АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

04 февраля 2019 года

Дело №

А13-17101/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Дмитриева В.В., судей Васильевой Н.В., Власовой М.Г.,

рассмотрев 29.01.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «РегионМАЗсервис» на решение Арбитражного суда Вологодской области от 02.07.2018 (судья Виноградова Т.Б.) и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2018 (судьи Чапаев И.А., Зорина Ю.В.,             Шумилова Л.Ф.) по делу № А13-17101/2017,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ПромТехКом», место нахождения: 160000, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с иском к ООО «Северянка», место нахождения: 160000, 

<

...>,                                ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Фирма), и                                        ООО «РегионМАЗсервис», место нахождения: 160014, 

<

...>, каб. 107, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), о признании недействительными сделок по выдаче займов путем перечисления денежных средств и применении последствий их недействительности.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1.

Решением суда первой инстанции от 02.07.2018, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 16.10.2018, иск удовлетворен: сделки по выдаче в общей сложности 2 580 000 руб. займов, оформленные платежными поручениями от 30.11.2012 № 460, от 27.11.2012                 № 444, от 30.05.2013 № 811, от 11.06.2013 № 836, от 26.06.2013 № 868, от 04.07.2013 № 893, от 14.08.2013 № 979, от 20.08.2013 № 986, от 30.08.2013                  № 1004, от 10.09.2013 № 1030, от 20.09.2013 № 1045, от 25.12.2013 № 1245, от 10.01.2014 № 1, от 11.02.2014 № 56, от 04.04.2014 № 170, от 14.04.2014 № 201, признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок в виде признания предоставления Обществом Фирме указанной суммы обязательствами, вытекающими из факта участия в капитале Фирмы, а обязательства Фирмы по возврату указанной суммы Обществу - отсутствующим.

Не согласившись с указанными решением и постановлением, Общество обратилось в кассационный суд с жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, просит отменить обжалуемые судебные акты, в иске отказать.

По мнению подателя кассационной жалобы, выводы судов о притворности сделок, отсутствии у Общества коммерческой выгоды в их заключении, злоупотреблении  ФИО1 правом, соблюдении Компанией срока исковой давности  ошибочны; правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ), изложенная в определении от 06.07.2017                           № 308-ЭС17-1556(2), к рассматриваемым правоотношениям неприменима. 

Представители сторон и третьего лица, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, вступившим в законную силу постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2016 по делу № А13-18909/2015 с Фирмы в пользу Общества взыскано 1 823 669 руб., в том числе 1 550 000 руб. заемных средств, перечисленных платежными поручениями от 30.05.2013 № 811, от 11.06.2013              № 836, от 26.06.2013 № 868, от 04.07.2013 № 893, от 14.08.2013 № 979, от 20.08.2013 № 986, от 30.08.2013 № 1004, от 10.09.2013 № 1030, от 20.09.2013              № 1045, от 25.12.2013 № 1254, от 10.01.2014 № 1, от 11.02.2014 № 56, от 04.04.2014 № 170, от 14.04.2014 № 201, и 273 669 руб. процентов за пользование займом.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Вологодской области от 08.11.2016 по делу № А13-6772/2016 с Фирмы в пользу Общества взыскано 1 381 942 руб., в том числе 1 030 000 руб. долга по возврату заемных средств, перечисленных платежными поручениями от 30.11.2012 № 460, от 27.11.2012 № 444, и 352 942 руб. процентов за пользование займом.

Определением суда от 11.08.2016 по делу № А13-10654/2016 принято к производству заявление ООО «НАВИТЕКС» о признании Фирмы несостоятельной (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением суда от 28.11.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения. 

Решением от 21.02.2017 по делу № А13-10654/2016 Фирма признана несостоятельной (банкротом), в отношении её открыто конкурсное производство.

Определением от 17.05.2017 по делу № А13-10654/2016 суд включил требования Компании в реестр требований кредиторов Фирмы. 

На основании поданного в суд 09.01.2017 в рамках дела № А13-10654/2016 заявления требования Общества, основанные на вступивших в законную силу судебных актах по делам № А13-18909/2015, А13-6772/2016, также включены  в реестр требований кредиторов Фирмы. 

Полагая заключенные Обществом и Фирмой договоры займа недействительными, нарушающими права конкурсных кредиторов Фирмы, Компания обратилась в арбитражный суд с настоящим иском.

 Суд первой инстанции, признав требования обоснованными, удовлетворил иск.

Апелляционный суд поддержал решение суда первой инстанции.

Проверив в порядке статей 284, 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон № 127-ФЗ) для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона № 127-ФЗ проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В данном случае заявленное Компанией требование основано на обязательствах должника, вытекающих из договоров займа.

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (пункт 1 статьи 810 ГК РФ).

В абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе № 127-ФЗ специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Как видно из материалов дела, Фирма и Общество зарегистрированы в едином государственном реестре юридических лиц в один день - 03.02.2012.

С момента создания Общества его директором являлся ФИО1, который впоследствии (с 08.12.2014) стал его единственным участником.

Учредителями (участниками) Фирмы с момента её создания являлись ФИО1 и ФИО2, владевшие в капитале должника равными долями.

Вступившими в законную силу определением от 13.03.2018 и постановлением апелляционного суда от 22.06.2018, принятыми по результатам рассмотрения обособленного спора в рамках дела № А13-10654/2016,  установлена аффилированность ФИО1, Фирмы, Общества и               ООО «Русский Грузовик».

В рамках настоящего дела суды первой и апелляционной инстанций установили, что кредитор и должник в период спорных перечислений контролировались одним конечным бенефициаром. Согласно платежным документам перечисление Обществом Фирме денежных средств носило систематический характер и в отсутствие договоров займа (как письменных документов) представляли собой разовые перечисления подконтрольному юридическому лицу.

Установив указанное обстоятельство, суды первой и апелляционной инстанций, применив положения статьи 19 Закона № 127-ФЗ, сделали  вывод об аффилированности должника и кредитора, указав на непредставление Обществом доказательств экономической целесообразности предоставления займа.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Тот факт, что участник должника является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона № 127-ФЗ к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только прямо предусмотренные корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно в случае неучастия  займодавца в капитале должника).

Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

Факт аффилированности сторон договоров займа, на основании которых заявлено требование о включении в реестр, не свидетельствует о заключении договоров со злоупотреблением правом или без намерения создать соответствующие правовые последствия. Однако в этом случае аффилированным лицам следует доказать реальность заемных отношений и отсутствие злоупотребления правом при заключении заемного обязательства.

Согласно позиции ВС РФ, выраженной в определении от 06.07.2017           № 308-ЭС17-1556(2), при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

С учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного.

При этом, если участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; далее – Постановление № 25).

Поэтому в ситуации, когда одобренный участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение ВС РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона № 127-ФЗ, определение ВС РФ от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

К тому же изъятие вложенного названным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны участника (акционера) (определения ВС РФ от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208 и 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2).

При этом закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона № 127-ФЗ, пункт 8 статьи 63 ГК РФ).

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Как правильно указал апелляционный суд, обстоятельства, указывающие на корпоративный характер договоров займа следуют из его условий возвратности и платности: льготные условия займа – 8-процентная ставка; длительное необращение кредитора в суд с целью вернуть сумму займа. Заемные отношения на указанных условиях были бы невозможны, если бы заявитель не участвовал в капитале должника. 

Исследовав и оценив в порядке статей 65, 71 АПК РФ представленные в дело доказательства, суды пришли к выводу о наличии в рассматриваемом случае обстоятельств, свидетельствующих о формальности договоров займа, заключенных для создания видимости гражданско-правовых отношений и прикрытия корпоративных отношений.

Вопреки доводам подателя кассационной жалобы фактическое перечисление должнику денежных средств по договорам займа не опровергает вывода судов о мнимости договоров займа.

Так, в абзаце 2 пункта 86 Постановления № 25 разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

В рассматриваемом случае суды признали подтвержденным материалами дела факт наличия между Обществом и Фирмой внутригрупповых и экономических связей и указали на непредставление Обществом доказательств экономической целесообразности предоставления займов.

Установленные обстоятельства, поскольку они не опровергнуты, могут свидетельствовать о подаче Обществом заявления о включении требования в реестр требований кредиторов Фирмы исключительно с целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов, имеющих действительно обоснованные требования к должнику.

Таким образом, вывод судов обеих инстанций о ничтожности договоров займа и наличии в действиях аффилированного кредитора признаков злоупотребления правом является правильным.

Доводы подателя кассационной жалобы направлены по своей сути на иную оценку имеющихся в деле доказательств и установленных судами первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств.

Вместе с тем основания для иной имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда Вологодской области от 02.07.2018 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2018 по делу № А13-17101/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «РегионМАЗсервис» - без удовлетворения.

Председательствующий

В.В. Дмитриев

Судьи

Н.В. Васильева

 

М.Г. Власова