ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000,  http://4aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А58-487/2021

17 мая 2022 года

г. Чита

 

Резолютивная часть постановления объявлена  11 мая 2022 года

Полный текст постановления изготовлен  17 мая 2022 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей Н. И. Кайдаш, О. В. Монаковой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 28 февраля 2022 года по делу № А58-487/2021 по заявлению ФИО2 об установлении и включении требования в размере 35 023 566 рублей 80 копеек в реестр требований кредиторов должника,

в деле по заявлению о признании общества с ограниченной ответственностью «Маяк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

В судебное заседание 11.05.2022 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле. 

Судом установлены следующие обстоятельства.

Решением арбитражного суда от 23.09.2021 общество с ограниченной ответственностью «Маяк» (далее – должник, ООО «Маяк») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий). 

31.08.2021 от ФИО2 (далее – кредитор, ФИО2) поступило заявление об установлении и включении требования в размере  35 023 566 рублей 80 копеек, том числе основной долг в размере 24 550 000 рублей, проценты за пользование денежными средствами в размере 1 267 316 рублей 80 копеек, пени в размере 9 206 250 рублей (с учетом принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнения) в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 28 февраля 2022 года по делу № А58-487/2021 отказано ФИО2 в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Маяк» требования в размере 35 023 566 рублей 80 копеек. 

Требование ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Маяк» в размере 35 023 566 рублей 80 копеек признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закона о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Не согласившись с определением суда, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Четвертый арбитражный апелляционный суд.

В апелляционной жалобе ФИО2, ссылаясь на нормы права, выражает несогласие с определением суда первой инстанции в части понижения очередности удовлетворения его требований, просит изменить определение в части, касающейся выводов суда о наличии аффилированности и признаков компенсационного финансирования.

В частности, заявитель указывает, что он не мог обладать информацией о том, что  ООО «Маяк» находилось в состоянии кризиса, так как на период предоставления займа признаков финансового кризиса у ООО «Маяк» не наблюдалось.

Кроме того, заявитель считает, что не подтверждены  обстоятельства, которые могут свидетельствовать об аффилированности должника и кредитора, в материалах дела подобные доказательства отсутствуют, а сделать такой  вывод исходя из раскрытой ФИО2 экономической целесообразности невозможно.

Также кредитор указывает, что им были предприняты все возможные, исчерпывающие и своевременные меры, направленные на возврат задолженности.

С учетом указанных обстоятельств, ФИО2 просит определение  Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) изменить в части очередности удовлетворения требований кредитора ФИО2; включить требование кредитора ФИО2  в реестр кредиторов в третью очередь. 

Отзыв на апелляционную жалобу поступил от конкурсного управляющего, в котором он просит оставить определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 28.02.2022 без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Также отзыв на апелляционную жалобу поступил от УФНС по Республике Саха (Якутия), в котором уполномоченный орган указывает, что из показаний, имеющихся в материалах уголовного дела, следует, что ФИО2 вносил на расчетный счет ООО «Маяк» под видом договора займа, не собственные денежные средства, а денежные средства, полученные от неофициальной реализации золота.

Кроме того, уполномоченный орган указывает, что в ходе дополнительного допроса от 06.11.2020 гр. Карася А.М. в качестве обвиняемого, с участием защитника, Карась А. М. сам признает себя бенефициаром группы компаний, в которую входит и ООО «Маяк», раскрывает обстоятельства хищения золота, а также подробности финансово-хозяйственной деятельности группы компаний.

Вышеуказанные обстоятельства, по мнению уполномоченного органа,  свидетельствуют о наличии аффилированности между  ФИО2 и Карасем  А.М.

Уполномоченный орган полагает, что, учитывая обстоятельства, при которых осуществлялось  предоставление займа ООО «Маяк», и то, что заявитель аффилирован с контролирующим должника лицом, требования заявителя подлежат понижению в очередности, удовлетворению после погашения требований в порядке  п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве.

Отзыв уполномоченного органа направлен заявителю апелляционной жалобы по электронной почте. 

Поскольку определение суда обжаловано в части, принимая во внимание отсутствие соответствующих возражений лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции в порядке части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом разъяснений, приведенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», пересматривает определение в обжалуемой части.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Информационное сообщение об открытии конкурсного производства опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 28.09.2021,  в средстве массовой информации  «Коммерсантъ» № 194(7156) от 23.10.2021. Кредитор обратился в арбитражный суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника 30.08.2021, то есть в установленный статьями 100 и 142 Закона о банкротстве срок.

В обоснование требования кредитором в материалы дела представлены: 

договор беспроцентного займа от 27.05.2019 № 270501/19, подписанный между должником (заемщик) и кредитором (заимодавец), по условиям которого заимодавец передает или обязуется передать в собственную заемщику денежные средства в сумме 15 000 000 рублей, а заемщик обязуется вернуть сумму займа в сроки и порядке, предусмотренные договорам; за несвоевременный возврат заемщик уплачивает пени в размере 0,1 процентов от не уплаченной в срок суммы займа (пункт 3.1. договора);

дополнительное соглашение №1 от 14.06.2019 к договору беспроцентного займа от 27.05.2019 № 270501/19, подписанное между должником (заемщик) и кредитором (заимодавец), по условиям которого стороны согласовали увеличение суммы займа на 25 000 000 рублей и срок возврата займа до 30.06.2019;

чеки-ордера от 30.05.2019, от 31.05.2019, от 14.06.2019 о перечислении денежных средств должнику по договору займа от 27.05.2019 № 270501/19;

решение Оймяконского районного суда Республики Саха (Якутия) по делу  №2-59/2021 от 21.05.2021, которым с должника в пользу кредитора взыскана сумма основного долга по договору займа № 270501/19 от 27.05.2019 (с учетом дополнительного соглашения № 1 от 14.06.2019) в размере 36 500 000 рублей, пени на сумму основного долга по состоянию на 08.01.2021 в размере 13 687 500 рублей, проценты за пользование денежными средствами по состоянию на 08.01.2021 в размере 1 884 198 рублей 08 копеек.

Решение Оймяконского районного суда Республики Саха (Якутия) по делу  №2-59/2021 от 21.05.2021  вступило в законную силу 24.01.2022.

В обоснование источника денежных средств, предоставленных в заём должнику, кредитором также представлены договоры купли-продажи: от 05.04.2017, по условиям которого кредитором продан земельный участок стоимостью 150 000 рублей, от 06.04.2018, по условиям которого кредитором продано нежилое помещение стоимостью 3 500 000 рублей, от 02.06.2018, по условиям которого кредитором продано нежилое помещение стоимостью 2 000 000 рублей, от 21.09.2017, по условиям которого кредитором продана квартира стоимостью 1 930 000 рублей, от 27.12.2016, по условиям которого кредитором продана доля в праве собственности на земельный участок стоимостью 282 571 рубль, от 09.04.2019, по условиям которого кредитором продан транспортное средство стоимостью 4 800 000 рублей, от 08.04.2018, по условиям которого кредитором продано транспортное средство стоимостью 2 400 000 рублей, от 16.01.2019, по условиям которого кредитором продано транспортное средство стоимостью 1 430 000 рублей, от 19.10.2018, по условиям которого кредитором продано транспортное средство стоимостью 220 000 рублей, от 21.08.2017, по условиям которого кредитором продано транспортное средство стоимостью 10 000 рублей, от 10.04.2019, по условиям которого кредитором продано транспортное средство стоимостью 2 300 000 рублей.

Суд первой инстанции со ссылкой на положения  части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исходил из того, что  требование кредитора, подтвержденное судебным актом, вступившим в законную силу, считается, безусловно установленным, пришел  к выводу об обоснованности требования кредитора в размере 35 023 566 рублей 80 копеек, в том числе основной долг в размере 24 550 000 рублей, проценты за пользование денежными средствами в размере 1 267 316 рублей 80 копеек, пени в размере 9 206 250 рублей,  предъявленных на основании вступившего в законную силу судебного акта, которым установлены как наличие, так и размер задолженности должника перед кредитором.

Приведенные конкурсным управляющим, иными кредиторами доводы о мнимости договора займа и доказательства в обоснование доводов (в том числе протоколы допросов), судом отклонены и не приняты во внимание, поскольку входящие в предмет исследования суда обстоятельства наличия требований, их состава и размера, в рамках рассмотрения обособленного спора исключаются из предмета доказывания и считаются установленными судом на основе вступившего в законную силу судебного акта без доказывания. 

Выводы суда первой инстанции в указанных частях не оспариваются. 

Между тем, руководствуясь разъяснениями, данными в пунктах 3.1, 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ  29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), суд первой инстанции счел необходимым субординировать требование кредитора по отношению к требованиям других (ординарных) кредиторов, что влечет его удовлетворение после расчетов с независимыми кредиторами, в том числе, включенными в реестр и признанных подлежащими удовлетворению после погашения реестра.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что задолженность в рамках настоящего дела о банкротстве должника перед кредитором возникла в связи с неисполнением должником обязательств, возникших в 2019 году по договору беспроцентного займа от 27.05.2019. 

По вопросу экономической целесообразности предоставления в заём денежных средств, кредитор указал, что в марте 2019 года осуществлял трудовую деятельность в ООО «Маяк» заместителем директора, с руководством должника были доверительные отношения, в связи с чем в целях преодоления кризисной ситуации у должника и последующего получения вознаграждения от деятельности кредитором должнику был предоставлен заём.

Проанализировав раскрытую кредитором экономическую целесообразность предоставления беспроцентного займа, суд первой инстанции пришел  к выводу о том, что указанные действия были обусловлены общностью экономических интересов должника и кредитора; решение о предоставлении займа должнику кредитором принято под влиянием контролирующего должника лица; совершение кредитором действия по предоставлению займа в условиях имущественного кризиса и в отсутствие какого-либо предоставления со стороны должника (например, уплаты процентов, предоставления обеспечения и т.п.), свидетельствует о наличии аффилированности между должником и кредитором. 

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции,  исходя из следующего.

В силу пункта 10 статьи 16, а также пунктов 3 - 5 статьи 71, пунктов 3 - 5 статьи 100 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 (далее - Закона о банкротстве) проверка обоснованности и размера требований кредиторов, не подтвержденных вступившим в законную силу решением суда, осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны.

Учитывая важность формирования реестра требований кредиторов, в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» даны разъяснения о том, что при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Следовательно, суд, рассматривающий дело о банкротстве, устанавливает обоснованность заявленных требований, независимо от наличия возражений должника. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: 

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135- ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; 

лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Согласно пункту 2  статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: 

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; 

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором данного пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 указанной статьи. 

Если стороны настоящего дела действительно являются аффилированными, к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой истец должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В связи с наличием более строгого стандарта доказывания в настоящем споре суд первой инстанции запросил дополнительные документы, раскрыл предмет и пределы доказывания.

Апелляционный суд учитывает информацию, поступившую в ответ на запрос Управления ФНС России по Республике Саха (Якутия)  из Главного следственного управления ГУ МВД России по г. Москве из материалов  уголовного дела № 11901450150004015, возбужденного по признакам преступлений предусмотренных ст. ст. 210, 191, 158, 174.1, 159.1 Уголовного Кодекса РФ.

Материалами уголовного дела установлено, что ФИО2 получал денежные средства от реализации неофициально добытого золота и вносил наличные денежные средства на расчетный счет ООО «Маяк».

В частности, в  июне 2019 г. ФИО2 внес на расчетный счет ООО «Маяк» как физическое   лицо   по   договору   займа   18 000 000   руб.   и   30 000 000   руб.

Из показаний свидетелей, имеющихся в материалах уголовного дела, следует, что ФИО2 вносил на расчетный счет ООО «Маяк» под видом договора займа  не собственные денежные средства, а денежные средства, полученные от неофициальной реализации золота.

Кроме того, в письменных пояснениях, представленных в суд первой инстанции, ФИО2 не отрицает факта наличия трудовых отношений с ООО «Маяк» в должности заместителя директора. Однако, отрицает выполнение им каких-либо управленческих функций. 

Вместе с тем, подобные его утверждения опровергаются данными уполномоченного органа, полученными из материалов уголовного дела, о чем указано выше. 

В пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020 разъяснено, что контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи  2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункт 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора).

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. Кроме того, в сохранении имущества банкрота за собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Указанный  механизм по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991  № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Из материалов дела следует, что задолженность в рамках настоящего дела о банкротстве должника перед кредитором возникла в связи с неисполнением должником обязательств, возникших в 2019 году по договору беспроцентного займа от 27.05.2019. 

Проанализировав раскрытую кредитором экономическую целесообразность предоставления беспроцентного займа, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что указанные действия были обусловлены общностью экономических интересов должника и кредитора; решение о предоставлении займа должнику кредитором принято под влиянием контролирующего должника лица; совершение кредитором действия по предоставлению займа в условиях имущественного кризиса и в отсутствие какого-либо предоставления со стороны должника, и это свидетельствует о наличии аффилированности между должником и кредитором. 

Данное поведение кредитора, исходя из совокупности обстоятельств, пояснений и доказательств, указывает на финансирование должника, находящегося в условиях имущественного кризиса, наличие которого не опровергается кредитором. 

Кредитор не представил доказательства собственных разумных экономических причин предоставления должнику беспроцентного займа за счет денежных средств, полученных от продажи личного имущества (как указано кредитором), отличных от мотивов предоставления компенсационного финансирования. 

При этом, как правильно отметил суд первой инстанции,  доводы о том, что кредитором планировалось получение «бонусов» от успешной работы предприятия, не подтверждены какими-либо доказательствами. Запрошенные судом сведения, которыми располагал кредитор при принятии решения о предоставлении займа должника, относительно того, что нестабильная экономическая ситуация являлась временной, что займ будет возращен в ближайшее время, не представлены.

Дружеские отношения кредитора и руководства должника  объективно подтверждены и свидетельствуют об аффилированности кредитора применительно к статье 19 Закона о банкротстве по косвенным признакам давних дружеских отношений с руководством  должника.

Указанное поведение является нестандартным поведением лица в рамках гражданского оборота и может иметь место только в случае аффилированности участников спорных правоотношений.

В пункте 3.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, разъяснено, что разновидностью компенсационного финансирования также является предоставление контролирующим лицом отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам. Финансирование должника может осуществляться, в том числе путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности.

Из представленных в материалы дела доказательств судом первой инстанции установлено, что основания для включения требований в реестр связаны с дополнительным финансированием должника (компенсационное финансирование).

Поскольку такого рода финансирование в настоящем случае было осуществлено в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, оно признается компенсационным с отнесением на аффилированное (фактическая аффилированность) лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства. 

Несмотря на доводы заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции правильно установлено, что наличие у должника имущественного кризиса подтверждено представленными в материалы обособленного спора доказательствами неисполнения должником обязательств.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно  признал заявленное требование подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

При этом не устранённые аффилированным лицом разумные сомнения, относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов. 

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, в материалы спора не представлено доказательств, опровергающих правомерность применения указанной выше правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации.

Фактические обстоятельства установлены судом в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение суда первой инстанции в обжалуемой части подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 28 февраля 2022 года по делу № А58-487/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяН.А. Корзова

СудьиН.И. Кайдаш

О.В. Монакова