ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-18339/2023, 10АП-18712/2023, 10АП-19733/2023, 10АП-19778/2023, 10АП-19803/2023, 10АП-19804/2023

Дело № А41-10023/16

12 декабря 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 12 декабря 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Мизяк В.П., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО13, АО «Ариал», ФИО2, Калашникова Юрия Григорьевича, ЗАО «Аэроферст», ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 10 августа 2023 года по делу №А41-10023/16 о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Аэроферст», по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности,

при участии в заседании:

от Калашникова Ю.Г. - ФИО4, доверенность от 07.12.2020,

от ФИО2 - ФИО5, доверенность от 02.10.2023; ФИО6, доверенность от 14.12.2021,

от ЗАО «Аэроферст» - ФИО7, доверенность от 25.05.2023,

от АО «Ариал» - ФИО8, доверенность от 05.06.2023,

от ФИО13 - Иволга С.М., доверенность от 27.12.2021,

от Банк ВТБ (ПАО) - ФИО9, доверенность от 19.03.2021,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом, 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 27.04.2017 по делу в отношении закрытого акционерного общества «Аэроферст» (далее – должник) введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО10. Произведена публикация сообщений о введении процедуры в газете «Коммерсантъ» - 06.05.2017.

Решением Арбитражного суда Московской области от 31.10.2016 ЗАО «Аэроферст» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура банкротства - конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО11.

Сообщение о введении процедуры конкурсного производства опубликовано 28.10.2016 в газете «Коммерсантъ».

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении Калашникова Юрия Григорьевича, ФИО13, ФИО12, АО «АРИАЛ», ФИО2 ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по делу о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Аэроферст» (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Московской области от 10.08.2023 заявление конкурсного управляющего было удовлетворено частично, взыскано с Калашникова Юрия Григорьевича 61 350 287 руб., с ФИО13 5 434 783 руб., с ФИО12 77 541 151,31 руб., с ФИО2 70 368 783 руб., с ФИО3 113 826 452,06 руб., с АО «Ариал» 1 795 335 439,87 руб. в пользу ЗАО «Аэроферст» в возмещение причиненных убытков, в удовлетворении остальной части требований было отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО13, Калашников Ю.Г., ФИО2, ФИО3, АО «Ариал» в лице конкурсного управляющего обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение суда первой инстанции в части взыскания с ответчиков убытков и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование апелляционных жалоб заявители ссылаются на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывают на недоказанность наличия оснований для взыскания с них убытков.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий должника обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции в части отказа в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает на доказанность наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

В заседании суда апелляционной инстанции представители ФИО13, Калашникова Ю.Г., ФИО2, ФИО3, АО «Ариал», ЗАО «Аэроферст» поддержал доводы своих апелляционных жалоб, просили определение суда первой инстанции отменить, возражали против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника.

Представитель Банка ВТБ (ПАО) поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить, возражал против удовлетворения апелляционных жалоб ответчиков.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», пунктом 3 статьи 61.16 Закона о банкротстве установлены особенности рассмотрения в рамках дел о банкротстве обособленных споров о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Так, в пункте 3 постановления № 53 разъяснено, что осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально- юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Как следует из материалов дела и установлено судом:

- Калашников Юрий Григорьевич в период с 21.05.2012 по 10.02.2017 занимал должность единоличного исполнительного органа – генерального директора ЗАО «Аэроферст» (решение № 10/02/17 от 10.02.2017 единственного акционера должника – АО «Ариал». Трудовой договор от 22.05.2012), а также являлся членом Совета Директоров ЗАО «Аээроферст» в период с 2015 – 2017 годы;

- ФИО13 в период с 11.02.2017 по 15.05.2017 занимал должность единоличного исполнительного органа – генерального директора ЗАО «Аэроферст» (решение № 10/02/17 от 10.02.2017 единственного акционера должника – АО «Ариал». Трудовой договор от 01.06.2017);

- ФИО12 в период с 16.05.2017 по 18.10.2017 занимал должность единоличного исполнительного органа – генерального директора ЗАО «Аэроферст» (решение No 28/04/17 от 28.04.2017 единственного акционера должника – АО «Ариал». Трудовой договор от 02.05.2017);

- АО «Ариал» в соответствии с решением № 28/04/17 единственного акционера ЗАО «Аэроферст» от 28.04.2017 является владельцем 300 (трехсот) обыкновенных именных акций ЗАО «Аэроферст», номинальной стоимостью 70 000 руб. 00 коп. каждая, что составляет 100 % Уставного капитала ЗАО «Аэроферст». Согласно уставу ЗАО «Аэроферст», утвержденному решением № 27/08/14 единственного акционера Общества от 27.08.2014, АО «Ариал» является единственным акционером ЗАО «Аэроферст». Данные обстоятельства установлены также в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 15.07.2019 по делу № А41-21576/2016.

В рассматриваемом случае обстоятельства фактического руководства общества ФИО2 и ФИО3 неоспоримо подтверждаются совокупностью обстоятельств и представленных в материалы дела доказательств.

ФИО2 является конечным бенефициаром ЗАО «Аэроферст», что подтверждается вступившими в законную силу судебными актами, имеющими преюдициальное значение для дела (определением Арбитражного суда Московской области от 30.09.2019 по делу № А41-10023/2016, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 15.07.2019 по делу № А41-21576/2016, постановлением Десятого Арбитражного апелляционного суда от 19.03.2019 года по делу № А41-21576/16).

Также в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 16.03.2023 по делу №А41-21576/2016 установлено, что ФИО2 является лицом контролирующим АО «Ариал» (единственного акционера ЗАО «Аэроферст»), так как является директором контролирующего лица Компании «АДСТРАД ХОЛДИНГЗ ЛИМИТЕД» (Республика Кипр) (подтверждается депозитарным договором № 8087/Д), а также членом Совета директоров АО «АРИАЛ» (протокол заседания Совета директоров должника № 15/03/2015 от 18.03.2015; протокол заседания Совета директоров должника № 10/02/2017 от 10.02.2017)

Справкой ЗАО «АЭРОФЕРСТ» в ОАО «Сбербанк России», подписанной Генеральным директором Калашниковым Ю.Г.

Списком аффилированных лиц ЗОА «АРИАЛ» от 24.12.2014.

Также ФИО2 в период с 2013 по 2017 годы являлся членом Совета директоров ЗАО «Аэроферст».

Статус ФИО2, как бенефициара ЗАО «Аэроферст», подтверждается представленными в материалы дела заявлением ФИО14, удостоверенным ФИО15, исполняющим обязанности нотариуса города Москвы ФИО16, письменными объяснениями Калашникова Ю.Г.

ФИО3 является конечным бенефициаром ЗАО «Аэроферст», так как являлся членом Совета Директоров ЗАО «Аэроферст» в период с 2013-2017 годы.

В постановлении Арбитражного суда Московского округа от 16.03.2023 по делу №А41-21576/2016 установлено, что ФИО3 является лицом контролирующим АО «Ариал» (единственного акционера ЗАО «Аэроферст»), так как является акционером АО «АРИАЛ» с 04.04.2014, что также следует из постановления Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2020 по делу № А41-21576/2016 и постановления Арбитражного суда Московского округа от 01.10.2020 по делу № А41-21576/2016, а также членом Совета директоров (протокол заседания Совета директоров должника 15/03/2015 от 18.03.2015; протокол заседания Совета директоров должника № 10/02/2017 от 10.02.2017).

Списком аффилированных лиц ЗОА «АРИАЛ» от 24.12.2014.

Также статус ФИО3, как бенефициара ЗАО «Аэроферст», подтверждается представленными в материалы дела заявлением ФИО14, удостоверенным ФИО15 исполняющим обязанности нотариуса города Москвы ФИО16, письменными объяснениями Калашникова Ю.Г., письменными объяснениями ФИО2

В качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий указывает на заключение должником в период с февраля 2013 года по ноябрь 2017 года признанных недействительными и повлекших за собой невозможность расплатиться по срочным кредитам и как следствие к банкротству должника, а также на непередачу ФИО12, ФИО13, документов бухгалтерского учета и необеспечение сохранности бухгалтерских документов.

Однако, суд не нашел оснований для возложения на ответчиков субсидиарной ответственности по обязательствам должника, но пришел к выводу о наличии оснований для привлечения Калашникова Ю.Г., ФИО13, ФИО12, ФИО2, ФИО3, АО «Ариал» к ответственности в виде убытков в результате совершения/одобрения ими сделок, причинивших убытки должнику.

По мнению конкурсного управляющего, непередача ответчиком бухгалтерской и иной документации не позволила конкурсному управляющему исполнить обязанности по формированию конкурсной массы, выявить активы и проанализировать основания их выбытия. Помимо этого, ФИО12 и ФИО13 как руководители должника не обеспечили сохранность, восстановление документации.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

По смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305- ЭС19-10079).

Факт непредставления бывшим руководителем должника первичных документов бухгалтерского учета конкурсному управляющему, при отсутствии доказательств причинно-следственной связи между его действиями и неплатежеспособностью должника, сам по себе не может быть положен в обоснование удовлетворения заявленных требований.

Предъявляя требование о привлечении ФИО12 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий не указал и не представил каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что непередача документов повлекла затруднительность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, а также формирования и реализации конкурсной массы.

Вменяемые ФИО12, ФИО13 не сохранность и намеренное уничтожение бухгалтерской базы 1С АО «АРИАЛ» документально не подтверждены и являются предположительными, поэтому отклоняются судом.

Сам конкурсный управляющий в своем заявлении указывает, что согласно техническому заключению компании ООО «Промпереработка», полученному по факту обращения бывшего руководителя ЗАО «Аэроферст», серверы Supermicro 6027R73DARF, IBM Server System x 3400 m2, Proliant ML310e Gen8 v2 E3-1220v3 NHP tower (4U)|Xeon4C, на которых хранилась бухгалтерская база ЗАО «Аэроферст» и АО «АРИАЛ», оказались неисправны: материнская плата, жесткие диски, контроллер RAID, блок питания выдает нестандартные напряжения.

Таким образом, материалами дела не подтверждается наличие причинно- следственной связи между виновными действиями ответчика по непередаче конкурсному управляющему документации должника и затруднительностью проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, формирования конкурсной массы и как следствие невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Поскольку заявителем не было обосновано, каким образом своими действиями ФИО12, ФИО13 способствовали отсутствию заявленной им бухгалтерской документации, что существенно затруднило формирование и реализацию конкурсной массы, а также привело к невозможности удовлетворения должником требований кредиторов, суд пришел к выводу, что заявление о привлечения ФИО12, ФИО13 к субсидиарной ответственности по данному основанию не подлежит удовлетворению, с которым соглашается судебная коллегия суда апелляционной инстанции.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве ока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если им причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Таким образом, необходимым элементом юридико-фактического состава для вменения субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве является совершение или одобрение контролирующим должника лицом сделки (нескольких сделок) должника, иных действий, следствием совершения которых является причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Отсутствие доказательств о причинении вреда имущественным правам кредиторов является основанием для отказа в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий ссылается на непринятие контролирующими должника лицами мер по обособлению имущества Должника, приведшее к его несостоятельности и к несостоятельности АО «Ариал, как контролирующего лица (бесконтрольное взаимное перечисление денежных средств).

ЗАО «Аэроферст» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов АО «Ариал» требования в размере 2123856896,24 руб. основного долга по договору займа № 01/13 от 26.02.2013 и 713144654,33 руб. процентов на сумму займа.

Определением Арбитражного суд Московской области от 18.12.2018, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2019 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 15.07.2019 по делу № А41-21576/2016, в удовлетворении заявления ЗАО «Аэроферст» о включении требования по договору займа № 01/13 от 26.02.2013 и 713 144 654 руб. 33 коп. процентов на сумму займа отказано.

Как следует из материалов дела, 26.02.2013 между ЗАО «Аэроферст» (Заимодавец) и АО «АРИАЛ» (Заемщик) заключен договор займа № 01/13 (на основании подписанных дополнительных соглашений изменен размер Общей суммы займа и размер процентов за пользование займом, срок возврата займа продлен). В подтверждение факта предоставления займа в материалы были представлены платежные поручения и выписки по счетам ЗАО «Аэроферст».

14.07.2017 между ЗАО «Аэроферст» и АО «АРИАЛ» подписан акт сверки взаимных расчетов.

Согласно уставу ЗАО «Аэроферст», утвержденному решением № 27/08/14 единственного акционера от 27.08.2014, АО «АРИАЛ» является единственным акционером ЗАО «Аэроферст».

Кредитор и должник имеют одного бенефициара - ФИО2, а также одного директора - ФИО12, следовательно, кредитор и должник являются аффилированными лицами».

Суды, отказывая в удовлетворении заявления ЗАО «Аэроферст» о включении требования в реестр требований кредиторов АО «АРИАЛ», руководствовались следующим.

Поскольку АО «АРИАЛ» является единственным акционером кредитора ЗАО «Аэроферст», обязанности единоличного исполнительного органа в обоих обществах исполняло одно и тоже физическое лицо, поэтому к кредитору, как аффилированному лицу, предъявляются повышенные требования в доказывании заявленной задолженности.

Сами по себе перечисления денежных средств на протяжении длительного периода времени 2013-2017 гг., в том числе в период возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, не являются бесспорным и однозначным доказательством наличия между сторонами заемных отношений.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что кредитором не доказан факт возникновения между ЗАО «Аэроферст» и АО «АРИАЛ» правоотношений, урегулированных нормами о займе, реальность передачи денежных средств должником своей материнской компании в качестве займа, как это указано в копии договора займа от 26.02.2013 № 01/13.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции указал на то, что из условий договора займа от 26.02.2013 № 01/13 (с дополнительными соглашениями), следует, что максимальная сумма займа установлена сторонами в размере 2 300 000 000 руб., которые могут предоставляться как единовременно, так и частями, а также повторно при условии погашения задолженности заимодавцем.

С учетом изложенного апелляционный суд пришел к выводу о том, что в акте от 14.07.2017 фактически отражены обороты денежных средств коммерческой деятельности между должником и кредитором с учетом их аффилированности и не подтверждают реальную задолженность по договору займа от 26.02.2013 № 01/13, а свидетельствуют о финансовых потоках между ними имеющими различные основания.

Кроме того, делая вывод о недоказанности возникновения между кредитором и должником заемных обязательств в указанной сумме, суд апелляционной инстанции руководствовался правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.12.2018 № 303-308-11878(1,2) по делу № А51-21631/2015. Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации если степень заинтересованности между кредитором, заявляющим требование, и должником является существенной, то заемная сделка подлежит проверке на предмет притворности. В ситуации, когда контролирующий участник компании - заимодавца фактически не обособляет имущество последней и рассматривает его как свое собственное, изымает из оборота подконтрольной организации прибыль под видом получения займов с тем, чтобы в дальнейшем противопоставить требование аффилированного лица требованиям независимых кредиторов, заемных отношений между участником и компанией не возникает, так как суммы займов участник предоставляет фактически сам себе.

Таким образом, в судебных актах сделан вывод о том, что конструкция займа являлась притворной, изначально не направленной на создание соответствующих правовых последствий, обстоятельства и условия выдачи и возврата денежных средств были не свойственными для обычной гражданско-правовой сделки из договора займа между не аффилированными компаниями, правоотношения носили корпоративный характер.

В действительности между аффилированными лицами ЗАО «Аэроферст» и АО «АРИАЛ» имелись большие взаимные денежные потоки, свидетельствующие о дофинансировании друг друга лицами, входящими в одну группу компаний, на разных этапах деятельности. Отношения между компаниями носили исключительно корпоративный, а не заемный характер.

Конечное сальдо по итогам взаиморасчетов между юридическими лицами оказалось на стороне ЗАО «Аэроферст» на сумму 2 123 856 896,24 руб. (4 605 331 973,82 руб. - общий размер денежных средств, перечисленных ЗАО «Аэроферст» в пользу АО «АРИАЛ»; 2 481 475 077,58 руб. - общий размер денежных средств, перечисленных АО «АРИАЛ» в пользу ЗАО «Аэроферст»), что привело к невозможности расплатиться по срочным кредитам, к банкротству контролируемого лица ЗАО «Аэроферст» и впоследствии к банкротству самого АО «АРИАЛ» (указанный факт установлен определением Арбитражного суда Московской области от 11.09.2022, постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2022, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.03.2023 по делу № А41- 21576/2016)

В третью очередь реестра требований кредиторов ЗАО «Аэроферст» включены требования:

- ПАО «Сбербанк России» в общем размере 2 961718 939,05 руб. по кредитным договорам № 

<

***> от 22.10.2014, № 66/1-14 от 08.12.2014, по договору банковской гарантии № 620/14-БГ от 12.12.2014 (определения Арбитражного суда Московской области от 10.07.2017 и от 05.09.2017 по делу № А41-10023/2016);

- Банк ВТБ (ПАО) в общем размере 3 012 081863,09 руб. по кредитному договору № 

<

***> от 31.10.2014, договору поручительства № 00599/МР-ДП1 от 17.12.2013 и договору об ипотеке здания и права аренды земельного участка № 00599/МР-ДИ от 28.03.2014 по обязательствам АО «АРИАЛ» по кредитному договору от 17.12.2013.

Конкурсный управляющий считает, что конструкция займа могла прикрывать распределение прибыли подконтрольного заимодавца контролирующему заемщику, что свидетельствуют о фактическом отождествлении организации АО «АРИАЛ» с подконтрольным ему обществом ЗАО «Аэроферст», лишь юридически представляющих собой два самостоятельных юридических лица.

Конструкция займа и взаимные денежные потоки по выдаче и возврату займа могли прикрывать погашение ЗАО «Аэроферст» за АО «АРИАЛ» солидарных обязательств перед Банком ВТБ (ПАО), вытекающих из кредитного договора, заключенного с АО «АРИАЛ», и поручительства ЗАО «Аэроферст», а также прикрывать погашение АО «АРИАЛ» за ЗАО «Аэроферст» солидарных обязательств перед ПАО «Сбербанк России» и Банком ВТБ (ПАО), вытекающих из кредитных договоров, заключенных с ЗАО «Аэроферст» и поручительства АО «АРИАЛ». То есть как прибыль, так и долги у компаний в рассматриваемый период были общими.

Таким образом, указанные обстоятельства, установленные судом в рамках дела о банкротстве должника, связанные с не обособлением им, имущества ЗАО «Аэроферст», которые привели к отказу судов во включении требования ЗАО, «Аэроферст», основанного на договоре займа, в реестр требований кредиторов АО «Ариал» в последующем явились основанием для предъявления конкурсным управляющим ЗАО «Аэроферст» 18.12.2019 требования к АО «АРИАЛ», ФИО2, ФИО3, Калашникову Ю.Г., ФИО13, ФИО12 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Аэроферст» предварительно на сумму более 5 млрд. руб. (размер реестра требований кредиторов ЗАО «Аэроферст») с одновременным предъявлением требования ЗАО «Аэроферст» о включении в реестр требований кредиторов АО «АРИАЛ».

Вместе с тем, действующее гражданское законодательство определяет обособленное имущество хозяйствующего общества как объекты, которыми распоряжается только хозяйствующее общество. Они отделены от материальных ценностей, принадлежащих участникам/учредителям. Их наличие является обязательным условием осуществления деятельности предприятия. В пункте 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено требование, которое распространяется на обособленное имущество - норма об обязанности экономического субъекта учитывать материальные ценности в документации

Однако отсутствие обособленности юридических лиц судом не установлено.

В обществах велся самостоятельный бухгалтерский учет, который анализировался налоговыми органами, кредитовавшими должника банками. Проводились обязательные ежегодные инвентаризации товарно-материальных ценностей, при увольнении руководителей вся документация о деятельности должника передавалась вновь назначенному директору, у последующих директоров к полноте переданной документации замечаний не было. Должник как акционерное общество, с учетом объема хозяйственной деятельности, проходил обязательный ежегодный аудит. Аудиторские заключения должника не содержали оговорки о не обособлении (т.е. без достаточного основания и документального оформления) имущества должника.

При таких условиях нет оснований полагать, что бухгалтерский учет должника велся надлежащим образом, а требования к обособлению имущества должника не были соблюдены.

Доказательств обратного в материалы дела конкурсным управляющим не представлено.

Довод конкурсного управляющего о привлечении АО «Ариал» к субсидиарной ответственности по обязательства должника за получение необоснованной имущественного выгоды от заключения притворной сделки (договора займа с АО «Ариал» от 26.02.2013) является необоснованным и не подтвержден материалами дела.

Довод конкурсного управляющего о привлечении Калашникова Ю.Г., ФИО13, ФИО12 к субсидиарной ответственности за исполнение недействительного (притворного) договора займа с АО «Ариал» от 26.02.2013 суд также нашел необоснованным, поскольку конкурсным управляющим не представлены доказательства того, что совершение указанных сделок причинило существенный вред кредиторам должника и привело к несостоятельности должника.

На основании изложенного, суд пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим обстоятельств по указанным основаниям, в связи с чем отказал в привлечении Калашникова Юрия Григорьевича, ФИО13, ФИО12, ФИО2, ФИО3, АО «Ариал» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по данным основаниям.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает, что в рамках дела о банкротстве должника по заявлению конкурсного управляющего Арбитражным судом Московской области признаны недействительными сделки, совершенные должником в пользу третьих лиц:

1. Определением Арбитражного суда Московской области от 30.09.2019 по делу №А41-10023/2016 сделки по перечислению ЗАО «Аэроферст» в пользу ООО «Мир Инвест Строй» платежными поручениями № 2720 от 21.09.2016, № 3310 от 22.11.2016, № 3334 от 23.11.2016, № 3348 от 25.11.2016 денежных средств в размере 27 198 000 руб. признаны недействительными, как сделки, совершенные в пользу аффилированного с должником лица с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем вывода активов Должника, а также при отсутствии намерения сторон породить реальные хозяйственные правоотношения. Указанный судебный акт вступил в законную силу 15.10.2019.

2. Определением Арбитражного суда Московской области от 31.07.2019 по делу №А41-10023/2016, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2019 по делу № А41-10023/2016, сделка по перечислению ЗАО «Аэроферст» в пользу ООО «РамСтрой» платежным поручением № 16626 от 28.09.2017 денежных средств в размере 75 000 000 руб. признана недействительной, как сделка, совершенная в пользу аффилированного с должником лица с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем вывода активов ЗАО «Аэроферст», а также при отсутствии намерения сторон породить реальные хозяйственные правоотношения. Указанный судебный акт вступил в законную силу 12.12.2019.

3. Определением Арбитражного суда Московской области от 07.05.2019 по делу №А41-10023/2016 сделки по перечислению ЗАО «Аэроферст» в пользу ООО «Аукционный Дом Кипарис» платежными поручениями № 1620 от 07.06.2016, № 1731 от 17.06.2016, № 2072 от 15.07.2016, № 2086 от 18.07.2016, № 2332 от 12.08.2016, № 2339 от 15.08.2016, № 2364 от 16.08.2016, № 2369 от 17.08.2016, № 2682 от 15.09.2016, № 3531 от 13.12.2016, № 102 от 20.01.2017, № 282 от 03.02.2017, № 331 от 07.02.2017, № 1469 от 11.05.2017, № 1855 от 08.06.2017 денежных средств в общем размере 43 170 783 руб. 00 коп. признаны недействительными, как сделки, совершенные при отсутствии встречного исполнения обязательства со стороны Ответчика, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем вывода активов должника в пользу организации, обладающей признаками номинальности, и лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Указанный судебный акт вступил в законную силу 22.05.2019.

4. Определением Арбитражного суда Московской области от 12.02.2019 по делу №А41-10023/2016 сделки по перечислению ЗАО «Аэроферст» в пользу ООО «Юридическая компания «Вердикт» платежными поручениями № 4104 от 25.09.2017, №4314 от 12.10.2017 денежных средств в размере 4 208 000 руб. 00 коп. признаны недействительными, как сделки, совершенные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Указанный судебный акт вступил в законную силу 27.02.2019.

5. Определением Арбитражного суда Московской области от 25.01.2019 по делу №А41-10023/2016 сделка по перечислению ЗАО «Аэроферст» в пользу ООО «Юридическая Компания Право» платежным поручением № 2912 от 07.10.2016 денежных средств в размере 1 604 287 руб. 00 коп. признана недействительной, как сделка, совершенная при отсутствии встречного исполнения обязательства со стороны ответчика, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем вывода активов должника и лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Указанный судебный акт вступил в законную силу 11.02.2019.

Конкурсный управляющий утверждает, что указанные выше сделки совершены в период с 07.06.2016 по 12.10.2017, когда контролирующими должника лицами, а именно лицами, обладающими сведениями о финансовом состоянии должника и имеющими возможность определять действия должника, были Калашников Ю.Г., ФИО13, ФИО12, ФИО2, ФИО3

Данными лицами совершены действия по выводу активов в общем размере 148893070 руб. из имущественной массы ЗАО «Аэроферст» в пользу третьих лиц в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов ЗАО «Аэроферст» в отсутствие встречного предоставления.

При этом конкурсный управляющий должника обращает внимание на тот факт, что в настоящее время реальный возврат денежных средств в конкурсную должника по итогам оспаривания сделок представляется крайне сомнительным ввиду того, что определением Арбитражного суда города Москвы от 11.08.2021 по делу NoА40-76450/18 было завершено конкурсное производство в отношении ООО «Мир Инвест Строй», определением Арбитражного суда города Москвы от 06.03.2023 по делу № А41-17368/2019 было завершено конкурсное производство в отношении ООО «Рамстрой», определением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2020 по делу № А40-2717/2020 было завершено конкурсное производство в отношении ООО «Аукционный Дом Кипарис», определением Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2021 было завершено конкурсное производство в отношении ООО ЮК «ВЕРДИКТ», ООО «Юридическая Компания Право» 26.06.2023 исключена налоговым органом из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (ГРН: 2237705246766 от 26.06.2023).

В пункте 23 постановления № 53 разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

При этом судом учтены разъяснения, изложенные в абзаце 6 названного пункта постановления № 53, согласно которому по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Таким образом, при установлении критерия - существенной убыточности сделки, судам следует исходить из конкретных фактических обстоятельств дела, размера сделки применительно к масштабам деятельности должника, а также специфики оспариваемой сделки

Однако конкурсным управляющим не доказано, а судом не установлено указанных в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, обстоятельств в результате совершенных сделок, которые сами по себе могли привести к банкротству должника, исходя из специфики оспоренных договоров.

Согласно имеющемуся в материалах настоящего дела бухгалтерскому балансу должника, балансовая стоимость активов должника на последнюю отчетную дату, предшествующую дате совершения сделок, то есть на 31.12.2015 составляла 4 461 748 000,00 рублей и на 31.12.2016 – 4 325 017 000,00 рублей, таким образом, размер указанным сделкам даже по рыночной стоимости составляет менее четырех процентов от балансовой стоимости активов должника

В результате деятельности ЗАО «Аэроферст» в 2015 и 2016 гг. была получена прибыль в размере 798 201 000,00 рублей и 653 945 000,00 рублей соответственно, которая включена в состав нераспределенной прибыли.

Оценив характер и содержание совершенных сделок, на которые ссылается конкурсный управляющий в качестве презумпции для установления вины ответчиков в доведении общества до банкротства либо существенно ухудшивших финансовое состояние должника, суд пришел к выводу о том, что данные сделки ни по отдельности, ни в совокупности не привели к банкротству и по масштабам деятельности существенно не ухудшили финансовое положение должника.

Таким образом, по указанному основанию суд отказал в привлечении ответчиков Калашникова Ю.Г., ФИО13, ФИО12, ФИО2, ФИО3, к субсидиарной ответственности, поскольку действия по совершению сделок не могли являться причиной банкротства.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», следует, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе, установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В рассматриваемом случае, суд пришел к выводу, что отсутствуют основания для привлечения Калашникова Ю.Г., ФИО13, ФИО12, ФИО2, ФИО3 и АО «Ариал» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, но имеются основания для взыскания с указанных лиц убытков.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу действующего законодательства для наступления ответственности контролирующих должника лиц необходимо наличие убытков, противоправности поведения причинителя вреда, причинной связи между противоправностью поведения и наступлением убытков, а также вины причинителя вреда.

Указанные лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.09.2019 по делу №А41-10023/2016 сделки по перечислению ЗАО «Аэроферст» в пользу ООО «Мир Инвест Строй» платежными поручениями № 2720 от 21.09.2016, № 3310 от 22.11.2016, № 3334 от 23.11.2016, № 3348 от 25.11.2016 денежных средств в размере 27 198 000 руб. 00 коп. признаны недействительными. Указанный судебный акт вступил в законную силу 15.10.2019;

Определением Арбитражного суда Московской области от 31.07.2019 по делу № А41-10023/2016, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2019 по делу № А41-10023/2016, сделка по перечислению ЗАО «Аэроферст» в пользу ООО «РамСтрой» платежным поручением № 16626 от 28.09.2017 денежных средств в размере 75 000 000 руб. 00 коп. признана недействительной. Указанный судебный акт вступил в законную силу 12.12.2019;

Определением Арбитражного суда Московской области от 07.05.2019 по делу №А41-10023/2016 сделки по перечислению ЗАО «Аэроферст» в пользу ООО «Аукционный Дом Кипарис» платежными поручениями № 1620 от 07.06.2016, № 1731 от 17.06.2016, № 2072 от 15.07.2016, № 2086 от 18.07.2016, № 2332 от 12.08.2016, № 2339 от 15.08.2016, № 2364 от 16.08.2016, № 2369 от 17.08.2016, № 2682 от 15.09.2016, № 3531 от 13.12.2016, № 102 от 20.01.2017, № 282 от 03.02.2017, № 331 от 07.02.2017, № 1469 от 11.05.2017, № 1855 от 08.06.2017 денежных средств в общем размере 43 170 783 руб. 00 коп. признаны недействительными. Указанный судебный акт вступил в законную силу 22.05.2019;

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.02.2019 по делу №А41-10023/2016 сделки по перечислению ЗАО «Аэроферст» в пользу ООО «Юридическая компания «Вердикт» платежными поручениями № 4104 от 25.09.2017, №4314 от 12.10.2017 денежных средств в размере 4 208 000 руб. 00 коп. признаны недействительными. Указанный судебный акт вступил в законную силу 27.02.2019;

Определением Арбитражного суда Московской области от 25.01.2019 по делу №А41-10023/2016 сделка по перечислению ЗАО «Аэроферст» в пользу ООО «Юридическая Компания Право» платежным поручением № 2912 от 07.10.2016 денежных средств в размере 1 604 287 руб. 00 коп. признана недействительной. Указанный судебный акт вступил в законную силу 11.02.2019.

С учетом изложенного, в период руководства должником Калашниковым Ю.Г., ФИО13, ФИО12, ФИО2, ФИО3 совершены/одобрены сделки с ООО «Мир Инвест Строй», ООО «РамСтрой», ООО «Аукционный Дом Кипарис», ООО «Юридическая компания «Вердикт», ООО «Юридическая Компания Право» признанные судом недействительными, как совершенные при отсутствии встречного исполнения обязательства со стороны ответчика с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем вывода активов должника, а также при отсутствии намерения сторон породить реальные хозяйственные правоотношения, в результате которых имущество не возвращено в конкурсную массу.

В период руководства должником Калашниковым Ю.Г. совершены следующие сделки:

перечисления в пользу ООО «Мир Инвест Строй» в период с 21.09.2016 по 25.11.2015 денежных средств в размере 27 198 000,00 рублей;

перечисления в пользу ООО «Аукционный Дом Кипарис в период с 07.06.2016 по 07.02.2017 денежных средств в размере 32 548 000,00 рублей. Указанная сделка также была одобрена Калашниковым Ю.Г., как членом Совета директоров ЗАО «Аэроферст», что подтверждается протоколом Заседания Совета Директоров ЗАО «Аэроферст» №12/05/16 от 12.05.2016;

перечисления в пользу ООО «Юридическая компания «Право» 07.10.2016 денежных средств в размере 1 604 287,00 рублей;

С учетом изложенного, Калашниковым Ю.Г. были совершены сделки, признанные судом недействительными, на общую сумму 61 350 287,00 рублей

В период руководства Должником ФИО13 совершены следующие сделки:

перечисления в пользу ООО «Аукционный Дом Кипарис 11.05.2017 денежных средств в размере 5 434 783 рублей.

С учетом изложенного, ФИО13 была совершена сделка, признанная судом недействительной, на общую сумму 5 434 783, 00 рублей.

В период руководства Должником ФИО12 были совершены следующие сделки:

перечисления в пользу ООО «РамСтрой» 28.09.2017 денежных средств в размере 75 000 000 рублей;

перечисления в пользу ООО «Аукционный Дом Кипарис 08.06.2017 денежных средств в размере 2 900 000,00 рублей;

перечисления в пользу ООО «Юридическая компания «Вердикт» в период с 25.09.2017 по 12.10.2017 денежных средств в размере 4 208 000 рублей.

С учетом изложенного, Федюниным Д..В. были совершены сделки, признанные судом недействительными, на общую сумму 82 108 000,00 рублей.

Учитывая, что ФИО3 и ФИО2 являются контролирующими должника лицами (бенефициары Должника), а также являлись на момент заключения сделок собственниками компаний, в пользу которых были совершены сделки - ООО «МирИнвестСтрой» и ООО «Рамстрой», суд пришел к выводу, что указанными лицами также были причинены убытки Должнику.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) руководителя юридического лица считается доказанной, в частности, когда он знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

При этом при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации, согласно пункту 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации, является извлечение прибыли.

Неразумность действий руководителя юридического лица, в соответствии с п. 3 постановления Пленума, считается доказанной, в частности, когда руководитель принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение, либо до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации; которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах.

ФИО2 и ФИО3, как членами совета директоров должника была одобрена недействительная сделка с ООО «Аукционный дом Кипарис» (договор оказания юридических и консультационных услуг № 25/2016 от 18.05.2016, на общую сумму 43 170 783 рублей, заключенная и исполненная после принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), что подтверждается протоколом заседания Совета директоров ЗАО «Аэроферст» № 12/05/2016 от 12.05.2016).

Указанными лицами, вопреки положениям пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», не были приведены доказательства, что в результате заключенной сделки предполагалось получение выгоды юридическим лицом, а также доказательств того, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

К тому же указанными лицами не раскрыты перед судом мотивы, экономическая целесообразность в совершении указанных сделок (платежи по договору оказания юридических и консультационных услуг № 25/2016 от 18.05.2016, на общую сумму 43 170 783,00 рублей) после принятия судом заявления о признании должника банкротом. Также указанными лицами в суд первой инстанции не были представлены доказательства исполнения указанной сделки со стороны ООО «Аукционный дом Кипарис».

Согласно позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.04.2022 № 305- ЭС18-20160(7-15) по делу № А40-251578/2016, при вменении контролирующему должника лицу факта одобрения договора в качестве основания для привлечения к убыткам необходимо учитывать, была ли впоследствии полностью погашена эта задолженность, что свидетельствовало бы об отсутствии убытков от сделки.

Судом установлено, что взыскание задолженности с ООО «Аукционный дом Кипарис» невозможно, поскольку определением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2020 по делу № А40-2717/2020 было завершено конкурсное производство в отношении ООО «Аукционный Дом Кипарис» (требования кредиторов не удовлетворены вследствие недостаточности имущества должника).

При этом, в период кризисной ситуации при очевидном наличии признаков неплатежеспособности (на момент совершения сделки в отношении должника была введена процедура наблюдения ) экономическая целесообразность заключения новой сделки, влекущей убытки для должника на сумму 43 170 783 рублей отсутствовала, что не могло быть неизвестно контролирующим лицам при рассмотрении вопроса об ее одобрении.

Также непосредственно в пользу ФИО2 после принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) были совершены сделки с ООО «МирИнвестСтрой» на общую сумму 27 198 000 рублей.

Согласно выпискам из ЕГРЮЛ по состоянию на 21.09.2016 и 25.11.2016 (период, когда осуществлялись платежи), единственным участником ООО «МирИнвестСтрой» являлся ФИО2

В пользу ФИО3 после принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) была совершена сделка с ООО «Рамстрой» на общую сумму 75 000 000 рублей.

В период с 14.02.2014 по 24.04.2019 ФИО3 являлся участником ООО «РАМСТРОЙ» с долей в уставном капитале Общества 51%, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ по состоянию на 24.04.2019.

Возврат денежных средств от указанных лиц в конкурсную массу должника невозможен, в связи с тем, что определением Арбитражного суда города Москвы от 11.08.2021 по делу № А40-76450/18 было завершено конкурсное производство в отношении ООО «Мир Инвест Строй», конкурсная масса должника была сформирована за счет взыскания дебиторской задолженности, вырученные денежные средства были направлены конкурсным управляющим на погашение текущих расходов. Реестр требований кредиторов не погашался.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.03.2023 по делу №А41-17368/2019 было завершено конкурсное производство в отношении ООО «Рамстрой» (требования кредиторов соразмерно удовлетворены на 5,78 %).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2020 по делу № А40-2717/2020 было завершено конкурсное производство в отношении ООО «Аукционный Дом Кипарис» (требования кредитора не удовлетворены вследствие недостаточности имущества должника).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2021 было завершено конкурсное производство в отношении ООО ЮК «ВЕРДИКТ» (требования кредиторов соразмерно удовлетворены на 5,3 %).

ООО «Юридическая Компания Право» 26.06.2023 исключена налоговым органом из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (ГРН: 2237705246766 от 26.06.2023).

При этом суд, определяя размер убытков, взыскиваемых с контролирующих должника лиц, учел тот факт, что в рамках дела о банкротстве ООО ЮК «ВЕРДИКТ» и ООО «Рамстрой» были частично удовлетворены требования должника на суммы 222 515,75 руб. и 4 344 330,94 руб. соответственно.

Также суд пришел к выводу, что единственный акционер ЗАО «Аэроферст» - АО «Ариал» подлежит привлечению к ответственности в виде взыскания убытков за получение АО «Ариал» необоснованной имущественной выгоды от заключения притворной сделки - договор займа от 26.02.2013 с ЗАО «Аэроферст».

Определением Арбитражного суд Московской области от 18.12.2018, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2019 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 15.07.2019 по делу № А41-21576/2016, при рассмотрении спора о включении требований ЗАО «Аэроферст» в реестр требований кредиторов АО «АРИАЛ» задолженности по договора займа от 26.02.2013 было установлено, что конструкция займа являлась притворной, изначально не направленной на создание соответствующих правовых последствий, обстоятельства и условия выдачи и возврата денежных средств были не свойственными для обычной гражданско-правовой сделки из договора займа между не аффилированными компаниями, правоотношения носили корпоративный характер – в связи с чем основания для установления требования в реестре требований кредиторов АО «Ариал» признаны отсутствующими.

В действительности между аффилированными лицами ЗАО «Аэроферст» и АО «Ариал» имелись взаимные денежные потоки, свидетельствующие о дофинансировании друг друга лицами, входящими в одну группу компаний, на разных этапах деятельности. Отношения между компаниями носили исключительно корпоративный характер.

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.09.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.03.2023 по делу № А41-21576/2016 (обособленный спор о привлечении контролирующих лиц АО «Ариал» к субсидиарной ответственности) было установлено, что конечное сальдо по итогам взаиморасчетов между юридическими лицами оказалось на стороне ЗАО «Аэроферст» на сумму 2 123 856 896,24 руб. (4 605 331 973,82 руб. - общий размер денежных средств, перечисленных ЗАО «Аэроферст» в пользу АО «АРИАЛ»; 2 481 475 077,58 руб. - общий размер денежных средств, перечисленных АО «АРИАЛ» в пользу ЗАО «Аэроферст»), что привело к невозможности расплатиться по срочным кредитам, к банкротству контролируемого лица ЗАО «Аэроферст» и впоследствии к банкротству самого АО «АРИАЛ».

АО «Ариал» не раскрыло перед судом мотивы, экономическую целесообразность в совершении указанных сделок, не представило объяснения чем было обусловлено такое ведение бизнеса, фактически безвозмездное изъятие денежных средств от дочерней организации в пользу материнской.

С учетом вышеизложенного, суд пришел к выводу, что установленные в рамках спора по делу о банкротстве АО «Ариал» обстоятельства и выводы судов о недействительности сделки (договор займа от 26.02.2013, заключенный между АО «Ариал» и ЗАО «Аэроферст») указывают на наличие оснований для привлечения АО «Ариал» к гражданской ответственности в виде убытков, как контролирующего должника акционера и выгодоприобретателя в размере 1 795 335 439,87 руб.

При таких условиях суд признал, что действиями бывших руководителей Калашникова Ю.Г., ФИО13, ФИО12, бенефициаров должника - ФИО2, ФИО3, единственного акционера - АО «Ариал» нанесен ущерб интересам кредиторов ЗАО «Аэроферст», что повлекло утрату должником активов, а также невозможность расчетов с кредиторами.

Отклоняя доводы ФИО3 о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на привлечение его к субсидиарной ответственности, суд указал, что в связи с тем, что нормы абзаца 5 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции ФЗ от 28.12.2016 №488-ФЗ, а также пункт 5 новой статьи 61.14 Закона о банкротстве, увеличивающие срок исковой давности до трех лет, применяются с 01.01.2017, то есть когда срок исковой давности для конкурсного управляющего , установленный прежними нормами статьи 10 Закона о банкротстве не истек и даже еще не начал течь, в связи с чем к заявленным требованиям подлежит применению трехгодичный срок исковой давности в соответствии с действующими нормами Закона о банкротстве.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанцией, суд пришел к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения бывших руководителей Калашникова Ю.Г., ФИО13, ФИО12, бенефициаров должника - ФИО2, ФИО3, единственного акционера - АО «Ариал» к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения причиненных должнику убытков, с которым соглашается судебная коллегия суда апелляционной инстанции.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционных жалобах не приведено.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 10 августа 2023 года по делу №А41-10023/16 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области. 

 

Председательствующий

 

С.Ю. Епифанцева

Судьи

 

В.П. Мизяк

А.В. Терешин