АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3399/19 

Екатеринбург

26 июля 2022 г.

Дело № А60-43677/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 июля 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Новиковой О.Н., Оденцовой Ю.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление по специальным объектам» (далее – Предприятие, кредитор) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 04.02.2022 по делу № А60-43677/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2022 по тому же делу.

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2017 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Промышленные компоненты» о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительный Альянс» (далее – общество «Строительный альянс», должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 26.01.2018 в отношении общества «Строительный Альянс» введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден ФИО1. 

Решением суда от 12.07.2018 общество «Строительный альянс» признано несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство; исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО1 

Определением суда от 14.11.2018 ФИО1 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего; конкурсным управляющим утвержден ФИО2. 

В Арбитражный суд Свердловской области 06.07.2021 поступило требование Предприятия о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 12 840 371 руб. 79 коп. убытков и 319 063 272 руб. 38 коп. неосновательного обогащения. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.02.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2022 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными определением от 04.02.2022 и постановлением от 04.05.2022, Предприятие обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит указанные судебные акты отменить.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит доводы о том, что, вопреки выводам судов первой и апелляционной инстанций, в реестр требований кредиторов подлежат включению убытки генподрядчика в общем размере 12 840 371 руб. 79 коп., вызванные неисполнением обязанности подрядчика по оформлению и передаче генподрядчику технической документации, вследствие чего генподрядчик самостоятельно подготовил исполнительную документацию, при этом затраты на ее разработку в период с февраля 2016 года по январь 2017 года составили 8 622 900 руб., а кроме того, генподрядчиком были заключены договоры об оказании услуг по лабораторному исследованию строительно-монтажных работ, выполненных должником, на сумму 4 217 471 руб. 79 коп.  

Кроме того, кассатор в жалобе настаивает, что на стороне субподрядчика образовалось неосновательное обогащение в виде разницы между ценой работ, указанной в ряде актов приемки выполненных работ формы КС-2 на общую сумму 396 172 791 руб. 77 коп., и стоимостью работ, подтвержденной экспертом при исследовании односторонних актов на общую сумму 96 363 030 руб. 30 коп.; по мнению заявителя жалобы, размер неосновательного обогащения составляет 299 809 761 руб. 47 коп. и, вопреки выводам судов, подлежит включению в реестр требований кредиторов должника; аналогичные доводы заявитель приводит в отношении предъявленной ко взысканию суммы 18 636 421 руб. 96 коп., определенной как разница между ценой работ, указанной в ряде актов формы КС-2, на общую сумму 54 909 045 руб. 74 коп. и стоимостью, определенной по результатам судебной экспертизы объема и стоимости работ по односторонним актам, в сумме 36 800 701 руб. 30 коп. 

Кассатор также указывает на то, что в рамках договора от 23.07.2013 № 1307-12-СМР между генподрядчиком и субподрядчиком подписана справка о стоимости выполненных работ и затрат от 26.05.2015 № 11 на общую сумму 84 253 710 руб. 03 коп., указанная сумма определена путем сложения стоимости выполненных работ, указанной во входящих в нее актах о приемке выполненных работ по форме КС-2, перечень которых приведен в реестрах № 5.1, 4.4; вместе с тем, при определении общей стоимости работ, которая указана в справке от 26.05.2015 № 11, допущена опечатка в общей сумме: вместо суммы 84 159 589 руб. 69 коп.  в справке указана сумма 84 253 710 руб. 03 коп.; указанное несоответствие возникло по причине допущенной опечатки в реестре № 5.1, в котором сумма по акту КС-2 от 25.05.2015 № 5.28 указана как 2 446 827 руб. 94 коп., при этом в самом акте стоимость работ указана в размере 2 352 707 руб. 60 коп., соответственно превышение стоимости выполненных работ составляет 94 120 руб. 34 коп., которые были оплачены субподрядчику. 

Кроме того, заявитель жалобы отмечает, что согласно акту о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 8.20 субподрядчиком смонтировано оборудование стоимостью 522 968 руб. 61 коп., однако контрольная проверка, проведенная Управлением федерального казначейства, показала отсутствие данного оборудования, что зафиксировано в соответствующем акте; по мнению кассатора, на стороне субподрядчика имеется неосновательное обогащение в виде оплаченных, но не выполненных работ, а также в виде завышенной стоимости работ в общем размере 617 088 руб. 95 коп.

Таким образом, заявитель жалобы настаивает, что общий размер неосновательного обогащения, подлежащий включению в реестр, составляет 319 063 272 руб. 38 коп.

Кассатор также ссылается на то, что выводы суда о пропуске срока исковой давности являются необоснованными, поскольку о нарушении прав заявителя в части требования о неосновательном обогащении ему стало известно только после вступления в законную силу определения Арбитражного суда Свердловской области от 29.09.2020, которым экспертное заключение признано надлежащим доказательством по делу, а соответственно трехлетний срок исковой давности на дату подачи заявления о включении реестр требований кредиторов (06.07.2021) вопреки выводам судов, не истек.

По требованиям в части суммы 522 968 руб. 61 коп. и 94 120 руб. 34 коп., по мнению кассатора, срок исковой давности заявителем не пропущен, поскольку подлежит исчислению с даты принятия акта внеплановой проверки Предприятия, то есть с 16.10.2019.

По требованиям на сумму 12 840 371 руб. 79 коп. исчисление срока давности по требованиям о взыскании убытков, как указывает в жалобе кассатор, следует исчислять с даты вступления в законную силу определения Арбитражного суда Свердловской области от 29.09.2020, которым фактически установлен факт причинения убытков кредитору.

В отзыве конкурсный управляющий должника ФИО2 ссылается на пропуск срока исковой давности по взысканию убытков и отсутствие доказательств несения затрат кредитором, просит указанные судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив законность обжалуемых актов в порядке, установленном статьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов настоящего спора, Предприятие обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника убытков в сумме 12 840 371 руб. 79 коп. и неосновательного обогащения в сумме 319 063 272 руб. 38 коп.

При этом кредитор ссылался на следующие фактические обстоятельства:

Между Предприятием (Генподрядчик) и обществом «Строительный альянс» (Субподрядчик) заключен договор от 19.07.2013 № 1307-10- СМР на выполнение работ для федеральных государственных нужд Космодром «Восточный». 

В связи с нарушением должником сроков выполнения работ Предприятие письмом № 38/1756 уведомило должника о расторжении договора от 19.07.2013 № 1307-10-СМР в одностороннем порядке, о необходимости возврата неиспользованных денежных средств; договор был расторгнут с 25.03.2016. 

Кроме того, между Предприятием (Генподрядчик) и должником (Субподрядчик) заключен договор от 23.07.2013 № 1307-12-СМР на выполнение субподрядных работ по устройству внутриплощадочных и внеплощадочных инженерных сетей по объекту. 

В связи с нарушением Должником сроков выполнения работ Предприятие также письмом № 38/740 уведомило должника о расторжении договора от 23.07.2013 № 1307-12-СМР в одностороннем порядке, о необходимости возврата неиспользованных денежных средств; данный договор был расторгнут с 10.02.2016. 

Ссылаясь на положения статьи 726 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также пункты 7.2.20, 7.2.25, 12.1.2 договоров, кредитор указывал, что субподрядчик обязан передать генподрядчику схемы расположения и каталоги координат и высот геодезических знаков, необходимые исполнительные чертежи наружных коммуникаций, акты скрытых работ, акты приемочных комиссий по приемки в эксплуатацию инженерных сооружений, а также иные документы, предусмотренные статьей 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации, включая технический план объекта; в силу пункта 18.5 договоров субподрядчик обязан передать генподрядчику в течение 25 дней с момента получения от генподрядчика уведомления об одностороннем отказе от договора строительную площадку по акту приема-передачи, проектную, рабочую и исполнительную документацию, а также возвратить неиспользованные для производства работ финансовые средства, в том числе авансовые платежи. 

Поскольку после расторжения договоров субподрядчиком не была представлена генподрядчику исполнительная документация в полном объеме, что не позволяло в дальнейшем сдать работы заказчику, генподрядчиком была самостоятельно подготовлена недостающая исполнительная документация, затраты по ее изготовлению за период с февраля 2016 года по январь 2017 года составили 8 622 900 руб.

Кроме того, кредитор указал, что им были заключены договоры от 30.08.2016 № 1608-80-ХОЗ, от 30.04.2015 № 1504-31-ХОЗ, от 05.12.2016 № 1612-06-ХОЗ, по которым ему были оказаны услуги по лабораторному исследованию строительно-монтажных работ, выполненных должником, на общую сумму 4 217 471 руб. 79 коп. 

Указанная сумма, по мнению кредитора, является для него убытками и подлежат возмещению за счет их причинителя в соответствии с нормами статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Далее, кредитор указывал, что в рамках договора от 23.07.2013 № 1307-12-СМР сторонами была подписана справка о стоимости выполненных работ и затрат от 26.05.2015 № 11 на общую сумму 84 253 710 руб. 03 коп.; однако при определении общей стоимости работ, которая была указана в справке, была допущена опечатка, в то время как действительная стоимость составляет 84 159 589 руб. 69 коп.; превышение стоимости выполненных работ составляет 94 120 руб. 34 коп., которые были оплачены субподрядчику; соответственно, на стороне должника возникло неосновательное обогащение в размере 94 120 руб. 34 коп.

Кроме того, согласно акту о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 8.20 субподрядчиком было смонтировано оборудование – гидравлическое распределительное устройство общей стоимостью 522 968 руб. 61 коп.; вместе с тем, как указывал кредитор, контрольная проверка, проведённая Управлением Федерального казначейства, показала фактическое отсутствие данного оборудования, что зафиксировано в соответствующем акте. Таким образом, по мнению кредитора, на стороне должника возникло неосновательное обогащение в размере 522 968 руб. 61 коп.

Кредитор также указывал, что в рамках договора от 23.07.2013 № 1307-12-СМР между генподрядчиком и субподрядчиком были подписаны акты приемки выполненных работ по объекту «Водовод диаметром 2Д450 от водозабора № 6 до границы землеотвода»; при этом данные работы были выполнены на основании предварительной, не утвержденной сторонами сметы, в дальнейшем аннулированной в связи с утверждением заказчиком иной сметы; субподрядчику были направлены корректировочные акты, от подписания которых субподрядчик уклонился; при рассмотрении требований Предприятия о включении в реестр требований кредиторов судом была назначена судебная экспертиза, которой установлено, что эти работы включены должником в односторонние акты приемки выполненных работ, а их стоимость составляет 96 363 030 руб. 30 коп.

По мнению кредитора, на стороне субподрядчика образовалось неосновательное обогащение в виде разницы между ценой работ, указанной в актах приемки выполненных работ по форме КС-2 (396 172 791 руб. 77 коп.), и ценой фактически выполненных работ (96 363 030 руб. 30 коп.), в размере 299 809 761 руб. 47 коп. 

Аналогичная ситуация имеет место в отношении объекта «Внеплощадочные сети водоснабжения. Зона котельной. Котельная по ГП 201. Сети водоснабжения (водовод Д315, шифр 860/10/МРЗ-201- НВК)», когда возникла разница между ценой работ, указанной в подписанных актах формы КС-2 (54 909 045 руб. 74 коп.), и ценой работ, определенной по результатам проведения экспертизы (36 800 701 руб. 30 коп.), составившая 18 108 344 руб. 44 коп.; а кроме того, по акту № 120.10.16 на сумму 611 824 руб. 10 коп. повторно предъявлены работы, ранее частично оплаченные должнику по акту от 20.10.2015 № 9.22, на сумму 528 077 руб. 52 коп. 

Отказывая в удовлетворении требований заявителя, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что кредитором пропущен трехлетний срок давности обращения с требованиями, о чем было заявлено конкурсным управляющим. Кроме того, в части включения в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 299 809 761 руб. 47 коп. и 18 636 421 руб. 96 коп. суд не усмотрел оснований для удовлетворения требования заявителя, исходя из того, что в данной части кредитор пытается повторно заявить требования, уже рассмотренные судом в определении от 29.09.2020, в котором уже было рассчитано итоговое сальдо встречных предоставлений, а каких-либо доказательств выполнения иных работы, нежели тех, которые были предметом рассмотрения в определении от 29.09.2020, заявитель не приводит. 

Судом апелляционной инстанции данные выводы поддержаны.

При этом, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

Установление требований кредиторов в деле о банкротстве осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

На основании пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. 

Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ. 

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Предусмотренная статьей 15 ГК РФ ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, вины причинителя вреда.

Согласно статьям 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года. В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

В постановлении Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. 

Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ). 

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, руководствуясь положениями вышеуказанных норм права, установив, что, затраты генподрядчика по изготовлению недостающей исполнительной документации в размере 8 622 900 руб. понесены в период с февраля 2016 года по январь 2017 года; затраты в результате заключения договоров на оказание услуг по лабораторному исследованию строительно-монтажных работ в размере 4 217 471 руб.79 коп. понесены в 2016 году, в то время как с заявлением о включении в реестр кредитор обратился 06.07.2021, суды пришли к верному выводу о том, что заявителем пропущен срок давности обращения по требованию о включении в реестр суммы неосновательного обогащения, исчисляемый с момента фактического несения соответствующих расходов, в связи с чем отказали во включении обозначенной суммы в реестр требований кредиторов должника.

Кроме того, в отношении суммы 94 120 руб., заявленной в качестве неосновательного обогащения, судами по результатам исследования и оценки доказательств установлено, что о возникновении соответствующей разницы между стоимостью работ, указанной в актах, и фактической стоимостью работ, обусловленной ошибкой при определении стоимости по одному из актов формы КС-2, кредитор мог и должен был узнать в 2016 году, при том условии, что справка, в которой допущена ошибка, была составлена 26.05.2015, а отношения сторон по договору подряда были прекращены в 2016 году; установив указанные обстоятельства, суды пришли к выводу, что срок исковой давности по требованию о взыскании данной суммы истек в 2019 году, в связи с чем также отказали во включении обозначенной суммы в реестр требований кредиторов должника.   

Помимо этого, оценивая правомерность требования кредитора в части суммы 522 968 руб. 61 коп., исходя из заявленных оснований, а именно: обнаруженного в ходе проверки Управлением Федерального казначейства отсутствия оборудования стоимостью 522 968 руб. 61 коп., сведения о монтаже которого включены в акт выполненных работ от 15.09.2015 № 8.20; принимая во внимание, что несоответствие сведений, указанных в акте формы КС-2, действительному результату выполненных работ, могло и должно было  выявлено уже в ходе приемки работ, то есть не позднее 15.09.2015, отклонив в связи с этим ссылку на акт проверки УФК от 16.10.2019 как не влекущей иных выводов об обстоятельствах должной осведомленности кредитора о возможном нарушении его прав и об ином моменте начала течения срока исковой давности, суды отказали во включении обозначенной суммы в реестр требований кредиторов должника.

Кроме того, в части включения в реестр требований кредиторов должника неосновательного обогащения в сумме 299 809 761 руб.47 коп. и 18 636 421 руб. 96 коп., суды первой и апелляционной инстанций, учитывая что кредитором заявлены требования в виде разницы между фактически оплаченной стоимостью работ и суммой, установленной по результатам судебной экспертизы; установив, что ранее кредитор уже обращался с требованием о возврате суммы неотработанного аванса (определение суда от 29.09.2020), при этом в рамках иного обособленного спора для целей установления стоимости фактически выполненных должником работ, в том числе по односторонним актам, была проведена судебная экспертиза; исходя из того, что судебным актом от 29.09.2020 с учетом проведенной экспертизы уже было рассчитано итоговое сальдо встречных предоставлений, а размер неотработанного аванса включен в реестр, суды заключили, что кредитор пытается повторно заявить требования, уже рассмотренные судом, при том, что заявитель каких-либо доказательств выполнения иных работ, нежели тех, которые были предметом рассмотрения в определении от 29.09.2020, не приводит, в связи с чем не усмотрели оснований для удовлетворения требования заявителя о включении суммы неосновательного обогащения в реестр.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для включения требований Предприятия в реестр требований кредиторов должника, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы о наличии оснований для включения требования в реестр судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Ссылка заявителя кассационной жалобы на неправильное применение судами срока исковой давности была предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и обоснованно им отклонена, поскольку течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора судами были сделаны выводы, что о нарушении своего права кредитор мог и должен был узнать при составлении первичных документов при приемке выполненных работ; вопреки суждениям заявителя кассационной жалобы, указанные выводы судов первой и апелляционной инстанции не противоречат имеющимся в деле доказательствам, не свидетельствуют о неправильном применении норм материального права, основаны на совокупной оценки конкретных обстоятельств настоящего дела, оснований для переоценки которых у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

В отношении же требования о взыскании неосновательного обогащения в сумме 299 809 761 руб.47 коп. и 18 636 421 руб. 96 коп. суды, отказывая во включении задолженности в реестр требований кредиторов должника, исходили также и из отсутствия правовых и фактических оснований для удовлетворения заявления, исходя из того, что соответствующие суммы были предъявлены кредитором повторно, в связи с чем довод кассационной жалобы о неверном исчислении срока исковой давности в указанной части правового значения – не имеет, поскольку данное обстоятельство не влияет на итоговый вывод судов об отказе в удовлетворении заявления.

Учитывая, что нарушений норм материального и процессуального права, в том числе являющихся безусловными основаниями для отмены судебных актов (части 3 и 4 статьи 288 АПК РФ), судом округа не установлено, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражный суд Свердловской области от 04.02.2022 по делу № А60-43677/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление по специальным объектам» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ПредседательствующийЮ.В. Кудинова 

СудьиО.Н. Новикова 

                                             Ю.А. Оденцова