ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

672000, Чита, ул. Ленина, 100б

тел. (3022) 35-96-26, тел./факс (3022) 35-70-85

Е-mail: info@4aas.arbitr.ru    http://4aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-3508/2016

г. Чита

29 апреля 2019  года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2019  года

Полный текст постановления изготовлен 29 апреля 2019 года

Четвертый  арбитражный  апелляционный  суд   в  составе  председательствующего судьи Н.  А. Корзовой, судей О. В. Барковской, О. В. Монаковой,  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 26 декабря 2018 года по делу №А19-3508/2016  (суд первой инстанции: судья  И. А. Волкова)

по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 117997, 

<

...>) к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности,

в рамках дела  по заявлению ФИО3 о признании общества с ограниченной ответственностью «Дистрибьюторская компания «Алма» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, юридический адрес: 664038, Иркутская область, город Иркутск,  

<

...>) несостоятельным (банкротом). 

В состав суда, рассматривающего настоящее дело, входят: председательствующий судья Н. А. Корзова, судьи Л. В. Оширова, О. В. Монакова. 

Определением председателя второго судебного состава Четвертого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019 судья Л.В. Оширова заменена на судью О.В. Барковскую. 

В зал судебных заседаний в Четвертый арбитражный апелляционный суд 25.04.2019 явились:

ФИО4 - представитель публичного акционерного общества «Сбербанк России» по доверенности от 19.02.2018.

В судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, что подтверждается почтовыми уведомлениями, сведениями сайта Почты России. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе. 

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных иных лиц, участвующих в деле.

Судом установлены  следующие обстоятельства.

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Дистрибьюторская компания «Алма» (ООО «ДК «Алма») несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 02.06.2016 в отношении ООО «ДК «Алма» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО5. 

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 30.11.2016 ООО «ДК «Алма» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

ПАО «Сбербанк России»  (далее – кредитор, банк) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника в сумме совокупного размера требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «ДК «Алма», а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

В качестве обоснования наличия условий для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности указано, что в нарушение статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  от 26 октября 2002 года  № 127-ФЗ (далее – Закона о банкротстве) ФИО2 не исполнил обязанность по подаче в суд заявления о признании ООО «ДК «Алма» несостоятельным (банкротом). 

По мнению банка, признаки неплатежеспособности у должника возникли 31.03.2015, обязанность ФИО2 как руководителя должника по подаче в суд заявления о признании ООО «ДК «Алма» несостоятельным (банкротом) должна была быть  исполнена ответчиком в срок до 30.04.2015.

Помимо этого, в качестве основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности указано на непередачу ФИО2 конкурсному управляющему документации должника.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 26 декабря 2018 года признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.  Приостановлено рассмотрение заявления ПАО «Сбербанк России» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО2 обратился в Четвертый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Иркутской области от 26 декабря 2018 года по делу №А19-3508/2016, в которой просит отменить определение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт. 

ФИО2 в апелляционной жалобе указывает, что выводы арбитражного суда первой инстанции о наличии двух оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, сделаны при неполно выясненных обстоятельствах, имеющих значение для дела, и не соответствуют обстоятельствам дела (пункты 1,3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ), кроме того, эти выводы сделаны с нарушением норм материального права, содержащихся в п. 1 ст. 167 ГК РФ, вследствие чего обжалуемое определение подлежит отмене.

Как указывает сам арбитражный суд первой инстанции договор займа от 28.10.2014, заключенный между ООО «АльянсГрупп» и ИП ФИО6 и договор  займа от 10.04.2014, заключенный между ООО «БайкалПродукт» и ИП ФИО6, а также договор уступки прав (требований) от 29.04.2015, заключенный между ООО «АльянсГрупп» и ФИО3, договор уступки прав (требований) от 29.04.2015, заключенный между ООО «БайкалПродукт» и ФИО3, признаны недействительными сделками апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда по делу №33-5963/2018 от 08.10.2018.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Таким образом, недействительные договоры займа от 28.10.2014 и от 10.04.2014, а также недействительные договоры об уступки прав (требований) от 29.04.2015, с момента их совершения не влекут никаких юридических последствий, в том числе и для директора ООО «ТД «Алма» ФИО2 Недействительные сделки не могут порождать никаких обязанностей и для самого юридического лица (ООО «ТД «Алма») .

Полагает, что  выводы арбитражного суда первой инстанции о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, в связи с тем, что он не подал заявление должника о банкротстве в срок до 30.04.2015, не соответствуют тому обстоятельству, что на эту дату у ООО «ТД «Алма» отсутствовала задолженность по указанным выше договорам займа .

Вывод арбитражного суда первой инстанции о том, что ФИО2 не передал конкурсному управляющему документы, позволяющие установить, кем, когда, кому и по какой цене было реализовано имущество (товары в обороте - продукты питания), находящееся в залоге у банка, сделан при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела.

Отмечает, что если бы судебное заседание было отложено судом первой инстанции, то конкурсный управляющий в следующем судебном заседании, сообщил бы арбитражному суду о тех документах, которые ФИО2 выслал ему по почте.

Арбитражному суду первой инстанции в целях выяснения содержания документов, поступивших конкурсному управляющему от ФИО2, (среди которых были и документы о реализации соответствующих продуктов питания), необходимо было всего лишь отложить судебное заседание.

Вместо отложения судебного заседания, арбитражный суд первой инстанции предпочел вынести обжалуемое определение и привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности (возможно на многомиллионную сумму) без исследования существенных для дела обстоятельств, а именно без выяснения содержания поступивших конкурсному управляющему от ФИО2 документов.

Просит отменить определение Арбитражного суда Иркутской области от 26.12.2018 по делу № А19-3508/2016 и принять новый судебный акт об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности.

В материалы дела от ПАО «Сбербанк России» поступили возражения на апелляционную жалобу, в которых банк указывает о согласии с принятым определением суда первой инстанции.  Отмечает, что ФИО2 ни разу не явился в судебное заседание для разъяснения своей позиции по делу, а представителя направил лишь на заключительное судебное заседание с единственной целью - затянуть процесс рассмотрения заявления кредитора.

Судом вопрос об обязанности ФИО2 обратиться с заявлением о банкротстве должника с учетом вынесения апелляционного определения от 08.10.18, был подробно исследован в рамках судебного разбирательства,  и ему была дана надлежащая и обоснованная оценка в итоговом судебном акте.

Суд первой инстанции, идя навстречу конкурсному управляющему и не желающему являться в судебные заседания ФИО2, неоднократно на протяжении практически 4 месяцев предлагал представить суду и участникам процесса доказательства передачи бухгалтерской документации и иной хозяйственной документации ООО «ДК Алма» конкурсному управляющему.

Для представления данных документов было даже необязательно являться в судебное заседание. Достаточно было направить в суд любым способом (почтой, нарочно через канцелярию, либо электронно через систему «Мой арбитр») надлежащим образом подготовленные пояснения по делу с приложением доказательств, подтверждающих передачу документации. ФИО2 и конкурсный управляющий ООО «ДК Алма» ФИО5 фактически каждое судебное заседание просили отложить судебное заседание под различными предлогами.

ФИО2 в обоснование своей позиции были представлены лишь некие почтовые квитанции без описи вложений, никак не подтверждавшие передачу бухгалтерской документации должника.

Более того, данные квитанции уже представлялись ФИО2 при рассмотрении Арбитражным судом Иркутской области и Четвертым арбитражным судом заявления конкурсного управляющего об истребовании у ФИО2 бухгалтерской и иной документации и были признаны ненадлежащими доказательствами.

В судебном заседании представитель банка поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу.  

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Определением  Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09 апреля 2019 года судебное заседание отложено, суд предложил  ПАО «Сбербанк России» представить в Четвертый арбитражный апелляционный суд: 

 - письменные пояснения, о том, предъявлялись ли требования к основным должникам по займу; 

- аргументировать свою позицию о наличии у поручителя оснований обращаться в суд с заявлением о банкротстве. 

Предложено арбитражному управляющему ФИО5 и ФИО2 представить в Четвертый арбитражный апелляционный суд:

 - письменные пояснения о том, какие документы были переданы конкурсному управляющему (ходатайство от 14.11.2018); 

- представить письменные пояснения относительно бухгалтерского баланса, в котором отражено наличие запасов в состав имущества в 2014-2015 гг.; документально обосновать, о каких запасах идет речь и о ликвидности данного актива. 

Лицам, участвующим в деле, разъяснено, что в соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец и ответчик несет риск наступления последствий несовершения им необходимых процессуальных действий.

В данном случае ответчик несет такой риск в виде рассмотрения дела по имеющимся материалам. 

Во исполнение определения суда от ПАО «Сбербанк России» поступили дополнительные пояснения.  Банк указывает, что  требования ПАО «Сбербанк России» были включены в реестры требований кредиторов всех лиц, входящих в группу компаний ФИО6

Так, определением Арбитражного суда Иркутской области от 27.09.2016 по делу №А19-3508/2016 требование банка было признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ДК «Алма» в размере 185 162 528,56 руб. (задолженность по договору HKЛ №8586001-50110-0 от 28.07.15). 122 277 220,83 руб. (задолженность по договору HKJI №8586001-50107-0 от 28.07.15), 30 501 596,25 руб. (задолженность по договору ВКЛ №8586001-50108-0 от 28.07.15), всего в размере 337 941 345,64 рублей.

Причем по договорам HKЛ №8586001-50107-0 от 28.07.15 и BKJI №8586001-50108-0 от 28.07.15 ООО «ДК Алма» является основным должником (заемщиком).

Требование ПАО «Сбербанк России» по договору НКЛ №8586001-50110-0 от 28.07.15 (где основной должник- заемщик ООО «ТД Гусефф»), а также по договорам НКЛ №8586001-50107-0 от 28.07.15 г. и ВКЛ №8586001-50108-0 от 28.07.15 (где заемщик - ООО «ДК Алма», а ООО «ТД Гусефф» - поручитель) включено в реестр требований кредиторов ООО «ТД Гусефф» определением Арбитражного суда Иркутской области от 03.10.2016 г. по делу №А 19-2697/2016.

Все вышеназванные требования ПАО «Сбербанк России» были включены в реестр кредиторов ИП ФИО6 (определение от 07.11.2016 по делу А19-2863/2016) и ООО «Майс Трейд» (определение от 07.09.2016 по делу А19-3928/2016), выступивших поручителями по вышеуказанным кредитным договорам.

В процессе рассмотрения заявления ПАО «Сбербанк России» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности (которое было принято судом к производству 30.08.2018) судом неоднократно предпринимались попытки к выяснению обстоятельств передачи/непередачи документов от ФИО2 конкурсному управляющему ООО «ДК Алма» ФИО5

Банк считает, что судом первой инстанции были предприняты все возможные действия к установлению обстоятельств передачи ответчиком бухгалтерской документации.

Суд первой инстанции неоднократно предлагал конкурсному управляющему и ФИО2 представить мотивированный отзыв по заявлению банка, в том числе по вопросам имущества, имевшегося у ООО «ДК Алма», первичной документации по данному имуществу.

Однако, конкурсный управляющий ФИО5 проигнорировал все определения суда и не представил никаких пояснений ни по доводам банка, ни по вопросам, указанным в определении суда.

Вместе с тем, ООО «ДК Алма» являлось одним из крупнейших поставщиков продуктов питания на территории Иркутской области, бизнес которого состоял в закупке крупных партий продуктов у производителей и дальнейшей их реализации оптовым покупателям.

Какое-либо движимое или недвижимое имущество (за исключением выявленных конкурсным управляющим стеллажей, реализованных за 300 000 руб.) у ООО «ДК Алма» отсутствовало, соответственно все отраженные запасы и активы данного должника составляли товары в обороте (продукты питания), из которых товары на сумму 159 207 558,74 руб. находились в залоге у ПАО «Сбербанк России» согласно договору залога от 11.08.2015  №8586001-50107-03з и договору залога от 28.07.2015  №8586001-50107-01з.

Кроме того, банк доводит до сведения суда апелляционной инстанции, что 21 марта 2019 г. Октябрьским районным судом г. Иркутска по уголовному делу №1-2/2019 вынесен приговор, согласно которому ФИО6, ФИО2 (бывший руководитель ООО «ДК Алма»), ФИО7 (бывший руководитель ООО «ТД Гусефф») признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 176 УК РФ (незаконное получение кредитов) в ПАО «Сбербанк России» в июле 2015 г. при установленном факте сокрытия наличия крупной задолженности перед ФИО8, с назначением наказания каждому по 3 года лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года.

На текущий момент вышеназванный приговор еще не вступил в законную силу.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции,  основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности заявлена  статья 9 Закона о банкротстве, поскольку ФИО2 не исполнил обязанность по подаче в суд заявления о признании ООО «ДК «Алма» несостоятельным (банкротом). 

По мнению кредитора, признаки неплатежеспособности у должника возникли 31.03.2015, обязанность ФИО2 как руководителя должника по подаче в суд заявления о признании ООО «ДК «Алма» несостоятельным (банкротом) должна была быть исполнена в срок до 30.04.2015.

Помимо этого, в качестве основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности указана непередача ФИО2 конкурсному управляющему документации должника.

ФИО2 являлся директором ООО «ДК «Алма» в период с 11.09.2014 по 30.11.2016, что следует из  выписки из Единого государственного реестра юридических лиц.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 27.09.2016 требование ПАО «Сбербанк России» признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ДК «Алма».

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Федеральный закон «О несостоятельности  (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ ( далее - Закон о банкротстве) дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции указанного Федерального закона).

Заявление конкурсного управляющего  по настоящему спору поступило в арбитражный суд первой инстанции 23.08.2018, поэтому верными являются выводы Арбитражного суда Иркутской области о том, что  рассмотрение данного заявления производится по правилам Закона о банкротстве  в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (в части процессуального порядка рассмотрения). 

Между тем материальные основания для привлечения к субсидиарной ответственности применяются с учетом  положений Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в момент совершения оспариваемых действий.

Исходя из правила о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ  о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу  Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу  Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 указанного Федерального закона  в редакции, применимой к рассматриваемым правоотношениям. 

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве для привлечения руководителя должника  к субсидиарной ответственности необходимо установить наличие одновременного ряда следующих условий: 

-возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и установление даты возникновения данного обстоятельства; 

-неподачи соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

-возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо, указанное в пункте 1 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно разъяснениям, изложенным в  пункте 4  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»,  под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

В силу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО2, являясь руководителем ООО «ДК «Алма», обязан был не позднее 30.04.2015 обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ДК «Алма» несостоятельным (банкротом). Указанная обязанность ФИО2 не исполнена. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее. 

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой фактических обстоятельств настоящего дела, определенной судом первой инстанции.   

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным  основаниям установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Однако сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

10.04.2014 между ООО «БайкалПродукт» и индивидуальным предпринимателем ФИО6 заключен договор займа, в соответствии с условиями которого ООО «БайкалПродукт» обязалось передать индивидуальному предпринимателю ФИО6 по его заявкам в заем в пределах лимита 200 000 000 рублей на срок по 31.03.2015 под 17% годовых, а индивидуальный предприниматель ФИО6 обязался вернуть сумму займа и проценты за пользование займом в размере и сроки, предусмотренные договором.

В обеспечение исполнения обязательств индивидуального предпринимателя ФИО6 по указанному договору между ООО «ДК «Алма» и ООО «БайкалПродукт» заключен договор поручительства №2П/2014 от 10.04.2014.  

Во исполнение обязательств по договору займа от 10.04.2014 ООО «БайкалПродукт» в период с 12.09.2014 по 24.11.2014 перечислило по заявкам индивидуальному предпринимателю ФИО6 заем в размере 197 029 825 руб. Между ООО «БайкалПродукт» и ФИО3 29.04.2015 заключен договор уступки прав (требований) в соответствии с которым ООО «БайкалПродукт» уступает ФИО3 права (требования) к индивидуальному предпринимателю ФИО6, вытекающие из договора займа от 10.04.2014. Сумма уступаемых требований (основной долг) к должнику составила 197 029 825 рублей. 

Согласно пункту 1.5 договора уступки прав (требований) к ФИО3 также переходят все права по договорам, заключенным в обеспечение исполнения обязательств должника по договору займа от 10.04.2014, в том числе: по договору поручительства № 1П/2014 от 10.04.2014, заключенному между ООО «БайкалПродукт» и ООО «ДК «Алма».

Между ООО «АльянсГрупп» и индивидуальным предпринимателем ФИО6 28.10.2014 заключен договор займа, в соответствии с условиями которого ООО «АльянсГрупп» обязалось передать индивидуальному предпринимателю ФИО6 по его заявкам в заем в пределах лимита 260 000 000 рублей на срок по 31.03.2015 под 17% годовых, а индивидуальный предприниматель ФИО6 обязался вернуть сумму займа и проценты за пользование займом в размере и сроки, предусмотренные договором. 

В обеспечение исполнения обязательств индивидуального предпринимателя ФИО6 по указанному договору между ООО «ДК «Алма» и ООО «АльянсГрупп» заключен договор поручительства №1П/2014 от 28.10.2014. 

Во исполнение обязательств по договору займа от 28.10.2014 ООО «АльянсГрупп» в период с 25.11.2014 по 06.03.2015 перечислен по заявкам индивидуальному предпринимателю ФИО6 заем в размере 255 572 075 руб. 24 коп. 

Между ООО «АльянсГрупп» и ФИО3 29.04.2015 заключен договор уступки прав (требований), в соответствии с которым, ООО «АльянсГрупп» уступает ФИО3 права (требования) к индивидуальному предпринимателю ФИО6, вытекающие из договора займа от 28.10.2014. По условиям договора сумма уступаемых требований (основной долг) к должнику составляет 255 572 075 рублей. 

Согласно пункту 1.5 договора уступки прав (требований) к ФИО3 также переходят все права по договорам, заключенным в обеспечение исполнения обязательств должника по договору займа от 28.10.2014, в том числе: по договору поручительства № 1П/2014 от 28.10.2014, заключенному между ООО «АльянсГрупп» и ООО «ДК «Алма». В связи с ненадлежащим исполнением основным должником обязательств по указанным выше договорам займа, ФИО3 обратился за взысканием задолженности в судебном порядке.

Решением Иркутского районного суда Иркутской области от 17.07.2015 по гражданскому делу №2-2118/2015 солидарно с индивидуального предпринимателя ФИО6, ООО «Дистрибьюторская компания «Алма», ООО «Майс Трэйд», ООО «Торговый дом Гусефф» в пользу ФИО3 взыскано 452 601 900 руб. основного долга, 24 617 317 руб. 53 коп. процентов за пользование займом, 15 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины. 

Решение суда вступило в законную силу 25.08.2015. 

Согласно договорам займа от 10.04.2014, от 28.10.2014 срок возврата сумм займов по договорам, а также оплаты процентов за пользование займами был установлен 31.03.2015. 

Учитывая изложенные выше обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильным выводам о том, что ФИО2 было известно о наличии обязательств по договорам процентного займа, о сроке исполнения обязательств по указанным договорам (31.03.2015), поскольку он  подписывал договоры поручительства, заключенные между ООО «ДК «Алма» и ООО «БайкалПродукт» (№1П/2014 от 10.04.2014), ООО «Альянс Групп» (№1П/2014 от 28.10.2014).

При этом материалами дела подтверждается, что активов, достаточных для исполнения всех принятых обязательств, у ООО «ДК «Алма» не было. Тем не менее, ФИО2 заключил с ПАО «Сбербанк России» еще ряд сделок, а именно:

-договор поручительства от 28.07.2015 № 8586001-50110-01п за исполнение обязательств ООО «ТД Гусефф» перед ПАО «Сбербанк России» по договору кредитной линии №8586001-50110-0, договор залога товаров в обороте от 11.08.2015 №8586001-50107-03з; 

- договор кредитной линии №8586001-50107-0 от 28.07.2015, договор залога товаров в обороте от 11.08.2015 №8586001-50107-03з; 

- договор кредитной линии №8586001-50108-0 от 28.07.2015, договор залога товаров в обороте от 28.07.2015 №8586001-50107-01з.

Тем самым  ООО «ДК «Алма»  (от имени которого действовал ФИО2) приняло дополнительные обязательства, не исполнив предыдущие. Более того, принятие дополнительных обязательств произошло   при отсутствии финансовой возможности у возглавляемого им общества исполнить и все ранее принятые обязательства (доказательств обратного не представлено). 

При таких  обстоятельствах правильным является вывод суда первой инстанции о том, что ФИО2, являясь руководителем ООО «ДК «Алма», обязан был не позднее 30.04.2015 обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ДК «Алма» несостоятельным (банкротом).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда по делу №33-5963/2018 от 08.10.2018 решение Иркутского районного суда от 17.07.2015 по делу №2-2118/2015 отменено; в удовлетворении искового заявления ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО6, ООО «ДК «Алма», ООО «ТД «Гусефф», ООО «Майс Трейд» о взыскании займа, процентов за пользование займом, судебных расходов отказано.

Исковые требования ПАО «Сбербанк России» к ФИО3, ФИО6 о признании недействительными договоров уступки прав (требований), о признании недействительными договоров займа удовлетворены; признаны недействительными договор уступки прав (требований) от 29.04.2015, заключенный между ООО «АльянсГрупп» и ФИО3; договор уступки прав (требований) от 29.04.2015, заключенный между ООО «БайкалПродукт» и ФИО3

Восстановлены права требования по договорам займа за первоначальными кредиторами: по договору займа от 28.10.2014, заключенному между ООО «АльянсГрупп» и индивидуальным предпринимателем ФИО6 – за ООО «АльянсГрупп»; по договору займа от 10.04.2014, заключенному между ООО «БайкалПродукт» и индивидуальным предпринимателем ФИО6 – за ООО «БайкалПродукт»; признаны недействительными договор займа от 28.10.2014, заключенный между ООО «АльянсГрупп» и индивидуальным 14 предпринимателем ФИО6; договор займа от 10.04.2014, заключенный между ООО «БайкалПродукт» и индивидуальным предпринимателем ФИО6

Однако, как правильно отметил суд первой инстанции, отмена решения Иркутского районного суда от 17.07.2015 по делу №2-2118/2015 не оказывает влияния  на выводы  о наличии у ФИО2 по состоянию на 31.03.2015 и в срок до 30.04.2015 обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве, на выводы о наличии признаков неплатёжеспособности и недостаточности  имущества у должника, так как на указанные даты срок возврата займа наступил, о чем указано выше.

В силу части 5 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Таким образом, на даты 31.03.2015 и 30.04.2015  договоры займа, поручительства  цессии, перечисленные выше,  не были признаны недействительными.

Следовательно, суд первой инстанции правомерно счел доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по статье 9 Закона о  банкротстве. 

Помимо указанного, кредитор полагает, что ФИО2 не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему ООО «ДК «Алма» ФИО5 документации и имущества должника, что подтверждает и факт наличия  неоконченного исполнительного производства по данным официального сайта Федеральной службы судебных приставов.  

Определением арбитражного суда Иркутской области от 05.06.2017 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «ДК «Алма» об обязании ФИО2 в течение десяти дней с даты вынесения данного определения передать конкурсному управляющему ФИО5 имущество, имеющееся в наличии у ООО «ДК «Алма», а также бухгалтерскую и иную документацию ООО «ДК «Алма», в том числе  договоры, соглашения, контракты, заключенные ООО «ДК «Алма» со всеми юридическими и физическими лицами,  кредитные договоры; кассовые книги, кассовые отчеты ООО «ДК «Алма»; копии документов  первичного бухгалтерского учета (товарные накладные, товарно-транспортные накладные, акты приема-передачи товара, работ, услуг и другие первичные учетные документы; счета-фактуры, полученные ООО «ДК «Алма»; счета-фактуры, выставленные ООО «ДК «Алма»; книги покупок и продаж ООО «ДК «Алма»); бухгалтерскую отчетность ООО «ДК «Алма» (квартальную и годовую), в том числе бухгалтерские балансы с приложением отчетов о прибылях и убытках, отчетов о движении денежных средств, расшифровки кредиторской и дебиторской задолженности, отчетов об изменении капитала с отметками о сдаче в налоговые органы; отчетность во внебюджетные фонды и органы статистики с отметками о получении; акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, инвентаризационные ведомости ООО «ДК «Алма»; печати, штампы ООО «ДК «Алма». 

28.09.2017 арбитражным судом выдан исполнительный лист.

Доказательства фактической передачи всей перечисленной документации не представлены ни в суд первой инстанции, ни в апелляционный суд. 

При этом судом первой инстанции дана правильная оценка копиям почтовых квитанций, представленным ФИО2 в материалы настоящего обособленного спора, как документов, не подтверждающих факт  передачи конкурсному управляющему документации,  поскольку, действительно, данные квитанции не позволяют установить содержание почтового отправления.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с правовой позицией, указанной в  пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему  документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

В настоящем деле в качестве существенных затруднений проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, являются следующие обстоятельства:  

отсутствие бухгалтерской документации, отчетности, складской документации, что  не позволяет установить кем, когда, кому и по какой цене были реализованы товары в обороте   (продукты питания), находящееся в залоге у ПАО «Сбербанк России»;

отсутствие документации не позволяет установить возможную безвозмездную передачу данного имущества, оспорить сделки по реализации либо обратиться с требованиями о взыскании дебиторской задолженности, наличие которой отражено в бухгалтерских балансах должника. 

Следовательно, правильными являются выводы суда первой инстанции о том, что утрачена возможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов за счет реализации данного имущества.  

В связи с тем, что судом первой инстанции  установлена невозможность определения размера субсидиарной ответственности ФИО2, поскольку в настоящее время не завершено формирование реестра требований кредиторов, конкурсным управляющим принимаются меры по формированию конкурсной массы, на основании пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве,  суд после установления всех имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов, правомерно  вынес определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

Не принимаются судом апелляционной инстанции и доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что если бы судебное заседание было отложено судом первой инстанции, то конкурсный управляющий в следующем судебном заседании  сообщил бы арбитражному суду о тех документах, которые ФИО2 выслал ему по почте.

Выше отмечено, что определением  Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09 апреля 2019 года судебное заседание откладываясь, суд предлагал лицам, участвующим в деле, представить соответствующие доказательства. Определение не исполнено. Следовательно, возможность представления дополнительных доказательств у заявителя апелляционной жалобы была, но он ею не воспользовался. 

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено в связи с чем определение по делу подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьей 258, статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от 26 декабря 2018 года по делу №А19-3508/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                Н. А. Корзова  

Судьи                                                                                              О. В. Барковская

                                                                                                         О. В. Монакова