АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-2148/2018

15 августа 2018 года

г. Улан-Удэ

Резолютивная часть решения объявлена 13 августа 2018  года.

Полный текст решения изготовлен 15 августа 2018 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Мантурова В.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Авиационная компания «ПАНХ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службе № 1 по Республике Бурятия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о признании недействительными решений от 28.12.2017 № 4817 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» и от 28.12.2017 № 45 «Об отказе в возмещении полностью суммы налога, заявленной к возмещению»,

 

при участии в судебном заседании

от истца: ФИО2, представителя по доверенности от 05.12.2017 (личность и полномочия судом установлены);

от ответчика: ФИО3, представителя по доверенности от 01.06.2018 (личность и полномочия судом установлены), 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Авиационная компания «ПАНХ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – заявитель, общество, ООО «АК «ПАНХ») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными решений Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службе № 1 по Республике Бурятия (далее – инспекция)  от 28.12.2017 № 4817 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения», от 28.12.2017 № 45 «Об отказе в возмещении полностью суммы налога, заявленной к возмещению».

Протокольным определением от 25.07.2018 судом принято уточнение требований заявителя – оспаривание решений налогового органа от 28.12.2017 № 4817 и № 45 в части отказа в возмещении налога на добавленную стоимость за 2 квартал 2017 года в сумме 13 537 701 рубль, доначисления налога на добавленную стоимость за 2 квартал 2017 года в сумме 1 563 993 рубля, пени в размере 54 992 рубля 67 копеек и привлечения к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в сумме 78 199 рублей 3 копейки.

В судебном заседании заявитель поддержал требования, считает, что налоговым органом неверно определен момент возникновения права на налоговый вычет по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) со второго квартала 2014 года. Указанное право, по мнению заявителя,  возникло во втором квартале 2017 года с момента получения оригиналов счетов-фактур № 8571 и № 8572 от 30.06.2014.

Ответчик возражал против удовлетворения заявления, пояснил следующее. По результатам камеральной налоговой проверки уточненной налоговой декларации по НДС за налоговый период 2 квартал 2017 года, предоставленной 27.07.2017, установлено необоснованное заявление налогоплательщиком налогового вычета, в том числе, на сумму налога 15 101 694 рубля по ПАО «ГТЛК» по услугам по предоставлению имущества во временное владение и пользование (лизинговый платеж) за июнь 2014 года, по истечении установленного пунктом 1.1 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации трехлетнего срока, который истек 30.06.2017.

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, суд установил следующие обстоятельства.

Межрегиональной инспекцией Федеральной налоговой службы № 1 по Республике Бурятия проведена камеральная налоговая проверка уточенной налоговой декларации ООО «АК «ПАНХ» по НДС за 2 квартал 2017 года, согласно которой сумма НДС, исчисленная к возмещению из бюджета, составила 13 537 701  рубль.

По итогам камеральной налоговой проверки инспекцией составлен акт камеральной налоговой проверки № 6386 от 10.11.2017 (т.1, л.д. 83-95) и принято решение №4817 от 28.12.2017 (т.1, л.д. 70-80) о привлечении общества к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, которым обществу уменьшен заявленный к возмещению из бюджета НДС  в сумме 13 537 701 рубль, отказано в применении налоговых вычетов по НДС в размере 15 101 694 рубля по ПАО «ГТЛК», т.к. на момент представления налоговой декларации (27.07.2017) истек установленный пунктом 2 статьи 173 Налогового кодекса Российской Федерации трехлетний срок.

В возмещении суммы налога, заявленного к возмещению, отказано полностью решением № 45 от 28.12.2017.

Заявитель, не согласившись с вынесенными решениями, считая их необоснованными, не соответствующими фактическим обстоятельствам и  положениям Налогового кодекса Российской Федерации, обратился в суд с настоящим заявлением.

Заслушав доводы сторон, изучив материалы дела, арбитражный суд полагает, что требования заявителя не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из заявления, общество считает, что: право на вычет сумм НДС возникает в том налоговом периоде, в котором налогоплательщику поступили оригиналы счетов-фактур, служащие основанием для налогового вычета;

налоговым периодом, в котором у Общества возникло право на налоговый вычет по счетам-фактурам № 8517 и № 8572 от 30.06.2014, является 2 квартал 2017 года;

вывод налогового органа основан на не актуальной налоговой декларации.

В силу статьи 143 Налогового кодекса Российской Федерации общество в спорный период являлось плательщиком налога на добавленную стоимость.

Согласно статье 52 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот. Статьей 54 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что налогоплательщики-организации исчисляют налоговую базу по итогам каждого налогового периода на основе данных регистров бухгалтерского учета и (или) на основе иных документально подтвержденных данных об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные статьей налоговые вычеты.

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации N 266-О от 12.07.2006 при проведении камеральных налоговых проверок на основе представленных налоговых деклараций и документов, служащих основанием для исчисления и уплаты налогов, налоговые органы в силу статей 31, 88 и 93 Налогового кодекса Российской Федерации вправе истребовать у налогоплательщика дополнительные сведения, получить объяснения и документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты налогов. Что касается налогоплательщика, то, как следует из положений статей 171, 172 и 176 Налогового кодекса Российской Федерации, находящихся в системной связи с его статьей 88, он не обязан, а вправе (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 статьи 172) приложить к подаваемой налоговой декларации документы, подтверждающие правильность применения налогового вычета по налогу на добавленную стоимость (в частности, счета-фактуры).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 30.06.2014 обществом (лизингополучатель) произведены первоначальные лизинговые платежи  ОАО «ГТЛК» (лизингодателю) в размере 49 500 000 рублей: по договору лизинга № ДЛ 0437-004-к/2014 от 10.04.2014 - по счету-фактуре № 8571; по договору лизинга № ДЛ 0437-005-К/2014 от 10.04.2014 - по счету фактуре № 8572 от 30.06.2014.

По состоянию на 05.02.2016 у ООО «АК «ПАНХ» перед ПАО «ГТЛК» по названым договорам образовалась задолженность по оплате лизинговых платежей, в связи с чем, лизингодателем  указанные договоры лизинга расторгнуты  в одностороннем порядке.

Инспекцией установлено, что при проведении камеральной проверки налоговой декларации за 2 квартал 2014 года по требованию № 09-4697 от 30.06.2014 обществом  были представлены спорные счета-фактуры № 8571 № 8572 от 30.06.2014. Указанные счета-фактуры были ранее отражены налогоплательщиком в книге покупок за период с 01.04.2014 по 30.06.2014, в журнале регистрации полученных счетов-фактур за 2 квартал 2014 года.

Так же инспекцией установлено, что данные счета-фактуры были также отражены ПАО «ГТЛК» в книге продаж за 2  квартал 2014 года, журнале учета полученных и выставленных счетов-фактур за 2 квартал 2014 года, карточке счета 08.04.1, карточке счета 26, карточке счета 03 за апрель 2014 года  – июнь 2017 года.

От ПАО «ГТЛК» представлены пояснения о том, что «30.06.2014 были начислены лизинговые платежи в размере 49 500 000 рублей, в том числе НДС 18% по каждому договору, выписаны счет-фактуры № 8571 и № 8572 от 30.06.2014, НДС начислен к уплате в бюджет и отражен в книге продаж за 2 квартал 2014 года».

При таких обстоятельствах инспекцией сделан обоснованный вывод о том, что расходы по счетам-фактурам № 8571, № 8572 от 30.06.2014 приняты к учету во 2 квартале 2014 года, счета - фактуры были получены обществом в тот же период, представлены в налоговый орган при проведении камеральной налоговой проверки налоговой декларации по НДС за2 квартал 2014 года, следовательно, право на налоговый вычет в рассматриваемой ситуации возникло во 2 квартале 2014 года в период совершения хозяйственных операций.

Общество в свою очередь полагает, что периодом возникновения права на налоговый вычет следует считать 2 квартал 2017 года, в котором им были фактически получены счета-фактуры №8571, № 8572 от 30.06.2014.

Суд считает требования общества о признании оспариваемых решений инспекции недействительными не подлежащими удовлетворению исходя из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 173 Налогового кодекса Российской Федерации, если сумма налоговых вычетов в каком-либо налоговом периоде превышает общую сумму налога, исчисленную по операциям, признаваемым объектом налогообложения НДС, указанная разница подлежит возмещению налогоплательщику в порядке и на условиях, предусмотренных статьями 176 и 176.1 Кодекса, за исключением случаев, когда налоговая декларация по НДС подана налогоплательщиком по истечении трех лет после окончания соответствующего налогового периода.

В пункте 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2014 N 33 «О некоторых вопросах, возникающих у арбитражных судов при рассмотрении дел, связанных с взиманием налога на добавленную стоимость» разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 173 Кодекса положительная разница, образовавшаяся в результате превышения суммы налоговых вычетов над суммами налога, исчисленного по облагаемым операциям, подлежит возмещению налогоплательщику из бюджета при условии подачи им налоговой декларации до истечения установленного данным пунктом трехлетнего срока.

Поскольку указанной нормой не предусмотрено иное, налоговые вычеты могут быть отражены налогоплательщиком в налоговой декларации за любой из входящих в соответствующий трехлетний срок налоговых периодов.

При этом правило пункта 2 статьи 173 Кодекса о трехлетнем сроке подачи налоговой декларации должно быть соблюдено налогоплательщиком и в случае включения им налоговых вычетов в подаваемую уточненную налоговую декларацию.

Ранее аналогичный правовой подход высказывался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлениях от 11 марта 2008 года № 14309/07, от 15 июня 2010 года № 2217/10, Министерством финансов Российской Федерации в письмах от 30.04.2009 № 03-07-08/105, от 30.07.2009 № 03-07-11/188, от 01.10.2009 № 03-07-11/244. Таким образом, в период рассматриваемых правоотношений отсутствовала какая-либо неопределенность относительно порядка исчисления срока, установленного пунктом 2 статьи 173 Кодекса, которая применительно к обстоятельствам настоящего дела могла являться препятствием для реализации права общества на спорные налоговые вычеты.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 27 октября 2015 года № 2428-О, налогоплательщик вправе учесть суммы НДС, фактически уплаченные поставщиками товаров (работ, услуг), - суммы налоговых вычетов в течение установленного федеральным законодателем трехлетнего срока после окончания налогового периода, за который исчисляется к уплате налог на добавленную стоимость (статьи 172 и 173 Кодекса).

Такое законодательное регулирование, направленное на своевременную и полную уплату НДС, в том числе фактически предусматривающее трехлетний срок для целей выявления действительной суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, основано на необходимости соблюдения разумного баланса частных и публичных интересов в процессе исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость.

Таким образом, разрешение вопроса о правомерности предоставления налогоплательщику права на применение налогового вычета по НДС с учетом предусмотренного законодателем срока на его реализацию осуществляется правоприменительными органами исходя из фактических обстоятельств конкретного дела, позволяющих установить соответствующий налоговый период, с которым связано начало течения указанного срока, а также обстоятельств, препятствовавших его соблюдению.

Суд приходит к выводу о том, что применительно к рассматриваемому случаю соответствующими налоговыми периодами, в которых у общества возникло право на налоговые вычеты, являются 2, 3, 4 кварталы 2014 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2015 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2016 года, 1 квартал 2017 года. Соответственно, спорные налоговые вычеты могли быть заявлены в декларациях (первичных или уточненных), представленных по вычетам, право на применение которых возникло во 2 квартале 2014 года - не позднее 30.06.2017.

Фактически спорные вычеты заявлены в уточненной декларации по НДС за 2 квартал 2017 года, представленной 27.07.2017, то есть за пределами срока, установленного пунктом 2 статьи 173 Налогового кодекса Российской Федерации.

Суд исходит из того, в рассматриваемом случае объективных препятствий для реализации права на вычеты в установленный законодательством срок не имелось.

Довод налогоплательщика о том, что установленный пунктом 2 статьи 173 Налогового кодекса Российской Федерации срок должен исчисляться с момента фактического получения счетов-фактур, основан на неверном толковании положений статей 168, 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации, согласно которым счет-фактуры являются одним из документов, подтверждающим право на вычеты, но само право возникает (и налогоплательщик о нем должен знать) в момент совершения хозяйственных операций, в связи с которыми счета-фактуры должны быть оформлены.

В настоящем случае ООО «АК «ПАНХ» не были своевременно совершены действия, необходимые для предъявления к вычету и возмещения НДС, а пропуск срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 173 Налогового кодекса Российской Федерации, не связан с ненадлежащим выполнением налоговым органом своих обязанностей либо другими объективными факторами, препятствующими реализации обществом права на вычеты.

Заявитель утверждает, что спорные счета-фактуры получены обществом только во втором квартале 2017, что подтверждается показаниями главного бухгалтера ФИО4, содержащимися в протоколе опроса от 16.10.2017.

Иных доказательств заявителем не представлено.

Однако, показания гражданки ФИО4 судом оцениваются критически, так как во втором квартале 2014 года она в организации не работала. В спорный период главным бухгалтером являлась ФИО5, которая во втором квартале 2014 года по спорным счетам-фактурам заявляла вычеты, но впоследствии в уточенной декларации они не были отражены.

Пояснениями ПАО «ГТЛК» и представленными им документами подтверждается  факт отражения со стороны лизингодателя спорных хозяйственных операций во втором квартале 2014 года.

По смыслу части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для признания незаконными решений и действий (бездействий) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц является установленная судом совокупность двух условий: несоответствие оспариваемого ненормативного правового акта закону и нарушение им прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

На основании вышеизложенного, суд считает выводы налоговой инспекции, изложенные в оспариваемых решениях, обоснованными и соответствующими законодательству о налогах и сборах. Инспекция, принимая оспариваемые решения, действовала в соответствии с нормами Налогового кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, оспариваемые ненормативные акты налогового органа соответствуют положениям Налогового кодекса Российской Федерации, в связи с чем в соответствии с частью 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в удовлетворении заявленных требований обществу следует отказать.

Расходы заявителя по уплате госпошлины возлагаются на заявителя как сторону по делу.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р  Е  Ш  И Л:

в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Авиационная компания «ПАНХ» отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу  по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.

 

Судья                                                                                                В.С. Мантуров.