ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-18319/2022, 10АП-18322/2022

Дело № А41-88737/18

12 декабря 2022 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 ноября 2022 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 12 декабря 2022 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Терешина А.В., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании заявление конкурсного управляющего общество с ограниченной ответственностью «ИнжиТех» о признании сделки недействительной по делу №А41-88737/18, 

при участии в заседании:

от АКБ «Фора-Банк» (АО) - ФИО2, доверенность от 01.08.2022,

директор ООО «Центр-инвест» ФИО3, выписка из ЕГРЮЛ,

от ООО «БУЛЛИТ РУС» - ФИО4, доверенность от 21.10.2021,

от к/у ООО «ИНЖИТЕХ» - ФИО5, доверенность от 28.09.2022, 

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 17.09.2020 общество с ограниченной ответственностью «ИнжиТех» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника была открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6

В рамках дела о банкротстве должника конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением к обществам с ограниченной ответственностью «Центр-инвест» (далее – ООО Центр-инвест»), «Буллитт рус» (далее – ООО «Буллитт рус») и третьему лицу обществу с ограниченной ответственностью «Фторэластомеры» (далее – ООО «Фторэластомеры») о признании недействительными договоров купли-продажи от 18.06.2018 № 0072 и лизинга от 18.06.2018 № 0072 пресс-вулканизационного оборудования из 6 наименований, заключенных между должником и ООО «Центр-инвест»; и соглашения от 10.07.2019, заключенного между должником, ООО «Центр-инвест» и ООО «Обогатительные комплексы» (правопреемник ООО «Буллитт рус»), указывая на совершение цепочки притворных сделок в преддверии банкротства и условиях неплатежеспособности должника с единой целью вывода активов должника с причинением вреда имущественным правам кредиторов. Также конкурсным управляющим было заявлено о применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.08.2022заявление конкурсного управляющего было удовлетворено, признана недействительной единая сделка по отчуждению имущества (пресс-вулканизационное оборудование из 6 наименований) ООО «ИнжиТех», оформленная цепочкой последовательных сделок:

договором купли-продажи от 18.06.2018 №0072 и договором лизинга от 18.06.2018 №0072, заключенных между ООО «ИнжиТех» и ООО «Центр-инвест»;

соглашением о замене стороны в обязательстве от 10.07.2019, заключенным между ООО «ИнжиТех», ООО «Центр-инвест» и ООО «Обогатительные комплексы» (правопреемник ООО «Буллитт рус»).

Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Центр-инвест» в конкурсную массу ООО «ИнжиТех» 69 349 027 руб. 42 коп. и расходы по оплате госпошлины в сумме 6 000 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Центр-инвест» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылался на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, указывает на недоказанность наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, АКБ «ФОРА-БАНК» (АО) обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылался на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, указывает на недоказанность наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

ООО «Буллитт Рус» также обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылался на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, указывает на недоказанность наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, пришел к выводу о том, что имеются основания для перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, поскольку принятый по обособленному спору судебный акт затрагивает права и обязанности лиц, которые не были привлечены к участию в споре.

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российский Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Как установлено судом апелляционной инстанции, требование конкурсного управляющего заключается в признании действительными договора купли-продажи №0072 от 18.06.2018, договора лизинга № 072 от 18.06.2018, соглашения от 10.07.2019 о замене стороны в обязательстве к договору лизинга.

Предметом договора купли-продажи № 0072 от 18.06.2018 является оборудование: 

пресс вулканизационный вакуумный S-1350-A-PCD с размерами 1700*1700 мм, шод-изготовитель (Страна) - Pan Stone Hydraulic Industries Co., LTD (Тайвань), год изготовления - 2016, заводской (серийный) № АХ69; 

пресс вулканизационный вакуумный S-V-1350-A-PCD с размерами 2100*2100 м, завод-изготовитель (Страна) - Pan Stone Hydraulic Industries Co., LTD (Тайвань), год изготовления - 2015, заводской (серийный) № JOB-AX70; 

пресс вулканизационный вакуумный SV-4800-A-PCD с размерами 3000*3000 м, завод-изготовитель (Страна) - Pan Stone Hydraulic Industries Co., LTD (Тайвань), год изготовления -2016, заводской (серийный) № JOB-AX68; 

пресс вулканизационный вакуумный P-V-500-3RT-2-PCD с размерами 800*800 м, завод-изготовитель (Страна) - Pan Stone Hydraulic Industries Co., LTD (Тайвань), год изготовления - 2015, заводской (серийный) № JOB-AX66; 

пресс вулканизационный вакуумный P-V-800-2RT-PCD с размерами 1200*1200 м, завод-изготовитель (Страна) - Pan Stone Hydraulic Industries Co., LTD (Тайвань), год изготовления - 2015, заводской (серийный) № JOB-AX67; 

линия каландрования на основе 3-х валкового каландра, завод-изготовитель Страна) -HYMC (Тайвань), год изготовления -2016, заводской (серийный) № FRF-0018.

Указанное оборудование при совершении оспариваемого договора купли-продажи передано покупателем (ООО «Центр-Инвест») в залог АКБ «Фора-Банк» на основании договора № 700-18/3 о залоге движимого имущества от 18.06.2018.

Как устанволено судом, предмет оспариваемой сделки находится в залоге у АКБ «Фора-Банк».

Однако, как следует из материалов дела, АКБ «Фора-Банк» к участию в данном обособленном споре не привлекалось. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что обжалуемое определение суда первой инстанции непосредственно затрагивает права и обязанности залогодержателя спорного имущества – АКБ «Фора-Банк».

С учетом вышеуказанного, определением от 25.10.2022 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению заявления конкурсного управляющего должника по правилам рассмотрения дел в суде  первой инстанции. 

Вышеназванным определением к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АКБ «Фора-Банк». 

Заявление рассмотрено в соответствии с нормами статей 121-123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Исследовав материалы дела, Десятый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Правом на обращение в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки должника обладают внешний управляющий или конкурсный управляющий от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, что ООО «ИнжиТех» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.07.2007, гендиректором общества значилась ФИО7 С 23.04.2019 по 02.12.2019 функции единоличного исполнительного органа общества осуществляла управляющая компания ООО «Буллитт рус».

Определением суда от 01.11.2018 было принято заявление кредитора ПАО «Сбербанк России» с возбуждением в отношении ООО «ИнжиТех» производства о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 30.09.2019 в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение, требования заявителя ПАО «Сбербанк России» в размере 79411797 руб. 50 коп. (основной долг) включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением суда от 17.09.2020 должник признан несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден В.Р.НБ.

В ходе мероприятий конкурсного производства ФИО6 выявлены договоры купли-продажи от 18.06.2018 № 0072 и лизинга от 18.06.2018 № 0072 пресс-вулканизационного оборудования из 6 наименований, заключенные между должником и ООО «Центр-инвест»; а также соглашение от 10.07.2019 о замене стороны в обязательстве, заключенное между должником, ООО «Центр-инвест» и ООО «Обогатительные комплексы» (правопреемник ООО «Буллитт рус»), по результатам которых из конкурсной массы должника выведено ликвидное имущество с причинением вреда имущественным правам кредиторов.

Полагая, что совершена цепочка притворных, последовательных сделок по отчуждению имущества должника в условиях его неплатежеспособности с целью и причинением вреда, конкурсный управляющий ФИО6 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017) отмечено, что к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов.

Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Указанное разъяснение вышестоящей судебной инстанции применимо и к рассматриваемому судом настоящему обособленному спору.

 В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Спорные сделки совершены 18.06.2018, а производство по делу о несостоятельности должника возбуждено 01.11.2018, т.е. совершены в годичный период подозрительности сделок, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а спорное соглашение заключено 10.07.2019 после принятия судом заявления о признании должника банкротом, т.е. в период подозрительности сделок, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлены обстоятельства по делу, предшествующие указанным сделкам и последующие после их совершения.

Так, по договору поставки от 20.04.2015 №17 ООО «ИнжиТех» приобрело у ООО «Фторэластомеры» пресс-вулканизационное оборудование из 7 наименований (один пресс вулканизационный вакуумный PV-500-2RT-2-PCD с размером плит 800*800мм стоимостью 216347,01 долл. США, один пресс вулканизационный вакуумный PV-800-2RT-PCD с размером плит 1200*1200мм стоимостью 298 765,00 долл. США, один пресс вулканизационный вакуумный S-1350-A-PCD с размером плит 1700*1700мм стоимостью 741761,99 долл. США, один пресс вулканизационный вакуумный SV-1350-А-PCD с размером плит 2100*2100мм стоимостью 741 761,99 долл. США, один пресс вулканизационный вакуумный SV- 4800-А-PCD с размером плит 3000*3000мм стоимостью 2 124 000 долл. США, одни вальцы резиносмесительные ВМ-1500-550/550 стоимостью 392 516 долл. США, одна линия каландрования на основе трехвалкового каландра стоимостью 851960,00 долл. США) для производства резинотехнических изделий (изготовитель: Тайвань) общей стоимостью 5 367 112 долларов США.

18.06.2018 по договору купли-продажи №0072 ООО «ИнжиТех» (продавец) продало ООО «Центр-инвест» (покупатель) то же пресс-вулканизационное оборудование, но из 6 наименований (один пресс вулканизационный вакуумный PV-500-2RT-2-PCD с размером плит 800*800мм по цене 12 960 569 руб. 93 коп., один пресс вулканизационный вакуумный PV-800-2RT-PCD с размером плит 1200*1200мм по цене 17280223 руб. 46 коп., один пресс вулканизационный вакуумный S-1350-A-PCD с размером плит 1700*1700мм по цене 38 219 586 руб. 84 коп., один пресс вулканизационный вакуумный SV-1350-А-PCD с размером плит 2100*2100мм по цене 39381501 руб. 21 коп., один пресс вулканизационный вакуумный SV-4800-А-PCD с размером плит 3000*3000мм по цене 94 323 795 руб. 96 коп., одна линия каландрования на основе трехвалкового каландра по цене 37 834 322 руб. 60 коп.), оценив на общую сумму 240000000 руб.

Между тем, по договору поставки от 20.04.2015 №17 общая стоимость оборудования из 6 наименований составляла 4 974 596 долл. США или в рублевом эквиваленте 311 857 423 руб. 24 коп. (по официальному курсу Центробанка России на дату сделки 62,69 коп. за 1 доллар США).

Оплата цены сделки получена должником от покупателя по платежным получениям от 18.06.2018 №291, от 19.06.2018 №294.

По акту приема-передачи от 20.06.2018 пресс-вулканизационное оборудование из 6 наименований стоимостью в общей сумме 240 000 000 руб. передано покупателю.

18.06.2018 между ООО «Центр-инвест» (лизингодатель) и ООО «ИнжиТех» (лизингополучатель) заключен договор лизинга №0072, по которому лизингодатель обязался приобрести и передать лизингополучателю в лизинг пресс- вулканизационное оборудование из 6 наименований с суммой закрытия сделки – 340 470 822 руб. 82 коп., в том числе с выкупной ценой в сумме 4 000 000 руб.

Во исполнение договора сторонами предусмотрено заключение договора купли-продажи того же оборудования, по которому его продавцом является лизингополучатель. Предмет лизинга передается лизингополучателю во временное пользование (пункт 1 договора). При условии выплаты лизингополучателем всей суммы сделки, право собственности на предмет лизингам переходит к лизингополучателю (пункт 6.4 договора).

По акту приема-передачи от 20.06.2018 пресс-вулканизационное оборудование из 6 наименований стоимостью в общей сумме 240 000 000 руб. передано лизингодателю.

Платежными поручениями от 18.06.2018 №6238, от 19.06.2018 №6252, от 25.06.2018 №6504, от 01.08.2018 №7425 ООО «ИнжиТех» перечислены ООО «Центр-инвест» лизинговые платежи на общую сумму 69 349 027 руб. 42 коп.

18.06.2018 то же оборудование с оценкой его стоимости в сумме 122 033 898 руб. 31 коп. передано ООО «Центр-инвест» в залог АКБ «Фора-банк» в обеспечении обязательств по кредитному договору от 18.06.2018 №1700-18/кл об открытии кредитной линии в сумме 180000000 руб., заключенного на срок с 23.06.2018 по 27.05.2023.

18.06.2018 заемщиком подано в страховую компанию заявление о страховании имущества, в том числе спорного оборудования, а 19.06.2018 заключен договор страхования со страховой компанией «Энергогарант» (ПАО).

19.06.2018 ООО «Фторэластомеры» получило от должника 180000000 руб. по соглашению о прощении долга от 31.05.2018 и по договору от 20.04.2015 No17.

04.03.2019 ООО «Центр-инвест» направлено гендиректору управляющей компании должника письмо о расторжении, в том числе договора лизинга от 18.06.2018 № 0072 по причине неуплаты ООО «ИнжиТех» лизинговых платежей свыше 5 месяцев.

 Актом сверки от 01.07.2019 зафиксировано, что с 18.06.2018 по 24.06.2019 подлежали оплате лизинговые платежи в соответствии с графиком платежей к договору лизинга от 18.06.2018 № 0072 в общей сумме 122 089 847 руб. 26 коп., из которых ООО «ИнжиТех» оплачено на общую сумму 69 349 027 руб. 42 коп., задолженность перед ООО «Центр-инвест» составила в сумме 52 740 819 руб. 84 коп.

08.07.2019 должнику отправлено уведомление лизингодателя о направлении работников для вывоза пресс-вулканизационного оборудования.

10.07.2019 заключено соглашение о замене стороны в обязательстве по договору лизинга от 18.06.2018 № 0072, по которому все права и обязанности от лизингополучателя ООО «ИнжиТех» перешли к ООО «Обогатительные комплексы» (новый лизингополучатель, его правопреемник ООО «Буллите рус»), являвшейся управляющей компании должника, к которой перешла задолженность ООО «ИнжиТех» перед ООО «Центр-инвест» по договору лизинга от 18.06.2018 № 0072 в сумме 13054488 руб. 64 коп. (разница между оказанными услугами лизингодателем в сумме 82403516 руб. 06 коп. и уплаченными лизингополучателем платежами в сумме 69349027 руб. 42 коп.) и которая обязывалась погасить ООО «Центр-инвест» задолженность ООО «ИнжиТех» по уплате лизинговых платежей в общей сумме 52740819 руб. 84 коп.

Таким образом, фактически осуществлен перевод долга ООО «ИнжиТех» по указанному договору на ООО «Обогатительные комплексы», которое (позднее ООО «Буллитт рус») уплатило ООО «Центр-инвест» по спорному соглашению 52 740 819 руб. платежными поручениями от 24.07.2019 №62, от 11.07.2019 №47, а также лизинговые платежи по договору лизинга с 23.08.2019 по 08.10.2021 в общей сумме 110 721 373 руб. 46 коп.

Определением суда от 30.04.2021 требования ООО «Обогатительные системы» в размере 14023541 руб. 15 коп. по договору лизинга от 18.06.2018 № 0072 включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В пункте 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 666 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

В пункте 1 статьи 391 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что перевод долга с должника на другое лицо может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и новым должником.

В обязательствах, связанных с осуществлением их сторонами предпринимательской деятельности, перевод долга может быть произведен по соглашению между кредитором и новым должником, согласно которому новый должник принимает на себя обязательство первоначального должника.

Судом установлено, что в один день должником продано спорное оборудование ООО «Центр-инвест» и получено от последнего это же оборудование в лизинг.

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2017 по делу № 307-ЭС16-3765(4,5), продажа имущества с последующим одновременным принятием его в пользование по договору лизинга и необходимостью уплаты в течение определенного периода лизинговых платежей в целях обратного выкупа с экономической точки зрения является кредитованием покупателя продавцом (в том числе для погашения задолженности перед прежними кредиторами) с временным предоставлением последнему титула собственника в качестве гарантии возврата финансирования и платы за него в виде процентов, что соответствует действующему законодательству

 В пункте 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Прикрывающая сделка ничтожна независимо от признания ее таковой судом в силу прямого указания пункта 1 статьи 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Как указано в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25, при оценке действий сторон на предмет добросовестности, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

Любой разумный участник гражданского оборота не будет передавать безвозмездно либо по заниженной цене свое имущество обычному участнику оборота, поскольку подобное поведение противоречит деловой цели и экономическому смыслу сделки.

Возникновение соответствующих обязательств возможно только при наличии доверительных отношений между сторонами спорной сделки либо доказывает притворную цель сделки.

Каждая из спорных сделок в цепочке последовательных сделок представляет собой притворную сделку.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Не соответствующая требованиям закона сделка ничтожна независимо от признания ее таковой в судебном порядке и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 166, пункт 1 статьи 167 и статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), и, значит, не имеет юридической силы, не создает каких-либо прав и обязанностей как для сторон сделки, так и для третьих лиц.

Вместе с тем, Гражданский кодекс Российской Федерации не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки. Споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица.

Прикрывающие сделки ничтожны независимо от признания их таковыми судом в силу прямого указания пункта 1 статьи 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

По смыслу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Стороны должны преследовать общую цель и с учетом правил статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

Таким образом, сделка по приобретению оборудования и передаче его в лизинг должнику не могла прикрывать отношения по выводу имущества, поскольку в кредитовании с обеспечением заключается сущность правоотношений по возвратному лизингу, и сложившиеся между должником и ответчиками правоотношения полностью соответствовали условиям заключенных между ними сделок: договору выкупного лизинга и соглашению о передаче прав и обязанностей по договору лизинга новому лизингополучателю.

ООО «Центр-Инвест» перечислил должнику реальное финансирование за счет собственных средств, полученных им в кредит от банка, что подтверждается выпиской по расчетному счету должника и платежными поручениями (л.д. 129-131, том 1 а; л.д. 95-96, том 1).

Материалами дела подтверждается исполнение обязательств по договору лизинга новым лизингополучателем – ООО «Обогатительные комплексы» (новое наименование - ООО «Буллитг Рус») (л.д. 107-142, том 1).

При таких обстоятельствах отсутствуют основания полагать, что для осуществления финансирования по договору лизинга или платежей, совершенных новым лизингополучателем в пользу ООО «Центр-Инвест», использовались денежные средства должника.

В материалы дела представлен договор аренды недвижимого имущества и оборудования, расположенных по адресу: 

<

...>, заключенный 15.12.2020 между конкурсным управляющим ООО «ИнжиТех» ФИО6 и ООО «Торговый дом Буллитг», единственным участником которого является ООО «Рашн Фрэндз Капитал» - учредитель ООО «Буллитт Рус».

В соответствии с пунктом 1.4. договора лизинга лизингополучатель получает предмет лизинга во временное владение и пользование в соответствии с его хозяйственным назначением для предпринимательской деятельности в течение всего срока действия договора лизинга.

Согласно пункту 1.6. договора лизинга место нахождения предмета лизинга в период действия договора лизинга: Московская область, Шаховской р-он, 

<

...>.

Само по себе нахождение предмета лизинга на территории производственной базы, принадлежащей должнику, не свидетельствует о притворности спорных сделок, поскольку не противоречит сложившимся между должником и лизинговой компанией отношениям по договору лизинга и арендным правоотношениям должника с инвестиционной компанией.

Неиспользование предмета лизинга в производственной деятельности лизингополучателя не является признаком недействительности договора лизинга, так как лизинговая компания не препятствовала эксплуатации оборудования, а решение о необходимости применении оборудования в производственной деятельности принимается руководством лизингополучателя самостоятельно после заключения договора лизинга.

Заявляя доводы о притворном характере оспариваемых сделок применительно к пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий не представил каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что сделки были направлены на достижение правовых последствий, отличающихся от последствий, характерных для финансовой аренды (лизинга) оборудования, и прикрывают иную волю ее участников.

В отношении прикрываемой сделки подлежат применению пункты 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 названного постановления Пленума).

Одним из основных обстоятельств, входящих в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о признании сделки недействительной по основанию пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является факт неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения, иными словами, для того чтобы установить данное обстоятельство, необходимо обладать информацией как о стоимости имущества, переданного должником по сделке, так и о стоимости полученного за данное имущество предоставления.

Отчет о рыночной стоимости спорного оборудования в материалы дела не представлен, в связи с чем суд лишен возможности сделать вывод о неравноценности встречного исполнения обязательств ответчиком по договору купли-продажи от 18.06.2018 № 0072.

В абзаце 4 пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 отмечено, что судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве определено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Относительно применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве даны разъяснения в пунктах 5-7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №63, согласно которым пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы, для признания сделки недействительной по данному основанию, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В то же время, в пункте 6 названного постановления подчеркнуто, что согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона.

При определении наличия признаков неплатежеспособности следует исходить из содержания этого понятия, данного в абзаце 34 статьи 2 Закона о банкротстве, а именно: под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Суд апелляционной инстанции считает, что конкурсным управляющим не доказана цель причинения вреда имущественным правам кредиторов посредством заключения спорных сделок.

Материалами дела подтверждается, что сделка по возвратному лизингу не является безвозмездной – лизинговой компанией было предоставлено реальное финансирование должнику.

Как стоимость переданного по договору купли-продажи от 18.06.2018 оборудования, так и сумма принятых на себя должником обязательств по договору лизинга составляют менее двадцати процентов балансовой стоимости активов должника на последнюю отчетную дату -31.12.2017 (2 145 336 000,00 руб. х 0,20 = 429 067 200,00 руб.) согласно бухгалтерскому балансу должника (приложение 7 к отзыву).

Ни в момент предоставления финансирования, ни в последующие периоды лизинговая компания не обладала признаками аффилированности по отношению к должнику.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

По позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что лизинговая компания относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве, или к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение при применении пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие между ООО «Центр-Инвест» и должником, ООО «Центр-Инвест» и ООО «Обогатительные комплексы» связей, позволяющих сделать вывод о том, что компании входят в одну группу лиц, не доказано.

Конкурсным управляющим не были приведены доказательства, свидетельствующие о возможности ООО «Центр-Инвест» оказывать влияние на принятие должником решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.04.2019 № 309-ЭС18-22030 по делу № А76-25957/2016 вывод о взаимосвязанности участников сделки допускается лишь при том условии, что действия всех участников цепочки являлись согласованными, в частности, по причине существования единого координационного центра принятия решений относительно выстраивания юридических отношений между названными лицами и модели их поведения.

В материалы дела не представлены доказательства каких-либо иных отношений, связывающих ООО «Центр-Инвест» с должником, кроме правоотношений по договору выкупного лизинга.

При таких обстоятельствах преследование цели причинения вреда имущественным правам кредиторов при заключении договора лизинга не предполагается.

В результате совершения сделки возвратного лизинга должник погасил просроченные обязательства перед ООО «ФТОРЭЛАСТОМЕРЫ» с дисконтом в сумме 47 980 097,86 руб., что послужило основанием для прекращения залога на поставленное оборудование, получил возможность выкупить оборудование у лизинговой компании в рассрочку (при условии внесения лизинговых платежей), а также использовать оборудование в своей производственной деятельности для получения прибыли.

Действия ООО «Центр-Инвест», направленные на повышение вероятности возврата финансирования посредством получения титульного обеспечения, обеспечительного платежа, поручительства генерального директора ФИО7, действия по взысканию просроченной задолженности, по ведению переговоров с должником и ООО «Обогатительные комплексы», свидетельствуют о разумности поведения кредитора, что подтверждает его независимый статус по отношению к должнику, наличие у них несовпадающих экономических интересов, отсутствие у лизинговой компании цели безвозмездно вывести имущество из конкурсной массы должника вместо возврата вложенных денежных средств и получения платы за финансирование.

В своем заявлении конкурсный управляющий не обосновал довод о совершении спорных сделок с целью причинения вреда кредиторам, напротив, конкурсный управляющий указал, что должник «привлек денежные средства ООО «Центр-Инвест» с целью погашения требований другого кредитора – первоначального собственника спорного имущества (ООО «ФТОРЭЛАСТОМЕРЫ»)» (л.д. 5, том 1).

ООО «Обогатительные комплексы» создано 18.01.2019 – через 7 месяцев после заключения договора лизинга между ООО «Центр-Инвест» и должником, что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ (л.д. 27-32, том 2).

Учредителями ООО «Обогатительные комплексы» являлись ФИО8 (49%) и ООО «Рашн Френдз Капитал» (51%), не заинтересованные по отношению к должнику (в настоящее время - ООО «Рашн Френдз Кэпитал» (100 %) (л.д 27-32, том 2; л.д. 56-65, том 1; л.д. 142, том 1а).

Таким образом, должник, ООО «Центр-Инвест» и ООО «Обогатительные комплексы» не могли совершить единую сделку, объединенную общей целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в 2018 году, поскольку на момент заключения договора лизинга и договора купли-продажи ответчик - ООО «БУЛЛИТТ РУС» (ООО «Обогатительные комплексы») не существовал.

О своем намерении приобрести активы и осуществить реструктуризацию долгового портфеля ООО «ИнжиТех» инвестиционный фонд Рашн Френдз Кэпитал сообщил официально как конкурсным кредиторам должника, так и в СМИ в конце 2018 - начале 2019 года (л.д. 66 - 71, том 1).

Указанная цель не является противоправной и не направлена на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

В материалы дела не представлены доказательства причинения вреда кредиторам должника в результате заключения договора возвратного лизинга или соглашения о замене стороны в договоре лизинга.

Конкурсным управляющим представлена в материалы дела оборотно-сальдовая ведомость по счету 01.09 за 2018 год, согласно которой стоимость оборудования, являющегося предметом договора возвратного лизинга, составляет 280 674 781,98 рублей (л.д. 127, том 1а).

Совокупный размер лизинговых платежей согласно графику платежей по договору лизинга от 18.06.2018 составляет 280 470 822,82 руб. (л.д. 15, том 1).

Авансовый платеж в сумме 60 000 000,00 рублей был зачтен в счет досрочного возврата части финансирования, поэтому плата за пользование указанной суммой в лизинговые платежи не включена.

Таким образом, стоимость предмета лизинга сопоставима с ценой договора лизинга, признаки неравноценности встречного исполнения обязательств по договору возвратного лизинга отсутствуют.

При рассмотрении спора о признании недействительной сделки на основании положений п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве для определения того, причинила ли оспариваемая сделка вред кредиторам, суд должен учесть условия других взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для имущественного положения должника (пункт 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации12.07.2017).

Предоставление финансирования по договору лизинга было обусловлено погашением задолженности по договору поставки перед ООО «ФТОРЭЛАСТОМЕРЫ» с учетом прощения должнику части долга в сумме 47 980 097,86 рублей (при условии погашения долга в срок до 25.06.2018).

Указанные обстоятельства подтверждают не только отсутствие причинения вреда, но и получение должником финансовой выгоды в сумме 47 980 097,86 рублей в результате заключения договора лизинга, что, в свою очередь, свидетельствует о разумности и экономической обоснованности заключения договора выкупного лизинга от 18.06.2018. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 38 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, в случае оспаривания соглашения о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов устанавливается путем определения соотношения между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя.

Оценивая соглашение о передаче договорной позиции применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следует проанализировать соотношение между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя.

При этом стоимость договорной позиции лизингополучателя определяется в зависимости от входящих в нее активов (наличие правомерного ожидания лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в будущем, стоимость этого имущества с учетом износа и др.) и пассивов (размер просроченной задолженности, начисленных санкций за нарушение договора, размер будущих лизинговых платежей и др.).

В результате замены стороны в договоре лизинга на стороне нового лизингополучателя возникло обязательство оплатить лизингодателю просроченную задолженность ООО «ИнжиТех» в сумме 52 740 819,84 руб., а также в течение 4 лет вносить лизинговые платежи, сумма которых согласно графику платежей по договору лизинга составляет 219 702 144,84 руб. (4 674 513,72 руб. х 47 мес.).

Согласно графику платежей по договору лизинга по состоянию на 24.06.2019 выкупная стоимость предмета лизинга при досрочном закрытии сделки составляла 192000000,00 рублей.

Встречное исполнение в размере освобождения должника от обязательств по договору лизинга значительно превышает стоимость предмета лизинга с учетом амортизации, на приобретение которого в будущем мог бы рассчитывать должник при надлежащем исполнении условий договора лизинга.

В данном случае должник не внес даже половину предусмотренных договором лизинговых платежей, не говоря уже о выкупной стоимости, поэтому речь не шла о реальной возможности выкупа оборудования в собственность у лизинговой компании.

Доказательства того, что, являясь лизингополучателем, ООО «ИнжиТех» при наличии задолженности по уплате лизинговых платежей смогло бы погасить данную задолженность, продолжить выплачивать лизинговые платежи и, в итоге, выкупить предмет лизинга, не представлены конкурсным управляющим в материалы дела (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Соглашение о замене стороны в обязательстве на ООО «Обогатительные комплексы» заключалось в целях освобождения должника от увеличения долгов по договору лизинга, который он не мог самостоятельно исполнять, поэтому такое соглашение нельзя признать ухудшающим положение должника.

Заключив соглашение о передаче прав и обязанностей по договору лизинга новому лизингополучателю, должник утратил право на приобретение в собственность оборудования, но одновременно освободил себя от имущественной обязанности по возврату оставшейся части финансирования и платы за пользование финансированием. Это свидетельствует о взаимном удовлетворении имущественных интересов сторон при передаче прав и обязанностей по договору новому лизингополучателю.

Аналогичные выводы содержатся в пункте 1 обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021.

В соответствии с пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности наличия оснований для признания оспариваемых конкурсным управляющим сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

Обжалуемое определение подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 3 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 15 августа 2022 года по делу №А41-88737/18 отменить. 

В удовлетворении заявления отказать. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области. 

 

Председательствующий

С.Ю. Епифанцева

Судьи

А.В.  Терешин

Н.В.  Шальнева