№ 09АП-9878/2024

Дело № А40-289784/18

г. Москва

11 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 марта 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 11 апреля 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой,

судей А.С. Маслова, М.С. Сафроновой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы                                     АО «Мосэгнергосбыт», ООО «Стройнефтегазсервис», ФИО1, ФИО2

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.01.2024 по делу № А40-289784/18 

в рамках дела о признании ООО «Стройнефтегазсервис» несостоятельным (банкротом)

о признании доказанным наличия оснований для привлечения ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройнефтегазсервис», приостановлении рассмотрения настоящего заявления окончания расчетов с кредиторами, отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ООО «Стройнефтегазсервис» и кредитора АО «Мосэнергосбыт» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 и ФИО5

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Стройнефтегазсервис» - ФИО6 по доверенности от 05.12.2023

от ФИО1 – ФИО7 по доверенности от 25.03.2024

от ФИО2 – ФИО8 по доверенности от 25.03.2024

иные лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 14.04.2020 ООО «Стройнефтегазсервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. 

В Арбитражный суд города Москвы 25.01.2023 поступило заявление кредитора ООО «Вентмонтажпромстрой» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2. 

В Арбитражный суд города Москвы 14.03.2023 поступило заявление конкурсного управляющего должника ООО «Стройнефтегазсервис» ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО1. 

В Арбитражный суд города Москвы 03.04.2023 поступило заявление конкурсного управляющего должника ООО «Стройнефтегазсервис» ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО5. 

В Арбитражный суд города Москвы 12.04.2023 поступило заявление кредитора АО «Мосэнергосбыт» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО1. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2023 ФИО9 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника в деле о банкротстве ООО «Стройнефтегазсервис». 

Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО10. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2023 суд объединил в одно производство для совместного рассмотрения заявления кредитора ООО «Вентмонтажпромстрой», заявления конкурсного управляющего должника ООО «Стройнефтегазсервис» и заявления кредитора АО «Мосэнергосбыт» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5, ФИО4 и ФИО1. 

В Арбитражный суд города Москвы 27.07.2023 поступило уточненное заявление кредитора ООО «Вентмонтажпромстрой», согласно которому он просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5, ФИО4, ФИО3 и ФИО1. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.01.2024 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройнефтегазсервис». Приостановлено рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами. Отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ООО «Стройнефтегазсервис» и кредитора АО «Мосэнергосбыт» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 и ФИО5.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, АО «Мосэгнергосбыт», ООО «Стройнефтегазсервис», ФИО1, ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

В апелляционной жалобе АО «Мосэнергосбыт» просит определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.01.2024 по делу №А40- 289784/18-74-389 отменить в части отказа о привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройнефтегазсервис». Вынести судебный акт, содержащий в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующего ООО «Стройнефтегазсервис» лица ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройнефтегазсервис.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ООО «Стройнефтегазсервис» просит определение Арбитражного суда города Москвы от 15.01.2024 по делу № А40-289784/18-74-389 «Б» (в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности) отменить. Принять новый судебный акт, признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройнефтегазсервис».

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить обжалуемое определение в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройнефтегазсервис».

В апелляционной жалобе ФИО2 просит отменить обжалуемое определение в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройнефтегазсервис».

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В суд поступило ходатайство конкурсного управляющего ООО «Стройнефтегазсервис» о приобщении дополнительных документов, в котором судом апелляционной инстанции отказано в соответствии со статьями 159, 184, 266,  части 2 статьи 268 АПК РФ протокольным определением от 28.03.2024.

В судебном заседании представители апеллянтов доводы апелляционных жалоб поддерживают по мотивам, изложенным в них. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалоб необоснованными в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено указанным Федеральным законом, в его целях под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

В соответствии с п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. 

В соответствии с п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела: - ФИО1 в период с 29.07.2015 по 24.05.2018 являлся генеральным директором и единственным участником должника, - ФИО3 с 24.05.2018 по 15.06.2018 являлась генеральным директором и единственным участником должника, - ФИО5 в период с 15.06.2018 по 03.06.2019 являлся генеральным директором и единственным участником должника, - ФИО2 в период с 03.06.2019 по 14.04.2020 являлся генеральным директором должника, а с 03.06.2019 по настоящее время - единственным участником должника. 

Таким образом, ФИО1, ФИО3, ФИО5 и ФИО2 являлись контролирующими должника лицами. Заявители просят привлечь их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника: - ФИО1, ФИО3, ФИО5 и ФИО2 за невозможность погашения требований кредиторов и причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения либо одобрения одной или нескольких сделок должника, - ФИО5 и ФИО2 за не передачу конкурсному управляющему документов должника. 

Обосновывая довод о наличии у ФИО4 статуса контролирующих должника лица, заявители сослались на приговор Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 11.05.2022, согласно которому ФИО4 признан виновным в уклонении от уплаты налогов путем включения в налоговые декларации заведомо ложных сведений, совершенных в особо крупном размере. 

По мнению заявителей, ООО «Стройнефтегазсервис» являлось так называемой «технической» компанией, которая контролировалась и использовалась ООО «Грантек» (в группу компаний ООО «Грантек» входили несколько компаний, в т.ч. ООО «Стройнефтегазсервис») для совершения установленных судами налоговых правонарушений и все операции по управлению банковскими счетами должника осуществлялись по указанию генерального директора ООО «Грантек» ФИО4 Вопреки утверждению заявителя, его довод о том, что из вступивших в законную силу судебных актов следует, что ФИО4 являлся контролирующим должника лицом, не является выводом суда, а является лишь изложением показаний свидетеля ФИО1 

При этом, свидетель ФИО1 подтвердил в своих показаниях, что он являлся руководителем и участником ООО «Стройнефтегазсервис». 

Как следует из приговора Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 11.05.2022, ФИО4 привлекался к уголовной ответственности как руководитель ООО «Грантек» и доводы на которые ссылается конкурсный управляющий судом не исследовался и в приговоре не нашли своего отражения. 

Кроме того, определением Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2023 по делу №А40-289784/18 по заявлению ФИО1 о пересмотре определения Арбитражного суда города Москвы от 16.08.2021 по вновь открывшимся обстоятельствам, судом установлено, что вопреки утверждению заявителя                 (ФИО1), его довод о том, что не был руководителем организации, а все операции по управлению банковскими счетами ООО «Стройнефтегазсервис» осуществлял по указанию ФИО4 (стр. 12 приговора), не является выводом суда. 

На данной странице изложены показания самого ФИО1, а не выводы суда. 

При этом, ФИО1 подтвердил, что он являлся руководителем и участником ООО «Стройнефтегазсервис». 

Суд первой инстанции правомерно оценил отождествление заявителем понятия контролирующего должника лица и лица, аффилированного с должником, как  ошибочное. 

В соответствии с п. 3 Постановления № 53 от 21.12.2017 необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве). 

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). 

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. 

В настоящем деле о банкротстве обстоятельства наличия у ФИО4 фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, а также степень их вовлеченности в процесс управления должником не устанавливались. 

В материалы настоящего обособленного спора такие доказательства не представлены. 

В соответствии с п. 56 Постановления № 53 от 21.12.2017 г. по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). 

Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. 

Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (п. 4 ст. 61.16 Закона о банкротстве). 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недоказанности, что ФИО4 являлся контролирующими ООО «Стройнефтегазсервис» лицом. 

По обстоятельствам невозможности полного удовлетворения требований кредиторов.

Как указывают заявители, в период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», должником совершены подозрительные сделки, которые были признаны недействительными в рамках дела о банкротстве: определением Арбитражного суда г. Москвы от 04.05.2021 по делу №А40-289784/2018 признана недействительной сделка Должника по перечислению денежных средств в пользу ФИО1 в размере 63 928 390 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ООО «Стройнефтегазсервис» 63 928 390 руб.; определением Арбитражного суда города Москвы от 16.08.2021 по делу №А40- 289784/2018 признана недействительной сделка Должника по перечислению денежных средств в пользу ФИО1 в размере 5 154 553,57 рубля. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу Должника 5 154 553,57 рубля.

 Постановлением Девятого Арбитражного Апелляционного суда от 24.10.2022 по делу №А40-289784/2018 признана недействительной сделка по перечислению денежных средств с расчетного счета ООО «Стройнефтегазсервис» в пользу ООО «Ярстройпроект» на общую сумму 89 211 084,31 руб. Применены последствия недействительности сделки, с ООО «Ярстройпроект» в конкурсную массу ООО «Стройнефтегазсервис» взысканы денежные средства в размере 89 211 084,31 руб. 

Указанные денежные средства списаны с расчетного счета должника в период с 01.07.2016 по 28.12.2017, когда ФИО1 являлся руководителем (генеральным директором) и единственным участником должника. 

Таким образом, ФИО1 за период с 01.07.2016 по 28.12.2017 незаконно перечислено 158 294 027,88 руб. 

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что к субсидиарной ответственности контролирующие должника лица могут быть привлечены лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. 

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что совершение вышеуказанных сделок привело к объективному банкротству должника. 

Довод апеллянта ФИО1 о том, что он являлся номинальным руководителем должника, а поэтому не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, отклоняется. 

В соответствии с пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. 

Согласно п. 6 Постановления N 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (п. 3 ст. 53 ГК РФ).

Действия ФИО1 по перечислению самому себе денежных средств в размере 69 миллионов рублей свидетельствуют о реальном управлении банковскими счетами должника. 

В определении от 16.08.2021 Арбитражный суд города Москвы по данному делу о банкротстве установил, что доказательств возврата вышеуказанных денежных средств должнику или перевода их по указанию должника третьим лицам                   ФИО1 не представлено. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Как следует из материалов дела, заявителями не представлено доказательств, подтверждающих, что ею были совершены какие-либо действия или бездействие, которые явились необходимой причиной банкротства должника.  

Вопреки доводам апелляционной  жалобы ФИО1 об обратном, заявление кредитора и конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по п.1 ст. 61.11 Закона о банкротстве обословано признано подлежащим удовлетворению судом первой инстанции. 

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ. 

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. 

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности. 

Нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица. 

В настоящем случае заявитель привел обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, которые имели место в период с июля 2016 по декабрь 2017, поэтому основания ответственности (материально-правовые нормы) должны применяться те, которые действовали в момент совершения правонарушения. 

С учетом обстоятельств дела и названных кредитором оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, при разрешении настоящего спора применению подлежит положения ст. 10 в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также 61.11 Закона о банкротстве.

 Как указал Верховный Суд РФ в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079 по делу А41-87043/2015, «учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013г. №134-Ф3) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» /.../, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ». 

По обстоятельствам не передачи ФИО5 и ФИО2 документов должника конкурсному управляющему. 

В соответствии с положениями подпунктов 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены. 

При этом привлечение к имущественной ответственности предполагает установление противоправности, а также причинно-следственной связи между действиями (бездействием) лица, привлекаемого к такой ответственности, и наступившими последствиями. 

В силу части 1 статьи 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций. 

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему (абзац 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве). 

Неукоснительное исполнение руководителем должника, признанного банкротом, указанной обязанности призвано в полной мере обеспечить реализацию мероприятий в ходе конкурсного производства с целью формирования конкурсной массы и расчётов с кредиторами. 

При этом в ведение конкурсного управляющего подлежит передаче как само имущество должника, так и правоустанавливающие документы, а также документы бухгалтерского учёта и отчётности, содержащие информацию о совокупности хозяйственных операций, совершенных должником за весь период его существования. 

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (абзац 3 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве). 

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.04.2020 ООО «Стройнефтегазсервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. 

Указанным решением суд обязал руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать ему бухгалтерскую и иную документацию. 

На дату признания должника банкротом руководителем должника являлся ФИО2, следовательно, обязанность по передаче документации лежала именно на нем. 

Ответственность ФИО2 состоит в том, что он не передал документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 02.10.2019 судом конкурсному управляющему был выдан исполнительный лист на принудительное исполнение судебного акта об истребовании у генерального директора ФИО2 документации должника. Однако документы конкурсному управляющем переданы не были. 

Ответственность, предусмотренная пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту также – ГК РФ) об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. 

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п. 1 ст. 401 ГК РФ). 

Статья 401 ГК РФ предусматривает в качестве основания ответственности за нарушение обязательств вину в форме умысла или неосторожности.

ФИО2, действуя разумно и осмотрительно, должен был передать конкурсному управляющему документацию должника. 

Обязанность по передаче документов, как указывалось ранее, закреплена в абзаце 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве. 

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренных п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве (за не передачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов и иных материальных ценностей должника). 

Довод ФИО2 о том, что предыдущий руководитель должника ФИО5 не передал ему документы и имущество должника, в связи с чем он не имел возможности передать их конкурсному управляющему, суд признает несостоятельным по следующим основаниям. 

Согласно абзацу 11 пункта 24 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление от 21.12.2017 N 53), сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. 

Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.). 

При этом суд первой инстанции учел, что конкурсный управляющий не обращался в суд с заявлением об истребовании у ФИО5 документов и имущества должника. 

Таким образом, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 не имеется, а заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 подлежит удовлетворению. 

В соответствии с п. 11 ст.61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

В настоящее время не представляется возможным определить размер ответственности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, поскольку не завершены конкурсным управляющим мероприятия по формированию конкурсной массы. 

В силу п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание невозможность на данный момент определения размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, а также правовую возможность приостановления производства по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности до момента завершения всех мероприятий конкурсного производства, установленную Законом о банкротстве, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для приостановления производства по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами по настоящему делу. 

Согласно п. 9 ст. 61.16 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ) после завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Таким образом, конкурсный управляющий должника обязан уведомить суд об устранении обстоятельств, послуживших основанием для приостановления, т.е. о проведении окончательных расчетов с кредиторами и сумме задолженности, подлежащий взысканию в порядке субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о признании доказанными наличие оснований для привлечения ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройнефтегазсервис», отказав в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ООО «Стройнефтегазсервис» и кредитора АО «Мосэнергосбыт» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО5.

Между тем, доводы апелляционных жалоб сводятся к повторению позиции, изложенной в суде первой инстанции и обоснованно отклоненной судом, и также не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права, а выражают лишь несогласие с ними. 

Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат, в силу чего удовлетворению не подлежит.

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при вынесении обжалуемого определения, апелляционным судом не установлено.

В соответствии с п. 1 ст. 270 АПК РФ, основаниями для изменения или отмены решения, определения арбитражного суда первой инстанции являются, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствие выводов, изложенных в решении, определении обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. 

В силу изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.01.2024 по делу № А40-289784/18 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:Ж.В. Поташова

Судьи:А.С. Маслов

М.С. Сафронова