АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А29-17005/2018

14 декабря 2021 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07.12.2021.

Полный текст постановления изготовлен 14.12.2021.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Жегловой О.Н.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.,

 

в отсутствие участвующих в деле лиц 

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего товарищества собственников жилья 

«Крепость» ФИО1

 

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 14.04.2021 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 26.08.2021

по делу № А29-17005/2018

 

по заявлению конкурсного управляющего товарищества собственников жилья 

«Крепость» ФИО1

к ФИО2, ФИО3, 

ФИО4, ФИО5, 

ФИО6 и ФИО7

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) 

товарищества собственников жилья «Крепость» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротства) товарищества собственников жилья «Крепость» (далее – должник, Товарищество) конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательства Товарищества. 

            Определением от 14.04.2021, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 26.08.2021, суд отказал в удовлетворении заявления. 

            Не согласившись с состоявшимися судебными актами, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 14.04.2021 и постановление от 26.08.2021 и принять новый судебный акт об удовлетворении требований. 

            Заявитель кассационной жалобы не согласен с выводом судов о том, что принятие членами правления Товарищества решения о сборе с собственников помещений МКД наличных денежных средств не противоречит нормам закона. По мнению конкурсного управляющего, указанное решение имеет целью не допустить исполнение судебных актов, которыми с ТСЖ «Крепость» взыскана задолженность в пользу ресурсоснабжающих организаций, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны членов правления должника. Также кассатор опровергает ссылку судебных инстанций на то, что допущенное нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов Товарищества само по себе не могло повлиять на возникновение у него признаков неплатежеспособности.    

            ФИО3 в письменном отзыве отклонил доводы кассационной жалобы, указав на законность и обоснованность обжалованных судебных актов. 

            Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

            Законность определения Арбитражного суда Республики Коми от 14.04.2021 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 26.08.2021 по делу                     № А29-17005/2018 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

            На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы. 

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе и отзыве на нее, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

            Как следует из материалов дела и установили суды обеих инстанций, Товарищество образовано 09.01.2003; его основным видом экономической деятельности является управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе; Товарищество осуществляло функции по управлению многоквартирным домом по адресу: 

<

...>. 

            Председателем ТСЖ «Крепость» в период с 05.07.2007 по 04.02.2014 являлся ФИО4, в период с 05.02.2014 по 01.07.2019 – ФИО3 

            Протоколом собрания членов правления Товарищества от 29.01.2015 единогласно принято решение об утверждении управляющим должника ФИО2 на срок с 01.02.2015 по 31.01.2016 с возложением полного объема полномочий и ответственности председателя правления ТСЖ, с правом заключения договоров в интересах МКД, подписи хозяйственно-финансовых и иных документов, распоряжения расчетным и иными банковскими счетами, а также с иными правами и обязанностями, указанными в договоре возмездного оказания услуг и доверенности. 

            Собранием правления ТСЖ «Крепость» от 18.02.2016 в составе ФИО7, ФИО3, ФИО6 и ФИО5 единогласно принято решение производить сбор денежных средств за ЖКУ с собственников наличными денежными средствами, путем внесения в кассу ТСЖ для осуществления его финансово-хозяйственной деятельности. 

            По решению общего собрания собственников помещений от 14.05.2019 создано ТСЖ «Пушкина 3», в связи с чем с указанной даты должник не осуществляет уставную деятельность. 

            Решением от 21.06.2019 суд признал Товарищество несостоятельным (банкротом), открыл в отношении его имущества конкурсное производство, утвердил конкурсным управляющим Чижа В.Л. 

            Сославшись на неисполнение контролирующими лицами обязанности по обращению в суд с заявлением должника, а также на неправомерность решения о сборе денежных средств за ЖКУ наличными денежными средствами путем внесения в кассу Товарищества, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

            Из материалов дела следует, что ФИО1 связывает возникновение обязанности обратиться в суд с заявлением должника с датой 31.11.2016, следовательно, с учетом правил действия закона во времени, к спорным правоотношениям в части материально-правовых норм подлежат применению положения статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции Закона № 134-ФЗ.  

            Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве (здесь и далее – в редакции, применимой в рассматриваемой ситуации) руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в частности, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

            Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

            В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

            Оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняв во внимание характер деятельности должника, суды двух инстанций заключили, что возникновение у него в спорный период задолженности перед ресурсоснабжающими организациями не свидетельствует о появлении у Товарищества признаков объективного банкротства; само по себе наличие задолженности перед кредиторами не влечет безусловную обязанность руководителя должника по обращению в суд с заявлением о признании последнего несостоятельным.  

            Суды констатировали, что Товарищество являлось исполнителем коммунальных услуг – посредником при осуществлении расчетов с ресурсоснабжающими организациями и сборов с собственников и нанимателей жилых помещений многоквартирного дома платы за коммунальные услуги, выступавшим в имущественном обороте не в собственных интересах; единственным источником поступления денежных средств на счета должника являлось взимание платы с населения за поставленные ресурсы. Ситуация, при которой товарищество собственников жилья имеет непогашенную задолженность перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с кредиторской задолженностью граждан, является обычной для функционирования таких организаций.  

            При таких обстоятельствах, резюмировав недоказанность нахождения Товарищества на спорную дату в критической ситуации, в которой должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, судебные инстанции обоснованно отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по указанному основанию. Суды сочли, что финансовые трудности Товарищества были вызваны объективными обстоятельствами, в частности, урегулированием вопросов по взысканию задолженности с конечных потребителей.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В силу пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации               № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996               «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». 

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац 9 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве). 

Проанализировав доводы конкурсного управляющего, суды двух инстанций констатировали отсутствие оснований для привлечения членов правления Товарищества к субсидиарной ответственности за принятие ими решения о сборе с собственников помещений МКД наличных денежных средств, так как согласно пункту 1 статьи 861 Гражданского кодекса Российской Федерации расчеты с участием граждан, не связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, могут производиться наличными деньгами (статья 140) без ограничения суммы или в безналичном порядке. 

Суды учли пояснения ФИО2 о том, что большая часть поступивших в кассу Товарищества наличных денежных средств зачислялась на его расчетный счет; в дальнейшем денежные средства списывались в рамках возбужденных исполнительных производств в пользу ресурсоснабжающих организаций; оставшиеся в кассе денежные средства ФИО2 получала под отчет и оплачивала ими текущие хозяйственные расходы должника; авансовые отчеты составлялись ежемесячно, к ним приобщались все необходимые оправдательные (платежные) документы, которые проверялись ревизором Товарищества. 

Изучив отчеты ревизионной комиссии по итогам проверки финансово-хозяйственной деятельности должника за 2016 и за 2017 годы, судебные инстанции установили, что в них подробно проанализированы текущие расходы Товарищества, проверены авансовые отчеты, документы, подтверждающие произведенные расходы, выявлено незначительное нарушение по авансовому отчету от 01.03.2016 (за пределами срока полномочий ФИО2). Суды также обратили внимание, что авансовые отчеты представлялись на общем собрании членов Товарищества, поэтому каждый из них имел возможность ознакомиться со всеми документами, в том числе, проверить наличие оправдательных документов к авансовым отчетам. 

Суды двух инстанций учли, что принятие решения о сборе с собственников помещений МКД наличных денежных средств обусловлено блокировкой основного счета должника; в отсутствие доказательств нецелевого расходования поступивших от граждан денежных средств указанное обстоятельство не может служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Само по себе нарушение очередности погашения кредиторской задолженности не могло увеличить общий размер обязательств Товарищества перед кредиторами и привести к его неплатежеспособности. 

Так как дело о банкротстве ТСЖ «Крепость» возбуждено 06.12.2018, а ответчик ФИО4 исполнял обязанности председателя до февраля 2014 года, суды правомерно заключили, что он по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в спорный период, не может быть отнесен к лицам, контролирующим должника, которые могут быть привлечены к ответственности в соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в отсутствие безусловных доказательств совершения им неправомерных действий, приведших Товарищество к банкротству. 

Принимая во внимание изложенное, судебные инстанции на законных основаниях отказали конкурсному управляющему в удовлетворении заявления. 

Суды первой и апелляционной инстанций исследовали материалы дела полно, всесторонне и объективно. Представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

            Оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.

            Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибки.

            Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой и апелляционной инстанций не допущено.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы не рассматривался, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче кассационной жалобы по данной категории споров государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 14.04.2021 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 26.08.2021 по делу № А29-17005/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего товарищества собственников жилья «Крепость» ФИО1 – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном                   статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

           Председательствующий

 

О.Н. Жеглова

 

 

Судьи

 

Л.В. Кузнецова

В.А. Ногтева