Арбитражный суд Амурской области

675023, г. Благовещенск, ул. Ленина, д. 163

тел. (4162) 59-59-00, факс (4162) 51-83-48

http://www.amuras.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело  №

А04-8801/2018

г. Благовещенск

15 ноября 2018 года

изготовление решения в полном объеме

«

13

»

ноября

2018 г.

резолютивная часть

Арбитражный суд Амурской области в составе судьи Валентины Дмитриевны Пожарской, при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Т.И. Кузьминым, рассмотрев в открытом судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «Морозко» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к судебному приставу-исполнителю межрайонного отдела судебных приставов по г. Райчихинску и пгт. Прогресс управления Федеральной службы судебных приставов по Амурской области ФИО1, управлению Федеральной службы судебных приставов по Амурской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании постановления незаконным,

третье лицо (взыскатель): ФИО2,

при участии в заседании: от заявителя – ФИО3, представителя по доверенности от 29.10.2018 № 9, предъявлен паспорт; ФИО4, представителя по доверенности от 21.12.2017 № 7, предъявлен паспорт; от управления – Е.С. Отскочной, главного специалиста-эксперта отдела правового обеспечения и работы с обращениями граждан, по доверенности от 29.12.2017 № Д-28907/17/38-Дт, предъявлено удостоверение; от третьего лица – ФИО5, адвоката, по доверенности от 03.10.2018 № 28АА0989670, предъявлено удостоверение адвоката; Л.С. Шуляк, представителя по доверенности от 08.10.2018 № 28АА0985802, выданной в порядке передоверия от ФИО6, действующего на основании доверенности от 03.10.2018 № 28АА0989670, предъявлен паспорт;

установил:

в Арбитражный суд Амурской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Морозко» (далее - заявитель, общество, должник) с заявлением к судебному приставу-исполнителю межрайонного отдела судебных приставов по г. Райчихинску и пгт. Прогресс управления Федеральной службы судебных приставов по Амурской области ФИО1 (далее - пристав-исполнитель) о признании незаконным постановления о наложении ареста на имущество должника в обеспечение исковых требований от 09.10.2018.

Определением от 24.10.2018 заявление принято к производству, на основании разъяснений пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» суд по собственной инициативе привлек к участию в деле в качестве соответчика управление Федеральной службы судебных приставов по Амурской области (далее – управление), в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, взыскателя - ФИО2 (далее – третье лицо, взыскатель, ФИО2). Определением от 30.10.2018 суд по правилам части 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) завершил предварительное судебное заседание и перешел к рассмотрению дела по существу с последующим отложением судебного разбирательства на 13.11.2018. Информация об отложении судебного разбирательства размещена на официальном сайте суда в сети Интернет.

 

Представители заявителя на требованиях настаивали. Пояснили, что определением Арбитражного суда Амурской области от 09.01.2018 по делу А04-11129/2017 утверждено мировое соглашение по спору между обществом и ФИО2 о выплате действительной стоимости доли. Настаивали, что условия мирового соглашения исполнены со стороны общества надлежащим образом, в связи с чем оснований для наложения ареста на транспортные средства у ответчика не имелось.

Представитель управления против удовлетворения требований возражал по основаниям, изложенным в письменном отзыве. По мнению управления, условия мирового соглашения обществом не соблюдены, транспортные средства, подлежащие передаче по этому мировому соглашению имелись в наличии у заявителя, в связи с чем приставом-исполнителем правомерно вынесено оспариваемое постановление. Кроме того, постановлением от 09.11.2018 № 18/130414 снят арест со спорного транспортного средства, права должника восстановлены, производство по делу подлежит прекращению.

Представители взыскателя против удовлетворения требований заявителя возражали по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Полагают, что условия мирового соглашения обществом не соблюдены, транспортные средства, подлежащие передаче по этому мировому соглашению имелись в наличии у заявителя, в связи с чем приставом-исполнителем правомерно вынесено оспариваемое постановление. Основания для самостоятельного изменения способа и порядка исполнения мирового соглашения у должника отсутствовали, объективной невозможности передачи транспортных средств не имелось. Более того, перечисление денежных средств было неполным, основания для самостоятельного исчисления и уплаты налога на доходы физических лиц у должника также не имелось.

В судебном заседании представителем ФИО2 заявлено ходатайство о перерыве в судебном заседании для предоставления суду и приобщения к материалам дела судебной практики. Рассмотрев ходатайство с учётом мнения представителей заявителя и управления, суд отказал в его удовлетворении.

Судебный пристав-исполнитель в судебное заседание не явился, о времени и месте заседания извещен надлежащим образом. Дело рассмотрено в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие пристава-исполнителя.

 

Как видно из материалов дела, определением Арбитражного суда Амурской области от 09.01.2018 по делу А04-11129/2017 утверждено мировое соглашение по спору между обществом «Морозко» и ФИО2 о выплате действительной стоимости доли, в соответствии с которым выплате подлежало 4 784 545.12 руб. в следующем порядке:

1) общество выплачивает ФИО2 в срок не позднее 01.07.2018 денежные средства в сумме 1 179 545.12 руб.;

2) в счет частичной оплаты действительной стоимости доли в размере 700 000 руб. общество передает ФИО2 в срок не позднее 01.02.2018 право собственности на нежилое здание, площадью 104.4 кв.м с кадастровым номером 28:04:010512:195, расположенное по адресу: 

<

...>;

3) в счет частичной оплаты действительной стоимости доли в размере 2 905 000 руб. общество передает ФИО2 в срок не позднее 01.03.2018 право собственности на следующие транспортные средства:

- автомобиль TOYOTA COASTER 1994 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, согласованная сторонами стоимость составляет 327 000 руб.;

- автомобиль TOYOTA LANDCRUISER 2000 года выпуска, идентификационный номер (VIN) отсутствует, номер кузова JT111TJA008012703, согласованная сторонами стоимость составляет 1 081 000 руб.;

- автомобиль TOYOTA LANDCRUISER 2002 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, согласованная сторонами стоимость составляет 1 126 000 руб.;

- автомобиль специализированный - автоцистерна ГАЗ САЗ 3307 1992 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, согласованная сторонами стоимость составляет 138 000 руб.;

- прицеп роспуск ГКБ 1990 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***> 28рус, согласованная сторонами стоимость составляет 77 000 руб.;

- полуприцеп ЧМЗАП 99858 1990 года выпуска, государственный регистрационный знак AM 3557 28 рус, согласованная сторонами стоимость составляет 156 000 руб.

Право собственности на транспортные средства переходит к ФИО2 с момента подписания сторонами акта приема-передачи. На момент заключения мирового соглашения указанные транспортные средства являются вещественными доказательствами по уголовному делу, о чем ФИО2 уведомлен и согласен. В случае объективной невозможности передачи права собственности на указанные транспортные средства (всех, либо некоторых) в срок до 01 марта 2018 года общество «Морозко» выплачивает ФИО2 денежные средства в размере их согласованной в настоящем мировом соглашении стоимости.

В связи с неисполнением в установленный срок условий мирового соглашения арбитражным судом взыскателю 09.07.2018 выдан исполнительный лист серии ФС № 025597086, подлежащий немедленному исполнению. Постановлением от 24.07.2018 возбуждено исполнительное производство № 25805/18/28003-ИП в отношении общества «Морозко». Постановлением от 29.07.2018 № 18/38110 исполнительное производство № 25805/18/28003-ИП окончено вследствие фактического исполнения должником требований исполнительного документа, что подтверждено платежными документами о погашении долга.

Постановлением заместителя старшего судебного пристава от 20.08.2018 № 18/54058 постановление от 29.07.2018 об окончании исполнительного производства № 25805/18/28003-ИП отменено, исполнительное производство № 25805/18/28003-ИП возобновлено.

Постановлением от 09.10.2018 приставом-исполнителем наложен арест на имущество должника в размере и объеме, необходимых для исполнения требований исполнительно документа с учетом взыскания исполнительского сбора и расходов на совершение исполнительных действий. Арест наложен на автомобиль TOYOTA COASTER 1994 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, корпус бело-зеленого цвета, о чем составлен акт о наложении ареста от 09.10.2018.

Постановлением от 09.10.2018 ответственным хранителем арестованного имущества назначено МОСП по г. Райчихинску и пгт. Прогресс, по адресу: 

<

...>.

Постановлением пристава-исполнителя ФИО1 от 09.11.2018 № 18/130414 арест с транспортного средства был снят, по акту в тот же день передано заявителю.

Полагая постановление судебного пристава-исполнителя ФИО1 о наложении ареста на имущество должника в обеспечение исковых требований от 09.10.2018 в рамках упомянутого исполнительного производства незаконным, заявитель обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями. В судебном заседании представители заявителя настаивали на рассмотрении заявления по существу.

В соответствии с приложениями статьи 122 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» жалоба на постановление должностного лица службы судебных приставов, его действия (бездействие) подается в течение десяти дней со дня вынесения судебным приставом-исполнителем или иным должностным лицом постановления, совершения действия, установления факта его бездействия либо отказа в отводе.

Согласно части 4 статьи 198 АПК РФ заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» разъяснено, что заявление об оспаривании постановления, действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя подается в суд, арбитражный суд в течение десяти дней со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов.

Судом установлено, что оспариваемое постановление вынесено судебным приставом-исполнителем и получено должником 09.10.2018. В арбитражный суд заявление направлено должником по почте 18.10.2018, то есть с соблюдением установленного десятидневного срока, исчисляемого в рабочих днях.

Рассмотрев требования по существу, изучив доводы лиц, участвующих в деле, оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд находит требования заявителя подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Частью 1 статьи 64 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» установлено, что исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с настоящим Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе. Судебный пристав-исполнитель вправе в целях обеспечения исполнения исполнительного документа накладывать арест на имущество, в том числе денежные средства и ценные бумаги, изымать указанное имущество, передавать арестованное и изъятое имущество на хранение (пункт 7).

Согласно части 1 статьи 80 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника. При этом судебный пристав-исполнитель вправе не применять правила очередности обращения взыскания на имущество должника.

В силу пункта 1 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» установлено, что исполнительное производство оканчивается судебным приставом-исполнителем в случае фактического исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе.

По смыслу приведенной нормы, окончание исполнительного производства производится при наличии у судебного пристава-исполнителя достаточных данных, подтверждающих факт реального исполнения должником своего обязательства перед взыскателем. Следовательно, на приставе-исполнителе лежит обязанность проверить реальность исполнения должником своих обязательств перед взыскателем, в том числе с целью соблюдения принципов соразмерности и пропорциональности применения мер государственного принуждения удостовериться на момент наложения ареста в полном и надлежащем исполнении требований исполнительного документа.

 

Как видно из текста мирового соглашения, утвержденного определением Арбитражного суда Амурской области от 09.01.2018 по делу А04-11129/2017, общество «Морозко» обязалось выплатить ФИО2 действительную стоимость доли в размере 4 784 545.12 руб. Исполнение этой обязанности осуществляется поэтапно и различными способами, а именно:

1) общество выплачивает ФИО2 в срок не позднее 01.07.2018 денежные средства в сумме 1 179 545.12 руб.;

2) в счет частичной оплаты действительной стоимости доли в размере 700 000 руб. общество передает ФИО2 в срок не позднее 01.02.2018 право собственности на нежилое здание, площадью 104.4 кв.м с кадастровым номером 28:04:010512:195, расположенное по адресу: 

<

...>;

3) в счет частичной оплаты действительной стоимости доли в размере 2 905 000 руб. общество передает ФИО2 в срок не позднее 01.03.2018 право собственности на следующие транспортные средства:

- автомобиль TOYOTA COASTER 1994 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, согласованная сторонами стоимость составляет 327 000 руб.;

- автомобиль TOYOTA LANDCRUISER 2000 года выпуска, идентификационный номер (VIN) отсутствует, номер кузова JT111TJA008012703, согласованная сторонами стоимость составляет 1 081 000 руб.;

- автомобиль TOYOTA LANDCRUISER 2002 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, согласованная сторонами стоимость составляет 1 126 000 руб.;

- автомобиль специализированный - автоцистерна ГАЗ САЗ 3307 1992 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, согласованная сторонами стоимость составляет 138 000 руб.;

- прицеп роспуск ГКБ 1990 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***> 28рус, согласованная сторонами стоимость составляет 77 000 руб.;

- полуприцеп ЧМЗАП 99858 1990 года выпуска, государственный регистрационный знак AM 3557 28 рус, согласованная сторонами стоимость составляет 156 000 руб.

На момент совершения приставом-исполнителем исполнительных действий в виде наложения ареста на имущество должника обществом совершены следующие действия:

1) право собственности на нежилое здание, площадью 104.4 кв.м с кадастровым номером 28:04:010512:195, расположенное по адресу: 

<

...> передано ФИО2 и зарегистрировано за ним 14.02.2018, что подтверждено выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 17.10.2018 № 99/2018/205292912;

2) 02.07.2018 произведена выплата 1 179 545.12 руб. в следующем порядке: 1 026 204.12 руб. перечислено непосредственно ФИО2, 153 341 руб. налоговым агентом уплачено в бюджет в качестве налога на доходы физических лиц за ФИО2;

3) 16.07.2018 произведена выплата 2 905 000 руб. в следующем порядке: 2 527 350 руб. перечислено непосредственно ФИО2, 377 650 руб. налоговым агентом уплачено в бюджет в качестве налога на доходы физических лиц за ФИО2

Доводы ответчиков и третьего лица о ненадлежащем характере исполнения должником своей обязанности оценены судом и отклонены как необоснованные по следующим основаниям.

Стороны мирового соглашения при его утверждении арбитражным судом прямо предусмотрели, что транспортные средства, подлежащие передаче по мировому соглашению, являются вещественными доказательствами по уголовному делу (о чем ФИО2 уведомлен и согласен), и в случае объективной невозможности передачи права собственности на указанные транспортные средства (всех, либо некоторых) в срок до 01 марта 2018 года общество «Морозко» выплачивает ФИО2 денежные средства в размере их согласованной в настоящем мировом соглашении стоимости.

Таким образом, упомянутое условие, исходя из буквального толкования, допускает исполнение должником своей обязанности по выплате действительной доли взыскателю путем перечисления денежных средств при невозможности передать, указанные в соглашении, транспортные средства в срок до 01.03.2018.

Материалами дела подтверждено, что спорные транспортные средства в порядке статей 81 и 82 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации признаны вещественными доказательствами по уголовному делу и хранились не у должника, а у ответственных хранителей, то есть иных лиц. В связи с чем распоряжение обществом «Морозко» спорными транспортными средствами  до момента вступления в силу приговора по уголовному делу и фактическому возврату этих транспортных средств в обладание должника не представлялось возможным по объективным причинам.

Как усматривается из исполнительных листов серии ФС № 018675479, серии ФС № 018675480, серии ФС № 018675491, выданных 20.07.2018 Райчихинским городским судом по уголовному делу № 1-7/2018, приговор от 14.03.2018 вступил в законную силу 19.07.2018. Спорные транспортные средства переданы от ответственных хранителей обществу «Морозко» по соответствующим актам приема-передачи только 24.07.2018.

Следовательно, в отсутствие объективной возможности передать до 01.03.2018 транспортные средства взыскателю должник правомерно осуществил исполнение своей обязанности по выплате доли путем перечисления денежных средств. Вопреки утверждениям взыскателя, такое право прямо предусмотрено мировым соглашением, утвержденным судом, в связи с чем замена способа и порядка исполнения судебного акта по правилам статьи 324 АПК РФ в рассматриваемом случае не требовалась.

Доводы взыскателя о возможности подписания актов приема-передачи транспортных средств между взыскателем и должником до момента их передачи обществу «Морозка» из состава доказательств по уголовному делу противоречат положениям статей 81 и 82 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в части отсутствия у должника оснований для распоряжения доказательствами, хранящимися в уголовном деле.

Возражения взыскателя о ненадлежащем характере осуществления выплаты должником действительной стоимости доли с одновременным удержанием и перечислением в бюджет налога на доходы физических лиц признаны судом несостоятельными ввиду следующего.

Статьей 210 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Налоговый кодекс) установлено, что при определении налоговой базы по налогу на доходы физических лиц учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 Кодекса.

Следовательно, при выходе участника из общества выплачиваемая ему действительная стоимость доли подлежит обложению налогом на доходы физических лиц на общих основаниях с полной суммы выплаченного дохода.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 226 Налогового кодекса российские организации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, за исключением доходов, в отношении которых исчисление и уплата налога осуществляются в соответствии со статьями 214.1, 214.3, 214.4, 214.5, 227, 227.1 и 228 Кодекса, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 Кодекса. Указанные организации являются налоговыми агентами.

Поскольку доход налогоплательщика в виде действительной стоимости доли, полученный при его выходе из общества, не относится к доходам, предусмотренным указанными статьями Налогового кодекса, в отношении таких доходов налогоплательщика организация является налоговым агентом и обязана исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога на доходы физических лиц в общеустановленном порядке с полной суммы выплаченного дохода, а также представить соответствующие сведения в налоговый орган.

Согласно пунктам 1 и 4 статьи 24 Налогового кодекса налоговыми агентами признаются лица, на которых в соответствии с настоящим Кодексом возложены обязанности по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению налогов в бюджетную систему Российской Федерации. Налоговые агенты перечисляют удержанные налоги в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом для уплаты налога налогоплательщиком.

В силу пункта 1 статьи 45 Налогового кодекса налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Уплата налога может быть произведена за налогоплательщика иным лицом. Иное лицо не вправе требовать возврата из бюджетной системы Российской Федерации уплаченного за налогоплательщика налога.

Таким образом, публичным правопорядком Российской Федерации в сфере налогообложения предусмотрены обязательные для исполнения требования к организациям – налоговым агентам об удержании и перечислении в бюджет налога на доходы физических лиц, исчисленного с доходов, полученных физическими лицами в результате отношений с такими организациями.

Из текста мирового соглашения видно, что выплате обществом «Морозко» (организацией-резидентом) подлежит осуществлению выплата действительной стоимости доли ФИО2 (физическому лицу – резиденту), т.е. подлежит совершению операция, подлежащая обложению налогом на доходы физических лиц. При этом в тексте мирового соглашения отсутствует указание на выплату суммы действительной стоимости доли без начисления соответствующих налогов (в «чистом» виде), следовательно, в отсутствие соответствующей оговорки стороны соглашения предусмотрели выплату с учетом подлежащих уплате обязательных платежей, которые по существу являются платежами налогоплательщика.

Материалами дела подтвержден факт исчисления обществом «Морозко» к уплате денежных средств в счет погашения обязанности по выплате действительной доли в сумме 4 084545.12 руб., из которых взыскателю непосредственно уплачено 3 553 554.12 руб., а 530 991 руб. удержано в качестве налога на доходы физических лиц по ставке 13 % и перечислено в бюджет. Перечисленные обстоятельства лицами, участвующими в деле, не оспаривались, подтверждены платежными поручениями от 02.07.2018 № 686 и № 688, от 16.07.2018 № 712 и № 713.

Исполнение налоговым агентом публично-правовых обязательств в виде удержания и перечисления в бюджет налога на доходы физических лиц в установленном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах размере за налогоплательщика не может быть расценено в качестве невыполнения условий гражданско-правового обязательства (в рассматриваемом случае мирового соглашения).

При этом в случае наличия соответствующих льгот, в том числе права на налоговый вычет, взыскатель не лишен права их заявления в налоговый орган в порядке, предусмотренном действующим законодательством о налогах и сборах.

Ссылки взыскателя на исключительность мирового соглашения как обязательства, утвержденного судебным актом, судом также отклонены.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 24.02.2004 № 1-О, мировое соглашение представляет собой соглашение сторон о прекращении спора на основе добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок, что является одним из процессуальных средств защиты субъективных прав.

Из статей 138, 139 и 140 АПК РФ следует, что утвержденное судом мировое соглашение является институтом процессуального права и регламентируется нормами названного Кодекса.

В соответствии с частью 1 статьи 138 АПК РФ арбитражный суд принимает меры для примирения сторон, содействует им в урегулировании спора. При этом одной из задач судопроизводства в арбитражных судах Российской Федерации является содействие становлению и развитию партнерских деловых отношений, формированию обычаев и этики делового оборота (пункт 6 статьи 2 АПК РФ). Учитывая изложенное, не допускается использование примирительных процедур, противоречащех достижению указанных задач судопроизводства.

Из смысла и содержания норм, регламентирующих примирительные процедуры, а также исходя из задач судопроизводства в арбитражных судах следует, что утвержденное судом мировое соглашение по своей природе является таким процессуальным способом урегулирования спора, который основывается на примирении сторон на взаимоприемлемых условиях, что влечет за собой ликвидацию спора о праве в полном объеме.

Часть 2 статьи 9 АПК РФ предусматривает, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Невключение в текст мирового соглашения условий о необходимости выполнения каких-либо дополнительных обязательств означает соглашение сторон о полном прекращении гражданско-правового конфликта и влечет за собой потерю права сторон на выдвижение новых требований (эстоппель), вытекающих как из основного обязательства, так и из дополнительных по отношению к основному обязательств.

Следовательно, мировое соглашение направлено на погашение исключительно гражданско-правового конфликта, возникшего между сторонами судебного спора, но не изменяет и не подменяет собой установленные институты публичного права, в том числе в сфере налогообложения и не может служить основанием для освобождения налогового агента от исполнения соответствующей публичной обязанности.

Последующий возврат взыскателем части выплаченных ему должником денежных средств надлежащий характер исполнения обществом «Морозко» обязанности по выплате действительной стоимости доли не изменяет. В платежном поручении от 03.08.2018 № 782261, подтверждающем факт перечисления 976 804.88 руб. от ФИО2 обществу «Морозко», указано на возврат переплаченной суммы по мировому соглашению. При таких конкретных обстоятельствах, связанных с толкованием и применением условий мирового соглашения, совершенных сторонами исполнительного производства юридически значимых действий, суд приходит к выводу о выполнении должником возложенной на него обязанности по выплате взыскателю действительной стоимости доли до момента осуществления приставом-исполнителем оспариваемых исполнительных действий, в связи с чем постановление о наложении ареста на имущество должника в обеспечение исковых требований от 09.10.2018 не соответствует требования статей 47, 64, 80 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» и подлежит признанию незаконным.

Довод управления о том, что оспариваемое постановление отменено и не нарушает прав и законных интересов заявителя, оценен и отклонен как необоснованный по следующим основаниям.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» разъяснено, что отмена вышестоящим должностным лицом оспариваемого постановления судебного пристава-исполнителя в период рассмотрения дела судом не может служить основанием для прекращения производства по этому делу, если применение такого постановления привело к нарушению прав, свобод и законных интересов заявителя (административного истца). Окончание либо прекращение исполнительного производства сами по себе не препятствуют рассмотрению по существу судом заявления об оспаривании конкретного постановления либо действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя, повлекших неблагоприятные последствия для заявителя (административного истца).

В пункте 18 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2005 № 99 «Об отдельных вопросах практики применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» выражена правовая позиция о том, что отмена оспариваемого ненормативного правового акта или истечение срока его действия не препятствует рассмотрению по существу заявления о признании акта недействительным, если им были нарушены законные права и интересы заявителя.

Поскольку оспариваемое постановление ограничивало должника во владении и распоряжении имуществом, повлекло наложение ареста на транспортное средство, предусматривало отнесение на должника расходов по хранению арестованного имущества, чем нарушало права и законные интересы общества «Морозко» в сфере предпринимательской деятельности, отменено только в ходе судебного оспаривания, постольку производство по делу в этой части прекращению не подлежит.

 

Рассматривая вопрос о применении способа восстановления нарушенного права, суд пришел к следующему выводу.

Согласно пункту 3 части 5 статьи 201 АПК РФ в резолютивной части решения по делу об оспаривании действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, об отказе в совершении действий, в принятии решений должно содержаться указание на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

По смыслу главы 24 АПК РФ возложение обязанности совершить определённые действия не является самостоятельным требованием, а рассматривается в качестве способа устранения нарушения прав и законных интересов заявителя и должно быть соразмерно нарушенному праву с учетом обстоятельств дела. Исходя из смысла закона, при выборе способа устранения нарушенного права суд определяет, насколько испрашиваемый заявителем способ соответствует материальному требованию и фактическим обстоятельствам дела на момент его рассмотрения. Право выбора конкретного способа восстановления нарушенных прав заявителя принадлежит суду.

Судом установлено, что на момент рассмотрения спора постановление о наложении ареста на имущество должника в обеспечение исковых требований от 09.10.2018 отменено.

При названных обстоятельствах суд полагает, что признание постановления ответчика незаконными само по себе устраняет нарушения прав заявителя в ходе рассмотрения публично-правового спора и не требует применения способа восстановления нарушенного права.

 

Заявления о признании незаконными постановлений, действий (бездействия) судебных приставов-исполнителей государственной пошлиной не облагаются.

Руководствуясь статьями 167-170, 201, 329 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

признать незаконным, несоответствующим Федеральному закону от 2 октября 2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» постановление судебного пристава-исполнителя межрайонного отдела судебных приставов по городу Райчихинску и пгт Прогресс  управления Федеральной службы судебных приставов по Амурской области ФИО1 от 09.10.2018 о наложении ареста на имущество должника в обеспечение исковых требований по исполнительному производству №29150/18/28003-ИП.

Решение подлежит немедленному исполнению и  может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Шестой арбитражный апелляционный суд (г. Хабаровск) через Арбитражный суд Амурской области.

 

Судья                                                                  В.Д. Пожарская