Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-7499/2021

29 марта 2022 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2022 года. 

Полный текст  постановления изготовлен 29 марта 2022 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего Пичининой И.Е.

судей  Гричановской Е.В., Козловой Т.Д.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от  27.08.2021;

от публичного акционерного общества «Сбербанк России»: ФИО4, представитель по доверенности от 13.04.2020.

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО5, Попова Владимировича Алексеевича, ФИО2 

на определение от 25.11.2021

по делу № А73-15554/2018

Арбитражного суда Хабаровского края

в рамках обособленного спора по заявлению (вх. № 97033 от 08.07.2021) публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к ФИО2 

о признании недействительным договора залога, последующего оставления предмета залога, применении последствий недействительности сделки, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (ИНН 

<

***>), ФИО6 (ИНН 

<

***>)

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 (далее – ФИО5, должник) обратилась в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании себя несостоятельной (банкротом). Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 21.09.2018 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве № А73-15554/2018.

Решением от 25.10.2018 ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7 член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа» (далее – ФИО7).

ФИО6 (далее – ФИО6, должник) обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 24.09.2018 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве № А73-15309/2018.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 26.10.2018 ФИО6 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО8 (далее – ФИО8).

Определением суда от 09.04.2019 дела № А73-15309/2018 и № А73-15554/2018 объединены в одно производство для совместного рассмотрения дела с присвоением делу номера А73-15554/2018 и с назначением по объединенным делам финансового управляющего ФИО7 

08.07.2021 в рамках дела о банкротстве должников от публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее - ПАО «Сбербанк России», конкурсный кредитор) в Арбитражный суд Хабаровского края поступило заявление к ФИО2 (далее - ФИО2) о признании заключенного между ФИО6 и ФИО2 договора залога от 31.03.2018 автомобиля LEXUS GX460, госномер 

<

***> сделки по оставлению залоговым кредитором ФИО2 залогового имущества за собой по соглашению от 23.12.2019, недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (с учетом уточнения от 26.10.2021, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 25.11.2021 (резолютивная часть от 17.11.2021) заявление ПАО «Сбербанк России» удовлетворено, сделки признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу автомобиля марки LEXUS GX460, государственный регистрационный номер 

<

***>.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда от 25.11.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ПАО «Сбербанк».

Считает, что определение от 25.11.2021 незаконное, принято с нарушением норм материального и процессуального права. Считает, что суд необоснованно пришел к выводу о подтверждении обстоятельств, предусмотренных положениями п.2 ст.61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве), а также подтвержден порок, выходящий за пределы п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве в виде противоправной цели ФИО6 и ФИО2 при заключении договора залога, позволяющей квалифицировать договор как мнимую сделку.

Приводит доводы о том, что суд необоснованно  сослался  на  отсутствие пояснений  относительно обстоятельств заключения договора займа на крупную сумму,  на то, что должником не раскрыто расходование полученной суммы, так как судом перед ответчиком не ставился вопрос о предоставлении пояснений относительно заключения договора займа на крупную сумму. Кроме того, ответчик ссылался в своих письменных возражениях на преюдициальное значение судебного акта и на отсутствие возражения по сути договора займа. 

Делая вывод о том, что спорная автомашина на момент заключения договора залога являлась единственным необремененным ликвидным имуществом со значительной стоимостью, которая передана в залог физическому лицу, суд  не учел пояснения, которые были изложены должником в письменном отзыве о том, что на момент совершения оспариваемой сделки должник не отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Считает, что суд избирательно подошел к оценке доказательств, нарушив принцип независимости и беспристрастности. 

Так, суд пришел к выводу, что ответчик не представил доказательства обращения после декабря 2019 года к финансовому управляющему по вопросам передачи транспортного средства, о передаче документов, либо по вопросам регистрации автомашины. При этом суд не указал, по какой причине отклонены письменные доказательства, подтверждающие позицию ответчика о том, что соглашение и акт приема-передачи с ним подписаны только в 2021 году, на автомобиль были наложены ограничения, представитель финансового управляющего подтвердил в судебном заседании то обстоятельство, что ПТС потребовался, велась переписка в WhatsApp с представителем ответчика, предоставлялся акт передачи ПТС, в подтверждение того обстоятельства, что по спорному автомобилю ПТС не был передан. 

По его мнению,  суд неверно  расценил, что содержание сообщения ответчика от 10.06.2019 свидетельствует о том, что автомобиль передан ответчику. Вместе с тем, ответчиком в ходе судебного заседания были даны пояснения, что имущество не передавал, финансовый управляющий также подтвердил, что имущество фактически ответчику не передавал. Таким образом, суд сделал вывод, в отсутствие доказательств (отсутствует акт приема-передачи имущества). 

Не согласен с выводом о том, что ответчик принял на себя обязательства хранения и предоставления для осмотра автомашины потенциальным покупателям при проведении торгов. Согласно пункта 1.3. Положения - организатором торгов выступает финансовый управляющий ФИО7, таким образом, ознакомление желающих производилось финансовым управляющим дистанционно. Однако, суд указал, что ответчик не дал объяснений, как он собирался знакомить покупателей с автомобилем. Такой вопрос судом ответчику в судебном заседании не задавался.

Указывает, что суд не дал надлежащей оценке доказательствам, подтверждающим, что соглашение о передаче предмета залога и акт приема-передачи подписаны только в 2021 году, сделав необоснованный, противоречащий представленным ответчиком письменным доказательствам вывод об отсутствии препятствий для оформления документов и для перерегистрации прав на автомобиль. 

Суд не применил нормы материального права, подлежащие применению, а именно нормы Постановления Правительства РФ от 21.12.2019 № 1764 «О государственной регистрации транспортных средств в регистрационных подразделениях Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации» (вместе с «Правилами государственной регистрации транспортных средств в регистрационных подразделениях Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации»). Ответчик представил доказательства тому, что документы, которые являются основанием для возникновения права собственности подписаны с ним финансовым управляющим только в 2021 году. Сама по себе регистрационная запись носит правоподтверждающий характер и не является самостоятельным основанием возникновения гражданских прав, как следует из ст. 8 ГК РФ. Таким образом, закон не связывает возникновение права собственности с моментом регистрации прав на транспортные средства. Вывод о том, что ответчик не предпринимал действий по истребованию автомобиля и документов, противоречит материалам дела (письменным доказательствам), переписке сторон, пояснениям сторон, в том числе и представителя финансового управляющего.

Не согласен заявителем и с выводом суда  о том, что срок исковой давности кредитором не пропущен. Поскольку  требования банка (кредитора) включены в реестр требований кредиторов определением суда от 12.03.2019, с данного времени он был вправе оспорить договор залога, оставление предмета залога за собой, также было доступно для изучения и с 23.12.2019 банк имел возможность оспорить данное действие кредитора ФИО2 В данном споре кредитор должен был узнать о том, что имущество находится в распоряжении должника с момента включения в реестр требований кредиторов, поскольку был вправе обратиться с соответствующим запросом к финансовому управляющему. Более того, после того, как торги были завершены, он также был вправе узнать о заключении соглашения, о передаче имущества и как оно используется.

ФИО5, ФИО6 также обратились в Шестой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просят определение суда от 25.11.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ПАО «Сбербанк».

В обоснование жалобы указывают, что судом не учтено, что установленный залоговым кредитором порядок проведения торгов всех устраивал, в том числе финансового управляющего и Сбербанк. Как следует из пояснений сторон по делу, ответчик, руководствуясь п. 4.1. ст. 138 Закона о банкротстве обратился к финансовому управляющему с заявлением об оставлении предмета залога за собой, с учетом того, что повторные торги признаны несостоявшимися. Ответчиком произведен платеж в размере 218 700 рублей, в соответствии с пунктами 1, 4.1. ст. 138 Закона о банкротстве; каких-либо доказательств, свидетельствующих о существенном нарушении проведения процедуры торгов и грубом нарушении прав и законных интересов заинтересованного лица не представлено, а судом не установлено; кроме того, заявителем пропущен  годичный  срок по обжалованию торгов, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования, и соответствующее заявление ответчика о применении срока исковой давности необоснованно отклонено. Обращает внимание, что договор займа  кредитором не обжалуется и каких-либо вопросов по данным правоотношениям не имеется; суд не учел, что требования ответчика установлены на основании судебного акта, вступившего в законную силу и обстоятельства, установленные в нем не подлежат переоценке; вывод о заинтересованности сторон, в настоящем споре, строится лишь на предположении, без учета уже установленных ранее другим судебным актом существенных обстоятельств, опровергающих данный вывод; суд не учел, что период возникновения признаков неплатёжеспособности и недостаточности имущества уже был исследован и установлен судом по настоящему делу; вывод суда о том, что залоговое имущество документально оформлено и выведено в пользу ответчика, не нашло своего подтверждения. Таким образом, должник добросовестно исполняет свои обязанности, предусмотренные Законом о банкротстве, при этом доказательств, что данные действия причинили какой-либо вред имущественным правам кредиторов, не приведено.

В отзыве на апелляционную жалобу арбитражный управляющий ФИО7 отклонил доводы заявителя апелляционной жалобы. Указал, что довод заявителя жалобы, о том, что судом не оглашено при исследовании документов доказательств о наличии у должника имущества на дату заключения договора займа не соответствует действительности: при исследовании документов судом первой инстанции исследовался сайт bankrot.fedresurs.ru, содержащий информацию о составе имущества должника ФИО6 и сведения о реализации имущества ФИО6

Кроме того, при рассмотрении заявления судом установлено, что по условиям договора залога ПТС передан залогодержателю, финансовым управляющим в судебном заседании лишь подтверждено, что ПТС на а/м Лексус ни ФИО6, ни предыдущим управляющим, ни финансовому управляющему, не передавались. Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что акт приема-передачи транспортного средства подписан только в 2021 году, свидетельствует лишь об отсутствии у залогового кредитора намерения реально получить спорную автомашину в качестве исполнения обязательства по договору займа.

Определением суда от 24.12.2021 апелляционные жалобы приняты к производству Шестого арбитражного апелляционного суда, назначено судебное разбирательство по их рассмотрению на 10.02.2022..

Определениями суда от 10.02.2022, от 25.02.2022 судебное заседание откладывалось, соответственно на 21.02.2022, на 10.03.2022.

Определением суда от 10.03.2022 произведена замена в составе суда в порядке статьи 18 АПК РФ, судья Ротарь С.Б. заменен на судью Козлову Т.Д.. Рассмотрение жалобы начато сначала (часть 5 статьи 18 АПК РФ).

В судебном заседании апелляционного суда представитель  ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы.

Представитель ПАО «Сбербанк России» возражал, согласно доводам отзыва.

Жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 АПК РФ в отсутствие представителей иных участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке главы 34 АПК РФ, изучив  доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для его отмены либо изменения.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 31.03.2018 между ФИО6 и ФИО2 заключен договор займа в размере 2 200 000 руб., обязательство должника перед ФИО2 обеспечено залогом принадлежащего ФИО6 автомобиля марки LEXUS GX460, государственный регистрационный номер 

<

***> по договору залога от 31.03.2018. В подтверждение получения от кредитора денежных средств ФИО2 представлен приходный кассовый ордер от 31.03.2018 №771590 на сумму 2 200 000 руб. 

Уведомление о возникновении залога спорной автомашины опубликовано в открытом реестре за номером 2018-002-410383-233 от 02.07.2018. 

17.09.2018 ФИО6 обратился в суд с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом), производство по делу возбуждено 24.09.2018. Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 26.10.2018 (резолютивная часть оглашена 22.10.2018) ФИО6 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина. 

24.12.2018 ФИО2 обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ФИО6 требования, основанного на вышеуказанном договоре займа, как обеспеченного залогом имущества в виде спорной автомашины. 

Определением суда от 08.02.2019 требование ФИО2 признано обоснованным, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в общем размере 2 310 663,01 руб., в том числе: 2 200 000 руб. - основной долг, 110 663,01 руб. - проценты по займу, как обеспеченные залогом имущества должника – спорного автомобиля. 

В ходе рассмотрения требования кредитора, финансовым управляющим ФИО8 в суд представлен акт осмотра предмета залога от 08.12.2019 управляющим и ФИО2, по тексту акта указавшим на то, что подписантами осмотр залогового имущества произведен совместно в г. Советская Гавань. 

В ходе процедуры реализации имущества гражданина залоговым кредитором ФИО2 подготовлено Положение о порядке и условиях реализации предмета залога, сообщения об этом опубликованы управляющим ФИО8 №№ 3635107 от 03.04.2019 (редакция положения от 01.04.2019), затем управляющим ФИО7 № 3782325 от 22.05.2019 (редакция положения от 24.04.2019). 

10.06.2019 ФИО2 в адрес финансового управляющего ФИО7 направлено сообщение об определении места хранения имущества, по тексту которого ФИО2 сообщает ФИО7, что определяет место хранения спорного имущества по адресу: 

<

...>, контактное лицо ФИО2, телефон 

<

***>. 

14.06.2019 залоговым кредитором в Положение в редакции от 22.04.2019 внесены изменения в части цены имущества с ее снижением с 2 900 000 руб. до 2 700 000 руб., а также с изменением пункта 1.9 Положения в части указания на то, что местом хранения имущества является адрес: 

<

...>. 

29.06.2019 на ЕФРСБ опубликовано сообщение финансового управляющего о проведении торгов спорного имущества № 3910405, в тексте сообщения управляющим указано на возможность ознакомления с характеристиками имущества по адресу 

<

...>, также указан контактный телефон 

<

***>, ранее указываемый ФИО2 для связи с ним. 

08.08.2019 опубликовано сообщение финансового управляющего №4042906 о признании торгов несостоявшимися в связи с отсутствием заявок на участие. 

В период проведения торгов залоговый кредитор обращался к финансовому управляющему посредством направления письма по электронной почте 27.09.2019 относительно разногласий по проведению торгов. 

Впоследствии объявлялись повторные торги, которые также признаны несостоявшимися в связи с отсутствием заявок на участие (объявления № 4045478 от 09.08.2019, № 4265165 от 14.10.2019, № 4333153 от 01.11.2019, № 4391114 от 19.11.2019), протокол от 19.11.2019. 

Ввиду указанного, в соответствии с Положением о порядке и условиях реализации предмета залога, 03.12.2019 финансовым управляющим в адрес залогового кредитора в лице его представителя ФИО9 направлен проект соглашения об оставлении залогового имущества за залоговым кредитором. 

18.12.2019 от залогового кредитора в адрес управляющего поступило заявление ФИО2 об оставлении предмета залога за собой, с просьбой подтвердить актуальность реквизитов для перечисления денежных средств в конкурсную массу. 

Во исполнение условий оставления предмета залога за собой ФИО2 перечислено 25.12.2019 в конкурсную массу 218 700 руб.

Также в материалы дела финансовым управляющим представлено соглашение об оставлении предмета залога за залоговым кредитором, датированное 23.12.2019, двусторонний акт приема-передачи залогового имущества от той же даты. 

Ссылаясь на наличие у него сведений о том, что спорный автомобиль, несмотря на оставление залоговым кредитором за собой, по-прежнему находится во владении и пользовании должника, который оформляет на свое имя полисы ОСАГО, совершает на автомашине правонарушения, залоговым кредитором также не осуществлена перерегистрация спорной автомашины на свое имя, конкурсный кредитор  ПАО «Сбербанк России» обратился в арбитражный суд с настоящим требованием о признании договора залога  автомобиля, а также сделку по оставлению залоговым кредитором ФИО2 залогового имущества в виде автомашины за собой недействительными.

Требование заявлено  со ссылкой на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и мотивировано тем, что изложенные обстоятельства указывают на недействительность сделок, направленных на причинение вреда имущественным интересам кредиторов и причинивших вред тем, что в результате действие должника и кредитора фактически в конкурсную массу поступили денежные средства в значительно меньшем размере.  Кроме того, согласно дополнению к  заявлению,  кредитор ссылается на мнимость  сделки по передаче автомобиля в залог и последующее оставление  предмета залога за собой (статья 170 ГК РФ), то есть без цели  достижения правовых последствий перехода права собственности от продавца покупателю, а с целью избежать возможного обращения взыскания на принадлежащее должнику имущество.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), и, оценив представленные в дело доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, исходил из мнимого характера договора залога  от 31.03.2018 и сделки по оставлению залоговым кредитором залогового имущества, оформленного соглашением от 23.12.2019, указав  на ничтожность  сделок,  придя к выводу о том, что оформление договора залога   ответчика с должником   имело умысел его участников на вывод ликвидного актива должника в  условиях его неплатежеспособности.

Выводы суда  соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» и в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

На основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

При рассмотрении спора, проверяя доводы заявителя о мнимости  оспариваемой сделки, суд верно исходил из того,  что сам по себе залог имущества при выдаче займа между физическими лицами не является каким-либо отклонением в части обеспечения обязательства, оставление имущества залоговым кредитором за собой также само по себе является реализацией права. 

Между тем, по смыслу приведенных выше разъяснений, для выявления несоответствия наступивших последствий выраженной в договоре воле сторон, оценке подлежит конечный результат и поведение сторон оспариваемых сделок. 

В данном случае, как установлено судом, спорная автомашина на момент заключения договора залога являлась необремененным ликвидным имуществом со значительной стоимостью, которая передана должником в залог физическому лицу.

Вступившим  в законную силу решением  от 29.10.2018  Арбитражного суда Хабаровского края установлено, что  по состоянию на 13.07.2017 (включительно) задолженность ФИО6, являющегося основным заемщиком по договору  №100160102, заключенным с ПАО «Сбербанк России»,  в связи с ненадлежащим исполнением своих обязательств по возврату заемных денежных средств составила 27 569 532 руб. 45 коп. Кроме того, из обязательств по договорам поручительства № 100170004FRDV-2 от 02.02.2017, № 100170076ACPMFRDV-2 от 12.07.2017, № 100170077ACPMFRDV-2 от 11.07.2017, заключенных в обеспечение кредитных обязательств ООО «ДВ Альянс» (Заемщик) по договорам № 100170004FRDV об открытии невозобновляемой кредитной линии от 02.02.2017, № 100170004FRDV об открытии невозобновляемой кредитной линии от 02.02.2017; ООО «Юнион» (Заемщик) по договору №        100170077ACPMFRDV об открытии невозобновляемой кредитной линии от

11.07.2017  по состоянию на указанную дату имелась задолженность  в общей сумме 172 157 553, 03 руб. 

Таким образом, обеспечительная сделка, дающая возможность отчуждения имущества в пользу залогового кредитора путем его оставления в случае отсутствия заявок на первых и повторных торгах, 31.03.2018 совершена в преддверии банкротства должника, который с 2017 года имел перед банком просрочку исполнения значительного по размеру обязательства. 

С учетом представленной переписки управляющего и залогового кредитора (протокол осмотра письменных доказательств нотариусом от 02.10.2021), а также в результате  анализа в их взаимосвязи  установленных выше обстоятельств поведения ФИО2  в рамках дела о банкротстве должника, судом обоснованно заключено, что залоговый кредитор активно осуществлял свои права на включение требования в реестр требований, разработку и утверждение Положения о порядке, условиях и сроках его реализации, заявлял в адрес финансового управляющего возражения относительно необоснованного объявления проведения повторных торгов вместо публичного предложения, вплоть до получения проекта соглашения об оставлении предмета залога за собой в декабре 2019 года. 

Доказательств обращения с указанного момента  до возникновения настоящего спора в суде залогового кредитора к финансовому управляющему по вопросам передачи транспортного средства, документов, либо по вопросам регистрации автомашины, суду не представлено. 

При этом, что следует из материалов дела и не отрицается заявителями жалобы,  автомашина в настоящее время находится во владении должника, зарегистрирована на его имя, используется по назначению, заключен договор ОСАГО. 

Также судом обоснованно принято во внимание и то, что  финансовым управляющим, ориентировавшимся на конклюдентные действия кредитора по внесению в конкурсную массу 218 700 руб., в реестр требований кредиторов внесена отметка о частичном погашении требования ФИО2 на сумму 1 968 300 руб., на что ФИО2 также не заявлено возражений. 

В результате, документально залоговое имущество реализовано и выведено из конкурсной массы в пользу ФИО2, в то время как должник, осведомленный о проведении торгов, об обязанности передачи имущества, беспрепятственно продолжает его использовать в своих интересах, заключает договоры ОСАГО на будущее время. 

В силу изложенного, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что такое поведение физического лица, не получившего встречное представление в размере 2 200 000 руб. и внесшего в конкурсную массу 218 700 руб., является нетипичным и дает основания полагать об отсутствии у залогового кредитора намерения реально получить спорную автомашину в качестве исполнения обязательства по договору займа. 

Доводы заявителей жалобы о том, что препятствиями к перерегистрации спорной автомашины  на ФИО2 после оставления им предмета залога за собой являлось отсутствие ПТС на спорное транспортное средство, которое ФИО2 не передано финансовым управляющим, а также наличие запрета ОСП на регистрационные действия были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно отклонены.

Как следует из пункта 1.9 договора залога,  сторонами согласовано, что залогодатель передает залогодержателю на ответственное хранение оригинал паспорта транспортного средства. 

 Доказательств тому, что у залогодержателя к должнику возникали претензии относительно не передачи ему ПТС и неисполнения условий договора залога, доказательств обращений ФИО2 к ФИО6 с требованием передать документы, в дело не представлено.

В этой связи ссылка на отсутствие ПТС спорного автомобиля  в перечне передаваемых должником финансовому управляющему  документов по акту от 07.07.2020, не принимается апелляционным судом.

Также суд верно исходил и из того, что  согласно представленным  документам, запрет на регистрационные действия принят 18.05.2021. 

Доказательства наличия объективных препятствий для оформления надлежащих документов между финансовым управляющим и обращения за перерегистрацией автомашины на имя залогового кредитора до указанной даты, отсутствуют. 

Из представленных в материалы дела скриншотов электронных отправлений по электронной почте следует, что, в адрес ФИО7 ответчиком 03.12.2019  направлялось на согласование соглашение  о передаче залогового имущества, а 21.07.2021 направлены как повторно  запрашиваемые документы с просьбой подписать их и отправить обратным письмом скан-копии.

Между тем,  само по себе повторное направление документов не подтверждает того обстоятельства, что фактически соглашение было подписано финансовым управляющим в июле 2021 года.

Кроме того,   повторное направление документов имело место после возбуждения производства по настоящему обособленному спору, ввиду чего  доводы о том, что соглашение было подписано 21.07.2021, на что ссылается ФИО2, также свидетельствуют об отсутствии  у залогового кредитора намерения реально получить спорный автомобиль в качестве исполнения обязательства по договору займа.

Доводы о том, что в данном случае имел место бездействие финансового управляющего не могут быть приняты судом, поскольку  доказательств предъявления каких-либо требований по поводу непередачи ему залогового имущества с декабря 2019 года по июль 2021 года, как и обжалования бездействия финансового управляющего в дело не  представлено. 

Суд обоснованно заключил, что имеющиеся в деле  доказательства как по отдельности, так и к своей совокупности, согласуясь между собой, указывают на то, что залоговый кредитор проявлял активность в отношении залогового имущества вплоть до реализации своего права на оставление имущества за собой, после чего в течение более чем полутора лет действий по уведомлению финансового управляющего о том, что автомашина не поступила в его распоряжение не предпринимал, требований по получению от финансового управляющего информации о местонахождении автомашины, ее состоянии, требований передаче спорного имущества, не заявлял. 

Учитывая изложенное, а также специфику имущества - автомобиля, эксплуатация которого влечет риски его повреждения, утрату (аварии, пожар, угон, износ),  апелляционный суд считает верным вывод суда первой инстанции об отсутствии намерения сторон  исполнять договор залога и последующее соглашение  о принятии залогового имущества.

Отсутствие такого намерения в свою очередь свидетельствует о том, что ФИО6 и ФИО2 осознавали фиктивность договора залога, действия по заключению которого были направлены на вывод ликвидного актива должника,  результатом совершения которого является причинение ущерба имущественным правам и интересам кредиторов, рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации автомашины. 

О злоупотреблении сторонами правом при заключении сделки (статья 10 ГК РФ), направленной на отчуждение имущества должника свидетельствует совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника (совершение мнимой сделки).

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 постановления № 63).

Сам факт предоставления ФИО2 ФИО6 заемных денежных средств в значительном размере при отсутствии доказательств осуществления ФИО2 деятельности  по предоставлению займов под залог,  однозначно свидетельствует о наличии доверительных отношений между сторонами сделки. В связи с чем обоснованно отклонил доводы ответчика и должника об отсутствии доказательств аффилированности, учитывая что такое отсутствие  не означает отсутствие осведомленности ответчика о цели причинения вреда.

С учетом вышеизложенного, суд пришел к обоснованному  выводу о наличии у оспариваемых сделок  признаков недействительности (ничтожности) сделки, предусмотренных статьями ГК РФ.

Признание же требования ФИО2 обоснованным и включение в реестр суммы задолженности по кредитному договору рамках настоящего дела о банкротстве, не исключают возможность оспаривания сделок должника, в частности, при наличии доказательств того, что указанная сделка повлекла причинение вреда должнику и (или) кредиторам.

При этом суд применительно к спорным сделкам привел обоснованные  мотивы относительно наличия в них  пороков, выходящих за рамки дефектов подозрительных сделок (совершение мнимой сделки в условиях вывода должником ликвидного имущества исключительно в целях недопущения обращения на него взыскания).

Доводы заявителей апелляционной жалобы об отсутствии оснований для признания сделки ничтожной отклоняются апелляционным судом.

С учетом установленных обстоятельств мнимости договора залога и оставления автомобиля ФИО2 за собой, иные доводы заявителей жалобы, в том числе о неисследовании судом вопроса о наличии другого имущества у должника, об ошибочности выводов о передаче имущества ответчику, наличия у ФИО2 обязанности по хранению и ознакомлению потенциальных покупателей с ним, не принимаются, поскольку указанное  не имеет правового значения и не влияет на правомерность принятого по спору судебного акта.

Суд также пришел к обоснованному выводу о том, что кредитором не пропущен срок исковой давности, о применении которой в ходе рассмотрения спора заявили ответчики.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

ПАО «Сбербанк», требования которого включены в реестр требований кредиторов должника 14.12.2018, с учетом положений пункта 1 статьи 129  Закона обратился в июле 2021 года в пределах установленного  Законом срока. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения. 

Ввиду признания сделок недействительными  суд правомерно применил последствия их недействительности путем возврата автомобиля в конкурсную массу должника. 

По мнению суда апелляционной  инстанции, суд первой инстанции правильно применил нормы материального права и пришел к обоснованному выводу о доказанности наличия оснований для признания сделок недействительными,  верно определив последствия их недействительности.

Нарушения судом первой инстанции норм процессуального права судом апелляционной инстанции не выявлено.

При таких обстоятельствах, основания для отмены определения суда от 25.11.2021, отсутствуют.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение от 25.11.2021 по делу № А73-15554/2018 Арбитражного суда Хабаровского края оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

И.Е. Пичинина

 

Судьи

Е.В. Гричановская

 

Т.Д. Козлова