Арбитражный  суд  Брянской  области

241050, г. Брянск, пер. Трудовой, д.6 сайт: www.bryansk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации   

 

Решение

Дело №А09-6639/2020

город Брянск

10 декабря 2020 года

Арбитражный суд Брянской области в составе судьи Халепо В.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Панченко Е.Е.

рассмотрев в судебном заседании дело по иску ГАУЗ «Медицинский информационно-аналитический центр»

к  ООО «Вивл»

о взыскании 292 338 руб. 40 коп.

при участии: 

от истца: ФИО1 – представитель (доверенность №4 от 28.09.2020 - постоянная),

от ответчика: ФИО2 – представитель (доверенность №2 от 28.01.2020 - постоянная)

установил:

Государственное автономное учреждение здравоохранения «Медицинский информационно-аналитический центр» (далее – ГАУЗ «МИАЦ») обратилось в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Вивл» (далее – ООО «Вивл») о взыскании 292 338 руб. 40 коп. неустойки.

Определением арбитражного суда от 27.07.2020 заявление принято к производству и рассмотрению в порядке упрощенного производства.

В связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств и исследования доказательств по делу, суд в порядке пункта 2 части 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) вынес определение от 10.09.2020 о рассмотрении искового заявления по общим правилам искового производства.

Ответчик с исковыми требованиями не согласен по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, суд установил следующее. 

Между ГАУЗ «МИАЦ» (Заказчик) и ООО «Вивл» (Поставщик) 18.09.2019 был заключен договор № 12/3 на поставку автоматизированных рабочих мест и периферийного оборудования для государственных медицинских организаций, включая их структурные подразделения (в том числе ФАП и ФП, подключенные к сети Интернет) Брянской области (далее – договор № 12/3 от 18.09.2019)

Согласно пункту 1.2 указанного договора ответчик принял на себя обязательства в обусловленный договором срок осуществить поставку автоматизированных рабочих мест и периферийного оборудования для государственных медицинских организаций, включая их структурные подразделения (в том числе ФАП и ФП, подключенные к сети Интернет) Брянской области на условиях и в порядке, предусмотренных в договоре, спецификации (приложение № 1 к договору) и техническом задании (приложение № 2 к договору), а истец обязался оплатить товар в соответствии с ценами, указанными в договоре.   

 В дополнительном соглашении № 1 от 18.09.2019 к договору № 12/3 от 18.09.2019 стороны согласовали цену договора (59 454 617 руб. 14 коп.) и комплектацию товара (автоматизированное рабочее место - 2662 штук, веб-камера для видеоконференций – 772 штуки, компьютерная акустическая система – 772 штуки).

В соответствии с пунктом 4.1 договора срок поставки товара составляет не более 60 (шестьдесят) календарных дней с момента подписания договора.

Доставка товара осуществляется силами Поставщика в адрес учреждений здравоохранения Брянской области в соответствии с предоставленным Заказчиком графиком поставки товара (пункт 4.2 договора).

На основании пункта 7.2 договора в случае просрочки исполнения Поставщиком обязательств, предусмотренных договором, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения Поставщиком обязательств, предусмотренных договором, Заказчик направляет Поставщику требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Ссылаясь на то, что поставка товара произведена ответчиком с нарушением срока, установленного договором, и претензия истца от 20.12.2019 № 995 оставлена ответчиком без удовлетворения, ГАУЗ «МИАЦ» обратилось в арбитражный суд с вышеуказанным иском.

Возражая против заявленных требований, ответчик ссылается на то, что ГАУЗ «МИАЦ» в нарушение требований пункта 4.2 Договора в адрес ООО «ВИВЛ» графика поставки товара не направляло; стороны окончательно согласовали предмет поставки только 04.12.2019 в дополнительном соглашении № 2 к Договору; срок поставки следует исчислять с момента подписания дополнительного соглашения № 2 от 04.12.2019, указанный срок истекает 02.02.2020 и ответчиком не нарушен.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу статей 309 - 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии со статьей  506 ГК РФ по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным,  семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно пункту 1 статьи 457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 статьи 508 ГК РФ установлено, что в случае, когда сторонами предусмотрена поставка товаров в течение срока действия договора поставки отдельными партиями и сроки поставки отдельных партий (периоды поставки) в нем не определены, то товары должны поставляться равномерными партиями помесячно, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, существа обязательства или обычаев делового оборота.

Наряду с определением периодов поставки в договоре поставки может быть установлен график поставки товаров (декадный, суточный, часовой и т.п.) (пункт 2 статьи 508 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 4.1 договора № 12/3 от 18.09.2019 срок поставки товара составляет не более 60 (шестьдесят) календарных дней с момента подписания договора.

Доставка товара осуществляется силами Поставщика в адрес учреждений здравоохранения Брянской области в соответствии с предоставленным Заказчиком графиком поставки товара (пункт 4.2 договора).

Таким образом, пункт 4.1 договора устанавливает предельный срок поставки товара, а пункт 4.2 договора регулирует порядок определения сроков поставки отдельных партий товара.

Как следует из материалов дела, 03.10.2019 ответчик направил в адрес Заказчика письмо №294/19 о готовности к поставке товара с просьбой предоставить график поставки данного товара.

08.10.2019 истец направил в адрес Поставщика письмо №786 с указанием количества оборудования, поставляемого в конкретные медицинские учреждения и предложением указать даты поставки товара в соответствии с Дополнительным соглашением №1 от 18.09.2019 с учетом специфики доставки до конкретного получателя.

28.10.2019 ответчик письмом №320/19 уведомил истца о том, что поставка оборудования (мониторов) по договору не может быть осуществлена в установленный срок по причине увеличения сроков поставки от официального дистрибьютера ООО «Ресурс-Медиа», что подтверждается письмом производителя мониторов - Компании «ВЬЮСОНИК ЮРОП ЛТД» (Великобритания).

В своем письме Компания «ВЬЮСОНИК ЮРОП ЛТД» (Великобритания) информировала о том, что ориентировочная дата поступления товара на склад ООО «Ресурс-Медиа» - начало декабря 2019 года.

Кроме того, письмом №320/19 от 28.10.2020 ООО «Вивл» ввиду указанной задержки предложило Заказчику либо осуществить поставку оборудования без мониторов (т.е. некомплектного товара) в период с 18.11.2019 по 22.11.2019 и с 18.11.2019 по 30.11.2019, либо заключить дополнительное соглашение о корректировке сроков поставки.

Суд отмечает, что график поставки, предложенный ответчиком в письме №320/19 от 28.10.2020, находился за пределами срока поставки, определенного в договоре № 12/3 от 18.09.2019.  

31.10.2019 ООО «Вивл» направило истцу еще два письма: №324/19 с предложением заключить Дополнительное соглашение к договору о поставке товара с улучшенными характеристиками и №326/19 с указанием сроков поставки товара.

При этом из письма ответчика  №326/19 от 31.10.2019 следует, что график поставки товара также формировался с учетом информации дистрибьютора, который корректировал  сроки по мере поступления информации от производителя. Из указанного письма следует, что предлагаемый ответчиком график поставки товара также  выходил за пределы срока поставки, определенного в пункте 4.1 договора  № 12/3 от 18.09.2019.

06.11.2019 ответчиком в адрес Заказчика направлено письмо №330/19 от 06.11.2019 с приложением проекта дополнительного соглашения к договору о поставке товара с улучшенными характеристиками.

04.12.2019 сторонами было подписано дополнительное соглашение № 2 к договору № 12/3 от 18.09.2019, согласно которому вносились изменения в спецификацию, касающиеся характеристик поставляемого товара. Условия договора о цене и о сроках поставки товара  дополнительным соглашением № 2 от 04.12.2019 не изменялись. 

Из материалов дела следует, что фактически поставка товара производилась ответчиком 28.11.2019, 05.12.2019, 08.12.2019, 09.12.2019, 10.12.2019, 13.12.2019, 14.12.2019, то есть с нарушением предельного срока поставки (18.11.2019), установленного пунктом 4.1 договора.

Доводы ответчика о том, что предмет поставки был окончательно согласован только  в дополнительном соглашении № 2 от 04.12.2019 к Договору и сроки поставки следует исчислять с момента подписания указанного дополнительного соглашения, судом отклоняются исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Как следует из материалов дела, все существенные условия договора были согласованы сторонами 18.09.2019 в договоре № 12/3 от 18.09.2019, спецификации (приложение № 1 к договору) и техническом задании (приложение № 2 к договору).

По смыслу пункта 1 статьи 450, пункта 1 статьи 452 и пункта 1 статьи 453 ГК РФ подписание сторонами дополнительного соглашения к договору является изменением условий уже заключенного договора.  

Как указано судом выше, дополнительное соглашение № 2 от 04.12.2019 к договору № 12/3 от 18.09.2019 не содержало в себе условий о новых сроках поставки товара, при этом указанное дополнительное соглашение было заключено после истечения срока поставки товара определенного в пункте 4.1 договора  № 12/3 от 18.09.2019.

Ответчиком не представлено суду доказательств того, что на момент истечения срока поставки (18.11.2019) у ООО «Вивл» имелась реальная возможность поставить товар с характеристиками, определенными в договоре № 12/3 от 18.09.2019 с учетом дополнительного соглашения №1 от 18.09.2019, спецификации (приложение № 1 к договору) и технического задания (приложение № 2 к договору) и что истец отказался принять надлежащее исполнение по договору.

Из пояснений представителя ответчика следует, что необходимость заключения  дополнительного соглашения № 2 от 04.12.2019 к договору № 12/3 от 18.09.2019 была обусловлена отсутствием у ООО «Вивл» возможности поставить товар с характеристиками, определенными в договоре № 12/3 от 18.09.2019 с учетом дополнительного соглашения №1 от 18.09.2019.

Таким образом, нарушение сроков поставки товара по договору № 12/3 от 18.09.2019 не было обусловлено заключением дополнительного соглашения № 2 от 04.12.2019 к спорному договору, а явилось следствием нарушения сроков поставки контрагентами  ООО «Вивл».

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

В соответствии  со статьей 330 ГК РФ  неустойкой (штрафом, пеней) признается  определенная законом или договором  денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения  обязательств, в частности, в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Пунктом 7.2.1 договора № 12/3 от 18.09.2019 предусмотрено, что пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения Поставщиком обязательства, предусмотренного договором, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного договором срока исполнения обязательства, и устанавливается в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены договора, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных договором и фактически исполненных Поставщиком.

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 04.12.2018 № 302-ЭС18-10991, от 18.09.2019 № 308-ЭС19-8291 выражена правовая позиция, из которой следует, что при расчете неустойки за нарушение обязательств по контракту надлежит руководствоваться ключевой ставкой Центрального Банка Российской Федерации, действовавшей на день прекращения соответствующего обязательства (в том числе исполнением), поскольку именно на указанную дату наступает определенность в отношениях сторон по вопросу о размере подлежащей уплате неустойки.

Поскольку поставка товара ответчиком производилась с нарушением срока, установленного пунктом 4.1 договора № 12/3 от 18.09.2019, требования истца о взыскании неустойки являются правомерными.

Проверив представленный истцом расчет неустойки, суд находит его соответствующим договору и фактическим обстоятельствам дела.

Ответчик заявил ходатайство об уменьшении размера неустойки.

Суд находит ходатайство ответчика не подлежащим удовлетворению, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. 

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 73 и 75 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Заявляя ходатайство об уменьшении размера неустойки, ответчик не представил каких-либо доказательств несоразмерности начисленной неустойки последствиям нарушения обязательства либо доказательств того, что взыскание неустойки в заявленном размере может повлечь за собой получение истцом необоснованной выгоды.

При этом суд учитывает, что размер неустойки по Договору № 12/3 от 18.09.2019 в размере 1/300 действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации за каждый день просрочки в 5 раз ниже обычно применяемого размера договорной неустойки (0,1% в день).  

С учетом вышеизложенного суд не находит оснований для уменьшения размера неустойки и удовлетворяет требования истца в полном объеме.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования Государственного автономного учреждения здравоохранения «Медицинский информационно-аналитический центр» удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Вивл» в пользу Государственного автономного учреждения здравоохранения «Медицинский информационно-аналитический центр» 292 338 руб. 40 коп. неустойки.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Вивл» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 8847 руб. 

Решение может быть обжаловано в Двадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия. Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Брянской области.

СудьяХалепо В.В.