ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-60009/2021

13 июля 2024 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     27 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 июля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Будариной Е.В.

судей  Морозовой Н.А., Серебровой А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания Ворона Б.И.;

при участии:  

АО «Севергазбанк» - представитель по доверенности от 11.03.2022 ФИО1;

ФИО2 - представитель по доверенности от 16.10.2023 ФИО3;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-16939/2024, 13АП-15529/2024)  общества с ограниченной ответственностью «ДВ-Лизинг» и акционерного общества «Севергазбанк» на определение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.04.2024 по делу № А56-60009/2021/сд.1, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 

 

установил:

ФИО2 (далее - должник, ФИО2) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 12.07.2021 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением арбитражного суда от 18.10.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4 (далее - ФИО4). Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 30.10.2021 № 199. 

27.04.2022 финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения от 23.07.2021 о расторжении договора финансовой аренды (лизинга) транспортного средства от 08.12.2020 № 98/20, заключенного должником с обществом с ограниченной ответственностью «ДВ Лизинг» (ИНН 

<

***>; далее - ответчик), и применить последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика вернуть должнику транспортное средство BMW X5, 2005 г.в., рег. номер 

<

***> (далее - Автомобиль). 

С учетом уточнения требований от 11.12.2023, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), финансовый управляющий просил: признать недействительными сделками договор купли-продажи транспортного средства от 08.12.2020 № 98/20, акт приема-передачи транспортного средства по договору купли-продажи от 08.12.2020 № 98/20, договор финансовой аренды (лизинга) от 08.12.2020 № 98/20, соглашение от 23.07.2021 о расторжении договора финансовой аренды (лизинга) транспортного средства от 08.12.2020, акт изъятия предмета лизинга от 23.07.2021; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежные средства в размере 1 150 000 руб.

Определением суда первой инстанции от 17.04.2024 заявление финансового управляющего ФИО4 удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись с указанным определением, ООО «ДВ-Лизинг» и АО «Севергазбанк» обратились с апелляционными жалобами.

В своей апелляционной жалобе АО «Севергазбанк» (далее - Банк) просит изменить обжалуемое определение в части суммы, подлежащей взысканию с ООО «ДВ-Лизинг» в конкурсную массу должника денежные средства в размере 1 150 000 руб. В обоснование доводов своей апелляционной жалобы Банк ссылается на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, указывая при этом на то, что Банк не согласен с уменьшением взыскиваемой суммы до 850 000 руб., поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие получение должником от ООО «ДВ-Лизинг» 300 000 руб. в счет переданного в залог транспортного средства.

В своей апелляционной жалобе ООО «ДВ-Лизинг» просит обжалуемое определение отменить. В обоснование доводов своей апелляционной жалобы Банк ссылается на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, указывая при этом на то, что ООО «ДВ-Лизинг» не было уведомлено о времени и месте судебного заседания, не был знаком с материалами дела.

В настоящем судебном заседании представитель Банка поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, а также выразил возражения против удовлетворения апелляционной жалобы. ООО «ДВ-Лизинг».

Представитель должника также выразил возражения против удовлетворения апелляционной жалобы. ООО «ДВ-Лизинг».

Поскольку иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Повторно исследовав представленные в материалы обособленного спора доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы и правовых позиций иных участвующих в деле лиц, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).   

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Закона.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, в период с 03.04.2019 по 16.02.2023 за должником было зарегистрирован Автомобиль.

Согласно сведениям, представленным ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, должник приобрел данный Автомобиль на основании договора купли-продажи от 03.04.2019.

28.02.2020 в отношении Автомобиля был зарегистрирован залог в пользу АО «Севергазбанк» на основании договора залога от 26.02.2020.

При этом 08.12.2020 ответчик (покупатель) и должник (продавец) подписали договор купли-продажи от 08.12.2020 № 98/20, по условиям которого продавец передал в собственность ответчика Автомобиль за 300 000 руб.

08.12.2020 ответчик и должник составили акт приема-передачи Автомобиля к договору купли-продажи от 08.12.2020 № 98/20.

08.12.2020 ответчик (лизингодатель) и должник (лизингополучатель) подписали договор финансовой аренды (лизинга) № 98/20, из условий которого следует, что лизингодатель обязуется приобрести в собственность у продавца и предоставить должнику во временное владение и использование Автомобиль; размер лизинговых платежей определен в общей сумме 1 470 000 руб. 

Согласно условиям данного договора лизингополучатель был уведомлен, что Автомобиль будет передан лизингодателем в залог ООО «Мне нравятся деньги».

Ответчик и должник составили акт от 08.12.2020 приема-передачи Автомобиля к договору лизинга от 08.12.2020 № 98/20. 

Ответчик (лизингодатель) и должник (лизингополучатель) 23.07.2021 подписали соглашение о расторжении договора финансовой аренды (лизинга) от 08.12.2020, согласно которому стоимость предмета лизинга покрывает в полном объеме задолженность лизингополучателя,  и предмет лизинга передается лизингодателю.

Из материалов обособленного спора усматривается, что ответчик составил акт изъятия предмета лизинга от 23.07.2021.

При рассмотрении спора должник указал, что целью заключения договоров от 08.12.2020 купли-продажи и лизинга являлось предоставление ответчиком должнику займа в размере 300 000 руб. под залог Автомобиля для возможности продолжать вести предпринимательскую деятельность.

МО ГИБДД ТНРЭР № 4 ГУ МВД России по г. Москве представило в материалы дела заявление от 16.02.2023 (время 17:51:29), подписанное от имени должника, о прекращении регистрации Автомобиля.

Финансовый управляющий, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статей 10, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании недействительными договора купли-продажи транспортного средства от 08.12.2020 № 98/20, акта приема-передачи транспортного средства по договору купли-продажи от 08.12.2020 № 98/20, договора финансовой аренды (лизинга) от 08.12.2020 № 98/20, соглашения от 23.07.2021 о расторжении договора финансовой аренды (лизинга) транспортного средства от 08.12.2020, акта изъятия предмета лизинга от 23.07.2021.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указал, что договор купли-продажи от 08.12.2020 является ничтожной притворной сделкой, прикрывающей договор займа с залоговым обеспечением; соглашение от 23.07.2021 о расторжении договора финансовой аренды (лизинга) от 08.12.2020 является недействительной сделкой на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку повлекла оказание должником предпочтения отдельному кредитору – ответчику.

Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закон о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Исходя из разъяснений пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) и пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из разъяснений, данных в абзаце первом пункта 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

При рассмотрении обособленного спора должник подтвердил, что заключенные им с ответчиком договоры от 08.12.2020 купли-продажи и лизинга являются договором займа с предоставлением залога - Автомобиля, в рамках которого должник получил от ответчика 300 000 руб.

При этом соглашение от 23.07.2021 о расторжении договора лизинга от 08.12.2020 и акт изъятия предмета лизинга от 23.07.2021 фактически представляют собой соглашение об отступном к договору займа, по которому должник передал ответчику в счет непогашенной задолженность Автомобиль.

Таким образом, вышеуказанные договоры, исходя из положений пункта 2 статьи 170 ГК РФ, являются притворными сделками, поскольку договоры от 08.12.2020 купли-продажи и лизинга прикрывают договор займа, а соглашение от 23.07.2021 о расторжении договора лизинга прикрывают соглашение об отступном к такому договору займа.

Настоящее дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 12.07.2021, а договор займа заключен 08.12.2020, таким образом, может быть признан недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При этом соглашение об отступном фактически заключено 23.07.2021, в период, когда в отношении должника уже было возбуждено дело о банкротстве (12.07.2021), то есть может быть признан недействительным на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Вместе с тем в рассматриваемом случае суд приходит к выводу, что договор займа от 08.12.2020 и соглашение об отступном от 23.07.2021 представляют собой цепочку сделок, направленных на вывод ликвидного имущества должника - Автомобиля, и являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в связи со следующим.

Согласно абзацу третьему пункта 9 Постановления № 63 если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств.

В силу пункта 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств: 

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; 

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

Предполагается, что другая сторона сделки знала о заключении ее с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, если она к признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Как указано в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9, 65 АПК РФ).

Аналогичный правовой подход изложен в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4).

В обжалуемом определении суд первой инстанции обратил внимание на то, что на момент заключения договора займа (08.12.2020) должник знал о наличии предъявленных к нему требований кредиторов.

Так, АО «Севергазбанк» уведомлением от 12.11.2020 потребовал должника, выступающего поручителем на основании договора поручительства от 26.02.2020 по кредитному договору от 26.02.2020, заемщиком по которому является ООО «СТОПИТЕР», погасить задолженность в связи с нарушением заемщиком (ООО «СТОПИТЕР») обязательств по уплате денежных средств.

Данное уведомление было направлено почтовым отправлением 13.11.2020 в адрес должника и ООО «ОБИВКОМ», генеральным директором которого являлся должник.

В последующем определением арбитражного суда от 11.09.2022 по делу № А56-60009/2021/тр.5 требование АО «Севергазбанк» в размере 1 082 041,15 руб. основного долга и 146 682,31 руб. неустойки включено в реестр требований кредиторов должника.

Данное требование основано на решении Невского районного суда Санкт-Петербурга от 17.06.2021 по делу №2-3176/2021, которым в солидарном порядке с должника в пользу АО «Севергазбанк» взыскана задолженность по кредитному договору от 26.02.2020 № 17/014МБ-20 в размере 979 757,36 руб. 36 коп., 18 997,57 руб. расходов по уплате государственной пошлины, обращено взыскание на Автомобиль. С учетом изложенного, судом первой инстанции было установлено, что в спорный период у должника имелась кредиторская задолженность перед АО «Севергазбанк», которая в последующем была взыскана в судебном порядке и включена в реестр требований кредиторов должника.

Судом первой инстанции также было установлено, что должником и ответчиком допущено злоупотребление правом.

Должник пояснил, что получил от ответчика 300 000 руб. и в связи с невозможностью возврата суммы займа передал ответчику в качестве отступного Автомобиль.

Однако, согласно решению об оценке имущества от 15.11.2021 стоимость Автомобиля составляла 1 150 000 руб.

Таким образом, в данном случае имеются признаки неравноценности стоимости переданного ответчику имущества должника размеру задолженности последнего по договору займа практически в 4 раза.

Указанное обстоятельство должно было породить обоснованные сомнения у ответчика в правомерности совершения такой сделки.

Какое-либо разумное экономическое обоснование получения указанного займа и дальнейшее заключение соглашения об отступном должник и ответчик суду не представили.

Кроме того, изначально 28.02.2020 в отношении Автомобиля был зарегистрирован залог в пользу АО «Севергазбанк» на основании договора залога от 26.02.2020.

Однако, в последующем должник 08.12.2020 фактически передал Автомобиль в залог по условиям договора лизинга, из текста договора следует, что должник был уведомлен, что Автомобиль будет передан лизингодателем (ответчиком) в залог ООО «Мне нравятся деньги»; при этом указанный договор не содержит в себе информации о том, что в отношении Автомобиля уже зарегистрирован залог в пользу АО «Севергазбанк».

В дальнейшем согласно сведениям, представленным ГУ МВД России по г. Москве, по заявлению от имени должника 16.02.2023 прекращена регистрация Автомобиля; местонахождение Автомобиля в настоящее время не установлено.

Исходя из вышеизложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что между должником и ответчиком была заключена цепочка притворных сделок, направленных на вывод ликвидного имущества - Автомобиля, за счет средств от реализации которого могла быть погашена задолженность перед кредиторами должника.

При таком положении апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о недействительности договоров от 08.12.2020 купли-продажи и финансовой аренды (лизинга), акта приема-передачи от 08.12.2020, соглашения от 23.07.2021 о расторжении договора финансовой аренды (лизинга) от 08.12.2020 и акта изъятия предмета лизинга от 23.07.2021

В соответствии с представленным финансовым управляющим решением об оценке имущества от 15.11.2021 стоимость Автомобиля составляет 1 150 000 руб.

Возражений относительно выводов, изложенных в данном решении об оценке, стороны не представили.

С учетом этого суд признал обоснованной среднюю рыночную стоимость Автомобиля равной 1 150 000 руб.

Вместе с тем, при определении размера денежных средств, подлежащего взысканию с ответчика, суд учитывает сведения, предоставленные должником, о том, что он получил от ответчика 300 000 руб. в счет переданного в залог Автомобиля.

При таком положении суд полагает, что в рассматриваемом случае с ответчика в конкурсную массу должника надлежит взыскать денежные средства в размере стоимости Автомобиля (1 150 000 руб.) за вычетом полученной должником от ответчика суммы (300 000 руб.), что в конечно итоге составляет 850 000 руб.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. 

Из смысла указанной нормы следует, что последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки.

Поскольку в настоящий момент информация о местонахождении Автомобиля отсутствует, при этом в материалы дела представлены сведения о том, что спорное имущество было передано должником ответчику, суд первой инстанции правомерно взыскал с последнего в конкурсную массу должника денежные средства, эквивалентные стоимости Автомобиля.

Указанные обстоятельства в совокупности в достаточной степени свидетельствуют о доказанности наличия оснований для признания платежей недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены судебного акта по доводам апелляционной жалобы, которые были предметом его рассмотрения и им отклонены.

При проверке сделки предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Данные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что Ответчик располагал сведениями о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов при заключении оспариваемых сделок.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает, что выводы суда первой инстанции являются верными и материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих эти выводы переоценить.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении обособленного спора, а несогласие апеллянтов с выводами суда не может являться основанием для отмены судебного акта. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции также не установлено. 

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 17.04.2024 по обособленному спору №  А56-60009/2021/сд.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

  Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Е.В. Бударина

 

Судьи

 

Н.А. Морозова

 

 А.Ю. Сереброва