ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-41891/2019

Дело № А40-61943/18

г. Москва

07 августа 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 августа 2019 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 07 августа 2019 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи И.М. Клеандрова, 

судей В.С. Гарипова, А.Н. Григорьева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «НГДУ «Майорское»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2019

по делу № А40-61943/18, вынесенное судьей В.М. Марасановым,

об отказе в удовлетворении заявления ООО «НЕФТЕГАЗОДОБЫВАЮЩЕЕ УПРАВЛЕНИЕ «МАЙОРСКОЕ» о включении в реестр требований кредиторов АО «Газ и Нефть Транс» задолженности в размере 17 656 130,31 рублей,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) АО «Газ и Нефть Транс» 

(ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ПАО «Банк Югра» в лице ГК «АСВ» - ФИО2 по дов. от 01.03.2019

от ООО «НГДУ «Майорское» - ФИО3 по дов. от 27.02.2018

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.10.2018 АО «Газ и Нефть Транс» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4, член ПАУ ЦФО.

Сообщение об открытии конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 207 от 10.11.2018.

Определением суда от 06.03.2019 арбитражный управляющий ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей конкурного управляющего АО «Газ и Нефть Транс», конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 625049, г. Тюмень, а/я 1641), член ПАУ ЦФО.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО «НЕФТЕГАЗОДОБЫВАЮЩЕЕ УПРАВЛЕНИЕ «МАЙОРСКОЕ» о включении в реестр требований кредиторов АО «Газ и Нефть Транс» задолженности в размере 17 656 130,31 рублей.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2019 отказано в удовлетворении заявления ООО «НЕФТЕГАЗОДОБЫВАЮЩЕЕ УПРАВЛЕНИЕ «МАЙОРСКОЕ» о включении в реестр требований кредиторов АО «Газ и Нефть Транс» задолженности в размере 17 656 130,31 рублей.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «НГДУ «Майорское» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2019 по делу №А40-61943/18 полностью, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявление ООО «НГДУ «Майорское» о включении в реестр требований кредиторов АО «Газ и Нефть Транс».

В обоснование отмены судебного акта заявитель апелляционной жалобы ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, а также на неправильное применение норм материального права и нарушение норм процессуального права. 

В судебном заседании представитель ООО «НГДУ «Майорское» поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме. 

Представитель конкурсного управляющего ПАО «Банк ЮГРА» в лице ГК «АСВ» возражал на доводы апелляционной жалобы в полном объеме. 

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст.ст. 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством Российской Федерации и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В условиях неплатежеспособности должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда должник в преддверии своего банкротства совершает действия (создает видимость гражданско-правовых сделок) по формированию несуществующей задолженности для включения в реестр и последующего распределения конкурсной массы в ущерб независимым кредиторам, процессуальная активность которых способствует недопущению формирования фиктивных долгов и иных подобных злоупотреблений.

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При приведении независимым кредитором доводов, прямых или косвенных доказательств, позволяющих суду с разумной степенью достоверности усомниться в доказательствах, представленных должником и «дружественными» кредиторами, на последних переходит бремя опровержения этих сомнений.

Суду же в подобных случаях необходимо проводить более тщательную проверку обоснованности требований (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Как видно из материалов дела, в обоснование заявленных требований заявитель указывает, что требование кредитора основано на договоре займа № НГДУ/ГиНТ-15-09.2014 от 15.09.2014.

Судом первой инстанции, верно сделаны вывод об отсутствии доказательств, опровергающих доводы о фиктивности сделки, фактической аффилированности заявителя и должника, мнимости и необоснованности заявленных требования, направленных на искусственное создание кредиторской задолженности: имеется фактическая аффилированность лиц - участников субъектной схемы; договор займа является мнимой сделкой, операции, проведенные сторонами по счетам, имеют транзитный характер, договор займа содержит нереальные для независимых участников рынка условия, отсутствует экономическая целесообразность заключения договора займа; отсутствие действий по взысканию задолженности в судебном порядке, что свидетельствует о злоупотреблении правом (ст. 10 ГК РФ) и искусственном создании фиктивной кредиторской задолженности. Кроме того, пролонгация договора на нерыночных условиях также свидетельствует о недобросовестном поведении и злоупотребление сторонами правом.

Согласно ст. 67 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

В соответствии со ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону, должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

В силу п. п. 8 и 9 ст. 75 АПК РФ письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 №306-3C16-20056).

К кредиторским требованиям аффилированных лиц подлежит применению, повышенный стандарт доказывания.

В соответствии с Определением ВС РФ № 305-ЭС18-3009 от 23.07.2018, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.

Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы.

В Определении Верховного Суда РФ от 25.07.2016 №305-ЭС16-2411 сформулирован аналогичный правовой подход в отношении мнимой сделки применительно к отношениям, регулируемым Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Как указано в разделе 3.4. «Представление займов подконтрольным организациям на этапе развития» акта налоговой проверки ООО «УБР-1», ПАО Банк «Югра» производил выдачу ссуд организациям, которым присуща убыточная деятельность, отрицательное значение чистых активов, высокая долговая нагрузка, существенное сокращение выручки. 

Большая часть сделок пролонгировалась несколько раз, причем на нерыночных условиях (ООО «Компания Газ и нефть Транс», ООО «ИНТЕРЛайн Бурение»).

Исходя из анализа движения товарно-денежных потоков 90% поставщиков и заказчиков ООО «УБР-1» являются участниками схемы, созданной из организаций, обладающими признаками «проблемных», с целью ухода от налогообложения, минимизации налоговых обязательств, обналичивания денежных средств.

Обналичивание денежных средств осуществляется путем совершения фиктивной сделки, предметом которой служит обязанность исполнителя выполнить работы, оказать услуги, либо осуществить поставку товарно-материальных ценностей заказчику, которая фактически не исполняется.

Так, в данную схему в том числе входят:

Участник схемы

ИНН

Участник схемы

ИНН

«Базис»

«Новая лизинговая Компания»

7729682756

«Бурнефть»

«ПНП-Нефтесервис»

7730156003

«Бурснаб»

«Провидер»

7718303452

«Версоргунг»

«Развитие Санкт-Петербурга»

7802223580

«Виджет»

«Русь-Ойл»

7709745101

«Восток бурение»

«СДС Консалт»

7718933126

«Восток»

«Сибирь Нефтепрогресс»

3811167581

«Газ и Нефть Транс»

«Строительная компания Векторпроджект»

7715941922

«Густореченское»

«Стройпартнер»

7728891362

«Дримнефть»

«Сургуттранс»

8602203965

«ДФС Групп»

«Техкомплект»

7722618215

«Заприкаспийскийгеофизика»

«УБР-1»

8603202604

«Иреляхнефть»

«Формат»

9715271608

«Капстрой»

«Холднефть»

7701994843

«Компания Газ и Нефть»

«Хортица»

7801413595

«Меридиан»

«Энерготоргинвест»

7718833179

«НГДУ Дулисьминское»

«Юганский 3»

7726364233

«Нефтяная компания Дулисьма»

«Южная Нефтегазовая компания»

6162053783

«НИИ Сибнефтегазпроект»

«Южно-Владигорское»

8602205313

Актом налоговой проверки № 17-15/15 от 16.10.2018 установлено следующее:

из офиса ООО «УБР-1» изъяты внутренние документы, в том числе чистые листы с печатями иных организаций, ООО «Мултановское», ООО «Сургуттранс», ООО «Капсстрой»;

ООО «УБР-1» не представлен перечень работ по бурению и строительству нефтяных скважин для вступления в СРО Ассоциации строительных компаний;

использование формального документооборота, неправомерное принятие вычета НДС ООО «УБР-1»;

выявлены обстоятельства мнимости заключенной сделки между ООО «УБР-1» и АО «Каюм Нефть», на основании которой неправомерно принят НДС к вычету в сумме 224 967 720,39 рублей;

единая бухгалтерия аффилированных лиц, в том числе ООО «Восток Бурение», предоставление налоговых деклараций всех участников происходит с одного IP-адреса, за подписью одного уполномоченного лица;

единая служба подбора персонала;

документальное подтверждение аффилированности ООО «УБР-1» и ООО «Восток бурение»;

одно доверенное лицо на операции с денежными средствами, а также единые e-mail адреса группы аффилированных лиц;

выдача кредитов, в обеспечение которых предоставлено несоразмерное движимое имущество, большая часть сделок пролонгировалось несколько раз, причем на нерыночных условиях, в том числе «Восток Бурение»;

ставка займа, выдаваемые аффилированным лицам между собой, 8,5 % является изначально экономически нецелесообразным; одна организация инвестирует начало деятельности большинства поставщиков и покупателей ООО «УБР-1», что свидетельствует о единой схеме;

бывший руководитель ООО «УБР-1» имеет право действовать от имени ООО «Восток-Бурение», что документально подтверждает аффилированность данных лиц;

нахождение участников схемы по одним адресам регистрации;

формальное перераспределение между участниками схемы персонала;

признаки согласованности действий участников единой схемы;

90 % поставщиков и заказчиков ООО «УБР-1» являются участниками схемы;

анализ заявления о включении в реестр ООО «УБР-1» выявил, что основная сумма задолженности образовалась по договорам, заключенным в преддверии процедуры банкротства. Наличие обстоятельств, которые свидетельствуют о создании формального документооборота с контрагентами, отсутствие намерения заключать сделки, осуществлять реальную хозяйственную деятельность;

раскрытие одной их вексельной схемы создания фиктивной задолженности, которые применяются участниками схемы с целью создания кредиторской задолженности перед подконтрольным лицом, преимущественного положения перед остальными кредиторами в деле о банкротстве;

прямое указание на участие в межсубъектной схеме ООО «Хортица», ООО «Дримнефть, ООО «Бурнефть», ЗАО «Иреляхнефть», ООО «УБР-1»;

установлена аффилированность лиц, включающихся в реестр требований кредиторов ООО «УБР-1» на основании мнимых сделок.

В отношении должника и головной организации должника «Компания Газ и Нефть» налоговой проверкой выявлено следующее: получение и выдача взаимных рекомендаций аффилированных лиц, участников межсубъектной схемы; выдача кредитов и открытие кредитных линий организациям, которым присуща убыточная деятельность, отрицательное значение чистых активов, высокая долговая нагрузка, существенное сокращение выручки, в том числе ООО «УБР-1» и «Компания Газ и Нефть», предоставление несоразмерного движимого имущества в обеспечение, пролонгация договоров на нерыночных условиях. «Компания Газ и Нефть» имела просроченные обязательства по основному долгу на момент пролонгации; подтверждение аффилированности должника и «Компания Газ и Нефть»; выдача аналогичных займов должником аффилированным лицам: ООО «Бурнефть», ООО «Энерготоргинвест», ООО «Развитие Санкт-Петербурга», ООО «Хортица».

Из выписок усматривается, что операции по счетам должника имеют транзитный характер и поступившие суммы сразу перечислялись аффилированным лицам.

Так, только за период с 15.09.2014 по 17.09.2014 были произведены следующие операции:

Дебет

Кредит

Контрагент

25 900 000,00

«УБР-1» (весь акт проверки)

26 000 000,00

«НГДУ Майорское» (предписание ЦБ РФ от 19.05.2017)

26 000 000,00

«НГДУ Майорское» (предписание ЦБ РФ от 19.05.2017)

26 000 000,00

«Норд Стар Капитал»

1 400 000,00

«УБР-1»

7 000 000,00

«Хортица» (л. 51-52, 62, 66, 78, 82 акта проверки)

7 000 000,00

«СургутТранс»

7 000 000,00

«Меридиан»

7 600 000,00

«Развитие Санкт-Петербурга» (л. 51-52, 62, 66)

9 500 000,00

«Компания Газ и Нефть Транс» (л. 65-66 акта проверки)

23 500 000,00

«Восток Бурение» (л. 49-54, 57, 67-68 акта проверки)

Суд пришел к верному выводу, что операции должника попадают под признаки транзитных операций: зачисление денежных средств на счет клиента от большого количества других резидентов со счетов, открытых в банках Российской Федерации, с последующим их списанием; списание денежных средств со счета производится в срок, не превышающий двух дней со дня их зачисления; проводятся регулярно (как правило, ежедневно); проводятся в течение длительного периода времени (как правило, не менее трех месяцев); деятельность клиента, в рамках которой производятся зачисления денежных средств на счет и списания денежных средств со счета, не создает у его владельца обязательств по уплате налогов либо налоговая нагрузка является минимальной; с используемого для указанных операций счета уплата налогов или других обязательных платежей в бюджетную систему Российской Федерации не осуществляется или осуществляется в незначительных размерах, не сопоставимых с масштабом деятельности владельца счета.

Поскольку денежные средства поступали на счет должника и в тот же день расходовались, перечислялись иным контрагентам, а также перечисление денежных средств должником являлось исключительно способом создания видимости больших оборотов общества в целях уклонения от уплаты, отсутствие доказательств их расходования должником на собственные нужды, что свидетельствует об искусственном создании кредиторской задолженности.

Согласно п. 1.2 договора займа процентная ставка устанавливается в размере 8,5% годовых соответственно. Что свидетельствует об условиях, которые невозможны в рамках обычной и реальной хозяйственной деятельности.

Согласно информации Центрального Банка Российской Федерации, средневзвешенная процентная ставка по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в рублях на срок от 1 года до 3 лет составляет 13,68 % годовых в сентябре 2014 года. Что ставит под сомнение возможность заключения аналогичного договора займа с независимыми участниками рынка.

Согласно акту налоговой проверки № 17/15-15 от 16.10.2018 согласно рыночным условиям предоставления кредитов, ставка 8,5% считается минимальной и выдач займов под них является изначально экономически нецелесообразным.

Какого-либо экономически рационального обоснования действий Общества по выдаче займов на подобных условиях в материалах настоящего дела не имеется. Такое поведение общества не соответствует обыкновениям гражданского оборота, не отвечает принципу добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений.

С учетом изложенного, в данном конкретном случае действия должника и заявителя по совместному изменению назначения платежа нарушают принцип соблюдения баланса интересов, прав и обязанностей сторон, содержат признаки злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ) и направлены на искусственное создание фиктивной кредиторской задолженности.

На необходимость более тщательно рассматривать обстоятельства изменения назначения платежей неоднократно указывали суды вышестоящих инстанций, например, определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063(3) по делу № А40-233621/16.

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При вынесении оспариваемого судебного акта судом первой инстанции были правильно применены нормы материального права, выводы суда основаны на имеющихся доказательствах, которым дана соответствующая правовая оценка. 

С учетом вышеизложенного, суд правомерно отказал в удовлетворении заявления ООО «НГДУ «Майорское» о включении в реестр требований кредиторов должника в полном объеме. 

Доводы апелляционной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, которым судом первой инстанции дана правильная оценка и иной оценки апелляционный суд не усматривает.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и конкретных обстоятельства, доводы лиц, участвующих в деле правильно оценены, выводы сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 07.06.2019 по делу № А40-61943/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «НГДУ «Майорское» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:И.М. Клеандров

Судьи:А.Н. Григорьев

В.С. Гарипов