АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛГОГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. им. 7-й Гвардейской, д.2, Волгоград, 400005

http://volgograd.arbitr.ru e-mail: info@volgograd.arbitr.ru

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

г. Волгоград                                                                                             Дело №А12-33815/2019

Резолютивная часть решения объявлена 20 ноября 2019 года.

Решение в полном объеме изготовлено 27 ноября 2019 года.

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Пильника С.Г. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Макаренко Ю.А., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Балкан Плаза» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №9 по Волгоградской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о признании недействительным ненормативного акта 

при участии в заседании

от общества с ограниченной ответственностью «Балкан Плаза» - ФИО1 по доверенности от 30.09.2019. 

от межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №9 по Волгоградской области – ФИО2 по доверенности №18 от 09.01.2019.

УСТАНОВИЛ:

Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №9 по Волгоградской области (далее – налоговый орган, инспекция) проведена выездная налоговая проверка общества с ограниченной ответственностью «Балкан Плаза» (далее - ООО «Балкан Плаза», заявитель, общество) по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов по всем налогам и сборам за период с 30.12.2014 по 31.12.2016, по итогам которой составлен акт налоговой проверки от 16.02.2018 № 12-17/96.

            По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, возражений налогоплательщика инспекцией 22.05.2019  вынесено решение № 12-17/254 о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс) за неуплату налога на прибыль организации в виде штрафа в размере 1 404 529 рублей, а так же положениями статьи 123 НК РФ за неправомерное не перечисление в установленный срок сумм налога на доходы физических лиц налоговым агентом, в виде штрафа в размере 3 рублей. Кроме того, налогоплательщику предложено уплатить недоимку по налогам в сумме 23 236 708 рублей, в том числе по налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) в сумме 6 835 473 рублей, по налогу на прибыль - 16 401 235 рублей, а также уплатить пени за несвоевременную уплату налогов в сумме 6887 292 рублей.

             Указанное решение обжаловалось обществом в вышестоящий налоговый орган, решением №761 от 25.06.2019 управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (далее - УФНС по Волгоградской области) решение инспекции от 22.05.2019 № 12-17/254 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения отменено в части доначисления налога на прибыль организации, пени и штрафных санкций в результате исключения из внереализационных расходов процентов по привлечению кредитных средств, для приобретения имущества расположенного по адресам: 

<

...>, и ул. Комсомольская, 6; доначисления налога на прибыль организации, пени и штрафных санкций в результате исключения из внереализационных расходов процентов по кредитным договорам на пополнение оборотных средств и договорам об открытии кредитных линий; пени по НДФЛ, доначисленной за период с 25.11.2016 по 22.05.2018, в сумме 14,73 рубля.

Не согласившись с решением инспекции от 22.05.2019 № 12-17/254 в части доначисления налога на добавленную стоимость в размере 6 835 473 руб. и налога на прибыль в размере 7 594 970 руб., соответствующих пени и штрафа по пункту 1 статьи 122 НК РФ но эпизоду реализации трех объектов недвижимости в пользу ООО «Теплогенератор», доначисления налога на прибыль в размере 1 298 515 руб., соответствующих пени и штрафа по пункту 1 статьи 122 НК РФ по эпизоду привлечения кредита от ПАО «Нокссбанк» для погашения вексельного займа, предложения внести исправления в документы бухгалтерского и налогового учета в соответствующей части, общество с ограниченной ответственностью «Балкан Плаза»  обратилось за защитой своих прав в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

            Инспекция настаивает на том, что оспариваемое обществом решение соответствует требованиям законодательства о налогах и сборах.

            Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы представителей сторон, арбитражный суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

            Основной деятельностью общества является сдача в аренду собственного недвижимого имущества коммерческого назначения (офисы и складские помещения). В период с начала 2008 по конец 2014 года в собственности общества находилась котельная по адресу 

<

...>, в состав которой входили: помещение котельной с дымовой трубой, здание насосной станции для перекачки сульфатного рассола, трансформаторная подстанция, котлы ПТВМ, канализационные трубы, тепловые сети, кабельные линии электропередач, ограждение.

            Данная котельная приобретена обществом у ООО «Бизнес-Центр-Волгоград» на основании договора от 28.12.2007 за 1 262 160 руб. Впоследствии котельная сдавалась в аренду ООО «Теплогенерирующая компания» (эксплуатирующей компании) и использовалась для обслуживания потребностей промышленной зоны.

            В 2014 году обществом принято решение о продаже котельной по причине того, что данный актив был непрофильным активом для общества, основной деятельностью общества является сдача в аренду офисных и складских помещений, а котельная с находящимся в ней специальным оборудованием относится к разряду особо опасных промышленных объектов, для использования которых требуется целый ряд разрешений и соблюдение специальных условий эксплуатации.

            Также заявитель ссылается на то, что ООО «Теплогенерирующая компания» постоянно и существенно нарушало сроки выплаты арендной платы и при существующем уровне заемных обязательств в тот период общество несло убытки от владения котельной. По мнению общества, котельная в перспективе не могла приносить обществу доход, что не позволило бы уменьшать текущие заемные обязательства.

            15.12.2014 общество реализовало указанную котельную ООО «Теплогенератор» за 1 585 000 руб., получив налогооблагаемую прибыль от продажи в размере 1 015 598 руб.   

Инспекция ссылается на то, что ООО «Теплогенератор» зарегистрировано незадолго до совершения спорной сделки с ООО «Балкан Плаза». Место нахождение данных организаций и виды деятельности совпадают, расчетные счета открыты в одном банке - в ПАО «НОКССБАНК». 

Обе организации являются заемщиками ПАО «НОКССБАНК», начало деятельности ООО «Теплогенератор» совпадает с приобретением спорного имущества у ООО «Балкан Плаза». 

Единственным учредителем и руководителем ООО «Теплогенератор» в период с 20.06.2014 по 30.12.2014 являлась ФИО3 В период с 30.12.2014 по 19.09.2016 учредителем ООО «Теплогенератор» являлась ФИО4, которая также являлась руководителем данного общества в период с 30.12.2014 по 17.02.2015. С 17.02.2015 руководителем общества, а так же с 19.09.2016 его единственным учредителем является ФИО5

ФИО5 является бухгалтером в ООО «Балкан Плаза» на 0,25 ставки, сведения по форме справок 2-НДФЛ на ФИО5 в проверяемом периоде представляли следующие организации: ООО «Балкан Плаза», ООО «Теплогенератор», ООО «Нефтегазинвест», ООО «Теплогенерирующая Компания - Расчетный Центр».

ФИО6 по данным справок по форме 2-НДФЛ за 2014-2016гг. получала доход только в ЗАО «Бизнес Центр».

ФИО3 является специалистом по недвижимости в ООО «Балкан Плаза» на 0,25 ставки. На момент сделки ФИО3 одновременно являлась руководителем ООО «Теплогенератор» и сотрудником ЗАО «Балкан Плаза».

09.04.2015 ООО «Теплогенератор» предоставлена ПАО «НОКССБАНК ссуда в размере 120 570 509 рублей, полученные денежные средства перечислены в пользу ООО «Теплогенерирующая компания» по договору купли-продажи недвижимого имущества с ипотекой от 13.03.2015.

Предметом указанного договора являлось недвижимое имущество вместе с оборудованием и инженерными сетями (помещение котельной с дымовой трубой, здание ГPП среднего давления, котлы и котлоагрегаты, прочее оборудование и инженерные сети) по адресу: 

<

...>.

Учитывая, что имущество, приобретенное ООО «Теплогенератор» как у ООО «Балкан Плаза», так и у ООО «Теплогенерирующая компания» имеет одно и то же функциональное (техническое) назначение, расположено по одному и тому же адресу (разделено капитальной стеной), а также факт его приобретения в сопоставимом временном промежутке (не более квартала), инспекцией в рамках проверки проведен сравнительный анализ договорной стоимости продажи данного имущества с размером актуальной кадастровой стоимости.

По результатам данного анализа установлено, что стоимость реализации ООО «Теплогенерирующая компания» по договору купли-продажи имущества от 13.03.2015 незначительно отличается от кадастровой стоимости. Так, при кадастровой стоимости - 31881609 руб., цена реализации составила - 31 773 317 рублей.

В то же время, при реализации ООО «Балкан Плаза» по договору купли-продажи недвижимого имущества от 15.12.2014, при кадастровой стоимости - 45 110 025 руб., цена реализации составила - 299 700 рублей.

По мнению налогового органа, принимая во внимание положения статей 105.1, 105.3 НК РФ, стоимость имущества, реализованного ООО «Балкан Плаза» в адрес ООО «Теплогенератор» отличается от кадастровой стоимости данного имущества более чем в 150 раз.

            Налоговый орган к представленному обществом отчёту оценщика от 06.03.2018, отнёсся критически, по причине того что дата оценки указана как 15.12.2014 и временная разница составила более трех лет.

            В результате инспекция доначислила обществу НДС в размере 6 835 473 рублей и налог на прибыль в размере 7 594 970 рублей.

            Общество ссылается на то, что сделка совершена с очевидной деловой целью и была обусловлена разумными экономическими причинами, корректировка цен по такой сделке запрещена. Реализация котельной имела для общества очевидный экономический смысл - избавление от устаревшего актива, который являлся и является убыточным и который общество не может самостоятельно эксплуатировать в силу отсутствия лицензии.

            Котельная построена в 1971-1974 годах и переоборудована в 1986-1989 годах, работает на двух типах котлов: ПТВМ (для нагрева воды) и ДКВР (паровые котлы). Исторически спорная котельная обслуживала промышленную зону и основными потребителями за все время эксплуатации являлись завод ООО «Волгоградский завод буровой техники» (ООО «ВЗБТ») и МУП «ВКХ», которые потребляли около 95% производимой тепловой энергии.

            По состоянию на 2014 год деятельность котельной являлась постоянно убыточной в связи с тем, что с начала 2000 годов потребители промышленной зоны постепенно стали отказываться от получения тепловой энергии (либо переходили на собственные источники теплоснабжения, либо прекращали деятельность в виду тяжелой финансовой ситуации). После кризиса 2009 года многие предприятия, расположенные в промышленной зоне Дзержинского района г. Волгограда, закрылись.

            В 2013-2014 годах ООО «ВЗБТ» значительно уменьшил потребление тепла в горячей воде, а затем вовсе отказался от него. С середины 2016 года ООО «ВЗБТ» находится в стадии ликвидации, МУП «ВКХ» также подвергался процедуре банкротства в силу неплатежеспособности.

            В 2014 году котельная уже работала с нагрузкой 3,1% от установленной мощности на котлы ПТВМ и 3,9% на котлы ДКВР. В настоящий момент нагрузка составляет 0,4 % от установленной мощности. Котельная была загружена менее чем на 4%, а содержать персонал и оборудование в рабочем состоянии необходимо полностью, что неизбежно приводит к убыткам.

            Выручкой эксплуатирующей организации котельной является плата, регулируемая тарифами (т. е. возможности для получения прибыли ограничены). На каждый вид котлов утверждается отдельный тариф, в которые не заложены такие расходы как штрафные санкции, уплаченные поставщикам электроэнергии (расходы, которые возникают в силу того, что потребители энергии не оплачивают такую энергию вовремя в силу неплатежеспособности), соответственно расходы превышают выручку.

            Общество ссылается на то, что в результате данных обстоятельств котельная принесла в 2013 году убытки в сумме 33 689 782,2 руб., в 2014 году - в сумме 29 403 761,99 руб., в 2015 году - в сумме 38 338 075,1 руб., в 2016 году - в сумме 34 580 803, 8 руб. 

            Самостоятельно эксплуатировать котельную общество не могло в силу отсутствия лицензии, поэтому сдавало ее в аренду в пользу эксплуатирующей организации, которая имела лицензию на работу с особо опасными промышленными объектами (ООО «Теплогенерирующая компания»).

            В период с 1 января 2014 года по 31 декабря 2014 года ООО «Теплогенерирующая компания» не уплатило в пользу общества арендную плату в размере 4 800 000 рублей. В связи с этим общество обратилось в суд за взысканием данной задолженности (дело № А12-14749/2015).

            По причине убыточности котельной ООО «Теплогенерирующая компания» по сей день продолжает наращивать задолженность за аренду, но теперь перед новым собственником котельной - ООО «Теплогенератор» (дело № А12-7285/2017 о взыскании с ООО «Теплогенерирующая компания» в пользу ООО «Теплогенератор» задолженности по аренде имущества в размере более 29 млн. руб).

            ООО «Теплогенерирующая компания» в период с конца 2014 года по середину 2019 года являлась участником более 150 споров о взыскании задолженности. 

            По мнению заявителя, котельная - это актив, который способен приносить только убытки. 

            В соответствии с пунктом 1 статьи 105.3 и пунктом 1 статьи 105.14 Налогового кодекса Российской Федерации по общему правилу контролируемыми признаются сделки между взаимозависимыми лицами. 

            В случае, если в сделках между взаимозависимыми лицами создаются или устанавливаются коммерческие или финансовые условия, отличные от тех, которые имели бы место в сделках, признаваемых в соответствии с настоящим разделом сопоставимыми, между лицами, не являющимися взаимозависимыми, то любые доходы (прибыль, выручка), которые могли бы быть получены одним из этих лиц, но вследствие указанного отличия не были им получены, учитываются для целей налогообложения у этого лица (пункт 1 статьи 105.3 Кодекса).

            Пунктом 2 статьи 105.3 Кодекса установлено, что определение в целях налогообложения доходов (прибыли, выручки) взаимозависимых лиц, являющихся сторонами сделки, которые могли бы быть получены этими лицами, но не были получены вследствие отличия коммерческих и (или) финансовых условий указанной сделки от коммерческих и (или) финансовых условий такой же сделки, сторонами которой являются лица, не признаваемые взаимозависимыми, производится федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов, с применением методов, установленных главой 14.3 Кодекса.

            При определении налоговой базы с учетом цены товара (работы, услуги), примененной сторонами сделки для целей налогообложения (далее в настоящем разделе - цена, примененная в сделке), указанная цена признается рыночной, если федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов, не доказано обратное либо если налогоплательщик не произвел самостоятельно корректировку сумм налога (убытка) в соответствии с пунктом 6 статьи 105.3 Кодекса (пункт 3 статьи 105.3 Кодекса).

            В соответствии с пунктом 1 статьи 105.17 Кодекса проверка полноты исчисления и уплаты налогов в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами (далее в настоящей главе - проверка) проводится федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов, по месту его нахождения.

            Проверка проводится на основании уведомления о контролируемых сделках или извещения территориального налогового органа, проводящего выездную или камеральную налоговую проверку, налоговый мониторинг налогоплательщика, направленных в соответствии со статьей 105.16 Кодекса, а также при выявлении контролируемой сделки в результате проведения федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов, повторной выездной налоговой проверки в порядке контроля за деятельностью налогового органа, проводившего налоговую проверку, налоговый мониторинг.

            При проведении проверок федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный по контролю и надзору в области налогов и сборов, вправе проводить мероприятия налогового контроля, установленные статьями 95 - 97 настоящего Кодекса. При этом контроль соответствия цен, примененных в контролируемых сделках, рыночным ценам не может быть предметом выездных и камеральных проверок.

            Таким образом, в соответствии с положениями раздела VI Кодекса на Федеральную налоговую службу возложено бремя доказывания того, что примененная сторонами цена сделки не является рыночной. В этих целях именно данный орган наделен компетенцией по проведению налогового контроля в форме проверки полноты исчисления и уплаты налога в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами (пункт 6 статьи 105.3 и пункт 1 статьи 105.17 Кодекса).

            Учитывая приведенные положения раздела VI Кодекса, суд первой инстанции считает, что в рассматриваемом случае налоговый орган был не вправе оспаривать цену договора купли-продажи, указанную сторонами сделки и учтенную при налогообложении.

            Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что по общему правилу в случаях, не предусмотренных разделом V.1 Кодекса, налоговые органы не вправе оспаривать цену товаров (работ, услуг), указанную сторонами сделки и учтенную при налогообложении. Несоответствие примененной налогоплательщиком цены рыночному уровню не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды (пункт 3 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 Кодекса и статьи 269 Кодекса, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 16.02.2017).

            Однако многократное отклонение цены сделки от рыночного уровня может учитываться в качестве одного из признаков получения необоснованной налоговой выгоды в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, указывающими на несоответствие между оформлением сделки и содержанием финансово-хозяйственной операции.

            Если налоговым органом оспаривается соответствие отраженной в налоговом учете операции ее действительному экономическому смыслу, то многократное отклонение цены сделки от рыночного уровня может учитываться в качестве одного из признаков получения необоснованной налоговой выгоды в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, порочащими деловую цель сделки.

            Однако в рассматриваемом случае, налоговым органом не доказано наличие в действиях налогоплательщика признаков недобросовестности, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды.

            Согласно правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.02.2008 N 11542/07, участие в сделках лиц, признанных судами взаимозависимыми, само по себе не свидетельствует об экономической неоправданности расходов общества и наличии у него необоснованной налоговой выгоды, поскольку каждый налогоплательщик осуществляет предпринимательскую деятельность самостоятельно на свой риск и вправе единолично оценивать ее эффективность и целесообразность, исходя из поставленных целей.

            Судом первой инстанции отклоняются доводы инспекции о взаимозависимости участников сделки, поскольку данный факт повлиял на условия и результаты экономической деятельности общества в целях налогообложения.

            При этом суд первой инстанции исходит из того, что планирование предпринимательской деятельности, в том числе в отношении видов и целей деятельности и получения доходов, является исключительной компетенцией самого налогоплательщика.

            Данный вывод не противоречит правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 04.06.2007 N 320-О-П, согласно которой налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности. В силу принципа свободы экономической деятельности налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

            Осуществление обществом и его контрагентами реальной хозяйственной деятельности, направленной на достижение экономического результата, опровергает выводы инспекции об использования проверяемым налогоплательщиком инструмента налоговой оптимизации.

            Котельная являлась непрофильным активом для общества, чем также была обусловлена ее продажа. Общество занимается сдачей в аренду офисных и складских помещений, сдачей в аренду котельных общество на профильной основе не занимается, а также не занимается их эксплуатацией (т. к. для такой деятельности требуется лицензия).

            Обществом в инспекцию вместе с возражениями по акту проверки представлен отчет независимого оценщика от 06.03.2018 № 027-2018, в котором оценщиком установлена рыночная стоимость трех спорных объектов недвижимости на дату 15.12.2014 (дата реализации). Стоимость составила 1 593 654,51 рублей - помещение котельной с дымовой трубой, площадью 2 808,7 кв. м.; 14 999,98 рублей -здание насосной станции для перекачки сульфатного рассола площадью 25,5 кв. м.; 27 148,92 рублей - здание трансформаторной подстанции площадью 63,8 кв.м.

            Налоговый орган исходит из кадастровой стоимости спорных объектов определенных по состоянию на середину-конец 2013 года.

            По смыслу статьи 3 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» рыночная и кадастровая стоимость - это разные понятия. В данной статье указано, что под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства.

            Названный отчет не оспорено налоговым органом в ходе судебного разбирательства.

            В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

            Под налоговой выгодой для целей настоящего постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

            Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

            В соответствии с пунктом 9 Постановления установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

            В данном случае инспекцией не представлены доказательства отсутствия в действиях общества деловой цели, равно как и осуществления обществом операций исключительно с целью получения необоснованной налоговой выгоды. У налогового органа отсутствовали правовые основания для доначисления заявителю налога на прибыль организаций, поскольку контроль соответствия цен, примененных в сделках между взаимозависимыми лицами, рыночным ценам может быть предметом лишь самостоятельной проверки (проверки полноты исчисления и уплаты налога в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами), проводимой федеральным органом исполнительной власти.

            Наряду с этим, инспекцией признала необоснованных учет в составе расходов для целей налога на прибыль процентов но кредиту байка, привлеченному для погашении собственных векселей.

            В 2015 году общество привлекло финансирование в виде займов от ЗАО «Машхимторгтранс» и от ООО «ИК «НОКСС», данные заемные обязательства оформлены простыми векселями общества на общую сумму 68 623 000 рублей.

            Срок погашения всех векселей наступал в разные даты 2016 года.

            16.03.2016 векселя предъявлены кредиторами к погашению их текущим держателем (ЗАО «Бизнес Центр»). Для погашения векселей общество привлекло кредит банка под ставку 12% годовых, срок кредита составлял 10 лет.

            По мнению инспекции, общество неправомерно учло в составе расходов проценты по кредиту в размере 6 492 575,05 рублей (кредитный договор от 16.03.2016 № 1846).

            Налоговый орган ссылается на то, что ЗАО «Бизнес Центр» предъявило векселя к погашению, несмотря на то, что срок погашения наступил только по двум векселям из 12, а срок погашения остальных векселей наступал позже в том же году; участники операций по приобретению и погашению векселей являются взаимозависимыми; экономическим смыслом привлечения кредита являлось формирование отрицательного финансового результата по сделке путем привлечения кредитных средств на условиях менее выгодных, чем вексельный заем; общество не представило доказательств, что векселедержатели предъявят векселя к погашению в установленный в них срок; заключение кредитного договора не было необходимо для общества, а общество могло пролонгировать вексельные обязательства, а не получать кредит на погашение своих обязательств.

            Инспекция пришла к выводу о том, что у общества отсутствовала необходимость в привлечении кредитных средств, а проценты по кредиту являются необоснованными расходами (доначисление налога на прибыль по данному эпизоду составили 1 298 515 руб.).

            В силу положений статьи 247 Налогового кодекса Российской Федерации объектом обложения налогом на прибыль организаций является прибыль, полученная налогоплательщиком; прибылью признаются доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ. 

            По правилам статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов – обоснованных (экономически оправданных) и документально подтвержденных затрат, оформленных в соответствии с законодательством Российской Федерации либо обычаями делового оборота. 

            В соответствии с пунктом 1 статьи 265 НК РФ в состав внереализационных расходов, не связанных с производством и реализацией, включаются обоснованные затраты на осуществление деятельности, непосредственно не связанной с производством и (или) реализацией. 

            В соответствии с подунктом 2 пункта 1 статьи 265 НК РФ к таким расходам в частности относятся расходы в виде процентов по долговым обязательствам любого вида, в том числе процентов, начисленных по ценным бумагам и иным обязательствам, выпущенным (эмитированным) налогоплательщиком с учетом особенностей, предусмотренных статьей 269 настоящего Кодекса (для банков особенности определения расходов в виде процентов определяются в соответствии со статьями 269 и 291 настоящего Кодекса), а также процентов, уплачиваемых в связи с реструктуризацией задолженности по налогам и сборам в соответствии с порядком, установленным Правительством Российской Федерации. 

            При этом расходом признаются проценты по долговым обязательствам любого вида вне зависимости от характера предоставленного кредита или займа (текущего и (или) инвестиционного). Расходом признается только сумма процентов, начисленных за фактическое время пользования заемными средствами (фактическое время нахождения указанных ценных бумаг у третьих лиц) и первоначальной доходности, установленной эмитентом (заимодавцем) в условиях эмиссии (выпуска, договора), но не выше фактической.

            Общество ссылается на то, что привлечение кредита банка обусловлено конкретными экономическими причинами и налоговые органы не вправе оценивать целесообразность коммерческих решений налогоплательщика.

            Срок погашения двух векселей общества наступил 31.01.2016 и 29.02.2016 соответственно, т. е. до предъявления ЗАО «Бизнес Центр» векселей к погашению. Срок погашения всех остальных векселей также истекал в 2016 году (в даты 31.03.2016, 31.05.2016, 30.06.2016, 31.07.2016, 31.08.2016, 30.09.2016. 31.10.2016, 30.11.2016, 31.12.2016).

            Таким образом, обязанность общества по погашению всех векселей неизбежно наступала в 2016 году. 

            Для погашения задолженности в виде векселей в силу отсутствия собственных свободных средств у общества имелись следующие возможности - либо привлечь кредит от банка, либо распродать активы стоимостью 68 623 000 рублей, что составляло 11,2% от стоимости всех внеоборотных активов общества на последнюю отчетную дату, предшествовавшую сделке.

            Наряду с этим, в указанный период общество выплачивало кредиты, привлеченные для приобретения объектов недвижимости по следующим кредитным договорам №№ 1055, 1204, 1305, 1470, 1628, 1748, 1773, 1784, 1824, 218. Приобретенные объекты использовались обществом для сдачи в аренду.

            Заявитель ссылается на то, что если бы обществу пришлось продать часть таких объектов для погашения векселей, то это бы лишило общество выручки как минимум на 12,7 млн. рублей, которая могла бы направляться на погашение обязательств, при этом сами кредитные обязательства у общества бы сохранились. Только уменьшение выручки привело бы к уменьшению налога на прибыль на 2,54 млн. руб. ежегодно.

            Обязательства общества по векселям носили краткосрочный характер, устанавливали дату предъявления к погашению в 2016 году и у общества не имелось никаких оснований полагать, что векселедержатели в установленные даты 2016 года не предъявят векселя к погашению.

            У общества имелась в тот период существенная кредиторская задолженность перед банком (на 31.12.2015 - более 439 млн. рублей), соответственно заимодавцы несли высокие риски невыплаты номинала векселей (причин не требовать погашения задолженности по векселям в обозначенный в них срок у заимодавцев не было).

            Учитывая вышеприведённые обстоятельства, общество решило привлечь кредит банка под рыночную ставку процента и погасить краткосрочные обязательства по векселям. 

            В результате заключения кредитного договора от 16.03.2016 № 1846 с ПАО «НОКССБАНК» общество смогло в полном объеме погасить краткосрочные вексельные обязательства и сформировать долгосрочное долговое обязательство (срок кредита составлял 10 лет, а не 1 год как по краткосрочным векселям).

            Доводы общества о том, что такое решение было экономически целесообразным для общества и позволили последнему полностью устранить коммерческие риски, связанные с возможной необходимостью по реализации его профильных активов, не опровергнуты материалами проведенной налоговой проверки.

            Выводы и приведённые доводы инспекции основаны на предположениях. В компетенцию налоговых органов не входят вопросы оценки эффективности и целесообразности действий налогоплательщика и указания па порядок ведения финансово-хозяйственной деятельности или совершения конкретных сделок.

            Хозяйствующие субъекты самостоятельно и по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности.

            Суд первой инстанции отмечает, что приведённые доводы заявителем не оспорены  налоговым органом в ходе судебного разбирательства, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

            Доказательств нарушения обществом закона при совершении указанных сделок не представлено, совершение данных сделок незаконным не признано.

            Кредитный договор от 16.03.2016 № 1846, подписанный между обществом и ПАО «НОКССБАНК» предусматривал ставку процента в размере 12% годовых. Данная ставка соответствовала рыночному уровню и являлась единой (применялась банком для выдачи кредитов юридическим лицам).

            Общество не имело возможности привлечь кредит от ПАО «НОКССБАНК», ни от любого другого банка по более низкой ставке, поскольку кредитные организации не могут выдавать кредиты под процент меньше ставки рефинансирования. Проценты регулярно выплачивались обществом в пользу банка в соответствии с графиком платежей в кредитном договоре, реальность предоставления кредита и уплаты обществом процентов по нему инспекцией не оспаривается.

            В материалы дела инспекцией не представлено доказательств того, что в результате сделки обществом получена какая-либо налоговая экономия.

            Все договоры по займам под выпуск собственных векселей и кредитные договоры оформлялись между юридическими лицами, которые применяют общую систему налогообложения, зарегистрированы в РФ и ведут деятельность по настоящий момент.

            Соответственно, проценты по кредитам и займам принимаемые заемщиками в расходы, одновременно учитывались в качестве доходов кредитора, с которых уплачивался налог. Общество заплатило проценты банку, отнеся их на затраты, банк отнес те же проценты себе на прибыль и заплатил с этого налог на прибыль.

            Исследовав материалы дела, проанализировав собранные по делу доказательства и доводы сторон в совокупности, суд первой инстанции приходит к выводу, что налоговым органом в ходе проведённой проверки не было собрано достаточно достоверных доказательств в подтверждение изложенных в оспариваемом решении выводов.

             Напротив, в обоснование своей позиции инспекций положила противоречивые доказательства и предположения, ссылалась на  неполно исследованные обстоятельства. Выявленная судом неполнота проведенной налоговой проверки не может  быть восполнена в рамках судебного разбирательства. 

            Ссылки инспекции на приведённую судебную практику не принимаются судом во внимание, поскольку в рассматриваемом случае обстоятельства различны. 

Учитывая изложенное, решение межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №9 по Волгоградской области от 22.05.2019 № 12-17/254 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (в редакции решения УФНС по Волгоградской области от 25.06.2019 № 761) в части доначисления налога на добавленную стоимость в размере 6 835 473 руб. и налога на прибыль в размере 7 594 970 руб., соответствующих пени и штрафа по пункту 1 статьи 122 НК РФ но эпизоду реализации трех объектов недвижимости в пользу ООО «Теплогенератор», доначисления налога на прибыль в размере 1 298 515 руб., соответствующих пени и штрафа по пункту 1 статьи 122 НК РФ по эпизоду привлечения кредита от ПАО «Нокссбанк» для погашения вексельного займа, предложения внести исправления в документы бухгалтерского и налогового учета в соответствующей части, подлежит признанию недействительными. 

Суд в соответствии со ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает необходимым обязать инспекцию устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества путём уменьшения размера обязательных платежей и санкций, доначисление которых судом признано недействительным.

            При подаче заявления обществом уплачена государственная пошлина в размере 3000 руб., что подтверждается платёжным поручением № 1032 от 10.09.2019. В связи с удовлетворением требований общества уплаченная им государственная пошлина в размере полежит взысканию с инспекции в силу ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

            Руководствуясь ст. ст. 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Заявление общества с ограниченной ответственностью «Балкан Плаза» удовлетворить. Признать недействительным, противоречащим Налоговому кодексу Российской Федерации, решение межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №9 по Волгоградской области от 22.05.2019 № 12-17/254 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (в редакции решения УФНС по Волгоградской области приняло решение от 25.06.2019 № 761) в части доначисления налога на добавленную стоимость в размере 6 835 473 руб. и налога на прибыль в размере 7 594 970 руб., соответствующих пени и штрафа по пункту 1 статьи 122 НК РФ но эпизоду реализации трех объектов недвижимости в пользу ООО «Теплогенератор», доначисления налога на прибыль в размере 1 298 515 руб., соответствующих пени и штрафа по пункту 1 статьи 122 НК РФ по эпизоду привлечения кредита от ПАО «Нокссбанк» для погашения вексельного займа, предложения внести исправления в документы бухгалтерского и налогового учета в соответствующей части. 

Обязать межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы №9 по Волгоградской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «Балкан Плаза» путём уменьшения размера санкций и обязательных платежей, доначисление которых судом признано недействительным.

Взыскать с межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №9 по Волгоградской области в пользу общества с ограниченной ответственностью «Балкан Плаза» понесенные судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 руб.

            Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в апелляционном порядке в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты  его принятия.

            В соответствии с ч. 2 ст. 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба подается через арбитражный суд Волгоградской области.

Судья                                                                                                                          С.Г. Пильник