АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-402/22 

Екатеринбург

19 апреля 2022 г.

 

Дело № А60-24827/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 13 апреля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 апреля 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сушковой С.А.,

судей Оденцовой Ю.А., Соловцова С.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.07.2021 по делу № А60-24827/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2021 по тому же делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Оптико-волоконные системы» (далее – общество «ТД «ОВС», должник) несостоятельным (банкротом).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 09.04.2021).

 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.06.2018 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Промбурсервис» о признании общества «ТД «ОВС» несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 19.07.2018 в отношении общества «ТД «ОВС» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО3, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Решением суда от 11.12.2018 общество «ТД «ОВС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

Конкурсный управляющий ФИО3 02.03.2021 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о привлечении контролирующего должника лица ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с него 6 175 493 руб. 67 коп.

Определением суда от 16.07.2021 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство по рассмотрению заявления о привлечении привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от       16.12.2021 определение суда первой инстанции от 16.07.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. По мнению ФИО1, судами не исследован надлежащим образом вопрос, повлекли ли совершенные ФИО1 сделки возникновение объективного банкротства должника, между тем сделки (платежи в сумме 12 514 320 руб. 05 коп.), совершенные в период с 13.12.2017 по 06.02.2018, не привели к возникновению у должника признаков неплатежеспособности, в данный период имелась кредиторская задолженность  перед иными кредиторами, размер требований, включенных в реестр, составил 6 175 523 руб. 99 коп., но при этом у должника в 2016, 2017 годах имелось достаточно активов на значительную сумму более 19 млн. руб., то есть отсутствовали признаки объективного банкротства, а в 2018 году деятельность должника не прекращалась, ФИО1 предпринимал действия для получения выручки. ФИО1 считает, что конкурсный управляющий преждевременно обратился с заявлением о привлечении его к субсидиарной ответственности, поскольку самим конкурсным управляющим совершены не все действия, позволяющие пополнить конкурсную массу, не истребовано транспортное средство, находящееся в чужом незаконном владении, не приняты меры к взысканию реальной дебиторской задолженности.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий ФИО3 просит судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считает выводы судов правильными, основанными на совокупной оценке имеющихся в деле доказательств.

Как следует из материалов дела, общество «ТД «ОВС» зарегистрировано в качестве юридического лица 18.12.2007. 

Основным видом деятельности общества является торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами.

Единственным участником (учредителем) общества со 100% долей в уставном капитале и единоличным исполнительным органом общества (генеральным директором) с 18.12.2007 является ФИО1

Определением арбитражного суда от 04.06.2018 по заявлению кредитора возбуждено дело о банкротстве общества «ТД «ОВС».

Согласно реестру требований кредиторов требования кредиторов первой очереди отсутствуют, во вторую очередь реестра включены требования по обязательным платежам в бюджет в размере 225 473 руб. 66 коп., в третью очередь – 4 485 781 руб. 75 коп., требования кредиторов, подлежащих удовлетворению в порядке, установленном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве – 281 768 руб. 11 коп., всего на общую сумму 6 175 523 руб. 99 коп. 

Согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности  в ходе конкурсного производства конкурсная масса должника сформирована из основных средств: транспортного средства Лада Ларгус, 2014 года выпуска, рыночной стоимостью 207 000 руб. и дебиторской задолженности  балансовой стоимостью 12 514 000 руб., оценка рыночной стоимости которой не производилась.

Ссылаясь на отсутствие у должника имущества, достаточного для погашения требований кредиторов, конкурсный управляющий ФИО3 02.03.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на недобросовестные действия директора и учредителя должника ФИО1, которые фактически привели к невозможности погашения требований кредиторов, на то, что ФИО1 совершены действия по выводу активов должника, сделки по перечислению денежных средств должника в пользу ФИО1 признаны недействительными; ссылается также на неисполнение ФИО1 обязанности, предусмотренной статьей 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества не позднее 09.05.2016 при наличии неисполненных перед кредиторами денежных обязательств и недостаточности имущества должника.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее -  Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) были внесены изменения в Закон о банкротстве; положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили силу; в Закон о банкротстве введена глава III.2 (статьи 61.10 - 61.22), предусматривающая порядок и основания привлечения к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве. Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования - с 30.07.2017.

Пунктом 3 статьи 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то при рассмотрении исковых требований применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчикам действий.

Суды правильно исходили из того, что поскольку конкурсным управляющим заявлены требования о привлечении бывшего руководителя к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 09.05.2016, к данным правоотношениям подлежат применению положения статьи 9 и пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшие на дату совершения вменяемых ответчику действий.

Поскольку действия бывшего руководителя должника по совершенным сделкам должника, с которыми конкурсный управляющий связывает наступление объективного банкротства должника и невозможность погашения требований кредиторов, имели место с 01.07.2015 по 21.11.2017 (по перечислению денежных средств ФИО1) и с 13.12.2017 по 06.02.2018 (по перечислению ФИО1 заработной платы в завышенном размере), а заявление о признании должника банкротом принято к производству суда 04.06.2018, то к данным правоотношениям подлежат применению нормы положения главы III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Суд первой инстанции признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности как по основанию пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве за неподачу в срок не позднее 09.05.2016 заявления о признании должника банкротом, так и по основанию статьи 61.11 Закона о банкротстве ввиду совершения действий, приведших к объективному банкротству должника и невозможности удовлетворения требований кредиторов, при этом, установив, что мероприятия конкурсного производства еще не завершены, размер непогашенных требований установить невозможно, приостановил рассмотрение заявления конкурсного управляющего в части определения размера ответственности.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции, за исключением выводов о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве за неподачу в срок не позднее 09.05.2016 заявления о признании должника банкротом. Суд апелляционной инстанции признал недоказанным как факт возникновения признаков объективного банкротства на 09.04.2016, так и наличие возникших после указанной даты обязательств должника, и исключил данные выводы из мотивировочной части определения суда первой инстанции. Вместе с тем, признав, что данные ошибочные выводы не привели к принятию неправильного судебного акта с учетом доказанности наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по основанию статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции оставил определение суда первой инстанции без изменения. 

В отношении обстоятельств наличия (отсутствия) оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве за неподачу в срок не позднее 09.05.2016 заявления о признании должника банкротом кассационная жалоба не содержит каких - либо доводов; судебные акта в данной части не оспариваются, в связи с чем судом кассационной инстанции не проверяются.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в порядке статьи 61.11 Закона о банкротстве, изучив материалы дела, проверив законность определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.   

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

В пункте 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

В раках настоящего дела о банкротстве конкурсным управляющим были предъявлены требования об оспаривании сделок должника, совершенных с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.07.2019  признаны недействительными сделки по перечислению должником в адрес ФИО1 в период со 02.07.2015 по 09.03.2016 денежных средств в размере 1 551 000 руб. (с указанием в назначении платежа «возврат по договорам займа», «по договорам займа») и по перечислению денежных средств в период с 01.07.2017 по 21.11.2017 в размере 8 839 092 руб. 87 коп. (с указанием в назначении платежа «под авансовый отчет»), применены последствия их недействительности в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника 10 390 092 руб. 87 коп. Судом установлено, что данные сделки были совершены в пользу заинтересованного лица, при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, требования которых в последующим были включены в реестр требований кредиторов должника, в отсутствие встречного предоставления, т.е. с целью вывода ликвидных активов и недопущения удовлетворения требований внешних кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Кроме того, должником в пользу генерального директора, являющегося также его единственным участником, ФИО1 выплачена необоснованно завышенная заработная плата в период с 13.12.2017 по 06.02.2018 (т.е. в преддверии банкротства общества) в размере 2 154 242 руб. 27 коп., при наличии неисполненных обязательств перед внешними кредиторами, т.е. с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.08.2019, вступившим в законную силу, признана недействительной сделка по перечислению должником в пользу ФИО1 денежных средств в размере 2 124 227 руб. 18 коп., применены последствия ее недействительности в виде взыскания денежных средств в пользу должника.

Принимая во внимание обстоятельства совершения вышеуказанных сделок, установленные вступившими в законную силу судебными актами и имеющими преюдициальное значение для настоящего обособленного спора (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации),  проанализировав состав требований кредиторов и установив, что должник в период совершения вышеуказанных сделок по выплате ФИО1 денежных средств в размере более 12 млн. руб. отвечал признакам неплатежеспособности, недостаточности имущества, поскольку в указанный период должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами, которые так и не были исполнены и в последующем включены в реестр, суды пришли к обоснованному выводу, что оспариваемые платежи были направлены на причинение вреда должнику и его кредиторам, поскольку в результате их исполнения уменьшилась конкурсная масса, что не позволило рассчитаться с кредиторами.

Судами установлено, что согласно выписке по движению денежных по расчетному счету должника, при наличии исполнительных производств, все поступающие денежные средства с 13.12.2017 списывались в адрес ФИО1 с указанием в назначении платежа «заработная плата за 2017 год», при этом размер перечисленных в пользу ФИО1 денежных средств за спорный период времени превышает размер неисполненных перед кредиторами обязательств. Таким образом, ФИО1, будучи руководителем и участником должника, в период с 18.12.2007 по 11.12.2018 своими действиями причинил вред имущественным правам кредиторов должника; размер произведенных перечислений в пользу ФИО1 позволил бы в полном объеме погасить задолженность перед внешними кредиторами, что исключало бы возможность возбуждения дела о банкротстве общества.

Совокупность данных обстоятельств образует состав условий, предусматривающих основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в порядке пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя кассационной жалоба о том, что совершение спорных сделок не явилось причиной объективного банкротства должника, что исключает привлечение ФИО1 к субсидиарной ответственности, не принимаются. Судом апелляционной инстанции обоснованно указано на то, что сделки по возврату суммы займа, по перечислению денежных средств в подотчет в отсутствие доказательств их использования в деятельности общества, по установлению и выплате руководителем заработной платы в завышенном размере, применительно к масштабам его деятельности общества являлись значительными. Вывод денежных средств с расчетного счета должника в отсутствие экономической обоснованности и целесообразности, в условиях невозможности погашения требований кредиторов, в последующем включенных в реестр, последующее полное отсутствие денежных средств для погашения задолженности свидетельствуют о цели причинения вреда имущественным интересам самого должника и кредиторов. При этом лишение должника денежных средств, которые могли быть направлены на погашение задолженности, привело к невозможности взыскания долга и последующему переходу в стадию объективного банкротства.

Также не принимается ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что конкурсным управляющим не проведены все мероприятия конкурсного производства по формированию конкурсной массы. Именно в связи с тем, что  мероприятия конкурсного производства еще не завершены, размер непогашенных требований установить невозможно, суд приостановил рассмотрение заявления конкурсного управляющего в части определения размера ответственности.  

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, представленные сторонами доказательства полно и всесторонне исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции в силу предоставленных ему полномочий не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

С учетом изложенного определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции являются законными, отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.07.2021 по делу № А60-24827/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1  – без удовлетворения.

   Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             С.А. Сушкова 

 

Судьи                                                                          Ю.А. Оденцова 

 

                                                                                      С.Н. Соловцов