740/2021-17839(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

26 марта 2021 года Дело № А66-833/2019 

Резолютивная часть постановления объявлена 23.03.2021 Полный текст постановления изготовлен 26.03.2021 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Каменева А.Л., судей Бычковой Е.Н., Казарян К.Г.,  

при участии от конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Э-Строитель» ФИО1 - ФИО2  (доверенность от 01.10.2020), от  ФИО3 -  ФИО4 (доверенность от 11.03.2021),  

рассмотрев 23.03.2021 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Э-Строитель» ФИО1 на определение Арбитражного  суда Тверской области от 24.09.2020 и постановление Четырнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 15.01.2021 по делу № А66-833/2019,  

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Тверской области от 20.09.2019 по делу  

 № А66-833/2019, общество с ограниченной ответственностью «Э-Строитель»,  адрес: 170032, Тверская область, город Тверь, поселок Новое Власьево,  

ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Э-Строитель»,  Общество), признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто  конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО1.  

В рамках дела о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в суд с  заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Э- Строитель» в солидарном порядке ФИО5 (Московская  область, Наро-Фоминский район, рабочий поселок Калининец) и ФИО3 (город Тверь), по основаниям статьи 61.11 Федерального  закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Закон о банкротстве), за не передачу документации, материальных ценностей  конкурсному управляющему и за совершение сделки по перечислению с  расчетного счета должника 210 400 руб. в пользу общества с ограниченной  ответственностью «Ровесник» (далее - ООО «Ровесник»).  

Заявитель просил взыскать с субсидиарных ответчиков за указанные  правонарушения 2 565 359 руб. 73 коп. и 210 400 руб.  

Определением суда первой инстанции от 24.09.2020, заявленные  конкурсным управляющим требования удовлетворены частично,  

ФИО6 привлечен к субсидиарной ответственности; размер  

ответственности установлен в 2 565 359 руб. 73 коп. В заявлении к другому  ответчику и в остальной части требований отказано.  

Не согласившись с данным определением в удовлетворенной части,  ФИО6 обжаловал его в апелляционном порядке.  

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от  15.01.2021, определение суда первой инстанции от 24.09.2020, в обжалуемой  части, отменено; в удовлетворении требований к ФИО6 отказано.  

В кассационной жалобе конкурсный управляющий, просит отменить оба,  принятых по обособленному спору, судебных акта, а дело направить на новое  рассмотрение в суд первой инстанции.  

Податель жалобы считает, что суд первой инстанции, а затем  апелляционный суд, не дали оценки доводам конкурсного управляющего о  номинальном характере назначения ФИО5 на должность руководителя  Общества, с целью уклонения ФИО6 от ответственности за  негативные последствия от деятельности Общества, что послужило следствием  взыскания с должника 2 235 076 руб. 75 коп. (решение Арбитражного суда  города Москвы от 23.03.2016 по делу № А40-117670/2015).  

ФИО1 также не согласен с квалификацией сделки по  перечислению должником 210 400 руб. в пользу ООО «Ровесник»,  применительно к ответственности руководителя должника, данной  апелляционным судом. В данном случае податель жалобы полагает, что  судебным инстанциям требовалось применить специальные положения об  ответственности бывшего руководителя должника за совершение такой сделки  без подтверждения последним встречного исполнения и экономической  необходимости в ее совершении в период наступивших обязательств перед  заявителем по делу о банкротстве.  

В отзыве на жалобу ФИО6 просит отказать в ее удовлетворении,  считая, что конкурсным управляющим не доказано обстоятельств того, что  именно по вине ответчика Общество стало банкротом.  

При этом ФИО6 указывает на реальный характер исполнения  ФИО5 возложенных на нее обязанностей руководителя юридического  лица, а также на то, что «массовым директором» она была признана после  назначения ее на должность директора Общества. ФИО6 поясняет,  что у конкурсного управляющего имелась возможность обжаловать судебный  акт о взыскании с Общества задолженности, наличие которой послужило  основанием для обращения взыскателя в суд с заявлением о банкротстве  должника.  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего  поддержал доводы, приведенные в его жалобе, пояснил, что в части требований  к ФИО6 в сумме 210 400 руб., судами могла быть дана иная  квалификация, чем указывал заявитель, поскольку такие полномочия находятся  в компетенции суда. По мнению представителя конкурсного управляющего,  указанной сделкой, ответчик причинил своему Обществу реальные убытки, так  как ООО «Ровесник» (заемщик) впоследствии утратило свою правоспособность,  и об этом им говорилось в суде первой и в апелляционной инстанций.  

 Представитель ФИО6 возражал против удовлетворения  жалобы по мотивам, изложенным в отзыве. Относительно спорной сделки займа  Общества в пользу ООО «Ровесник» и о ее экономической цели пояснений не  дал.  

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом  уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих  представителей для участия в заседании кассационной инстанции не  

направили, что не является препятствием для рассмотрения жалоб в их  отсутствие.  

Законность судебных актов, принятых по обособленному спору, проверена  в кассационном порядке.  

Как следует из материалов дела, ФИО6 является единственным  участником ООО «Э-Строитель», также на основании решения участника от  14.09.2011 № 1, на него возложены обязанности единоличного исполнительного  органа Общества.  

ФИО6 в отношении ООО «Э-Строитель» было принято  решение о ликвидации, о чем 02.11.2015 в Единый государственный реестр  сведений о юридических лицах (далее – ЕГРЮЛ) внесена соответствующая  запись. Позже решением от 28.07.2016 ФИО6 отменил добровольную  ликвидацию юридического лица, назначив новым руководителем Общества  ФИО5  

Из материалов дела также следует, что основанием для введения в  отношении должника процедуры по делу о банкротстве послужило нарушение  должником обязательств по договору субподряда от 19.06.2013 № 2013-1906,  заключенного ООО «Э-Строитель» (субподрядчик) с обществом с ограниченной  ответственностью «ЖилПромСтрой», а именно, договорных требований к  качеству и объему выполненных работ, за которое с Общества в пользу  подрядчика была взыскана сумма неосновательного обогащения и неустойки в  общем размере 2 235 076 руб. 75 коп. (решение Арбитражного суда города  Москвы от 23.03.2016, оставленное без изменения постановлением Девятого  арбитражного апелляционного суда от 26.10.2016 по делу № А40-117670/2015;  правопреемники взыскателя: общество с ограниченной ответственностью  «Инвестиционно-строительная компания», затем общество с ограниченной  ответственностью «Строительная компания Волга»).  

Обращаясь в суд с требованием о привлечении контролирующих должника  лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий в своем  заявлении сослался на следующие обстоятельства: фактический контроль над  деятельностью ООО «Э-Строитель» со стороны ФИО6, в том числе  после формального назначения руководителем Общества ФИО5;  наличие презумпции вины контролирующих должника лиц в его  несостоятельности в силу частичного отсутствия бухгалтерской отчетности  Общества (первичной документации, бухгалтерской отчетности за период после  2016 года); совершение экономически не обоснованных перечислений в общей  сумме 210 400 руб. в пользу ООО «Ровесник». Размер субсидиарной  ответственности определен заявителем исходя из суммы требований  кредитора-заявителя, включенного в реестр требований кредиторов должника и  суммы требований по текущим обязательствам.  

Возражая против заявленных требований к ней, ФИО5 пояснила,  что обязанность, предусмотренную законом она исполнила надлежащим  образом, а именно, совершила передачу, имеющейся у нее в распоряжении  документации Общества конкурсному управляющему.  

ФИО6, в свою очередь, указал, что организация ведения  бухгалтерского учета в Обществе велась правильно, документация находилась  введении нового руководителя, а упомянутый судебный акт о взыскании  задолженности с должника по договору, принят был уже после прекращения его  полномочий. При этом сама кредиторская задолженность возникла по вине  подрядчика. Также ФИО6 заявил о пропуске срока на обращение с  заявлением о привлечении его к субсидиарной ответственности.  

Суд первой инстанции со ссылкой на пункт 5 статьи 61.14 Закона о  банкротстве признал заявление Гусейнова Э.М.о. о пропуске конкурсным  управляющим срока исковой давности необоснованным. По существу  заявленных требований, суд сделал вывод, что оснований для привлечения  Жирновой Н.П. к субсидиарной ответственности по долгам Общества по статье  61.11 Закона о банкротстве не имеется, поскольку названным ответчиком был  доказан факт передачи документации должника конкурсному управляющему,  которой она фактически располагала, тем самым опровергнув презумпцию вины  для данного обстоятельства. Также суд отметил, что заявитель не доказал  причинной связи между фактом отсутствия (непредставления) Жирновой Н.П.  конкретной документации должника, несостоятельностью последнего, либо  невозможностью формирования конкурсной массы. При этом суд учел, что  ответчик в период осуществления функций руководителя должника не  совершала каких-либо хозяйственных операций.  

С учетом обстоятельств, вменяемых заявителем ФИО6, и их  периода, суд принял во внимание действие положений Закона о банкротстве,  регулируемых субсидиарную ответственность контролируемых деятельность  должника лиц, во времени, и применил основания статьи 10 названного Закона,  в соответствующей редакции, установив наличие вины указанного ответчика в  доведении Общества до банкротства исходя из неисполненного обязательства  по упомянутому договору подряда, также по вине ФИО7  

 Обстоятельства перечисления должником в пользу ООО «Ровесник»  денежных средств в общей сумме 210 400 руб., без разумных объяснений  оснований для платежа, расценены судом первой инстанции как  недобросовестное исполнение ФИО6 возложенных на него  обязанностей руководителя ООО «Э-Строитель», однако данные  обстоятельства не могли привести к банкротстве Общества.  

Апелляционный суд проверив законность и обоснованность определения  суда первой инстанции, в пределах доводов апелляционной жалобы  

ФИО6, пришел к иному выводу относительно наличия оснований для  привлечения данного ответчика к субсидиарной ответственности по  обстоятельствам указанных подрядных отношений. В данном случае,  апелляционная инстанция дала другую оценку спорным обстоятельствам,  посчитав, что отрицательный итог правоотношений по договору подряда не  выходил за рамки обычного предпринимательского риска Общества, поэтому  имущественная ответственность последнего, в отсутствие иных обстоятельств,  не может быть возложена на ФИО6  

Относительно обстоятельств по платежам должника в размере 

210 400 руб. и вины в этом ФИО6, апелляционный суд согласился с  выводом суда первой инстанции в этой части, при этом, указал, что такие  обстоятельства могут говорить лишь об убытках, причиненных ответчиком, о  взыскании которых в рамках данного обособленного спора конкурсным  управляющим не заявлялось.  

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы и возражений на  них, суд кассационной инстанции приходит к следующему.  

Согласно части 1 статьи 273 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ), предметом кассационного  обжалования могут являться судебные акты, вынесенные судом первой  инстанции, если такой судебный акт был предметом рассмотрения в  арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд  апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока  подачи апелляционной жалобы.  

Определение суда первой инстанции от 24.09.2020, в части отказа в  привлечении к субсидиарной ответственности Жирновой Н.П., в апелляционном  порядке ни кем не обжаловалось, таким образом, предметом рассмотрения  кассационной жалобы конкурсного управляющего в данном случае является  законность судебных актов, принятых в отношении Гусейнова Э.М.о.  

 В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное  не предусмотрено названным Законом, под контролирующим должника лицом  понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не  более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства,  а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия  должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось  контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем  должника или управляющей организации должника, членом исполнительного  органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;  имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами  распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций  акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала  общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем  половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо  имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из  незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи  53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ (пункт 4  статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

Между тем, указанная презумпция является опровержимой, и к числу  контролирующих должника лиц в силу положений пункта 2 статьи 61.10 Закона о  банкротстве могут быть отнесены и иные лица, имевшие возможность влиять на  органы управления должника и определять его действия в ходе текущей  деятельности иным образом.  

Судами двух инстанций установлено и не отрицается подателем жалобы,  что полномочия ФИО6 в качестве руководителя ООО «Э-Строитель»  прекращены 28.07.2016.  

На наличие доказательств, которые свидетельствовали бы о влиянии  указанного ответчика на хозяйственную деятельность Общества после  указанной даты, податель жалобы не ссылается.  

Само по себе назначение номинального руководителя, если это  обстоятельство имело место, не свидетельствует о сохранении прежним  руководителем контроля над текущей деятельностью юридического лица, а  оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности  как учредителя ООО «Э-Строитель», заявителем приведено не было.  

Квалифицируя спорные правоотношения, суды правомерно, в соответствии  с положениями статьи 4 ГК РФ применили для оценки действий (бездействия)  ответчика за период до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017   № 266-ФЗ, которым введена в действие Глава III.2 Закона о банкротстве,  основания пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.  

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве установлена презумпция  наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием)  контролирующего должника лица и его несостоятельностью в случае  причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом  

одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях  61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.  

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на  предмет установления возможности их негативных последствий в виде  несостоятельности организации, разъяснен в пункте 16 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), в силу  которых под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к  невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о  банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились  необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых  объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность  влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение  должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными  действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным  банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование,  заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с  заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой- однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных  операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности  которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой  организации, создание и поддержание такой системы управления должником,  которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во  вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством  сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана  единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная  контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому  изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения -  появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать  совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием  контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших  возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию  объективного банкротства.  

В качестве сделки (неисполненных обязательств), которая, по мнению  конкурсного управляющего, привела к банкротству ООО «Э-Строитель»,  заявитель, с которым в этой части согласился суд первой инстанции, указал на  факт взыскания арбитражным судом по делу № А40-117670/2015 с Общества в  пользу ООО «ЖилПромСтрой» 2 235 076 руб. 75 коп. (в рамках правоотношений  по упомянутому договору подряда).  

Из содержания судебных актов по указанному делу № А40-117670/2015  следует, что сумма задолженности возникла в результате спора между  должником и его контрагентом относительно объема и качества работ, то есть,  возникновение установленного судом обязательства бесспорным не являлось, и  связано с обычными рисками хозяйственной деятельности при выполнении  подрядных работ.  

Совершения ФИО6, при организации исполнения должником  данного договора, каких-либо неразумных или недобросовестных действий, ни  

из приведенных судебных актов, ни из материалов дела о банкротстве  Общества, в том числе из материалов обособленного спора, не следует.  

С учетом установленных обстоятельств, суд апелляционной инстанции  пришел к верному выводу об отсутствии оснований для применения к  ФИО6 субсидиарной ответственности, по рассматриваемому  требованию, и в этой связи обоснованно отменил определение суда первой  инстанции в указанной части.  

По мнению суда кассационной инстанции, выводы, сделанные  апелляционным судом в этой части, соответствуют разъяснениям пункта 18  Постановления № 53.  

Кассационный суд также считает возможным согласиться с выводами суда  первой инстанции об отсутствии оснований для применения к ФИО6  презумпции вины в банкротстве должника по причине отсутствия какой-либо  документации Общества.  

По данному обстоятельству судами установлено, и не опровергнуто  конкурсным управляющим, что руководителем Общества ФИО5  обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника  исполнена. В представленной в материалы дела почтовой описи вложения о  направлении документов в адрес конкурсного управляющего, отмечено наличие,  в том числе, бухгалтерского баланса за 2016 год.  

Ссылаясь на неполноту представленной документации, конкурсный  управляющий не обосновал конкретного перечня документов, которые должны  были быть созданы и должны были вестись в хозяйственной деятельности и  храниться должником, равно как не обосновал негативных последствий  отсутствия таких документов для формирования конкурсной массы и  осуществления расчетов с кредиторами.  

Согласно разъяснениям пункта 24 Постановления № 53, заявитель должен  представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации  (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных  сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к  ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что  недостатки представленной управляющему документации не привели к  существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав  отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в  частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения  обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени  заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. Под  существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в  том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих  должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения  основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления  совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая  проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их  оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность  установления содержания принятых органами должника решений, исключившая  проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику  и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц,  являющихся членами данных органов.  

Выполняя обязанность по доказыванию обоснованности заявленных  требований, конкурсный управляющий, в данном случае, должен был  обосновать наличие причинно-следственной связи между отсутствием какой- либо конкретной документации и несостоятельностью должника, с учетом  

содержания той документации, которая была передана ему руководителем  Общества.  

Исходя из анализа спорных платежей должника в пользу ООО «Ровесник»  в размере 210 400 руб. (основание - по договору займа), суды двух инстанций  также пришли к обоснованному выводу о том, что, с учетом незначительности  перечисленной суммы, не имеется оснований для констатации наличия  причинной связи между данными перечислениями и объективным банкротством  должника.  

Между тем, по мнению суда кассационной инстанции, суды первой и  апелляционной инстанций не дали оценки тому обстоятельству, что в ходе  рассмотрения данного обособленного спора, ФИО6 не был раскрыт  экономический смысл указанных платежей с учетом требований конкурсного  управляющего, не представлены пояснения относительно того, что данная  сделка являлась для ООО «Э-Строитель» обычной, и не была связана с  выводом денежных средств в пользу «фирмы-однодневки», ликвидируемой в  последующем.  

Как разъяснено в пунктах 17, 20 Постановления № 53, если из-за действий  (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков  объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового  положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к  гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не  связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.  

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие  положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо  специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о  банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько  существенным было негативное воздействие контролирующего лица  (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на  деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия  изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели  экономические показатели, характеризующие должника, после этого  воздействия.  

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими  лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению  подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о  банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется  на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о  банкротстве.  

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в  статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести  к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать  возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15,  393 ГК РФ.  

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель  поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд  применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно  квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований  привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности  противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную  ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает  решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.  

Таким образом, судом первой инстанции, а затем и апелляционным судом,  должна была быть дана оценка действиям (бездействию) Гусейнова Э.М.о. в  связи с осуществлением спорных платежей ООО «Э-Строитель» в пользу  

ООО «Ровесник» на 210 400 руб., и наступлением или возможным  наступлением негативных последствий для Общества, независимо от того, если  указанные операции, сами по себе, не повлекли объективного банкротства  должника и не являются основанием для привлечения контролирующего  должника лица к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о  банкротстве.  

Вопреки изложенному, названные обстоятельства судом первой инстанции  не исследованы, апелляционным судом указанный недостаток не был устранен,  а сделан лишь предположительный вывод об убыточности спорных операций.  

Указанные обстоятельства, как полагает суд кассационной инстанции,  являются основанием для отмены обжалуемых судебных актов в этой части по  правилам части 1 статьи 288 АПК РФ, и в соответствии с пунктом 3 части 1  статьи 287 АПК РФ с направлением обособленного спора в отмененной части на  новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное; проверить  спорный вопрос с учетом правильной квалификации указанных конкурсным  управляющим правоотношений, с учетом доводов и возражений ответчика;  применить нормы материального права, подлежащие применению в данном  случае. По результатам рассмотрения принять обоснованный и законный  судебный акт.  

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 24.09.2020 и  постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от  15.01.2021 по делу № А66-833/2019, в части отказа в удовлетворении заявления  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  

«Э-Строитель» ФИО1 о гражданско-правовой  ответственности ФИО3 на сумму 210 400 руб.  отменить.  

В отмененной части дело направить на новое рассмотрение в  Арбитражный суд Тверской области.  

В остальной части определение от 24.09.2020 и постановление от  15.01.2021 по тому же делу оставить без изменения.  

Председательствующий А.Л. Каменев  

Судьи Е.Н. ФИО8 Казарян