Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, 

<

...>, официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ 

№ 06АП-4076/2025

28 января 2026 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 января 2026 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Гричановской Е.В.

судей	 Козловой Т.Д., Пичининой И.Е.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Егожа А.К. при участии в заседании посредством системы веб-конференции представителя ФИО1 ФИО2 по доверенности от 01.10.2025, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО1 на 

определение

 Арбитражного суда Хабаровского края от 05.09.2025 по делу № А73-3467/2021 по заявлению финансового управляющего ФИО1 (вх. № 92293) к ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании сделок недействительными в рамках дела о банкротстве ФИО3,

установил:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 18.03.2021 по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО3.

Определением суда от 27.05.2021 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1, из Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа». Решением суда от 28.09.2021 ФИО3 признан банкротом, введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО1

Финансовый управляющий ФИО1 обратился в суд с заявлением о признании недействительными договоров оказания услуг от 01.04.2020, 01.01.2020, 01.01.2021, 01.01.2022, заключенных должником с ФИО4, и о применении последствий действительности сделок в виде взыскания в конкурсную массу 1 710 000 руб.; о признании недействительными договоров оказания услуг от 01.04.2019, 01.01.2020, 01.01.2021, 01.01.2022, заключенных должником с

ФИО5, о применении последствий действительности сделок в виде взыскания в конкурсную массу 1 710 000 руб.; о признании недействительными договоров оказания услуг от 10.06.2021, 01.01.2022, заключенных должником с ФИО6 и о применении последствий действительности сделок в виде взыскания в конкурсную массу 526 500 руб.

Обращаясь с настоящим заявлением в суд, финансовый управляющий указал, что ФИО3 самостоятельно платил ФИО4, ФИО5, ФИО6 за охрану имущества и оборудования, за подконтрольное лицо. С апреля 2019 по май 2022 года ответчики получили от ФИО3 денежные средства в общей сумме 3 946 500 руб. При этом ответчики фактически услуги не оказывали, но денежные средства получали вне очередности по отношению к независимым кредиторам должника (ФИО3), причинив им имущественный ущерб. В связи с чем, финансовый управляющий просил сделки признать недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также на основании статей 10, 167, 168, 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В ходе судебного разбирательства финансовый управляющий указывал на мнимость сделок, ссылаясь на обстоятельства, установленные в определении суда от 01.06.2023 по делу № А73-18247-1/2021 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Алюминиевая пластиковая панель». В рамках указанного дела финансовый управляющий ФИО3 ФИО1 01.07.2022 обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Алюминиевая пластиковая панель» требования в размере 3 353 513,17 руб. (долг и %) на основании оспариваемых по настоящему делу договоров. Как указывал ФИО3, входящий в группу компаний с должником - ООО «Алюминиевая пластиковая панель», он от своего имени (а не отмени ООО «Алюминиевая пластиковая панель») заключил с ФИО4, ФИО5, ФИО6 договоры, в целях обеспечения сохранности имущества, принадлежащего ООО «Самсстрой» и ООО «АПП», по причине блокировки счетов в период с февраля-марта 2019 года. В подтверждение несения личных расходов на охрану имущества ФИО3 представил платежные ведомости. Определением от 01.06.2023 по делу № А73-18247-1/2021 в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 – ФИО1 суд отказал. Суд установил, что, учитывая положения статей 213.11, 213.25 Закона о банкротстве, ФИО3 не обладал правом на заключение договоров об оказании услуг, которые бы в своей совокупности приводили бы к принятию дополнительных расходных обязательств, начиная с 26.05.2021 с ежемесячным объемом оплаты свыше 50 000 руб., а после введения процедуры реализации 28.09.2021 – вовсе не обладал возможностью заключения таких договоров и их оплаты. Суд на основании оценки условий спорных договоров и копии материалов уголовного дела № 1220108006500044, установил, что фактически охрана объекта не осуществлялась, имущество располагалось на грунте на открытом пространстве. Сведения о нем поступали от работника ООО «ХТЗ» по поручению не самого ФИО3, а иного лица. Учитывая выявленные пороки в содержании самих договоров, на которые указывал конкурсный управляющий, применительно к положениям статьи 170 ГК РФ, арбитражный суд пришел к выводу о мнимости правоотношений, создания видимости обеспечения сохранности

имущества. Полагая, что судебный акт имеет преюдициальное значение, финансовый управляющий просил заявление удовлетворить.

Определением от 05.09.2025 суд отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1

Не согласившись с принятым судебным актом от 05.09.2025, финансовый управляющий ФИО1 обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, считая его незаконным и подлежащим отмене.

По утверждению апеллянта, суд, при рассмотрении настоящего дела пришел к ошибочному выводу об отсутствии преюдициального значения ранее принятого по делу № А73-18247-1/2021 определения от 01.06.2023. В указанном деле суд указал на отсутствие факта оказания услуг по охране имущества, мнимость сделок, а в настоящем споре суд усмотрел оказание услуг ненадлежащего качества, что влечет разные правовые последствия. Между тем, применительно к настоящему спору выводы суда в деле о банкротстве конечного выгодоприобретателя услуг имели преимущественное значение.

В силу ч. 1 ст. 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации. В настоящем случае, со стороны ответчиков не представлено никаких доказательств, опровергающих позицию финансового управляющего, судебный акт от 01.06.2023 не был оспорен, возражений относительно выводов суда, изложенных в определении от 01.06.2023, не приведено. В связи с чем, выводы суда наряду с иными доказательствами по делу могли быть использованы при рассмотрении настоящего дела, в том числе учитывая тот факт, что во включении требований должнику судом было оказано. Учитывая пояснения должника, денежные средства им расходовались на обеспечение сохранности подконтрольного лица, сам должник и его кредиторы не получали от этого материальной выгоды в момент осуществления платежей, возможность восстановления прав кредиторов утрачена в связи с установленными фактами мнимости спорных следок. Причинение вреда интересам и правам кредиторов считается доказанным тогда, когда в результате совершения сделки имущественная масса должника уменьшилась, а значит, его кредиторы рассчитывают на меньшее удовлетворение своих требований. В данном случае, сделки были заключены уже в период банкротства самого должника, следовательно, денежные средства должны были быть направлены на погашение требований кредиторов, а не на мнимую охрану имущества ООО «Алюминиевая пластиковая панель». Финансовый управляющий считает необоснованными выводы суда об отсутствии оснований для признания платежей недействительными по основаниям, предусмотренным ст. 61.3 ФЗ Закона о банкротстве.

В период с 18.09.2020 платежи, осуществляемые должником в отношении ФИО5, ФИО6 ФИО4 совершены с нарушением очередности погашения требований кредиторов, преимущественно перед имеющимися на дату погашения требованиями иных кредиторов. Кроме того, с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично (абзац 2 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве). В связи с чем, имеются основания для признания платежей недействительными по п. 1 ст. 174 ГК РФ. Согласно абз. 3 п. 5 ст. 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом сделки, совершенные гражданином

лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны. Требования кредиторов по сделкам гражданина, совершенным им лично (без участия финансового управляющего), не подлежат удовлетворению за счет конкурсной массы. Указанная норма означает, что лицо, совершившее сделку с должником в нарушение требований абз. 3 п. 5 ст. 213.25 Закона о банкротстве не вправе участвовать в распределении конкурсной массы должника наравне с иными кредиторами, чьи интересы подлежат удовлетворению в соответствии с очередностью, установленной ст. 213.27 Закона о банкротстве. Указанное регулирование означает, что лицо, совершившее сделку с должником в нарушение требований абзаца третьего пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве не вправе участвовать в распределении конкурсной массы должника наравне с иными кредиторами, чьи требования подлежат удовлетворению, в соответствии с очередностью, установленной статьей 213.27 Закона о банкротстве. Оспаривание сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. С учетом изложенного, финансовый управляющий просит обжалуемое определение от 05.09.2025 отменить, заявления финансового управляющего удовлетворить в полном объеме.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Шестого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.6aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в статье 121 АПК РФ.

Письменные отзывы в суд не направлены.

В судебном заседании 14.01.2026 представитель финансового управляющего настаивал на жалобе по приведенным в ней доводам.

Остальные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьи 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие иных участников спора.

Изучив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

Как утверждает ФИО3, от своего имени им были заключены с ФИО4, ФИО5, ФИО6 договоры, в целях обеспечения сохранности имущества, принадлежащего юридическим лицам: ООО «Самстрой» и ООО «Алюминиевая пластиковая панель», по причине блокировки их счетов.

В подтверждение расчетов с привлеченными к охране физическими лицами ФИО3 представил платежные ведомости на общую сумму 3 946 500 руб.

На основании указанных договоров и ведомостей ФИО3 в лице его финансового управляющего ФИО1, обращался в арбитражный суд в рамках дела № А73-18247-1/2021 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Алюминиевая пластиковая панель», с заявлением о включении в реестр требований кредиторов требования в размере 3 353 513,17 руб. (долг и %) на основании оспариваемых по настоящему делу договоров.

Определением от 01.06.2023 по делу № А73-18247-1/2021 в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 – ФИО1 суд отказал, признав правоотношения по охране имущества мнимыми, документооборот созданным для видимости обеспечения сохранности имущества.

В рамках настоящего дела, финансовый управляющий ФИО3 ФИО1 оспорил эти сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2, статьи 61.3 Закона о банкротстве, а также по общим основаниям статей 10, 168, 174.1 ГК РФ. При этом управляющий ссылался на определение суда от 01.06.2023 по делу № А73-18247-1/2021, как имеющее преюдициальное значение; просил применить последствия недействительности сделок и взыскать с ответчиков в конкурсную массу полученное по сделкам.

Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ, который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве. Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В качестве правового основания для признания договоров недействительными заявитель сослался на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве

В соответствии с указанной нормой права, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Спорные договоры заключены в период с 01.04.2019 по 01.01.2022, производство по делу о банкротстве должника возбуждено определением суда от 18.03.2021, следовательно, оспоренные сделки совершены в период подозрительности, определенный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), следует, что для признания сделки недействительной

по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Под недостаточностью имущества в силу статьи 2 Закона о банкротстве понимается превышение размера обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов (уменьшение стоимости или размера имущества должника, приведшее к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований) с установлением данной цели (направленности) сделки и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

На финансовом управляющем, как на заявителе по настоящему обособленному спору, в силу статьи 65 АПК РФ, лежит бремя доказывания наличия совокупности всех предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий.

Отказывая в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными, суд первой инстанции пришел к выводу, что определение суда от 01.06.2023 по делу

№ А73-18247-1/2021 в силу части 2 статьи 69 АПК РФ преюдициального значения не имеет, поскольку ФИО4, ФИО5 ФИО6 в деле не участвовали.

А то, обстоятельство, что возможно услуги по спорным договорам оказывались ненадлежащим образом, не может служить основанием для вывода о недействительности самих договоров, при этом суд пришел к выводу, что оплата по договорам ФИО3 проводилась, что подтверждено представленными в дело доказательствами. Кроме того, финансовый управляющий не доказал, что ответчики являются заинтересованными по отношению к ФИО3 лицами и знали о заключении оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также были осведомлены об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Указанное исключает признание договоров недействительными как на основании п. 2 ст. 61.2, статьи 61.3 Закона о банкротстве, так и на основании статей 10, 168, 174.1 ГК РФ.

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Пунктом 1 статьи 174.1 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180 ГК РФ).

С даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются

только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично (абзац второй пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу третьему пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом, сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны.

В рассматриваемом случае по ранее рассмотренному делу № А73-18247-1/2021 сделки должника с ответчиками по охране имущества признаны судом совершенными лишь для вида, а, следовательно, мнимыми (ничтожными).

Суд апелляционной инстанции по результатам оценки доказательств в соответствии со статьей 71 АПК РФ к иным выводам, установленным по ранее рассмотренному делу № А73-18247-1/2021, не пришел. Сделки совершены должником лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласие на осуществление сделок должником лично финансовый управляющий не давал, следовательно, совершение сделок противоречит пункту 1 статьи 174.1 ГК РФ.

Установив наличие у сделок пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, суд апелляционной инстанции считает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа финансовому управляющему в признании сделок недействительными.

Отказ суда в удовлетворении заявления финансового управляющего, позволил бы пересмотреть определение суда от 01.06.2023 по делу № А73-18247-1/2021 о включении в реестр требований кредиторов несуществующего требования.

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость.

Вследствие совершения ничтожных сделок, имеются основания для применения односторонней реституции и взыскания полученного ответчиками по сделкам в конкурсную массу.

Определение Арбитражного суда Хабаровского края от 05.09.2025 следует отменить. Сделки следует признать недействительными и взыскать с ответчиков полученное по сделкам в конкурсную массу.

Судебные расходы подлежат распределению на основании статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 05.09.2025 по делу № А73-3467/2021 отменить.

Признать недействительными договоры оказания услуг, заключенные ФИО3 с ФИО4 от 01.04.2019, 01.01.2020, 01.01.2021, 01.01.2022. Применить последствия недействительности сделок.

Обязать ФИО4 вернуть в конкурсную массу ФИО3 денежные средства в сумме 1 710 000 руб.

Признать недействительными договоры оказания услуг, заключенные ФИО3 с ФИО5 от 01.04.2019, 01.01.2020, 01.01.2021, 01.01.2022. Применить последствия недействительности сделок. Обязать ФИО5 вернуть в конкурсную массу ФИО3 денежные средства в сумме 1 710 000 руб.

Признать недействительными договоры оказания услуг, заключенные ФИО3 с ФИО6 от 10.06.2021, 01.01.2022. Применить последствия недействительности сделок. Обязать ФИО6 вернуть в конкурсную массу ФИО3 денежные средства в сумме 526 500 руб.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 расходы по государственной пошлине в размере 6 000 руб. за рассмотрение заявления и 3 333,33 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 расходы по государственной пошлине в размере 6 000 руб. за рассмотрение заявления и 3 333,33 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО3 расходы по государственной пошлине в размере 6 000 руб. за рассмотрение заявления и 3 333,33 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий	 Е.В. Гричановская

Судьи	 Т.Д. Козлова

И.Е. Пичинина