнения функции представителя при проведении технической проверки. Кроме того, из показаний ФИО13, следует, что в целом он понимает техническую сторону газового хозяйства ТЭС-2 «Мамайка», понимает, что такое байпасная линия, где она находится, для чего необходима, что такое заглушка, с какой целью она устанавливается, что байпасная линия была опломбирована, какого вида бывают прокладки в газопроводах, из какого материала изготавливаются и т.д.

Кроме того, для того, чтобы понять, что при опломбированной ручке шарового крана байпасной линии в закрытом положении шар крана находится в открытом положении при этом внутри байпасной линии установлена паронитовая прокладка, выполненная из цельного куска паронита, с заполненным внутренним пространством и просверленными отверстиями разного диаметра, позволяющая части поступающего газа проходить через байпасную линию в обход узла учета газа, не требуется наличие какого-либо специального образования, поскольку данные обстоятельства являются очевидными и были наглядно продемонстрированы ФИО13 представителями межрегионгаза и горгаза.

Суд критически оценивает показания ФИО13 о том, что запорное устройство (задвижка) байпасной линии было разобрано в его отсутствие.

Допрошенные судом в качестве свидетелей работник истца ФИО7 и работники АО «Сочигоргаз» ФИО8 и ФИО12, непосредственно проводившие проверку, дали непротиворечивые показания о том, что ФИО13 все время присутствовал в месте проведения проверки и никуда не отходил от проверяющих, все действия совершались в присутствии ФИО13, а отключение газоиспользующего оборудования производилось ФИО13 путем отдачи соответствующего распоряжения оператору котельной по телефону.

При этом суд отмечает, что показания ФИО13 являются противоречивыми и не подтверждены другими доказательствами: первоначально ФИО13 пояснил, что пока машинист останавливал машины, ФИО13 был с проверяющими, а после этого ФИО13 припомнил, что было не так, как он сказал первоначально, а было так: пока Панчишных находился внизу с машинистом, сверху ему позвонил или крикнул ФИО7 и сообщил, что они разобрали байпасную линию. Кроме того, Панчишных не смог точно вспомнить позвонил ли ему ФИО7 по телефону, когда обнаружил нарушение в байпасной линии, или крикнул.

Это дает суду основания полагать, что в силу субъективных или объективных причин ФИО13 не помнит достоверно, производилась ли разборка запорного устройства (задвижки) байпасной линии в присутствии ФИО13 или в его отсутствие.

При этом свидетели ФИО7, ФИО8 и ФИО12, являющиеся представителями двух различных организаций, однозначно и не противоречиво дали показания о том, что разборка запорного устройства (задвижки) байпасной линии производилась в присутствии ФИО13, который никуда не отлучался. При этом свидетели также пояснили, что начальник ТЭС никогда сам не отключает машины, для этого ему достаточно было позвонить оператору котельной, что и было сделано ФИО13

Показания свидетелей ФИО7, ФИО8 и Колоса В.Н. подтверждаются имеющейся в материалах дела фотографией, согласно которой ФИО13 присутствует при выполнении работ по разборке запорного устройства (задвижки) байпасной линии.

Представленное ответчиком письменное объяснение машиниста энергоблока ФИО17 не является допустимым доказательством по делу, поскольку объяснение дано на имя руководителя ответчика, при этом указанное лицо не предупреждалось судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и не давало соответствующую подписку.

Кроме того, даже если предположить, что разборка запорного устройства (задвижки) байпасной линии по какой-то причине производилась в отсутствие ФИО13, то в данном случае риск его отсутствия лежит исключительно на ответчике в лице ФИО13, поскольку, как установлено судом, представители межрегионгаза и горгаза сообщили ФИО13 о необходимости разборки байпасной линии, для чего необходимо остановить газопотребляющее оборудование. Таким образом, ФИО13 было известно о том, представители межрегионгаза и горгаза будут разбирать байпасную линию, в связи с чем отсутствовала необходимость ФИО13 отлучаться для того, чтобы лично отдать распоряжение об остановке машин.

Из показаний ФИО13 также следует, что после того, как он ушел в операторскую останавливать машины, он не торопился вернуться к представителям межрегионгаза и горгаза, чтобы сообщить о том, что машины остановлены, и дать команду на проведение работ, а лично пошел делать обход оборудования, при этом думал, что работают представители межрегионгаза и горгаза, и пусть работают, а также полагал, что представители межрегионгаза и горгаза могли в одиночку проводить какие-то работы и это является нормальным, поскольку у него (ФИО13) своих дел много, а проверяющие его только отвлекают.

При этом, как указано выше, ФИО13 понимал, что представители межрегионгаза и горгаза будут разбирать байпасную линию и при этом не посчитал необходимым присутствовать при этих работах.

Вместе с тем, представителями межрегионгаза и горгаза потребителю была обеспечена возможность присутствовать при выполнении работ на его оборудовании, тем более, что работы выполнялись на закрытой территории потребителя и присутствие представителя потребителя непосредственно при выполнении работ представителями межрегионгаза и горгаза зависело только от его воли.

Суд отмечает, что в ходе судебного разбирательства ответчик не выразил позицию о том, что конфигурация байпасной линии, при которой при нахождении ручки задвижки в закрытом положении, шар крана открыт, а внутри установлена паронитовая рассечка с просверленными отверстиями разного диаметра, возникла в результате преступных действий представителей межрегионгаза и горгаза.

Доказательства обращения в правоохранительные органы по факту совершения преступления ответчиком не представлены.

При этом допрошенный в качестве свидетеля ФИО13 посчитал, что неправомерность действий межрегионгаза и горгаза, по его мнению, заключалась лишь в том, что проверка проводилась в отсутствие специалиста газового хозяйства ООО «Хоста», т.е. ФИО13, непосредственно присутствовавший при проведении проверки, не обвиняет представителей межрегионгаза и горгаза, а ФИО11, на вопрос суда о том, считает ли он, что представители межрегионгаза и горгаза могли совершить какие-то умышленные действия, пояснил, что он предполагает, что они могли имевшуюся обычную прокладку изъять, а прокладку с отверстиями установить с целью последующего обвинения ответчика в хищении газа, а в дальнейшем, в ходе допроса, пояснил, что указанная прокладка с отверстиями с равной долей вероятности могла бы там быть, или там могла быть нормальная прокладка, а вместо нее показали эту.

При этом суд отмечает, что ФИО11 непосредственно при проведении проверки с самого ее начала не присутствовал, а подъехал позже, когда факт вмешательства уже был выявлен, в связи с чем его мнение о том, что прокладка с отверстиями могла быть установлена в результате неправомерных действий представителями межрегионгаза и горгаза не имеет каких-либо оснований.

Довод ответчика о том, что действия представителей межрегионгаза и горгаза на объекте ТЭС-2 «Мамайка» 15.05.2017 не соответствовали первоначальной цели, согласованной с руководителем ООО «Хоста», а именно: было заявлено о необходимости установки заглушки, а фактически проведена проверка, судом отклоняется, поскольку, как следует из свидетельских показаний ФИО7, ФИО8 и Колоса В.Н., заглушка устанавливается после запорного устройства (задвижки) байпасной линии по направлению движения газа, поэтому для того, чтобы установить заглушку на байпасной линии, необходимо было убедиться в том, что запорное устройство держит давление газа. Вместе с тем, установив, что запорное устройство давление газа не держит, представители межрегионгаза и горгаза произвели разборку запорного устройства байпасной линии, т.е. решение о проведении проверки могло быть принято представителями на месте, что не противоречит действующему законодательству, т.к. на месте присутствовал представитель потребителя, который согласовал отключение газа с директором общества.

Кроме того, как следует из материалов дела, на момент проведения проверки ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» располагало информацией Управления ФСБ России по Краснодарскому краю (письмо № 6/1122-27/3 от 14.05.2017г.) о несанкционированном вмешательстве сотрудников ООО «Хоста» в газопровод и нарушения его целостности.

Таким образом, проверка герметичности байпасной линии потребителя и установка заглушки была обусловлена, в том числе, информацией Управления ФСБ России по Краснодарскому краю, которая подтвердилась в ходе проведения работ.

Из показаний свидетелей ФИО7, ФИО8 и Колоса В.Н., следует, что они прибыли на объект ответчика именно с целью проведения проверки байпаса на герметичность, что не противоречит действующему законодательству и условиям договора.

Согласно п. 4.7. договора каждая из сторон настоящего договора обязана обеспечить уполномоченным представителям другой стороны возможность проверки в любое время соблюдения условий эксплуатации, работоспособности и достоверности показаний каждого из средств измерений, входящих в состав УУГ и УУГ в целом, в том числе с использованием контрольно-измерительных приборов поставщика, а также комплектности документации на УУГ, документов об учете и использовании газа покупателем. Объем работ, выполняемый при проверках: наличие и сохранность пломб, отсутствие утечек и т.д. указанный объем работ может изменяться в зависимости от состава УУГ и условий проведения проверки. В случае недопуска представителя поставщика, количество потребленного газа за отчетный период определяется поставщиком самостоятельно по проектной мощности газоиспользующего оборудования, исходя из его работы 24 часа в сутки.

Таким образом, условиями договора предусмотрена обязанность потребителя обеспечить доступ представителей поставщика газа на объект в любое время.

В данном случае, как установлено судом, допуск представителей поставщика газа был согласован генеральным директором общества.

Ссылка ответчика на п. 3.8. договора, в соответствии с которым сторонами согласовывается проведение планово-предупредительных работ и внеплановых работ, связанных с частичным или полным прекращением подачи газа, путем обмена уведомлениями за 30 дней – в случае планово-предупредительных работ и за 3 дня – в случае внеплановых работ, не имеет значения, поскольку генеральным директором ответчика было согласовано проведение работ. Кроме того, как установлено судом, ФИО13 как руководитель ТЭС-2 «Мамайка» произвел остановку газопотребляющего оборудования, т.е. фактические действия руководства общества и ТЭС-2 «Мамайка» свидетельствовали о том, что проведение работ согласовано, представители общества не отказались от остановки оборудования. В этой связи не имеет значения соблюдение истцом сроков, установленных п. 3.8 договора.

Довод ответчика о том, что АО «Сочигоргаз» не имело права осуществлять работы на газовых сетях самостоятельно, т.к. у него нет лицензии и соответствующего допуска к данным работам, судом отклоняется, поскольку АО «Сочигоргаз» является специализированной организацией, имеющей право на проведение газоопасных и иных работ на газопроводе и оборудовании, что подтверждается соответствующей бессрочной лицензией № ВХ-30-004516 от 16.12.2013г. на осуществление эксплуатации взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов I, II и III классов опасности и свидетельством о допуске к определенному виду или видам работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства № ГСС-06-149-02112009 от 10.03.2016г. В соответствии с Требованиями к регистрации объектов в государственном реестре опасных производственных объектов и ведению государственного реестра опасных производственных объектов, утвержденными Приказом Ростехнадзора от 25.11.2016 N 495, котельная относится к третьему классу опасности. Указанное обстоятельство послужило основанием для привлечения АО «Сочигоргаз» к проверке.

Ссылка ответчика на то, что акт от 15.05.2017 составлен представителями ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» и АО «Сочигоргаз» в одностороннем порядке не имеет значения, поскольку, как следует из содержания акта, он составлен непосредственно после завершения проверки и установки заглушки, в присутствии представителей ответчика, как присутствовавшего при проведении проверки начальника ТЭС-2 «Мамайка» ФИО13, так и прибывших позднее генерального директора ФИО18, технического директора ФИО19, начальника газовой службы ФИО11, которые отказались о подписания акта, что зафиксировано в акте. Указанное обстоятельство подтверждается свидетельскими показаниями проводивших проверку ФИО7, ФИО8 и Колоса В.Н. Тем самым представители ответчика лишили себя возможности сделать какие-либо замечания и пояснения в акте.

Ссылка ответчика на то, что отказ представителей потребителя от подписания акта от 15.05.2017 не зафиксирован двумя незаинтересованными лицами, несостоятельна, поскольку, во-первых, такая обязанность не предусмотрена каким-либо нормативно-правовым актом в области газоснабжения, а, во-вторых, как указано выше, проверка проводилась на особо охраняемом, опасном объекте, имеющем пропускной режим, разрешение на пропуск дает лично генеральный директор ФИО18, в связи с чем допуск на территорию каких-либо посторонних лиц не возможен. Кроме того, факт отказа представителей ответчика от подписания акта подтвержден свидетельскими показаниями ФИО7, ФИО8 и Колоса В.Н.

Отсутствие подписи представителя ответчика на акте не опровергает зафиксированные в акте обстоятельства.

Достоверность акта ответчиком не опровергнута.

К акту приложены фотографии, из которых следует, что происходит отбор газа в обход узла учета газа через открытую байпасную линию.

Относимость фотографий к проверке, проведенной на объекте ответчика 15.05.2017, не опровергнута.

Ссылка ответчика на отсутствие видеосъемки процесса разборки запорного устройства (задвижки) байпасной линии судом отклоняется, поскольку обязательная видеосъемка при проведении проверки каким-либо нормативно-правовым актом в области газоснабжения не предусмотрена.

При этом истцом и третьим лицом представлены фотоматериалы с места проведения проверки, позволяющие достоверно установить факт того, какие нарушения были выявлены, и факт того, что ФИО13 присутствовал при проведении проверки.

Суд также отмечает, что согласно представленному истцом анализу газопотребления котельной ТЭС-2 «Мамайка» с января 2016 г. по март 2018 г., после устранения нарушения, т.е. с июня 2017 г. наблюдается значительное увеличение объемов потребляемого газа от 20 % до 55 % в зависимости от месяца.

Поскольку материалами дела объективно подтверждается факт вмешательства в работу и конструкцию принадлежащей ответчику байпасной линии, в результате чего ответчик имел возможность производить отбор газа в обход узла учета, то расчет количества потребленного газа должен производится по проектной мощности установленного ГИО за период времени с момента установки пломбы поставщика и (или) последней проверки до момента устранения нарушения, как это предусмотрено п. 4.6 договора, п. 3.9 Правил учета газа, п. 23 Правил поставки газа.

Суммарная мощность газоиспользующего оборудования ответчика составляет 1 758,400 м3/час, что зафиксировано актом от 15.05.2017.

В результате истец рассчитал объем поставленного ответчику газа по мощности газоиспользующего оборудования за период с 06.09.2016 (с момента установки пломб на байпасной линии) по 15.05.2017 (по момент выявления факта нарушения целостности байпасной линии), указанный объем был выставлен к оплате в мае 2017 года, за вычетом ранее учтенных узлом учета газа объемов в соответствии с распечатками УУГ.

Детальный расчет объема поставленного газа в отношении котельной «Мамайка» за период с 06.09.2016 по 15.05.2017 приведен в приложении № 3 к акту о количестве поданного-принятого газа в мае 2017 года.

Правильность произведенного истцом расчета количества потребленного газа за период с 06.09.2016 по 15.05.2017 ответчиком н опровергнута.

Проверив произведенный истцом, расчет, суд признает его арифметически и методологически верным, соответствующим требованиям закона и фактическим обстоятельствам дела.

На основании изложенного в мае 2017 г. истец предъявил ответчику к оплате объем газа, составляющий 7 590,017 тыс. куб.м. на сумму 48 719 777,20 руб., включающий в себя объем газа за период с 06.09.2016 по 15.05.2017, определенный по мощности газоиспользующего оборудования за вычетом ранее учтенных узлом учета газа объемов.

Кроме того, в апреле 2017 г. истцом ответчику поставлено 955,663 тыс. куб.м. газа на общую сумму 6 122 875,32 руб.

В июне 2017 г. истцом ответчику поставлено 680,277 тыс. куб.м. на общую сумму 4 387 270,57 руб.

Оплата объема газа, выставленного в апреле и июне 2017 г. ответчиком также не произведена в отсутствие возражений по указанному объему, определенному на основании показаний узла учета газа потребителя.

При этом суд отмечает, что объем газа 324,311 тыс. куб.м. по котельной «Мамайка» за апрель 2017 г. учтен истцом (вычтен) при расчете объема потребленного газа за период с 06.09.2016 по 15.05.2017 по мощности газоиспользующего оборудования, следовательно, двойная оплата потребленного в апреле 2017 г. газа исключена.

Как следует из расчета истца, в счет оплаты задолженности за апрель 2017 г., ответчиком перечислено 3 628 210 руб., за май 2017 г. – 635 473,70 руб., в результате чего общий размер взыскиваемой в рамках настоящего дела задолженности составляет 54 966 239,39 руб.

Доказательства полной оплаты выставленного истцом в апреле-июне 2017 г. объема газа ответчиком в материалы дела не представлены, в связи с чем требование о взыскании указанной задолженности является обоснованным и подлежит удовлетворению в полном объеме.

Истцом также заявлено требование о взыскании 421 514,07 руб. пени за период с 26.05.2017 по 27.07.2017.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно абз.абз. 1,4 ст. 25 Федерального закона от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» на основании договоров поставки газа и договоров об оказании услуг по его транспортировке потребители обязаны оплатить поставки газа и оказанные услуги. Управляющие организации, приобретающие газ для целей предоставления коммунальных услуг, теплоснабжающие организации (единые теплоснабжающие организации) в случае несвоевременной и (или) неполной оплаты газа уплачивают поставщику пени в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со дня, следующего за днем наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты, произведенной в течение шестидесяти календарных дней со дня наступления установленного срока оплаты, либо до истечения шестидесяти календарных дней после дня наступления установленного срока оплаты, если в шестидесятидневный срок оплата не произведена. Начиная с шестьдесят первого дня, следующего за днем наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты, произведенной в течение девяноста календарных дней со дня наступления установленного срока оплаты, либо до истечения девяноста календарных дней после дня наступления установленного срока оплаты, если в девяностодневный срок оплата не произведена, пени уплачиваются в размере одной стосемидесятой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки. Начиная с девяносто первого дня, следующего за днем наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты пени уплачиваются в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки.

Судом представленный истцом расчет пени проверен и признан арифметически верным.

При таких обстоятельствах исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Расходы истца по уплате госпошлины в соответствии с требованиями ст. 110 АПК РФ относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства ответчика о назначении судебной экспертизы отказать.

Привлечь к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, временного управляющего ООО «Хоста» ФИО1

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Хоста» (ОГРН/ИНН: 

<

***>/

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Краснодар» (ОГРН/ИНН: 

<

***>/

<

***>) 54 966 239,39 руб. задолженности по оплате поставленного природного газа, 421 514,07 руб. пени за период с 26.05.2017 по 27.07.2017 и 200 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, вынесший решение, а также в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу через суд, вынесший решение, при условии, что решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                                       А.В. Тамахин