ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-13717/2021

г. Саратов

04 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 августа 2023 года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего судьи Грабко О.В.,

судей Романовой Е.В., Судаковой Н.В.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 07 июня 2023 года по делу № А12-13717/2021 (судья Акимов А.Н.) 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Производственно-строительная компания Пронто» ФИО3 о  привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности,

по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Производственно-строительная компания Пронто» (403003, Волгоградская область, Городищенский район, р.п. Городище, площадь Павших Борцов, д. 8, офис 1, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании в помещении Арбитражного суда Волгоградской области представителя ФИО2 ФИО4, действующей на основании доверенности от 15 марта 2023 года, представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Производственно-строительная компания Пронто» ФИО3 ФИО5, действующей на основании доверенности от 20 января 2023 года, 

в отсутствие иных лиц, участвующих в обособленном споре, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Волгоградской области от 03 декабря 2021 года общество с ограниченной ответственностью «Производственно-строительная компания Пронто» (далее – ООО «ПСК Пронто», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 

21 февраля 2023 года конкурсный управляющий ООО «ПСК Пронто» ФИО3 обратилась в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 (далее – ФИО2) к субсидиарной ответственности по обязательства должника на всю сумму непогашенных требований. В качестве оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указала на основания ст. 61.12 и ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 07 июня 2023 года признано недоказанным наличие оснований для субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности  по статье 61.11 по обязательствам  ООО «ПСК Пронто», ФИО2 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с ФИО2 в пользу ООО «ПСК Пронто» в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПСК Пронто» взысканы денежные средства в размере 7 484 581,38 руб.

ФИО2 не согласилась с принятым судебным актом в части ее привлечения к субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве и обратилась в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционных жалобах, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает, что осуществляемые ей действия в качестве руководителя ООО «ПСК «Пронто» в преддверие подачи конкурсным кредитором заявления о признании должника банкротом и уже после введения процедуры наблюдения явно были направлены на продолжение хозяйственной деятельности и свидетельствуют об отсутствии совершения руководителем должника действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации. Как указывает ФИО2, все заключенные сделки свидетельствуют о намерении должника разрешить временные финансовые затруднения, продолжить осуществление хозяйственной деятельности. Заявитель апелляционной жалобы обращает внимание на то, что кредиторами, платежи в адрес которых признаны совершенными с преимущественным удовлетворением, - ООО «Пронто», ФИО2, ФИО6, ООО «Сантехторг34», ООО «СтройПартнер», ИП ФИО7, ущерб, причиненный должнику, частично погашен в размере 1 466 732,93 руб. ФИО2 полагает, что ее вина в наступлении банкротства должника не доказана, сделки совершены без цели причинения вреда должнику и кредиторам, не являлись существенно убыточными для ООО «ПСК «Пронто», не могли повлиять на платежеспособность юридического лица. Также в жалобе ФИО2 указывает, что банкротство должника вызвано объективными причинами, связанными со спецификой деятельности предприятия – строительство, сложной экономической ситуацией, вызванной пандемией COVID-19, введением ограничительных мер, затруднивших поставку товаров и материалов и увеличение их стоимости.

Конкурсный управляющий ФИО3 в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Публичное акционерное общество «Совкомбанк» (далее – ПАО «Совкомбанк», кредитор) представило письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ, в которых просит определение суда первой инстанции оставить без изменения.

В судебном заседании представитель ФИО2, представитель конкурсного управляющего ФИО3 поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве соответственно.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом согласно требованиям статьи 123, частей 1, 2 статьи 186 АПК РФ. 

Информация о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 28 июня 2023 года, что подтверждено отчетом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие данных лиц.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательства должника, конкурсный управляющий ФИО3, ссылаясь на положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), указала на неисполнение ФИО2 обязанности руководителя  по  подаче  заявления  о  банкротстве в  арбитражный  суд и причинение вреда имущественным правам кредиторов путем совершения сделок, направленных на вывод активов должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренных статьей 61.12 Закона о банкротстве, поскольку установил, что в данном случае совокупностью представленных доказательств не подтверждается, что в спорный период сложились условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, для возникновений у ФИО2 обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного лица.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает, что в части указанных выводов определение суда первой инстанции не обжалуется. Другие участники спора возражений в отношении рассмотрения спора в обжалуемой части не заявили.

Поскольку в порядке апелляционного производства обжалуется только часть определения, при этом лица, участвующие в деле, возражений против этого не заявили, на пересмотре судебного акта в полном объеме не настаивали, в соответствии с пунктом 5 статьи 268 АПК РФ суд апелляционной инстанции не может выйти за рамки апелляционной жалобы и проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва, выслушав участников процесса, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Обращаясь в суд, конкурсный управляющий ФИО3 указала, что, действуя от лица ООО «ПСК Пронто», ФИО2 совершила ряд сделок, направленных на вывод активов общества.

Как следует из материалов дела и заявления конкурсного управляющего, вступившим в законную силу определением суда от 29 июля 2022 года по делу № А12- 13717/2021 признаны недействительными платежи, произведенные ООО «ПСК Пронто» в пользу ФИО2 общую сумму 3 059 807,50 руб. в период с 01 марта 2021 года по 21 июня 2021 года, применены последствия недействительности сделок, с ФИО2 в конкурсную массу ООО «ПСК Пронто» взысканы денежные средства в размере 3 059 807,50 руб.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 05 августа 2022 года признаны недействительными сделками платежи, произведенные ООО «ПСК Пронто» в пользу ФИО6 на общую сумму 1 088 000 руб. в период с 28 января 2021 года по 05 августа 2021 года, применены последствия недействительности сделок, с ФИО6 в конкурсную массу ООО «ПСК Пронто» взысканы денежные средства в размере 1 088 000 руб., в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 11 августа 2022 года признан недействительной сделкой платеж, произведенный ООО «ПСК Пронто» 27 мая 2021 года  в пользу ООО «Сантехторг34» в сумме 200 000 руб., применены последствия недействительности сделки, с ООО «Сантехторг34» в конкурсную массу ООО «ПСК Пронто» взысканы денежные средства в размере 200 000 руб.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 11 августа 2022 года признан недействительной сделкой платеж, произведенный ООО «ПСК Пронто» 27 мая 2021 года в пользу ООО «СтройПартнер» в сумме 164 000 руб., применены последствия недействительности сделок, с ООО «СтройПартнер» в конкурсную массу ООО «ПСК Пронто» взысканы денежные средства в размере 164 000 руб.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12 сентября 2022 года признан недействительной сделкой платеж, произведенный ООО «ПСК Пронто» в пользу ИП ФИО7 в сумме 400 000 руб., применены последствия недействительности сделки, с ИП ФИО7 в конкурсную массу ООО «ПСК Пронто» денежные средства в размере 400 000 руб.

Всего по недействительным сделкам перечислены денежные средства в размере 5 051 807,50 руб.

При этом судом установлено, что на момент совершения оспариваемых платежей имелись иные требования кредиторов ООО «ПСК Пронто» с уже наступившим сроками исполнения обязательств: ООО «Волгоградский металл» (1 048 596,02 руб., срок обязательств наступил в сентябре 2020 года), ООО «ТД «Электротехмонтаж» (593 801,16 руб., срок обязательств наступил 27 октября 2020 года), ООО «ЭкоСфера» (20 000 руб., срок обязательств наступил в декабре 2020 года), в связи с чем оспариваемые платежи привели к тому, что отдельным кредиторам: ООО «Пронто», ФИО2, ФИО6, ООО «Сантехторг34», ООО «СтройПартнер», ИП ФИО7 оказано большее предпочтение в отношение удовлетворения их требований, существовавших до совершения оспариваемых сделок, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности, установленной Законом о банкротстве. 

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 года № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают (пункт 23 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 года № 53).

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, ФИО2, являясь  руководителем  ООО «ПСК «Пронто», совершила действия по выводу денежных средств в пользу аффилированных лиц в предбанкротный период, что привело к уменьшению конкурсной массы  должника, и  как  следствие к  нарушению прав и законных интересов кредиторов на наиболее полное удовлетворение их требований.

Вступившими в законную силу судебными актами установлено, что ФИО2 предприняты меры, направленные на выбытие имущества должника путем перечисления денежных средств, за счет которых могли быть удовлетворены требования независимых кредиторов, в отсутствие встречного исполнения, в пользу аффилированных лиц.

В силу прямого указания статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 года № 53).

В результате виновных действий контролирующих должника лиц ООО «ПСК Пронто» вело неэффективную хозяйственную деятельность, что повлекло его банкротство и невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Объем выведенных средств в предбанкротный период составил более 50 % реестра требований кредиторов.

Судебными актами о признании сделок недействительными установлено, что ФИО2, одобряя указанные сделки, знала о причинении вреда кредиторам.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Субсидиарная ответственность наступает, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний контролирующих лиц.

Таким образом, привлечь лицо к субсидиарной ответственности возможно, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указании (реализации воли) контролирующих лиц.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на руководителя должника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности. Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В соответствии с разъяснениями высшей судебной инстанции, приведенными в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 года № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что в рассматриваемом случае совершение ФИО2 указанных сделок привели к объективному банкротству ООО «ПСК Пронто», так как в результате недобросовестных действий руководителя по перечислению спорных платежей из конкурсной массы должника выбыло имущество (денежные средства), за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника. Выбытие денежных средств в пользу аффилированных лиц, в том числе в пользу ответчика, уменьшило ликвидность должника, что послужило катализатором для инициации необратимых процессов, связанных с банкротством должника. Доказательств обратного со стороны ответчика судам первой и апелляционной инстанций не представлено.

Из заключения временного управляющего ООО «ПСК Пронто» о наличии признаков преднамеренного банкротства следует, что должник обладает признаками преднамеренного банкротства. 

Согласно финансовому анализу должника за 2021 год в отношении ООО «ПСК Пронто»: коэффициент автономии имеет критическое значение – -0,74 (собственный капитал отсутствует); чистые активы меньше уставного капитала, при этом за период имело место снижение величины чистых активов; коэффициент обеспеченности собственными оборотными средствами имеет крайне неудовлетворительное значение, равное -0,74; коэффициент текущей (общей) ликвидности существенно ниже нормы; коэффициент абсолютной ликвидности существенно ниже нормативного значения;  отрицательная динамика собственного капитала относительно общего изменения активов организации; коэффициент покрытия инвестиций значительно ниже нормы (доля собственного капитала и долгосрочных обязательств в общей сумме капитала организации составляет -74% (нормальное значение для данной отрасли: 65% и более); критическое финансовое положение по величине собственных оборотных средств.

По итогам проведенного анализа финансовое положение ООО «ПСК Пронто» оценено по балльной системе в -1,75, что соответствует рейтингу D (критическое положение).

Финансовые результаты деятельности организации в течение анализируемого периода оценены в -1,1, что соответствует рейтингу CC (плохие результаты).

Итоговый балл финансового состояния, сочетающий в себе анализ финансового положения и результаты деятельности организации, равняется -1,49 – по шкале рейтинга это очень плохое состояние (C). Рейтинг «С» свидетельствует об очень плохом финансовом состоянии. Большинство финансовых показателей значительно хуже нормативных.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 АПК РФ, пришел к верному выводу о доказанности конкурсным управляющим обязательных условий, предусмотренных подпунктом  1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, при наличии которых возможно привлечение ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Из расчета конкурного управляющего ФИО3 следует, что остаток непогашенной суммы требований кредиторов ООО «Производственно-строительная компания Пронто» перед кредиторами составляет 7 484 581,38 руб.

Доказательств, свидетельствующих о том, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению, ФИО2 не представлено, основания для уменьшения размера субсидиарной ответственности судом не установлены.

Доводы ФИО2 о недоказанности совершения ей виновных действий, повлекших причинение ущерба должнику, совершение спорных сделок в ходе осуществления обычной хозяйственной деятельности должника, повторяют утверждения, которые являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции, получили соответствующую правовую оценку в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 АПК РФ и обоснованно были отклонены судом.

Поскольку ответчик является контролирующим должника лицом, то в силу особенностей рассмотрения данной категории споров, бремя доказывания заявленных конкурсным управляющий утверждений, переходит на ответчика. Вместе с тем, со стороны ответчика убедительных доказательств своей невиновности не представлено.

Ссылки ФИО2 в апелляционной жалобе на частичное возмещение кредиторам причиненного должнику ущерба в качестве основания для отмены судебного акта суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку данные обстоятельства не свидетельствуют об отсутствии вины бывшего руководителя должника в доведении ООО «ПСК Пронто» до состояния неплатежеспособности. К тому же возмещенный после признания незаконными сделок ущерб, компенсирован должнику в незначительном размере, не позволил удовлетворить все требования независимых кредиторов, о чем  указывает и сама ФИО2 в апелляционной жалобе.

Указывая в апелляционной жалобе на то, что банкротство должника вызвано объективными причинами, связанными со спецификой деятельности предприятия –строительство, сложной экономической ситуацией, вызванной пандемией COVID-19, введением ограничительных мер, затруднивших поставку товаров и материалов и увеличение их стоимости, ФИО2 каких-либо доказательств в обоснование данных доводов не представила, отсутствие непосредственно своей вины как руководителя должника не доказала. 

Судом первой инстанции установлена вина ответчика, размер ответственности определен с учетом действующего законодательства. Суд апелляционной инстанции оснований для снижения размера ответственности ФИО2, с учетом степени ее вины и участия в противоправных действиях, не усматривает.

Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

При выполнении постановления в форме электронного документа данное постановление в соответствии с частью 1 статьи  177 АПК РФ направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение  Арбитражного  суда  Волгоградской  области  от  07  июня 2023 года по делу № А12-13717/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

О.В. Грабко

 

 

 

Судьи

Е.В. Романова

 

 

 

Н.В. Судакова