872/2023-105525(1) 

 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.  

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения арбитражного суда,  

не вступившего в законную силу  11АП-2210/2023, 11АП-6572/2023

Дело № А65-37255/2018

г. Самара

25 мая 2023 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Мальцева Н.А., судей Бессмертной О.А., Поповой Г.О., 

 при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании 18 мая 2023 года в помещении суда,  в зале № 2,  

апелляционные жалобы ИП ФИО2, финансового  управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда  Республики Татарстан от 22 декабря 2022 года, вынесенное по заявлению финансового  управляющего ФИО4 (вх.5935) о признании брачного  договора от 01.02.2016г., заключенный между ФИО5 и  ФИО6 недействительной сделкой и применении  последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) ФИО5, (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>),  

с участием: 

от ИП ФИО2 - представитель ФИО7, по доверенности от  18.04.2023,  

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.12.2018 принято  к производству заявление Общества с ограниченной ответственностью  "БизнесПроектИнвест", возбуждено производство по делу о несостоятельности  (банкротстве) ФИО5.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.02.2019 требования  Общества с ограниченной ответственностью «БизнесПроектИнвест» признаны  обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура  реализации его имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО8, члена Саморегулируемой межрегиональной общественной организации  «Ассоциация антикризисных управляющих».  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.10.2019 суд  освободил финансового управляющего ФИО8, члена  Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация  антикризисных управляющих» от исполнения возложенных обязанностей в деле   № А65-37255/2018 о банкротстве ФИО5, (ИНН  

<

***>, СНИЛС 

<

***>).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.12.2019  ходатайство удовлетворено и финансовым управляющим утвержден ФИО4 (почтовый адрес: 420029, г.Казань, а/я 85) члена Саморегулируемой  организации Союз «Арбитражных управляющих «Правосознание».  

В Арбитражный суд Республики Татарстан 18.02.2020 поступило заявление  финансового управляющего ФИО4 (вх.5935) о признании  брачного договора от 01.02.2016г., заключенного между ФИО5 и ФИО6 недействительной сделкой и  применении последствий недействительности сделки.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.10.2020 в  удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО4 (вх.5935) о признании брачного договора от 01.02.2016г., заключенный  между ФИО5 и ФИО6  недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки в  рамках дела А65-37255/2018 отказано.  

Постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции от 02.02.2021  определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.10.2020 оставлено без  изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.  

Постановлением арбитражного суда кассационной инстанции от 25.05.2021  определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.10.2020 и Постановление  арбитражного суда апелляционной инстанции от 02.02.2021 отменено, обособленный  спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.  

Отменяя судебный акт и отправляя на новое рассмотрение данный  обособленный спор, суд кассационной инстанции указал, в том числе, на  необходимость проверки доводов по наличию оснований для признания сделки  недействительной по основания п. 2. ст. 61.2 Закона о банкротстве на предмет  ущербности сделки.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.12.2022 в  удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, кредитор ИП ФИО2 и  финансовый управляющий обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный  суд с апелляционной жалобой, в которых просят его отменить, принять по делу новый  судебный акт об удовлетворении требований заявителя в полном объеме.  

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от  апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено.  

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела,  о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на  официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети  Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст.  121 АПК РФ.  

В судебном заседании представитель заявителя апелляционной жалобы  поддержала жалобы, просила судебный акт отменить и признать оспариваемую  сделку недействительной как совершенную в ущерб кредиторам.  

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем  направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте  судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного  апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с  требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть  апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной  инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Выслушав представителя заявителя апелляционной жалобы, исследовав 

материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со  статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции  норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в  судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в  деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд усматривает  основания для отмены обжалуемого судебного акта.  

В соответствии с положением части 1 статьи 223 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 32 Федерального  Закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о  банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными  судами по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями,  предусмотренными законодательством о банкротстве.  

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 9 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах,  связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в деле  о банкротстве граждан" (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от  25.12.2018 N 48), финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования  признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными  и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о  банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение  супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 3 38 Семейного кодекса  Российской Федерации) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением  прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи  10, 168, 170 пункт 1, статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

С учетом даты возбуждения дела о банкротстве Должника (06.12.2018) и даты  её совершения (01.02.2016), оспариваемая финансовым управляющим сделка может  быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2  Закона о банкротстве и ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации,  поскольку совершена ранее чем за два года до возбуждения дела о банкротстве, но в  пределах трех лет (абз. 4 п. 4, п. 15 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N  63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона  "О несостоятельности (банкротстве)"). В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о  банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом  недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия  заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления  и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов  и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда  имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения  сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена  безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату  (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с  выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии  одного из указанных условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на  последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее  совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной  отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено  законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего  исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской  отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

 Как следует из материалов дела, и установлено судом в рамках иного  обособленного спора по делу о банкротстве Должника, 24.07.1999г. между  ФИО6 и ФИО5 заключен брак, зарегистрированный городским  отделом ЗАГС г. Казань. Супругам выдано свидетельство о заключении брака от  24.07.1999 серия 

<

...>. 01.02.2016 между ФИО5 и ФИО6 был заключен брачный договор.  

Указанный договор удостоверен нотариусом города Москвы ФИО9 и зарегистрирован в реестре за № 14-95.  

Согласно п. 1.1 брачного договора от 01.02.2016 77АБ № 8583805, имущество,  которое было и будет приобретено супругами во время брака, будет являться личной  собственностью того из супругов, на имя которого оно оформлено и зарегистрировано.  

Это распространяется на любое имущество, как движимое, так и недвижимое. 

В соответствии с п. 1.2 брачного договора от 01.02.2016 77АБ № 8583805, в  случае расторжения брака супругами по взаимному согласию либо по инициативе  одного из супругов на все нажитое во время брака имущество сохраняется правовой  режим, определенный брачным договором.  

Согласно п. 2.1 брачного договора от 01.02.2016 77АБ № 8583805, каждый из  супругов обязан уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, изменении  или о расторжении настоящего брачного договора. Согласно свидетельству о  расторжении брака от 10.11.2016 серия 

<

...>, выданному выданным  Гагаринским отделом ЗАГС Управления ЗАГС г. Москвы, брак между ФИО6 и Должником прекращен 25.10.2016.  

Полагая, что брачный договор нарушает прав и законные интересы Должника и  его кредиторов, финансовый управляющий обратился с рассматриваемым  требованием о признании его недействительным и применении последствий его  недействительности.  

Суд первой инстанции посчитал, что доказательств того, что при заключении  брачного договора супруги преследовали неправомерный интерес, отличный от  предусмотренного Семейным кодексом Российской Федерации, причинили ущерб  интересам кредиторам Должника, либо преследовали такую цель, финансовым  управляющим не представлено. В этой связи, придя к выводу об отсутствии  совокупности обстоятельств, предусмотренных п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ  от 23.12.2010 N 63, п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 для признания сделки недействительной.  

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 6 Постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48 в деле о банкротстве гражданина  учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника,  так и требования по общим обязательствам супругов.  

Погашение этих требований за счет конкурсной массы осуществляется в  следующем порядке.  

Сначала погашаются требования всех кредиторов, в том числе кредиторов по  текущим обязательствам, из стоимости личного имущества должника и стоимости  общего имущества супругов, приходящейся на долю должника. Затем средства,  приходящиеся на долю супруга должника, направляются на удовлетворение  требований кредиторов по общим обязательствам (в непогашенной части), а  оставшиеся средства, приходящиеся на долю супруга должника, передаются этому  супругу (пункты 1 и 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации (далее -  СК РФ). Вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в  деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт  2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве).  

К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника,  который обладает правами ответчика.  

Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на  наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил  требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с  заявлением о признании его требования общим обязательством супругов;  соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60  Закона о банкротстве с участием супруга должника.  

Таким образом, Верховным Судом Российской Федерации даны разъяснения,  согласно которым в реестре требований кредиторов гражданина – должника  учитываются обязательства кредиторов как по личным обязательствам самого  должника, так и по общим обязательствам с супругом (бывшим супругом).  

При этом, согласно названным разъяснениям, право установить  соответствующее обязательство в реестре требований кредиторов должника  принадлежит только самому кредитору и реализуется путем подачи отдельного  заявления в порядке пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве.  

В этой связи, сам по себе факт возникновения соответствующего обязательства  гражданина - должника в период брака не влечет автоматического признания его  общим с супругом – бывшим супругом. В рамках разъяснений, данных Верховным  Судом Российской Федерации, данный вопрос разрешается в рамках отдельного  производства с привлечением супруга, который в таком споре обладает правами  соответчика (п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48). В  системном толковании с п.п. 8, 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  25.12.2018 N 48, названные разъяснения устанавливают, что для включения в состав  конкурсной массы Должника имущества, находящегося в собственности его бывшей  супруги в результате произведенного раздела во внесудебном порядке, требуется  наличие у бывших супругов общих обязательств, которые возникли до осуществления  такого раздела имущества.  

В ином случае, кредиторы, не реализовавшие право на предъявление  требования к супругу должника (путем признания обязательства общим) в  соответствующем юрисдикционном порядке, не вправе требовать обращения  взыскания на имущество супруга. При рассмотрении настоящего обособленного спора  заявителем также не представлено доказательств, указывающих на соблюдение  предусмотренных Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48  условий.  

Ни один из кредиторов, чьи требования были включены в реестр требований  кредиторов Должника, не заявлял требований об установлении его обязательств в  качестве общих обязательств ФИО5 и ФИО6  

Решения иных судов, которые установили факт признания соответствующих  обязательств общими, кредиторами также не представлено.  

Как указано выше, при определении вреда имущественным правам кредиторов  следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника  за счет его имущества.  

В данном случае, принимая во внимание отсутствие у Должника в реестре  требований кредиторов обязательств, признанных в соответствующем  юрисдикционном порядке общими, суд первой инстанции пришёл к выводу об  отсутствии ущерба в результате совершения оспариваемой сделки.  

Обязательство ООО «БизнесПроектИнвест» возникло в 2012 году вследствие  переплаты по договору купли-продажи земельного следствие цели их причинения при  заключении оспариваемой что установлено по делу о банкротстве Должника, на  основании Решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.02.2019 и  Решения Советского районного суда г. Казани от 02.07.2018 по делу № 2-5439/2018, на  основании договора купли-продажи земельного участка от 19.09.2011, заключенного  между ООО «БизнесПроектИнвест» и ФИО5 Общий срок исковой  давности по данному требованию истек в 2015-м году, при этом допустимых  доказательств прерывания течения срока исковой давности кредитором, либо  финансовым управляющим не представлено. Сам факт переплаты по договору купли-продажи земельного участка от 19.09.2011 не проверялся судом поскольку решение  суда принято на основании признания иска и предоставления документов о новации.  

При этом суд первой инстанции указал, что из предоставленного в материалы  дела о банкротстве ФИО5 заключения эксперта Министерства юстиции  Российской Федерации ФБУ Средне-Волжский региональный центр судебной  экспертизы от 24.05.2019г. № 173 (3074)/08-2, проведенного на основании  Определения от 21.11.2018г. по гражданскому делу № 2-7159/2018 были установлены  следующие факты, применительно к досудебной претензии № 39 от 21.12.2015,  адресованной ООО «БизнесПроектИнвест» ФИО5 в отношении  задолженности по договору от 19.09.2011г. Согласно заключению эксперта, время  выполнения оттиска печати ООО «БизнесПроектИнвест» на досудебной претензии,  подписи от имени ФИО5 на досудебной претензии, а также подписей от  имени ФИО5 в ответе на досудебную претензию не соответствуют датам,  указанным в названных документах. Оттиски печатей и подписи выполнены не ранее  2017 года, уже после расторжения брака с ФИО6 и истечения срока  исковой давности.  

Кроме того, вступившими в законную силу Определением Арбитражного суда  Республики Татарстан от 17.09.2019 по делу № А65-37255/2018 установлены факты,  свидетельствующие о наличии фактической заинтересованности между ООО  «БизнесПроектИнвест» и Должником, а также о злоупотреблении правом в виде  искусственного создания задолженности по другим обязательствам.  

Так же при рассмотрении дела о банкротстве ООО «Центр защиты  корпоративного права» № А40-273930/2018 судом при рассмотрении обособленных  споров установлены предпринимательские связи, которые указывают на наличие  согласованных действий между, ФИО5, ООО «БизнесПроектИнвест»,  

ООО «Кантри-Девелопмент», а также другими участниками группы компаний  ФИО5 3.  

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, а  именно: заинтересованность кредитора по соответствующему обязательству по  отношению к Должнику; установленные факты согласованных противоправных  действий, направленных на прерывание сроков исковой давности по  соответствующему обязательству; не предъявление требования о признании  обязательства общим в соответствующем юрисдикционном порядке; не предъявление  требования об исполнении обязательства к солидарному должнику – бывшей супруге;  суд пришёл к выводу об отсутствии факта причинения ущерба интересам данного  кредитора оспариваемой сделкой.  

В отношении обязательства Должника перед ИП ФИО2 арбитражный  суд первой инстанции усмотрел наличие аналогичной совокупности обстоятельств.  

Согласно Определению Арбитражного суда Республики Татарстан от  13.07.2020 по делу № А65-37255/2018, обязательство Должника перед  правопредшественником ИП ФИО2 возникло из договора купли-продажи доли  от 14.10.2014 № 000 16 АА 2419793, заключенном между ФИО5 и ООО  «КантриДевелопмент».  

По условиям договора должник приобрел 10,5 % доли в ООО «Сити-Лидер» и  обязался уплатить стоимость в размере 7 362 747 руб. в течение трех лет с даты  подписания договора.  

Таким образом, на дату заключения оспариваемой сделки названное  обязательство не являлось просроченным Должником.  

Суд первой инстанции указал, что в рамках иного обособленного спора по делу  о банкротстве ФИО5 установлена фактическая заинтересованность между  ООО «КантриДевелопмент» и Должником, что указывает на очевидную  осведомленность данного кредитора, и как следствие его сингулярного  правопреемника, о наличии брачного договора.  

Являясь сингулярным правопреемником заинтересованного к Должнику ООО  «Кантри Девелопмент», а следовательно также заинтересованным по отношению к  Должнику лицом, ИП ФИО2 не может ссылаться на свою неосведомленность  относительно наличия у Должника брачного договора с ФИО6  

Соответственно ИП ФИО2, отказавшись от предъявления требования к  солидарному должнику в установленные законом сроки, не вправе претендовать на  удовлетворение требования за счет имущества бывшей супруги.  

Формальная ссылка заявителя на абз. 1 п. 6 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 не может быть принята  во внимание в отрыве от разъяснений, изложенных в абз. 2 п. 6 названного  Постановления и раскрывающих юрисдикционный порядок признания обязательства  общими в деле о банкротстве одного из супругов. Поскольку ИП ФИО2, равно  как и другие конкурсные кредиторы ФИО5 с соответствующим требованием  в порядке ст. 60 Закона о банкротстве в Арбитражный суд Республики Татарстан не  обратились, постольку не подлежит распределению имущество бывшей супруги в деле  о банкротстве Должника.  

В этой связи, принимая во внимание установленные факты неправомерного  процессуального поведения Должника и его кредиторов в рамках иных обособленных  споров, обязательство перед ООО «Кантри-Девелопмент» (ИП ФИО2) также  не может быть принято во внимание для целей определения совокупности оснований  для признания сделки недействительной. Кроме того, названным Определением  требование установлено в деле о банкротстве Должника как личное обязательство  ФИО5 Требований о признании его общим обязательством бывших супругов  

кредитором не заявлялось. Поскольку ООО «Кантри-Девелопмент» и его  правопреемник  

В соответствии с Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от  07.06.2019 обязательство Должника перед ПАО «Сбербанк» на сумму основного долга  в размере 477 736,04 руб. возникло позднее даты расторжения брака между супругами.  Согласно предоставленному кредитором в обоснование данного требования расчету  задолженности от 14.03.2019г. 5484014201350050 дата образования первой срочной  задолженности ФИО5 по кредитной карте - 29.12.2018г. Таким образом,  данное обязательство представляет собой личное обязательство Должника, возникшее  спустя два года после заключения оспариваемой сделки. Иных доказательств в  материалы дела заявителем не представлено.  

Таким образом, ни одно из названных обязательств не признано общим  обязательством Должника с ФИО6 Бывшая супруга на правах соответчика  к участию в споры по включению в реестр требований кредиторов не привлекалась,  поскольку срок исковой давности по каждому из противопоставляемых ей требований  истек. При этом кредиторы ООО «БизнесПроектИнвест» и ИП ФИО2, срок  возникновения обязательства должника перед которыми совпадает с периодом брака  должника, являются аффилированными и экономически взаимозависимыми по  отношению к самому Должнику лицами.  

Суд первой инстанции указал, что при повторном рассмотрении настоящего  заявления судом установлено, что ФИО5 и ФИО6 принадлежит  в равных долях на праве собственности квартира № 88 в доме № 18 по ул.  Ауенштрассе, 

<

...> этаж (внутренний 18.5.2) жилой площадью 135,60  кв.м., а так же парковочное место 430, 417 в доме № 18 по ул. Ауенштрассе, г.  Мюнхен, ФРГ. Стоимость указанного имущества составила 1051700 Евро.  

В связи с чем суд первой инстанции посчитал, что, на момент заключения  брачного договора, ФИО5 не обладал признаками неплатежеспособности.  

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее. 

Последствием признания брачного договора недействительным в данном  случае является восстановление режима общей совместной собственности супругов,  установленного нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 256) и  Семейного кодекса Российской Федерации (ст. 34).  

По смыслу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве и разъяснений, данных  в пунктах 8 и 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и  распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", имущество  должника, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим  супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам  с последующей выплатой супругу должника части выручки, полученной от  реализации общего имущества.  

Таким образом, при оспаривании сделок, совершённых с имуществом,  находящимся в общей собственности супругов, не требуется установления режима  общих обязательств в отношении требований кредиторов должника. Для  удовлетворения требований кредиторов, установленных судом в качестве личных  обязательств должника, а также текущих обязательств должника, направляется лишь  части выручки, полученной от реализации общего имущества.  

В таком случае супруг (бывший супруг) должника в свою очередь также вправе  претендовать на соответствующую его доле в общем имуществе часть выручки,  полученной от реализации общего имущества.  

Следовательно, отсутствуют основания утверждать, что кредиторы, не  реализовавшие право на установление своих требований в качестве общих  обязательств супругов, не могут претендовать на имущество супруга (бывшего  

супруга) должника. Должник, его супруг (бывший) вправе заявить свои возражения  относительно раздела совместного имущества, порядка его продажи в  соответствующих обособленных спорах.  

Вопреки выводам суда первой инстанции, в материалах дела отсутствуют  имеющие преюдициальное значение судебные акты, устанавливающие факт  осведомлённости конкурсных кредиторов о заключении брачного договора. Должник,  его бывшая супруга ссылались на то, что такая осведомлённость установлена в рамках  иных обособленных споров.  

В силу п. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в  законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не  доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором  участвуют те же лица.  

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 N 30-П,  признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на  обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение  возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные  судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются  другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они  имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит  средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие  принципа правовой определенности.  

Оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению не означает  допустимость ситуации, при которой одни и те же документы получают диаметрально  противоположное толкование судов в разных делах без указания каких-либо причин  для этого. Такая оценка доказательств не может быть признана объективной  (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 N 305-ЭС15- 17704, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации от 19.03.2020 N 305-ЭС19-24795 по делу N А40-195946/2016).  

 Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29.01.2019 N 304-КГ18-15768 по  делу N А46-18028/2017, положения п. 2 ст. 69 АПК РФ касаются лишь вопроса  освобождения от доказывания обстоятельств дела, а не их правовой квалификации,  которая может быть различной и зависит в том числе от характера конкретного спора.  

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  РФ от 06.10.2016 N 305-ЭС16-8204 по делу N А40-143265/2013 указано, что правовая  квалификация сделки, данная судом по ранее рассмотренному делу, хотя и не образует  преюдиции по смыслу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, но учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если  суд, разрешающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать  соответствующие мотивы.  

Судом апелляционной инстанции установлено, что судебных актах по делу  А40-273930/2018, на которое ссылались должник и его бывшая супруга (например,  Определение от 29.07.2021 по делу А40-273930/2018) в свою очередь указано, что  обстоятельства взаимосвязи ООО «Кантри Девелопмент» и ФИО5 «по делу  о банкротстве ФИО5», то есть в рамках настоящего дела.  

При этом, в рамках настоящего спора доказательств осведомлённости ООО  «Кантри Девелопмент» или его правопреемника ИП ФИО2 о заключении  брачного договора не имеется. Следовательно, сторонами не представлено  конкретного судебного акта, имеющего преюдициальное значение для настоящего  спора и устанавливающего обстоятельства осведомлённости кредиторов о заключении  брачного договора.  

Ссылка суда первой инстанции на то, что на момент заключения брачного  договора обязательств перед правопредшественником ИП ФИО2 не было  просроченным, не имеет правового значения.  

Обязательство Должника перед правопредшественником ИП ФИО2  возникло из договора купли-продажи доли от 14.10.2014 № 000 16 АА 2419793,  заключенном между ФИО5 и ООО «Кантри-Девелопмент». По условиям  договора должник приобрел 10,5 % доли в ООО «Сити-Лидер» и обязался уплатить  стоимость в размере 7 362 747 руб. в течение трех лет с даты подписания договора. С  момента заключения договора данное обязательство считается неисполненным. По  истечении срока исполнения обязательства, кредитор может обратиться за защитой  своего нарушенного права в судебном порядке. В таком случае, правовое значение  имеет момент возникновения обязательства (14 октября 2014 года), а не момент его  нарушения. Следовательно, обязательства возникло до заключения брачного договора  (1 февраля 2016 года), а сделки совершённые после возникновения обязательства  могли причинить ущерб кредиторам.  

Вопреки выводам суда первой инстанции истечение срока исковой давности по  защите права ООО «Бизнеспроектинвест» не меняет правой природы обязательства и  срока его возникновения, на что указывал также суд кассационной инстанции при  направлении настоящего обособленного спора на новое рассмотрение.  

Относительно вывода о том, что за ФИО5 и ФИО6  принадлежит в равных долях на праве собственности квартира № 88 в доме № 18 по ул.  Ауенштрассе, 

<

...> этаж (внутренний 18.5.2) жилой площадью 135,60  кв.м., а так же парковочное место 430, 417 в доме № 18 по ул.Ауенштрассе, г. Мюнхен,  ФРГ, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить нижеследующее.  

Брачный договор от 01.02.2016 фактически не изменил режим собственности  супругов, так как по представленному в дело договору участия в долевом  строительстве квартира № 88 в доме № 18 по ул. Ауенштрассе, 

<

...> этаж  (внутренний 18.5.2) жилой площадью 135,60 кв.м., а так же парковочное место 430,  417 в доме № 18 по ул.Ауенштрассе, г. Мюнхен, ФРГ, регистрируются за супругами в  равных долях. Между тем, указанное имущество не включено в состав конкурсной  массы должника. Доказательства регистрации права собственности на указанную  недвижимость по окончании строительства за должником или его бывшей супругой не  представлены в материалы дела. Судом первой инстанции направлялись запросы в  компетентные органы ФРГ относительно наличия у должника или его бывшей супруги  какого-либо имущества. По результатам направления запросов информации об  имуществе не представлено, в связи с чем оно не может быть включено в конкурсную  массу, а кредиторы не могут претендовать на удовлетворение своих требований за  счёт реализации такого имущества.  

Отменяя судебные акты и направляя обособленный спор на новое рассмотрение  суд кассационной инстанции указал на необходимость исследовать доводы  

финансового управляющего об ущербности сделки, в частности о том, что заключая  спорную сделку, супруги преследовали цель не раздела совместно нажитого  супругами имущества, а его передачу в собственность одному из супругов. поскольку  фактически все совместно нажитое имущество перешло к супруге должника, при  наличии у должника на момент совершения сделки неисполненных обязательств перед  ООО «Кантри Девелопмент», ООО «БизнесПроектИнвест», при этом брачный договор  заключен спустя короткое время, после возникновения обязательств у должника, с  последующим расторжением брака.  

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, в  силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по  данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 Постановления).  

Как установлено в судебном заседании, в результате заключения брачного  соглашения на праве личной собственности супруге должника – ФИО6 перешло следующее имущество:  

- квартира (кадастровый номер:77:01:0006005:2250), находящаяся по адресу: 

<

...>, общей площадью 125,1  кв.м., кадастрвоая стоимость 48 681 315 руб.  

- 100% доля в уставном капитале ООО «ИСК «Акташ», у которого на момент  заключения брачного договора имелось право требования к ООО «Строительная  компания Вирта» на сумму 359 911 619 руб., что установлено определениями  Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.07.2016, от 07.07.2016, и от 25.03.2016  по делу А65-28482/2015.  

- право требования к ФИО10 на сумму 60 000 000 рублей,  право требования к ФИО11 на сумму 64 000 000 рублей,  право требования к ФИО12 на сумму 4 500 000 рублей.  

В свою очередь, должнику ФИО5 перешла 10,5%  доля в уставном капитале ООО «Сити-Лидер» номинальным размером 7 730 884,50  рубля, которая уже реализована финансовым управляющим по цене всего 86 868,68  рублей в ходе торгов посредством публичного предложения на ЭТП АО «ЦДТ»  (https://bankrot.cdtrf.ru) по продаже имущества должника (код торгов 157587). Супруга  (бывшая супруга) также должника вправе претендовать на соответствующую её доле в  общем имуществе супругов часть выручки с продажи этого имущества.  

При этом, на момент заключения брака у должника имелась задолженность  перед кредиторами, а именно: перед ООО «Кантри девелопмент» на сумму 7 362 747  руб.; перед ООО «БизнесПроектИнвест» - 9 150 000 руб.; перед АО «Банк город»300 000 000 руб.; перед ПАО Сберкбанк - 476 271 руб.  

Участники оспариваемой сделки являются заинтересованными лицами,  поскольку на момент заключения оспариваемой сделки являлись супругами.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в  результате заключения брачного договора от 01.02.2016 конкурсным кредиторам  должника был причинён ущерб в размере соответствующей доле должника в  совместном имуществе выручки с продажи этого имущества. При этом, стоимость  имущества, перешедшего супруге, значительно превышала стоимость имущества  перешедшего должнику.  

Вышеуказанные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о том,  что оспариваемая сделка была совершена с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов, в результате совершения сделки был причинен вред  имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была  знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

В своих дополнительных пояснениях ФИО6 указывает, что ее  бывшему супругу перешли активы в гораздо большем объеме, которые  зарегистрированы на подконтрольных ФИО5 лиц.  

Однако, достаточных доказательств этим обстоятельствам не представлено,  тем более, что если такое имущество действительно имеется, она не лишена  возможности претендовать на раздел такого имущества, в том числе и в судебном  порядке.  

Ссылка на то, что один из крупных кредиторов АО «Банк город» на 300 000 000  руб. не включен в реестр требований кредиторов должника, что свидетельствует об  отсутствии оснований утверждать наличие цели причинения вреда кредиторам,  несостоятельна, поскольку причиной отказа во включении в реестр явилось то  обстоятельство, что основной заемщик на момент обращения в суд с заявлением о  включении в реестр требований кредиторов был исключен из ЕГРЮЛ, а на момент  заключения брачного договора долг имелся и не был погашен.  

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Республики  Татарстан от 22 декабря 2022 года по делу А65-37255/2018 необходимо отменить  

Заявление удовлетворить. 

Признать брачный договор от 01.02.2016, заключенный между ФИО5 и ФИО6, недействительным.  

Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления  режима общей собственности супругов в отношении имущества, приобретенного  ФИО5 и ФИО6 в период  брака.  

Судебные расходы распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ  

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд   

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22 декабря 2022  года по делу А65-37255/2018 отменить  

Заявление удовлетворить. 

Признать брачный договор от 01.02.2016, заключенный между ФИО5 и ФИО6, недействительным.  

Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления  режима общей собственности супругов в отношении имущества, приобретенного  ФИО5 и ФИО6 в период  брака.  

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО5 компенсацию уплаченной государственной пошлины за рассмотрение  заявления в суде первой инстанции и за подачу апелляционной жалобы в общем  размере 9 000,00 руб.  

Взыскать с ФИО6 в пользу ИП ФИО2 компенсацию уплаченной государственной пошлины за подачу  апелляционных и кассационной жалоб в общем размере 9 000,00 руб.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через  арбитражный суд первой инстанции.  

ПредседательствЭулюекщтриойнн ая п одпись  действит ельна. Н.А. Мальцев  Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Судьи Д ата 09.02. 2023 7:50: 00  О.А. Бессмертная  

Кому выдана Попова Галина Олеговна

 Г.О. Попова 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 07.02.2023 3:24:00Кому выдана Мальцев Николай АлександровичЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 12.09.2022 7:35:00

Кому выдана Бессмертная Ольга Александровна