АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КРАСНОЯРСКОГО  КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

26 февраля 2020 года

Дело № А33-16313/2019

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 18.02.2020 года.

В полном объёме решение изготовлено 26.02.2020 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску Сикамова Виталия Александровича, действующего в интересах общества с ограниченной ответственностью «АМК Альфа» (ИНН  2465121403, ОГРН  1152468009495)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (244201659828, ОГРН 

<

***>)

с участием в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3, ФИО4,

о признании сделки недействительной,

в присутствии в судебном заседании: 

- от истца: ФИО5, представителя по доверенности от 15.05.2019, личность установлена на основании паспорта,

- от ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2: ФИО6, представителя по доверенности от 02.07.2019, личность установлена на основании паспорта,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО7,

установил:

ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском к  индивидуальному предпринимателю ФИО2, к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее – ответчики) о признании недействительным договора займа б/н от 23.06.2017, о применении последствий недействительности сделки путем возврата суммы займа в размере 9 000 000 руб., о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 581 609 руб. 59 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением от 05.06.2019 исковое заявление принято к производству суда.

Определением от 11.07.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3 

Определением от 17.09.2019 (в полном объеме изготовлено 24.09.2019) производство по делу в части требований к индивидуальному предпринимателю ФИО4 прекращено в связи с отказом от исковых требований к ФИО4 Протокольным определением от 17.09.2019 ФИО4 был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Требования истца основаны на том, что после приобретения 100% доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «АМК Альфа» им обнаружено, что до приобретения доли общество предоставило займ ответчику на сумму 9 000 000 руб., что превышает 25% стоимости активов общества. Поскольку при совершении сделки одобрение со стороны общего собрания участников общества не было получено, истец полагает, что сделка по предоставлению займа является недействительной.

Кроме того, истец отмечал, что условия договора займа противоречат основной цели деятельности общества по получению прибыли, предоставление займа являлось экономически нецелесообразным, а условия займа свидетельствуют о совершении сделки на заведомо невыгодных условиях с учетом того, что при предоставлении займа обязательства по его возврату ни чем не было обеспечено. Истец ссылается на причинение ущерба обществу в связи с предоставлением займа ответчику. Истец полагает, что между ответчиком и руководителем общества имелся сговор, а также между руководителем общества и его единственным учредителем имелся корпоративный конфликт относительно полномочий руководителя общества. Истец ссылался на то, что ответчик знал о том, что сделка по предоставлению займа была совершена без согласия на то учредителя общества. А также истец указал на то, что фактически им при покупке доли в уставном капитале общества было уплачено 1 500 000 руб., несмотря на то, что по договору стоимость приобретенной доли составила 10 000 руб.

Ответчик возражал против удовлетворения заявленного иска, отмечая, что заключение договора займа соответствовало цели осуществления предпринимательской деятельности обществом, а отсутствие обеспечения обязательств по договору займа было обусловлено волей сторон при заключении сделки, ущерб обществу от заключения договора займа не был причинен с учетом условий о платности пользования займом и стоимости активов общества по состоянию на 31.12.2016. Также ответчик отметил, что после того, как истец приобрел 100% доли в уставном капитале общества, им частично были исполнены обязательства по договору займа в виде уплаты процентов за пользование займом за один год. 

Кроме того, ответчик ссылался на то, что он не знал о том, что при совершении сделки по предоставлению займа требовалось одобрение общего собрания общества. Ответчик полагает, что руководитель общества, действовавший от имени юридического лица при заключении сделки, имел полномочия на совершение сделки без получения соответствующего одобрения общего собрания. 

Ответчик ссылался на пропуск истцом срока исковой давности в 1 год, полагая, что срок исковой давности истек 23.06.2018 и ссылаясь на то, что предыдущий единственный участник общества был осведомлен о заключении сделки по предоставлению займа.

Иные лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились. Сведения о дате и месте слушания размещены на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

ФИО3 приняла решение № 1 от 20.02.2015 о создании общества с ограниченной ответственностью «АМК Альфа» с уставным капиталом 10 000 руб. и назначением себя директором общества. Согласно сведениями единого государственного реестра юридических лиц общество было зарегистрировано в качестве юридического лица 03.03.2015 с присвоением ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>.

Между обществом и индивидуальным предпринимателем ФИО4 20.05.2016 был заключен договор оказания услуг по управлению юридическим лицом, согласно которому ФИО4 принял на себя выполнение обязанностей единоличного исполнительного органа общества. 

23.06.2017 между обществом (заимодавец) от имени ФИО4 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 был заключен договор займа от 23.06.2017, по условиям которого общество предоставило ответчику займ в размере 9 000 000 руб. сроком возврата до 23.06.2022 с выплатой процентов за пользование займом в размере 8,5% годовых. 

Фактическое предоставление займа подтверждается платежным поручением № 42 от 23.06.2017 на сумму 9 000 000 руб., выпиской по счету общества.

На момент рассмотрения спора ответчик выплатил обществу проценты за пользование займом в размере 765 000 руб. согласно платежному поручению № 636 от 30.08.2018.

15.02.2018 ФИО3, являясь единственным участником общества приняла решение, которым ФИО4 был снят с должности руководителя общества, а договор оказания услуг по управлению юридическим лицом от 20.05.2016 был расторгнут. Этим же решением на должность директора была назначена ФИО8, о чем в единый государственный реестр юридических лиц была внесена соответствующая запись от 21.02.2018.

30.05.2018 между ФИО3 и истцом был заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «АМК Альфа», по которому истец приобрел 100% доли в уставном капитале общества в размере 10 000 руб. Договор был нотариально заверен, ему присвоены серия и номер 24 АА 3178021, 26.06.2018 на основании заключенного договора в единый государственный реестр юридических лиц были внесены изменения сведений о составе участников юридического лица.

Согласно данным бухгалтерской отчетности по состоянию на 31.12.2016 стоимость активов общества составляла 35 563 000 руб. Истец полагает, что предоставление займа в размере 9 000 000 руб. превышает 25% стоимости активов общества, в связи с чем ее заключение требовало одобрения решением общего собрания участников общества. Поскольку такого одобрения не было получено, истец обратился в суд с заявленным иском об оспаривании договора займа.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы присутствующих в заседании лиц, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников, порядок создания, реорганизации и ликвидации общества регламентируются Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью). 

По существу заявленного иска истец оспаривал договор займа как крупную сделку, которая была совершена без соответствующего одобрения общим собранием участников общества. Порядок оспаривания крупных сделок регламентируется статьей 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Кроме того, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" (далее – Постановление Пленума) даются разъяснения по применению положений статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

В пункте 9 указанного Постановления Пленума отмечается, что для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью):

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности. При оценке возможности наступления таких последствий на момент совершения сделки судам следует принимать во внимание не только условия оспариваемой сделки, но также и иные обстоятельства, связанные с деятельностью общества в момент совершения сделки.

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

Согласно пункту 18 Постановления Пленума в силу абзаца третьего пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью на истца возлагается бремя доказывания того, что другая сторона по сделке знала (например, состояла в сговоре) или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение.

Заведомая осведомленность о том, что сделка является крупной (в том числе о значении сделки для общества и последствиях, которые она для него повлечет), предполагается, пока не доказано иное, только если контрагент, контролирующее его лицо или подконтрольное ему лицо является участником (акционером) общества или контролирующего лица общества или входит в состав органов общества или контролирующего лица общества. Отсутствие таких обстоятельств не лишает истца права представить доказательства того, что другая сторона сделки знала о том, что сделка являлась крупной, например письмо другой стороны сделки, из которого следует, что она знала о том, что сделка является крупной.

По общему правилу, закон не устанавливает обязанности третьего лица по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка крупной для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена (в том числе отсутствует обязанность по изучению бухгалтерской отчетности контрагента для целей определения балансовой стоимости его активов, видов его деятельности, влияния сделки на деятельность контрагента). Третьи лица, полагающиеся на данные единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из наличия у них полномочий на совершение любых сделок (абзац второй пункта 2 статьи 51 ГК РФ).

Материалами дела подтверждается, что на 31.12.2016 согласно бухгалтерской отчетности стоимость активов общества составляла 35 563 000 руб. Сопоставление балансовой стоимости активов общества с суммой оспариваемой сделки (9 000 000 руб.) позволяет прийти к выводу, что оспариваемая сделка соответствует количественному (стоимостному) критерию крупной сделки. 

На момент совершения оспариваемой сделки в обществе действовал Устав, утв. решением единственного участника общества № 1 от 20.02.2015, согласно подпункту 10 пункта 12.2 которого к исключительной компетенции общего собрания общества относится принятие решения об одобрении крупных сделок. 

В то же время ФИО4, заключая от имени общества оспариваемую сделку, действовал на основании договора оказания услуг по управлению юридическим лицом от 20.05.2016, согласно пункту 2.5 которого ФИО4 предоставлено правомочие на совершение любых сделок, за исключением сделок, стоимость которых превышает 200 миллионов руб., сделки равные и выше оговоренной в данном пункте суммы совершаются только после одобрения учредителем управляемой организации.

При этом согласно пункту 2.2 этого же договора управляющий осуществляет управлением всей текущей деятельностью организации и решает все вопросы, отнесенные Уставом и действующим законодательством к компетенции единоличного исполнительного органа общества, за исключением вопросов, отнесенных к исключительной компетенции общего собрания участников общества. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью единоличный исполнительный орган общества осуществляет полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

Порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа (пункт 4 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Согласно пункту 2 статьи 33  и пункту 3 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является исключительной компетенцией общего собрания участников общества, которое не может быть отнесено уставом общества к компетенции иных органов управления обществом.

Из указанных норм права, с учетом представленных в материалы дела Устава общества и договора оказания услуг по управлению юридическим лицом от 20.05.2016 следует, что оспариваемая сделка подлежала одобрению в порядке статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью как крупная сделка. Положения пункта 2.5 договора от 20.05.2016 противоречат пункту 2.2 этого же договора, а также подпункту 10 пункта 12.2 Устав обществу, из которых следует, что одобрение крупной сделки относится к исключительной компетенции общего собрания участников общества, а ФИО4 были предоставлены правомочия по управлению всей текущей деятельностью организации и решением вопросов, которые не отнесены к исключительной компетенции общего собрания участников общества.

Между тем истцом не представлены доказательства того, что ответчик знал или заведомо должен был знать о том, что оспариваемая в рамках настоящего спора сделка являлась для общества крупной сделкой и при ее совершении отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение со стороны ФИО3, являвшейся на тот момент единственным участником общества.

При этом из материалов дела следует, что ответчик, являясь контрагентом по оспариваемой сделке, не являлся участником или контролирующим лицом общества и не входил в состав органов общества или контролирующего лица общества.

Кроме того, оценивая оспариваемую сделку по качественному критерию, следует отметить, что истцом не представлены доказательства того, что оспариваемая сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности общества при условии установленной законодателем презумпции того, что любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное.

В материалы дела по запросу суда были представлены выписки по счетам общества, отражающим осуществление хозяйственных операций обществом, из которых видно, что общество и ранее до совершения оспариваемой сделки неоднократно предоставляло займы иным контрагентам при неизменности видов и масштабов деятельности общества. При этом предоставление займов обществом, в том числе займа, предоставленного по оспариваемой сделке, не повлекло прекращение деятельности общества. 

На основании закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе РФ принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции, арбитражный суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд не может обязать сторону спора представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в обоснование правовой позиции другой стороны, поскольку в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ каждое лицо, участвующее в деле, самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и возражения.

Поскольку на основании части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, то непредставление доказательств должно квалифицироваться исключительно, как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент, участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 марта 2012 года N 12505/11).

Поскольку истец не представил доказательства осведомленности ответчика, что оспариваемая сделка являлась для общества крупной сделкой и отсутствия надлежащее согласия на ее совершение со стороны общего собрания участников общества, заявленный иск не подлежит удовлетворению.

При этом доводы истца о том, что условия договора займа противоречат основной цели деятельности общества по получению прибыли, предоставление займа являлось экономически нецелесообразным, а условия займа свидетельствуют о совершении сделки на заведомо невыгодных условиях не влияют на выводы об обоснованности заявленного иска, поскольку истец ссылался на данные обстоятельства без представления подтверждающих их доказательств. Из имеющихся в материалах дела доказательств суд не может прийти к выводу, что оспариваемая сделка была заключена в противоречии с целями деятельности общества и на невыгодных условиях, поскольку сделка является возмездной, займ был предоставлен ответчику на условиях выплаты процентов за пользование займом в размере 8,5% годовых и сроком возврата до 23.06.2022, что само по себе не свидетельствует о невыгодности условий оспариваемой сделки. Из материалов дела следует, что ответчик на момент разрешения спора по настоящему делу частично исполнил обязательства по оспариваемой сделке, выплатив истцу проценты за пользование займом за один год в размере 765 000 руб., при этом платеж был совершен 30.08.2018 то есть на момент, когда истец уже являлся единственным участником общества. Указанные обстоятельства не могут свидетельствовать о причинении ущерба обществу. 

Доводы истца о том, что между ответчиком и руководителем общества имелся сговор, а между руководителем общества и его единственным учредителем имелся корпоративный конфликт относительно полномочий руководителя общества, не были подтверждены какими-либо доказательствами, а основаны на вероятностных выводах истца.

Доводы истца о том, что фактически им при покупке доли в уставном капитале общества было уплачено 1 500 000 руб., также не влияют на выводы наличии или отсутствии оснований для оспаривания договора займа. При этом данный довод не подтверждается материалами дела. Из представленного в материалы дела договора купли-продажи доли от 30.05.2018 следует, что стоимость приобретенной истцом доли уставного капитала общества составила 10 000 руб., которые были оплачены перед подписанием договора. 

Ответчик в ходе судебного разбирательства заявил о пропуске истцом срока исковой давности. 

Согласно пункту 2 Постановления Пленума срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Переход доли (акции) к иному лицу не влияет на течение срока исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности (пункт 7 Постановления Пленума).

В пункте 3 Постановления Пленума отмечается, что в тех случаях, когда момент начала течения срока исковой давности определяется в зависимости от того, когда о том, что сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, узнал или должен был узнать участник (акционер), предъявивший требование, следует учитывать следующее:

- предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом);

- если приведенные выше правила не могут быть применены, то считается, что участник (акционер) в любом случае должен был узнать о совершении оспариваемой сделки более года назад (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников (акционеров) и не запрашивал информацию о деятельности общества.

Между тем указанные критерии не позволяют определить момент, с которого в рассматриваемом споре ФИО3 узнала о том, что оспариваемая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, поскольку ФИО3 являлась единственным участником общества. Изложенные критерии рассчитаны на случаи множественности участников хозяйственного общества и основаны на необходимости проявления в таких условиях должной осмотрительности и заботливости при реализации своих корпоративных прав. В условиях наличия в обществе единственного участника выводы о пропуске срока исковой давности, ориентированные на тот факт, что единственный участник общества не проводил годовые общие собрания участников по итогам года и не запрашивал информацию о деятельности общества, не допустимы. 

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности (пункт 10 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

Заявив о пропуске срока исковой давности, ответчик ссылался на то, что ФИО3 была осведомлена о том, что оспариваемая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения и не обращалась в суд в установленном порядке для оспаривания договора займа. 

От ФИО3 в материалы дела поступил отзыв на заявленный иск, в котором она пояснила, что 24.05.2018 она обнаружила из выписки счета общества о совершении оспариваемой сделки, о чем в тот же день она сообщила директору общества – ФИО8 Также ФИО3 отметила, что оспариваемый договор она впервые увидела после мая 2018 года. Ранее данный договор она не видела, ФИО4 ей о нем ничего не говорил, согласие на одобрение данной сделки она не давала, данная сделка была совершена без ее ведома. 

Однако в материалы дела было представлено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.10.2019, утвержденного врио заместителя начальника полиции МУ МВД России «Красноярское» по материалам КУСП № 24530, в котором зафиксированы показания ФИО3 по факту своей деятельности в ООО «АМК Альфа» и заключению обществом оспариваемой сделки. Согласно ее показаниям ей было известно о заключении оспариваемой сделки. ФИО3 отметила, что оспариваемый договор был заключен в соответствии с действующим законодательством. 

Таким образом, пояснения в отзыве ФИО3 противоречат ее показаниям, изложенным в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.10.2019 и из них невозможно точно и достоверно определить момент, с которого она была осведомлена о том, что оспариваемая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения.

Кроме того, согласно акту приема-передачи дел при смене учредителя от 25.05.2018, подписанному ФИО3 и ФИО1, ФИО1 был поставлен в известность о том, что ФИО4 от имени общества незаконно было переведено на счет ответчика 9 000 000 руб. без ведома ФИО3 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что истец не мог узнать о том, что оспариваемая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения ранее 25.05.2018. Доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что сам истец или ФИО3 ранее указанной даты были осведомлены об основаниях для оспаривания договора займа, в материалы дела не представлено ответчиком. Между тем истец направил в суд исковое заявление почтовой связью 24.05.2019. С учетом изложенного, суд не находит обоснованным заявление о пропуске срока исковой давности.

При обращении в суд с заявленным иском истец оплатил государственную пошлину в размере 6 000 руб. согласно копии чек-ордера от 23.05.2019. Между тем по исковому требованию о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами не была оплачена государственная пошлина в размере 14 632 руб. 

С учетом результата рассмотрения спора по настоящему делу в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ расходы истца по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб. не подлежат возмещению за счет ответчика, а неуплаченная государственная пошлина в размере 14 632 руб. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Настоящее  решение  выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа -  ). 

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 14 632 руб. государственной пошлины.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

Э.А. Дранишникова